Холодная война тогда, холодная война сейчас | Общество | ИноСМИ

Похоже, что антироссийская/антисоветская предвзятость американских СМИ не знает границ. Казалось бы, у них должно быть достаточно самосознания и журналистской принципиальности, чтобы подумать о своей репутации. Но ложь продолжает литься непрерывным потоком, она накапливается, и горы этой лжи становятся все выше.

Одним из последних примеров такого рода стала рецензия на новую биографию Михаила Горбачева в New York Times Book Review (10 сентября). Там говорится, что Горбачев не был героем для своего собственного народа, потому что он разрушил его империю. Пользуясь таким приемом, New York Times Book Review не говорит ничего положительного о жизни в Советском Союзе и о социализме. Это издание хочет убедить читателя, что российский народ расстроился из-за потери таких стран как Чехословакия, Венгрия, а вовсе не из-за снижения жизненного уровня в годы горбачевской перестройки, которая повлияла на все: на квартирную плату, на занятость, на отпуска, на здравоохранение, образование и многие другие аспекты советского социально ориентированного государства.

Эта рецензия сопровождается цитатой из обзора горбачевских мемуаров, который появился на страницах New York Times Book Review в 1996 году. Цитата гласит: «Люди на Западе озадачены тем, что Михаила Горбачева презирает, ненавидит, и высмеивает его собственный народ. Этот человек отвел мир от края ядерной пропасти, освободил своих соотечественников от удушающего страха, покончил с кровавой военной авантюрой и дал свободу Восточной Европе. Однако в России его отвергли, причем отвергли жестоко и окончательно. В июне он попытался вернуться на политическую сцену, но набрал менее 1% голосов избирателей».

Таким образом, непопулярность Горбачева среди его собственного народа занесли в категорию загадок, забыв о том, что она стала следствием глубочайших социальных изменений.

Здесь следует отметить, что USA Today писала в 1999 году: «Когда пала Берлинская стена (1989 год), Восточная Германия вообразила свободную жизнь, где царствует изобилие потребительских товаров, где нет трудностей и лишений. Прошло 10 лет, и 51 процент восточных немцев заявляют о том, что они были более счастливы при коммунизме». Если бы опрос на эту тему провели раньше, таких людей наверняка было бы больше 51 процента, потому что за прошедшие 10 лет многие из тех, кто с теплотой вспоминал жизнь в Восточной Германии, уже умерли.

The Washington Times

Il Sole 24 Ore

Vanity Fair


Прошло еще 10 лет, и Washington Post в 2009 году сообщила: «Жители Западного Берлина говорят, что им надоела привычка восточных соседей с ностальгией говорить о временах коммунизма». Именно после объединения Германии на свет появилась новая русская и восточноевропейская пословица: «Все, что говорили коммунисты о коммунизме, оказалось ложью; но все, что они говорили о капитализме, оказалось правдой».

В новой рецензии New York Times Book Review Владимира Путина дважды называют авторитарным лидером, как это регулярно делает большая часть западных СМИ. В последние годы я встречал большое количество таких характеристик, но ни в одной из них я не нашел примеров, подтверждающих такую авторитарную политику. Хотя примеры такого рода определенно существуют, причем не только в отношении Путина, но и в отношении мужчины по фамилии Трамп, женщины по фамилии Мэй, а также в отношении любого другого главы государства в мире. Но если бы существовали реальные доказательства путинского авторитаризма, западные СМИ непременно привели бы их в своих нападках на российского президента. Почему же они этого не делают?

Далее в рецензии Путина называют «бывшим подполковником КГБ с холодным взором». Остается удивляться, почему New York Times Book Review ни разу не назвала президента Джорджа Буша-старшего бывшим директором ЦРУ с холодным взором.

Как и в годы первой холодной войны, одна из основных проблем заключается в том, что американцам трудно поверить в благожелательность русских. В связи с этим хотелось бы вспомнить то, что было написано об одном из самых выдающихся американских дипломатов Джордже Кеннане:

Проезжая зимой 1933 года по Польше вместе с первой дипломатической миссией США, направлявшейся в Советский Союз, молодой американский дипломат по имени Джордж Кеннан с изумлением услышал рассказ сопровождавшего их советского министра иностранных дел Максима Литвинова о том, как он рос в находящейся неподалеку деревне, о прочитанных им книгах, о том, как в детстве он мечтал стать библиотекарем.

«Внезапно мы поняли, по крайней мере, я понял, что люди, с которыми мы имеем дело, — такие же человеческие существа, как и мы сами, — написал Кеннан. — Что они где-то родились, что у них в детстве, как и у нас, были мечты и устремления. На какой-то короткий момент мне показалось, что мы можем пробить стену недоверия и обнять этих людей».

Однако этого не произошло до сих пор.

В связи с воспоминаниями Кеннана на ум приходит высказывание Джорджа Оруэлла: «Мы дошли до того, что первым долгом умных людей стало подтверждение очевидного».

Уильям Блум — автор книги «Убийство надежды: интервенции американских военных и ЦРУ после Второй мировой войны» (Killing Hope: U.S. Military and CIA Interventions Since World War II). Его новая книга называется «Самый смертоносный экспорт Америки: демократия» (America’s Deadliest Export: Democracy).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

inosmi.ru

Вооруженные силы: Силовые структуры: Lenta.ru

Напряженные отношения между Россией и США в последние годы сравнивают со временами холодной войны. Вместе с тем это сравнение достаточно лукаво: несмотря на то, что накал противостояния и близко не достигает прежних уровней, связи двух стран стали куда менее стабильными.

Сравнение происходящих сегодня событий с эпизодами времен холодной войны давно стали общим местом, но их корректность довольно сомнительна. Прежде всего — в силу несопоставимых масштабов происходящего. Так, слушая высказывания командующих НАТО об активности российских подлодок, сопоставимой с годами холодной войны, следует иметь в виду, что в 1991 году, на момент распада СССР, советский флот располагал более чем 250 подводными лодками, а в начале 1980-х их было еще больше. Учитывая эти численные параметры, говорить об активности пятикратно меньшего по сравнению с советским ВМФ России, в составе которого сегодня находится около 60 подлодок, весьма сложно.

То же самое можно сказать и о регулярных облетах самолетов и кораблей вооруженных сил НАТО российскими истребителями и бомбардировщиками. Поводом для многодневного обсуждения в прессе становится приближение к российским берегам одиночного эсминца, который встречают два фронтовых бомбардировщика, но для холодной войны этот инцидент был бы просто стандартным фоном, тогда как реальные обострения выглядели несколько иначе.

«Последующие три дня были самыми захватывающими за все время похода, — отметил капитан Томас А. Мерсер. Русские самолеты, включая Ту-95, Ил-38, Бе-12, а также корабли и подлодки непрерывно следили за двумя авианосцами, сменяя друг друга, сбивая их расписание полетов и вынуждая поддерживать круглосуточное воздушное прикрытие, изматывавшее экипажи.
«Фантомы» авиации морской пехоты, взлетавшие с японских аэродромов, помогали перехватывать часть советских бомбардировщиков. Некоторые советские экипажи оказались достаточно смелыми, чтобы сближаться с кораблями вплотную, несмотря на противодействие перехватчиков. Утром 2-го декабря (1984 года — прим. «Ленты.ру») пара ракетоносцев Ту-16 сблизилась с авианосцами меньше чем на 150 миль, вскоре после этого два разведчика Ту-95 начали ходить кругами в буферной зоне в 180-220 милях к северо-западу от авианосцев.

Дальность полета русских противокорабельных ракет делала эти полеты весьма опасными эпизодами для «Винсона» и «Мидуэя». «Винсон» поднял в воздух дежурное звено, поддержать которое должен был «Хокай» с «Мидуэя». Экипажи самолетов приготовились к перехвату большой группы самолетов, приближающейся с севера-северо-запада. Адмирал Сильвестр Р. Фоули, командующий Тихоокеанским флотом, наблюдал за происходящим, находясь в БИП «Карла Винсона».

Авианосец CV-41 «Мидуэй» ВМС США

Фото: U.S. Navy

Операторы РЛС зафиксировали приближение нескольких групп самолетов численностью до полка. Три Ту-22М, два Ту-95, девять Ту-16, и шесть Ил-38 приближались с разных направлений, прорвав барьер воздушного патруля. «Томкэты» и «Фантомы» с авианосцев перехватили русские бомбардировщики на подходе и нараставшее напряжение несколько спало. Не стушевавшись, русские вновь явились на следующий день — на сей раз группу из двух Ту-95, двух Ту-16, двух Ил-38 и двух Бе-12, сопровождала пара истребителей МиГ-23 и пара Су-15. Русские начали облеты кораблей на малой высоте, заставив поднять в воздух «Томкэты», которые сопровождали их больше двух часов».

Материалы по теме

00:09 — 27 апреля 2016

00:13 — 8 августа 2016

Так описан в книге Carrier Warfare подобный эпизод, связанный с приближением ударного соединения во главе с авианосцами «Карл Винсон» и «Мидуэй» к советским берегам в Японском море в ноябре-декабре 1984 года. «Взаимные маневры», которые в тот период было принято относить к обострениям, разворачивались в акваториях площадью в миллионы квадратных километров, с участием десятков кораблей и подлодок, сотен самолетов и вертолетов и развитых спутниковых группировок.

Схожими были и масштабы противостояния на земле. Для того чтобы понять, насколько они изменились, можно привести следующий пример: сухопутные войска России, действующие сегодня на огромном пространстве от Крыма до Камчатки и от Кольского полуострова до Сирии и Таджикистана, по своей численности и оснащению основными видами вооружений примерно соответствуют группе советских войск в Германии середины 1980-х годов, сосредоточенной на относительно небольшой территории ГДР. Сокращение затронуло и другую сторону: общее количество строевых танков Бундесвера сегодня — это уровень укомплектованности одной немецкой танковой дивизии времен холодной войны.

Да, разумеется, сегодняшний Леопард-2А7 не чета Леопарду-2А2 1984 года, равно как и Т-90А — совсем не Т-72А, но так или иначе плотность противостоящих боевых порядков и интенсивность их действий снизилась более чем на порядок. То же самое можно сказать и о ракетно-ядерном противостоянии, где число развернутых тактических и стратегических боевых зарядов с обеих сторон сократилось примерно с 65 тысяч второй половины 1980-х до менее чем 10 тысяч единиц.

Нет. Сокращение «физического» уровня противостояния, разрежение и разуплотнение боевых порядков, резкое сокращение вооруженных сил, к сожалению, не является гарантией безопасности. Поручиться за то, что «горячий конфликт» между Россией и НАТО невозможен, сегодня, увы, нельзя: его вероятность может оказаться даже большей, чем 30 лет тому назад.

Суть проблемы — в нескольких одновременно развивающихся процессах. Во-первых, процесс игнорирования «красных линий»; во-вторых, процесс деградации сигнальной системы; третий процесс, во многом держащий два первых в активном состоянии, — это отсутствие у сторон четкого понимания целей и намерений друг друга, а зачастую и желания этого понимания достичь.

Танк Leopard 2A5 Бундесвера

Фото: Bundeswehr / Wikipedia.org

Списывать все эти печальные явления на «злодейски аннексированный» Крым, как это делают на Западе, по меньшей мере некорректно: описанные процессы начались задолго до Крыма, более того — до прихода к власти в России Владимира Путина. Сегодняшнее состояние отношений России и НАТО является результатом длинного пути, начавшегося в 1990-е годы на Балканах и в Чечне, продолжившегося с расширением альянса, столь же бесчисленными, сколь и безрезультатными консультациями по проблемам ПРО и, наконец, логически завершившегося событиями 2014-2015 годов. Игнорировать друг друга в итоге стали обе стороны, и действия России на Кавказе в 2008-м, в Крыму в 2014 году, а также выход из ДОВСЕ в 2015 представляются, с российской точки зрения, столь же оправданными, сколь действия НАТО — с точки зрения Вашингтона и Брюсселя.

Материалы по теме

07:53 — 25 декабря 2014

09:18 — 4 июня 2014

Цена неразговорчивости

Прекращение диалога по ПРО может стать самым опасным следствием кризиса отношений между Россией и НАТО

Насколько далеко может зайти такое развитие событий? Сказать сложно. В ходе холодной войны не раз возникали ситуации прямого противостояния военных обеих сторон, так или иначе разрешавшиеся с помощью сложной многоступенчатой системы сигналов и обсуждения взаимных уступок и критических зон, причем необходимость этих уступок к 1960-м годам стала аксиомой, положенной в основу взаимоотношений между Москвой и США. Теперь же публичная риторика Запада говорит о том, что интересы и мнения Москвы в принципе не подлежат учету, а единственным шагом, который (возможно) будет благосклонно воспринят, является отказ от занимаемых позиций — во всяком случае, в отношении Крыма. В вопросах же расширения НАТО и проблематики ПРО все еще проще: мнение Москвы на сей счет не учитывается исходно, а неизбежные последствия воспринимаются как агрессивное давление на соседей.

При этом в американском политическом сознании присутствует двойное восприятие российской военно-политической машины: с одной стороны — как грозного противника, поднимающего ставки до уровня холодной войны, с другой — как устаревшей и малоэффективной системы, не способной к развитию и даже долговременному сохранению имеющегося потенциала. Подобное двоемыслие имеет и двойной результат: в политику постепенно возвращается образ России как врага, с которым не нужно искать компромиссов, а нужно лишь дождаться, пока он сам рухнет, по возможности стимулируя этот процесс — в том числе вмешательством во внутренние дела суверенного государства.

Материалы по теме

07:24 — 11 марта 2015

Значительную роль играет и снижение страха перед боевым применением ядерного оружия, также имеющее ряд оснований: развитие самих боеприпасов, становящихся все более «чистыми», уход с политической сцены поколения, зримо помнящего результаты атмосферных ядерных испытаний и, не в последнюю очередь, результаты исследований последствий применения ядерного оружия по городам Японии в 1945 году и Чернобыльской катастрофы в 1986, по итогам которых страх перед долговременными последствиями ядерного удара значительно снизился.

Проблема усугубляется катастрофической деградацией уровня американского исследовательского потенциала в части России, в том числе выражающегося и в отсутствии адекватной референтной группы. При этом падение уровня американской военной экспертизы отмечают и в самих США. В значительной части представления политической элиты США о российском военном потенциале и политических процессах основаны на картине мира довольно узкой группы «политически удобных» корреспондентов, сообщающих своим слушателям то, что им хотелось бы услышать.

В свое время схожим образом представления о нашем военном потенциале и политическом устройстве складывались у руководства Третьего рейха.

lenta.ru

Действительно ли закончилась «холодная война»?

Для стратегов «холодная война» была чем-то иным, чем для миллионов граждан. Стратеги хотели удержать равновесие между двумя блоками, граждане пытались жить в тени атомной бомбы, при этом, не смотря ни на что, жить более-менее нормально. Отсюда два взгляда на период «холодной войны»: один – геополитический и стратегический, второй – цивилизационный и культурный.

Лешек Миллер, бывший премьер-министр Польши (2001-2004), лидер партии «Польская левица».

Принято считать, что «холодная война» — это эпоха в международной политике в период 1946-1989 годов, от победы над Гитлером до падения советского блока.

Для стратегов «холодная война» была чем-то иным, чем для миллионов граждан. Стратеги хотели удержать равновесие между двумя блоками, граждане пытались жить в тени атомной бомбы, при этом, не смотря ни на что, жить более-менее нормально. Отсюда два взгляда на период «холодной войны»: один – геополитический и стратегический, второй – цивилизационный и культурный.

Конфликт начался с немецкого вопроса, потом расширился на весь глобус соревнованием о влиянии политическом, идейном, военном и экономическом. Мрачным символом «холодной войны» стала стена, отделяющая две части Берлина. Для Советского Союза и США город играл особую роль. Известны меткие слова Никиты Хрущева: «Берлин – причинное место Запада, всякий раз, когда хотим заставить Запад кричать, сжимаем Берлин».

Тогдашние отношения трудно назвать мирными. В значительной степени это были отношения, свойственные периоду войны. Прежде всего, присутствовала непримиримая враждебность и стремление победить противника. Не столько конкуренция, сколько борьба, а также мощная идеологическая война. Отличительной чертой стала гонка вооружений. Интересно, что настрой в отношении этой войны в обоих блоках был оптимистичный: считалось, что обе великие державы выйдут в этом соревновании победителями. Но этот настрой был на фоне большого страха перед ядерным ударом одной из сторон.

Сегодня также интересен, а может и более важен, чем сама «холодная война», период после «холодной войны». Можно ли говорить, что в 2009 году «холодная война» по-прежнему продолжается, или, что появилась новая «холодная война»?
Полагаю, что так нельзя утверждать, по крайне мере, по трем причинам.

Во-первых, в отношениях Запада с Россией, хотя в них и появляется напряженность, и есть длинный список спорных вопросов, обе стороны для реализации своих целей не прибегают к конфронтации. Не существует основополагающего условия состояния войны – запрограммированной враждебности сторон и явного желания навредить друг другу. Нет также опасных конфликтов. До сих пор единственным серьезным кризисом можно считать период войны в Грузии.

Во-вторых, несмотря на идеологические вызовы по существу нет места для характерного для «холодной войны» столкновения идеологий.

И, наконец, в-третьих, процесс вооружения последнего десятилетия, хотя и может беспокоить, но его трудно назвать гонкой вооружений в понимании соревнования эпохи «холодной войны». Нет также психоза ядерной угрозы.

Сторонники тезиса, что Россия начала новую «холодную войну» утверждают, что доказательством этого является война с Грузией и применение «энергетического оружия». В последнем случае следует заметить, что это оружие обоюдоострое. Для России Запад надолго останется ведущим экономическим и политическим партнером. Россия должна развиваться, а для этого нужна кооперация с Западом. Энергетический шантаж привел бы к срыву такого сотрудничества.

Если говорить о войне на Кавказе, то грузино-российский конфликт не был спором о ценностях. Американцы дальше поддерживают президента Саакашвили. Однако одно дело поддерживать Саакашвили, исходя из геополитических интересов, другое дело – принимать его версию событий, в которой Грузия является плацдармом западных и демократических ценностей, а Россия – злой империей, которая снова борется с ценностями, такими дорогими для американцев и Западной Европы. Не вижу таких оценок в политике администрации президента Обамы.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

ria.ru

Сегодня начинается холодная война / Реалии / Независимая газета

Еще накануне варшавского саммита руководство НАТО признало, что теперь отношения с Москвой «очень опасные»




Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг – один из «полководцев» холодной войны. Фото со страницы НАТО в Flickr


Генеральный секретарь Североатлантического альянса Йенс Столтенберг  заявил перед саммитом в Варшаве, что НАТО не вожделеет холодной войны с Россией, но на деле все обстоит с точностью до наоборот. Тем более что холодная война, начиная с фултонской речи Уинстона Черчилля, никогда полностью не прекращалась, просто были разные фазы, когда можно было подумать, что мир действительно стал мудрее. Но теперь главам натовских государств, собравшимся в польской столице, ничего не остается, как официально зафиксировать очередной пик военно-политического противостояния, к возникновению которого они приложили немало усилий. Что же это как не холодная война в активной фазе?


Вряд ли такое откровение прозвучит на открытом заседании. Но за плотно прикрытыми дверями, когда стесняться некого, все, конечно же, будет названо своим именем. Хотя к чему слова, если и так известно: натовские батальоны уже у наших границ, позиционные районы американской ПРО – в Польше и Румынии (осталось только загрузить в пусковые контейнеры вместо противоракет крылатые ракеты), а риторика будто списана с эпохи маккартизма. 


Что еще предпримут наши западные партнеры, рано или поздно тоже выяснится. Впрочем, и очевидного достаточно, чтобы наконец-то отбросить иллюзии: сегодня Россия и страны, собравшиеся под флагом НАТО, находятся в состоянии войны, к счастью, пока что холодной. И перспектива напрямую зависит от конкретного военно-политического решения, которое будет принято на саммите альянса в Варшаве: как скоро дело дойдет до вооруженного противостояния? Судя по всему, ничего хорошего ожидать нам не приходится. Что и подтвердил в интервью Washington Post замгенсекретаря альянса Александр Вершбоу: «Все больше складывается ощущение, что мы вступаем в долгосрочное стратегическое соперничество с Россией». При этом надо понимать, что ощущение на таком представительском уровне – это практически констатация факта.


ЗА ЧТО НАС ТАК НЕ ЛЮБЯТ?


Пока существовал СССР, все было понятно: противостояние двух систем. Но дело в том, что не только нынешнюю, но и царскую Россию Запад никогда не жаловал, хотя именно русское оружие неоднократно спасало Европу – сначала от Наполеона, потом в сражениях Первой мировой и наконец в 1945 году. Это сегодня осмелевшая под крылом у США Польша почем зря швыряет в нас грязью, а что было бы с поляками, если бы победил Гитлер? Или что было бы с гордой Францией, которую немцы во время оккупации рассматривали в качестве то ли винной лавки, то ли большого борделя? Не факт, что и англичане смогли бы отсидеться у себя на острове, если бы Москва не устояла.


А что такого неприятного мы сделали, например, Америке, которая на сегодняшний день возглавляет мировую русофобию? Это раньше коммунизм, как считалось, бодро шагал по планете. Но сегодня от красной угрозы, которая подтолкнула Гарри Трумэна к демонстративному ядерному бомбометанию по Японии, остался один Геннадий Зюганов – лидер вполне домашней партии, даже близко не имеющей допуска к атомной кнопке.


Более того, в отличие от американцев, русские никогда и ни в каком виде не претендовали на мировую исключительность и уже давно никого не заставляют жить по законам марксизма-ленинизма. Но и американский образ жизни примерять на себя больше не хотят, так, может, в этом и есть причина русофобии? Попробовали в 90-е – как-то не прижился… Даже к американскому империализму (в смысле, к строительству звездно-полосатой империи) в Москве старались относиться спокойно, правда, ровно до того момента, как американцы со своими военными базами буквально не уселись нам на голову.


…Должна же оставаться хоть какая-то геополитическая санитарная зона  хотя бы из чувства самосохранения, потому что Россия все-таки мощная ядерная держава. Но, похоже, в головах у американского руководства существует нечто посильнее здравого смысла. И когда оно активируется, на свет появляется что-то наподобие письма группы сотрудников Госдепа Бараку Обаме с предложением «ударить по русским в Сирии».


Считается, что за этим посланием стоит кандидат в президенты Хиллари Клинтон, которая в силу гендерной принадлежности имеет весьма легковесное представление о войне вообще и о ядерной войне с Россией в частности, вся вина которой перед мадам Клинтон и американским истеблишментом состоит, по всей видимости, в том, что Россия не хочет превращаться в политическую колонию США. Даже Европа, в прошлом колыбель цивилизации, примирилась с подчиненной ролью в тандеме с американцами, а Россия (страна рабов, страна господ), только представьте, кочевряжится. Русский дух, видите ли…


В общем, Америке русская позиция категорически не нравится. «Основой любой стратегии в Европе, – заявил Foreign Affairs экс-главнокомандующий силами НАТО в Европе Филип Бридлав, – должно стать осознание того, что Россия представляет собой непреходящую экзистенциальную угрозу для Соединенных Штатов, их союзников и международного порядка». И привел, на его взгляд, убийственный довод: «Россия намерена вновь стать мировой державой – свои амбиции она продемонстрировала, в частности, имитацией атаки военных самолетов на эсминец США в Балтийском море и возобновлением полетов стратегических бомбардировщиков вдоль береговой линии США». Но тут возникает закономерный вопрос, и даже не один: почему американцам можно заходить в наши внутренние моря, а нам нельзя? почему им можно летать у наших границ, а нам у их нельзя? почему США можно быть мировой державой, а России нельзя? и почему это параметры мирового порядка определяет одна страна?


Поскольку по первой специальности Филип Бридлав строитель, он мог и не знать, что экзистенциализм – это нечто, лежащее за пределами разума. И в истории Европы уже был один деятель в погонах, правда, ефрейторских, параноидальные фобии которого обошлись Старому Свету очень дорого. При этом он тоже слыл откровенным русофобом, как и нынешнее заокеанское руководство НАТО. Что поделать, к сожалению, Бридлав там у себя не одинок…


Отсюда следует очень простой вывод: если все запущено настолько, что без психоанализа не разобраться, никакие слова уже не помогут. Нужны какие-то другие аргументы, чтобы от России отстали и позволили нам жить по своему укладу.


ОТВЕТНЫЕ ДЕЙСТВИЯ


В Москве, конечно же, отдают отчет, что саммит НАТО в Варшаве можно считать историческим не только потому, что это последний североатлантический большой сбор с участием Барака Обамы в качестве президента США. Все намного серьезнее.


Вроде бы какое нам дело до того, что Обама по факту «хромая утка» и уже ничего не решает?.. Но, с другой стороны, отношение с Западом насколько накалено, что срочная перезагрузка требуется немедленно, а разговаривать не с кем. Ни Ангела Меркель, ни Франсуа Олланд, ни тем более Дэвид Кэмерон, устроивший на свою голову брекзит, ничего не решают. Все руководство трещащего по швам Евросоюза тоже пребывает в прострации, ничего не определяет и генсек НАТО Йенс Столтенберг: по большому счету это говорящая голова, очень активная, но абсолютно не самостоятельная. А силы и боевые средства по обе стороны рубежа противостояния тем временем продолжают накапливаться, стремительно приближаясь к критической массе. Но регулировать этот потенциально взрывоопасный процесс некому. Даже трудно представить, кто бы мог сегодня от имени Запада  сесть за стол переговоров с Владимиром Путиным.


В ситуации, когда ситуация развивается по инерции, запущенной из Вашингтона, а у европейских партнеров органы чувств и где-то даже мозг по техническим причинам временно отключены, Москве ничего не остается, как применять на международном уровне «азбуку глухих», то есть обозначать свое отношение к происходящему недвусмысленными действиями.


Например, на последней коллегии Министерства обороны, где обсуждался план развития  Западного военного округа (ЗВО) в контексте обстановки на границах с НАТО, было четко сказано: все, что сегодня происходит у наших западных рубежей, Москва считает дестабилизирующим фактором, на который невозможно не реагировать соответствующим образом, и уже принимает ответные меры стратегического сдерживания. Как заявил глава российского военного ведомства Сергей Шойгу, в этом году ЗВО получит свыше 10 тыс. контрактников и более 2 тыс. единиц новой модернизированной боевой техники. А буквально на днях промышленность передала в войска еще один комплект ракетного комплекса «Искандер-М», оснащенного крылатыми и баллистическими ракетами.


Напомним, что дальность действия таких ракет – 500 км, причем существующими средствами ПВО они, как говорится, не ловятся. При этом не исключено (будет видно по результатам саммита альянса в Варшаве), что «Искандеры» могут появиться и в Калининградской области, откуда до европейских столиц рукой подать. И если учесть, что у нас на западном направлении уже созданы одна танковая и две общевойсковые армии в разной степени готовности, руководству Европы есть над чем задуматься. Может, теперь и без «интеллектуальной поддержки» из США в ЕС поймут: голыми руками Россию не взять, а ответ в любом случае будет испепеляющим.


Тем же европейским странам, которые еще колеблются – присоединиться им к НАТО или остаться традиционно нейтральными и не портить отношения с Россией, во время недавнего рабочего визита в Финляндию Владимир Путин адресовал специальный месседж. Финскому президенту Саули Ниинисте как на духу было сказано: сегодня российские войска отведены с российско-финской границы на расстояние 1500 км, но если Суоми все-таки присоединится к НАТО, это расстояние будет сокращено. Как говорится, ничего личного: поступаем исключительно по соображению национальной безопасности. «Военная инфраструктура НАТО продвигается к нашим границам, – уточнил российский президент. –  Это очевидная угроза, которую никто не хочет замечать. Диалог с нами по этой проблеме никто не хочет вести».


Надо признать, что конструктивного диалога скорее всего и не получится, пока Европа политически несамостоятельна и управляется через НАТО из Вашингтона. Поэтому никто и не надеялся, что варшавский саммит альянса, решение которого было предсказуемо, сможет хоть как-то разрядить обстановку или предложить что-нибудь, кроме холодной войны.

nvo.ng.ru

Сегодня начинается холодная война / Реалии / Независимая газета

Еще накануне варшавского саммита руководство НАТО признало, что теперь отношения с Москвой «очень опасные»




Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг – один из «полководцев» холодной войны. Фото со страницы НАТО в Flickr


Генеральный секретарь Североатлантического альянса Йенс Столтенберг  заявил перед саммитом в Варшаве, что НАТО не вожделеет холодной войны с Россией, но на деле все обстоит с точностью до наоборот. Тем более что холодная война, начиная с фултонской речи Уинстона Черчилля, никогда полностью не прекращалась, просто были разные фазы, когда можно было подумать, что мир действительно стал мудрее. Но теперь главам натовских государств, собравшимся в польской столице, ничего не остается, как официально зафиксировать очередной пик военно-политического противостояния, к возникновению которого они приложили немало усилий. Что же это как не холодная война в активной фазе?


Вряд ли такое откровение прозвучит на открытом заседании. Но за плотно прикрытыми дверями, когда стесняться некого, все, конечно же, будет названо своим именем. Хотя к чему слова, если и так известно: натовские батальоны уже у наших границ, позиционные районы американской ПРО – в Польше и Румынии (осталось только загрузить в пусковые контейнеры вместо противоракет крылатые ракеты), а риторика будто списана с эпохи маккартизма. 


Что еще предпримут наши западные партнеры, рано или поздно тоже выяснится. Впрочем, и очевидного достаточно, чтобы наконец-то отбросить иллюзии: сегодня Россия и страны, собравшиеся под флагом НАТО, находятся в состоянии войны, к счастью, пока что холодной. И перспектива напрямую зависит от конкретного военно-политического решения, которое будет принято на саммите альянса в Варшаве: как скоро дело дойдет до вооруженного противостояния? Судя по всему, ничего хорошего ожидать нам не приходится. Что и подтвердил в интервью Washington Post замгенсекретаря альянса Александр Вершбоу: «Все больше складывается ощущение, что мы вступаем в долгосрочное стратегическое соперничество с Россией». При этом надо понимать, что ощущение на таком представительском уровне – это практически констатация факта.


ЗА ЧТО НАС ТАК НЕ ЛЮБЯТ?


Пока существовал СССР, все было понятно: противостояние двух систем. Но дело в том, что не только нынешнюю, но и царскую Россию Запад никогда не жаловал, хотя именно русское оружие неоднократно спасало Европу – сначала от Наполеона, потом в сражениях Первой мировой и наконец в 1945 году. Это сегодня осмелевшая под крылом у США Польша почем зря швыряет в нас грязью, а что было бы с поляками, если бы победил Гитлер? Или что было бы с гордой Францией, которую немцы во время оккупации рассматривали в качестве то ли винной лавки, то ли большого борделя? Не факт, что и англичане смогли бы отсидеться у себя на острове, если бы Москва не устояла.


А что такого неприятного мы сделали, например, Америке, которая на сегодняшний день возглавляет мировую русофобию? Это раньше коммунизм, как считалось, бодро шагал по планете. Но сегодня от красной угрозы, которая подтолкнула Гарри Трумэна к демонстративному ядерному бомбометанию по Японии, остался один Геннадий Зюганов – лидер вполне домашней партии, даже близко не имеющей допуска к атомной кнопке.


Более того, в отличие от американцев, русские никогда и ни в каком виде не претендовали на мировую исключительность и уже давно никого не заставляют жить по законам марксизма-ленинизма. Но и американский образ жизни примерять на себя больше не хотят, так, может, в этом и есть причина русофобии? Попробовали в 90-е – как-то не прижился… Даже к американскому империализму (в смысле, к строительству звездно-полосатой империи) в Москве старались относиться спокойно, правда, ровно до того момента, как американцы со своими военными базами буквально не уселись нам на голову.


…Должна же оставаться хоть какая-то геополитическая санитарная зона  хотя бы из чувства самосохранения, потому что Россия все-таки мощная ядерная держава. Но, похоже, в головах у американского руководства существует нечто посильнее здравого смысла. И когда оно активируется, на свет появляется что-то наподобие письма группы сотрудников Госдепа Бараку Обаме с предложением «ударить по русским в Сирии».


Считается, что за этим посланием стоит кандидат в президенты Хиллари Клинтон, которая в силу гендерной принадлежности имеет весьма легковесное представление о войне вообще и о ядерной войне с Россией в частности, вся вина которой перед мадам Клинтон и американским истеблишментом состоит, по всей видимости, в том, что Россия не хочет превращаться в политическую колонию США. Даже Европа, в прошлом колыбель цивилизации, примирилась с подчиненной ролью в тандеме с американцами, а Россия (страна рабов, страна господ), только представьте, кочевряжится. Русский дух, видите ли…


В общем, Америке русская позиция категорически не нравится. «Основой любой стратегии в Европе, – заявил Foreign Affairs экс-главнокомандующий силами НАТО в Европе Филип Бридлав, – должно стать осознание того, что Россия представляет собой непреходящую экзистенциальную угрозу для Соединенных Штатов, их союзников и международного порядка». И привел, на его взгляд, убийственный довод: «Россия намерена вновь стать мировой державой – свои амбиции она продемонстрировала, в частности, имитацией атаки военных самолетов на эсминец США в Балтийском море и возобновлением полетов стратегических бомбардировщиков вдоль береговой линии США». Но тут возникает закономерный вопрос, и даже не один: почему американцам можно заходить в наши внутренние моря, а нам нельзя? почему им можно летать у наших границ, а нам у их нельзя? почему США можно быть мировой державой, а России нельзя? и почему это параметры мирового порядка определяет одна страна?


Поскольку по первой специальности Филип Бридлав строитель, он мог и не знать, что экзистенциализм – это нечто, лежащее за пределами разума. И в истории Европы уже был один деятель в погонах, правда, ефрейторских, параноидальные фобии которого обошлись Старому Свету очень дорого. При этом он тоже слыл откровенным русофобом, как и нынешнее заокеанское руководство НАТО. Что поделать, к сожалению, Бридлав там у себя не одинок…


Отсюда следует очень простой вывод: если все запущено настолько, что без психоанализа не разобраться, никакие слова уже не помогут. Нужны какие-то другие аргументы, чтобы от России отстали и позволили нам жить по своему укладу.


ОТВЕТНЫЕ ДЕЙСТВИЯ


В Москве, конечно же, отдают отчет, что саммит НАТО в Варшаве можно считать историческим не только потому, что это последний североатлантический большой сбор с участием Барака Обамы в качестве президента США. Все намного серьезнее.


Вроде бы какое нам дело до того, что Обама по факту «хромая утка» и уже ничего не решает?.. Но, с другой стороны, отношение с Западом насколько накалено, что срочная перезагрузка требуется немедленно, а разговаривать не с кем. Ни Ангела Меркель, ни Франсуа Олланд, ни тем более Дэвид Кэмерон, устроивший на свою голову брекзит, ничего не решают. Все руководство трещащего по швам Евросоюза тоже пребывает в прострации, ничего не определяет и генсек НАТО Йенс Столтенберг: по большому счету это говорящая голова, очень активная, но абсолютно не самостоятельная. А силы и боевые средства по обе стороны рубежа противостояния тем временем продолжают накапливаться, стремительно приближаясь к критической массе. Но регулировать этот потенциально взрывоопасный процесс некому. Даже трудно представить, кто бы мог сегодня от имени Запада  сесть за стол переговоров с Владимиром Путиным.


В ситуации, когда ситуация развивается по инерции, запущенной из Вашингтона, а у европейских партнеров органы чувств и где-то даже мозг по техническим причинам временно отключены, Москве ничего не остается, как применять на международном уровне «азбуку глухих», то есть обозначать свое отношение к происходящему недвусмысленными действиями.


Например, на последней коллегии Министерства обороны, где обсуждался план развития  Западного военного округа (ЗВО) в контексте обстановки на границах с НАТО, было четко сказано: все, что сегодня происходит у наших западных рубежей, Москва считает дестабилизирующим фактором, на который невозможно не реагировать соответствующим образом, и уже принимает ответные меры стратегического сдерживания. Как заявил глава российского военного ведомства Сергей Шойгу, в этом году ЗВО получит свыше 10 тыс. контрактников и более 2 тыс. единиц новой модернизированной боевой техники. А буквально на днях промышленность передала в войска еще один комплект ракетного комплекса «Искандер-М», оснащенного крылатыми и баллистическими ракетами.


Напомним, что дальность действия таких ракет – 500 км, причем существующими средствами ПВО они, как говорится, не ловятся. При этом не исключено (будет видно по результатам саммита альянса в Варшаве), что «Искандеры» могут появиться и в Калининградской области, откуда до европейских столиц рукой подать. И если учесть, что у нас на западном направлении уже созданы одна танковая и две общевойсковые армии в разной степени готовности, руководству Европы есть над чем задуматься. Может, теперь и без «интеллектуальной поддержки» из США в ЕС поймут: голыми руками Россию не взять, а ответ в любом случае будет испепеляющим.


Тем же европейским странам, которые еще колеблются – присоединиться им к НАТО или остаться традиционно нейтральными и не портить отношения с Россией, во время недавнего рабочего визита в Финляндию Владимир Путин адресовал специальный месседж. Финскому президенту Саули Ниинисте как на духу было сказано: сегодня российские войска отведены с российско-финской границы на расстояние 1500 км, но если Суоми все-таки присоединится к НАТО, это расстояние будет сокращено. Как говорится, ничего личного: поступаем исключительно по соображению национальной безопасности. «Военная инфраструктура НАТО продвигается к нашим границам, – уточнил российский президент. –  Это очевидная угроза, которую никто не хочет замечать. Диалог с нами по этой проблеме никто не хочет вести».


Надо признать, что конструктивного диалога скорее всего и не получится, пока Европа политически несамостоятельна и управляется через НАТО из Вашингтона. Поэтому никто и не надеялся, что варшавский саммит альянса, решение которого было предсказуемо, сможет хоть как-то разрядить обстановку или предложить что-нибудь, кроме холодной войны.

nvo.ng.ru

Сегодня начинается холодная война / / Независимая газета

Еще накануне варшавского саммита руководство НАТО признало, что теперь отношения с Москвой «очень опасные»




Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг – один из «полководцев» холодной войны. Фото со страницы НАТО в Flickr


Генеральный секретарь Североатлантического альянса Йенс Столтенберг  заявил перед саммитом в Варшаве, что НАТО не вожделеет холодной войны с Россией, но на деле все обстоит с точностью до наоборот. Тем более что холодная война, начиная с фултонской речи Уинстона Черчилля, никогда полностью не прекращалась, просто были разные фазы, когда можно было подумать, что мир действительно стал мудрее. Но теперь главам натовских государств, собравшимся в польской столице, ничего не остается, как официально зафиксировать очередной пик военно-политического противостояния, к возникновению которого они приложили немало усилий. Что же это как не холодная война в активной фазе?


Вряд ли такое откровение прозвучит на открытом заседании. Но за плотно прикрытыми дверями, когда стесняться некого, все, конечно же, будет названо своим именем. Хотя к чему слова, если и так известно: натовские батальоны уже у наших границ, позиционные районы американской ПРО – в Польше и Румынии (осталось только загрузить в пусковые контейнеры вместо противоракет крылатые ракеты), а риторика будто списана с эпохи маккартизма. 


Что еще предпримут наши западные партнеры, рано или поздно тоже выяснится. Впрочем, и очевидного достаточно, чтобы наконец-то отбросить иллюзии: сегодня Россия и страны, собравшиеся под флагом НАТО, находятся в состоянии войны, к счастью, пока что холодной. И перспектива напрямую зависит от конкретного военно-политического решения, которое будет принято на саммите альянса в Варшаве: как скоро дело дойдет до вооруженного противостояния? Судя по всему, ничего хорошего ожидать нам не приходится. Что и подтвердил в интервью Washington Post замгенсекретаря альянса Александр Вершбоу: «Все больше складывается ощущение, что мы вступаем в долгосрочное стратегическое соперничество с Россией». При этом надо понимать, что ощущение на таком представительском уровне – это практически констатация факта.


ЗА ЧТО НАС ТАК НЕ ЛЮБЯТ?


Пока существовал СССР, все было понятно: противостояние двух систем. Но дело в том, что не только нынешнюю, но и царскую Россию Запад никогда не жаловал, хотя именно русское оружие неоднократно спасало Европу – сначала от Наполеона, потом в сражениях Первой мировой и наконец в 1945 году. Это сегодня осмелевшая под крылом у США Польша почем зря швыряет в нас грязью, а что было бы с поляками, если бы победил Гитлер? Или что было бы с гордой Францией, которую немцы во время оккупации рассматривали в качестве то ли винной лавки, то ли большого борделя? Не факт, что и англичане смогли бы отсидеться у себя на острове, если бы Москва не устояла.


А что такого неприятного мы сделали, например, Америке, которая на сегодняшний день возглавляет мировую русофобию? Это раньше коммунизм, как считалось, бодро шагал по планете. Но сегодня от красной угрозы, которая подтолкнула Гарри Трумэна к демонстративному ядерному бомбометанию по Японии, остался один Геннадий Зюганов – лидер вполне домашней партии, даже близко не имеющей допуска к атомной кнопке.


Более того, в отличие от американцев, русские никогда и ни в каком виде не претендовали на мировую исключительность и уже давно никого не заставляют жить по законам марксизма-ленинизма. Но и американский образ жизни примерять на себя больше не хотят, так, может, в этом и есть причина русофобии? Попробовали в 90-е – как-то не прижился… Даже к американскому империализму (в смысле, к строительству звездно-полосатой империи) в Москве старались относиться спокойно, правда, ровно до того момента, как американцы со своими военными базами буквально не уселись нам на голову.


…Должна же оставаться хоть какая-то геополитическая санитарная зона  хотя бы из чувства самосохранения, потому что Россия все-таки мощная ядерная держава. Но, похоже, в головах у американского руководства существует нечто посильнее здравого смысла. И когда оно активируется, на свет появляется что-то наподобие письма группы сотрудников Госдепа Бараку Обаме с предложением «ударить по русским в Сирии».


Считается, что за этим посланием стоит кандидат в президенты Хиллари Клинтон, которая в силу гендерной принадлежности имеет весьма легковесное представление о войне вообще и о ядерной войне с Россией в частности, вся вина которой перед мадам Клинтон и американским истеблишментом состоит, по всей видимости, в том, что Россия не хочет превращаться в политическую колонию США. Даже Европа, в прошлом колыбель цивилизации, примирилась с подчиненной ролью в тандеме с американцами, а Россия (страна рабов, страна господ), только представьте, кочевряжится. Русский дух, видите ли…


В общем, Америке русская позиция категорически не нравится. «Основой любой стратегии в Европе, – заявил Foreign Affairs экс-главнокомандующий силами НАТО в Европе Филип Бридлав, – должно стать осознание того, что Россия представляет собой непреходящую экзистенциальную угрозу для Соединенных Штатов, их союзников и международного порядка». И привел, на его взгляд, убийственный довод: «Россия намерена вновь стать мировой державой – свои амбиции она продемонстрировала, в частности, имитацией атаки военных самолетов на эсминец США в Балтийском море и возобновлением полетов стратегических бомбардировщиков вдоль береговой линии США». Но тут возникает закономерный вопрос, и даже не один: почему американцам можно заходить в наши внутренние моря, а нам нельзя? почему им можно летать у наших границ, а нам у их нельзя? почему США можно быть мировой державой, а России нельзя? и почему это параметры мирового порядка определяет одна страна?


Поскольку по первой специальности Филип Бридлав строитель, он мог и не знать, что экзистенциализм – это нечто, лежащее за пределами разума. И в истории Европы уже был один деятель в погонах, правда, ефрейторских, параноидальные фобии которого обошлись Старому Свету очень дорого. При этом он тоже слыл откровенным русофобом, как и нынешнее заокеанское руководство НАТО. Что поделать, к сожалению, Бридлав там у себя не одинок…


Отсюда следует очень простой вывод: если все запущено настолько, что без психоанализа не разобраться, никакие слова уже не помогут. Нужны какие-то другие аргументы, чтобы от России отстали и позволили нам жить по своему укладу.


ОТВЕТНЫЕ ДЕЙСТВИЯ


В Москве, конечно же, отдают отчет, что саммит НАТО в Варшаве можно считать историческим не только потому, что это последний североатлантический большой сбор с участием Барака Обамы в качестве президента США. Все намного серьезнее.


Вроде бы какое нам дело до того, что Обама по факту «хромая утка» и уже ничего не решает?.. Но, с другой стороны, отношение с Западом насколько накалено, что срочная перезагрузка требуется немедленно, а разговаривать не с кем. Ни Ангела Меркель, ни Франсуа Олланд, ни тем более Дэвид Кэмерон, устроивший на свою голову брекзит, ничего не решают. Все руководство трещащего по швам Евросоюза тоже пребывает в прострации, ничего не определяет и генсек НАТО Йенс Столтенберг: по большому счету это говорящая голова, очень активная, но абсолютно не самостоятельная. А силы и боевые средства по обе стороны рубежа противостояния тем временем продолжают накапливаться, стремительно приближаясь к критической массе. Но регулировать этот потенциально взрывоопасный процесс некому. Даже трудно представить, кто бы мог сегодня от имени Запада  сесть за стол переговоров с Владимиром Путиным.


В ситуации, когда ситуация развивается по инерции, запущенной из Вашингтона, а у европейских партнеров органы чувств и где-то даже мозг по техническим причинам временно отключены, Москве ничего не остается, как применять на международном уровне «азбуку глухих», то есть обозначать свое отношение к происходящему недвусмысленными действиями.


Например, на последней коллегии Министерства обороны, где обсуждался план развития  Западного военного округа (ЗВО) в контексте обстановки на границах с НАТО, было четко сказано: все, что сегодня происходит у наших западных рубежей, Москва считает дестабилизирующим фактором, на который невозможно не реагировать соответствующим образом, и уже принимает ответные меры стратегического сдерживания. Как заявил глава российского военного ведомства Сергей Шойгу, в этом году ЗВО получит свыше 10 тыс. контрактников и более 2 тыс. единиц новой модернизированной боевой техники. А буквально на днях промышленность передала в войска еще один комплект ракетного комплекса «Искандер-М», оснащенного крылатыми и баллистическими ракетами.


Напомним, что дальность действия таких ракет – 500 км, причем существующими средствами ПВО они, как говорится, не ловятся. При этом не исключено (будет видно по результатам саммита альянса в Варшаве), что «Искандеры» могут появиться и в Калининградской области, откуда до европейских столиц рукой подать. И если учесть, что у нас на западном направлении уже созданы одна танковая и две общевойсковые армии в разной степени готовности, руководству Европы есть над чем задуматься. Может, теперь и без «интеллектуальной поддержки» из США в ЕС поймут: голыми руками Россию не взять, а ответ в любом случае будет испепеляющим.


Тем же европейским странам, которые еще колеблются – присоединиться им к НАТО или остаться традиционно нейтральными и не портить отношения с Россией, во время недавнего рабочего визита в Финляндию Владимир Путин адресовал специальный месседж. Финскому президенту Саули Ниинисте как на духу было сказано: сегодня российские войска отведены с российско-финской границы на расстояние 1500 км, но если Суоми все-таки присоединится к НАТО, это расстояние будет сокращено. Как говорится, ничего личного: поступаем исключительно по соображению национальной безопасности. «Военная инфраструктура НАТО продвигается к нашим границам, – уточнил российский президент. –  Это очевидная угроза, которую никто не хочет замечать. Диалог с нами по этой проблеме никто не хочет вести».


Надо признать, что конструктивного диалога скорее всего и не получится, пока Европа политически несамостоятельна и управляется через НАТО из Вашингтона. Поэтому никто и не надеялся, что варшавский саммит альянса, решение которого было предсказуемо, сможет хоть как-то разрядить обстановку или предложить что-нибудь, кроме холодной войны.

nvo.ng.ru

Холодная война тогда, холодная война сейчас » Военное обозрение

Похоже, что антироссийская/антисоветская предвзятость американских СМИ не знает границ. Казалось бы, у них должно быть достаточно самосознания и журналистской принципиальности, чтобы подумать о своей репутации. Но ложь продолжает литься непрерывным потоком, она накапливается, и горы этой лжи становятся все выше.

Одним из последних примеров такого рода стала рецензия на новую биографию Михаила Горбачева в New York Times Book Review (10 сентября). Там говорится, что Горбачев не был героем для своего собственного народа, потому что он разрушил его империю. Пользуясь таким приемом, New York Times Book Review не говорит ничего положительного о жизни в Советском Союзе и о социализме. Это издание хочет убедить читателя, что российский народ расстроился из-за потери таких стран как Чехословакия, Венгрия, а вовсе не из-за снижения жизненного уровня в годы горбачевской перестройки, которая повлияла на все: на квартирную плату, на занятость, на отпуска, на здравоохранение, образование и многие другие аспекты советского социально ориентированного государства.

Эта рецензия сопровождается цитатой из обзора горбачевских мемуаров, который появился на страницах New York Times Book Review в 1996 году. Цитата гласит: «Люди на Западе озадачены тем, что Михаила Горбачева презирает, ненавидит, и высмеивает его собственный народ. Этот человек отвел мир от края ядерной пропасти, освободил своих соотечественников от удушающего страха, покончил с кровавой военной авантюрой и дал свободу Восточной Европе. Однако в России его отвергли, причем отвергли жестоко и окончательно. В июне он попытался вернуться на политическую сцену, но набрал менее 1% голосов избирателей».

Таким образом, непопулярность Горбачева среди его собственного народа занесли в категорию загадок, забыв о том, что она стала следствием глубочайших социальных изменений.

Здесь следует отметить, что USA Today писала в 1999 году: «Когда пала Берлинская стена (1989 год), Восточная Германия вообразила свободную жизнь, где царствует изобилие потребительских товаров, где нет трудностей и лишений. Прошло 10 лет, и 51 процент восточных немцев заявляют о том, что они были более счастливы при коммунизме». Если бы опрос на эту тему провели раньше, таких людей наверняка было бы больше 51 процента, потому что за прошедшие 10 лет многие из тех, кто с теплотой вспоминал жизнь в Восточной Германии, уже умерли.

Прошло еще 10 лет, и Washington Post в 2009 году сообщила: «Жители Западного Берлина говорят, что им надоела привычка восточных соседей с ностальгией говорить о временах коммунизма». Именно после объединения Германии на свет появилась новая русская и восточноевропейская пословица: «Все, что говорили коммунисты о коммунизме, оказалось ложью; но все, что они говорили о капитализме, оказалось правдой».

В новой рецензии New York Times Book Review Владимира Путина дважды называют авторитарным лидером, как это регулярно делает большая часть западных СМИ. В последние годы я встречал большое количество таких характеристик, но ни в одной из них я не нашел примеров, подтверждающих такую авторитарную политику. Хотя примеры такого рода определенно существуют, причем не только в отношении Путина, но и в отношении мужчины по фамилии Трамп, женщины по фамилии Мэй, а также в отношении любого другого главы государства в мире. Но если бы существовали реальные доказательства путинского авторитаризма, западные СМИ непременно привели бы их в своих нападках на российского президента. Почему же они этого не делают?

Далее в рецензии Путина называют «бывшим подполковником КГБ с холодным взором». Остается удивляться, почему New York Times Book Review ни разу не назвала президента Джорджа Буша-старшего бывшим директором ЦРУ с холодным взором.

Как и в годы первой холодной войны, одна из основных проблем заключается в том, что американцам трудно поверить в благожелательность русских. В связи с этим хотелось бы вспомнить то, что было написано об одном из самых выдающихся американских дипломатов Джордже Кеннане:

Проезжая зимой 1933 года по Польше вместе с первой дипломатической миссией США, направлявшейся в Советский Союз, молодой американский дипломат по имени Джордж Кеннан с изумлением услышал рассказ сопровождавшего их советского министра иностранных дел Максима Литвинова о том, как он рос в находящейся неподалеку деревне, о прочитанных им книгах, о том, как в детстве он мечтал стать библиотекарем.

«Внезапно мы поняли, по крайней мере, я понял, что люди, с которыми мы имеем дело, — такие же человеческие существа, как и мы сами, — написал Кеннан. — Что они где-то родились, что у них в детстве, как и у нас, были мечты и устремления. На какой-то короткий момент мне показалось, что мы можем пробить стену недоверия и обнять этих людей».

Однако этого не произошло до сих пор.

В связи с воспоминаниями Кеннана на ум приходит высказывание Джорджа Оруэлла: «Мы дошли до того, что первым долгом умных людей стало подтверждение очевидного».



Уильям Блум — автор книги «Убийство надежды: интервенции американских военных и ЦРУ после Второй мировой войны» (Killing Hope: U.S. Military and CIA Interventions Since World War II). Его новая книга называется «Самый смертоносный экспорт Америки: демократия» (America’s Deadliest Export: Democracy).

topwar.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о