Освобождение Киева. — kertis_odesski

Подарок Сталину.

При освобождении Киева, советская армия потеряла около полумиллиона солдат — только из за того,
что Иосиф Сталин хотел приурочить это событие к очередной годовщине Октябрьской революции.

  Одна из самых страшных операций в ходе войны — такой осталась в памяти многих советских солдат переправа через Днепр и освобождение Киева. «25 тыс. воинов входят в воду, а выходит на том берегу з тыс., максимум пять.», — так вспоминал о переправе через Днепр Виктор Астафьев, российский писатель и участник тех событий. 6 ноября в Украине
отметили 65-ю годовщину боёв, в результате которых столицу Украины освободили от немецких оккупантов. Советская историография считала что именно этот эпизод вместе с операцией по форсированию Днепра стал переломным моментом в войне. После него Красная армия уверенно стала продвигаться на запад, не оставив Германии шансов повернуть ситуацию вспять. В то же время эта промежуточная победа была одержана ценой огромных жертв. Согласно подсчётам историков, при освобождении Киева сложили голову более 400 тыс. советских военных. Этих бы потерь можно было избежать если бы руководители СССР не посчитали что Киев непременно должен освободить фронт со словами «украинский» в названии, а саму дату освобождения не подгоняли бы к годовщине Октябрьской революции.

Глупость Хрущёва.

  После окончания Курской битвы в конце августа 1943 года советские войска 750-километровым фронтом вышли к Днепру. Центр боевых действий переместился в район среднего течения реки. Настал кульминационный момент битвы за Украину.
  15 сентября Ставка Фюрера констатировала потерю Левобережной Украины и Донбасса, приказав своим войскам отойти на линию реки Сож, Днепр, Молочная и здесь задержать наступление Красной армии.
  Так Днепр стал стратегическим рубежом. Важнейшим его опорным пунктом был Киев. Потеря Киева грозила немцам тем, что их группа армий ЮГ оказалась бы отрезана от группы Центр. И если советские войска ударят в такой ситуации на западе и юго-западе, южная группировка немцев попадает в окружение. Чтобы значение операции по освобождению Киева стало ясно каждому советскому бойцу и командиру, Ставка Верховного главнокомандования издала специальную директиву, где за успешное форсирование Днепра командирам обещали орден Александра Суворова, а личному составу — звание Героя Советского Союза. Первыми успехами на киевском направлении отличились войска левого фланга центрального Фронта.
Уже 22 сентября 1943 года части его 13-й армии с помощью партизанских отрядов форсировали Днепр в районе устья реки Припять, севернее столицы Украины. То же проделали и соединения 60-й армии того же фронта. В руках советских воинов оказался удобный плацдарм для организации удара по противнику с севера, где у него не было существенных сил.
  Всё складывалось как нельзя удачно, но Ставка Верховного главнокомандования в лице самого советского лидера Иосифа Сталина не захотела идти простым путём. Командующий  Центральным фронтом Константин Рокоссовский предлагал дать резервы и одним ударом  с севера был готов освободить Киев. Но всех переубедил Никита Хрущёв, будущий глава СССР и член Военного совета Воронежского фронта и первый секретарь Центрального комитета Компартии Украины. Он хотел чтобы именно его фронт стоящий напротив Киева освобождал столицу советской Украины. Хрущёва поддерживал и самый известный советский военачальник второй мировой войны — маршал Георгий Жуков.
  По мнению будущего ниспровергателя культа Сталина, украинский город должны освобождать именно украинские войска. Под это дело Воронежский фронт в спешном прядке в октябре 1943 переименовали  в 1-й Украинский.
  Потери которые могли понести войска никого из этих деятелей не интересовали. Недаром тот же Жуков в 1945-м на встрече с командующим войсками союзников американцев Дуайтом Эйзенхауэром так рассказывал о боевых приёмах советской армии: «когда мы наталкивались на минное поле, то наша пехота его так как будто мин там не было. Потери, какие мы несли от противопехотных мин, мы считали равными только тем, которые бы понесли рт пулемётного огня и артиллерии, если бы немцы вместо минных полей решительно защищали этот участок сильным военным соединением. Однако атакующая пехота не взрывает мину противотанковую. И после того как она проникает в глубину минного поля и создаёт плацдарм, подходят сапёры и делают проходы, через которые может пройти наша боевая техника.»
   Американец был шокирован. «Я ясно представил себе яркую картину  того, чтобы случилось с любым американским или британским командующим, если бы он применил подобную тактику», — вспоминал Эйзенхауэр.

Смертельные струйки.
 
   Немцы были настроены куда серьёзней. Они не собирались разменивать войну на некие идеологические установки, а старались оставить за собой Правобережную Украину и не допустить противника к границам Польши. Чётко это видно из приказа главнокомандующего армии ЮГ:»заданием гарнизона Киева, есть круговая оборона города до последней возможности. При этом все резервы должны быть исчерпаны, необходимо использовать для обороны всех, до последнего немца».
  Гитлеровцы разделили город на три сектора и стали сооружать там укреплённые районы. Строили их местные жители и военнопленные.
  В советской ставке для наступления выбрали плацдарм размером 11 км вдоль фронта и 6 км в глубину на правом берегу Днепра возле села Великий Букрин, южнее Киева. Имено здесь ночью 22 сентября началась первая попытка массового форсирования Днепра.
  Украинский историк Виктор Король, который изучал эту операцию, рассказывает, что первыми в воду вошли бойцы штрафных батальонов. «плывя под страшным огнём врага на правый берег, они тонули тысячами — утверждает исследователь. В журналах архива минобороны прежнего СССР есть ряд лаконичных записей с фамилиями погибших:»тело утонуло в реке». Такая надпись стоит напротив тысяч фамилий»
  Холодные воды Днепра стали могилой для десятков тысяч людей, случилось это потому что в первый день переправы в наличии у бойцов было лишь 16 понтонов — специальных приспособлений для преодоления водной преграды. Правда на следующий день привезли ещё 32 понтона, но и этого оказалось слишком мало. Рядовым бойцам пришлось переплывать реку кто на чём мог. Участники операции вспоминали, что в ход было пущено всё: лодки местных жителей спрятанные в камышах, пустые бочки из под горючего брошенные немцами при отступлении, доски, юрёвна, снятые с петель двери. Тех кто не утонал сам, немцы методично расстреливали.
Писатель Астафьев, сам плывший тогда через Днепр, писал, что самыми страшными были немецкие пулемёты, особенно лёгкие, марки MG, с лентой на 500 патронов.
  «Все они были предварительно пристреляны и теперь вроде бы узких шеек брандспойтов поливали берег, остров, реку, в которой кипело месиво из людей. Старые и молодые, сознательные и несознательные, добровольцы и мобилизованные военкоматами, штрафники и гвардейцы, россияне и не россияне — все они кричали одни и те же слова: «МАМА! ГОСПОДИ! БОЖЕ! ПОМОГИТЕ!»… а пулемёты секли и секли, поливая разноцветными смертельными струйками. Хватаясь друг за друга, раненные и те кого ещё не зацепили пули, вязанками шли под воду, река холмилась пузырьками, вздрагивала от человеческих судорог, пенилась красными бурунами», — так описал эту картину Астафьев.
  Из Букрина советские войска дважды пытались наступать на столицу Украины, но безуспешно. Несмотря на техническое и численное превосходство, советское руководство неверно оценило силы, систему обороны немцев, проигнорировало особенности местности, которые ограничивали широкое применение танков. Неудачей закончилась и операция по заброске в тыл противника двух воздушно-десантных бригад, которые должны были помочь наступлению основных сил.

Прозрение.

В районе Букрина Красная армия потеряла, по данным историка Короля 40 тыс. бойцов. Его коллега Владимир Кучер называет ещё большую цифру — 240 тыс. Несомненно одно — погибших было очень много. Тела многих из них ещё долго проплывали по Днепру, их заносило и в Чёрное море, а некоторых из погибших обнаруживали даже у берегов Турции. Только после огромных потерь, Николай Ватутин, командующий фронтом, понял что надо что то менять. Тогда появились новые предложения по освобождению столицы Украины.
  24 октября Ставка Верховного главнокомандования утвердила новую директиву войскам 1-го Украинского фронта. Документ обязал командование учесть предыдущие ошибки, улучшить возможность использования танковых войск, передислоцировать 200 тыс. военных с букринского плацдарма в район Лютежа, населённого пункта севернее украинской столицы. И уже оттуда идти на Киев. Причём не обошлось и без идеологии: операцию приказал Сталин, нужно в любом случае завершить к 26-й годовщине социалистической революции, то есть до 7 ноября.
   Чтобы успеть, советским солдатам, и без того измученным бесплодными попытками взять город, пришлось проделать титаническую работу. Все перемещения войск происходили только ночью — днём на местах прежней дислокации стояли собранные под покровом тьмы макеты танков, артиллерийских батарей. В прежнем режиме работали радиостанции, вела огонь со старых позиций артиллерия. Чтобы запутать германскую разведку, командование фронта выпустило фальшивый приказ о переходе к обороне. И до 1-го ноября переброска основных сил закончилась.
  Спустя три дня советские войска пошли на штурм немецких позиций из района Лютежа, а уже к утру 6 ноября как и приказывал вождь, Красная армия вошла в Киев. Вечером того же дня, Москва салютовала доблестным войскам 1-го Украинского фронта 24 залпами из 342 орудий.
 В результате в битве за Киев советская сторона потеряла 417 тыс. солдат. Немцы недосчитались 124 тыс. человек. Но руководство Советского Союза не считало потерь — для них главная задача была выполнена.
  «Для Иосифа Сталина человеческая жизнь ничего не значила — трупом больше, трупом меньше — ему всё равно», — отмечал впоследствии Пётр Ивашутин, генерал армии, Герой Советского Союза, начальник Главного разведывательного управления Генерального штаба СССР в 60-80-х годах прошлого века, в годы войны командовавший контрразведкой 3-го Украинского фронта.

 ПОДРУЧНЫЕ СРЕДСТВА:
Далеко не всегда советские солдаты попадали на другой берег по наведённым переправам,
первая волна освободителей довольствовалась тем что попадалось по руку, включая доски, брёвна, пустые канистры.

ПРОШЛИ СКВОЗЬ СМЕРТЬ:
Желание советских лидеров освободить Киев к октябрьским праздникам привело к неоправданным жертвам.

ИЗМУЧЕННЫЕ ОСВОБОЖДЕНИЕМ:
Битва за Киев обошлась Красной дорогой ценой — она потеряла более 400 тыс. воинов.
 

kertis-odesski.livejournal.com

Освобождение Киева от фашистов — Армейский сайт «Почта полевая»

Великая Отечественная Война

Великая Отечественная Война

Освобождение Киева от фашистов

Союзкиножурнал 70-71 ноябрь 1943 год

70 лет назад, в канун годовщины Великой Октябрьской социалистической революции, Красная Армия освободила Киев от немецко-фашистских захватчиков. Освобождение Киева – одна из самых ярких страниц истории Великой Отечественной войны. За эту историческую победу отдали жизнь десятки тысяч советских воинов.

На завершающем этапе битвы

После окончания Курской битвы в конце августа 1943 года советские войска вышли к Днепру. Настал кульминационный момент битвы за Украину. Так Днепр стал стратегическим рубежом, а важнейшим его опорным пунктом был Киев. 15 сентября Ставка фюрера констатировала потерю Левобережной Украины и Донбасса, приказав своим войскам отойти на линию реки Сож, Днепр, Молочная и здесь задержать наступление Красной армии. Для усиления «Восточного вала» командование перебросило из Западной Европы три танковые и три пехотные дивизии. Еще летом союзники известили Советское правительство, что в 1943 году второй фронт открыт не будет. Гитлеровцы, зная об этом, снимали с Западного фронта самые боеспособные соединения и посылали их на Восток. Потеря Киева грозила немцам тем, что их группа армии «Юг» оказалась бы отрезана от «группы армии Центр». В такой ситуации если советские войска ударят на западе и юго-западе, то южная группировка немцев попадало в окружение.

Освобождение Киева

В течение всего октября месяца 1943 года шли ожесточенные бои на Днепре. Наши войска стремились удержать и расширить захваченные плацдармы. Ставка Верховного Главнокомандования поставила перед командованием Воронежским фронтом генералом армии Н.Ф. Ватутиным задачу сосредоточить все внимание на Киевском направлении и вместе с войсками левого крыла Центрального фронта подготовить операцию по разгрому киевской группировки противника и освобождению столицы Украины.

Между тем новые тяжелые поражения немецко-фашистских войск привели к ухудшению военно-политического положения Германии. Все заметнее стали проявляться признаки истощения людских ресурсов. Большую озабоченность у политического и военного руководства Германии вызывало моральное состояние войск. Упадочнические настроения распространялись не только среди рядового, но и среди офицерского состава, увеличилось количество добровольно сдающихся в плен. Основным фактором, обусловливающим упадок морального духа немецких войск являлась возрастающая мощь Советской Армии. Немецкое командование в октябре 1943 года пыталась проводить в жизнь ранее принятое решение – любой ценой удержаться на рубеже Восточного вала. Ближайшими задачами групп армий «Центр» и «Юг» являлись ликвидация плацдармов Советских войск на Днепре, сохранение Правобережной Украины с ее важнейшими экономическими районами.

Накануне освобождения Киева. Командующий войсками 1-го Украинского фронта Н.Ф. Ватутин (в центре), командующий 38-й армией К.С. Москаленко (справа) и командующий 3-й гвардейской танковой армией П.С. Рыбалко (слева). Октябрь 1943 г. 

Командующий Воронежским фронтом генерал армии Н.Ф. Ватутин принял решение нанести главный удар с плацдарма, рассполоенного южнее Киева в районе Великого Букрина, и вспомогательный – с Лютежского плацдарма, севернее Киева. Дважды ударная группировка Воронежского фронта переходила в наступление. Однако прорвать сильную оборону противника ей не удалось. Тогда Ставка предложила перегруппировать силы и нанести главный удар с севера – с Лютежского плацдарма, обойдя Киев с запада и освободить его. За счет хорошей маскировки и дезинформации противника удалось добиться внезапности наступления с Лютежского плацдарма, которое началось 3 ноября после мощной артиллерийской подготовки. Главный удар наносили войска 38-й армии генерала К. С. Москаленко. Удар был настолько неожиданным для гитлеровцев, и был так силен, что противник немедленно стал отходить, бросая оружие и раненных. Фронт был прорван, и наши войска устремились к Киеву с севера. Одновременно начала наступать на запад армия генерала И. Д. Черняховского, располагавшаяся справа от 38 армии. (Следует отметить, что в составе 38-й армии сражались войны I-й Чехословацкой отдельной бригады). Для быстрейшего овладения Киевом в прорыв, созданный армией генерала К.С. Москаленко, командующий фронтом направил гвардейскую танковую армию генерала П.С. Рыбалко и гвардейский корпус генерала В.К. Баранова. 5 ноября советские танки вышли в район Святошино. В боях за Святошино тысячи советских воинов проявили высокие образцы мужества. Незабываемый подвиг совершила комсомолка лейтенант медицинской службы Ф. А. Пушина – военфельдшер 520-го стрелкового полка 167-й стрелковой дивизии. В то время когда она оказывала помощь раненым, от прямого попадания бомбы загорелось здание медицинского пункта. Отважная девушка бросилась в объятое пламенем здание. Она успела вывести и спасти более тридцати советских солдат и офицеров, но сама получила тяжелые ожоги и скончалась. За проявленное мужество отважная комсомолка была посмертно удостоена высокого звания Героя Советского Союза. В ночь на 6 ноября бои развернулись уже на северной окраине Киева и постепенно стали перемешаться к центру города. В результате ожесточенных боев к утру 6 ноября Киев был полностью освобожден.

Киевская наступательная операция

Родина высоко оценила массовый героизм своих сынов в Киевской битве. Только с 12 октября по 7 ноября 1943 года 17,5 тысяч воинов 1-го Украинского фронта награждены орденами и медалями, 663 из них, наиболее отличившиеся при форсировании Днепра и освобождении столицы Украины, удостоены высокого звания Героя Советского Союза. В воздушных боях отличился И. Н. Кожедуб, который вскоре стал трижды Героем Советского Союза.

6 ноября 1943 года столица социалистической Родины Москва салютовала доблестным войскам, освободившим Киев, 24 артиллерийскими залпами из 324 орудий.


02 декабря 2013 13:02

1929

pochta-polevaya.ru

День освобождения Киева | VYBOR.UA

Авторы: Георгий Александров, Денис Коваленко.

73 года назад субботним утром 6 ноября 1943 года после многочасовых уличных боев войска Первого Украинского фронта вошли в Киев. 778-дневная нацистская оккупация столицы Украины завершилась.

Уже 25 сентября 1943 года левобережная часть Киева и днепровские острова были освобождены от немцев частями 163-й стрелковой дивизии 50-го стрелкового корпуса 38-й армии Воронежского фронта.

26 сентября 1943 года киевская оккупационная газета «Новое украинское слово» в своем последнем номере опубликовала приказ об… эвакуации населения Киева из трехкилометровой запретной зоны, прилегающей к правому берегу Днепра под угрозой расстрела. Жителей Киева эшелонами стали вывозить на Запад – в Польшу и Германию. Причиной столь поспешных действий стало стремительное наступление Красной Армии на Левобережной Украине.

Киевлянин и автор романа «Бабий Яр» Анатолий Кузнецов так описывает события тех дней: «3 ноября 1943 года началось решающее сражение за Киев. Казалось, что началось землетрясение, да еще с грозой и пожаром: с утра по Пуще-Водице залпами били реактивные минометы «катюши». А потом советская авиация начала массированную обработку территории между Вышгородом, Пуще-Водицей и Куреневкой. Штурмовики Ил-2 тройками летели на бреющем полете, расстреливая из пушек и пулеметов все, что шевелится… Утром 5 ноября 1943 года во двор дома Кузнецовых вбежали испуганные немцы, которые истерично рассказывали, что ночью на их позиции, которые накануне превратились в огненный ад, двинулись многочисленные советские танки с зажженными фарами и включенными сиренами. «Психическая атака» посеяла в рядах гитлеровцев панику. Улица Фрунзе, идущая к центру Киева через Подол, была забита машинами и повозками, а по обочинам валялось брошенное имущество, оружие, стояла бронетехника».

5 ноября бои шли уже на окраине города. Одновременно с пехотинцами в город прорвались танкисты гвардейской танковой бригады. Взвод разведки гвардии старшины Никифора Шолуденко, уроженца села Сваромье под Киевом, на танках Т-34 в уличных боях огнем и гусеницами уничтожал живую силу и технику врага. Одними из первых разведчики пробились на главную улицу города Киева – Крещатик.

Вот заметка, напечатанная  в газете «Правда» за тот период: «…Поздним вечером 5 ноября 1943 г. Ольга Петровна Яковчук и еще несколько жителей города стали свидетелями необычайного события. На Галицкой площади (нынешняя площадь Победы) они встретили танк Никифора Шолуденко, который первым ворвался в оккупированный Киев. Вот лишь небольшая часть подлинного взволнованного рассказа Ольги Петровны: «…После того как танк остановился и заглушил мотор, открылся люк и оттуда выскочил танкист. Он подошел к нам, быстро спросил: «В какую сторону отступают немцы?  Куда они пошли?» Потом: «Ах, простите, — отдает нам честь и говорит, — я – Никифор Шолуденко, разведчик».

Мы в этот момент с большой радостью протягивали ему хлеб. Он нагнул голову, приклонился к нему и говорит: «Большое спасибо. Хлеб этот оставьте на утро. Утром войдут наши регулярные части. А сейчас мне надо ехать на высокий берег. У меня — задание».

В темноте мне все же удалось разглядеть этого юношу, лет двадцати, худощавого, очень быстрого и подвижного.

Вслед за ним подошел второй танк и тоже остановился. Танкист, выскочив из машины, подошел к нам и представился: «Я — Васька Сибиряк!»

Старик, который был с нами, угостил их махоркой. Ребята закурили и говорят: «Ну, ждите, завтра будут наши. А мы — вперед. Мы — разведка.  Мы поехали». Проводили мы их глазами, полными радости и счастья, что наконец-то дождались своих. А в душе оставалась тревога: как же они уцелеют, ведь там — такая засада!» 

В тот же день в бою за столицу Украины Н. Шолуденко погиб. Его похоронили сначала на Крещатике, потом перезахоронили на нынешней Европейской площади, а с 1957 года он обрел вечный покой в парке Вечной Славы на склонах Днепра. За свой подвиг Никифор Шолуденко получил звание Героя Советского Союза посмертно. Об этом сейчас нам напоминает стоящий на постаменте возле станции метро «Шулявская» танк Т-34-85.

А вот эпизод освобождения Киева, который сегодня уже почти забыт… Разведчики под командованием капитана Андреева ворвались в центр Киева на американских джипах «Виллис». Именно эта группа сумела первой водрузить красное знамя над зданием ЦК КП(б)У (теперь МИД Украины на Михайловской площади). Военным пришлось прибегнуть к помощи проводника, юного жителя хутора Дегтяри Николая Дегтяренко. По Дегтяревской улице, через Лукьяновку и Львовскую площадь, несколько «виллисов» с разведчиками просочились в центр Киева, затем четверо — сержант Николай Кирюхин, рядовые Константин Погорелов, Николай Кирьянов и проводник Николай Дегтяренко — водрузили знамя над городом. Внизу их прикрывали старший сержант Александр Пикасов, рядовые Сергей Поздняков, Василий Толоченко, Евгений Пресняков. Это произошло в 00:20 московского времени 6 ноября 1943 года.

Освободители города застали Киев в руинах – в груды камня, металла и стекла была превращена центральная площадь города (теперь Майдан Незалежности). Не было ни консерватории, ни цирка, ни театра Красной Армии, ни ТЮЗа. Не было зданий Академии наук, университета, мединститута… В руинах Киево-Печерской лавры, под открытым небом – остатки бесценных фресок.

Редчайшие образцы персидской, абиссинской, китайской письменности, русские и украинские летописи, первые экземпляры книг, напечатанных русским первопечатником Иваном Федоровым, издания произведений Шевченко, Мицкевича, Ивана Франко вывезли фашисты из библиотек Академии наук республики. Часть этих книг обнаружил уже в поверженном Берлине майор-киевлянин в вагонах на запасных путях берлинского вокзала и добился отправки их в этих же вагонах в столицу советской Украины. Другим книгам повезло меньше, и они исчезли без следа. Из музеев отправлены в Берлин этюды и портреты, написанные Репиным, полотна Верещагина, Федотова, Ге, скульптуры Антокольского…

Из 150 киевских школ немцы заняли 77 под казармы, 9 – под склады и мастерские, 8 – под конюшни. При отступлении успели взорвать 140 школ. Расхитили из библиотек города 4 милиона томов книг. Из Софийского собора похитили 14 фресок XII века и вывезли драгоценную утварь. Ценнейшие экспонаты Украинского музея переправлялись в Германию просто как «текстиль всех сортов», как «набор ценных образцов шитья». Городская комендатура вывозила из Киева в октябре 1943 года оборудование фабрик, заводов.

Позже в Нюрнберге во время суда над военными преступниками главный обвинитель от СССР Р. А. Руденко представил суду письменные показания взятого в плен в районе Моздока обер-штурмфюрера СС. Эсесовец писал, что рота «специального формирования», в которой он находился в Киеве, вывезла в Германию всё оборудование, все научные материалы и лаборатории медицинского научно-исследовательского института…

После освобождения города  в первую очередь все силы были брошены на восстановление мостов через Днепр и возобновление работы предприятий, дававших продукцию для фронта.

25 февраля 1944 года украинский Совнарком принял постановление об организации работ по расчистке завалов Крещатика. Их проведение координировала созданная специально для этого строительная организация «Крещатикстрой». Сами работы начались 1 марта. Улица была разбита на восемь участков – по числу районов города. Киевляне с энтузиазмом откликнулись на призывы оказать помощь в разборе завалов в центре города. На Крещатик со своими инструментами приходили рабочие, служащие, студенты, домохозяйки, пенсионеры. Каждый день здесь трудилось 7–8 тысяч людей, а летом их количество доходило до 15 тысяч. Горожане работали в две смены – до и после рабочего дня, устраивали субботники и воскресники. 4 июля 1944 года на расчистку центральной улицы Киева вышли писатели Павел Тычина, Максим Рыльский, Владимир Сосюра, Юрий Яновский и др.

5 июля 1944 года в газете «Українська правда» они писали: «Это незабываемый день в нашей жизни. Мы выполнили план на 150%. Будем работать еще лучше, самоотверженнее, чтобы в недалеком будущем Крещатик снова стал улицей радости и счастья».

Киев начинал жить мирной жизнью.

По материалам сети Интернет.

vybor.ua

6 ноября – День освобождения Киева от фашистских захватчиков.

Запись от 6 ноября 1943 года из дневника великого украинского режиссера А.Довженко:
«Чем больше смотрю я на Киев, тем больше вижу, какую страшную трагедию пережил он. Населения в Киеве практически нет. Есть небольшая кучка нищих и бедных людей. Нет детей, нет девушек, нет юношества. Только бабы и калеки. Картина потрясающая».

 

Два года продолжалась оккупация столицы Украины. За это время Киев был полностью разграблен нацистами. До войны в Киеве проживало около 900 тыс. жителей. После освобождения жителей в Киеве осталось около 150 тыс. человек. Жуткая статистика.

Варварское уничтожение мирных граждан происходило в соответствии с гитлеровским планом «Ост».


Согласно этому плану, должна была осуществляться планомерная колонизация и германизация «восточного пространства». Для этой цели народы, проживающие на территории Украины, подлежали уничтожению.

6 ноября – День освобождения Киева от фашистских захватчиков.

«Освободим Киев к 26-й годовщине Великого Октября» — этот лозунг стал основой политической работы в войсках армии. Освобождение Киева хотели приурочить ко Дню октябрьской революции. В подразделениях и частях накануне наступления состоялись короткие митинги.

Сложно сейчас однозначно высказывать свое мнение о дате – дне освобождения Киева.

К этой дате, как нельзя лучше подходят слова из песни «День Победы со слезами на глазах…»
Плата за освобождение Киева, приуроченная ко дню революции оказалась слишком большой.
Потери советских войск в ходе битвы за Киев составили — 417 тыс. человек.

 

Киев брали с двух направлений – с севера и юга. Основным считался Букринский плацдарм (Каневский).

Для захвата Букринского плацдарма был применен массированный авиадесант, который практически весь был растрелян немцами в небе и добит на земле. Многие десантники потонули в водах Днепра.

Советский кинорежиссер Григорий Чухрай был командиром взвода десантников, непосредственно участвовал при взятии Букринского плацдарма. Позднее он напишет:

«Выпрыгивали из самолета в секторе зенитного огня. До этого мне пришлось хлебнуть немало военного лиха: был дважды ранен, воевал в Сталинграде, но такого — падать навстречу сияющим трассам пуль, сквозь пламя пылающих в небе парашютов товарищей — такого еще не пробовал…»

Официальная статистика  — 3,5 тыс. погибших и пропавших без вести десантников.

Днепр форсировали без подготовки, на «подручных средствах». В лучшем случае на лодках и плотах.  Некоторые переправлялись вплавь на досках или вязанках камыша. Людей и в наш то, 21 век не жалеют, а что можно сказать о том времени…

Российский историк В. Король пишет:

«Первыми через Днепр под страшным огнем переправляли бойцов штрафных батальонов. Солдаты плыли, держась за деревья, бревна, доски, и тонули тысячами».

Очевидец событий, писатель — фронтовик Виктор Астафьев в своих воспоминаниях рассказывает:

«Густо плавали в воде трупы с выклеванными глазами, начавшие раскисать, с лицами, которые пенились, будто намыленные, были разбиты снарядами, минами, изрешечены пулями».
«Вода в Днепре в те дни была буро-красной от человеческой крови и соленой на вкус».

 Еще один факт, о котором замалчивала история. На Букринский плацдарм бросали тысячи  солдат – новобранцев. Называли их «чернопиджачники». Это были те самые — большей частью необученные военному делу, бесправные «пораженцы» и «окруженцы», в силу разных обстоятельств попавшие под немецкую оккупацию, и потому с официальной позиции советских карательных органов — граждане «второго сорта». Им выдавали одну винтовку на троих, пол-кирпича в руки и давали напутствие «Оружие добудете в бою!» А сзади – загранотряды НКВД.

Писатель Анатолий Димаров, очевидец тех событий, вспоминает, что часто солдаты-новобранцы шли в бой «в гражданке», в которой были мобилизованы, и даже без какого-либо оружия; солдатам в руки выдавали по полкирпича и посылали в атаку. Сколько их погибло в ледяных водах Днепра  — уже не сосчитает никто…

Статистика потерь на Букринском плацдарме не одинакова и колеблется от 250 тыс. до 500 тыс. солдат.

417 тыс. человек погибло при взятии Киева. Это официальная статистика. По мнению многих историков, эта цифра занижена.

В честь празднования дня освобождения Киева от немецких захватчиков, было проведено масштабное театрализованное действо. Больше информации об этом событии можно прочитать в статье  Битва за Киев.

Посмотреть серию агитационных плакатов военного времени можно здесь.


kievpromenad.com

Освобождение Киева от фашистов — МОРПОЛИТ

 

70 лет назад 6 ноября 1943 года, в канун годовщины Великой Октябрьской социалистической революции, Красная Армия освободила Киев от немецко-фашистских захватчиков. Освобождение Киева — одна из самых ярких страниц истории Великой Отечественной войны. За эту историческую победу отдали жизнь десятки тысяч советских воинов.

      После окончания Курской битвы в конце августа 1943 г. советские войска вышли к Днепру. Настал кульминационный момент битвы за Украину. Так Днепр стал стратегическим рубежом, а важнейшим его опорным пунктом был Киев.          15 сентября Ставка фюрера констатировала потерю Левобережной Украины и Донбасса, приказав своим войскам отойти на линию реки Сож, Днепр, Молочная и здесь задержать наступление Красной армии. Для усиления «Восточного вала» командование перебросило из Западной Европы три танковые и три пехотные дивизии. Еще летом союзники известили Советское правительство, что в 1943 г. второй фронт открыт не будет. Гитлеровцы, зная об  этом, снимали с Западного фронта самые боеспособные соединения и посылали их на Восток. Потеря Киева грозила немцам тем, что их группа армии «Юг» оказалась бы отрезана от «группы армии Центр». В такой ситуации если советские войска ударят на западе и юго-западе, то южная группировка немцев попадало в окружение.

Переправа

       В течение всего октября месяца 1943 г. шли ожесточенные бои на Днепре. Наши войска стремились удержать и расширить захваченные плацдармы. Ставка Верховного Главнокомандования поставила перед командованием Воронежским фронтом генералом армии Н.Ф. Ватутиным задачу сосредоточить все внимание на Киевском направлении и вместе с войсками левого крыла Центрального фронта подготовить операцию по разгрому киевской группировки противника и освобождению столицы Украины.

     Между тем новые тяжелые поражения немецко-фашистских войск привели к ухудшению военно-политического положения Германии. Все заметнее стали проявляться признаки истощения людских ресурсов. Большую озабоченность у политического и военного руководства Германии вызывало моральное состояние войск. Упадочнические настроения распространялись не только среди рядового, но и среди офицерского состава, увеличилось количество добровольно сдающихся в плен. Основным фактором, обусловливающим упадок морального духа немецких войск являлась возрастающая мощь Советской Армии.      Немецкое командование в октябре 1943 г. пыталась проводить в жизнь ранее принятое решение – любой ценой удержаться на рубеже Восточного вала. Ближайшими задачами групп армий «Центр» и «Юг» являлись ликвидация плацдармов Советских войск на Днепре, сохранение Правобережной Украины с ее важнейшими экономическими районами.

Бои на Днепре

      Командующий Воронежским фронтом генерал армии Ватутин принял решение нанести главный удар с плацдарма, рассполоенного южнее Киева в районе Великого Букрина, и вспомогательный – с Лютежского плацдарма, севернее Киева. Дважды ударная группировка Воронежского фронта переходила в наступление. Однако прорвать сильную оборону противника ей не удалось. Тогда Ставка предложила перегруппировать силы и нанести главный удар с севера – с Лютежского плацдарма, обойдя Киев с запада и освободить его. За счет хорошей маскировки и дезинформации противника удалось добиться внезапности наступления с Лютежского плацдарма, которое началось 3 ноября после мощной артиллерийской подготовки. Главный удар наносили войска 38-й армии генерала К. С. Москаленко. Удар был настолько неожиданным для гитлеровцев, и был так силен, что противник немедленно стал отходить, бросая оружие и раненных. Фронт был прорван, и наши войска устремились к Киеву с севера. Одновременно начала наступать на запад армия генерала И. Д. Черняховского, располагавшаяся справа от 38 армии. (Следует отметить, что в составе 38-й армии сражались войны I-й Чехословацкой отдельной бригады). Для быстрейшего овладения Киевом в прорыв, созданный армией генерала Москаленко, командующий фронтом направил гвардейскую танковую армию генерала Рыбалко и гвардейский корпус генерала Баранова. 5 ноября советские танки вышли в район Святошино. В боях за Святошино тысячи советских воинов проявили высокие образцы мужества. Незабываемый подвиг совершила комсомолка лейтенант медицинской службы Ф. А. Пушина – военфельдшер 520-го стрелкового полка 167-й стрелковой дивизии. В то время когда она оказывала помощь раненым, от прямого попадания бомбы загорелось здание медицинского пункта. Отважная девушка бросилась в объятое пламенем здание. Она успела вывести и спасти более тридцати советских солдат и офицеров, но сама получила тяжелые ожоги и скончалась. За проявленное мужество отважная комсомолка была посмертно удостоена высокого звания Героя Советского Союза. В ночь на 6 ноября бои развернулись уже на северной окраине Киева и постепенно стали перемешаться к центру города. В результате ожесточенных боев к утру 6 ноября Киев был полностью освобожден.

Киев взорванный фашистами

        Родина высоко оценила массовый героизм своих сынов в Киевской битве. Только с 12 октября по 7 ноября 1943 года 17,5 тыс. воинов 1-го Украинского фронта награждены орденами и медалями, 663 из них, наиболее отличившиеся при форсировании Днепра и освобождении столицы Украины, удостоены высокого звания Героя Советского Союза. В воздушных боях отличился И. Н. Кожедуб, который вскоре стал трижды Героем Советского Союза.

Немецкие пленные на улицах Киева.

       6 ноября 1943 года столица социалистической Родины Москва салютовала доблестным войскам, освободившим Киев, 24 артиллерийскими залпами из 324 орудий.

 Габриэль Цобехия

Александра Герасимова

Военный университет МО РФ

Литература:

  1. Военная история «Военное издательство» М.: 2006.
  2. 65 лет Великой Победы М.: 2010.
  3. М.К. Кузьмин медики – Герои Советского Союза М.: 1970.
  4. Великая Отечественная война «Воениздат» М.: 2001.

morpolit.milportal.ru

Освобождение Киева – как это было!. Социум. Информационно-аналитический портал Inpress.ua

В воскресный день 3 ноября в Киеве на Троещине, на берегу днепровской протока Черторой состоялось военно-реконструкторское представление в честь 70-й годовщины освобождения Киева. Зрителям показали момент форсирования Днепра и взятие плацдарма на его правом берегу. Гремела пиротехника, звучали пулеметные очереди, ездили танки и бронемашины. На плотах и понтонах по воде гребли бойцы в форме РККА 1943 года. Представление о боях за Киев зрители получили – и прониклись! Но что же происходило в реальном Киеве и его окрестностях 70 лет назад?

Киев, понтонный мост рядом с нынешним мостом Метро, ноябрь 1943 год

Субботним утром 6 ноября 1943 года после 12-часовых уличных боев войска Первого Украинского фронта вошли в Киев. 778-дневная нацистская оккупация столицы Украины завершилась. По улицам пустого города (из 900 тыс. человек предвоенного населения освободителей встретило только 180 тыс. жителей) нескончаемым потоком двигались войска. Армейские колонны, преследуя отступавших гитлеровцев, держали путь дальше за город – в сторону Фастова. Все киевляне радостно приветствовали бойцов, удивляясь их непривычной форме с погонами, а также многочисленной военной технике. Днем на Софийской площади прошел митинг, на котором выступил сам Никита Хрущев – первый секретарь ЦК КП(б)У. В это же время над городом кружил «кукурузник» (По-2), с которого оператор кинохроники фиксировал и оценивал масштабы разрушений города.

Бой на берегу Днепра

Итак, 26 сентября 1943-го газета «Новое украинское слово» опубликовала приказ об… эвакуации населения Киева из трехкилометровой запретной зоны, прилегающей к урезу воды правого берега Днепра: «Все, кто не покинет запретную территорию зоны военных действий, будут расстреляны немецкими войсками». Гитлеровцы поездами вывозили киевлян на Запад до самой Польши и Германии.

Причиной столь поспешных действий немецкого командования стало стремительное наступление Красной Армии на Левобережной Украине. Уже 25 сентября левобережная часть Киева (Дарница, Троещина, Осокорки), днепровские острова Труханов и Гидропарк были освобождены от немцев. Все постройки на левом берегу Киева были сожжены, чтобы их деревянные части не использовались Красной Армией для форсирования Днепра на импровизированных переправах. Правда, Труханов остров немцы отбили назад уже 26 сентября, потому что с противоположного высокого правого берега Днепра просто идеально простреливался ровный остров.

Интересно, что Михаил Пилипенко (1924-2009), получивший Героя Советского Союза за высадку на Труханов остров, командир отделения роты связи 1318-го стрелкового полка 163-й стрелковой дивизии 38-й армии Воронежского фронта, младший сержант, уроженец Белоруссии, – в дальнейшей своей жизни оказался очень крепко связанным с Киевом.

Весь октябрь на севере, за Вышгородом, в районе Лютежского плацдарма, грохотала артиллерийская канонада и поднимались столбы черного дыма. Опустевшие кварталы Куреневки, Приорки, Кинь-Грусти сжигали специальные команды «поджигателей» из бывших советских военнопленных, служивших в немецкой армии во вспомогательных частях.

3 ноября 1943 года началось решающее сражение за Киев. Казалось, что началось землетрясение, да еще с грозой и пожаром: с утра по Пуще-Водице залпами били реактивные минометы «катюши». А потом советская авиация начала массированную обработку территории между Вышгородом, Пуще-Водицей и Куреневкой. Штурмовики Ил-2 тройками летели на бреющем полете, расстреливая из пушек и пулеметов все, что шевелится…

А уже к концу 4 ноября немцы разбегались по окопам, лишь услышав звук летящего самолета.

Командующий 3-й гвардейской танковой армией генерал-лейтенант П. С. Рыбалко и бронеавтомобили БА-64 из разведбата под Киевом октябрь 1943 года.

Утром 5 ноября в северной части Киева испуганные немцы истерично рассказывали, что ночью на их позиции, превратившиеся накануне в огненный ад, двинулись многочисленные советские танки с зажженными фарами и включенными сиренами. «Психическая атака» 7 гвардейского танкового корпуса посеяла в рядах гитлеровцев панику. Улицы, ведущие к центру Киева, были забиты отступающими машинами и повозками, а по обочинам валялось брошенное имущество, оружие, стояла неисправная бронетехника.

Арттягач С-2 со 152-мм орудием МЛ-20 на буксире движется к фронту Район Киева, октябрь 1943 года

Капитан артиллерии Петр Лебедев из 232-й стрелковой дивизии 38 армии, воевавший на Лютежском плацдарме севернее Киева, вспоминал:

«Холодным туманным утром 3 ноября войска 1-го Украинского (до 20 октября – Воронежского) фронта перешли в генеральное наступление на Киев. Главный удар на этот раз наносился с северного, Лютежского плацдарма. Бои приняли ожесточенный характер, но исход сражения был предрешен. Под угрозой окружения, прикрываясь арьергардами, противник в ночь на 6 ноября оставил Киев. Мой последний наблюдательный пункт в этом сражении располагался на верхнем этаже большого пятиэтажного здания по Брест-Литовскому шоссе, как раз напротив Киевской кинофабрики (ныне это Большой Павильон киностудии им. Довженко).

Впрочем, наблюдать отсюда было уже не за кем. Здесь же по полевой радиостанции, настроенной на московскую волну, мы слушали доклад Сталина на торжественном заседании в честь годовщины Октябрьской революции. Вождь объявил радостную для каждого весть – Киев освобожден. После 778 дней вражеского плена. На следующий день из приказа Верховного Главнокомандующего мы узнали, что наша Сумская дивизия стала еще и Киевской.
А с утра со своей батареей я проходил среди развалин, которые раньше были улицами так хорошо мне знакомого и любимого города. Киев был наш. Но война продолжалась. Уже через два дня разгорелись тяжелые бои с танковыми соединениями врага, наносившими контрудар в районе Фастова».

29 сентября 1943 года, во вторую годовщину начала массовых расстрелов в Бабьем Яру, в находящемся рядом Сырецком концлагере произошло восстание и массовый побег заключенных. Эти 330 человек с 18 августа 1943-го под конвоем СС… раскапывали массовые захоронения и сжигали трупы расстрелянных здесь в импровизированной гигантской печи, сделанной из могильных плит. Перед сожжением у трупов вырывали специальными клещами из ртов золотые зубы. По окончании работ заключенных должны были уничтожить, а тела их также сжечь.

27 сентября 1943 года Яков Капер подобрал ключ к замку, которым запиралась землянка с узниками. В ночь с 28 на 29 сентября, за день до расстрела, было решено устроить побег. Владимир Кукля открыл замок, просунув руку через решетку единственной двери землянки. Владимир Давыдов стоял тут же и вел наблюдение за лагерной охраной. Замок открывали более трех часов. Почти на рассвете Кукля открыл замок, и тогда все обитатели землянки начали расковывать свои кандалы. Затем кто-то рванул дверь, и с криком «Ура!», «За Родину!» все повалили наверх.

В короткой схватке почти вся дежурная охрана была перебита восставшими. Пулемет с караульной вышки строчил, не умолкая по всему, что шевелилось. Через несколько минут после начала восстания сверху из караульного помещения наводить порядок побежало около сотни эсэсовцев. К этому времени многие из заключенных уже успели удрать вниз или вверх по Яру, пользуясь суматохой и неразберихой. В темноте было сложно разобрать – где свои, а где чужие, а осветительные ракеты ослепляли всех – и охрану, и беглецов. Таким образом, из 300 смертников Бабьего Яра ушло в ту ночь от расстрела всего человек 20.

 Бабий Яр до войны — карьер

Войну пережили около 10 участников побега. В 1965 году в Киеве из участников этого почти забытого восстания проживали: Владислав Кукля, Яков Капер, Захар Трубаков, Давид Будник, Семен Берлянд, Леонид Островский, Григорий Иовенко.

Но самые кровавые бои за Киев шли южнее города. Под командованием генерала Кирилла Москаленко 40 армия на Букринском плацдарме юго-восточнее Киева крошила людей беспримерная мясорубка. 65 лет спустя уроженец Артемовска Донецкой области Григорий Матусов, командир ленд-лизовсокго танка «Валентайн» («валентна» на жаргоне бойцов) из 53 полка 69 механизированной бригады рассказал, как в начале ноября 1943 года их вынудили атаковать колонну немецкой бронетехники, которую сопровождали более тяжелые немецкие танки «Тигр». Григорий Матусов так вспоминал этот бой:

«Мы были готовы к атаке, механик прогрел мотор. В семь часов утра в небо взлетела сигнальная ракета и реактивные снаряды. Они, обгоняя один другого, полетели в сторону немцев, и мы рванули вперед. Танк, идущий слева, подорвался на мине, но лавина «Валентайнов» шла по большому ровному полю на немцев. В этот момент над нами появился самолет и сбросил на танки контейнер, из которого посыпались сотни гранат.

Идем по чужому танковому гусеничному следу и упираемся в стоящую «валентину», вся башня в крови, гудит рация, внутри убитый механик-водитель, пахнет кровью и горелым. Рядом еще один наш застывший навеки танк. Дикий запах гари. Наши танки скапливались правее от нас, в балке, и я выехал к обрыву и увидел как вдали, в клубах дыма и пыли отходит колонна немецкой техники. Я выпустил по ним с десяток снарядов, и отъехал от края балки, где стали рваться снаряды. Стоит метрах в ста от нас еще одна «валентина», подбегаю к ней, снял с пояса гранату, стучу ею по броне. Вылезает из башни командир танка, спрашиваю – «Где ротный?» – «Убило Лосева. Теперь Савиных нами командует». Пошел по тропке до края балки, где находилось несколько наших танков, увидел там Савиных, доложил ему, что по дороге отходит немецкая колонна. Он приказал мне бить по ней, пока остальные танки попытаются под немецким артиллерийским огнем выехать из балки.

Танк «Валентайн» на понтоне через Днепр под Букрином, 1943 год

Мой танк выехал на край, мы снова стреляли по колонне, которая скрывалась в громадных клубах пыли и дыма, пока Савиных с другими танками не вышел из балки, а потом и сами двинулись в паре, в направлении деревни Букрын. Ехали по полю, я стрелял из пулемета по хатам, вышли на полевую дорогу, ведущую прямо в село, и заехали в проулок. Смотрю, справа от нас немецкое орудие, стал поворачивать башню, успел увидеть, как немцы отбегают от орудия, и тут… адская боль в руке, я сполз с сиденья, танк сильно качнуло, грохот, и машина остановилась.

Мы наехали на пушку и раздавили ее. Меня вытащили из танка через башню, сзади уже подбегала наша пехота. Чистяков мне забинтовал кисть правой руки, кровь сочилась через бинты. Я сказал экипажу, чтобы ждали, кого-то пришлют мне на смену, попрощался с механиком и заряжающим, и, стеная от боли, пошел в тыл, к Днепру, по грунтовой дороге. Навстречу мне шла цепью наша пехота».

По дороге к Днепру раненый Матусов увидел результаты боевой работы танкистов. На узком месте дороги стояли два «тигра», один против другого. Слева – резкое возвышение дороги, а справа – обрывистый скат. Эти подбитые «тигры» закрыли своими тяжелыми корпусами проход для колесных машин, которые догорали, окутанные чадящим дымом. Несколько грузовиков, «легковушка», три покореженные разбитые пушки, трупы немцев, и снова горящие машины… Все было брошено впопыхах.

Танк «Черчиль» и подбитый немецкий броневик

Видимо, первый подбитый немецкий «Тигр», стоящий поперек и уткнувшийся пушкой в возвышенность, перекрыл дорогу, и вся немецкая колонна оказалась в ловушке. Никто не смог развернуться назад, а с другой стороны дороги – обрыв. А сзади наступали и стреляли советские танки. Важная деталь повышения живучести немецких танков, которая сразу же бросилась в глаза советскому танкисту, – на моторном отделении «Тигра» была натянута мелкая сетка – чтобы брошенные бутылки зажигательной смеси не разбивались, плюс покрытие, похожее на мягкий асбест. Дальше дадим слово самому Матусову, который так вспоминал произошедшее с ним после ранения на берегу Днепра:

«Я шел, и радость от увиденного приглушала сильную боль в раненой руке. Думал о том, что тут и моя работа, ведь это был именно тот участок дороги, по которому я палил из танка. Я сполз по обрывистому скату, вдали блестел Днепр, и пошел к реке…

На мосту стояли военные с красными околышами на фуражках, энкэвэдешники из заградотряда. Среди них был один капитан, который крикнул кому-то из своих: «Проверь танкиста! Небось, руку кровью обмазал и бежит!». Заградотрядовец стал разматывать бинты на руке, видит – из-под них сочится кровь, и говорит мне: «Извини браток, проходи». – «А где тут госпиталь?», – спрашиваю. – «На той стороне, пройдешь прямо по дороге до села километра три, там его увидишь», – был ответ».

Танк типа «Черчиль» на улице Киева, ноябрь 1943 года

В итоге все-таки Григорий Матусов попал в Киев – в ноябре его полевой госпиталь из-под Букрина перевели в освобожденную Пущу-Водицу под Киевом, где он пробыл до февраля 1944 года. Потом отбыл воевать дальше – на Карельский фронт, гонять финнов. Войну он закончил командиром тяжелого танка ИС-2 под немецким городом Штетином (сейчас – польский Щецин) на берегу Балтийского моря.

70 лет назад этот человек со своим экипажем в балках и оврагах под Букрином сделал все возможное, чтобы другие бойцы и командиры РККА попали на Крещатик… 

inpress.ua

Битва за Киев в 1943-м году. Как это было? | Культура

Киевская наступательная операция была частью битвы за Днепр, которая длилась несколько месяцев. Наравне с Курской битвой, она считается одной из самых важных и кровопролитных в истории Второй мировой войны. С обеих сторон принимало участие около 4 миллионов человек, длина фронта составляла 750 км. В августе 1943 г. немцы начали строить линию оборонительных сооружений «Восточный вал», солдатам объявили приказ Гитлера: «Любой отступающий будет расстрелян».

Красная армия освободила много городов и сел в восточных индустриальных районах Украины и постепенно начала подходить к Киеву. В сентябре 1943 года войска Воронежского фронта (в октябре переименованного в 1-й Украинский фронт) начали наступление. Ставка Высшего Командования дала приказ освободить город к 26-й годовщине Октябрьской революции.

Бои велись в крайне сложных условиях, военные силы были практически одинаковыми, превосходство Красной Армии было только в танках, но не намного — в 1,6 раза. Большая часть советских войск была сосредоточена на 80 км южнее Киева, в районе Букринского плацдарма, а вспомогательные части находились севернее, возле поселка Лютеж. Войска 38-й армии закрепились здесь, образовав плацдарм длиной 15 км и глубиной более 10 км. Командование дважды предприняло попытки наступления со стороны Букрина, но безрезультатно. Рельеф пересечения реки был сложный, особенно для танковой армии Рыбалко.

24 октября было принято решение о переводе войск на Лютежский плацдарм, поэтому там начали проводить подготовительные укрепительные работы. Перевод войск, а именно — 7-го артиллерийского корпуса, 3-й гвардейской танковой армии, 23-го стрелкового корпуса, проводили тайно, немецкие самолеты-разведчики этого не заметили. Маневр был проведен на высочайшем уровне, ведь технику пришлось переводить на расстояние 130−200 км в условиях осенней непогоды и бездорожья. В основном двигались ночью либо рано утром, когда был густой туман. На местах прежней дислокации устанавливали макеты, чтобы ввести противника в заблуждение.

С Лютежского плацдарма 3 ноября 1943 года советские войска начали решающую наступательную операцию на Киев. Наступление усложняли погодные условия — шел дождь, но солдаты двигались вперед и днем, и ночью. В полночь 6 ноября первый танковый батальон Якушева вошел в центр города, о чем была сделана надпись на одном из домов. В 4 часа сопротивление немцев было сломлено. Спустя несколько дней немецкий командующий Манштейн попытался нанести контрудар, но был разбит.

За форсирование Днепра 2438 солдат получили звание Героя Советского Союза, что составило почти 20% от общего количества Героев, в целом 17500 человек получили различные награды. Касательно потерь военного состава Красной Армии, то до сих пор эта тема остается открытой и дискуссионной. В различных источниках упоминаются разные цифры, которые часто копируются из официальных советских сводок, скрывавших реальные потери.

Раньше не писали о том, что часто новобранцев отправляли под шквальный пулеметный огонь без оружия, используя как пушечное мясо: большинство погибало в первом же бою. Очевидцы писали о том, что вместо традиционных криков «Ура!» они кричали: «Мама! Боже! Помогите!» А новобранцы — это те, кого набирали из освободившихся городов и сел, очень часто 16−18-летние ребята. Всех, кто жил на оккупированных территориях, считали предателями, которые должны были кровью смыть свой «позор». На фронте таких людей называли «черной пехотой», или «пиджачниками», потому что у них не было даже военной формы. Считают, что во время битвы за Киев было мобилизировано 300 тысяч новобранцев, из которых погибло 250−270 тысяч человек. Общие же потери составили 380−400 тысяч человек, причем многие из солдат просто утонули…

В селе Новые Петровцы во время битвы находился командно-наблюдательный пункт генерала Н. Ватутина, поэтому после войны там был создан музей. Сейчас там можно увидеть военную технику, блиндажи, командно-наблюдательные пункты Н. Ватутина, К. Москаленка, Н. Хрущева, П. Рыбалко. Конечно же, 6 ноября здесь проводятся мероприятия, посвященные освобождению города. Не хочется говорить — празднования, скорее это день памяти.


shkolazhizni.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о