ПВО России прикрывает только полстраны » Военное обозрение

С-400 «Триумф» на полигоне Ашулук в Астраханской области во время тактических учений войск воздушно-космической обороны РФ. Фото: Руслан Кривобок / РИА Новости

Опыт Ирака, Югославии, Ливии показал, что экономить на ПВО — преступно

В России до сих пор живы приятные воспоминания о том, какие огромные потери понесла американская авиация от отечественных зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) во Вьетнаме в 1965—1973 годах, а израильская — над Суэцким каналом в 1970 и 1973 годах. При этом нельзя не признать того факта, что после Вьетнама авиация всегда выигрывала у наземной ПВО (в том числе и в 1973 году на Ближнем Востоке). Особенно показательны разгромы, которые израильская авиация учинила сирийской ПВО в ливанской долине Бекаа в июне 1982 года, а авиация США и их союзников — иракской ПВО в январе — феврале 1991 года. Эти два примера взяты потому, что ПВО Сирии и Ирака считались мощными и современными (в отличие от ПВО Югославии в 1999 году или того же Ирака в 2003 году). Израильтяне в июне 1982 года потеряли всего один истребитель «Кфир» (сбит ЗРК С-75), в июле — один «Фантом» (сбит ЗРК «Оса»), кроме того, сирийская зенитная артиллерия сбила несколько вертолетов. США и их союзники во время «Бури в пустыне» потеряли от иракских наземных средств ПВО примерно 40 самолетов. Разгром ПВО был при этом в обоих случаях полным и абсолютным.

Кроме технических и тактических аспектов, победы авиации над наземной ПВО объясняются тем, что первая всегда владеет инициативой, а вторая вынуждена пассивно ждать. Причем изменить данную ситуацию никаким образом невозможно.

Невозможно и обойтись без наземной ПВО. Она, в отличие от авиации, всепогодна, ей не нужно возвращаться на аэродром после выполнения боевого задания, ее персонал, несмотря на сложность техники, готовить проще, чем летный состав (хотя бы с точки зрения физической подготовки), она не требует огромного количества ГСМ (зато может подключаться к внешним источникам энергопитания), у нее, как правило, больше готового к стрельбе боекомплекта, чем у авиации. Кроме того, сам факт наличия ПВО требует отвлечения сил авиации на ее подавление. Причем чем сильнее наземная ПВО, тем больше авиации нужно для ее подавления. Соответственно, авиация отвлекается от решения основных задач по поражению объектов вооруженных сил, инфраструктуры, промышленности, государственного управления противника. Тем самым ПВО автоматически решает свою задачу — прикрытие всего перечисленного от вражеской авиации. Хотя бы тем, что отвлекает вражескую авиацию на себя.

Американский F-105D сбит советскими РЗК над Северным Вьетнамом. Фото: фотоархив Евгения Богуна

Судя по открытым данным, сегодня российская ПВО (та, что включена в состав ВВС) имеет 34 полка с ЗРС С-300ПС, С-300ПМ и С-400. В их составе сто дивизионов — девяносто один С-300 и девять С-400 (те пять полков, где имеются дивизионы С-400, включают и по одному дивизиону С-300ПМ, поскольку эти системы совместимы). В это число включен учебный центр боевой подготовки ЗРВ в Ашулуке Астраханской области, где имеются два дивизиона С-300П, при этом, строго говоря, боевой частью он не является. Кроме того, пять зенитно-ракетных бригад, преобразованных в полки, были переданы в ВВС из состава ПВО сухопутных войск — по две 2-дивизионных бригады С-300В и «Бук» и одна смешанная (два дивизиона С-300В, один дивизион «Бук»). Всего, таким образом, мы имеем 39 полков, включающих 107 дивизионов (или 38 и 105, если исключить Ашулук). На первый взгляд это кажется много.

Однако распределено все это по гигантской территории страны крайне неравномерно. Разумеется, лучше всего защищена Москва, вокруг которой размещены десять полков ЗРС С-300П (в составе двух из них имеется по два дивизиона С-400), а также все пять полков российской системы стратегической ПРО с ракетами А-135. Кстати, это единственная действующая система ПРО в мире, ибо у США сегодня есть только десятилетние разговоры про ПРО, сопровождаемые десятилетней истерикой Москвы. В 2011 году все эти полки, а также все системы предупреждения о ракетном нападении на территории самой России, Белоруссии и Казахстана составили войска Воздушно-космической обороны (ВКО). Почему этой самой ВКО достойна только Москва и почему подмосковные полки С-300П/С-400 организационно вырваны из остальной системы ПВО страны — вопросы, до сих пор остающиеся без ответа.

Достаточно хорошо прикрыт, конечно, Санкт-Петербург — четыре полка С-300П и смешанный полк С-300В/«Бук». Удовлетворительной можно считать ПВО мест базирования флотов. В районе Мурманска, Североморска и Полярного дислоцированы три полка С-300П, в районе Владивостока и Находки — два полка С-300П, причем находкинский полк получил два дивизиона С-400. В Калининградской области, где находится главная база БФ, имеется один полк С-300В и один полк С-300П/С-400. Петропавловск-Камчатский прикрыт одним полком С-300П, Новороссийск — также одним, который уже получил два дивизиона С-400.

Относительно приемлема ситуация в районе Хабаровска — один полк С-300П и один С-300В в соседней Еврейской автономной области. Еще один полк С-300П прикрывает Комсомольск-на-Амуре.

На этом все хорошее или хотя бы относительно удовлетворительное заканчивается.

В Центральном районе за пределами Московской области — один полк С-300П под Воронежем. В Северо-Западном регионе (кроме Питера и района Мурманска) — один полк С-300П в Новгородской области (прикрывает элитные дачи на Валдае). На Северном Кавказе (кроме новороссийского полка) — один полк С-300П под Ростовом-на-Дону и один полк ЗРК «Бук» в Краснодарском крае. Причем последний лишь условно можно считать частью ПВО страны. «Бук» — чисто войсковой ЗРК, включение его в систему ПВО искусственно и явно ошибочно. На все Поволжье (кроме Ашулукского полигона) — два полка С-300П (под Самарой и под Энгельсом Саратовской области). Сказать, что это много, как-то не получается. Но на востоке дела несравненно хуже.

На весь Урал, «опорный край державы», с его военной промышленностью — один полк С-300П под Екатеринбургом. На всю гигантскую Сибирь (жители европейской части, как правило, совершенно не представляют ее реальных размеров) — три полка С-300П (Новосибирск, Иркутск, Ачинск Красноярского края) и один полк «Бук» (в Бурятии), который, как было сказано, можно лишь условно относить к ПВО страны.

Все, что есть на еще более гигантском Дальнем Востоке, уже перечислено выше (один полк С-300П/С-400, четыре полка С-300П, один полк С-300В в районах Владивосток — Находка, Хабаровск — Биробиджан, Комсомольск-на-Амуре и Петропавловск-Камчатский). «Дыры» между объектами ПВО на востоке страны составляют по несколько тысяч километров, в них может лететь кто и что угодно в любых количествах. Впрочем, не только в Сибири и на Дальнем Востоке, но и по всей стране огромное количество критически важных объектов промышленности и инфраструктуры и пунктов дислокации СЯС (не говоря уж об обычных ВС) никакой ПВО не прикрыты.



В рамках Госпрограммы вооружений предполагалось иметь двадцать восемь 2-дивизионных полков С-400 и до десяти дивизионов новейшей ЗРС С-500 (последняя якобы должна выполнять задачи не только ПВО и тактической ПРО, но и стратегической ПРО) к 2020 году. Сейчас уже практически нет сомнений, что эти планы будут сорваны, хотя на самом деле и они представляются весьма скромными и недостаточными для обеспечения адекватной ПВО страны.

В частности, в начале производства С-400 внезапно выяснилось, что нам не хватает мощностей для ее производства, ибо многие предприятия давно уничтожены их собственными «эффективными менеджерами». Поэтому в авральном порядке было начато строительство заводов в Кирове и Нижнем Новгороде, что, естественно, потребует времени и денег. Впрочем, когда заводы достроят, столь же внезапно выяснится, что для них не хватает рабочих и инженерных кадров. Те, кого у нас плодят в последние годы, то есть эти самые «эффективные менеджеры», а также «звезды» попсы и спорта, «политически активная» селигерская молодежь и прочие «лучшие люди страны», для производства оружия не подходят. Тем более они не подходят для решения сложнейших научных задач по созданию новой боевой техники. Пройдет совсем немного времени — и, опять же, внезапно выяснится, что промывка мозгов и религия науку никак заменить не могут, а без науки через не очень длительный период нас возьмут голыми руками.

Ситуация усложняет то, что техника ПВО является очень дорогой. Цена одного полка (даже если в нем всего два дивизиона) современной ЗРС сравнима с ценой крупного боевого корабля. При этом меньше полка строить нельзя, ибо только он является полноценной боевой единицей. Кроме того, сейчас появилась проблема, которой практически не было в войсках ПВО СССР: объекты ПВО, даже если они расположены в глубине страны, требуют значительного прикрытия с земли от действий террористов и диверсантов-спецназовцев. Силами личного состава самого зенитно-ракетного полка эту задачу уже не решить. Кроме того, их необходимо прикрывать и с воздуха средствами ПВО малой дальности. Сегодня полки с С-400 получают для этого ЗРПК «Панцирь-С» (по 2 на дивизион), но С-300П и В не прикрыты ничем.

Пуск ракеты зенитно-ракетным комплексом «Панцирь-С» в рамках учений войск ПВО на полигоне Ашулук в Астраханской области. Фото: Михаил Фомичев / РИА Новости

В связи с проблемами переоснащения ПВО новой техникой у нас иногда предлагается вроде бы здравое паллиативное решение: обеспечить прикрытие силами ПВО лишь объектов СЯС, то есть сделать «щит для меча», что, разумеется, дешевле, чем прикрывать всю страну. Суть идеи в том, что в этом случае никакой противник не сможет нас внезапно обезоружить, а, следовательно, не рискнет напасть. Увы, эта идея лишь на первый взгляд является здравой.

Как известно, главный недостаток ЗРС С-300 и С-400 — в низком темпе перезаряжания пусковых установок. Поэтому если удар будет по-настоящему массированным, то даже при высокой точности стрельбы им может не хватить ракет для поражения всех целей. Соответственно, если этих ЗРС будет мало, то те два противника, которые могут захотеть нас разоружить (США и Китай), сумеют просто задавить их массой ракет, самолетов и беспилотников, при этом и на СЯС тоже хватит. Кроме того, эти два противника могут выбрать и другой вариант — начать громить неядерным оружием наши промышленность, инфраструктуру и обычные ВС, не прикрытые ничем. Мы в этом случае нанесем по ним ядерный удар, заведомо зная, что получим аналогичный ответ? К сожалению, ни малейшей уверенности в этом нет. При таком варианте мы можем остаться с «мечом и щитом», но без страны.

Поэтому как бы дорого это не было, но прикрывать надо как можно больше важнейших объектов и даже просто территорию. Вообще, чем больше будет ЗРС, тем меньше даже у самого сильного противника возможности задавить их массой. И именно в этом случае у него резко снизится желание совершать агрессию.

Опыт Ирака, Югославии, Ливии показал, что если сэкономить (причем в первую очередь как раз на ПВО) условный миллион сегодня, то это может обернуться потерей миллиарда завтра. То есть подобная «экономия» абсурдна с чисто экономической точки зрения. Более того, и опыт европейских стран показывает, что экономия на ВС, ведущая к их предельному сокращению, то есть чисто автоматически, к утрате боеспособности, в итоге также оборачивается гораздо большими, причем часто совершенно бессмысленными расходами. Но у нас не очень принято учиться не только на чужих, но и на своих ошибках.

topwar.ru

Узнай, как ты защищен — ПВО России

Россия в настоящее время разделена на шесть военных зон ПВО, которые можно увидеть на изображении ниже.

Эти военные зоны будут проанализированы отдельно с точки зрения развернутых в настоящее время средств ПВО.

Следующие значки будут использоваться для отображения системы ПВО на территории России:

Квадрат: объекты, такие, как гарнизоны, испытательные и учебные центры
Ромб : РЛС дальнего обнаружения
Треугольники: площадки ПВО

Радары:

64N6 — (кодовое обозначение НАТО — BIG BIRD (TOMBSTONE) long-range surveillance radar) представляет собой мобильную радиолокационную станцию обнаружения кругового обзора с двусторонней ФАР, автоматическим управлением режимами и съема данных, работающую в сантиметровом диапазоне частот. Он предназначен для обеспечения радиолокационной информацией ПБУ 54К6 средств управления 83М6 ЗРС С-300ПМ.

36D6 — мобильный трехкоординатный радиолокатор обзора воздушного пространства применяется в современных автоматизированных системах противовоздушной обороны, зенитно-ракетных комплексах для обнаружения низколетящих воздушных целей, прикрытых активными и пассивными помехами, для управления воздушным движением военной и гражданской авиации

9S18M1 — Мобильная трехкоординатная радиолокационная станция 9С18М1 «Купол»

Комплексы ПВО:

S-25 — Cтационарная зенитно-ракетная система «Беркут» (SA-1 Guild по классификации НАТО).
S-75 — Зенитный ракетный комплекс С-75 «Десна»
S-125 — Зенитный ракетный комплекс С-125 «Нева»
S-200 — Зенитно-ракетная система С-200 «АНГАРА»
S-300 — Зенитно-ракетная система С-300В / С-300ВМ «Антей-2500»
9K37 — Зенитный ракетный комплекс 9К37 «Бук-М1»
2K12 — Зенитный ракетный комплекс «Куб»(по классификации НАТО — SA-6 Gainful)

Значки будут закодированы цветом следующим образом:

Темно красный: комплекс S-75
Ярко-красный: комплекс S-300с серии S-300V, и радар 64N6
Темно-синий: РЛС дальнего обнаружения 36D6
Яркий синий: комплекс S-125
Зеленый: РЛС 9K37
Фиолетовый: комплекс S-200
Белые: пустующая или запасная площадка
Коричневые: гарнизоны ПВО

Синий круг показывает область обнаружения РЛС, красный область поражения средств ПВО.

Западная зона ПВО

Северо-западная зона ПВО

Юго-западная зона ПВО

Центрально-азиатская зона ПВО

Сибирская зона ПВО

Дальневосточная зона ПВО

Калининград ПВО

Около семисот объектов ПВО были выявлены в России и в Калининграде. Общее число распределяются следующим образом:

Станций дальнего обнаружения: 140
36D6 РЛС: 38
64N6 РЛС: 23
9S18M1 РЛС: 1

Активных комплексов С-75 : 4
Активных комплексов С-125 : 1
Активных комплексов С-200 : 1
Активных комплексов 9К37 : 1
Активных комплексов С-300В : 1
Активных комплексов С-300ПТ : 6
Активных комплексов С-300ПС : 27
Активных комплексов С-300ПМ : 21

Объектов поддержки: 41

Неактивных комплексов S-25: 42
Неактивных комплексов С-75 : 175
Неактивных комплексов С-125 : 27
Неактивных комплексов 2K12 : 2
Неактивных комплексов С-200 : 78
Неактивных комплексов 9K37 : 1
Неактивных комплексов С-300с : 53

Воздушная составляющая

Обсуждения ПВО в России не будет полным без упоминания о МиГ-31. Как можно заметить, существуют значительные пробелы в системе воздушной безопасности всей территории страны. МиГ-31 является одним из стратегических перехватчик которому поручено защищать периферию России, а также его использование дает возможность охватить гораздо больше территории, чем небольшое число батарей ПВО. В настоящее время есть семь активных подразделений внутри России на вооружении которых стоит МиГ-31. Имея активную зону радиусом от 720 км на скорости 2,35 маха (скорость звука) и 1250 км на 0,8 маха, МиГ-31 хорошо подходит для патрулирования районов в которых отсутствует достаточное наземной ПВО. Четыре самолета может эффективно контролировать и совместно поражать цели на участке воздушного пространства шириной в 1600 километров, а благодаря присутствию современных систем позволяет передачу информации о целях между перехватчиками.

Перехватчики МиГ-31 могут быть поддержаны самолётами радиолокационной разведки и управления А-50, которые базируются в Иваново. Возможности А-50 и МиГ-31, их дальность действия расширяется при использовании дозаправки в воздухе от танкеров Ил-78 (MIDAS). Единственным ограничением, является тот факт, что в России количество Ил-78 относительно невелико, и как таковой их первоочередная задача заключается в поддержке стратегической авиации, действующих ядерных бомбардировщиков.

Выводы:

Российское ПВО по мнению большинства экспертов обладает самым современным оружием, которе вы не найдете нигде в мире. Несмотря на тот факт, что есть много значительных пробелов в охвате территории.

Российская ПВО, несомненно, представляет собой важный сдерживающий фактор на любые воздушные вторжения в воздушное пространство России, хотя это не видно на первый взгляд, оценивая только выявленные активные объекты.

А, о личной защищённости, каждому судить самому.

www.gradremstroy.ru

Интерактивная карта ракетных систем показывает, насколько беспорядочной может быть война между НАТО и Россией | Военное дело | ИноСМИ

В Польшу прибыли первые 3,5 тысячи американских военнослужащих в рамках 9-месячной миссии, которая началась 8 января. Для бронетанковой бригады США такая длительность миссии в Восточной Европе является беспрецедентной. Боевая группа 3-й бронетанковой бригады из состава 4-й пехотной дивизии выдвинулась в Жагань и Поморское, а 87 танков М-1 «Абрамс» последовали за ними на поездах.

 

Это стало началом ротации усиленного военного контингента НАТО, в чьи задачи входит противостояние России. Помимо танков эта бронетанковая бригада везет с собой 18 самоходных гаубиц «Паладин», несколько сотен автомобилей Humwee и 144 боевые машины пехоты «Брэдли», которые будут распределены по всей Восточной Европе.

 

Со времен холодной войны в Европе не было американских военных формирований такого масштаба.

 

Однако когда американские военные пройдут Жагань, они попадут в зону покрытия российских ударных ракет наземного базирования, развернутых в Калининграде — анклаве, расположенном между Польшей, Литвой и Балтийским морем. За последние несколько лет Россия вложила огромные средства в наращивание своего боевого потенциала в этом районе.

УНИАН

El Confidencial

Delfi.lt

112.ua

Defence24

В случае военного конфликта за страны Балтии российские ракеты могут быть выпущены по войскам НАТО, движущимся из Польши. Это может замедлить скорость движения подкрепления, если Россия захочет вторгнуться с Латвию, Литву или Эстонию.

 

Страны Балтии будут отчаянно нуждаться в этих подкреплениях, чтобы у них появился шанс — даже если он будет очень небольшим — остановить наступление гораздо более многочисленной российской армии. Сегодня российская армия стала меньше по сравнению с тем, какой она была прежде, однако ее сил вполне хватит для того, чтобы «сломить любую оборону, которую ей могут противопоставить армии стран Балтии», как говорится в исследовании, проведенном корпорацией RAND в 2016 году.

 

Развернутые в Калининграде ракеты представляют собой серьезную помеху для НАТО.

 

Для наглядной иллюстрации мы приводим здесь интерактивную карту, на которой отмечены эти ракетные «пузыри», показывающие дальность удара различных видов оружия в Европе. Эту карту подготовили эксперты Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне.

 

На этой карте можно посмотреть дальность ударов российского оружия для поражения наземных целей, зенитных систем и оружия морского базирования, расположенного у российских границ. Эту карту не стоит считать исчерпывающей, кроме того, точки расположения морских орудий на ней фиксированные, хотя в случае реального конфликта их месторасположение может меняться.

© Wikimedia/Joseph A. Lambach, U.S. Marine CorpsАмериканский танк M1A1 «Абрамс» в Ираке

Что касается НАТО, то вы можете посмотреть дальность действия морских орудий альянса для поражения наземных целей и объектов ПРО, а также расположение ключевых портов высадки, куда альянс может доставлять подкрепления по морю или по воздуху.

 

Хотя эта информация не является новой, в таком визуальном варианте она вызывает некоторую тревогу. Российские баллистические ракеты «Искандер-М», оснащенные фугасными боевыми частями, могут пролететь на несколько сотен километров вглубь территории Польши. Разумеется, страны Балтии полностью попадают в их радиус действия.

The National Interest

The National Interest

Wired Magazine

ИноСМИ

База НАТО в Жагани находится на самом краю радиуса действия ракет «Искандер-М».

 

В 2015 и 2016 году российские военные корабли много раз запускали свои крылатые ракеты SS-N-30 «Калибр» из Каспийского моря в Сирию, то есть эти ракеты преодолевали расстояние не менее тысячи миль. Если выпустить ракеты «Калибр», очень похожие на американские крылатые ракеты «Томагавк», из Черного моря, они способны с легкостью достичь большинства европейских стран.

 

Российский флот в значительной мере ослабел со времен распада СССР, и сейчас он лучше всего приспособлен для береговой обороны и проецирования силы в регионе, однако для выполнения этих задач Кремлю не нужен большой флот. В Каспийском море Россия расположила небольшие ракетные корабли класса «Буян», с которых можно запускать ракеты «Калибр» и которые также есть на вооружении у ее Балтийского флота.

 

Западную границу России обрамляют объекты ПРО. Радиус действия зенитных ракетных комплексов С-300 и С-400 охватывает половину территории Польши и покрывает всю территорию стран Балтии — то есть в случае конфликта НАТО будет необходимо нейтрализовать эти системы, чтобы затем самолеты альянса смогли обеспечить защиту Литвы, Латвии и Эстонии.

 

Между тем, на этой карте также видны уязвимые места России.

 

Военные корабли НАТО с ракетами «Томагавк» могут с легкостью нанести удар по крупнейшим городам России — в том числе по столице — находясь на очень большом расстоянии от них.

 

Коротко говоря, военный конфликт между Россией и НАТО будет хаотичным, жестоким и ужасным.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

inosmi.ru

10 российских средств ПВО: ЗРК и ЗРС

Отражать летящие ракеты противника, сбивать самолеты и вертолеты, прикрывать сухопутные войска и важные объекты — все это могут средства противовоздушной обороны. Зенитно-ракетные системы и комплексы — самые сложные с инженерной точки зрения военные машины: для них разрабатываются средства воздушной разведки, наведения и слежения; на них ставят лазерное и радиооборудование. Некоторые из них способны увидеть цель за 200 километров, сбить беспилотный самолет, невидимку Stealth или самонаводящуюся ракету.

ЗРС С-300ВМ «Антей-2500»

Единственная в мире мобильная система ПВО, которая может перехватывать баллистические ракеты малой и средней дальности (до 2500 км). Еще «Антей» может сбить современный самолет, в том числе невидимку Staelth. Цель «Антей» мижет поразить одновременно четырьмя или двумя ракетами ЗУР 9М83 (9М83М) (в зависимости от используемой пусковой установки). Помимо российской армии концерн «Алмаз — Антей» поставляет «Антей» в Венесуэлу; подписан также контракт с Египтом. А вот Иран в 2015 году отказался от него в пользу ЗРК С-300.

ЗРС С-300В

Войсковая самоходная зенитная ракетная система С-З00В несет два типа ракет. Первый — 9М82 для того, чтобы сбивать баллистические «Першинги» и авиационные ракеты типа SRAM, а также далеко летящие самолеты. Второй — 9М83, для поражения летательных аппаратов и баллистических ракет типа «Ланс» и Р-17 «Скад».

Автономная ЗРС «Тор»

Носящая гордое имя скандинавского божества ЗРК «Тор» может прикрыть не только пехоту и технику, но и здания и промышленные объекты. «Тор» защищает, в том числе, от высокоточного оружия, управляемых авиабомб и беспилотников противника. При этом система сама контролирует обозначенное воздушное пространство и самостоятельно сбивает все воздушные цели, не опознанные системой «свой-чужой». Поэтому она им называется автономной.

Зенитно-ракетный комплекс «Оса» и его модификации «Оса-АК» и «Оса-АКМ»

С 60-х годов XX века «Оса» стоит на вооружении советской, а впоследствии российской армии и армий стран СНГ, а также более 25 стран дальнего зарубежья. Она способна защитить сухопутные войска от самолетов, вертолетов и крылатых ракет противника, действующих на предельно малых, малых и средних высотах (до 5 м на удалении до 10 км).

ЗРК МД-ПС повышенной скрытности функционирования

Скрытность МД-ПС обеспечивается за счет использования оптических средств обнаружения и наведения ракеты по инфракрасному излучению цели в диапазоне волн 8−12 мкм. Система обнаружения имеет круговой обзор и может одновременно найти до 50 целей и выбрать самые опасные. Наведение осуществляется по принципу «выстрелил-забыл» (ракетами с головками самонаведения, которые «видят» цель).

«Тунгуска»

Зенитный пушечный ракетный комплекс «Тунгуска» — это ПВО ближнего радиуса действия. В бою она прикрывает пехоту от вертолетов и штурмовой авиации, действующих на малых высотах, и обстреливает легкобронированную сухопутную и плавучую технику. Огонь она открывает не только с места, но и в движении — только бы не было тумана и снегопада. Кроме ракет ЗУР9М311 «Тунгуска» оснащена зенитными автоматами 2А38, которые могут развернуться к небу до угла в 85 градусов.

«Сосна — РА»

Лёгкий мобильный буксируемый зенитный пушечно-ракетный комплекс «Сосна-РА», как и «Тунгуска», оснащена зенитным автоматом, который поражает цели на высоте до 3 км. Но главное достоинство «Сосны-РА» — гиперзвуковая ракета 9М337 «Сосна-РА», которая стреляет уже по целям на высоту до 3500 метров. Дальность поражения составляет от 1,3 до 8 км. «Сосна-РА» — легкий комплекс; это значит, что его можно поставить на любую платформу, которая выдержит ее вес — грузовики Урал-4320, КамАЗ-4310 и другие.

Новинки

Зенитная ракетная система большой и средней дальности С-400 «Триумф»

Поражение целей на большой дальности в российской армии обеспечивает, в том числе, ЗРС С-400 «Триумф». Она предназначена для уничтожения средств воздушно-космического нападения, и способна перехватить цель на расстоянии более 200 километров и на высоте до 30 км. На вооружении российской армии «Триумф» стоит с 2007 года.

«Панцирь-С1»

ЗРПК «Панцирь-С1» приняли на вооружение в 2012 году. Его автоматические пушки и управляемые ракеты с радиокомандным наведением с инфракрасным и радиолокационным слежением позволяют обезвредить любую цель в воздухе, не суше и на воде. «Панцирь-С1» вооружен 2 зенитными пушками и 12 ракетами класса «земля-воздух».

ЗРК «Сосна»

Мобильный зенитный ракетный комплекс ближнего радиуса действия «Сосна» — это последняя российская новинка; на вооружение комплекс поступит только в конце этого года. Она имеет две части — бронебойного и осколочно-стержневого действия, то есть может бить и по бронетехнике, укреплениям и кораблям, сбивать крылатые ракеты, беспилотники и высокоточное оружие. Наводится «Сосна» лазером: ракета летит по лучу.

www.popmech.ru

Карта пво россии — Картограф

С-400 «Триумф» на полигоне Ашулук в Астраханской области во время тактических учений войск воздушно-космической обороны РФ. Фото: Руслан Кривобок / РИА Новости

Опыт Ирака, Югославии, Ливии показал, что экономить на ПВО — преступно

В России до сих пор живы приятные воспоминания о том, какие огромные потери понесла американская авиация от отечественных зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) во Вьетнаме в 1965—1973 годах, а израильская — над Суэцким каналом в 1970 и 1973 годах. При этом нельзя не признать того факта, что после Вьетнама авиация всегда выигрывала у наземной ПВО (в том числе и в 1973 году на Ближнем Востоке). Особенно показательны разгромы, которые израильская авиация учинила сирийской ПВО в ливанской долине Бекаа в июне 1982 года, а авиация США и их союзников — иракской ПВО в январе — феврале 1991 года. Эти два примера взяты потому, что ПВО Сирии и Ирака считались мощными и современными (в отличие от ПВО Югославии в 1999 году или того же Ирака в 2003 году). Израильтяне в июне 1982 года потеряли всего один истребитель «Кфир» (сбит ЗРК С-75), в июле — один «Фантом» (сбит ЗРК «Оса»), кроме того, сирийская зенитная артиллерия сбила несколько вертолетов. США и их союзники во время «Бури в пустыне» потеряли от иракских наземных средств ПВО примерно 40 самолетов. Разгром ПВО был при этом в обоих случаях полным и абсолютным.

Кроме технических и тактических аспектов, победы авиации над наземной ПВО объясняются тем, что первая всегда владеет инициативой, а вторая вынуждена пассивно ждать. Причем изменить данную ситуацию никаким образом невозможно.

Невозможно и обойтись без наземной ПВО. Она, в отличие от авиации, всепогодна, ей не нужно возвращаться на аэродром после выполнения боевого задания, ее персонал, несмотря на сложность техники, готовить проще, чем летный состав (хотя бы с точки зрения физической подготовки), она не требует огромного количества ГСМ (зато может подключаться к внешним источникам энергопитания), у нее, как правило, больше готового к стрельбе боекомплекта, чем у авиации. Кроме того, сам факт наличия ПВО требует отвлечения сил авиации на ее подавление. Причем чем сильнее наземная ПВО, тем больше авиации нужно для ее подавления. Соответственно, авиация отвлекается от решения основных задач по поражению объектов вооруженных сил, инфраструктуры, промышленности, государственного управления противника. Тем самым ПВО автоматически решает свою задачу — прикрытие всего перечисленного от вражеской авиации. Хотя бы тем, что отвлекает вражескую авиацию на себя.

Американский F-105D сбит советскими РЗК над Северным Вьетнамом. Фото: фотоархив Евгения Богуна

Судя по открытым данным, сегодня российская ПВО (та, что включена в состав ВВС) имеет 34 полка с ЗРС С-300ПС, С-300ПМ и С-400. В их составе сто дивизионов — девяносто один С-300 и девять С-400 (те пять полков, где имеются дивизионы С-400, включают и по одному дивизиону С-300ПМ, поскольку эти системы совместимы). В это число включен учебный центр боевой подготовки ЗРВ в Ашулуке Астраханской области, где имеются два дивизиона С-300П, при этом, строго говоря, боевой частью он не является. Кроме того, пять зенитно-ракетных бригад, преобразованных в полки, были переданы в ВВС из состава ПВО сухопутных войск — по две 2-дивизионных бригады С-300В и «Бук» и одна смешанная (два дивизиона С-300В, один дивизион «Бук»). Всего, таким образом, мы имеем 39 полков, включающих 107 дивизионов (или 38 и 105, если исключить Ашулук). На первый взгляд это кажется много.

Однако распределено все это по гигантской территории страны крайне неравномерно. Разумеется, лучше всего защищена Москва, вокруг которой размещены десять полков ЗРС С-300П (в составе двух из них имеется по два дивизиона С-400), а также все пять полков российской системы стратегической ПРО с ракетами А-135. Кстати, это единственная действующая система ПРО в мире, ибо у США сегодня есть только десятилетние разговоры про ПРО, сопровождаемые десятилетней истерикой Москвы. В 2011 году все эти полки, а также все системы предупреждения о ракетном нападении на территории самой России, Белоруссии и Казахстана составили войска Воздушно-космической обороны (ВКО). Почему этой самой ВКО достойна только Москва и почему подмосковные полки С-300П/С-400 организационно вырваны из остальной системы ПВО страны — вопросы, до сих пор остающиеся без ответа.

Достаточно хорошо прикрыт, конечно, Санкт-Петербург — четыре полка С-300П и смешанный полк С-300В/«Бук». Удовлетворительной можно считать ПВО мест базирования флотов. В районе Мурманска, Североморска и Полярного дислоцированы три полка С-300П, в районе Владивостока и Находки — два полка С-300П, причем находкинский полк получил два дивизиона С-400. В Калининградской области, где находится главная база БФ, имеется один полк С-300В и один полк С-300П/С-400. Петропавловск-Камчатский прикрыт одним полком С-300П, Новороссийск — также одним, который уже получил два дивизиона С-400.

Относительно приемлема ситуация в районе Хабаровска — один полк С-300П и один С-300В в соседней Еврейской автономной области. Еще один полк С-300П прикрывает Комсомольск-на-Амуре.

На этом все хорошее или хотя бы относительно удовлетворительное заканчивается.

В Центральном районе за пределами Московской области — один полк С-300П под Воронежем. В Северо-Западном регионе (кроме Питера и района Мурманска) — один полк С-300П в Новгородской области (прикрывает элитные дачи на Валдае). На Северном Кавказе (кроме новороссийского полка) — один полк С-300П под Ростовом-на-Дону и один полк ЗРК «Бук» в Краснодарском крае. Причем последний лишь условно можно считать частью ПВО страны. «Бук» — чисто войсковой ЗРК, включение его в систему ПВО искусственно и явно ошибочно. На все Поволжье (кроме Ашулукского полигона) — два полка С-300П (под Самарой и под Энгельсом Саратовской области). Сказать, что это много, как-то не получается. Но на востоке дела несравненно хуже.

На весь Урал, «опорный край державы», с его военной промышленностью — один полк С-300П под Екатеринбургом. На всю гигантскую Сибирь (жители европейской части, как правило, совершенно не представляют ее реальных размеров) — три полка С-300П (Новосибирск, Иркутск, Ачинск Красноярского края) и один полк «Бук» (в Бурятии), который, как было сказано, можно лишь условно относить к ПВО страны.

Все, что есть на еще более гигантском Дальнем Востоке, уже перечислено выше (один полк С-300П/С-400, четыре полка С-300П, один полк С-300В в районах Владивосток — Находка, Хабаровск — Биробиджан, Комсомольск-на-Амуре и Петропавловск-Камчатский). «Дыры» между объектами ПВО на востоке страны составляют по несколько тысяч километров, в них может лететь кто и что угодно в любых количествах. Впрочем, не только в Сибири и на Дальнем Востоке, но и по всей стране огромное количество критически важных объектов промышленности и инфраструктуры и пунктов дислокации СЯС (не говоря уж об обычных ВС) никакой ПВО не прикрыты.

В рамках Госпрограммы вооружений предполагалось иметь двадцать восемь 2-дивизионных полков С-400 и до десяти дивизионов новейшей ЗРС С-500 (последняя якобы должна выполнять задачи не только ПВО и тактической ПРО, но и стратегической ПРО) к 2020 году. Сейчас уже практически нет сомнений, что эти планы будут сорваны, хотя на самом деле и они представляются весьма скромными и недостаточными для обеспечения адекватной ПВО страны.

В частности, в начале производства С-400 внезапно выяснилось, что нам не хватает мощностей для ее производства, ибо многие предприятия давно уничтожены их собственными «эффективными менеджерами». Поэтому в авральном порядке было начато строительство заводов в Кирове и Нижнем Новгороде, что, естественно, потребует времени и денег. Впрочем, когда заводы достроят, столь же внезапно выяснится, что для них не хватает рабочих и инженерных кадров. Те, кого у нас плодят в последние годы, то есть эти самые «эффективные менеджеры», а также «звезды» попсы и спорта, «политически активная» селигерская молодежь и прочие «лучшие люди страны», для производства оружия не подходят. Тем более они не подходят для решения сложнейших научных задач по созданию новой боевой техники. Пройдет совсем немного времени — и, опять же, внезапно выяснится, что промывка мозгов и религия науку никак заменить не могут, а без науки через не очень длительный период нас возьмут голыми руками.

Ситуация усложняет то, что техника ПВО является очень дорогой. Цена одного полка (даже если в нем всего два дивизиона) современной ЗРС сравнима с ценой крупного боевого корабля. При этом меньше полка строить нельзя, ибо только он является полноценной боевой единицей. Кроме того, сейчас появилась проблема, которой практически не было в войсках ПВО СССР: объекты ПВО, даже если они расположены в глубине страны, требуют значительного прикрытия с земли от действий террористов и диверсантов-спецназовцев. Силами личного состава самого зенитно-ракетного полка эту задачу уже не решить. Кроме того, их необходимо прикрывать и с воздуха средствами ПВО малой дальности. Сегодня полки с С-400 получают для этого ЗРПК «Панцирь-С» (по 2 на дивизион), но С-300П и В не прикрыты ничем.

Пуск ракеты зенитно-ракетным комплексом «Панцирь-С» в рамках учений войск ПВО на полигоне Ашулук в Астраханской области. Фото: Михаил Фомичев / РИА Новости

В связи с проблемами переоснащения ПВО новой техникой у нас иногда предлагается вроде бы здравое паллиативное решение: обеспечить прикрытие силами ПВО лишь объектов СЯС, то есть сделать «щит для меча», что, разумеется, дешевле, чем прикрывать всю страну. Суть идеи в том, что в этом случае никакой противник не сможет нас внезапно обезоружить, а, следовательно, не рискнет напасть. Увы, эта идея лишь на первый взгляд является здравой.

Как известно, главный недостаток ЗРС С-300 и С-400 — в низком темпе перезаряжания пусковых установок. Поэтому если удар будет по-настоящему массированным, то даже при высокой точности стрельбы им может не хватить ракет для поражения всех целей. Соответственно, если этих ЗРС будет мало, то те два противника, которые могут захотеть нас разоружить (США и Китай), сумеют просто задавить их массой ракет, самолетов и беспилотников, при этом и на СЯС тоже хватит. Кроме того, эти два противника могут выбрать и другой вариант — начать громить неядерным оружием наши промышленность, инфраструктуру и обычные ВС, не прикрытые ничем. Мы в этом случае нанесем по ним ядерный удар, заведомо зная, что получим аналогичный ответ? К сожалению, ни малейшей уверенности в этом нет. При таком варианте мы можем остаться с «мечом и щитом», но без страны.

Поэтому как бы дорого это не было, но прикрывать надо как можно больше важнейших объектов и даже просто территорию. Вообще, чем больше будет ЗРС, тем меньше даже у самого сильного противника возможности задавить их массой. И именно в этом случае у него резко снизится желание совершать агрессию.

Опыт Ирака, Югославии, Ливии показал, что если сэкономить (причем в первую очередь как раз на ПВО) условный миллион сегодня, то это может обернуться потерей миллиарда завтра. То есть подобная «экономия» абсурдна с чисто экономической точки зрения. Более того, и опыт европейских стран показывает, что экономия на ВС, ведущая к их предельному сокращению, то есть чисто автоматически, к утрате боеспособности, в итоге также оборачивается гораздо большими, причем часто совершенно бессмысленными расходами. Но у нас не очень принято учиться не только на чужих, но и на своих ошибках.

Source: topwar.ru

Почитайте еще:

kartograf.uef.ru

ПВО РФ | lemur59.ru

На написание этой статьи меня во многом подвигли чрезмерные ура-патриотические настроения значительной части посетителей уважаемого мною сайта «Военное обозрение», а также лукавство отечественных СМИ, регулярно публикующих материалы о невиданном с советских времён усилении нашей военной мощи, в том числе ВВС и ПВО.

Например, в ряде СМИ, в том числе и на «ВО», в разделе «Новости» не так давно был опубликован материал под названием: «Две дивизии ПВО приступили к охране воздушного пространства Сибири, Урала и Поволжья».

В котором говорится: «Помощник командующего войсками Центрального военного округа полковник Ярослав Рощупкин заявил, что две дивизии противовоздушной обороны заступили на боевое дежурство, приступив к охране воздушного пространства Сибири, Урала и Поволжья.

«Дежурные силы двух дивизий противовоздушной обороны заступили на боевое дежурство по прикрытию административных, промышленных и военных объектов Поволжья, Урала и Сибири. Новые соединения сформированы на основе новосибирской и самарской бригад воздушно-космической обороны», — приводит его слова РИА «Новости».

Боевые расчеты, оснащенные зенитными ракетными системами С-300ПС, будут прикрывать воздушное пространство над территорией 29 субъектов РФ, которые входят в зону ответственности ЦВО».

У неискушенного читателя после такой новости может сложиться впечатление, что наши зенитно-ракетные части ПВО получили качественное и количественное усиление новыми противовоздушными комплексами.

На практике в данном случае никакого количественного, а тем более качественного усиления нашей ПВО, не случилось. Всё сводится всего лишь к изменению штатно-организационной структуры. Новая техника в войска не поступала.

Упоминаемая в публикации зенитно-ракетная система модификации С-300ПС при всех её достоинствах ни в коей мере не может считаться новой.

С-300ПС

С-300ПС с ракетами 5В55Р была принята на вооружение в далёком 1983 году. То есть с момента принятия на вооружение этой системы прошло уже больше 30 лет. Но в настоящее время в зенитно-ракетных подразделениях ПВО более половины ЗРС большой дальности С-300П принадлежат к этой модификации.

В ближайшем будущем (два-три года) большинство С-300ПС придётся либо списать, либо капитально отремонтировать. Впрочем, не известно, какой вариант экономически предпочтительней, модернизация старых или строительство новых зенитных систем.

Более ранний буксируемый вариант С-300ПТ уже или списан, или передан «на хранение» без каких либо шансов вернуться в войска.

Самый «свежий» комплекс из семейства «трёхсотых» С-300ПМ был поставлен в российскую армию в середине 90-х. Большая часть зенитных ракет находящихся ныне на вооружении, была произведена тогда же. 

Новая широко разрекламированная зенитно-ракетная система С-400 пока только начала поступать на вооружение. Всего по состоянию на 2014 год в войска поставлено 10 дивизионов. С учётом предстоящего массового списания выработавшей свой ресурс боевой техники этого количества абсолютно недостаточно.

С-400

Конечно, специалисты, коих на сайте немало, могут резонно возразить, что С-400 существенно превосходит по своим возможностям системы, на замену которым она идёт. Однако не следует забывать, что и средства воздушного нападения главного «потенциального партнёра» постоянно качественно совершенствуются. Кроме того, как следует из «открытых источников», до сих пор не налажено массовое производство перспективных ракет 9М96Е и 9М96Е2 и ракеты сверхбольшой дальности 40Н6Е. В настоящее время для С-400 используются ЗУР 48Н6Е, 48Н6Е2, 48Н6Е3 ЗРС С-300ПМ, а также доработанные для С-400 ракеты 48Н6ДМ.

Всего же если верить «открытым источникам», в нашей стране имеется около 1500 ПУ ЗРС семейства С-300 — это, по всей видимости, с учётом находящихся «на хранении» и на вооружении подразделений ПВО сухопутных войск.

Сегодня российские войска ПВО (те, что находятся в составе ВВС и ПВО) имеют 34 полка с ЗРС С-300ПС, С-300ПМ и С-400. Кроме того, не так давно несколько зенитно-ракетных бригад, преобразованных в полки, были переданы в ВВС и ПВО из состава ПВО сухопутных войск — по две 2-дивизионных бригады С-300В и «Бук» и одна смешанная (два дивизиона С-300В, один дивизион «Бук»). Таким образом, в войсках мы имеем 38 полков, включающих 105 дивизионов. 

Однако и эти силы распределены по территории страны крайне неравномерно, лучше всего защищена Москва, вокруг которой размещены десять полков ЗРС С-300П (в составе двух из них имеется по два дивизиона С-400). 

Спутниковый снимок Google Earth. Схема размещения позиций ЗРК вокруг Москвы. Цветные треугольники и квадраты — позиции и районы базирования действующих ЗРК, синие ромбы и круги — обзорные РЛС, белые — в настоящее время ликвидированные ЗРК и РЛС

Неплохо прикрыта северная столица — Санкт-Петербург. Небо над ним защищают два полка С-300ПС и два полка С-300ПМ.

Спутниковый снимок Google Earth. Схема размещения позиций ЗРК вокруг Санкт-Петербурга

Пункты базирования СФ в Мурманске, Североморске и Полярном прикрывают три полка С-300ПС и С-300ПМ, На ТОФе в районе Владивостока и Находки — два полка С-300ПС, причем находкинский полк получил два дивизиона С-400. Авачинский залив на Камчатке, где базируются РПКСН, прикрыт одним полком С-300ПС. 

Спутниковый снимок Google Earth. ЗРС С-400 в окрестностях Находки

Калининградскую область и базу БФ в Балтийске от средств воздушного нападения защищает смешанный полк С-300ПС/С-400.

Спутниковый снимок Google Earth. ЗРС С-400 в Калининградской области на бывших позициях ЗРК С-200

В последнее время произошло усиление зенитного прикрытия ЧФ. До известных событий, связанных с Украиной, в районе Новороссийска был дислоцирован полк смешанного состава с дивизионами С-300ПМ и С-400.

В настоящее время идёт значительное усиление ПВО главной ВМБ ЧФ — Севастополя. Сообщается, что в ноябре группировка ПВО полуострова пополнилась комплексами ПВО С-300ПМ. С учётом того, что комплексы этого типа в настоящее время промышленностью для собственных нужд не производятся, по всей видимости, они были переброшены из другого региона страны. 

Центральный район нашей страны в плане противовоздушного прикрытия напоминает «лоскутное одеяло», в котором больше прорех, чем заплат. По одному полку С-300ПС имеется в Новгородской области, под Воронежем, Самарой и Саратовом. Ростовскую область прикрывают по одному полку С-300ПМ и «Бук».

На Урале под Екатеринбургом находятся позиции зенитно-ракетного полка, вооруженного С-300ПС. За Уралом, в Сибири на гигантской территории дислоцировано всего три полка, по одному полку С-300ПС — под Новосибирском, в Иркутске и Ачинске. В Бурятии, недалеко от станции Джида дислоцирован один полк ЗРК «Бук».

Спутниковый снимок Google Earth. ЗРС С-300ПС под Иркутском

Кроме зенитных комплексов, защищающих базы флота в Приморье и на Камчатке, на Дальнем Востоке имеются ещё два полка С-300ПС, прикрывающих соответственно Хабаровск (Князе-Волконское) и Комсомольск-на-Амуре (Лиан), в окрестностях Биробиджана развёрнут один полк С-300В.

То есть весь огромный Дальневосточный федеральный округ защищают: один полк смешанного состава С-300ПС/С-400, четыре полка С-300ПС, один полк С-300В. Это всё, что осталось от мощнейшей когда-то 11-й Армии ПВО.

«Дыры» между объектами ПВО на востоке страны составляют по несколько тысяч километров, в них может лететь кто и что угодно. Впрочем, не только в Сибири и на Дальнем Востоке, но и по всей стране огромное количество критически важных объектов промышленности и инфраструктуры никакими средствами ПВО не прикрыто.

На значительной части территории страны остаются незащищёнными атомные и гидроэлектростанции, авиаудары по которым могут привести к катастрофическим последствиям. Уязвимость от средств воздушного нападения пунктов дислокации российских СЯС провоцирует «потенциальных партнёров» на попытку «обезоруживающего удара» высокоточными средствами поражения неядерного снаряжения. 

Кроме того, и сами противовоздушные системы большой дальности нуждаются в защите. Их необходимо прикрывать с воздуха средствами ПВО малой дальности. Сегодня полки с С-400 получают для этого ЗРПК «Панцирь-С» (по 2 на дивизион), но С-300П и В не прикрыты ничем, если не считать, конечно, эффективной защитой зенитно-пулемётные установки калибра 12,7 мм.

«Панцирь-С»

Ничуть не лучше обстоят дела с освещением воздушной обстановки. Этим должны заниматься радиотехнические войска, их функциональной обязанностью является заблаговременная выдача информации о начале воздушного нападения врага, предоставление целеуказания для зенитных ракетных войск и авиации противовоздушной обороны, а также информации для управления соединениями, частями и подразделениями ПВО.

За годы «реформ» было частично, а кое-где полностью утрачено сформированное во времена СССР сплошное радиолокационное поле.
В настоящее время практически отсутствует возможность контроля воздушной обстановки над полярными широтами.

До недавнего времени наше политическое и прежнее военное руководство, видимо, было занято другими более насущными вопросами, такими как сокращение вооруженных сил и распродажа «излишнего» военного имущества и объектов недвижимости.

Лишь недавно, в конце 2014 года, министр обороны генерал армии Сергей Шойгу озвучил меры, которые должны способствовать исправлению существующего положения в этой области.

В рамках расширения нашего военного присутствия в Арктике планируется строительство и реконструкция существующих объектов на Новосибирских островах и Земле Франца-Иосифа, планируется реконструкция аэродромов и развёртывание современных РЛС в Тикси, Нарьян-Маре, Алыкеле, Воркуте, Анадыре и Рогачево. Создание сплошного радиолокационного поля над территорией России должно быть завершено к 2018 году. Одновременно с этим планируется обновить на 30% радиолокационные станции и средства обработки и передачи данных.

Отдельного упоминания заслуживает истребительная авиация, призванная бороться со средствами воздушного нападения противника и выполнять задачи по завоеванию превосходства в воздухе. В настоящее время в составе ВВС РФ формально насчитывается (с учетом находящихся на «хранении») около 900 истребителей, из них: Су-27 всех модификаций — более 300, Су-30 всех модификаций — около 50, Су-35С — 34, МиГ-29 всех модификаций — около 250, МиГ-31 всех модификаций — около 250.

Следует учитывать, что значительная часть парка российских истребителей числится в составе ВВС лишь номинально. Многие самолёты, произведённые в конце 80-х — начале 90-х, требуют капитального ремонта и модернизации. Кроме того, из-за проблем со снабжением запчастями и заменой вышедших из строя блоков БРЭО часть модернизированных истребителей по сути является, как выражаются авиаторы, «голубями мира». Подняться в воздух они ещё могут, а вот полноценно выполнить боевую задачу — уже нет. 

Минувший 2014 год был знаменателен беспрецедентными со времён СССР объёмами поставки в российские вооруженные силы авиатехники.

В 2014 году наши ВВС получили 24 многофункциональных истребителя Су-35С производства авиационного завода имени Ю.А. Гагарина в Комсомольске-на-Амуре (филиал ОАО «Компания «Сухой»):

Су-35С на аэродроме Дзёмги, фото автора

Двадцать из них вошло в состав воссозданного 23-го истребительного авиационного полка 303-й гвардейской смешанной авиационной дивизии 3-го командования ВВС и ПВО России на совместном с заводом аэродроме Дземги (Хабаровский край).

Все эти истребители были построены по контракту от августа 2009 года с Министерством обороны России на постройку 48 истребителей Су-35С. Таким образом, общее количество изготовленных машин по данному контракту к началу 2015 года достигло 34.

Производство истребителей Су-30СМ для ВВС России ведется корпорацией «Иркут» по двум контрактам на 30 машин каждый, заключенным с Министерством обороны России в марте и декабре 2012 года. После поставки 18 машин в 2014 году общее количество Су-30СМ, поставленных ВВС России, достигло 34 единиц.

Су-30М2 на аэродроме Дзёмги, фото автора

Ещё восемь истребителей Су-30М2 произведены авиационным заводом имени Ю.А. Гагарина в Комсомольске-на-Амуре .

Три истребителя этого типа поступили в состав вновь сформированного 38-го истребительного авиационного полка 27-й смешанной авиационной дивизии 4-го командования ВВС и ПВО России на аэродроме Бельбек (Крым).

Самолеты Су-30М2 были построены по контракту от декабря 2012 года на поставку 16 истребителей Су-30М2, доведя общее количество построенных машин по этому контракту до 12, а общее количество Су-30М2 в ВВС России — до 16.

Однако этого значительного по нынешним меркам количества абсолютно недостаточно для замены в истребительных полках списываемых ввиду полного физического износа самолётов.

Даже при сохранении нынешних темпов поставок авиатехники в войска по прогнозам через пять лет истребительный парк отечественных ВВС сократится примерно до 600 машин.

В течение ближайшей пятилетки, вероятно, будет списано около 400 российских истребителей — до 40% нынешнего списочного состава.

Это в первую очередь с предстоящим списанием в самое ближайшее время МиГ-29 старой постройки (около 200 шт.). Из-за проблем с планером уже забраковано около 100 самолётов.

Су-27СМ на аэродроме Дзёмги, фото автора

Также будут списаны немодернизированные Су-27, лётный ресурс которых заканчивается в ближайшее время. Более чем наполовину сократится количество перехватчиков МиГ-31. В составе ВВС планируется оставить 30-40 МиГ-31 в модификациях ДЗ и БС, ещё 60 МиГ-31 будет модернизировано до версии БМ. Остальные МиГ-31 (около 150 шт.) планируют списать.

Частично нехватка дальних перехватчиков должна быть решена после начала массовых поставок ПАК ФА. Озвучивалось, что ПАК ФА до 2020 г. планируется закупить до 60 шт., но пока это только планы, которые, скорее всего, подвергнутся существенной корректировке.

В составе ВВС России имеется 15 самолётов ДРЛО А-50 (ещё 4 на «хранении»), недавно их дополнили 3 модернизированных А-50У.
Первый А-50У был поставлен ВВС России в 2011 году. 

В результате проведенных в рамках модернизации работ значительно возросли функциональные возможности авиационного комплекса дальнего радиолокационного обнаружения и управления. Увеличено количество одновременно сопровождаемых целей и одновременно наводимых истребителей, повышена дальность обнаружения различных летательных аппаратов.

На смену А-50 должен прийти самолёт ДРЛО А-100 на базе Ил-76МД-90А с двигателем ПС-90А-76. Антенный комплекс построен на базе антенны с активной фазированной решеткой.

В конце ноября 2014 года ТАНТК им. Г. М. Бериева получил первый самолет Ил-76МД-90А для переоборудования в самолет ДРЛО А-100. Поставки ВВС России планируется начать в 2016 году.

Все отечественные самолёты ДРЛО базируются на постоянной основе в европейской части страны. За Уралом они появляются достаточно редко, по большей части во время масштабных учений.

К сожалению, громкие заявления с высоких трибун о возрождении наших ВВС и ПВО часто имеют мало общего с действительностью. В «новой» России неприятной традицией стала абсолютная безответственность за данные высокопоставленными гражданскими и военными чиновниками обещания. 

В рамках госпрограммы вооружений предполагалось иметь двадцать восемь 2-дивизионных полков С-400 и до десяти дивизионов новейшей ЗРС С-500 (последняя должна выполнять задачи не только ПВО и тактической ПРО, но и стратегической ПРО) к 2020 году. Сейчас уже нет сомнений, что эти планы будут сорваны. То же самое в полной мере относится и к планам, касающимся производства ПАК ФА.

Впрочем, за срыв госпрограммы никто, как обычно, серьёзного наказания не понесёт. Ведь мы «своих не сдаём», и «у нас не 37-й год», не так ли? 

P. S. Вся приведённая в статье информация, касающаяся российских ВВС и ПВО, взята из открытых общедоступных источников, список которых приведён. То же самое относится к возможным неточностям и ошибкам.

                                                                                                             Автор Сергей Линник

lemur59.ru

Пво россии карта — Картограф

С-400 «Триумф» на полигоне Ашулук в Астраханской области во время тактических учений войск воздушно-космической обороны РФ. Фото: Руслан Кривобок / РИА Новости

Опыт Ирака, Югославии, Ливии показал, что экономить на ПВО — преступно

В России до сих пор живы приятные воспоминания о том, какие огромные потери понесла американская авиация от отечественных зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) во Вьетнаме в 1965—1973 годах, а израильская — над Суэцким каналом в 1970 и 1973 годах. При этом нельзя не признать того факта, что после Вьетнама авиация всегда выигрывала у наземной ПВО (в том числе и в 1973 году на Ближнем Востоке). Особенно показательны разгромы, которые израильская авиация учинила сирийской ПВО в ливанской долине Бекаа в июне 1982 года, а авиация США и их союзников — иракской ПВО в январе — феврале 1991 года. Эти два примера взяты потому, что ПВО Сирии и Ирака считались мощными и современными (в отличие от ПВО Югославии в 1999 году или того же Ирака в 2003 году). Израильтяне в июне 1982 года потеряли всего один истребитель «Кфир» (сбит ЗРК С-75), в июле — один «Фантом» (сбит ЗРК «Оса»), кроме того, сирийская зенитная артиллерия сбила несколько вертолетов. США и их союзники во время «Бури в пустыне» потеряли от иракских наземных средств ПВО примерно 40 самолетов. Разгром ПВО был при этом в обоих случаях полным и абсолютным.

Кроме технических и тактических аспектов, победы авиации над наземной ПВО объясняются тем, что первая всегда владеет инициативой, а вторая вынуждена пассивно ждать. Причем изменить данную ситуацию никаким образом невозможно.

Невозможно и обойтись без наземной ПВО. Она, в отличие от авиации, всепогодна, ей не нужно возвращаться на аэродром после выполнения боевого задания, ее персонал, несмотря на сложность техники, готовить проще, чем летный состав (хотя бы с точки зрения физической подготовки), она не требует огромного количества ГСМ (зато может подключаться к внешним источникам энергопитания), у нее, как правило, больше готового к стрельбе боекомплекта, чем у авиации. Кроме того, сам факт наличия ПВО требует отвлечения сил авиации на ее подавление. Причем чем сильнее наземная ПВО, тем больше авиации нужно для ее подавления. Соответственно, авиация отвлекается от решения основных задач по поражению объектов вооруженных сил, инфраструктуры, промышленности, государственного управления противника. Тем самым ПВО автоматически решает свою задачу — прикрытие всего перечисленного от вражеской авиации. Хотя бы тем, что отвлекает вражескую авиацию на себя.

Американский F-105D сбит советскими РЗК над Северным Вьетнамом. Фото: фотоархив Евгения Богуна

Судя по открытым данным, сегодня российская ПВО (та, что включена в состав ВВС) имеет 34 полка с ЗРС С-300ПС, С-300ПМ и С-400. В их составе сто дивизионов — девяносто один С-300 и девять С-400 (те пять полков, где имеются дивизионы С-400, включают и по одному дивизиону С-300ПМ, поскольку эти системы совместимы). В это число включен учебный центр боевой подготовки ЗРВ в Ашулуке Астраханской области, где имеются два дивизиона С-300П, при этом, строго говоря, боевой частью он не является. Кроме того, пять зенитно-ракетных бригад, преобразованных в полки, были переданы в ВВС из состава ПВО сухопутных войск — по две 2-дивизионных бригады С-300В и «Бук» и одна смешанная (два дивизиона С-300В, один дивизион «Бук»). Всего, таким образом, мы имеем 39 полков, включающих 107 дивизионов (или 38 и 105, если исключить Ашулук). На первый взгляд это кажется много.

Однако распределено все это по гигантской территории страны крайне неравномерно. Разумеется, лучше всего защищена Москва, вокруг которой размещены десять полков ЗРС С-300П (в составе двух из них имеется по два дивизиона С-400), а также все пять полков российской системы стратегической ПРО с ракетами А-135. Кстати, это единственная действующая система ПРО в мире, ибо у США сегодня есть только десятилетние разговоры про ПРО, сопровождаемые десятилетней истерикой Москвы. В 2011 году все эти полки, а также все системы предупреждения о ракетном нападении на территории самой России, Белоруссии и Казахстана составили войска Воздушно-космической обороны (ВКО). Почему этой самой ВКО достойна только Москва и почему подмосковные полки С-300П/С-400 организационно вырваны из остальной системы ПВО страны — вопросы, до сих пор остающиеся без ответа.

Достаточно хорошо прикрыт, конечно, Санкт-Петербург — четыре полка С-300П и смешанный полк С-300В/«Бук». Удовлетворительной можно считать ПВО мест базирования флотов. В районе Мурманска, Североморска и Полярного дислоцированы три полка С-300П, в районе Владивостока и Находки — два полка С-300П, причем находкинский полк получил два дивизиона С-400. В Калининградской области, где находится главная база БФ, имеется один полк С-300В и один полк С-300П/С-400. Петропавловск-Камчатский прикрыт одним полком С-300П, Новороссийск — также одним, который уже получил два дивизиона С-400.

Относительно приемлема ситуация в районе Хабаровска — один полк С-300П и один С-300В в соседней Еврейской автономной области. Еще один полк С-300П прикрывает Комсомольск-на-Амуре.

На этом все хорошее или хотя бы относительно удовлетворительное заканчивается.

В Центральном районе за пределами Московской области — один полк С-300П под Воронежем. В Северо-Западном регионе (кроме Питера и района Мурманска) — один полк С-300П в Новгородской области (прикрывает элитные дачи на Валдае). На Северном Кавказе (кроме новороссийского полка) — один полк С-300П под Ростовом-на-Дону и один полк ЗРК «Бук» в Краснодарском крае. Причем последний лишь условно можно считать частью ПВО страны. «Бук» — чисто войсковой ЗРК, включение его в систему ПВО искусственно и явно ошибочно. На все Поволжье (кроме Ашулукского полигона) — два полка С-300П (под Самарой и под Энгельсом Саратовской области). Сказать, что это много, как-то не получается. Но на востоке дела несравненно хуже.

На весь Урал, «опорный край державы», с его военной промышленностью — один полк С-300П под Екатеринбургом. На всю гигантскую Сибирь (жители европейской части, как правило, совершенно не представляют ее реальных размеров) — три полка С-300П (Новосибирск, Иркутск, Ачинск Красноярского края) и один полк «Бук» (в Бурятии), который, как было сказано, можно лишь условно относить к ПВО страны.

Все, что есть на еще более гигантском Дальнем Востоке, уже перечислено выше (один полк С-300П/С-400, четыре полка С-300П, один полк С-300В в районах Владивосток — Находка, Хабаровск — Биробиджан, Комсомольск-на-Амуре и Петропавловск-Камчатский). «Дыры» между объектами ПВО на востоке страны составляют по несколько тысяч километров, в них может лететь кто и что угодно в любых количествах. Впрочем, не только в Сибири и на Дальнем Востоке, но и по всей стране огромное количество критически важных объектов промышленности и инфраструктуры и пунктов дислокации СЯС (не говоря уж об обычных ВС) никакой ПВО не прикрыты.

В рамках Госпрограммы вооружений предполагалось иметь двадцать восемь 2-дивизионных полков С-400 и до десяти дивизионов новейшей ЗРС С-500 (последняя якобы должна выполнять задачи не только ПВО и тактической ПРО, но и стратегической ПРО) к 2020 году. Сейчас уже практически нет сомнений, что эти планы будут сорваны, хотя на самом деле и они представляются весьма скромными и недостаточными для обеспечения адекватной ПВО страны.

В частности, в начале производства С-400 внезапно выяснилось, что нам не хватает мощностей для ее производства, ибо многие предприятия давно уничтожены их собственными «эффективными менеджерами». Поэтому в авральном порядке было начато строительство заводов в Кирове и Нижнем Новгороде, что, естественно, потребует времени и денег. Впрочем, когда заводы достроят, столь же внезапно выяснится, что для них не хватает рабочих и инженерных кадров. Те, кого у нас плодят в последние годы, то есть эти самые «эффективные менеджеры», а также «звезды» попсы и спорта, «политически активная» селигерская молодежь и прочие «лучшие люди страны», для производства оружия не подходят. Тем более они не подходят для решения сложнейших научных задач по созданию новой боевой техники. Пройдет совсем немного времени — и, опять же, внезапно выяснится, что промывка мозгов и религия науку никак заменить не могут, а без науки через не очень длительный период нас возьмут голыми руками.

Ситуация усложняет то, что техника ПВО является очень дорогой. Цена одного полка (даже если в нем всего два дивизиона) современной ЗРС сравнима с ценой крупного боевого корабля. При этом меньше полка строить нельзя, ибо только он является полноценной боевой единицей. Кроме того, сейчас появилась проблема, которой практически не было в войсках ПВО СССР: объекты ПВО, даже если они расположены в глубине страны, требуют значительного прикрытия с земли от действий террористов и диверсантов-спецназовцев. Силами личного состава самого зенитно-ракетного полка эту задачу уже не решить. Кроме того, их необходимо прикрывать и с воздуха средствами ПВО малой дальности. Сегодня полки с С-400 получают для этого ЗРПК «Панцирь-С» (по 2 на дивизион), но С-300П и В не прикрыты ничем.

Пуск ракеты зенитно-ракетным комплексом «Панцирь-С» в рамках учений войск ПВО на полигоне Ашулук в Астраханской области. Фото: Михаил Фомичев / РИА Новости

В связи с проблемами переоснащения ПВО новой техникой у нас иногда предлагается вроде бы здравое паллиативное решение: обеспечить прикрытие силами ПВО лишь объектов СЯС, то есть сделать «щит для меча», что, разумеется, дешевле, чем прикрывать всю страну. Суть идеи в том, что в этом случае никакой противник не сможет нас внезапно обезоружить, а, следовательно, не рискнет напасть. Увы, эта идея лишь на первый взгляд является здравой.

Как известно, главный недостаток ЗРС С-300 и С-400 — в низком темпе перезаряжания пусковых установок. Поэтому если удар будет по-настоящему массированным, то даже при высокой точности стрельбы им может не хватить ракет для поражения всех целей. Соответственно, если этих ЗРС будет мало, то те два противника, которые могут захотеть нас разоружить (США и Китай), сумеют просто задавить их массой ракет, самолетов и беспилотников, при этом и на СЯС тоже хватит. Кроме того, эти два противника могут выбрать и другой вариант — начать громить неядерным оружием наши промышленность, инфраструктуру и обычные ВС, не прикрытые ничем. Мы в этом случае нанесем по ним ядерный удар, заведомо зная, что получим аналогичный ответ? К сожалению, ни малейшей уверенности в этом нет. При таком варианте мы можем остаться с «мечом и щитом», но без страны.

Поэтому как бы дорого это не было, но прикрывать надо как можно больше важнейших объектов и даже просто территорию. Вообще, чем больше будет ЗРС, тем меньше даже у самого сильного противника возможности задавить их массой. И именно в этом случае у него резко снизится желание совершать агрессию.

Опыт Ирака, Югославии, Ливии показал, что если сэкономить (причем в первую очередь как раз на ПВО) условный миллион сегодня, то это может обернуться потерей миллиарда завтра. То есть подобная «экономия» абсурдна с чисто экономической точки зрения. Более того, и опыт европейских стран показывает, что экономия на ВС, ведущая к их предельному сокращению, то есть чисто автоматически, к утрате боеспособности, в итоге также оборачивается гораздо большими, причем часто совершенно бессмысленными расходами. Но у нас не очень принято учиться не только на чужих, но и на своих ошибках.

Source: topwar.ru

Почитайте еще:

kartograf.uef.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о