1941 г. Смерть танкиста.: dr_guillotin

Близится 75-летие 1941 г. и нам опять начнут впаривать солонятину про забастовку Красной армии, не захотевшей воевать за Сталина, побросав супер-пупер КВ и Т-34. Есть, разумеется, масса фотографий подбитых в бою, изрешеченных и выгоревших советских танков всех типов. Однако благодаря новым технологиям и фото с интернет-аукционов, из коллекций немецких солдат и офицеров мы можем воочию увидеть тех, кто исполнил свой долг до конца. Это война в самом ужасном ее проявлении.

В общем впечатлительным, женщинам и детям настойчиво не советую ходить под кат. Некоторые фотографии действительно, без прикрас, ужасные.

Эта фотография знакома многим. Этот танк КВ-2 был подбит немцами под городом Остров, на Северо-Западном направлении. Чаще всего советские танки фотографировали уже много после боя, когда трупы уже убирали.

«Островский» КВ-2 сразу после боя выглядел так:


Скорее всего это КВ-2 №4754 командира батальона капитана И. И. Русанова. Танк был подбит, получил повреждение тяг трансмиссии, была перебита гусеница. В акте сообщается: «Движение танка было невозможно, так как подбитые и горевшие танки забили проезжую часть моста, отход был невозможен в виду подбитого управления танка и свалившейся гусеницы, и танку не было возможности развернуться» . Экипаж покинул машину. Судьба же комбата капитана Ивана Ивановича Русанова 1902 г. рождения осталась неизвестной. Он остался в танке для вывода его из строя и, скорее всего, погиб. Весьма вероятно, что именно он попал на немецкое фото.

Вот этот Т-26 у арки, как подсказали в комментариях, из Идрицы.

Судьба танкового десанта часто была трагической.

Рядом с погибшими винтовки и они в касках, явно не танкисты.

Т-26 поздних серий под Уманью.


Эти Т-26 принадлежали 23 тд 12 МК, потеряны в Литве:

Алитус, танковые бои 22-23 июня 1941 г. Погибший экипаж броневика БА-10:

Один из танкистов из экипажа сгоревшего с детонацией б/к (см. скособоченную башню) танка БТ-7:

Пойдем дальше на юг. Район Гродно, Кузница.


Участники контрудара под Гродно, которого по Марку Семенычу «не было».

Еще одно фото также атрибутируется как машина 6-го мехкорпуса.

Лейтенанта-танкиста, скорее всего, выбросило из танка взрывом.

Хорошо известное фото, часто мелькает в книгах по 1941 г. Это Т-34 в Слониме, подбитая при попытке прорыва из Белостокского «котла», тоже 6-й МК, скорее всего.

Слоним на крупной магистрали и машину многократно фотографировали проезжающие немцы.

Сразу после боя этот танк выглядел вот так, рядом с горящей машиной лежат погибшие танкисты.

Фото из моей личной коллекции, подписано как Слоним, да и дом на заднем плане узнаваемый.

Еще одна машина из 6-го МК, подбитая на шоссе Зельва-Слоним:

Кто-то выскакивал из горящего танка, охваченный пламенем и погибал рядом со своей машиной.

Фото сделаны у вот этой группы из двух 34-к на обочине дороге. Брошенные экипажами, ага-ага.

Еще один погибший из этой машины — в башне.

Как подсказали в комментариях (спасибо vnezd) это потерянные под Бронниками на Украине танки Т-34 из 40-й тд. Достаточно известный эпизод, изначально не имевшая новых танков 40-я тд получила батальон Т-34, контрударяла по прорвавшимся через «линию Сталину» немцам, батальон «тридцатьчетверок» понес большие потери. Как писал в мемуарах военком 19-го МК: «танковый батальон Т-34 был введен в бой с марша. Комбат не имел боевого опыта, и в решительную минуту, когда нужно было довести до конца начатый маневр ротами, он промедлил, а затем, к несчастью, погиб. Его преемник — командир 1-й роты поначалу растерялся и тоже промедлил. А в такой обстановке дорога каждая минута.»
См. также здесь.

Еще один пример погибшего уже выскочив из танка:

Вот это фото тоже хорошо известно. Это Озерница, на направлении прорыва из белостокского «котла» частей 6-го МК:

Сразу после боя они выглядели вот так:

Подбитая прямо на дороге «тридцатьчетверка» с лежащими рядом погибшими танкистами.

На еще одном фото того же эпизода видна буква G на грузовике впереди, это полоса наступления 2-я ТГр Гудериана.

Хорошо известная машина, подбита при попытке прорыва через Минск. Стояла до 1944 г., немцы сделали из нее подставку под указатели (обычная практика).

Сразу после боя он выглядел так:

Кто сомневается, еще одно фото, видны характерные пробоины в бронировке противооткатных устройств орудия:

Ужасный лик смерти

Явно один и тот же эпизод:

Страшнее всего за экипажи «картонных» броневиков. Рядом с БА-10 погибший боец или младший командир в каске, скорее всего из стрелковой дивизии какой-то.

Судя по открытым люкам доступа к двигателю, экипаж броневика ФАИ застали за ремонтом своей машины:

Дальше на юг. Вот это телетанк Т-26 22 МК, вероятно, под Войницей.

Это фото атрибутируется как Пархач, приграничный город под Сокалем. Это танк 3-й кавдивизии, подбитый 22 июня 1941 г.

Погибший член экипажа БТ-7, место неизвестно.

Сгоревший командир Т-26. Пробоина в борту танка едва ли не 88

Известный эпизод, Язув Старый в Львовском выступе, танки 32 тд 4 МК:

Эпизод вполне боевой. Сразу после боя:

Погибший танкист, совсем молодой парень:

Т-34, подбитый на улице какого-то города. Судя по вывороченной надгусеничной полке — подбит выстрелом в борт.

Потом, когда уберут трупы, может казаться брошенным.

КВ-1 выпуска до февраля 1941 г. (характерная бронировка «ворошиловского» пулемета на корме башни), явно из состава мехкорпусов. Возможно, танкисты погибли при попытке выйти из танка и восстановить гусеницу.

Еще один КВ, выпущен уже после начала войны:

Думаете Т-35 все бросили? Были те, кто погибли в бою:

Про него см. в комментарии.

Танк БТ, подбитый в одном из контрударов. В альбоме немецкой 1 гпд к снимку этой машины сделана подпись «Выгоревший советский танк на дороге на Львов».

См. на немировском форуме, подсказали в комментах.

Еще одна серия фотографий, погибшие на МТО и рядом с танком.


Достаточно часто мелькающая парочка — Т-34, врезавшийся в мост без башни и за ним БТ. Где — не знаю. 🙁 В комментариях подсказали, что это Казбеяй, пригород Вильнюса. Ссылка на форум РККА с обсуждением.

Это потерянные в бою, внизу на склоне под танком погибший танкист:

Этот танкист вылез из люка в днище «тридцатьчетверки» и дал последний бой с вытащенным из танка пулеметом ДТ:

На этой фото четко видно, что один из трупов одет в… белые женские туфли.

Скорее всего, это кто-то из жен комсостава, прорывавшейся в танке, но погибшей.

Механик-водитель, оставшийся на боевом посту (как подсказали в комментариях, это Дубно, машина 34 тд).

Еще несколько фото, сделанных сразу после боя, когда оккупанты осматривали только что подбитые танки

Когда в дело пошли танки из тракторов, они тоже гибли в бою. Вот ХТЗ-16, подбитый у ЦУМ-а в Харькове, уже в октябре 1941 г.:

Машина погибла в бою, контратакуя немецкую пехоту. Долгое время стояла с погибшим танкистом у кормового люка:

Немцы стоят и смотрят на погибшего танкиста.

Интересно, кто из них самих вернется живым?

Фотографии взяты с интернет-аукциона Е-бей, форума РККА, форума Немиров-41 и коллекции фотографий А.Ряслова здесь

Подсказки в привязке фото к месту, частям и соединениям приветствуются и принимается с благодарностью.

dr-guillotin.livejournal.com

«Нас извлекут из под обломков…» (33 фото) . Чёрт побери

Давайте вспомним, что происходило в далеком 1941 году, как воевали и погибали советские танкисты в первые недели войны…
Из книги Роберта Кершоу «1941 год глазами немцев»:
«Во время атаки мы наткнулись на легкий русский танк Т-26, мы тут же его щелкнули прямо из 37-миллиметровки. Когда мы стали приближаться, из люка башни высунулся по пояс русский и открыл по нам стрельбу из пистолета. Вскоре выяснилось, что он был без ног, их ему оторвало, когда танк был подбит. И, невзирая на это, он палил по нам из пистолета!» /Артиллерист противотанкового орудия/

Близится 75-летие 1941 г. и нам опять начнут впарить солонятину про забастовку Красной армии, не захотевшей воевать за Сталина, побросав супер-пупер КВ и Т-34. Есть, разумеется, масса фотографий подбитых в бою, изрешеченных и выгоревших советских танков всех типов. Однако благодаря новым технологиям и фото с интернет-аукционов, из коллекций немецких солдат и офицеров мы можем воочию увидеть тех, кто исполнил свой долг до конца. Это война в самом ужасном ее проявлении.

В общем впечатлительным, женщинам и детям настойчиво не советую ходить под кат. Некоторые фотографии действительно, без прикрас, ужасные.

Эта фотография знакома многим. Этот танк КВ-2 был подбит немцами под городом Остров, на Северо-Западном направлении. Чаще всего советские танки фотографировали уже много после боя, когда трупы уже убирали.

«Островский» КВ-2 сразу после боя выглядел так:

Скорее всего это КВ-2 №4754 командира батальона капитана И. И. Русанова. Танк был подбит, получил повреждение тяг трансмиссии, была перебита гусеница. В акте сообщается: «Движение танка было невозможно, так как подбитые и горевшие танки забили проезжую часть моста, отход был невозможен в виду подбитого управления танка и свалившейся гусеницы, и танку не было возможности развернуться» . Экипаж покинул машину. Судьба же комбата капитана Ивана Ивановича Русанова 1902 г. рождения осталась неизвестной. Он остался в танке для вывода его из строя и, скорее всего, погиб. Весьма вероятно, что именно он попал на немецкое фото.

Вот эти Т-26, вероятно, из Прибалтики.

Это танки 23 тд 12 МК из Литвы:

Пойдем дальше на юг. Район Гродно, Кузница.

Участники контрудара под Гродно, которого по Марку Семенычу «не было».

Еще одно фото также атрибутируется как машина 6-го мехкорпуса.
Лейтенанта-танкиста, скорее всего, выбросило из танка взрывом.

Кто-то выскакивал из горящего танка, охваченный пламенем и погибал рядом со своей машиной.

Фото сделаны у вот этой группы из двух 34-к на обочине дороге. Брошенные экипажами, ага-ага.

Еще один пример погибшего уже выскочив из танка:

Вот это фото тоже хорошо известно. Это Озерница, на направлении прорыва из белостокского «котла» частей 6-го МК:

Сразу после боя они выглядели вот так:

Ужасный лик смерти

Дальше на юг. Вероятно, под Войницей.

Это фото атрибутируется как Пархач, приграничный город под Сокалем. Это танк 3-й кавдивизии, подбитый 22 июня 1941 г.

Думаете Т-35 все бросили? Были те, кто погибли в бою:

Танк БТ, подбитый в одном из контрударов

Еще одна серия фотографий, погибшие на МТО и рядом с танком.

Этот танкист вылез из люка в днище «тридцатьчетверки» и дал последний бой с вытащенным из танка пулеметом ДТ:

На этой фото четко видно, что один из трупов одет в… белые женские туфли.
Скорее всего, это кто-то из жен комсостава, прорывавшейся в танке, но погибшей.

Механик-водитель, оставшийся на боевом посту

Немцы стоят и смотрят на погибшего танкиста.
Интересно, кто из них самих вернется живым?

 

chert-poberi.ru

«Нас извлекут из под обломков…» (33 фото)

Давайте вспомним, что происходило в далеком 1941 году, как воевали и погибали советские танкисты в первые недели войны…
Из книги Роберта Кершоу «1941 год глазами немцев»:
«Во время атаки мы наткнулись на легкий русский танк Т-26, мы тут же его щелкнули прямо из 37-миллиметровки. Когда мы стали приближаться, из люка башни высунулся по пояс русский и открыл по нам стрельбу из пистолета. Вскоре выяснилось, что он был без ног, их ему оторвало, когда танк был подбит. И, невзирая на это, он палил по нам из пистолета!» /Артиллерист противотанкового орудия/

Близится 75-летие 1941 г. и нам опять начнут впарить солонятину про забастовку Красной армии, не захотевшей воевать за Сталина, побросав супер-пупер КВ и Т-34. Есть, разумеется, масса фотографий подбитых в бою, изрешеченных и выгоревших советских танков всех типов. Однако благодаря новым технологиям и фото с интернет-аукционов, из коллекций немецких солдат и офицеров мы можем воочию увидеть тех, кто исполнил свой долг до конца. Это война в самом ужасном ее проявлении.

В общем впечатлительным, женщинам и детям настойчиво не советую ходить под кат. Некоторые фотографии действительно, без прикрас, ужасные.

Эта фотография знакома многим. Этот танк КВ-2 был подбит немцами под городом Остров, на Северо-Западном направлении. Чаще всего советские танки фотографировали уже много после боя, когда трупы уже убирали.

«Островский» КВ-2 сразу после боя выглядел так:

Скорее всего это КВ-2 №4754 командира батальона капитана И. И. Русанова. Танк был подбит, получил повреждение тяг трансмиссии, была перебита гусеница. В акте сообщается: «Движение танка было невозможно, так как подбитые и горевшие танки забили проезжую часть моста, отход был невозможен в виду подбитого управления танка и свалившейся гусеницы, и танку не было возможности развернуться» . Экипаж покинул машину. Судьба же комбата капитана Ивана Ивановича Русанова 1902 г. рождения осталась неизвестной. Он остался в танке для вывода его из строя и, скорее всего, погиб. Весьма вероятно, что именно он попал на немецкое фото.

Вот эти Т-26, вероятно, из Прибалтики.

Это танки 23 тд 12 МК из Литвы:

Пойдем дальше на юг. Район Гродно, Кузница.

Участники контрудара под Гродно, которого по Марку Семенычу «не было».

Еще одно фото также атрибутируется как машина 6-го мехкорпуса.
Лейтенанта-танкиста, скорее всего, выбросило из танка взрывом.

Кто-то выскакивал из горящего танка, охваченный пламенем и погибал рядом со своей машиной.

Фото сделаны у вот этой группы из двух 34-к на обочине дороге. Брошенные экипажами, ага-ага.

Еще один пример погибшего уже выскочив из танка:

Вот это фото тоже хорошо известно. Это Озерница, на направлении прорыва из белостокского «котла» частей 6-го МК:

Сразу после боя они выглядели вот так:

Ужасный лик смерти

Дальше на юг. Вероятно, под Войницей.

Это фото атрибутируется как Пархач, приграничный город под Сокалем. Это танк 3-й кавдивизии, подбитый 22 июня 1941 г.

Думаете Т-35 все бросили? Были те, кто погибли в бою:

Танк БТ, подбитый в одном из контрударов

Еще одна серия фотографий, погибшие на МТО и рядом с танком.

Этот танкист вылез из люка в днище «тридцатьчетверки» и дал последний бой с вытащенным из танка пулеметом ДТ:

На этой фото четко видно, что один из трупов одет в… белые женские туфли.
Скорее всего, это кто-то из жен комсостава, прорывавшейся в танке, но погибшей.

Механик-водитель, оставшийся на боевом посту

Немцы стоят и смотрят на погибшего танкиста.
Интересно, кто из них самих вернется живым?

ribalych.ru

ТОП-5 танковых асов Третьего Рейха: ознакомиться со списком

Военная история знает множество имен героев различных родов войск. Такие герои были и в танковых войсках третьего рейха, во время проведения военных операций 1939 – 1941 годов. Принято считать, что от 100 до 168 танков смогли подбить семнадцать танковых экипажей, а те, кто подбил свыше 120 танков, считаются танкистами – асами.


1. Курт Книспель (Kurt Knispel)

Первое место среди танкистов-асов в гитлеровской армии занял Курт Книспель, на счету которого 168 официально подтверждённых подбитых танков и около тридцать не подтвержденных. Так же Книспель был признан лучшим танкистом среди всех участников войны. Все свои удачные военные операции он провел, будучи участником войны с Советским союзом, хотя и в боях на Западном направлении он тоже участвовал. Курт был судетским немцем, военная карьера началась с обучения в танковых войсках в 1940 году, и уже в октябре был переведен в действующие войска. Во время службы воевал на всех видах танков Вермахта, исключая «Пантеру».

Большинство своих побед одержал, будучи наводчиком танка – 126 танков противника, то есть выстрелы, он производил лично, и еще 42, будучи уже командиром экипажа танка. Книспель отличался скромностью и в случае, когда какой-либо танк не засчитывался, как его победа то он не настаивал. К тому же статистика учитывала только уничтоженные танки, а не подбитые, в ином случае на счету аса было бы около 170 танков. Танкиста четырежды представляли к награждению рыцарским железным крестом, однако так его он и не получил, ввиду своеобразного характера и частых конфликтов с командованием.

Погиб немецкий танкист почти в самом конце войны. Он был ранен на чешском направлении во время боя с советскими войсками, причем именно тогда он и подбил свое 168 танк. Спасти Курта не удалось, он умер в госпитале и был похоронен в братской могиле. Уже в 2013 году во время раскопок его останки были найдены и опознаны по именному медальону. Вскрытие подтвердило, что он погиб от попадания осколка мины в голову.

2. Мартин Шройф (Martin Schroif)

Вторым по количеству уничтоженных во время войны танков является Мартин Шройф. Немецкие документы заявляют об уничтожении им более 161 танка противника. Однако к такой информации многие историки относятся с некой долей скептицизма, так как не найдено не одного открытого источника информации, который может подтвердить эти данные, поэтому многие сходятся во мнении, что подвиги Шройфа это «утка» нацистской пропаганды. Мартин находился на службе в СС с 1936 года, и принимал участие в войне с 1939 года. В 1942 году был командиром мотоциклетного подразделения, а с марта 1944 находился в подчинении

102-го танкового батальона. Данные о том, где служил Мартин в 1943 году, отсутствуют. В 1944 году он служит уже, будучи унтерштурмфюрер, хотя документов о его назначении не сохранилось. Считается, что, будучи командиром немецкого «Тигра» в Нормандских боях уничтожил четырнадцать танков. После гибели в одном из боев командира Эндемана, с июня 1944 года Мартину пришлось командовать ротой до середины июля. Был представлен к Рыцарскому кресту, однако не получил его из-за конфликта с командованием. Единственный факт упоминания боевых заслуг Мартина Шройфа это упоминание его в воспоминаниях командира второй роты 102 батальона Эрнеста Стренга, во время боя в районе Вира. Имя Шройфа упоминалась в книгах майора Дж. Хоу о боях в Нормандии.

Умер Мартин Шройф в 1979 году. Как уже говорилось, возникают сомнения о достоверности его подвигов, так как слабо верится, что всего за три-четыре месяца службы на «Тигре» и «Королевском Тигре» он смог подбить 161 танк. Также сомнения вызывает тот факт, что Мартин так и не получил высоких военных наград Рейха, да и вообще о его награждении какими-либо медалями отсутствует.

3. Отто Кариус (Otto Carius)

Третьим по результативности танковым асом нацистской Германии. Был Отто Кариус. За время войны он ликвидировал около 150 танков и самоходных орудий артиллерии противников. За время своей карьеры Отто воевал на лёгком танке «Шкода» и тяжёлом «Тигре». Его имя, вместе с именем другой танковой легенды Михаэлем Виттманом, стало легендарным в армии нацистской Германии. Свою военную компанию он начал на советском направлении, а после тяжелого ранения за год до окончания войны был переведён на западный фронт. Именно здесь он получил приказ от командира сдаться в плен войскам Соединённых Штатов, и ними был отправлен в лагерь для военнопленных.

Из лагеря ему удалось бежать, благодаря хитрости – он смог добыть простую одежду и, назвавшись местным жителем, был отпущен. После окончания войны Отто работал фармацевтом. Позже открыл свою аптеку. Скончался легендарный танковый ас в 2015 году. Точное количество подбитых им танков и САУ неизвестно, так как немецкие источники не всегда имели подтверждение и были спорными. Так, Отто присвоил себе только за 22 июля 1944 года двадцать три уничтоженных танка, за 23 число два танка и за 24 семнадцать танков. Причем эти данные в немецких и советских источников существенно расходились. Причем иногда доходило до абсурда, немцы заявляли о количестве подбитых танков в несколько раз больше, чем их присутствовало на поле боя.

Так же Кариус приписывал на свой счет и один сбитый самолет противника. За время войны Кариус был пять раз ранен. Своим командованием он был представлен к Железному кресты 1 и 2 класса, Рыцарскому кресту Железного креста с Дубовыми листьями, причем Дубовые листья лично вручались Генрихом Гиммлером. Помимо этих были еще и другие медали, и нагрудные знаки. В 1960 году бывший немецкий танковый ас опубликовал книгу «Тигры в грязи», где он описал весь свой военный путь со своими друзьями и экипажами танков.

4. Ганс Бёльтер (Hans Bёlter)

Немецким танкистом, по праву занявшим четвертое место среди танкистов-асов был Ганс Бёльтер. В восемнадцать лет он поступает на военную службу в кавалерию, но позже получает перевод в немецкий моторизированный батальон, где проходит обучение на бронемашинах. К началу польской компании Ганс был унтер офицер и получил в командование тяжелый танковый взвод. Во время участия в польской оккупации Ганс подбил четыре танка и был награжден Железным крестом второго класса. Во время наступления на французском направлении 1940 года Бёльтер получил ранение. Однако до этого успел проявить свое геройство, и был награжден Железным крестом первого класса, чёрным знаком и серебряным нагрудным знаком.

В наступление на СССР Бёлтер принимал участие с первого дня, причем уже через две недели танк Ганса был подбит, но весь экипаж остался жив. После этого его перебросили на Московский фронт, однако из-за полученного вскоре ранения он был отправлен в Германию, после выздоровления работал инструктором в офицерской школе. В январе 1943 года Ганс был отправлен под Ленинград. Здесь он был командиром вначале танка Pz.Kpfw.III Ausf.N, позже получил в свое командование тяжёлый танк «Тигр». Так участвую в бою во время проведения советскими войсками операции «Свет Искры», именно танк Бёлтера возглавлял одно из наступлений немецкий войск. За один только проведенный бой экипаж Ганса подбил семь советских танков. Здесь же был подбит и танк Ганса, однако он с экипажем спасся. Сам Ганс получил очень тяжелые ранения и был направлен в полевой госпиталь. Однако пролежав в госпитале всего восемь дней, Ганс сбежал оттуда к своему отряду.

Прибыв в подразделение, он узнал, что немецкие войска понесли громадные потери, и командир его роты погиб. Уже спустя несколько дней Ганс получает в управление новый танк и в следующем же бою уничтожает два танка противника, увеличив, таким образом, количество уничтоженных танков до тридцати четырёх. Ганс продолжал свое участие в войне до 1945 года, и последний бой принял возле Штекленбаха. Арестован он был в 1949 году, но в 1950 его отпустили, он сбежал в ФРГ, где и умер в 1987 году. На счету Бёлтера было 139 уничтоженных танков.

5. Михаэль Виттман (Michael Wittmann)

На пятом месте в рейтинге немецкий танковых асов находится Михаэль Виттман, подбивший со своим экипажем 138 танков. Он принимал участие в немецкой агрессии с первых дней. Первые бои он провел в Польше и Прибалтике, с 1941 участвует в боях на Восточном фронте, где уже в первом бое уничтожает шесть танков. С 1943 Виттман командует ротой немецких «Тигров», с которой и участвует в сражении на Курской дуге».

Во время участия в курском сражении Михаэль смог ликвидировать тридцать советских танков и около тридцати артиллерийских орудий. С этого момента в Германии Виттмана называли «величайшим танкистом в истории». Когда стало ясно, что операция «Цитадель» провалилась, и началось массовое немецкое отступление, то отряду Михаэля было поручено прикрывать отвод техники и пехоты. Виттман пользовался особым отношением Адольфа Гитлера. Однажды на церемонии вручения Виттману Рыцарского креста, Гитлер, узнав о потере танкистом в бою зубов, распорядился, чтобы ему помог личный стоматолог фюрера. Таким образом, в 1941-1943 году Виттман воюя на советском направлении смог, уничтожить 119 танков красной армии.

В начале 1944 года Михаэль был переведен на западное направление во Францию, где также смог отличится. Так в одном из контрнаступлений союзных войск, он имеет под командованием всего пять танков отразить контратаку союзников. После этого подвига он получает предложение перейти на службу инструктором в танковую школу, однако он не согласился. В конце лета 1944 года Михаэль, находясь на штабной службе, получает перевод во Францию. Принимая участие в бою возле деревни Синтье, танк Виттмана попал в окружение и был уничтожен. Сам танкист считался пропавшим без вести и только в 1987 году во время строительства дороги был обнаружен его труп, который и опознали по нагрудному знаку.

my-cccp.ru

Как советские танкисты восстали из мертвых и угнали немецкий танк

Советские танкисты крайне неохотно пересаживались со своих «железных» коней на новые машины. Тем более было дико бросить танк в чистом поле из-за пустяковой поломки, ведь КВ и «тридцатьчетверки» чинились с помощью молотка и «какой-то там матери». Об одной поломке, десятках уничтоженных машин и великолепном угоне танка — в материале РГ.

Воронежско-Ворошиловоградская операция, проходившая летом 1942 года, была не самой удачной для Красной армии. Немецкие танковые дивизии постепенно охватывали все новые и новые скопления советских войск. Повсюду гремели бои, и найти целый танк было практически невозможно. Такая же проблема стояла перед экипажем КВ под командованием Семена Коновалова. Буквально вчера его машина сотрясалась от попаданий вражеских снарядов, а уже сегодня танкисты получили команду отступать, но танк Коновалова был неисправен. Было решено, что обездвиженная машина догонит своих, как только закончится ремонт, для этого даже выделили самого опытного техника бригады — Серебрякова. Из предосторожности пятидесятитонную «глыбу» забросали ветками, травой и полевой ремонт начался.

Спустя несколько часов внимание измученных жарким ростовским солнцем танкистов привлек шум техники. Не далее как в полукилометре от них на дороге показались две немецкие бронемашины. Двигаться КВ не мог, но стрелять у него получалось замечательно, что было продемонстрированно незамедлительно — точный выстрел и один бронетранспортер объят пламенем, а второй уже пятится назад.

Спустя несколько минут все на той же дороге показалась длинная колонна немецких танков PzKpfw III или просто Т-3. Проигнорировав уже догорающий броневик, все 75 машин уверенно двинулись вперед. Эта оплошность стоила им четырех танков, так как 76-миллиметровая пушка КВ с такого расстояния промахов не знала и била очень мощно. Паника в немецком строю сменилась отступлением — обнаружить замаскированный танк они не могли и видимо предположили, что здесь целое скопление техники противника. Час на перегруппировку, и вот опять немецкие Т-3 ползут в атаку на «невидимого» противника. И опять отступают, ведь снаряды КВ уничтожают еще шесть танков. Третья волна и снова все по-старому: шесть танков, восемь автомашин с пехотой и еще один бронетранспортер превратились в кучу металлолома.

Правда, такая ураганная стрельба не могла не выдать местоположение танка Коновалова, по воспоминаниям танкистов, броня танка рябила от сотен вмятин, которые оставили снаряды из пушек Т-3.

Экипаж решил заранее, что как только последний снаряд будет выпущен из пушки КВ, товарищи покинут танк. Но именно в тот момент, когда они собрались уходить, из 105-миллиметрового орудия в борт КВ попал снаряд и четверо из семи танкистов погибли. В живых остались командир танка Коновалов, техник Серебряков и наводчик орудия Дементьев. Опасаясь второго попадания, выжившие выбрались через люк в днище танка. В шуме взрывов и выстрелов наперевес с танковым пулеметом, который был заблаговременно скручен с героического КВ, они успели отползти на безопасное расстояние.

Ночью остатки героического экипажа двинулись в сторону своих. Несколько суток танкистам приходилось есть лишь траву и мох — заходить в деревни и хутора они опасались, боясь предательства. За такие лишения судьба отблагодарила их сполна. Однажды утром экипаж наткнулся на Т-3, который стоял на окраине деревни. Люки танка были открыты, слышалась веселая немецкая речь. По-видимому где-то неподалеку привал устроил целый танковый взвод, однако экипаж одинокого танка еще не успел присоединиться к остальным.

План был придуман и реализован моментально. Часовой бесшумно падает в траву, а три советских танкиста набрасываются на экипаж Т-3. Не успевших опомниться хозяев немецкого танка Коновалов и товарищи забивают прикладами, командир Т-3 хватается за пистолет, но в него стреляют. Итак, танк захвачен, еда имеется, а значит, можно смело ехать в сторону советских войск, что герои и делают. Можно лишь представить удивление фашистских солдат, когда они поняли, у них из под носа угнали танк.

Появление в расположении советских войск выжившего экипажа КВ на немецком танке было крайне эффектным. После того как ситуация прояснилась, героям рассказали, что экипаж КВ считается полностью уничтоженным и более того, танкистов уже успели наградить с формулировкой «посмертно». Бумаги переписывать не стали, и поэтому получилось, что выжившие члены экипажа буквально восстали из мертвых. Трофейный Т-3 отдали Коновалову, и за следующий месяц на нем он уничтожил еще три танка противника.

rg.ru

Мертвые немецкие солдаты. 1941-1945 — Ярослав Огнев

«Красная звезда», СССР.
«Известия», СССР.
«Правда», СССР.
«Time», США.
«The Times», Великобритания.
«The New York Times», США.

18.02.44: У дороги густой запах трупов — их еще не успели убрать. Трупы можно видеть всюду. Их много. Убитые немцы лежат в коротких зеленых шинелях, в слишком коротких френчах. Идет мелкий дождь. Грязь и тающий снег. В феврале прошлого года под Сталинградом погода была иная, но картина полного разгрома и безысходного положения врага все та же.

Ведут пленных. Они бредут, опустив глаза, спотыкаясь на каждом шагу. Один из них остановился у хаты и попросил воды. Хозяйка вынесла полную до краев кружку, но, убедившись, что это немец, резким жестом выплеснула воду на землю. Так же молча она вошла в сени и захлопнула за собой дверь. («Красная звезда», СССР)*

ИЮЛЬ 1943:

10.07.43: Когда у завистника нет сил на честное соревнование, он жалит, он убивает. Зависть и свиная жадность на чужой каравай, — вот то горючее, на котором, воняя и гремя, двинулась на нас машина германского фашизма. И правда, мы ещё только зачинаем наши песни, а они уже заканчивают. Они и детей-то наших убивают из подлого страха. Боятся, что из них вырастут исполины, грозные мстители за безмерные их злодейства. Но мы-то, русские, прочно знаем, что мщение придёт гораздо раньше.

Предок твой, русский человек, идя на подвиг ратный, крепко понимал, что одному из двух, ему или недругу, лежать в чистом поле с дыркой в груди. И тогда, чтоб волю на победе сосредоточить, он ни жены, ни родимого дома не хотел видеть раньше, чем улягутся в братскую яму поплотней поганые вражеские кости. Много их, всяких подлецов, уже успокоил навеки и ты, русский воин, на полях России, памятуя, что чем больше их ляжет в землю, тем сильнее острастка на века. Комплектами, вместе с командирами, лежат они на достигнутых рубежах — всякие «Райхи», «Адольфы» и «Великие Германии», тухлые ватаги немецких мертвяков, что закопаны под Сталинградом и Воронежем… Что же, просторна ли им русская земля? Сытна ли рыба в русских реках? Жирна ли нефть в глубинах советской земли? («Известия», СССР)

12.03.43: Среди развалин тянутся обрывки проводов, и разбитые танки стоят, приткнувшись к обломкам стен, и под командой нескольких красноармейцев идут через пустыри зелено-серые толпы пленных немцев. Они возятся среди развалин домов, вытаскивают из-под обломков изуродованные и окоченевшие трупы в таких же серо-зеленых шинелях, как и у них, и с немецкой аккуратностью, которая осталась у них даже в плену, штабелями складывают многие тысячи этих трупов на разных пустырях, а потом в землю закладывается тол и летят в воздух мерзлые комья, и в новой могиле под землей скрывается еще тысяча мертвецов, еще тысяча и еще тысяча, — потому что, сколько бы ни копали среди развалин, каждый день их находят снова и снова, а к весне воздух над Волгой должен быть чист и свеж…

Я был в Сталинграде в тяжелые дни и, к сожалению, не был там в радостные дни победы. Но, когда я вспоминаю, как там было тяжело, какого напряжения всех душевных и физических сил требовала у бойцов эта борьба, я хорошо представлял себе, с каким торжеством в январе они вылезли из своих пропахших порохом окопов и пошли, наконец, вперед. Мы помним время, когда небо было черно от немецких самолетов, когда земля дрожала от немецких орудий, когда ревущие немецкие танки вторгались на улицы и когда подчас чувство бессильной ярости сжимало кулаки, и кварталы, и дома попадали в руки к немцам не потому, что люди, защищавшие их, отступили, а только потому, что они погибли.

В такой войне, как эта, месть — святое чувство. Я рад видеть сейчас на улицах Сталинграда эти толпы немецких пленных, я рад видеть сваленные окоченевшие трупы немцев. Чувство радости и чувство мести охватывают меня, когда я вижу на экране этих обезоруженных, замерзших, опустившихся немцев, — этих волков, у которых выбиты их волчьи зубы. («Красная звезда», СССР)

ФЕВРАЛЬ 1943:

21.02.43: Луна обливает ядовитой зеленью снег. Тысячи и тысячи немцев. Одни разорваны снарядами, другие расплющены танками, третьи, похожие на восковые фигуры паноптикума, скошены милосердной пулей. Метет. Снег засыпает трупы, рядом показываются, оголенные ветром, другие. Их не сочтешь. Здесь нашли конец завоеватели, мечтавшие о соболях, о золоте, о скипетре мира. Полковник обнажил желтые клыки старой крысы. Рыжий фельдфебель прижал к груди флягу. Чудом уцелевшее, пенсне дрожит на носу лейтенанта; а тела у лейтенанта нет: прошел танк. Немцы истоптаны, нашинкованы, нарублены. Они мечтали о «колоссальном» — любимое немецкое слово. Что же, Касторное это колоссальный Некрополь. Здесь Россия встретилась со справедливостью — долгожданная встреча. Полтора года этого зрелища жаждала наша страна. Мы слушали рассказы о виселицах, о лагерях смерти, о городах, растоптанных немцами. Мы слушали молча, а сердце билось и порой трудно было дышать. И вот — возмездие. Здесь лежат жадные померанские фермеры, возжаждавшие русского чернозема. Здесь лежат эсэсовцы, кричавшие о «народе господ». Здесь лежат пивовары, колбасники, химики, мастера заплечных дел. Здесь лежат немцы, прошедшие от Каунаса до Воронежа; они несли смерть в сумке, как вечную ручку, как зажигалку, или перочинный ножик. Но смерть поднялась на них, подобная древнему бурану. Смерть их взяла, и они застыли в последней судороге, ощеренные, жалкие среди чужой им земли. Куски мяса, похожие на части раздавленных машин.

Долина смерти. Офицеры орали: «Скорей», водители впивались в руль, тысячи машин топтались, пытаясь прорваться на запад. Их искрошила наша авиация. Брошенные чемоданы с этикетками европейских гостиниц. Автомобили всех марок «Опель», «Рено», «Бюики», «Фиаты». Легковые машины, прежде мчавшие французских молодоженов на Ривьеру. Грузовики, некогда развозившие датские сливки и голландские сыры. Зенитки — сложные механизмы, превращенные в рухлядь. Эрзац-валенки — из соломы и элегантный кортик полковника. Губные гармоники, компасы, пишущие машинки, куски алюминия, клочки туловищ, железные диски, руки без тел, пражские сосиски, портфели, шлемы, кресты, бинокли и голые розовые пятки, которые торчат из-под снега, как страшная поросль. («Красная звезда», СССР)

01.02.43: Здесь уничтожены самые отборные германские части, части «СС», которые были присланы Гитлером в октябре для того, чтобы покончить со Сталинградом.

Начальник штаба армии генерал Крылов сказал сегодня:

— Среди трупов фашистов мы на нашем участке не находили ни одного немца, грудь которого не была бы украшена 2—3 «Железными крестами». В Сталинграде они получили еще по одному кресту — деревянному.

Те из фашистов, которые ещё не потеряли способности здраво мыслить и перестали верить обещаниям «фюрера», сегодня сдаются в плен. («Правда», СССР)

ЯНВАРЬ 1943:

29.01.43: Померанских гренадер вышибали из всех углов, и, наконец, они побежали. Части, наступающие юго-восточнее города, били их с тыла, и в городе и в полях валяются окаменевшие фрицы. Они дрались пьяные, они сдохли, как взбесившиеся, загнанные звери. Их глотки забиты снегом. Бойцы обходят их с брезгливостью…

В полушубках, в теплых шапках, в валенках идут наши бойцы мимо застывших немецких мертвяков и с отвращением смотрят на них. Немцы одеты как попало: солдаты в ботинках, офицеры в сапогах. На башку наверчены шарфы, тряпки, под белыми халатами на шинель намотаны одеяла, на ботинки наворочена солома, у иных эрзац-валенки или толстые гамаши, точно это ноги не солдата, а старика, страдающего ревматизмом. Они сражались с отчаянием бандитов, которым пришел конец. («Красная звезда», СССР)

22.01.43: После Московского разгрома немцев в Красной Армии перестали думать о том, что немецкая военная наука первейшая в мире. В том, что немецкая наука сплоховала, указывали десятки тысяч замороженных немцев, чьи остекляневшие скорченные тела валялись по всем дорогам и деревенским выгонам. Это были непобедимые немецкие зольдаты, а теперь, — просто фрицы. Русский человек догадался, наконец, что он крепче, храбрее, умнее и хитрее немца. Навязывается вопрос: а почему он раньше об этом не догадывался? Чего раньше-то скромничал перед немцами? В том-то вся наша психология, — одно из сокровищ русской души, — скромность в большом деле, даже какая-то тихость, похожая извне на равнодушие, склонность к недооценке самого себя. И при этом в глубоких тайниках живет: «А ну, ребятушки, понатужимся, — все сможем». И отсюда, из этой невысказанной веры, что мы-то в конце-то концов всё сможем, — легкое дыхание русского человека, его беспечность, юмор и то, что он — веселый человек. («Красная звезда», СССР)

ДЕКАБРЬ 1942:

25.12.42: По дорогам ведут пленных. Их не единицы, не десятки. Они шагают ротными колоннами под конвоем красноармейцев-автоматчиков. Как жалок вид этих надменных претендентов на господство над всем миром! Куда девалась их самоуверенная наглость, задранный кверху нос? Они плетутся, будто нашкодившие шелудивые псы, зябко ежась, вбирая голову в плечи. Они жалки, но не сострадание, а только гадливое презрение вызывают в нас эти выродки, совершающие под конвоем последний марш на восток. Вглядитесь в лицо вон той колхозницы, что застыла в оцепенении над догорающими головнями своей хаты. Обжигающая ненависть бьет из ее глаз. Наверно, такая же вот мученица распорола вилами живот фашистскому офицеру в Перещепном. Так и сейчас он валяется на улице с вилами в животе, вытаращив оловянные глаза. («Красная звезда», СССР)

19.12.42: Ветер усилился, машина пробивалась сквозь сплошную снежную завесу. В двух шагах не видно было пути, только раздавался свист бурана в ушах и ревел, захлебываясь, мотор. Снег налетал валами, лишь на мгновения открывая простор для глаза. И тогда мы видели лежавшие вдоль дороги опрокинутые немецкие грузовики, танки с порванными гусеницами и развороченными башнями, пушки с торчащими вверх стволами, трупы немцев в серо-голубых шинелях, туши разорванных снарядами лошадей и множество наполненных снегом стальных шлемов. Всё это были путевые знаки немецкого отступления.

Вдруг водитель застопорил машину на полном ходу. Кузов резко тряхнуло. Проклиная дорогу, мы вскочили и увидали, как от дороги в степь убегала, не поворачивая головы, большая серая собака… Нет, это был донской волк. Перед радиатором грузовика лежал полуобглоданный труп немца. Грудная клетка была раскрыта, страшно белели обручи ребер, и между ними темнело то, что у человека называется сердцем…

Быстро темнело. Машина благополучно миновала минные поля, и когда мы под’ехали к следующей станице, в ней уже горели костры. Бойцы бросали в огонь сухие сосновые кресты, взятые на немецком солдатском кладбище. Немцы жили под землей, в оврагах, но мертвецов хоронили на станичных площадях, с прусской солдатской точностью выравнивая линию могил. («Красная звезда», СССР)

08.12.42: По дороге от селения к селению мы видим первые трофеи. Машины, танки, тягачи, орудия разбросаны, подобно убитым немцам, сначала поодиночке, потом группами, а дальше сплошными толпами, словно и они были охвачены паникой, как и люди…

Курган с пулеметными гнездами, блиндажами, окопами. Рядом свежая могила с красной пирамидкой и звездой на ее вершине. Чуть дальше еще не зарытые трупы немцев. Горит костер. Четверо бойцов разогревают консервы.

— Чего не зароете?

— Подождут, не хочется падалью руки пачкать, — говорит один.

Другой, улыбнувшись, машет рукой:

— Нам их зарывать, да зарывать, работы хватит. Хочут срочно, так нехай сами себе могилки приготавливают. («Красная звезда», СССР)

05.12.42: Весь день, всю ночь и весь следующий день продолжалась метель. Крупными хлопьями снега заносило немецкие самоходные пушки, автомашины, пулеметы. По обочинам дорог торчало занесенное снегом, изуродованное, теперь бессильное оружие. Танки проходили по валявшимся на дорогах немецким трупам. Зрелище раздавленного человеческого тела само по себе не представляет ничего веселого, но здесь, на поле боя, раздавленный танком немец — это всего-навсего еще один мертвый немец. И может быть даже хорошо, что трупы врагов валяются в первые дни наступления по обочинам дорог, в траншеях, на поле — там, где их застигла смерть, и двигающиеся вперед подкрепления проходят мимо них и считают: еще один, еще два, еще один. Так и надо! Да, мы здесь их убили. Здесь, на узком куске земли, между берегом и брошенной деревней немецкая армия сократилась еще на 500 человек. Еще пятьсот немцев превратились на нашей земле в мертвых обледеневших кукол. («Красная звезда», СССР)

04.12.42: В районе Ржева валяются мертвые немцы. Это, конечно, ефрейторы, и, конечно, их карманы полны письменностью. Вот Артур Вольф. Накануне смерти он получил об’емистое послание из Лейпцига от «Германского акционерного общества по сооружению гражданских построек». Ефрейтору Артуру Вольфу предлагали построить дом в рассрочку. В Лейпциге? О, нет! «В Крыму или в плодородной Курской области». Ему посылали фотографии, схемы, проекты. Его спрашивали, сколько га он хотел бы получить «для сада, огорода и специальных культур». Ефрейтору Генриху Генделю писала его гретхен уже из Киевщины: «Я живу здесь, как помещица…». Вокруг Ржева мы почистили. Почистим и в Киевщине. («Красная звезда», СССР)

ОКТЯБРЬ 1942:

09.10.42: Что нужно для победы? Одни скажут, тщательная подготовка операции, другие превосходство вооружения, третьи — отвага. Для победы нужно все: и пот сталеваров Челябинска, и мужество бронебойщика, и карты Генштаба, истерзанные цветными карандашами. Всего важнее для победы человеческое сознание, зрелость чувств, накал воли. Я говорю об этом на клочке родной земли, только что отвоеванной у немцев. Направо, налево трупы фрицев. В предсмертной судороге они цеплялись за чужую, враждебную им землю. У одного в руке горсточка земли. Магистр права или просто колбасник, он шел за добычей, за мехами, за пшеницей, за золотом. Он получил щепотку земли. («Красная звезда», СССР)

08.10.42: Для немцев Ржев связан с прошлогодней мечтой о Москве. Ржев для них также барьер — позади Вязьма, Смоленск, Белоруссия. Не смолкает суровая музыка боя. Труп немца. Неотправленное письмо обер-ефрейтора Роберта Клопфа своему брату: «Это нужно пережить самому, чтобы понять, что такое настоящая война. Здесь идет жесточайшая битва. Вопрос стоит — быть или не быть». Для ефрейтора вопрос решен: он лежит под кровавым огрызком ущербной луны. Будет решен вопрос и для проклятой Германии. («Красная звезда», СССР)

СЕНТЯБРЬ 1942:

30.09.42: У лейтенанта, пишущего стихи в короткие часы отдыха, громкое имя — его зовут Георгий Суворов. Он молод, но он видел битвы и схватки в количестве, достаточном для старого бойца.

Он знает, как отбивают у врага родную землю. Она не похожа на ту цветущую, которою она была до того. В грохоте разрывов, в темных полосах дымовых завес, в черных столбах бомбовых ударов мы отбиваем разоренную пустыню, где торчат трубы и обгорелые стены, сожженная трава перемешана с глыбами земли, но всюду приятные взору немецкие трупы. Их много, значит враг обескровлен на этом участке, он отступает. В этих сраженьях родится новая молодость советских людей, родится новый голос песен и стихов. («Красная звезда», СССР)

29.09.42: Пришли на смену новые части. Теперь радисты вышли из подвала. Утренний ветер освежал потные, закопченные лица. Они оглядели место, отвоеванное их отвагой и стойкостью, и увидели, что окрестный пейзаж сильно изменился. Не было ни густой травы, ни домов на холме, ни деревьев. Изрытая ямами, закопченная черносизая земля громоздилась кругом. От пожарищ тянуло сладковатым противным дымом. Трупы немцев лежали повсюду. Они торчали из травы, висли на кирпичах, точно обнимая их, лежали на спине, на боку, задрав ноги, в каких-то странных и жутких позах. И они, как чума, отравили воздух, было трудно дышать. Тютев вспомнил, как некоторые из них, там в траншее, бежали, прижав каски к животу. Они не боялись за голову, но берегли от пуль живот. Все они были в лягушачьего цвета куртках, в ботинках, грязные, с длинными, всклокоченными волосами, закрывавшими черные лица, заросшие, отвратительные. От одного их вида подымалась тошнота. («Красная звезда», СССР)

АВГУСТ 1942:

27.08.42: У входа в блиндаж стоит истощенная молодая женщина с бледным, без кровинки в лице, ребенком. Ее грудь перехвачена платком крест-накрест. Ребенок привязан за спиной: от голода у женщины трясутся руки, она не может нести ребенка на руках. Она держит на ладони кусок куклы — отдельно руки, отдельно туловище, отдельно голова. Все разворовано в ее доме, все разломано, даже вот эта кукла ее дочки. Она смотрит на меня, словно спрашивает: может, я понимаю? Но я тоже не понимаю, потому что трудно понять человеку психологию обезьяны. Я только чувствую, что здесь были очень злые и очень подлые обезьяны. Гораздо злее и подлее, чем это может представить себе человеческое сознание. Одна из этих обезьян — длинноногая, грязная и, наконец, теперь дохлая — лежит у входа в блиндаж, раскинув волосатые руки, и это доставляет мне удовольствие. Я рад, что она лежит здесь, что женщина, выходя из блиндажа, ткнула ее ногой, что много этой падали валяется по улицам города, что люди плюют в их мертвые звериные морды, и машины переезжают их колесами. Завтра их уберут, потому что они начнут смердеть, завтра в последний раз кому-то с отвращением придется коснуться их руками, — с отвращением, потому что это не трупы солдат, а трупы убийц, это не трупы людей, а вонючие останки обезьян. («Красная звезда», СССР)

20.08.42:Враг наступал. Он навалился на позиции одной нашей части, оборонявшей село. Две атаки выдержали стойкие защитники этого рубежа и не отошли ни на один шаг. Потом они ринулись в контратаку и далеко отогнали немцев. Теперь перед окопами лежат в два ряда убитые немцы — около 60 трупов солдат и офицеров. Их скосили преимущественно пулеметчики. Кругом валяются автоматы, винтовки, ранцы, каски. Из забрызганной кровью полевой сумки офицера торчит краденое полотенце с украинской вышивкой. Среди солдатского хлама странно видеть вещи, ничего не имеющие общего с военным имуществом. В ранцах можно найти детские платьица, женские кофточки, куски домотканных холстин. Все это наворовано у наших крестьян и городских жителей. Теперь грабители мертвы и смердят. Над этой падалью кружатся черные вороны.

Немного дальше, у кукурузного поля, был тыл противника. Здесь гитлеровцы успевали хоронить убитых. Длинной вереницей могил вытянулось немецкое кладбище. Вот двадцать металлических касок с небольшими рожками. Все они расположены в линию. Значит, здесь закопано двадцать бандитов и для них поставлен один крест. Пройдешь десять шагов — еще двадцать касок. В общем, славно поработали бойцы Красной Армии, защищавшие населенный пункт. Об этом с удовлетворением говорят и возвращающиеся сюда жители. Входя в свои дома, они первым долгом берут лопаты и сразу же направляются за околицу зарывать разлагающуюся фашистскую падаль. («Красная звезда», СССР)

ИЮЛЬ 1942:

15.07.42: Ниже публикуются выдержки из записной книжки убитого немецкого фельдфебеля Альберта Лихтенберга: «Продвигаемся с большим трудом. Потери ужасные. Во многих ротах выбыло 40—50 процентов боевого состава. Во время массированного налета русских летчиков убито и ранено около 600 человек. Убитых не убирают — некому. Трупный запах угнетает… Солдаты покрылись грязью, оборвались. Растеряли снаряжение и разные принадлежности. В новых местах стараемся организовать что-нибудь. 3десь есть куры, яйца, масло. Мы все с’едаем. Труднее найти ценные вещи. Жители их спрятали. Вчера вместе с унтер-офицером Шульцем очистили несколько домов…». (Совинформбюро)

16.04.42: Сейчас в роще все тихо. Молчат полтора десятка крытых в четыре наката землянок. Молчат мертвые немецкие солдаты, в разных позах лежащие под белыми русскими березами. Один из мертвецов сидит на снегу, обхватив березу руками, и почему-то хочется оторвать от нее эти вцепившиеся нечистые руки.

В двух местах мертвецы сложены в штабеля. Они убиты еще вчера и позавчера, и, очевидно, оставшиеся в живых немцы, отчаявшись вырваться из кольца, стащили их вместе, чтоб похоронить здесь или сжечь.

Да, они дерутся с волчьим упорством. И каждый день все-таки побеждать их, — это значит, каждый день, на каждом метре земли ломать их невероятное упорство своим еще более невероятным напором…

Мы убиваем их много, но штабель из трупов такой, как сегодня, — редкость. Немцы уносят убитых в тыл. Издалека это может показаться проявлением солдатской солидарности — чувство товарищества бывает ведь и у зверей.

Но последние пленные, взятые здесь, говорят, что на деле это не так. Они выдают оборотную сторону медали. Немецкий солдат может уйти на время в тыл, только унося раненого или труп. И вот он под огнем ждет смерти соседа, чтобы, вынеся его труп, сегодня спастись от смерти. Мертвый на время спасет живого…

Сейчас, когда тает снег и обнажается земля, явственней становятся следы недавних боев. Вот у этой опушки леса всего неделю назад снег был чист, сверкал белизной. Теперь он осел, почернел, а в одном месте совсем растаял, и глазам представляется густое минное поле. На небольшом клочке земли больше сотни противопехотных мин и больше тридцати противотанковых. Этот участок был обойден нашей пехотой. Он огорожен, всюду предупреждающие надписи. Там и сям торчат колья проволочных заграждений, свободных от снега.

Обнажились и блиндажи на самой опушке. Немцы сильно ее укрепили, но вынуждены были отойти. Они старались унести трупы своих солдат, но многих хоронили тут же, наспех зарывая в снегу. И теперь всюду — в канавах, кюветах, в поле, а чаще всего в лесу, — можно встретить черные трупы фрицев.

Тут фрицы зимние, в тряпье и эрзац-валенках, и фрицы весенние, совсем недавно подброшенные из глубоких германских тылов. На них новые шинели, еще не успевшие загрязниться в блиндажах и землянках. («Красная звезда», СССР)

13.02.42: У какого-то Карла Екеля в мундире нашли мы открытку. Снега, елочки, домики в огнях и немец с оленем у столба, на котором написано «Урал». Немцы — любители символов. Фашистская организация приветствует Карла Екеля и символически желает ему с быстротой оленя достигнуть Урала. А Карл Екель, ощеривши зубы, весь ледяной лежит на берегу Волхова. Это тоже символ!

За каждой деревней — немецкий погост. На всех площадях и улицах, даже у домов, под окнами немецкие кресты. Раньше они над каждым убитым солдатом ставили отдельный крест. В последнее время они вбивали в могилы только березовые и осиновые колы и на 40 или 50 колов делали одну перекладину. По всей дороге в свете луны могильные заборы. («Красная звезда», СССР)

ЯНВАРЬ 1942:

20.01.42: В одной из сожженных деревень под Можайском я видел назидательную картину: на пепелище лежит полусгоревший труп немца. Огонь выел его лицо, а голая ступня, розовая на морозе, кажется живой. Колхозницы рассказывают, что этот немец, вместе с другими «факельщиками», поджигал деревню. Бутылка с горючим вспыхнула в его руке. Лежит ком обугленного мяса: преступление и наказание. («Красная звезда», СССР)

06.01.42: У снежной дороги на очищенной от немцев территории сидит замерзший немец. Он полузанесен снегом. Страшен оскал его почерневшего рта. Это лицо, сведенное судорогой, — лицо гитлеровской Германии. Мы заставим немцев расплатиться сполна за кровь, за горе, за дым пожаров, за слезы, за весь урон, причиненный нам войной. Никому не будет пощады! Судорога смерти сведет навсегда ненавистное лицо немецких бандитов…

В оврагах валяется фашистская падаль. Около сотни трупов покрывают пригорок у селения Панское. Когда, отступая из села, гитлеровцы бежали на пригорок, их настигли меткие снаряды артиллеристов Сидоренко. Это — молодая еще часть, недавно вступившая в бой, но уже стяжавшая заслуженные успехи на нашем участке фронта. Выбивать врага из сел нашим частям помогают и местные колхозники. Они подбирают брошенные немцами винтовки и стреляют по убегающим шакалам. И так во всех селениях, где немцы собирались зажечь под Новый год елки. Врага давят гусеницами своих боевых машин танкисты тов. Хасина, освободившие уже десятки селений. Немцам не дают жизни гвардейцы тов. Акименко. Они сотнями гибнут под ударами доблестных бойцов Героя Советского Союза Родимцева. («Известия», СССР)

03.01.42: Дело происходило на станции Б., где немцы сидели достаточно прочно, о чем свидетельствуют не только оставленные ими в полном изобилии средства обороны, но также рождественские елки в помещении разгромленного штаба, склады вооружения и амуниции, уютная и неплохо обставленная столярная мастерская, где заготавливались кресты для солдатских и офицерских могил. Это дело поставлено было в мастерской на широкую ногу, с размахом, заготовка крестов велась чуть ли не поточным методом, для надписей использовались трафареты, писать от руки нехватало времени, — дорога от переднего края до самого Малоярославца представляет собой бесконечное, вытянутое в длину по шоссе кладбище германских солдат и офицеров. В канун Нового года станция была частью немецкого тыла, и, судя по запасам спиртного, штабные офицеры готовились встретить праздник наславу.

Батальон капитана Петрова позаботился о том, чтобы внести в этот праздник известное разнообразие. Передовые подразделения батальона ночью обошли укрепленную немцами высоту, лесными тропами, по снегу за спиной у сидевших в траншеях немцев проникли к ним в тыл и вышли к Б., где немцы раскупоривали бутылки и зажигали свечи на рождественских елках. Так выполня

0gnev.livejournal.com

Битый, перебитый, и почти убитый…немецкий танкист на Восточном Фронте. 1943-1944 г.

33 comments — :

То есть он утверждает что экипаж Штуга выжил после взрыва боекомплекта? Что-то как-то… не верится.

Взорвался когда они уже выползли, видимо несколько контузия отдалась в голове.:)

Что на первой фотке?

Русский танкист, а танк ленд-лизовский легкий танк «Стюарт», видимо.

Ну что сказать, в рубашке парень родился. Не всем так везло…

Да.
Под конец войны попал на Западный фронт и сдался амерам.
Слушай, а свастика на пятой фотке ведь финская?

да…первая картинка совсем ужас…застрял посередине

Танк маленький, английский.

Битый, перебитый, и почти убитый…немецкий танкист на В

что-то вроде приятного предчувствия, что я могу получить нашивку за ранение

мазохист какой-то)))

Отдадим должное — так он был воспитан еще в Гитлерюгенде.:)

немецкий таксист )))

стрелял реактивными снарядами калибром 122 мм.

Вот это чудо-оружие Сталина.)

Re: стрелял реактивными снарядами калибром 122 мм.

Иосив Сталин — танк.:)

Видимо, немец ошибочно принял бронебойно-трассирующий снаряд с ИС-2 за некий «реактивный».

Видимо так.

oper-1974.livejournal.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о