машина для войны » Военное обозрение

Первый в мире тяжелый танк противоснарядного бронирования


Тяжёлый танк КВ-1А, поднятый со дна Невы весной 2003 года

В соответствии с постановлением Комитета обороны СССР в конце 1938 года в СКБ-2 Кировского завода в Ленинграде (главный конструктор Ж. Я. Котин) началось проектирование нового тяжелого танка с противоснарядным бронированием, получившего название СМК (Сергей Миронович Киров). Разработкой еще одного тяжелого танка, названного Т-100, занимался Ленинградский завод опытного машиностроения им. Кирова (завод № 185). Параллельно с СМК разрабатывался проект однобашенного тяжелого танка КВ.

Ведущим конструктором танка СМК был А. С. Ермолаев. Первоначальным проектом предусматривалось создание трехбашенной машины массой 55 тонн. В процессе работы от одной башни отказались, а сэкономленный вес направили на утолщение брони. Параллельно с СМК группой дипломников Военной академии механизации и моторизации им. Сталина, проходивших практику на Кировском заводе, под руководством Л. Е. Сычева и А. С. Ермолаева был разработан проект однобашенного тяжелого танка КВ («Клим Ворошилов»). По сути дела КВ представлял собой уменьшенный по длине на два опорных катка СМК с одной башней и дизельным двигателем. На завершающем этапе проектирования однобашенного танка ведущим конструктором проекта был назначен Н. Л. Духов.

В августе 1939 года танк КВ был изготовлен в металле, а в конце сентября участвовал в показе новых образцов бронетанковой техники на НИБТ полигоне в Кубинке. В октябре начались заводские испытания. В ноябре первый опытный образец танка отправили на фронт на Карельский перешеек для участия в боевых действиях против финнов. 19 декабря 1939 года танк КВ был принят на вооружение Красной армии.

Серийное производство танков КВ с 76-мм пушками («танки с малой башней») и спешно разработанных по опыту боев на линии Маннергейма танков КВ со 152-мм гаубицами («танки с большой башней») началось в феврале 1940 года на ленинградском Кировском заводе (ЛКЗ). До конца года Кировский завод сумел изготовить 243 танка (139 КВ-1 и 104 КВ-2), полностью выполнив спущенный сверху план. В соответствии с постановлением СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 19 июня 1940 года к выпуску КВ должен был подключиться и Челябинский тракторный завод (ЧТЗ). 31 декабря 1940 года была произведена опытная сборка первого КВ уральского производства. Одновременно в Челябинске началось строительство специального корпуса для сборки тяжелых танков.


Этот танк КВ-2 был остановлен только попаданием снаряда в левую гусеницу

План производства на 1941 год предусматривал выпуск 1200 танков КВ. Из них на Кировском заводе - 1000, на ЧТЗ - 200. Однако война внесла коррективы в этот план. К началу войны в Челябинске изготовили всего 25 КВ-1, а производство КВ-2 так и не было освоено. Всего же в первом полугодии 1941 года были изготовлены 393 танка КВ.

Корпус танка КВ-1 сваривался из катаных броневых листов, максимальная толщина которых достигала 75 мм. Башня изготавливалась в двух вариантах - сварном и литом. Максимальная толщина брони сварных башен достигала 75 мм, литых - 95 мм. В 1941 году толщину брони сварных башен довели до 105 мм путем установки 25-мм экранов, которые крепились при помощи болтов.

На танках первых выпусков устанавливалась 76-мм пушка Л-11, затем - Ф-32 того же калибра, а с конца октября 1941 года - 76-мм пушка ЗИС-5. Кроме того, танк вооружался тремя пулеметами - спаренным, курсовым и кормовым. На части машин устанавливался и зенитный пулемет ДТ. Боекомплект состоял из 135 пушечных выстрелов и 2772 патронов к пулеметам.

12-цилиндровый V-образный дизель В-2К мощностью 600 л. с. позволял 47,5-тонной боевой машине развивать скорость 34 км/ч. Запас хода по шоссе составлял 250 км. Экипаж танка состоял из пяти человек.

Основное отличие танка КВ-2 заключалось в установке новой башни больших размеров. Общая высота машины достигла 3240 мм. В башне, в маске, закрытой снаружи броневым кожухом, были установлены 152-мм танковая гаубица М-10 образца 1938-1940 годов и спаренный с ней пулемет ДТ. В корме башни имелась дверца, рядом с которой в шаровой опоре размещался еще один ДТ. На танке сохранился также и курсовой пулемет в лобовом листе корпуса. Боекомплект состоял из 36 выстрелов раздельного заряжания и 3087 патронов. Силовая установка, силовая передача, ходовая часть, электро- и радиооборудование остались такими же, как и на КВ-1. Танк КВ-2 был выпущен в ограниченном количестве, а после начала Великой Отечественной войны с 1 июля 1941 года его производство прекратили.



КВ-1

По состоянию на 1 июня 1941 года в войсках имелось 504 танка КВ. Из этого количества большая часть находилась в Киевском Особом военном округе - 278 машин. Западный Особый военный округ располагал 116 танками КВ, Прибалтийский Особый - 59, Одесский - 10. В Ленинградском военном округе имелось 6 танков КВ, в Московском - 4, в Приволжском - 19, в Орловском - 8, в Харьковском - 4. Из этого количества в эксплуатации находилось 75 КВ-1 и 9 КВ-2. С 1 по 21 июня в войска с завода был оправлен еще 41 танк КВ.

Подготовка экипажей для новых тяжелых танков часто велась (если вообще велась) на любых типах танков. Например, 3 декабря 1940 года директивой начальника Генерального штаба Красной армии № 5/4/370 предписывалось «для обучения личного состава и сбережения материальной части боевых машин отпустить, исключительно как учебные, на каждый батальон тяжелых танков по 10 танкеток Т-27». Остается загадкой, как на Т-27 можно было научиться вождению и обслуживанию КВ-1 или КВ-2. В результате к июню 1941 года количество подготовленных экипажей для этих машин не превышало 150.

В первые же дни Великой Отечественной войны в полной мере проявились как очевидные достоинства, так и недостатки новых тяжелых танков, равно как и все недочеты в боевой подготовке и организационной структуре танковых войск Красной армии. Так, например, в докладе о боевых действиях 8-го механизированного корпуса с 22 по 26 июня 1941 года (к началу войны в составе корпуса имелись 71 KB, 49 Т-35, 100 Т-34, 277 БТ, 344 Т-26, 17 Т-27) сообщалось следующее: «Водительский состав боевых машин KB и Т-34 в своем большинстве имел стаж практического вождения от 3 до 5 часов. За весь период существования корпуса боевая материальная часть и личный состав полностью на тактические учения не выводились и не были практически проверены как по вопросам маршевой подготовки, так и по действиям в основных видах боя. Тактическая сколоченность проводилась не выше масштаба роты, батальона и частично полка».

Из доклада командира 41-й танковой дивизии 22-го механизированного корпуса от 25 июля 1941 года о боевых действиях дивизии (к началу войны в ней было 312 танков Т-26 и 31 КВ-2) следует, что к 152-мм орудиям КВ-2 не имелось ни одного снаряда.

По воспоминаниям Д. Осадчего, командира роты танков КВ-1 во 2-й танковой дивизии, «23-24 июня, еще до вступления в бой, многие танки KB, особенно КВ-2, вышли из строя в ходе маршей. Очень большие проблемы были с коробкой передач и воздушными фильтрами. Июнь был жаркий, на дорогах Прибалтики пыли огромное количество и фильтры приходилось менять через час-полтора работы двигателя. Перед вступлением в бой танки моей роты сумели их заменить, а в соседних - нет. В результате к середине дня большинство машин в этих ротах поломалось».

Хорошо же подготовленные экипажи творили на танках КВ чудеса. 18 августа 1941 года пять танков КВ-1 роты старшего лейтенанта З. Г. Колобанова заняли оборону на подступах к городу Красногвардейску (Гатчина). К вечеру танки были по башни укрыты в капонирах. Для своего КВ Колобанов выбрал позицию на наиболее угрожаемом участке - северной окраине Красногвардейска. Наступавшие здесь части 1-й немецкой танковой дивизии могли ударить в тыл советским войскам, занимавшим оборону на рубежах Красногвардейского укрепрайона, а затем, выйдя по старинным гатчинским паркам к Киевскому шоссе, почти беспрепятственно продвигаться к Ленинграду.

Утром 19 августа на левом фланге один из танков роты вступил в бой с противником. Во втором часу дня немецкие танки появились и перед позицией Колобанова. 22 вражеские машины шли по дороге колонной на сокращенных дистанциях, подставляя свои левые борта почти строго под прямым углом к орудию КВ. Люки были открыты, многие немцы сидели на броне. Наши танкисты даже различали их лица, так как дистанция до вражеской колонны была невелика - всего около 150 м. Когда до ориентира № 1 (двум березам на перекрестке дорог), намеченного танкистами накануне, оставалось несколько метров, Колобанов приказал командиру орудия старшему сержанту Усову открыть огонь. Несколькими выстрелами Усов поджег два головных и два концевых танка противника. Колонна оказалась в мешке. Маневр для немцев был ограничен заболоченной местностью по обеим сторонам дороги. Противник не сразу определил, откуда ведется огонь, но затем обрушил на позицию Колобанова ливень снарядов. Танкисты задыхались от пороховых газов, от ударов вражеских снарядов по броне танка все были контужены. Усов, не отрываясь от прицела, продолжал расстреливать танк за танком. Наконец последний 22-й танк был уничтожен. За время боя, длившегося больше часа, Усов выпустил по противнику 98 снарядов. За этот бой старший лейтенант Колобанов был награжден орденом Красного Знамени, а старший сержант Усов - орденом Ленина.

В том же бою отличились и другие экипажи КВ из роты Колобанова. В бою на лужской дороге экипаж лейтенанта Сергеева подбил 8 немецких танков, экипажи лейтенанта Ласточкина и младшего лейтенанта Дегтяря - по 4, а экипаж младшего лейтенанта Евдокименко - 5. При этом Евдокименко погиб в бою, трое членов его экипажа были ранены, а пятый танк механик-водитель Сидиков уничтожил таранным ударом. Всего за 19 августа 1941 года рота Колобанова вывела из строя 43 немецких танка.

Что касается таранов, довольно часто описываемых в тех или иных изданиях, то летом 1941 года они действительно были частым явлением, однако порой не от хорошей жизни. Вот что сообщалось в докладе командира 43-й танковой дивизии 19-го механизированного корпуса о боях с 22 июня по 10 августа 1941 года: «Преследуя пехоту противника, наши танки были встречены огнем танков противника из засады с места, но (засада) была атакована вырвавшимися вперед танками KB и Т-34, а вслед за ними и танками Т-26... Танки KB и Т-34, не имея в достаточном количестве бронебойных снарядов, вели огонь осколочными снарядами и своей массой давили и уничтожали танки противника и противотанковые орудия, переходя от одного рубежа к другому».

Однако несмотря на мощную броню, сильное вооружение и героизм отдельных экипажей, танки KB не сыграли в летних боях 1941 года никакой существенной роли. Основная часть этих машин вышла из строя по техническим причинам, из-за неграмотной эксплуатации, отсутствия запасных частей, средств эвакуации и ремонта. Кроме того, немцы, выяснив, что бороться обычными противотанковыми средствами с KB невозможно, с успехом применяли против них 88-мм зенитные орудия Flak 36 и 105-мм (по немецкой системе обозначений - 10-см) корпусные полевые пушки К18.

Тем не менее в документах осени 1941 года встречаются донесения о вполне удачном применении танков КВ. Правда, в основном в обороне. Так, например, 8 ноября 1941-го экипаж танка КВ лейтенанта А. Мартынова из 16-й танковой бригады Волховского фронта в бою у деревни Жупкино (Ленинградская область) отразил из засады атаку 14 немецких танков, уничтожив пять и захватив в качестве трофеев еще три немецкие машины. Вскоре эти танки были отремонтированы и уже воевали в составе 16-й танковой бригады. За этот бой лейтенанта Мартынова представили к званию Героя Советского Союза. 5 декабря 1941 года экипаж танка КВ-1 лейтенанта Павла Гудзя из 89-го отдельного танкового батальона вступил в бой с 18 немецкими танками, подбил 10 из них, а также четыре противотанковых орудия. За этот бой Гудзь был награжден орденом Ленина. Надо сказать, что с танком КВ этот танкист был знаком отлично, так как начал воевать на нем с первых дней Великой Отечественной войны. Его дальнейшая боевая судьба также связана с боевыми машинами этого типа.

В июле 1942 года Павел Гудзь уже в звании капитана был назначен на должность командира 574-го танкового батальона 212-й танковой бригады, входившей в состав войск Донского фронта. В ноябре того же года капитану Гудзю присвоили чин майора и назначили на должность заместителя командира 8-го отдельного гвардейского танкового полка прорыва. Однако долго в этой должности он прослужить не смог, так как уже в следующем месяце был ранен.

В одном из боев его танк загорелся. К тому же слетела гусеница и боевая машина застыла на месте. А на броне уже гудело пламя от вспыхнувшей солярки, угрожая проникнуть внутрь машины, начиненной боеприпасами. Подоспевшие танкисты спасли экипаж, а своего командира с шестью проникающими ранениями срочно отправили в госпиталь. После таких ранений в боевой строй не возвращаются. Но майор написал рапорт лично Верховному главнокомандующему и добился своего - был направлен на фронт.

Новым местом службы майора Гудзя стал 5-й отдельный гвардейский танковый полк прорыва, входивший в состав войск Юго-Западного (впоследствии 3-го Украинского) фронта, в котором он в мае 1943 года принял должность заместителя командира. При подходе к Запорожью, чтобы обеспечить стрелковым подразделениям форсирование Днепра, необходимо было захватить плотину ГЭС. Двое суток шла ожесточенная схватка. Когда наши танки достигли цели, из засады внезапно выскочил «Тигр». Завязалась пушечная дуэль. Вдруг танк, в котором находился Гудзь, потряс удар огромной силы. Заряжающий и наводчик были убиты. У Гудзя была повреждена левая ключица и раздроблена кисть левой руки: она болталась на одной жилке. Боль затуманила сознание, и в поле зрения прицела «Тигры» расплылись, как на воде радужные пятна солярки. Превозмогая боль, подполковник Гудзь финкой перерезал себе сухожилие. Кисть выскользнула из комбинезона. Теперь все внимание «Тиграм». Вот один подставил борт. Послушно сработала педаль спуска. От выстрела танк вздрогнул - и вражеская машина, охваченная пламенем, замерла на песчаной отмели. Второй «Тигр» все-таки успел развернуть свою пушку, и Гудзь увидел черный кружок ее ствола. «Тигр» и KB выстрелили друг в друга почти одновременно...


Взорвавшийся КВ-2 с МТ-1. На заднем плане еще один КВ-2

Когда очнулся, до сознания дошло, что уже вечер и бой идет в отдалении, а он лежит около танка, в свежей воронке от авиабомбы. Рядом на корточках сидел механик-водитель. Заметив, что командир пришел в себя, обрадованно доложил: «А второго вы тоже...»

У читателя наверняка сразу же возникнет вопрос: а были ли «Тигры»? Ведь после Курской битвы причисление едва ли не любого немецкого танка к «тигриному» классу стало в Красной армии массовым явлением. Что ж, можно сказать твердо - «Тигры» были! Именно в это время и именно в этом месте, в районе плотины Днепрогэса вел бои 506-й немецкий тяжелый танковый батальон. Конечно КВ, скажем прямо, не «тянул» против «Тигра» в танковой дуэли, но поскольку описанный бой велся на короткой дистанции, шансы выравнивались. Ну а такому опытному танкисту, как Павел Гудзь, ничего не стоило поразить «Тигр» с первого выстрела. Так что можно с уверенностью сказать, что в этом бою он действительно подбил два «Тигра», причем из разбитого танка и с оторванной кистью левой руки! Тот факт, что в журнале боевых действий 506-го немецкого тяжелого танкового батальона мы скорее всего не найдем никакого подтверждения этому, ровным счетом ничего не значит - немцы учитывали только свои безвозвратные потери, подбитые же танки в их отчетах вообще не фигурируют.

Следует подчеркнуть, что сам по себе танк KB - машина довольно противоречивой судьбы. Как это ни парадоксально звучит, но в 1941 году этот танк был не нужен - у него просто не было достойного противника. Никаких же явных боевых преимуществ перед средним Т-34, за исключением более толстой брони, он не имел. Вооружение было таким же, а маневренность хуже, чем у тридцатьчетверки. Танкисты не очень любили эту машину: KB мог вдрызг разбить любую дорогу (колесная техника идти за ним уже не могла), его не в состоянии был выдержать практически ни один мост, за исключением капитальных каменных. Но самый главный недостаток - крайне ненадежная трансмиссия, выход которой из строя был массовым явлением.

Часть недостатков трансмиссии была устранена на появившейся в 1942 году модификации КВ-1с («с» - скоростной). Однако на этой модификации в погоне за маневренностью уменьшили толщину брони, и по своим боевым свойствам тяжелый KB еще больше приблизился к средним танкам.

Таким образом, единственным оправданием выпуска KB в 1941-1942 годах параллельно с Т-34 могла бы быть только более мощная пушка, например 85-мм. Но этого сделано не было по той причине, что в тот период пушка калибра 76 мм вполне справлялась со всеми бронецелями противника.


Захваченый немцами КВ 2. Немецкая механизированная дивизия на марше

Танк аналогичного KB класса - «Тигр» появился у немцев только в конце 1942 года. И тут судьба сыграла с KB вторую злую шутку - он моментально устарел. Наш танк был просто бессилен против «Тигра» с его «длинной рукой» - 88-мм пушкой с длиной ствола 56 калибров. «Тигр» мог поражать KB на дистанциях, запредельных для последнего. Это не замедлило сказаться в бою. Так, например, 12 февраля 1943 года во время прорыва блокады Ленинграда три «Тигра» 1-й роты 502-го тяжелого танкового батальона уничтожили 10 КВ. При этом немцы потерь не имели.

Несколько сгладить ситуацию позволило появление танка КВ-85. Но эти машины были освоены с опозданием, выпущено их было немного и внести существенный вклад в борьбу с немецкими тяжелыми танками они не смогли. Более серьезным противником для «Тигров» мог стать КВ-122 - серийный КВ-85, вооруженный в опытном порядке 122-мм пушкой Д-25Т. Но в это время цехи ЧКЗ начали покидать первые танки серии ИС. Последние, на первый взгляд продолжавшие линию KB, были уже совершенно новыми машинами.


КВ-85 — советский тяжёлый танк периода Великой Отечественной войны. Аббревиатура КВ означает «Клим Ворошилов» — официальное название серийных советских тяжёлых танков выпуска 1940—1943 гг. Индекс 85 означает калибр основного вооружения машины.

С 1940 по 1943 год выпущено 4775 танков KB всех модификаций. Они воевали на всех фронтах Великой Отечественной войны, сначала в составе танковых бригад смешанного состава, потом в составе отдельных гвардейских танковых полков прорыва. До 1945 года дожило совсем мало KB, использовавшихся в качестве боевых танков. В основном после демонтажа башни они служили как эвакуационные тягачи.

topwar.ru

Нежданный противник: танк «Клим Ворошилов»

Начало Великой Отечественной войны оказалось неожиданностью не только для Красной Армии. Вермахту тоже было от чего прийти в замешательство.

Александр Плеханов

Когда говорят о революционных танках Второй мировой войны, чаще всего вспоминают Т-34 или «Тигр». Однако в списки легендарных бронемашин можно смело записать модель «Клим Ворошилов» (КВ). Его появление на поле боя стало для вермахта крайне неприятным сюрпризом.

Незадолго до нападения Германии на СССР с новыми тяжелыми советскими танками столкнулись финны, противотанковая артиллерия которых не смогла причинить им серьезного урона. Речь идет об участии в советско-финской войне трех опытных танков СМК, КВ и Т-100, входивших в состав 20-го тяжелотанковой бригады. Первые две модели разрабатывались на ленинградском Кировском заводе под руководством Жозефа Котина, а Т-100 на заводе №185 под руководством Э. Палея. Опытный экземпляр последнего был готов в апреле 1939 года, СМК — в июле, а КВ появился позже всех, однако на «Зимнюю войну» успел попасть вместе с другими тяжеловесами.

По итогам сражений на Севере к плюсам танков было отнесено хорошее бронирование, но вместе с тем не оправдала себя двухбашенная компоновка Т-100 и СМК. Наиболее сбалансированным в боевом отношении был признан КВ, однако его вооружение второй пушкой калибра 45 мм, дополняющей основное 76,2-мм орудие, было также признано «излишеством». По итогам прорыва линии Маннергейма у КВ появился родной брат получивший название КВ-2 и вооруженный 152-мм гаубицей, предназначенной для уничтожения укреплений противника.

КВ-1

Несмотря на ряд очевидных плюсов, таких как 75-мм бронирование башни и передней части корпуса, «Клим Ворошилов» получился достаточно компромиссной машиной. Вес в 47 тонн (КВ-1) и 54 тонны (КВ-2) и относительно слабый шестисотсильный дизель В-2 делали оба танка неповоротливыми, да ещё и с запасом хода в полтораста километров. На хорошей дороге КВ-1 мог разгоняться до 36 км/ч, а КВ-2 до 30 км/ч. Пушка КВ-1 калибра 76,2 мм не давала ему никаких преимуществ перед Т-34, который был более маневренным, скоростным и стоил дешевле. А самое главное — «тридцатьчетверка» была надежнее.

Довоенная эксплуатация танков КВ выявила огромное количество проблем со многими ключевыми узлами: двигателем, трансмиссией, бортовыми фрикционами, ходовой частью, системой охлаждения. Доходило даже до того, что электромоторы механизма поворота 12-тонной башни не могли повернуть ее и сгорали, ручное вращение требовало огромных человеческих усилий.

КВ-1

Кировский завод ударными темпами старался исправлять недостатки, но танки встретили войну «сырыми». Особенно это относилось к КВ-2, который из-за своей массы мог действовать только в «тепличных» условиях: подойти к укреплениям противника на требуемое расстояние и открыть огонь или из засады в качестве подвижной огневой точки. На большее он не годился, и первые бои с вермахтом доказали «узкоспециальность» этого танка, который создавался для одной войны, а вести пришлось совсем другую. Значительная часть КВ-2 была потеряна в первые месяцы не от огня противника, а от поломок и невозможности эвакуации.

КВ-1 был более универсальным. И хотя он оказался менее подвижен, чем танки вермахта, последние не могли пробить его броню, в то время как КВ-1 уверенно поражал их в любую проекцию. Не могла справиться с танком и противотанковая артиллерия немцев, поэтому для борьбы с ними приходилось привлекать 88-мм зенитные пушки или 150-мм орудия. Хорошо известен бой одинокого КВ под Расейняям в июне 1941 года, когда всего один танк сдерживал несколько часов крупную группировку немцев, уничтожив несколько машин, противотанковых пушек, танков и 88-мм зенитку. В июле 1942 года еще один КВ в одиночку провел не менее впечатляющий бой под хутором Нижнемитякиным в Ростовской области. А сколько таких боев так и остались за кадром…

КВ-2

Советское танкостроение военного времени (особенно в 1941—1942 года) отличали две особенности: дефицит материалов и бесконечный поток инноваций. Планов производства никто не отменял, поэтому приходилось постоянно внедрять разнообразные ноу-хау, чтобы в тяжелейших условиях поддерживать запланированный уровень выпуска. С осени 1941 года основное производство КВ развернулось в Челябинске, где постоянно внедрялись разнообразные новшества, позволяющие удешевить производство и снизить его трудоемкость. С 1942 года КВ начал получать литые башни вместо сварных, изменилась технология производства бронекорпусов, катки стали тоже литыми, как и траки гусеницы. Все эти меры позволили снизить трудоемкость производства танка более чем в два раза. Посредственные характеристики и надежность КВ от этого лучше не стали, но фронт получал танки в требуемом объеме.

Поток нареканий и рекламаций из действующей армии не прекращался. В дело пришлось вмешаться самому Сталину, который 5 июня 1942 года в постановлении №187 предписал устранить главные недостатки танка: большой вес, проблемы с трансмиссией и систему охлаждения двигателя. В результате танк получил новую уменьшенную башню и толщину брони корпуса, облегченные гусеницы и опорные катки, новый главный фрикцион. Все это привело к снижению массы до 42,3 тонны и увеличению скорости до 43 км/ч. Танк получил название КВ-1С (скоростной) и в августе 1942 года был запущен в производство.

КВ-1С

Несмотря на улучшившуюся маневренность, некоторые недостатки изжить так и не удалось. Особенно это относилось к ходовой части и 76,2-мм пушке, такой же как и у Т-34. Более трудоемкий и дорогой КВ-1С к началу 1943 года превосходил Т-34 лишь по броневой защите, уступая по многим другим важным показателям. Но и броня уже не была таким безоговорочным козырем, как в начале войны. У немцев появились новые снаряды к противотанковым пушкам, а на поля сражений вышел такой серьезный противник как «Тигр», которому КВ-1 проигрывал по всем статьям. Поэтому в августе 1943 года производство КВ-1С было прекращено. Тем более, что ему на смену уже шел более совершенный преемник — ИС-1. С 1939 по 1943 годы было выпущено 4585 танков «Клим Ворошилов» всех модификаций, включая 240 штук КВ-2.

www.popmech.ru

Клим Ворошилов против танковой дивизии

Этот эпизод подробно описан в мемуарах полковника Эрхарда Рауса, чья группа пыталась уничтожить советский танк. Пятидесятитонный КВ-1 расстрелял и раздавил своими гусеницами колонну из 12 грузовиков со снабжением, которая шла к немцам из захваченного города Райсеняй. Потом прицельными выстрелами уничтожил артиллерийскую батарею. Немцы, разумеется, вели ответный огонь, но безрезультатно. Снаряды противотанковых пушек не оставляли на его броне даже вмятин — пораженные этим немцы позже дали танкам КВ-1 прозвище «Призрак». Да что пушки — броню КВ-1 не могли пробить даже 150-миллиметровые гаубицы. Правда, солдатам Рауса удалось обездвижить танк, взорвав снаряд у него под гусеницей.

Но «Клим Ворошилов» и не собирался никуда уезжать. Он занял стратегическую позицию на единственной дороге, ведущей в Райсеняй, и двое суток задерживал продвижение дивизии (обойти его немцы не могли, потому что дорога проходила через болота, где вязли армейские грузовики и легкие танки).

Наконец, к исходу второго дня сражения Раусу удалось расстрелять танк из зениток. Но, когда его солдаты опасливо приблизились к стальному чудовищу, башня танка внезапно повернулась в их сторону — видимо, экипаж все еще был жив. Лишь брошенная в люк танка граната поставила точку в этом невероятном сражении.

Вот что пишет об этом сам Эрхард Раус:

«Единственная дорога, ведущая к нашему плацдарму, заблокирована сверхтяжелым танком КВ-1. В полдень 24 июня вернулись разведчики, которых я отправил уточнить обстановку. Они сообщили, что кроме этого танка не обнаружили ни войск, ни техники, которые могли бы атаковать нас. Своим огнем он уже поджег 12 грузовиков со снабжением, которые шли к нам из Расейная. Мы не могли эвакуировать раненых в боях за плацдарм, и в результате несколько человек скончались. Все попытки обойти этот танк оказались безуспешными. Машины либо вязли в грязи, либо сталкивались с разрозненными русскими подразделениями, все еще блуждающими по лесу».

Эрхард Раус воевал на Восточном фронте, пройдя Москву, Сталинград и Курск, и закончил войну в должности командующего 3-й танковой армией и в звании генерал-полковника. Из 427 страниц его мемуаров, непосредственно описывающих боевые действия, 12 посвящены двухдневному бою с единственным русским танком у Расейняя. Рауса явно потряс этот танк. Поэтому причин для недоверия нет.

Эрхард Раус: «Хотя танк не двигался со времени боя с противотанковой батареей, оказалось, что его экипаж и командир имеют железные нервы. Они хладнокровно следили за приближением зенитки, не мешая ей, так как пока орудие двигалось, оно не представляло никакой угрозы для танка. К тому же чем ближе окажется зенитка, тем легче будет уничтожить ее. Наступил критический момент в дуэли нервов, когда расчет принялся готовить зенитку к выстрелу. Для экипажа танка настало время действовать. Пока артиллеристы, страшно нервничая, наводили и заряжали орудие, танк развернул башню и выстрелил первым! Каждый снаряд попадал в цель. Тяжело поврежденная зенитка свалилась в канаву, несколько человек расчета погибли, а остальные были вынуждены бежать. Пулеметный огонь танка помешал вывезти орудие и подобрать погибших. Провал этой попытки, на которую возлагались огромные надежды, стал для нас очень неприятной новостью. Оптимизм солдат погиб вместе с 88-мм орудием. Наши солдаты провели не самый лучший день, жуя консервы, так как подвезти горячую пищу было невозможно».

Самое удивительное в этом бою — поведение четырех танкистов, имен которых мы не знаем и не узнаем никогда. Они создали немцам больше проблем, чем вся 2-я танковая дивизия, к которой, видимо, КВ и принадлежал. Если дивизия задержала немецкое наступление на один день, то единственный танк — на два. И все это время экипаж ждал. Все пять боевых эпизодов — разгром колонны грузовиков, уничтожение противотанковой батареи, уничтожение зенитки, стрельба по саперам, последний бой с танками — суммарно вряд ли заняли даже час. Остальное время (48 часов!) экипаж КВ гадал, с какой стороны и в какой форме их будут уничтожать в следующий раз. Попробуйте хотя бы примерно представить себе такое ожидание.
Более того, если в первый день экипаж КВ еще мог надеяться на приход своих, то на второй, когда свои не пришли и даже шум боя у Расейняя затих, стало яснее ясного: железная коробка, в которой они жарятся второй день, достаточно скоро превратится в их общий гроб. Они приняли это как данность и продолжали воевать!

Эрхард Раус: «Свидетели этой смертельной дуэли захотели подойти поближе, чтобы проверить результаты своей стрельбы. К своему величайшему изумлению, они обнаружили, что только 2 снаряда пробили броню, тогда как 5 остальных 88-мм снарядов лишь сделали глубокие выбоины на ней. Мы также нашли 8 синих кругов, отмечающих места попадания 50-мм снарядов. Результатом вылазки саперов были серьезное повреждение гусеницы и неглубокая выщербина на стволе орудия. Зато мы не нашли никаких следов попаданий снарядов 37-мм пушек и танков PzKW-35t. Движимые любопытством, наши „давиды“ вскарабкались на поверженного „голиафа“ в напрасной попытке открыть башенный люк. Несмотря на все усилия, его крышка не поддавалась.

Внезапно ствол орудия начал двигаться, и наши солдаты в ужасе бросились прочь. Только один из саперов сохранил самообладание и быстро сунул ручную гранату в пробоину, сделанную снарядом в нижней части башни. Прогремел глухой взрыв, и крышка люка отлетела в сторону. Внутри танка лежали тела отважного экипажа, которые до этого получили лишь ранения. Глубоко потрясенные этим героизмом, мы похоронили их со всеми воинскими почестями. Они сражались до последнего дыхания, но это была лишь одна маленькая драма великой войны!»

fishki.net

«Клим Ворошилов» – триумф железного воина » Военное обозрение


С большим интересом прочел публикацию С. Петрова «Железный свидетель прорыва» и мне тоже захотелось поделиться с читателями информацией по истории этой замечательной машины – танка «КВ-1С», рассказать о талантливых специалистах конструкторского бюро, участвующих в его создании, которому скоро исполняется 80 лет.

Известно, что тяжелые танки выпускались в годы Великой Отечественной войны в г. Челябинске, куда был эвакуирован Ленинградский Кировский завод, ставший там мощным танковым комбинатом – Танкоградом, где работало более 30 тыс. человек.

Творцами мощного оружия стал коллектив КБ, а главным конструктором Ж.Я. Котин.

Автор этих строк знал многих лично, работая рука об руку, вместе разделяя трудности и радости творческого труда. 47 лет назад судьба привела его в коллектив конструкторского бюро Кировского завода (ныне ОАО «Спецмаш») и до сих пор не отпускает от ставшего уже родным известного всей стране предприятия.

А начиналось все так

Специальное конструкторское бюро транспортного машиностроения (ОАО «Спецмаш») – танковое КБ Кировского завода – основано в 1932 году в Ленинграде на заводе «Красный путиловец» во исполнение Решения Правительства «О неотложном развитии в стране производства танков отечественных конструкций».

Танковое бюро берет свое начало с разработки и организации производства (совместно с заводом им. К.Е. Ворошилова) новейшего в те годы танка Т-26.
17 февраля 1932г. создается специальный отдел «Бюро Т-26». Его возглавляет Иван Комарчев, которому поручается разработка и организация самого мощного по тем временам серийного танка Т-28. Это трехбашенная машина, в которой применялись многие технические нововведения. Разворачивалось серийное танковое производство, расширялось и укреплялось кадрами молодое конструкторское бюро Вскоре руководителем стал инженер О.М. Иванов.
Но пришла беда маховик репрессий наращивал зловещие обороты – «ежовщина» докатилась до Кировского завода. Арестованы и приговорены к расстрелу Иван Комарчев, Олимпий Иванов.

В мае 1937 года главным конструктором назначается военный инженер 2-го ранга Ж.Я. Котин. Он прекрасно понимал, что необходим слаженный коллектив высококлассных специалистов и хорошо оснащенная материально-техническая база для разработки новых совершенных образцов танков. Начинаются работы над созданием новой машины – колесно-гусеничного танка Т-29. Скорость танка на колесах доходила до 72 км/час. Среди его разработчиков были известные впоследствии звезды бронетанковой техники, среди них М.И. Кошкин, будущий главный конструктор знаменитого танка Т-34.
В августе 1938 г. в соответствии с постановлением комитета обороны СССР «О системе танкового вооружения» танковое бюро Кировского завода назначено главным разработчиком тяжелых танков.

Танк СМК

Началась напряженная, поистине героическая, работа над трехбашенным танком СМК, названным в честь Сергея Мироновича Кирова. В группу проектировщиков, возглавляемую А.С. Ермолаевым, входили Г.Ф. Бурханов, Д.Д. Кекелидзе, Л.Е Сычев, М.И. Креславский, Н.В. Цейц и другие.

О значении, которое предавалось разработке этого танка, говорит и такой факт. Уже в декабре 1938 г. директор завода И.М. Зальцман и главный конструктор Ж.Я. Котин докладывали на заседании Комитета Обороны о ходе работ над новой машиной. После доклада И.В. Сталин подошел к небольшому деревянному макету СМК, снял с него одну башню и спросил:


– Товарищ Котин, так зачем же на танке три башни?
– Мощное вооружение: одна пушка 76 мм и две по 45, – ответил Жозеф Яковлевич.
– Нечего делать из танка «Мюр и Мерилиз» (так назывался в Москве большой универсальный магазин – в последствии ЦУМ)… Обратите их на усиление броневой защиты, нужно ориентироваться на утолщение брони и усиление защиты экипажа…лучше, чтобы осталась одна башня.

Танк КВ

Эта идея оказалась настолько жизненной и на редкость своевременной, что определила генеральную линию развития отечественного, да и мирового танкостроения, на многие годы. В группу проектировщиков однобашенного танка КВ (Клим Ворошилов) входили Н.Л. Духов, молодые инженеры-конструкторы Е.П. Дедов, В.А. Козловский, П.С. Тарапатин, В.И. Торотько. В целом КВ получился короче СМК на 2 м и весил 47 тонн. Не менее важно, что был установлен дизельный двигатель В-2, мощностью 500 л.с. Это был непревзойденный по огневой мощи, защите и подвижности тяжелый танк, не имеющий равных.

Первый образец танка КВ был изготовлен 1 сентября 1939 г. Начались всесторонние испытания. Лучшие заводские водители К.И. Ковш, В.Н. Ляшко водили машины по 12 часов в сутки. Но началась война с белофинами, и опытные образцы танков СМК и КВ были направлены на Северо-Западный фронт, для участия в боевых действиях по прорыву «линии Манненгейма».
Танки вступили в бой 17 декабря 1939 г., а уже 19 декабря тяжелый танк «Клим Ворошилов» был принят на вооружение Красной Армии. ЛКЗ приступил к серийному производству.

Война умов

Еще до вероломного нападения фашистской Германии было принято решение об организации массового производства тяжелых танков КВ на Челябинском тракторном заводе. Был выбран Урал с его энергетическими ресурсами и удаленностью от западных границ. За год до ВОВ вышел приказ Наркома машиностроения СССР «Об организации производства танков КВ на ЧТЗ имени Сталина»:

«Директору завода т. Соломонову:
а) организовать в 1940 г. на ЧТЗ производство танка по чертежам ЛКЗ;
б) в 1940 году выпустить опытную партию – 5 шт».

К концу 1941 г. из блокированного города было переправлено более 15 тыс. рабочих Ленинградского Кировского завода и членов их семей. Объединившись с коллективами других заводов, они стали единым коллективом. И танки пошли на фронт. С первых дней был задан такой темп работы, что порой казалось – для них не существует ничего невозможного. Только в четвертом квартале 1941 г. Танкоград дал фронту 441 танк КВ.

Великая Отечественная война вступила в новую стадию – победить теперь мог лишь тот, у кого инженерная мысль вернее, конструкторский расчет точнее. И те, у кого вооружение было лучше, надежнее, у того было больше шансов на победу. Начался интенсивный поиск путей совершенствования и модернизации танков КВ, война наших конструкторских умов с конструкторской мыслью проектировщиков тяжелых танков в Германии, возглавляемых Эви Андерсоном и Фердинандом Порше.

Одновременно разрабатывались две модели танков, получивших наименование КВ-13 и КВ-1С. Сроки создания были установлены небывалые. Люди не знали выходных дней, работали круглосуточно, отдавая все силы святому делу – победе над фашистскими захватчиками.

Танк КВ-2

Ходовая часть КВ-13 с пятью катками приспосабливалась для применения гусениц как КВ, так и Т-34 – такая унификация для разных классов танков вводилась впервые. При испытаниях КВ-13 показал скорость более 50 км/час, но недоработки в конструкции, недостаточная надежность позволили, в общем то неплохой машине, остаться только опытным образцом.

Другая машина стала модернизированным вариантом «Клима Ворошилова» – КВ-1С. Весом в 42,5 тонны и частично сниженным по высоте корпусом, с облегченной (суженой до 608 мм) гусеницей. Скорость выросла с 34 до 42 км/час, за что и стала с буквой «С» – «скоростной».

Во время работы над моделью КВ-1С столкнулись с труднейшей технической проблемой – прекратились поставки алюминиевого листа для изготовления радиаторов системы охлаждения. Конструкторы немедленно предложили изготавливать радиаторы из тонкого железа, а так как оно подвержено коррозии, то химики рекомендовали заправлять систему охлаждения танка водой с ингибитором хромпик. Разумеется это надо было проверить, причем испытания провести при отрицательных температурах, близких к минус 40С.

Стояло жаркое лето. Вот, что пишет в своих воспоминаниях Н.М. Синев – бывший тогда заместителем главного конструктора Опытного завода ЧКЗ.
«Появилась идея – провести испытания танка КВ-1С, оснащенного железным радиатором в Челябинском городском холодильнике, в котором имелась крупногабаритная холодильная камера. Нужно было около недели, чтобы провести несколько циклов испытаний. Едем к руководству города с Жозефом Яковлевичем Котиным. Разговор был трудный». Однако взаимопонимание достигнуть удалось. Испытания, проведенные инженером Г. Бутырским, прошли успешно.

Танк КВ-1С

Модернизированный КВ-1С был принят на вооружение в августе 1942 г., начался серийный выпуск. Производство тяжелых танков неуклонно наращивалась и несмотря на то, что танки КВ изготавливались параллельно с танками Т-34, выпуск в Танкограде не только не сокращался, а увеличился почти вдвое. Если в 1941г. было сдано в войска 1358 танков КВ, то в 1942 уже 2553.

Тогда танки КВ явились единственными тяжелыми танками в мировом танкостроении. Ведь немецкие «тигры» еще не появились. Неудивительно, что этими машинами интересовались, приезжавшие в Танкоград англичане и американцы. Вскоре из Москвы поступило указание отправить два танка КВ-1С на Абердинский полигон в США. Изучив машины, американские специалисты отметили, что советский танк обладает мощной броней, его пушка проста и безотказна. Вместе с тем они отметили и слабые стороны.

Танк КВ-8С

Надо сказать, что на фронте к ним претензий не было. Блестяще проявили себя КВ-1С в контрнаступлении под Сталинградом. Машина была надежна, имела хорошую маневренность. Есть сведения, что в период Курской битвы (в июле 1943 г.) при дислокации 5-й танковой армии своим ходом (свыше 400 км) танки оказались очень надежными. Одновременно началось производство самоходных артиллерийских установок на шасси танков КВ-1С (СУ-152 «Зверобоя» и танка КВ-8С с огнеметной установкой, разработанной конструктором И.А. Аристовым).

Танк КВ-85

Производство КВ-1С прекратили в августе 1943 г., в связи с переходом завода на выпуск последнего танка семейства «Клим Ворошилов» – КВ-85. Было сделано несколько попыток улучшения его технических характеристик, в том числе со122 мм пушкой, но помешало серийное производство нового семейства тяжелых танков «Иосиф Сталин» (ИС). За успешную разработку тяжелого танка КВ-1С Государственной Премии были удостоены Н.Л. Духов, А.С. Ермалаев, Н.М. Синев, а также инженеры Е.П. Дедов, А.Ф. Лесохин, Г.А. Михайлов, А.Н. Стеркин, Н.Ф. Шашмурин и инженер-подполковник А.И. Благонравов.

Итоги к юбилею

…Прошли годы. Можно с уверенностью сказать, что свой семидесятипятилетний юбилей «Специальное конструкторское бюро транспортного машиностроения» (ОАО «Спецмаш») встречает, как флагман отечественного машиностроения.

Здесь разработано 148 образцов различной боевой и транспортно-инженерной техники, в том числе более 100 образцов военного назначения, а 38 принято на вооружение армии.

КБ разработано почти 600 тысяч чертежей. Это ли не пример уникальной производительности. Возникает вопрос, что подвигло сотрудников КБ на такие титанические подвиги? Причиной высочайшей работоспособности может быть только творческое вдохновение, сплоченность известного всей стране коллектива и гордость за свой труд и престиж страны.

Располагая большим научно-техническим и производственным потенциалом, за последние десятилетия предприятие создало и поставило на производство более десяти типов уникальных машин. Среди них почетное место занимает первый серийный в отечественном и мировом танкостроении танк Т-80, с газотурбинной силовой установкой. Только США сумели создать подобную машину – «генерал Абрамс», причем на 5 лет позже начала серийного производства нашего танка.

На международных выставках военной техники танк неизменно вызывал восторг и уважение своим совершенством и высокой маневренностью. Основной боевой танк с такими непревзойденными характеристиками и с таким неисчерпаемым потенциалом способна была создать только великая держава. И нет ничего случайного, что танк Т-80 создан на Кировском заводе. Его по праву можно считать одним из символов города на Неве, техническим воплощением национальной идеи.

Не случайно на международных показах профессиональные военные, знатоки своего дела, рукоплещут, когда любуются его «летящим» ходом, когда отмечают его превосходные боевые качества.

Танк Т-80 занимает особое место среди нашей продукции. Можно сказать, что, в силу своей значимости, танк Т-80 – это и наше славное прошлое, настоящее и будущее.

Разработчиком танка можно по праву назвать, в первую очередь, Генерального конструктора танка Н.С. Попова. Он, наряду с главным конструктором газотурбинного двигателя С.П. Изотовым, был главным идеологом, и нес всю ответственность за его создание.

Сегодня слаженная и эффективная работа Совета директоров и администрации акционерного общества «Спецмаш», возглавляемого, академиком СПб ИА, Генеральным директором В.И. Козишкуртом, лауреатом Премии Правительства РФ 2005 г. – залог действенного использования его творческого и интеллектуального потенциала прославленного коллектива КБ. Впереди решение крупных научно-производственных задач и разработок. У коллектива конструкторов сегодня немало замыслов и идей. Остановки в творчестве не может быть.

topwar.ru

кем был создатель знаменитого советского танка КВ — РТ на русском

10 марта 1908 года родился Жозеф Котин — создатель легендарного советского танка КВ. Конструктор вооружил Красную армию боевыми машинами, с которыми войска вермахта боялись вступать в открытый бой. По окончании Великой Отечественной войны Котин продолжил модернизацию советского ВПК, помогая запускать в космос ракеты и осваивать Антарктиду. О жизненном пути советского инженера-изобретателя — в материале RT.

От Харькова до Ленинграда

Жозеф Котин родился 10 марта 1908 года в небольшом украинском городке Павлограде (в настоящее время это территория Днепропетровской области) в семье обрусевших поляков. В годы Гражданской войны Котины переехали в Харьков, где 15-летний Жозеф устроился слесарем на котельно-механический завод. Там впервые и проявился его конструкторский талант: юный Котин усовершенствовал слесарные тиски и запатентовал своё изобретение.

Также по теме

Автоматический пистолет и боевой портсигар: как Стечкин изменил представление о стрелковом оружии

15 ноября 1922 года родился советский и российский конструктор стрелкового оружия Игорь Яковлевич Стечкин. Всемирную известность...

Окончив местный рабфак, Жозеф по желанию родителей поступил в мединститут, но быстро понял, что его увлечение техникой сильнее. В итоге он перевёлся на автомобильный факультет Харьковского политеха, где после третьего курса его как одного из лучших студентов направили на учёбу в ленинградскую Военно-техническую академию РККА. Там Котин защитил диплом, посвящённый разработкам колёсно-гусеничного танка. После этого его вызвали на повторную защиту, где присутствовал сам Михаил Тухачевский.

Командующий Ленинградским военным округом обратил внимание на перспективного инженера-изобретателя и распорядился, чтобы тот остался работать в научно-исследовательском отделе академии. Через некоторое время Котина назначили начальником специально созданного проектно-конструкторского сектора.

Молодой инженер занимался новаторскими танковыми проектами и готовил диссертацию по десантированию бронетехники, но в 1937 году в его судьбе произошёл крутой поворот. Котин возглавил специализированное конструкторское бюро ленинградского Кировского завода — одного из самых больших в стране — и приступил к работе над новыми образцами танков.

  • Жозеф Котин
  • РИА Новости

В то время перед советскими инженерами стояла приоритетная задача по разработке многобашенной танковой техники, однако Котин параллельно работал и над однобашенной моделью.

Также по теме

«Теперь она в наших руках»: как создавалась первая советская атомная бомба

Ровно 75 лет назад, 11 февраля 1943 года, Иосиф Сталин подписал решение Государственного комитета обороны о начале проведения в СССР...

Появлению танка КВ невольно способствовал сам Иосиф Сталин. В декабре 1938 года на совместном заседании Комитета обороны и Политбюро глава государства снял одну из башен с макета трёхбашенного танка СМК и поинтересовался у Котина, сколько она весит. Инженер ответил, что около трёх тонн. Сталин тут же распорядился обратить эту массу на броневую защиту.

Котин также рассказал вождю о своих однобашенных наработках и получил одобрение на их развитие. Так Советский Союз, наряду с многобашенным тяжёлым СМК, получил танк КВ («Клим Ворошилов»), оказавший огромное влияние на развитие бронетанковой техники не только в нашей стране, но и во всём мире.

Маршал СССР, чьим именем был назван танк, сыграл важную роль в судьбе Котина. Благодаря участию Ворошилова будущая жена конструктора Наталья Поклонова после двух неудачных попыток смогла поступить в военную академию, где и познакомилась с Котиным.

Первое детище конструктора — ещё «сырой» танк КВ — прошло боевое крещение во время Советско-финляндской войны в 1939 году. Танк участвовал в боях 17 декабря на линии Маннергейма. Мощности его 76-миллиметровой пушки не хватило для того, чтобы разгромить дот противника, однако сам танк остался неуязвимым для вражеской артиллерии благодаря своей непревзойдённой броне. Ещё одним важным достоинством КВ стал дизельный двигатель, риск возгорания которого был существенно ниже, чем у бензиновых аналогов. Через пару дней после боя КВ был официально принят на вооружение РККА.

Главный конструктор Танкограда

К началу Великой Отечественной войны КВ всё ещё оставался частично недоработанным — особенно часто подводила его трансмиссия. А быстро растущей армии не хватало квалифицированных танкистов. Потенциал разработанного Котиным танка летом 1941 года раскрывать было фактически некому, к тому же вышедшую из строя технику при отступлении либо уничтожали, либо бросали.

Однако первые же столкновения с КВ повергли гитлеровцев в шок. В июне 1941 года единственный танк КВ под городом Расейняй целые сутки сдерживал половину немецкой танковой дивизии, вооружённой чехословацкими Pz35 (t). А 20 августа старший лейтенант Зиновий Колобанов под Гатчиной на КВ в ходе одного боя сумел уничтожить 22 танка и два орудия противника. Из-за неуязвимости советского бронированного титана, выдерживавшего десятки артиллерийских попаданий, немцы прозвали его Gespenst — «призрак».

  • Советские тяжёлые танки КВ-1 выходят на позицию для атаки.
  • РИА Новости
  • © Самарий Гурарий

Жозеф Котин работал в Ленинграде до последнего. Выпущенные под его руководством танки шли в бой прямо с завода. Однако  руководство страны посчитало неблагоразумным оставлять производство бронетехники в семи трамвайных остановках от линии фронта. Поэтому ленинградский Кировский и Харьковский паровозостроительный заводы были эвакуированы в Челябинск, где на базе местного тракторного предприятия развернулся Танкоград, главным конструктором которого и стал Котин.

Также по теме

Век славы: как создавалась Красная армия

23 февраля 1918 года в России появилась новая военная сила — Рабоче-крестьянская Красная армия (РККА). Боевое крещение участники...

Война ставила перед конструктором и его коллективом всё новые и новые задачи. На базе КВ была создана облегчённая модель КВ-1с и вооружённый 152-миллиметровой гаубицей КВ-2. Впрочем, эти версии «Клима Ворошилова» не стали по-настоящему массовыми. Из цехов завода вышло также всего 130 единиц сконструированного на базе КВ-1с танка ИС («Иосиф Сталин»). При этом разработанный при участии Котина тяжёлый ИС-2 прославился на фронтах Великой Отечественной. Он был самым тяжелобронированным танком в армиях союзников и одним из самых сильных танков на планете.

«Иосиф Сталин-2» оказался настолько удачным, что вплоть до самого распада СССР состоял на вооружении Советской армии, а затем и Вооружённых сил Российской Федерации (до 1995 года). Танк идеально подходил для прорыва хорошо подготовленной обороны противника. Его 122-миллиметровая пушка представляла смертельную угрозу для вражеских дотов и бронетехники. Немецкое командование официально рекомендовало военнослужащим вермахта не вступать в открытый бой с ИС-2 и «стрелять по нему из засад и укрытий». Всего за время войны из цехов советских заводов вышло 3385 танков данной модели. На немецкие «Тигры» и «Пантеры» Котин ответил «Зверобоями» — самоходками СУ-122 и СУ-152.

«Сегодня в массовом сознании КВ и ИС-2 почему-то недооценены, все больше помнят о Т-34. Но тяжёлые танки — это стратегия, это прорыв вражеской обороны. Как можно оценить вклад Жозефа Яковлевича Котина в победу? С огромным уважением, склонив перед ним голову. Это был человек потрясающей внутренней красоты, особого отношения к работе», — рассказала в интервью RT директор Музея трудовой и боевой славы Челябинского тракторного завода Надежда Дида.

За годы войны Котин успел побыть заместителем наркома танковой промышленности, получить звание генерал-лейтенанта, стать Героем Социалистического Труда. Однако, несмотря на высокие звания и награды, Котин лично выезжал на фронт и изучал выпущенную под его руководством технику после боя, общался с экипажем, стремясь усовершенствовать свой танк.

После войны

Вскоре после прихода к власти Никиты Хрущёва советский ВПК переориентировался на ракетные технологии, а бронетехника отошла на второй план.

Тем не менее о Котине новое советское руководство отзывалось с неизменным уважением.

«Этот человек помог нам выиграть войну», — так говорил о конструкторе первый секретарь ЦК КПСС.

В мирное время Котин продолжил проектировать различную  технику, используя свой колоссальный танковый опыт. Так, при его участии появился один из лучших в мире тракторов — К-700 «Кировец», отмеченный многочисленными наградами, а также К-12, используемый при лесозаготовках. Конструктор создал и вездеход «Пингвин», долгое время применявшийся в Арктике и Антарктике. На базе «котинских» танков были разработаны подвижные грунтовые комплексы с ракетным вооружением.

  • Жозеф Котин
  • © Wikimedia Commons

В 1968 году Жозеф Котин стал заместителем министра оборонной промышленности СССР, дослужился до звания генерал-полковника инженерно-технической службы. В отставку из министерства Жозеф Яковлевич вышел только в 1972 году.

Родные Котина вспоминают, что он не был в отпуске 17 лет. А когда после войны руководство чуть ли не силой отправило конструктора в санаторий, он каждый день звонил на работу и умудрялся летать с отдыха на завод, чтобы лично устранить какие-то неполадки.

russian.rt.com

«Клим Ворошилов» – триумф железного воина

С большим интересом прочел публикацию С. Петрова «Железный свидетель прорыва» и мне тоже захотелось поделиться с читателями информацией по истории этой замечательной машины – танка «КВ-1С», рассказать о талантливых специалистах конструкторского бюро, участвующих в его создании, которому скоро исполняется 80 лет.

Известно, что тяжелые танки выпускались в годы Великой Отечественной войны в г. Челябинске, куда был эвакуирован Ленинградский Кировский завод, ставший там мощным танковым комбинатом – Танкоградом, где работало более 30 тыс. человек.

Творцами мощного оружия стал коллектив КБ, а главным конструктором Ж.Я. Котин.

Автор этих строк знал многих лично, работая рука об руку, вместе разделяя трудности и радости творческого труда. 47 лет назад судьба привела его в коллектив конструкторского бюро Кировского завода (ныне ОАО «Спецмаш») и до сих пор не отпускает от ставшего уже родным известного всей стране предприятия.

 

А начиналось все так

 

Специальное конструкторское бюро транспортного машиностроения (ОАО «Спецмаш») – танковое КБ Кировского завода – основано в 1932 году в Ленинграде на заводе «Красный путиловец» во исполнение Решения Правительства «О неотложном развитии в стране производства танков отечественных конструкций».

Танковое бюро берет свое начало с разработки и организации производства (совместно с заводом им. К.Е. Ворошилова) новейшего в те годы танка Т-26.

17 февраля 1932г. создается специальный отдел «Бюро Т-26». Его возглавляет Иван Комарчев, которому поручается разработка и организация самого мощного по тем временам серийного танка Т-28. Это трехбашенная машина, в которой применялись многие технические нововведения. Разворачивалось серийное танковое производство, расширялось и укреплялось кадрами молодое конструкторское бюро Вскоре руководителем стал инженер О.М. Иванов.

Но пришла беда маховик репрессий наращивал зловещие обороты – «ежовщина» докатилась до Кировского завода. Арестованы и приговорены к расстрелу Иван Комарчев, Олимпий Иванов.

В мае 1937 года главным конструктором назначается военный инженер 2-го ранга Ж.Я. Котин. Он прекрасно понимал, что необходим слаженный коллектив высококлассных специалистов и хорошо оснащенная материально-техническая база для разработки новых совершенных образцов танков. Начинаются работы над созданием новой машины – колесно-гусеничного танка Т-29. Скорость танка на колесах доходила до 72 км/час. Среди его разработчиков были известные впоследствии звезды бронетанковой техники, среди них М.И. Кошкин, будущий главный конструктор знаменитого танка Т-34.

В августе 1938 г. в соответствии с постановлением комитета обороны СССР «О системе танкового вооружения» танковое бюро Кировского завода назначено главным разработчиком тяжелых танков.

Началась напряженная, поистине героическая, работа над трехбашенным танком СМК, названным в честь Сергея Мироновича Кирова. В группу проектировщиков, возглавляемую А.С. Ермолаевым, входили Г.Ф. Бурханов, Д.Д. Кекелидзе, Л.Е Сычев, М.И. Креславский, Н.В. Цейц и другие.

О значении, которое предавалось разработке этого танка, говорит и такой факт. Уже в декабре 1938 г. директор завода И.М. Зальцман и главный конструктор Ж.Я. Котин докладывали на заседании Комитета Обороны о ходе работ над новой машиной. После доклада И.В. Сталин подошел к небольшому деревянному макету СМК, снял с него одну башню и спросил:

– Товарищ Котин, так зачем же на танке три башни?

– Мощное вооружение: одна пушка 76 мм и две по 45, – ответил Жозеф Яковлевич.

– Нечего делать из танка «Мюр и Мерилиз» (так назывался в Москве большой универсальный магазин – в последствии ЦУМ)… Обратите их на усиление броневой защиты, нужно ориентироваться на утолщение брони и усиление защиты экипажа…лучше, чтобы осталась одна башня.

Эта идея оказалась настолько жизненной и на редкость своевременной, что определила генеральную линию развития отечественного, да и мирового танкостроения, на многие годы. В группу проектировщиков однобашенного танка КВ (Клим Ворошилов) входили Н.Л. Духов, молодые инженеры-конструкторы Е.П. Дедов, В.А. Козловский, П.С. Тарапатин, В.И. Торотько. В целом КВ получился короче СМК на 2 м и весил 47 тонн. Не менее важно, что был установлен дизельный двигатель В-2, мощностью 500 л.с. Это был непревзойденный по огневой мощи, защите и подвижности тяжелый танк, не имеющий равных.

Первый образец танка КВ был изготовлен 1 сентября 1939 г. Начались всесторонние испытания. Лучшие заводские водители К.И. Ковш, В.Н. Ляшко водили машины по 12 часов в сутки. Но началась война с белофинами, и опытные образцы танков СМК и КВ были направлены на Северо-Западный фронт, для участия в боевых действиях по прорыву «линии Манненгейма».
Танки вступили в бой 17 декабря 1939 г., а уже 19 декабря тяжелый танк «Клим Ворошилов» был принят на вооружение Красной Армии. ЛКЗ приступил к серийному производству.

 

Война умов

 

Еще до вероломного нападения фашистской Германии было принято решение об организации массового производства тяжелых танков КВ на Челябинском тракторном заводе. Был выбран Урал с его энергетическими ресурсами и удаленностью от западных границ. За год до ВОВ вышел приказ Наркома машиностроения СССР «Об организации производства танков КВ на ЧТЗ имени Сталина»:

«Директору завода т. Соломонову:

а) организовать в 1940 г. на ЧТЗ производство танка по чертежам ЛКЗ;

б) в 1940 году выпустить опытную партию – 5 шт».

К концу 1941 г. из блокированного города было переправлено более 15 тыс. рабочих Ленинградского Кировского завода и членов их семей. Объединившись с коллективами других заводов, они стали единым коллективом. И танки пошли на фронт. С первых дней был задан такой темп работы, что порой казалось – для них не существует ничего невозможного. Только в четвертом квартале 1941 г. Танкоград дал фронту 441 танк КВ.

Великая Отечественная война вступила в новую стадию – победить теперь мог лишь тот, у кого инженерная мысль вернее, конструкторский расчет точнее. И те, у кого вооружение было лучше, надежнее, у того было больше шансов на победу. Начался интенсивный поиск путей совершенствования и модернизации танков КВ, война наших конструкторских умов с конструкторской мыслью проектировщиков тяжелых танков в Германии, возглавляемых Эви Андерсоном и Фердинандом Порше.

Одновременно разрабатывались две модели танков, получивших наименование КВ-13 и КВ-1С. Сроки создания были установлены небывалые. Люди не знали выходных дней, работали круглосуточно, отдавая все силы святому делу – победе над фашистскими захватчиками.

Ходовая часть КВ-13 с пятью катками приспосабливалась для применения гусениц как КВ, так и Т-34 – такая унификация для разных классов танков вводилась впервые. При испытаниях КВ-13 показал скорость более 50 км/час, но недоработки в конструкции, недостаточная надежность позволили, в общем то неплохой машине, остаться только опытным образцом.

Другая машина стала модернизированным вариантом «Клима Ворошилова» – КВ-1С. Весом в 42,5 тонны и частично сниженным по высоте корпусом, с облегченной (суженой до 608 мм) гусеницей. Скорость выросла с 34 до 42 км/час, за что и стала с буквой «С» – «скоростной».

Во время работы над моделью КВ-1С столкнулись с труднейшей технической проблемой – прекратились поставки алюминиевого листа для изготовления радиаторов системы охлаждения. Конструкторы немедленно предложили изготавливать радиаторы из тонкого железа, а так как оно подвержено коррозии, то химики рекомендовали заправлять систему охлаждения танка водой с ингибитором хромпик. Разумеется это надо было проверить, причем испытания провести при отрицательных температурах, близких к минус 400 С.

Стояло жаркое лето. Вот, что пишет в своих воспоминаниях Н.М. Синев – бывший тогда заместителем главного конструктора Опытного завода ЧКЗ.

«Появилась идея – провести испытания танка КВ-1С, оснащенного железным радиатором в Челябинском городском холодильнике, в котором имелась крупногабаритная холодильная камера. Нужно было около недели, чтобы провести несколько циклов испытаний. Едем к руководству города с Жозефом Яковлевичем Котиным. Разговор был трудный». Однако взаимопонимание достигнуть удалось. Испытания, проведенные инженером Г. Бутырским, прошли успешно.

Модернизированный КВ-1С был принят на вооружение в августе 1942 г., начался серийный выпуск. Производство тяжелых танков неуклонно наращивалась и несмотря на то, что танки КВ изготавливались параллельно с танками Т-34, выпуск в Танкограде не только не сокращался, а увеличился почти вдвое. Если в 1941г. было сдано в войска 1358 танков КВ, то в 1942 уже 2553.

Тогда танки КВ явились единственными тяжелыми танками в мировом танкостроении. Ведь немецкие «тигры» еще не появились. Неудивительно, что этими машинами интересовались, приезжавшие в Танкоград англичане и американцы. Вскоре из Москвы поступило указание отправить два танка КВ-1С на Абердинский полигон в США. Изучив машины, американские специалисты отметили, что советский танк обладает мощной броней, его пушка проста и безотказна. Вместе с тем они отметили и слабые стороны.

Надо сказать, что на фронте к ним претензий не было. Блестяще проявили себя КВ-1С в контрнаступлении под Сталинградом. Машина была надежна, имела хорошую маневренность. Есть сведения, что в период Курской битвы (в июле 1943 г.) при дислокации 5-й танковой армии своим ходом (свыше 400 км) танки оказались очень надежными. Одновременно началось производство самоходных артиллерийских установок на шасси танков КВ-1С (СУ-152 «Зверобоя» и танка КВ-8С с огнеметной установкой, разработанной конструктором И.А. Аристовым).

Производство КВ-1С прекратили в августе 1943 г., в связи с переходом завода на выпуск последнего танка семейства «Клим Ворошилов» – КВ-85. Было сделано несколько попыток улучшения его технических характеристик, в том числе со122 мм пушкой, но помешало серийное производство нового семейства тяжелых танков «Иосиф Сталин» (ИС). За успешную разработку тяжелого танка КВ-1С Государственной Премии были удостоены Н.Л. Духов, А.С. Ермалаев, Н.М. Синев, а также инженеры Е.П. Дедов, А.Ф. Лесохин, Г.А. Михайлов, А.Н. Стеркин, Н.Ф. Шашмурин и инженер-подполковник А.И. Благонравов.

 

Итоги к юбилею

 

…Прошли годы. Можно с уверенностью сказать, что свой семидесятипятилетний юбилей «Специальное конструкторское бюро транспортного машиностроения» (ОАО «Спецмаш») встречает, как флагман отечественного машиностроения.

Здесь разработано 148 образцов различной боевой и транспортно-инженерной техники, в том числе более 100 образцов военного назначения, а 38 принято на вооружение армии.

КБ разработано почти 600 тысяч чертежей. Это ли не пример уникальной производительности. Возникает вопрос, что подвигло сотрудников КБ на такие титанические подвиги? Причиной высочайшей работоспособности может быть только творческое вдохновение, сплоченность известного всей стране коллектива и гордость за свой труд и престиж страны.

Располагая большим научно-техническим и производственным потенциалом, за последние десятилетия предприятие создало и поставило на производство более десяти типов уникальных машин. Среди них почетное место занимает первый серийный в отечественном и мировом танкостроении танк Т-80, с газотурбинной силовой установкой. Только США сумели создать подобную машину – «генерал Абрамс», причем на 5 лет позже начала серийного производства нашего танка.

На международных выставках военной техники танк неизменно вызывал восторг и уважение своим совершенством и высокой маневренностью. Основной боевой танк с такими непревзойденными характеристиками и с таким неисчерпаемым потенциалом способна была создать только великая держава. И нет ничего случайного, что танк Т-80 создан на Кировском заводе. Его по праву можно считать одним из символов города на Неве, техническим воплощением национальной идеи.

Не случайно на международных показах профессиональные военные, знатоки своего дела, рукоплещут, когда любуются его «летящим» ходом, когда отмечают его превосходные боевые качества.

Танк Т-80 занимает особое место среди нашей продукции. Можно сказать, что, в силу своей значимости, танк Т-80 – это и наше славное прошлое, настоящее и будущее.

Разработчиком танка можно по праву назвать, в первую очередь, Генерального конструктора танка Н.С. Попова. Он, наряду с главным конструктором газотурбинного двигателя С.П. Изотовым, был главным идеологом, и нес всю ответственность за его создание.

Сегодня слаженная и эффективная работа Совета директоров и администрации акционерного общества «Спецмаш», возглавляемого, академиком СПб ИА, Генеральным директором В.И. Козишкуртом, лауреатом Премии Правительства РФ 2005 г. – залог действенного использования его творческого и интеллектуального потенциала прославленного коллектива КБ. Впереди решение крупных научно-производственных задач и разработок. У коллектива конструкторов сегодня немало замыслов и идей. Остановки в творчестве не может быть.

 


Поделиться в социальных сетях:


otvaga2004.ru

«Клим Ворошилов»: машина для войны - Военная история - Каталог статей

Первый в мире тяжелый танк противоснарядного бронирования

В соответствии с постановлением Комитета обороны СССР в конце 1938 года в СКБ-2 Кировского завода в Ленинграде (главный конструктор Ж. Я. Котин) началось проектирование нового тяжелого танка с противоснарядным бронированием, получившего название СМК (Сергей Миронович Киров). Разработкой еще одного тяжелого танка, названного Т-100, занимался Ленинградский завод опытного машиностроения им. Кирова (завод № 185). Параллельно с СМК разрабатывался проект однобашенного тяжелого танка КВ.

----------------------<cut>----------------------


Тяжёлый танк КВ-1А, поднятый со дна Невы весной 2003 года

Ведущим конструктором танка СМК был А. С. Ермолаев. Первоначальным проектом предусматривалось создание трехбашенной машины массой 55 тонн. В процессе работы от одной башни отказались, а сэкономленный вес направили на утолщение брони. Параллельно с СМК группой дипломников Военной академии механизации и моторизации им. Сталина, проходивших практику на Кировском заводе, под руководством Л. Е. Сычева и А. С. Ермолаева был разработан проект однобашенного тяжелого танка КВ («Клим Ворошилов»). По сути дела КВ представлял собой уменьшенный по длине на два опорных катка СМК с одной башней и дизельным двигателем. На завершающем этапе проектирования однобашенного танка ведущим конструктором проекта был назначен Н. Л. Духов.

В августе 1939 года танк КВ был изготовлен в металле, а в конце сентября участвовал в показе новых образцов бронетанковой техники на НИБТ полигоне в Кубинке. В октябре начались заводские испытания. В ноябре первый опытный образец танка отправили на фронт на Карельский перешеек для участия в боевых действиях против финнов. 19 декабря 1939 года танк КВ был принят на вооружение Красной армии.

Серийное производство танков КВ с 76-мм пушками («танки с малой башней») и спешно разработанных по опыту боев на линии Маннергейма танков КВ со 152-мм гаубицами («танки с большой башней») началось в феврале 1940 года на ленинградском Кировском заводе (ЛКЗ). До конца года Кировский завод сумел изготовить 243 танка (139 КВ-1 и 104 КВ-2), полностью выполнив спущенный сверху план. В соответствии с постановлением СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 19 июня 1940 года к выпуску КВ должен был подключиться и Челябинский тракторный завод (ЧТЗ). 31 декабря 1940 года была произведена опытная сборка первого КВ уральского производства. Одновременно в Челябинске началось строительство специального корпуса для сборки тяжелых танков.


Этот танк КВ-2 был остановлен только попаданием снаряда в левую гусеницу

План производства на 1941 год предусматривал выпуск 1200 танков КВ. Из них на Кировском заводе — 1000, на ЧТЗ — 200. Однако война внесла коррективы в этот план. К началу войны в Челябинске изготовили всего 25 КВ-1, а производство КВ-2 так и не было освоено. Всего же в первом полугодии 1941 года были изготовлены 393 танка КВ.

Корпус танка КВ-1 сваривался из катаных броневых листов, максимальная толщина которых достигала 75 мм. Башня изготавливалась в двух вариантах — сварном и литом. Максимальная толщина брони сварных башен достигала 75 мм, литых — 95 мм. В 1941 году толщину брони сварных башен довели до 105 мм путем установки 25-мм экранов, которые крепились при помощи болтов.

На танках первых выпусков устанавливалась 76-мм пушка Л-11, затем — Ф-32 того же калибра, а с конца октября 1941 года — 76-мм пушка ЗИС-5. Кроме того, танк вооружался тремя пулеметами — спаренным, курсовым и кормовым. На части машин устанавливался и зенитный пулемет ДТ. Боекомплект состоял из 135 пушечных выстрелов и 2772 патронов к пулеметам.

12-цилиндровый V-образный дизель В-2К мощностью 600 л. с. позволял 47,5-тонной боевой машине развивать скорость 34 км/ч. Запас хода по шоссе составлял 250 км. Экипаж танка состоял из пяти человек.

Основное отличие танка КВ-2 заключалось в установке новой башни больших размеров. Общая высота машины достигла 3240 мм. В башне, в маске, закрытой снаружи броневым кожухом, были установлены 152-мм танковая гаубица М-10 образца 1938-1940 годов и спаренный с ней пулемет ДТ. В корме башни имелась дверца, рядом с которой в шаровой опоре размещался еще один ДТ. На танке сохранился также и курсовой пулемет в лобовом листе корпуса. Боекомплект состоял из 36 выстрелов раздельного заряжания и 3087 патронов. Силовая установка, силовая передача, ходовая часть, электро- и радиооборудование остались такими же, как и на КВ-1. Танк КВ-2 был выпущен в ограниченном количестве, а после начала Великой Отечественной войны с 1 июля 1941 года его производство прекратили.


КВ-1

По состоянию на 1 июня 1941 года в войсках имелось 504 танка КВ. Из этого количества большая часть находилась в Киевском Особом военном округе — 278 машин. Западный Особый военный округ располагал 116 танками КВ, Прибалтийский Особый — 59, Одесский — 10. В Ленинградском военном округе имелось 6 танков КВ, в Московском — 4, в Приволжском — 19, в Орловском — 8, в Харьковском — 4. Из этого количества в эксплуатации находилось 75 КВ-1 и 9 КВ-2. С 1 по 21 июня в войска с завода был оправлен еще 41 танк КВ.

Подготовка экипажей для новых тяжелых танков часто велась (если вообще велась) на любых типах танков. Например, 3 декабря 1940 года директивой начальника Генерального штаба Красной армии № 5/4/370 предписывалось «для обучения личного состава и сбережения материальной части боевых машин отпустить, исключительно как учебные, на каждый батальон тяжелых танков по 10 танкеток Т-27». Остается загадкой, как на Т-27 можно было научиться вождению и обслуживанию КВ-1 или КВ-2. В результате к июню 1941 года количество подготовленных экипажей для этих машин не превышало 150.

В первые же дни Великой Отечественной войны в полной мере проявились как очевидные достоинства, так и недостатки новых тяжелых танков, равно как и все недочеты в боевой подготовке и организационной структуре танковых войск Красной армии. Так, например, в докладе о боевых действиях 8-го механизированного корпуса с 22 по 26 июня 1941 года (к началу войны в составе корпуса имелись 71 KB, 49 Т-35, 100 Т-34, 277 БТ, 344 Т-26, 17 Т-27) сообщалось следующее: «Водительский состав боевых машин KB и Т-34 в своем большинстве имел стаж практического вождения от 3 до 5 часов. За весь период существования корпуса боевая материальная часть и личный состав полностью на тактические учения не выводились и не были практически проверены как по вопросам маршевой подготовки, так и по действиям в основных видах боя. Тактическая сколоченность проводилась не выше масштаба роты, батальона и частично полка».

Из доклада командира 41-й танковой дивизии 22-го механизированного корпуса от 25 июля 1941 года о боевых действиях дивизии (к началу войны в ней было 312 танков Т-26 и 31 КВ-2) следует, что к 152-мм орудиям КВ-2 не имелось ни одного снаряда.

По воспоминаниям Д. Осадчего, командира роты танков КВ-1 во 2-й танковой дивизии, «23-24 июня, еще до вступления в бой, многие танки KB, особенно КВ-2, вышли из строя в ходе маршей. Очень большие проблемы были с коробкой передач и воздушными фильтрами. Июнь был жаркий, на дорогах Прибалтики пыли огромное количество и фильтры приходилось менять через час-полтора работы двигателя. Перед вступлением в бой танки моей роты сумели их заменить, а в соседних — нет. В результате к середине дня большинство машин в этих ротах поломалось».

Хорошо же подготовленные экипажи творили на танках КВ чудеса. 18 августа 1941 года пять танков КВ-1 роты старшего лейтенанта З. Г. Колобанова заняли оборону на подступах к городу Красногвардейску (Гатчина). К вечеру танки были по башни укрыты в капонирах. Для своего КВ Колобанов выбрал позицию на наиболее угрожаемом участке — северной окраине Красногвардейска. Наступавшие здесь части 1-й немецкой танковой дивизии могли ударить в тыл советским войскам, занимавшим оборону на рубежах Красногвардейского укрепрайона, а затем, выйдя по старинным гатчинским паркам к Киевскому шоссе, почти беспрепятственно продвигаться к Ленинграду.

Утром 19 августа на левом фланге один из танков роты вступил в бой с противником. Во втором часу дня немецкие танки появились и перед позицией Колобанова. 22 вражеские машины шли по дороге колонной на сокращенных дистанциях, подставляя свои левые борта почти строго под прямым углом к орудию КВ. Люки были открыты, многие немцы сидели на броне. Наши танкисты даже различали их лица, так как дистанция до вражеской колонны была невелика — всего около 150 м. Когда до ориентира № 1 (двум березам на перекрестке дорог), намеченного танкистами накануне, оставалось несколько метров, Колобанов приказал командиру орудия старшему сержанту Усову открыть огонь. Несколькими выстрелами Усов поджег два головных и два концевых танка противника. Колонна оказалась в мешке. Маневр для немцев был ограничен заболоченной местностью по обеим сторонам дороги. Противник не сразу определил, откуда ведется огонь, но затем обрушил на позицию Колобанова ливень снарядов. Танкисты задыхались от пороховых газов, от ударов вражеских снарядов по броне танка все были контужены. Усов, не отрываясь от прицела, продолжал расстреливать танк за танком. Наконец последний 22-й танк был уничтожен. За время боя, длившегося больше часа, Усов выпустил по противнику 98 снарядов. За этот бой старший лейтенант Колобанов был награжден орденом Красного Знамени, а старший сержант Усов — орденом Ленина.

В том же бою отличились и другие экипажи КВ из роты Колобанова. В бою на лужской дороге экипаж лейтенанта Сергеева подбил 8 немецких танков, экипажи лейтенанта Ласточкина и младшего лейтенанта Дегтяря — по 4, а экипаж младшего лейтенанта Евдокименко — 5. При этом Евдокименко погиб в бою, трое членов его экипажа были ранены, а пятый танк механик-водитель Сидиков уничтожил таранным ударом. Всего за 19 августа 1941 года рота Колобанова вывела из строя 43 немецких танка.

Что касается таранов, довольно часто описываемых в тех или иных изданиях, то летом 1941 года они действительно были частым явлением, однако порой не от хорошей жизни. Вот что сообщалось в докладе командира 43-й танковой дивизии 19-го механизированного корпуса о боях с 22 июня по 10 августа 1941 года: «Преследуя пехоту противника, наши танки были встречены огнем танков противника из засады с места, но (засада) была атакована вырвавшимися вперед танками KB и Т-34, а вслед за ними и танками Т-26... Танки KB и Т-34, не имея в достаточном количестве бронебойных снарядов, вели огонь осколочными снарядами и своей массой давили и уничтожали танки противника и противотанковые орудия, переходя от одного рубежа к другому».

Однако несмотря на мощную броню, сильное вооружение и героизм отдельных экипажей, танки KB не сыграли в летних боях 1941 года никакой существенной роли. Основная часть этих машин вышла из строя по техническим причинам, из-за неграмотной эксплуатации, отсутствия запасных частей, средств эвакуации и ремонта. Кроме того, немцы, выяснив, что бороться обычными противотанковыми средствами с KB невозможно, с успехом применяли против них 88-мм зенитные орудия Flak 36 и 105-мм (по немецкой системе обозначений — 10-см) корпусные полевые пушки К18.

Тем не менее в документах осени 1941 года встречаются донесения о вполне удачном применении танков КВ. Правда, в основном в обороне. Так, например, 8 ноября 1941-го экипаж танка КВ лейтенанта А. Мартынова из 16-й танковой бригады Волховского фронта в бою у деревни Жупкино (Ленинградская область) отразил из засады атаку 14 немецких танков, уничтожив пять и захватив в качестве трофеев еще три немецкие машины. Вскоре эти танки были отремонтированы и уже воевали в составе 16-й танковой бригады. За этот бой лейтенанта Мартынова представили к званию Героя Советского Союза. 5 декабря 1941 года экипаж танка КВ-1 лейтенанта Павла Гудзя из 89-го отдельного танкового батальона вступил в бой с 18 немецкими танками, подбил 10 из них, а также четыре противотанковых орудия. За этот бой Гудзь был награжден орденом Ленина. Надо сказать, что с танком КВ этот танкист был знаком отлично, так как начал воевать на нем с первых дней Великой Отечественной войны. Его дальнейшая боевая судьба также связана с боевыми машинами этого типа.

В июле 1942 года Павел Гудзь уже в звании капитана был назначен на должность командира 574-го танкового батальона 212-й танковой бригады, входившей в состав войск Донского фронта. В ноябре того же года капитану Гудзю присвоили чин майора и назначили на должность заместителя командира 8-го отдельного гвардейского танкового полка прорыва. Однако долго в этой должности он прослужить не смог, так как уже в следующем месяце был ранен.

В одном из боев его танк загорелся. К тому же слетела гусеница и боевая машина застыла на месте. А на броне уже гудело пламя от вспыхнувшей солярки, угрожая проникнуть внутрь машины, начиненной боеприпасами. Подоспевшие танкисты спасли экипаж, а своего командира с шестью проникающими ранениями срочно отправили в госпиталь. После таких ранений в боевой строй не возвращаются. Но майор написал рапорт лично Верховному главнокомандующему и добился своего — был направлен на фронт.

Новым местом службы майора Гудзя стал 5-й отдельный гвардейский танковый полк прорыва, входивший в состав войск Юго-Западного (впоследствии 3-го Украинского) фронта, в котором он в мае 1943 года принял должность заместителя командира. При подходе к Запорожью, чтобы обеспечить стрелковым подразделениям форсирование Днепра, необходимо было захватить плотину ГЭС. Двое суток шла ожесточенная схватка. Когда наши танки достигли цели, из засады внезапно выскочил «Тигр». Завязалась пушечная дуэль. Вдруг танк, в котором находился Гудзь, потряс удар огромной силы. Заряжающий и наводчик были убиты. У Гудзя была повреждена левая ключица и раздроблена кисть левой руки: она болталась на одной жилке. Боль затуманила сознание, и в поле зрения прицела «Тигры» расплылись, как на воде радужные пятна солярки. Превозмогая боль, подполковник Гудзь финкой перерезал себе сухожилие. Кисть выскользнула из комбинезона. Теперь все внимание «Тиграм». Вот один подставил борт. Послушно сработала педаль спуска. От выстрела танк вздрогнул — и вражеская машина, охваченная пламенем, замерла на песчаной отмели. Второй «Тигр» все-таки успел развернуть свою пушку, и Гудзь увидел черный кружок ее ствола. «Тигр» и KB выстрелили друг в друга почти одновременно...


Взорвавшийся КВ-2 с МТ-1. На заднем плане еще один КВ-2

Когда очнулся, до сознания дошло, что уже вечер и бой идет в отдалении, а он лежит около танка, в свежей воронке от авиабомбы. Рядом на корточках сидел механик-водитель. Заметив, что командир пришел в себя, обрадованно доложил: «А второго вы тоже...»

У читателя наверняка сразу же возникнет вопрос: а были ли «Тигры»? Ведь после Курской битвы причисление едва ли не любого немецкого танка к «тигриному» классу стало в Красной армии массовым явлением. Что ж, можно сказать твердо — «Тигры» были! Именно в это время и именно в этом месте, в районе плотины Днепрогэса вел бои 506-й немецкий тяжелый танковый батальон. Конечно КВ, скажем прямо, не «тянул» против «Тигра» в танковой дуэли, но поскольку описанный бой велся на короткой дистанции, шансы выравнивались. Ну а такому опытному танкисту, как Павел Гудзь, ничего не стоило поразить «Тигр» с первого выстрела. Так что можно с уверенностью сказать, что в этом бою он действительно подбил два «Тигра», причем из разбитого танка и с оторванной кистью левой руки! Тот факт, что в журнале боевых действий 506-го немецкого тяжелого танкового батальона мы скорее всего не найдем никакого подтверждения этому, ровным счетом ничего не значит — немцы учитывали только свои безвозвратные потери, подбитые же танки в их отчетах вообще не фигурируют.

Следует подчеркнуть, что сам по себе танк KB — машина довольно противоречивой судьбы. Как это ни парадоксально звучит, но в 1941 году этот танк был не нужен — у него просто не было достойного противника. Никаких же явных боевых преимуществ перед средним Т-34, за исключением более толстой брони, он не имел. Вооружение было таким же, а маневренность хуже, чем у тридцатьчетверки. Танкисты не очень любили эту машину: KB мог вдрызг разбить любую дорогу (колесная техника идти за ним уже не могла), его не в состоянии был выдержать практически ни один мост, за исключением капитальных каменных. Но самый главный недостаток — крайне ненадежная трансмиссия, выход которой из строя был массовым явлением.

Часть недостатков трансмиссии была устранена на появившейся в 1942 году модификации КВ-1с («с» — скоростной). Однако на этой модификации в погоне за маневренностью уменьшили толщину брони, и по своим боевым свойствам тяжелый KB еще больше приблизился к средним танкам.

Таким образом, единственным оправданием выпуска KB в 1941-1942 годах параллельно с Т-34 могла бы быть только более мощная пушка, например 85-мм. Но этого сделано не было по той причине, что в тот период пушка калибра 76 мм вполне справлялась со всеми бронецелями противника.


Захваченый немцами КВ 2. Немецкая механизированная дивизия на марше

Танк аналогичного KB класса — «Тигр» появился у немцев только в конце 1942 года. И тут судьба сыграла с KB вторую злую шутку — он моментально устарел. Наш танк был просто бессилен против «Тигра» с его «длинной рукой» — 88-мм пушкой с длиной ствола 56 калибров. «Тигр» мог поражать KB на дистанциях, запредельных для последнего. Это не замедлило сказаться в бою. Так, например, 12 февраля 1943 года во время прорыва блокады Ленинграда три «Тигра» 1-й роты 502-го тяжелого танкового батальона уничтожили 10 КВ. При этом немцы потерь не имели.

Несколько сгладить ситуацию позволило появление танка КВ-85. Но эти машины были освоены с опозданием, выпущено их было немного и внести существенный вклад в борьбу с немецкими тяжелыми танками они не смогли. Более серьезным противником для «Тигров» мог стать КВ-122 — серийный КВ-85, вооруженный в опытном порядке 122-мм пушкой Д-25Т. Но в это время цехи ЧКЗ начали покидать первые танки серии ИС. Последние, на первый взгляд продолжавшие линию KB, были уже совершенно новыми машинами.


КВ-85 — советский тяжёлый танк периода Великой Отечественной войны. Аббревиатура КВ означает «Клим Ворошилов» — официальное название серийных советских тяжёлых танков выпуска 1940—1943 гг. Индекс 85 означает калибр основного вооружения машины.

С 1940 по 1943 год выпущено 4775 танков KB всех модификаций. Они воевали на всех фронтах Великой Отечественной войны, сначала в составе танковых бригад смешанного состава, потом в составе отдельных гвардейских танковых полков прорыва. До 1945 года дожило совсем мало KB, использовавшихся в качестве боевых танков. В основном после демонтажа башни они служили как эвакуационные тягачи.

Автор Михаил БАРЯТИНСКИЙ

Источник: http://nnm.ru/blogs/Dmitry68/klim_voroshilov_mashina_dlya_voyny/

tbrus.ucoz.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *