Рамушевский коридор Википедия

Демянская наступательная операция — операция войск Северо-Западного фронта Красной Армии в районе посёлка Демянск (в настоящее время Новгородской области[K 1]) между озёрами Ильмень и Селигер. В январе — феврале 1942 года советские войска перешли в наступление и окружили основные силы 2-го армейского корпуса 16-й немецкой армии группы армий «Север» (так называемый «демянский котёл»).

В апреле 1942 года окружение было прорвано, немецкие войска удержали Демянск.

Предыстория

Идея локального контрнаступления Северо-Западного фронта под Демянском возникла ещё в сентябре 1941 года. План операции был утверждён директивой Ставки Верховного Главнокомандования № 002265 и предусматривал нанесение поражения двум немецким пехотным дивизиям — 30-й и 32-й. Начало наступления было назначено на 24 сентября. До начала операции «Тайфун» Северо-Западный фронт успел перейти в наступление, столкнуться с первыми трудностями[1]. Однако из-за начала Московской битвы некоторые соединения, входившие в Северо-Западный фронт, были переброшены на другие участки фронта.

После того как в декабре 1941 года наступление немецких войск на Москву было остановлено, в Ставке был разработан план Торопецко-Холмской операции, целью которой было окружение части 16-й армии вермахта (под командованием генерал-полковника Эрнста Буша). Командующий Северо-Западным фронтом генерал-лейтенант П. А. Курочкин принял решение одновременно с проведением Торопецко-Холмской операции нанести удар по немецкой группировке, расположенной в районе Демянска. Согласно плану командования Северо-Западным фронтом, предполагалось перерезать коммуникации между демянской группировкой и железной дорогой Валдай — Старая Русса. Основная роль в предстоящей операции отводилась 34-й армии, а в уничтожении окружённых частей должны были принимать участие также 11-я и 3-я ударная армии

[2]. Ранее командующий группой армий «Север» Вильгельм фон Лееб убеждал А. Гитлера в необходимости отвести 2-й армейский корпус, который составлял костяк демянской группировки, на безопасные позиции на правом берегу Ловати. Однако Гитлер не согласился с фон Леебом, в результате чего фон Лееб в январе подал в отставку[3]. Его сменил Георг фон Кюхлер.

Операция началась практически одновременно (всего на день раньше) с Торопецко-Холмской операцией и Ржевско-Вяземской операцией — крупномасштабным контрнаступлением войск Западного фронта, целью которого был разгром группы армий «Центр».

Наступление Северо-Западного фронта

Наступление Северо-Западного фронта

Наступление 11-й армии на демянском направлении началось 7 января 1942 года. Первой целью была Старая Русса, однако город был сильно укреплён немцами, и взять его с ходу не удалось. В результате на этом участке продвижение советских войск было остановлено. Одновременно с 11-й армией наступление начало правое крыло 34-й армии. Несколько дней спустя к месту действия прибыли 3-я и 4-я ударные армии, к которым примкнула входившая в состав 34-й армии 241-я стрелковая дивизия под командованием И. Д. Черняховского.

19 января Директивой Ставки Верховного Главнокомандования № 170034 3-я и 4-я ударные армии были переданы Калининскому фронту. Взамен в подчинение Северо-Западного фронта были переведены 1-я ударная армия и 1-й и 2-й гвардейские стрелковые корпуса. Был разработан и утверждён Ставкой новый план действий по окружению немецких войск. В том числе к операции привлекались отдельные соединения Калининского фронта.

29 января советские войска начали с двух сторон силами 1-го гвардейского корпуса и 34-й армии замыкать кольцо. Немецкое командование неоднократно запрашивало разрешение отступить, но А. Гитлер его не давал. В результате 8 февраля образовался «котёл», в котором оказались шесть дивизий, включая моторизированную дивизию СС «Тотенкопф» — всего около 100 000 человек солдат и вспомогательных частей

[4]. Во главе окружённых войск стоял командир 2-го корпуса граф Вальтер фон Брокдорф-Алефельд.

Снабжение окружённых подразделений с середины февраля проходило по воздуху. На территории «котла» находилось два действовавших аэродрома (в самом Демянске 800х50 метров, для 20—30 самолётов, и в деревне Пески 600×30 метров, для 3—10 самолётов). Начиная с 20 февраля в «котёл» ежедневно прибывало по 100—150 самолётов, доставлявших в среднем около 265 тонн грузов в день и до 22 человек подкрепления почти в каждом самолёте[5]. Лётчик Алексей Маресьев, прототип героя «Повести о настоящем человеке», был сбит 4 апреля 1942 года в бою недалеко от Демянска.

Советские войска недостаточно активно противодействовали воздушному мосту. За время существования «котла» (с 19 февраля по 18 мая) немецкая авиация сделала 24 303 вылета, доставив 15 446 тонн (в среднем 273 тонны в сутки) грузов и вывезя 22 903 раненых

[6]. При этом потери составили, по одним данным, 265 транспортных самолётов[7], а по другим — всего 112, часть из которых была сбита в Холме[6].

С целью скорейшего уничтожения окружённой немецкой группировки советское командование в феврале—марте 1942 года провело Демянскую десантную операцию, которая окончилась неудачей и почти полной гибелью десанта.

Прорыв окружения

Из-за возникновения «котла» советскому командованию пришлось изменить стратегический план действий на северо-западном направлении. Необходимость постоянно поддерживать внешнее кольцо окружения сковывала действия Северо-Западного фронта, которому не хватало сил для реализации планов по наступлению в тыл всей Группы армий «Север». К тому же в район действий были переброшены свежие немецкие части, задачей которых было деблокировать группировку.

Прорыв окружения под Демянском
21 марта 1942 года

Снаружи котла была создана ударная группа из трёх дивизий под командованием генерал-лейтенанта Вальтера фон Зейдлиц-Курцбаха. 21 марта 1942 года она начала наступление на внешнее кольцо советского окружения из района юго-западнее Старой Руссы. Одновременно удар был нанесён изнутри «котла». В этих действиях огромную роль сыграла дивизия «Тотенкопф», которая за время операции потеряла большую часть личного состава. Командир дивизии Теодор Эйке в апреле был награждён Рыцарским крестом с Дубовыми листьями. Действия Зейдлиц-Курбаха увенчались успехом: месяц спустя, 21 апреля, был организован «Рамушевский коридор» (от названия деревни Рамушево) шириной 6—8 км, через который можно было поддерживать сообщение с Демянском.

5 мая блокада была окончательно снята. Немецкие войска сохранили за собой Демянский выступ и продолжали удерживать Рамушевский коридор. До конца мая советские войска предпринимали попытки ликвидировать выступ, но командование Рейха перебросило в район боевых действий дополнительные силы, и наступление было отбито.

Последующие действия

После деблокирования Демянской группировки в апреле 1942 г. Северо-Западный фронт провёл 9 наступательных операций с целью вновь окружить противника и 2 оборонительные операции для отражения его наступления.

  1. 3—20 мая 1942
  2. В конце мая — начале июня 1942
  3. 17—24 июля 1942
  4. 10—24 августа 1942
  5. 15—28 сентября 1942
  6. 27 сентября — 5 октября 1942 (оборонительная)
  7. С 26 октября 1942 (дата окончания операции непонятна, оборонительная)
  8. 28 ноября — 5 декабря 1942
  9. 23 декабря 1942 — 13 января 1943
  10. 20—25 января 1943
  11. 15—28 февраля 1943 (противник без существенных потерь вывел свои войска из мешка, потом до 18 марта войска Северо-Западного фронта безуспешно пытались провести очередную Старорусскую операцию).

В целом все эти Демянские наступательные операции де-юре можно считать неудачными: главной цели — вторично окружить противника — они не достигли. Но в общем они принесли ощутимую пользу:

  1. Постоянно оттягивали войска группы армий «Север» и её авиацию (например, осенью 1942 г. на этом участке фронта оборонялись 15 дивизий — 6 в мешке, 3 на северном фасе Рамушевского коридора, 2 на южном фасе, 4 у входа в коридор), что во многом помешало противнику сосредоточить свои усилия на взятии Ленинграда;
  2. Сковывали противника и не позволяли ему перебрасывать войска на юг стратегического фронта, где решалась судьба войны;
  3. За весь 1942 год противник так и не смог провести задуманную им операцию на окружение войск Калининского фронта;
  4. Только с февраля по декабрь 1942 года Демянская группировка потеряла 90 тыс. чел. убитыми. Оборона этого выступа в 1942 году стала для немцев «маленьким Верденом»;
  5. Удачная оборона Демянского района и удовлетворительное снабжение войск во время окружения с помощью транспортной авиации сыграли злую шутку с противником при окружении его войск под Сталинградом: пример Демянска был одним из доводов для отказа от прорыва армии Паулюса из котла.

Демянская наступательная операция (1943)

15—28 февраля 1943 года войска Северо-Западного фронта (уже под командованием С. К. Тимошенко) провели 2-ю Демянскую наступательную операцию. Попытка поймать демянскую группировку в ещё один «котёл» не удалась — немецкие войска успели отойти за Ловать. Тем не менее, 1 марта Демянск был освобождён.

Операция по построению «воздушного моста», с помощью которого организовывалось снабжение окружённых соединений, была повторно проведена в ходе Сталинградской битвы, когда была окружена 6-я армия. Однако в случае со Сталинградом расстояние было в несколько раз больше, а Люфтваффе столкнулось с гораздо большим противодействием

[6]. Руководство обеими операциями осуществлял один и тот же человек — полковник люфтваффе Фриц Морцик[6].

Примечания

Комментарии
Источники
  1. ↑ Исаев, 2005, с. 166.
  2. ↑ Исаев, 2005, с. 170.
  3. ↑ Исаев, 2005, с. 176.
  4. ↑ Манштейн, 2014.
  5. ↑ Шефов, 2002.
  6. 1 2 3 4 Заблоцкий А., Ларинцев Р. Демянск. Сталинградская прелюдия. Проверено 13 июня 2008. Архивировано 14 марта 2012 года.
  7. ↑ Васильченко, 2008, с. 113—123.

Литература

  • «Великая Отечественная война 1941—1945». книга 2. Москва. «Наука». 1998. стр. 224—229.
Мемуары
  • На Северо-Западном фронте / Сост. Ф. Н. Утенков, под ред. П. А. Жилина. — М.: Наука, 1969. — 896 с. Архивировано 24 февраля 2008 года.
  • Беккер К. Военные дневники люфтваффе. Хроника боевых действий германских ВВС во Второй мировой войне 1939—1945 годов / Пер. А. Цыпленковой. —
    М.
    : Центрполиграф, 2005. — 544 с. — (За линией фронта. Мемуары). — ISBN 5-9524-1174-6.
  • Эрих фон Манштейн. Утерянные победы. — М.: Алгоритм, 2014. — 640 с. — (Нюрнберг. Исповедь чудовища). — 2000 экз. — ISBN 978-5-4438-0645-7.
  • Куровски Ф. Demjansk: der Kessel im Eis : 14 Monate Abwehrkampf im Nordabschnitt der Ostfront. — Podzun-Pallas, 2001. — 200 с. — ISBN 3-7909-0718-9.
Исторические исследования

Ссылки

wikiredia.ru

"Рамушевский коридор". Участь свою не выбирали

"Рамушевский коридор"

Действительно, я тогда не знал, что пробуду на Северо-Западном фронте триста дней – почти год! Каждый из этих дней был иным, но всегда – трудным. Нашу дивизию, входившую в состав 11-й армии, много раз отводили в тыл для пополнения. А потом снова бросали на передовую, нередко на прежние места. Это было тяжелым психологическим испытанием: и снова вступать в бой там, откуда едва вернулся живым. Поневоле думалось – а как будет на этот раз?

Чтобы было понятно, где шли бои, следует сказать несколько слов о Северо-Западном фронте. В то время он располагался между Волховским (с севера) и Калининским (с юга) фронтами – от озера Ильмень до озера Селигер, растянувшись более чем на 200 км. Еще зимой сорок первого войска этого фронта окружили в районе Демянска 16-ю немецкую армию в составе семи дивизий. В истории Великой Отечественной войны Советского Союза об этом говорится так: "В ходе боев при окружении вражеских войск были разгромлены три немецкие дивизии. Противник оставил на поле боя до 12 тыс. трупов. Наши войска захватили 185 орудий, 135 минометов, 340 пулеметов, 450 автомашин, 125 вагонов с разными грузами, несколько складов с боеприпасами, снаряжением и продовольствием и другое военное имущество"[10]. Однако фронт не сумел развить успех и уничтожить окруженную армию.

21 апреля 1942 года ценой больших потерь немцам удалось прорвать фронт советских войск и соединиться с окруженной группировкой в районе деревни Рамушево. "Попытки… ликвидировать образованный гитлеровцами так называемый "рамушевский коридор" успеха не принесли"[11].

Через "коридор" длиною около 40 и шириною до 10 километров проходила дорога, соединявшая Старую Руссу с Демянском. Для окруженных немецких войск она была дорогой жизни, и они ее защищали, не считаясь с потерями.

Условия боевых действий в районе "рамушевского коридора" были предельно суровыми. Бесчисленные болота не давали возможности построить ни настоящего окопа, ни прочного блиндажа. Наземные укрытия в виде невысоких двойных стенок из кольев, с набросанной между ними болотной грязью вперемешку со мхом не спасали от обстрела. Шедшие почти непрерывно майские ливни пропитали влагой всю землю даже на возвышенных местах. Почти во всех окопах и блиндажах под полом из кольев все время держалась вода, и ее надо было постоянно вычерпывать. Ночью в блиндаже для освещения чаще всего жгли немецкий телефонный провод. Он очень чадил, и утром бойцы долго откашливались, сплевывая противную черную слизь. Помню, сменивший Саксина начальник штаба, капитан Тириков, бывший учитель из Сибири, переспав ночь в нашем прокопченном блиндаже, основательно "прочистил" легкие и носоглотку, а потом пошутил:

– У меня до войны корова была, так я ей хлев построил – светлый, высокий, чистил его каждый день. А теперь как вернусь после войны, построю такой же блиндаж и скажу ей: поживи-ка милая, как я жил!

В течение всего лета мы ни разу не мылись и завшивели до предела. Изничтожить наших мучителей, находясь на передовой, было невозможно. И только к осени, когда в тылу дивизии построили бани, нам удалось от них избавиться. Однако ненадолго. Во время затяжных боев вши появлялись снова. И приходилось опять в дни передышки тщательно прожаривать одежду.

Осень сменилась зимой с сильными морозами. Но и морозы не сковали местные болота. Зная, что мы располагаемся в лесу, немцы обстреливали сильным минометно-артиллерийским огнем лесные островки, перешейки и настилы, проходившие прямо по болотам. Огонь не был прицельным, но из-за скученности бойцов на более сухих участках причинял большой урон.

Позднее мы научились делать укрытия в два и три наката и чувствовали себя в них более безопасно. И тем не менее, каждый раз, когда над блиндажом или где-то невдалеке друг за другом со зловещим свистом проносились мины или снаряды, сердце тревожно сжималось… При каждом разрыве блиндаж вздрагивал, как живой, с наката и стенок сыпалась земля. Минует ли следующий? Сколько же вынесли за эти нескончаемые девять месяцев почти непрерывных боев солдатские сердца: ведь многие дни и ночи обстрел не прекращался…

С мая по июнь 1942 года войска Северо-Западного фронта трижды переходили в наступление с целью разгрома демянской группировки врага. Первая операция была проведена с 3 по 20 мая. Замысел ее состоял в том, чтобы силами 11-й и 1-й ударной армий нанести по "рамушевскому коридору" встречные удары с юга и севера, полностью перекрыть его и затем разгромить группировку противника.

"С поставленной задачей советские войска не справились,- напишут позднее военные историки. – Не увенчались успехом и последующие попытки Северо-Западного фронта ликвидировать демянский плацдарм противника. Это объяснялось прежде всего тем, что наступление организовывалось плохо. Командование фронта действовало нерешительно, управление войсками было слабым. Удары наносились не одновременно и на узких участках фронта, весь же остальной фронт оставался пассивным. Неоднократно повторяющиеся удары следовали из одного и того же района, что значительно облегчало борьбу противника против советских войск"[12].

Сколько же крови и напрасно погубленных жизней стоит за этими немногими сухими словами!

3 мая 1942 года 55-я дивизия вместе с другими частями фронта была брошена в бой с задачей перерезать дорогу Старая Русса – Демянск, в районе деревень Васильевщина – Бяково. Командование фронта не посчиталось с тем, что дивизия была не подготовлена к наступлению.

При формировании 55-й дивизии в январе – марте 1942 года никакого вооружения в полках не имелось. "Обучение шло на изготовленных самими военнослужащими деревянных макетах винтовок, автоматов, артиллерийских орудий и минометов. Практического навыка в обращении с оружием не было,- вспоминает бывший начальник штаба 107-го полка ветеран дивизии Николай Степанович Локтионов.- Винтовки, автоматы и орудия стали поступать, когда, высадившись 14-17 апреля на станции Крестцы, дивизия в течение полумесяца подходила к линии фронта. Весенняя распутица, проливные дожди, дороги с непролазной топкой грязью не позволили вести обучение на ходу. Надо было строить гати, тащить на руках снаряды, вытаскивать постоянно застревающие в топких местах орудия. Многие дни питались впроголодь – подвоз продуктов постоянно задерживался".

1 и 2 мая части дивизии подходили к линии фронта. В ее составе были три укомплектованных по штатам военного времени стрелковых полка – 107-й, 111-й и 228-й, а также артиллерийский 84-й полк, который еще не был полностью обеспечен артиллерийским вооружением.

В ночь со 2-го на 3 мая дивизия сменила 74-ю бригаду морской пехоты и уже утром была брошена в наступление.

К большому сожалению, первоначальный успех не oбыл своевременно закреплен. За несколько дней тяжелейших кровопролитных боев дивизия понесла огромные потери и оказалась на исходных позициях.

В памяти Николая Степановича Локтионова сохранились некоторые подробности этих трагических дней:

"107-й стрелковый полк должен был прорвать оборону противника и овладеть участком дороги Бяково – Васильевщина,- вспоминает он.- Наступление началось утром. Никаких средств усиления полку не было дано. Поддерживала его лишь артиллерия 84-го АП. Противник имел хорошо оборудованную систему дотов и дзотов, соединенных траншеями. Болото и заливные луга перед ними были заминированы в глубину до километра. За ними шли проволочные заграждения в три ряда. Укрепленные пункты в деревнях Бяково и Васильевщина были насыщены до предела пулеметами, пушками, особенно минометами. Противник имел и сильные резервы, которыми мог маневрировать по дороге Старая Русса – Демянск. У него имелись танковые части и авиация.

После артиллерийской подготовки подразделения 107-го полка, имея справа 228-й полк, атаковали противника. Было уничтожено много огневых точек на переднем крае вражеской обороны. Успешно продвигаясь вперед, подразделения 107-го полка перерезали дорогу на небольшом участке. Был получен приказ – продолжать наступление в направлении на Бяково. Противник упорно оборонялся. 228-й полк, наступавший справа, нужного успеха не имел. И тут противник перешел в контратаку.

В небе появилась бомбардировочная авиация. Находясь под бомбовыми ударами, подразделения полка все же продолжали вести бой. После окончания бомбежки противник, подтянув резервы – пехоту и танковые подразделения, снова пошел в контратаку, открыв сильный артиллерийский и минометный огонь. У нас не было ни одного истребителя, ни одного танка, а фланги в месте прорыва обороны противника не были должным образом прикрыты.

Для развития успеха наступления командир дивизии генерал-майор Шевчук направил в 107-й полк батальон 111-го полка, но в создавшихся условиях реальной помощи в развитии имевшегося успеха этот резерв оказать не мог. Сказались и большие потери личного состава полка. В бою были убиты два командира батальона, начальник штаба батальона, не говоря о больших потерях личного состава. Остатки полка оказывали упорное сопротивление. Шел бой и на флангах прорыва. Сил становилось все меньше. Многие легли героями на поле боя. Много раненых направлено в санчасть полка. Силы были неравны. Наши подразделения вынуждены были начать отход. Был получен приказ – не допустить противника за его. прежнюю линию обороны. Этот приказ был выполнен. На этом закончился первый день боя.

Следующие два дня части дивизии переходили в наступление, но успеха не имели. 5 мая командир полка Мамин вызвал меня и поставил задачу – силами остатка взвода пешей разведки и пятнадцати автоматчиков сменить на переднем крае всех находившихся там солдат и офицеров и отправить их в тыл полка. Это было сделано, чтобы более точно установить, сколько бойцов осталось от личного состава части. Всех сняли с обороны и у походных кухонь разобрались с теми немногими, кто остался в живых. Утром 6 мая они возвратились обратно и сменили нас. Дальше начались боевые будни. Нам приходилось то безуспешно наступать, то отражать атаки наступавшего противника. Когда в начале июня подошла Сибирская бригада, то ей хватило лишь одного стрелкового взвода, чтобы сменить личный состав полка на участке его обороны…"

Врач санбата 55-й дивизии Георгий Артемович Газалов, вспоминая на одной из послевоенных встреч трагические дни в начале мая 1942 года, рассказывал: "Раненых было столько, что у меня, принимавшего их и делавшего первую обработку, к вечеру перестала разгибаться спина, руки покрылись коркой из высохшей крови, а пальцы с трудом сгибались. В ночь на 9 мая случился заморозок, выпал снег. Многие раненые, лежавшие прямо под открытым небом, к утру окоченели"…

Серафима Порфирьевна Рыжкова, в то время сестра медсанбата, многократно сопровождала раненых при отправке в эвакогоспиталь. "Мне поручали колонну машин, заполненных ранеными,- вспоминает она.- Почти сто километров дождливого и холодного весеннего бездорожья, ухабов, тряских настилов и гатей становились дорогой смерти для части раненых – я не успевала оказывать им помощь. В немногих деревнях, через которые проезжали, нас уже ждали жители, пытаясь помочь, чем могли,- приносили еду, кормили раненых, выносили из машин скончавшихся. Помню, во время остановки в пути я увидела, что один из раненых вылез из кузова машины. Перед началом движения пошла проверить, вернулся ли он. Смотрю – молодой боец оперся на радиатор спиной, хотел, видимо, погреться, да так, стоя, и умер. Молчит и смотрит на меня остекленевшими глазами… Когда такое видишь в восемнадцать лет – это запоминается на всю жизнь!"

Еще тяжелее была обстановка в медсанротах, обслуживавших стрелковые полки.

"Наш 228-й стрелковый полк вступил в бой утром 5 мая,- рассказывает начальник аптеки санроты Галина Сергеевна Федько, тогда девятнадцатилетняя хрупкая девушка.- Погода сырая, неприятная, накануне шел дождь со снегом. А в медсанбате даже палатки не было. Вместо нее соорудили навес из сосновых и еловых веток, под ним – такой же настил. Мне было поручено встречать раненых и по указанию врача делать уколы морфия и противостолбнячной сыворотки. Необъяснимая нервная дрожь от предчувствия предстоящего терзала нас всех уже с утра. Часам к двенадцати начали поступать раненые. Среди первых привезли девятнадцатилетнего Васю Шепилова, командира санитарного взвода 2-го батальона, по виду совсем еще мальчика. При взрыве мины рядом с ним был командир санроты А.В.Нинбург, но остался жив. Мы решили похоронить Васю тут же, на опушке леса. Яма, которую стали копать, сразу заполнялась водой. Вот уже прошло столько лет, а я как наяву вижу скорченное тело Васи, полузалитое болотной жижей.

Всю ночь и весь следующий день поступали раненые, их везли на повозках, а кто мог, приходил сам. За все годы войны я не могу припомнить дней, подобных этим первым дням мая 1942 года. Медики буквально валились с ног, меня тошнило от стоявшего повсюду в воздухе запаха свежей крови, я не могла есть и не ложилась спать все эти дни… За первые три дня через медсанроту прошло 850 раненых. Это только те, кто был зарегистрирован".

Такие же жестокие потери понесли и остальные два стрелковых полка, вступившие в бой за Васильевщину двумя днями раньше. Деревня несколько раз переходила из рук в руки и все же осталась у фашистов. Артиллерийскому полку тоже пришлось очень трудно. Не случайно командир дивизиона, в который я попал, был так рад пополнению.

Пишу и думаю – а надо ли ворошить трагическое прошлое и рассказывать о неудачном наступлении? Ведь виновные наказаны. Позднее за неподготовленность дивизии к наступлению и неумелое руководство боем ее командира отдали под суд военного трибунала. А командиром дивизии стал Герой Советского Союза полковник Заиюльев Николай Николаевич.

Но каково бы ни было наказание, оно уже не вернет к жизни бессмысленно погубленных солдат и офицеров. Безответственность на войне страшна, ей нет прощения!

Не случайно бойцы и командиры Северо-Западного фронта зачитывали до дыр номера газеты "Правда" с пьесой А. Корнейчука "Фронт". Содержание этой пьесы во многом напоминало ситуацию, сложившуюся в районе "рамушевского коридора": бойцы и командиры рот и батальонов, несмотря на жестокое сопротивление вражеских войск, выполняли свою задачу, а потом успех, добытый ценою больших человеческих жертв, сводился к нулю из-за плохой подготовки наступления и просчетов командования во время сражения.

Первый бой дивизии не был исключением.

Неорганизованность наступления, бессмысленность жертв сказались на боевом духе солдат. У более слабых появилось чувство безысходности, неизбежной гибели. "На третий день наступления, – рассказывает Газалов, – среди раненых появились "самострельщики". Их легко обнаруживали по пороховым пятнам на ране. Таких не обрабатывали и отправляли в штаб дивизии, а оттуда – в военный трибунал. Одного солдата я особенно запомнил. Сначала посчитал, что он обычный раненый – парню оторвало кисть руки. Перевязал его. Вдруг приходят из полка и спрашивают, не попадал ли к нам красноармеец с оторванной рукой. Оказывается, кто-то видел, как боец, спрятавшись за дерево, выдернул кольцо в гранате и занес руку с ней за ствол. Я хотел промолчать, было жалко парня – ведь расстреляют. Но получилось так, что боец сам себя выдал. Когда проходили мимо, он окликнул меня и помахал культей – спасибо, доктор!"

Воспользовавшись нашими неудачами, гитлеровцы забросали передовую листовками. На них был изображен красноармеец, повисший на заграждении из колючей проволоки и надпись: "Вы все погибнете в этих ужасных болотах! Перестреляйте комиссаров и командиров, которые гонят вас в бой, и сдавайтесь в плен!"

К концу мая 1942 года наша дивизия наконец отбила деревню Большие Дубовицы и вышла на болото Сучан. Уверен, что каждый, кто служил в 55-й дивизии в те дни, запомнил это проклятое болото. Оно растянулось на два десятка километров и было почти непроходимым как летом, так и зимой. За болотом начинался лес, по его передней кромке проходила вражеская передовая. Наша передовая проходила по болоту. Среди болота попадались лесные островки и перешейки, но их было совсем немного. Мне запомнились их условные названия: Роща-Круглая, Огурец, Лапоть и другие. Одни находились на нашей территории, другие были у врага, иные же делились пополам. Между островками и к передовой прокладывались настилы из жердей, веток, а то и целых бревен. Болото было заминировано как с нашей, так и с немецкой стороны.

Все лето и осень 1942 года три стрелковых и артиллерийский полки дивизии вели на Сучане ожесточенные наступательно-оборонительные бои. Нашей дивизии противостояла отборная фашистская дивизия "Мертвая голова". Навстречу нам рвались части 1-й ударной армии Северо-Западного фронта – мы уже слышали впереди далекую канонаду.

Болото стало союзником противника, затрудняя бойцам подступы к вражеской передовой. Она начиналась установленными на болоте минными и проволочными заграждениями, а затем переходила в мощную оборонительную систему из дзотов и траншей в глубине леса. Свои огневые точки гитлеровцы маскировали землей, мхом и ветвями деревьев. Разглядеть их в лесной чаще было почти невозможно. Так же невозможно было подобраться к вражескому дзоту даже ночью: на проволочные заграждения гитлеровские солдаты вешали консервные банки, гремевшие при каждой попытке отогнуть или перерезать проволоку. На любой подозрительный звук враги отзывались пулеметными и автоматными очередями, освещая при этом местность ракетами.

В сводках Совинформбюро, публикуемых летом 1942 года в газетах, Северо-Западный фронт по-прежнему почти не упоминался или указывалось: шли бои местного значения. А между тем бои были очень жестокими, с тяжелыми потерями с обеих сторон. Однако с точки зрения высшего командования наш фронт играл вспомогательную роль. В то время фашистские полчища рвались к Сталинграду, продолжали блокировать Ленинград, захватили значительную часть Северного Кавказа. Перед нашей дивизией и другими войсками Северо-Западного фронта была поставлена задача перемалывать живую силу противника, не давая гитлеровскому командованию перебрасывать войска с северо-запада к Ленинграду и на юг.

Несколько раз наша дивизия совместно с приданными и поддерживающими ее частями, а также во взаимодействии с другими дивизиями фронта, пытались перерезать "рамушевский коридор", но безуспешно. Полки дивизии несли серьезные потери, особенно в дни больших наступательных операций. Одна из них проводилась уже в преддверии зимы, когда болото и лес покрылись снегом. Мне запомнился настил, ведущий к передовой, по которому везли раненых. Некоторые из них брели сами. Покрытый с утра снегом, к концу дня настил стал похож на окровавленное полотно почти километровой длины…

Кроме Огурца, Лаптя, Рощи-Круглой и других гиблых мест на Сучанском болоте был еще Остров смерти. Этот небольшой клочок земли находился на немецкой стороне болота и был захвачен группой красноармейцев во главе с младшим командиром Порваткиным в первые дни наступления. Группа Порваткина сумела построить там такую тяжелую оборону, что немцы не могли ее одолеть. Но условия на этом островке были тяжелейшие. Настил, тянувшийся туда по болоту, с обеих сторон был хорошо виден немецким автоматчикам. Подход к Острову смерти был возможен только ночью. Но и тогда немцы обстреливали ею из минометов, используя данные дневной пристрелки.

В Центральном архиве Министерства обороны сохранилось боевое донесение, свидетельствующее о силе вражеского обстрела на Сучане: "В течение дня 10 октября район обороны 1-го батальона 107 СП подвергся сильному артиллерийскому обстрелу, в результате чего весь личный состав батальона вышел из строя, остался один комбат со связным…"[13].

Очевидец этих трагических событий связист 2-го дивизиона нашего полка Петр Иванович Желтов рассказал на встрече в 1990 году некоторые подробности того страшного дня. Утром, когда батальон после залпа "катюши" пошел в наступление, враги открыли ураганный артиллерийско-минометный огонь. Наступавший по болоту батальон залег, но это не спасло людей, лишенных каких-либо укрытий. Не было никакой возможности вынести убитых, оказать помощь раненым, и они погибали от потери крови или очередного близко разорвавшегося снаряда. К тому же один из залпов "катюши" стал роковым для смельчаков, успевших в начале атаки почти вплотную подобраться к траншеям противника. Через два часа от батальона осталось двенадцать человек. Обстрел продолжался, и к концу дня уцелели только комбат, его связной и Желтов. В это время к ним пытались прорваться восемь автоматчиков, присланных I из полка. Добрались только трое. Уцелевшим комбату и бойцам пришлось лежать наполовину в воде. До врагов было не больше двухсот метров. Стоило поднять голову или немного приподняться, как раздавалась автоматная очередь или летели мины. Лишь через трое суток к ним пробрался посыльный с приказом отойти. Тяжелее этих дней, вспоминал Желтов, ни раньше, ни потом у него не было – ведь даже "малую нужду" приходилось справлять тут же. В случае "большой" – вместо унитаза использовали саперную лопатку,- чтобы отбросить его содержимое от себя…

Врагам доставалось не меньше. Об этом говорят строки из письма немецкого солдата, написанного в те дни:

"Милая Герта! Если бы ты увидела, еде мы воюем с Карлом, ты сошла бы с ума! Карлу оторвало руку, и ему, счастливчику, повезло… Нам из России живыми не выбраться"[14]. Письмо оказалось пророческим – солдат даже не успел его отправить.

Пленный обер-ефрейтор 12-й роты 28-го пехотного полка 8-й легкой пехотной немецкой дивизии свидетельствовал:

"Она (русская артиллерия) нас просто засыпает снарядами… Мы не находим спасения. В наших ротах осталось по нескольку человек…"[15].

А вот что говорилось в боевом донесении штаба 55-й дивизии от 29 ноября 1942 года: "28-й пехотный полк 8-й легкой пехотной дивизии перед фронтом наступления 55-й СД оказывал упорное сопротивление. Огнем станковых пулеметов из района дзотов продолжал оборонять прежний рубеж обороны, опираясь на сильные опорные пункты и развитую систему инженерных заграждений. В течение 28 ноября 1942 г. понес потери только убитыми свыше 300 солдат и офицеров"[16].

Если учесть раненых (а их в действительности всегда было в 3-5 раз больше), то от немецкого полка: после этого боя мало что осталось!

Для наблюдения за болотом и засечки целей гитлеровцы использовали двухфюзеляжные самолеты-разведчики, прозванные нами "рамами". Эти самолеты часто висели над нашим расположением, корректируя огонь своих батарей. Мы пытались сбивать их из винтовок, но безуспешно, поскольку "рама" имела хорошую броневую защиту.

Особенности лесисто-болотистой местности осложняли действия не только артиллеристов.

В августе, перед одним из наступлений, дивизию усилили танковой группой. Я был случайным свидетелем того, как наш новый командир дивизии Герой Советского Союза полковник Заиюльев, наставляя танкистов, пообещал:

– Поможете ротам продвинуться на полкилометра – каждого представлю к Золотой Звезде!

К сожалению, из трех танков не вернулся ни один – гитлеровцы подожгли их бутылками с горючей смесью на линии своих первых дзотов.

В дни больших наступлений нас поддерживала авиация. Чаще всего это были "илы" – самолеты-штурмовики, получившие у фашистов название "черная смерть". Но лес и самолетам мешал развернуться на полную мощь.

Большие неприятности приносили врагам "кукурузники" – легкие двукрылые самолеты. Как только наступала ночь, со всех сторон раздавалось их мерное тарахтение, а затем на вражеском переднем крае и за ним ухали мощные разрывы бомб. И снова лес становился помехой: случалось, правда редко, когда "кукурузник", не рассчитав, сбрасывал бомбу на нашу передовую.

Была еще одна причина, из-за которой лето и зима 1942 года были очень трудными для войск, не только на нашем, но и на всех других фронтах. О ней, этой причине, очень хорошо сказал А.В.Горбатов в своей книге "Годы и войны" (тогда он командовал дивизией): "В той обстановке естественно было, чтобы командир дивизии сам выбирал объекты для частных операций, сам определял силы отряда и время для нападения с использованием внезапности. В таких случаях противник имел обычно потери в два, три, а то и в четыре раза больше, чем мы. Другое дело, когда тебе издалека все распишут… с указанием часа атаки, определят силы (к тому же не соответствующие ни задаче, ни твоим возможностям). В этих случаях результат почти всегда бывал один: мы не имели успеха и несли потери в два-три раза большие, чел противник.

Особо непонятными для меня были настойчивые приказы – несмотря на неуспех, наступать повторно, притом из одного и того же исходного положения, в одном и том же направлении несколько дней подряд, наступать, не принимая в расчет, что противник уже усилил этот участок. Много, много раз в таких случаях обливалось мое сердце кровью…"[17].

В течение почти трехсот дней нашего пребывания на Северо-Западном фронте роты и батальоны дивизии бросались командованием в наступление именно так, как пишет А.В.Горбатов. Красной Армии приходилось расплачиваться солдатской кровью за преступления Сталина и Ворошилова, уничтоживших в 1937-1939 годах более 40 тысяч человек высшего командного состава – преданных стране, опытных и высокообразованных командиров полков, дивизий, корпусов и армий.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Демянская наступательная операция (1943) — Википедия

Демянская наступательная операция (1943)
Основной конфликт: Великая Отечественная война

Демянская наступательная операция. Ход боевых действий, февраль 1943 г.
Дата 15 — 28 февраля 1943
Место Демянск, Новгородская область, СССР
Итог локальный успех Красной армии, поэтапный отвод немецких войск обратно в Германию
Противники

СССР

Германия

Командующие

Г. К. Жуков

ru.wikipedia.org

Рамушевский коридор Википедия

Демянская наступательная операция
Основной конфликт: Великая Отечественная война

Снабжение окружённых немецких войск по воздуху
Дата 7 января — 25 мая 1942
Место Демянск, Новгородская область, СССР
Итог Остановка продвижения немецких войск
немецкая оборонительная победа
поэтапный отвод сил вермахта
Противники

Германия

СССР

Командующие

Эрнст Буш
Теодор Эйке
Вальтер фон Зейдлиц-Курцбах

П. А. Курочкин

Силы сторон

100,000 (начальные)
+ 30,000 (запасные войска)

400,000

Потери

90 000

245 000

 Аудио, фото, видео на Викискладе

ru-wiki.ru

Рамушевский коридор - МДРЕГИОН.РУ

 

Здесь из всех щелей и нор автоматы бьют в упор.

Cам не знаю, кем он назван: «Рамушевский коридор».

Ни тропинок, ни дорог, мир взведённый, как курок.

Здесь прострелян каждый камень, каждый куст и бугорок.

Здесь наш быт похож на бред. Здесь с ума нас сводит свет

от прибитых прямо к небу ослепительных ракет.

Смерть в тебя вперяет взор сквозь оптический прибор.

Сколько нам он стоил жизней – Рамушевский коридор…

Михаил Мотусовский

 

Восьмого февраля 1942 года вокруг 16-ой немецкой армии под Демянском замкнулось первое в истории Великой Отечественной войны окружение крупных сил противника. В кольце оказалась большая часть сил 16-й фашистской армии — до семи дивизий, образовался так называемый «Демянский котёл».

Но 21 апреля 1942 года ударная группа из трёх немецких дивизий под командованием генерал-лейтенанта Вальтера фон Зейдлиц-Курцбаха прорвала окружение, пробив узкий коридор шириной 6-8 километров в районе деревни Рамушево. Впоследствии, весь май и начало июня 42-го года, в Рамушевском коридоре шли страшнейшие бои.

 

Потери с обеих сторон были огромные. Фото 1942г.

 

Советские войска стремились захлопнуть прорыв и ликвидировать коридор, а немецкие силы, наоборот, пытались его расширить. Однако те бои не принесли существенного успеха ни для одной из сторон - Рамушевский коридор просуществовал вплоть до 1943-го года.

Именно сюда, в район боёв «Рамушевского коридора», направляется для проведения поисковых работ наша экспедиция. Пятнадцать человек, из них большая часть - студенты и школьники, «вооружённые» металлоискателями, щупами и лопатами за сутки на машинах преодолевают путь длиною в тысячу триста километров. Новгородская область после двух дождливых недель гостеприимно встречает нас утренним ласковым солнышком.

 

 

Работать, где изначально планировали, не получается - земля насквозь пропитана влагой, не всегда помогают даже болотные сапоги. Наши друзья – поисковики из г. Старая Русса предлагают встать лагерем на противоположном берегу реки Ловать, недалеко от урочища Александровка, где есть условия для работы - мы соглашаемся. Переправа, на наполненной людьми и вещами небольшой резиновой лодке через широкую реку, достаточно экзотична, и у новичков вызывает повышенный выброс адреналина. Быстро выставляем палатки, разжигаем костёр и вскоре горячий обед живительным нектаром вливается в наши подсохшие от сухпайков желудки. Пора проводить рекогносцировку местности.

 

 

«9 мая 200-я стрелковая дивизия наступала двумя стрелковыми полками. После короткой артиллерийской подготовки пехота поднялась в атаку, ворвалась в д. Присморжье и подошла к д. Александровке. Гитлеровцы подтянули свежие части, пошли в контратаку и вытеснили наши части от Александровки. Стволы пушек и пулеметов нагревались докрасна» (из боевых донесений).

 

Деревни Александровка на современной карте уже нет, но живы свидетельства событий, происходившие в те военные годы. Фортификационные сооружения: блиндажи, огневые точки, окопы и стрелковые ячейки видны невооружённым глазом.

 

 

Поисковые экспедиции здесь проходили не один раз и не один год, как впрочем, и в большинстве других мест, последнее время в этой местности на «зачистке» работают три отряда из Кирова. Песчаная почва не даёт задерживаться в воде, и в эту дождливую весну это очень важно. Приступаем к работе и мы. В ход идёт «тяжёлая артиллерия» поисковиков – металлоискатели. То тут, то там звучат знакомые по минувшим вахтам возгласы: «осколок», «гильза», «настрел», специалисты работают со щупами, кто-то находит первый фрагмент кости.

 

 

Но по - настоящему удача настигает нас на третий день работы. При обработке очередной песчаной высотки «зацепили» сразу в двух местах многочисленные костные фрагменты. Теперь работы хватает всем. Высотка оказалась не просто большим природным бугром, а одним из фортификационных укрепрайонов. Дальнейшее углубление в землю вскрыло стены блиндажа и ряд ответвлений от него, идущих к следующей линии обороны.

Многочисленные осколки вперемешку с рубленными некрупными фрагментами костных останков свидетельствуют о прямом попадании снаряда в данный укрепрайон, россыпи патронов и стреляных гильз указывают на плотность боя. Останки двух погибших солдат собираем буквально по частям на разных уровнях земного полотна.

 

 

Медальон - негромко сказанное слово мгновенно, с нарастающим звуком, эхом откликается в сердцах и устах поисковиков. Лицо Юры Шашмурина, нашедшего заветный пенал, сияет от радости. С учётом находящихся рядом фрагментов портупеи, возможно, удастся установить личность погибшего офицера. Работу на этой высотке продолжим до конца вахты, останки ещё одного солдата будут нами обретены.

 

5 июня 1942 года. К 8.00 утра Александровка была взята нашими войсками. Немцы вновь обрушили на рубежи 127-й бригады шквальный огонь своей артиллерии и минометов. В 17.00 немцы организовали контрнаступление при поддержке своих танковых частей. В результате ожесточенного боя, длившегося около двух часов, к 19.00 бригада оставила Александровку (из боевых донесений).

 

Каждый раз, работая на местах, обожжённых войной, удивляешься её масштабам. От места, где мы стоим этой вахтой, можно уходить на несколько километров в разные стороны и везде видеть одно и то же: позиции наших войск вплотную соприкасаются с немецкой обороной и наоборот. И везде кровавые следы войны – пробитые, проржавевшие от времени каски, солдатские лопатки, кружки, противогазы, фрагменты обуви, одежды и звенящая от осколков земля. Земля Новгородщины, ставшая последним домом для более 800 тысяч погибших во время Великой Отечественной войны солдат и офицеров РККА, из которых более 350 тысяч до сих пор официально не захоронены - «пропавшие без вести».

 

 

Останки ещё одного солдата обнаруживаем в верхнем слое земли одного из окопов недалеко от места, где работает основная часть нашей группы. Беспорядочность их залегания говорит о том, что когда то здесь были «чёрные копатели». Кости просто выкинули вместе с землёй, к сожалению, в наше время это не редкость.

 


Наша экспедиция медленно, но верно подходит к концу. Заканчивается последний рабочий день, отряд медленно уходит в сторону лагеря. И вновь, отличается Юрка, тот самый, нашедший медальон. Его щуп пробивает метровый слой земли, издавая до боли знакомый костяной звук. Классический раскоп при свете фонариков закончили незадолго до полуночи. С рассветом мы вновь собрались у воронки, ставшей могилой погибшему между 9 мая и 5 июня 1942 года бойцу. Он погиб не в результате взрыва, а был расстрелян после взятия в плен и прихоронен по указанию немцев в ближайшей воронке местными жителями. О его пленении и расстреле говорят связанные сзади руки, а о приказе немцев свидетельствуют архивные данные. А рядом в двух – трёх метрах друг от друга ещё несколько провалов земли – возможно прихоронки других погибших солдат.

 

 

 

Но лимит времени исчерпан полностью. Быстро снимаем лагерь, очередное преодоление водной преграды и в 11. 30 мы на воинском мемориале у деревни Давыдово.

Здесь на братском кладбище предаются земле останки 473 солдат и офицеров, найденных на территории Старорусского района силами сорока поисковых отрядов из самых разных уголков России, Белоруссии и Казахстана в эту весеннюю Вахту памяти.

 

 

У сорока бойцов были обнаружены «смертные медальоны». Из них 19 уже удалось прочитать и установить имена пропавших без вести. В этом списке и найденные нами останки шестерых солдат и отданный на экспертизу медальон. Звучат слова благодарности поисковикам, священник совершает заупокойную службу, троекратный залп над могилой...

 

 

Казалось бы, всё. Но нет... Мы ещё вернёмся сюда, ведь более 349 тысяч солдат и офицеров, погибших в ту далёкую войну, ещё не захоронены.

Руководитель поисковой экспедиции, протоиерей Владимир Неганов


www.mdregion.ru

Как погасла «Полярная звезда»: Симаново

В конце осени 1942 года началось общее советское наступление на всём протяжении советско-германского фронта. Войска Северо-Западного фронта предприняли несколько попыток перерезать «Рамушевский коридор» и наконец-то ликвидировать Демянский плацдарм противника. Очередная Демянская наступательная операция проходила в рамках операции «Полярная звезда». Только вот в феврале 1943 года эта звезда так и не загорелась.

Борьба за «Рамушевский коридор»

В январе 1943 года, на волне эйфории от успехов Сталинграда, операции «Искра» и освобождения Великих Лук, советское командование разработало операцию «Полярная звезда». Войска Северо-Западного, Ленинградского и Волховского фронтов должны были разгромить группу армий «Север», что в итоге привело бы немецкие войска на Восточном фронте к катастрофе, и освободить Ленинградскую область. Эту идею подхватил и представитель Ставки на Волховском фронте маршал Георгий Константинович Жуков. Его вмешательство придало новый импульс войскам Северо-Западного фронта. Именно об их действиях в феврале 1943 года и пойдёт речь.

В случае успеха операции и уничтожения окружённой группировки II армейского корпуса под командованием генерала Пауля Лаукса (16-я армия) немцы разом лишились бы до 13 пехотных дивизий. Сам II армейский корпус можно было считать одним из сильнейших немецких соединений на всём Восточном фронте. Генерал Лаукс, опытный офицер, ранее возглавлял 126-ю пехотную дивизию, участвовавшую во многих важных операциях на северо-западном направлении — от Великих Лук до Ленинграда.

Самым уязвимым участком обороны II корпуса являлся «Рамушевский коридор». Немцы отлично это понимали и старались максимально обеспечить его безопасность. Коридор обороняли дивизии группы Густава Хёне. Ранее он командовал 8-й егерской дивизией. По сути, группа Хёне являлась настоящим армейским корпусом. Северный участок коридора занимали 254-я, 290-я и 58-я пехотные дивизии, а также 8-я егерская дивизия. Южный участок обороняли части 126-й пехотной дивизии, а на её левом фланге находилась 123-я пехотная дивизия, не входившая в группу Хёне.

Общий ход операции, получившей название Демянской наступательной.
planetadorog.ru

На северном участке «Рамушевского коридора» наступали войска 11-й армии. Её возглавлял бывший командующий Северо-Западным фронтом Павел Алексеевич Курочкин. Ударная группировка 11-й армии насчитывала четыре стрелковые дивизии. Из-за того, что наступление готовилось в спешке, не хватало людей. Например, в 370-й стрелковой дивизии генерал-майора Евгения Михайловича Андреева на 14 февраля 1943 года было всего около 300 активных штыков в её трёх стрелковых полках — фактически боевого состава хватало лишь на три батальона. Перед началом наступления дивизию успели усилить, но все равно её состояние было неудовлетворительным. Лучшей укомплектованности добиться не удалось.

Атаковать должны были два полка, в каждом из которых активных бойцов набиралось на батальон. Несмотря на то, что личный состав к бою всё же был подготовлен, малая численность людей не давала особых шансов на крупный успех — даже с учётом того, что дивизию усилили батальоном автоматчиков из 40-й лыжной бригады и лыжниками 163-й стрелковой дивизии. Помимо 370-й, в наступлении должны были участвовать 26-я, 188-я и 254-я стрелковые дивизии.

Советский удар в основном планировался по участку, где оборону занимали части 290-й пехотной дивизии вермахта — 501-й, 502-й и 503-й гренадёрские полки. В случае успеха советские войска вполне могли бы перехватить несколько важных дорог и создать угрозу немецким путям снабжения в «Рамушевском коридоре». Стоит отметить, что к этому времени командование 16-й армии получило сверху разрешение на вывод своих войск с Демянского плацдарма и готовилось приступить к полномасштабной эвакуации.

370-я дивизия наносит удар

Наступление 11-й армии началось 15 февраля 1943 года в 11 часов 30 минут. Наступление не заладилось почти сразу, поэтому имеет смысл остановиться лишь на самых острых моментах. Они связаны, по большей части, с действиями 370-й стрелковой дивизии 11-й армии.

Командующий 11-й армией Павел Алексеевич Курочкин

Основной удар дивизия наносила на деревню Симаново на территории Новгородской области (ныне она не существует). Два стрелковых полка дивизии наступали при поддержке танков: 1232-й стрелковый полк поддерживали пять машин 3-го гвардейского танкового полка, а 1234-й стрелковый полк наступал с танками 239-го танкового полка. В результате этого наступления 1232-й стрелковый полк прорвал оборону противника. Танки ворвались в деревню. Но беда в том, что большая часть десанта в результате прорыва лишилась боеспособности, а единственный атаковавший батальон полка понёс такие потери, что в нём остались только десятки активных штыков. Два танка были подбиты. После немецкого отпора удалось собрать резерв лишь в 70 человек в одной из рот полка, но большинство из них почти мгновенно вышли из строя. Соседний 1234-й стрелковый полк успеха не имел. В ночь на 16 февраля два его танка смогли вернуться из Симаново, а ещё две машины были подбиты и так и остались в деревне.

До штаба Северо-Западного фронта дошла информация, что деревня взята — так ситуацию представил в своем донесении штаб Курочкина. Технически это действительно было так. Штаб фронта на основе этого отправил два донесения. Первое ушло Сталину — там говорилось о взятии Симаново. Второе направилось начальнику Генерального штаба и содержало более точную информацию.

Реальную картину дополняют немецкие документы. Советское наступление 15 февраля не заставило противника серьезно обеспокоиться. В истории 290-й дивизии говорится о мощном неожиданном огне артиллерии, огневых налётах реактивных миномётов, ударах штурмовиков, обрыве проводной связи и выходе из строя оружия и снаряжения. Но немцы не потеряли ни одной важной в тактическом отношении позиции. Правда, из 290-й дивизии передавали о временной потере Симаново: там был окружён штаб батальона, — но по немецкой традиции тотчас были приняты меры, чтобы отбить потерянное. Всего за этот день немцы насчитали от 40 до 60 атаковавших танков. Уже позже советские командиры признавали, что атака танков второго эшелона была сорвана: они ушли в другом направлении, а пехота наступала без них и была расстреляна противником в упор.

Командир II армейского корпуса Пауль Лаукс

Деревня Симаново будет теперь постоянно упоминаться в сводках. Бой за эту деревню стал локальным сражением в миниатюре. На остальных участках успеха 11-я армия не имела. Общие потери армии впечатляли: только за один день 15 февраля они составили более 900 человек убитыми и более 1 300 ранеными.

Роковое Симаново

16 февраля наступление продолжилось. В Симаново ворвался ещё один танковый десант. Как это произошло и произошло ли на самом деле? Командир 370-й дивизии потом докладывал, что собрал все оставшиеся силы. Из двух стрелковых полков дивизии удалось собрать примерно две стрелковые роты. Их бойцы залегли под огнём противника. Тем не менее, штаб армии доложил наверх об очередном прорыве в Симаново. И с этим не поспоришь: танки в Симаново действительно вошли.

Следующий акт борьбы за Симаново разыгрался назавтра. В этот день на смену 370-й дивизии пришли бойцы 28-й гвардейской стрелковой дивизии. Судьба прорвавшихся туда накануне танков была печальной: 17 февраля эта группа была уничтожена. Попытки наступать на других участках также потерпели неудачу. Дальше переднего края бойцам четырёх советских стрелковых дивизий продвинуться не удалось. Военное счастье оказалось не на их стороне.

Фрагмент отчётной карты Северо-Западного фронта, на котором показан участок наступления 11-й армии.
pamyat-naroda.ru

Пока 11-й армии не удавалось добиться даже таких скромных успехов, как действовавшей южнее 53-й армии. Неудачи стоили дорого. День боёв 16 февраля обошёлся почти в 2 000 человек убитых и раненых. Но у советских командиров ещё теплилась надежда на успех. Перегруппировавшаяся 28-я гвардейская стрелковая дивизия была несколько сильнее, чем 370-я: к началу наступления в ней было до 1 000 активных штыков. Но и её попытка овладеть деревней оказалась неудачной. Остатки 370-й дивизии снова попытались взять Симаново, но это было непосильной задачей для такого потрёпанного соединения — пусть даже фронт его наступления командование сократило едва ли не вдвое. Тем не менее, дивизию не планировали выводить из боя.

На следующий день, 18 февраля, советские войска вновь наступали на Симаново. Исход этого боя также был неудачным. Немецкое донесение было лаконично: линия обороны «прочно в наших руках». Выходило, что Курочкин проигрывал своё маленькое сражение. Ослабленные части 11-й армии уже не могли добиться какого-то серьёзного успеха, но советское командование не прекращало дальнейших атак. Потери армии несколько снизились — из-за того, что всё меньше и меньше оставалось активных бойцов в её стрелковых дивизиях. Правда, и немцы исчерпывали свои резервы: все силы, какие можно было собрать для 290-й дивизии, уже пошли в бой.

19 февраля четыре стрелковые дивизии 11-й армии снова пошли в наступление. Успехи были более чем скромны. А немцы тем временем активно отходили на запад.

Немецкая отчётная карта. Показана обстановка на участке II армейского корпуса на 19 февраля 1943 года. Из коллекции NARA

На следующий день, 20 февраля, 11-я армия продолжала наступать. Немцы начали нести чувствительные потери, советская артиллерия расстреливала их огневые точки. Но немецкая линия обороны держалась. К этому времени отход II армейского корпуса длился уже несколько дней, и вскоре противник должен был выйти как раз к тому участку, где развернулись основные бои.

Попытка вести ночные действия оказалась неэффективной, и 11-я армия на некоторое время прекратила наступление. Только 23 февраля она сделала следующий ход, теперь уже бо́льшими силами, в надежде перехватить «Рамушевский коридор».

22 февраля группа Хёне перешла под управление X армейского корпуса, занимавшего оборону у Старой Руссы. Окончательный отход 290-й дивизии западнее участка боёв у Симаново планировался ночью на 25 февраля. Немцы выдвинулись после 9 часов вечера и не встретили на пути особых помех. Уйдя за Ловать, противник взорвал лёд на реке, затруднив преследование. 11-я армия не смогла помешать врагу осуществить свой план.

Каков же был итог этого наступления? Советские войска несли тяжёлые потери. Каждый день боёв стоил 11-й армии минимум 600 с лишним человек убитых и раненых. Иногда количество потерь доходило и до тысячи. Правда, для 290-й пехотной дивизии эти бои тоже не прошли незаметно: с 16 по 28 февраля она потеряла почти 600 человек, из них около 100 пропало без вести. Причин советской неудачи было много. Наверное, самая важная из них заключалась в том, что наступление не было по-настоящему ни обеспечено, ни подготовлено.


Источники:

  1. Документы Северо-Западного фронта, 11-й армии, 370-й стрелковой дивизии (Память Народа).
  2. Документы II армейского корпуса из коллекции NARA.

warspot.ru

Рамушевский коридор Вики

Демянская наступательная операция — операция войск Северо-Западного фронта Красной Армии в районе посёлка Демянск (в настоящее время Новгородской области[K 1]) между озёрами Ильмень и Селигер. В январе — феврале 1942 года советские войска перешли в наступление и окружили основные силы 2-го армейского корпуса 16-й немецкой армии группы армий «Север» (так называемый «демянский котёл»).

В апреле 1942 года окружение было прорвано, немецкие войска удержали Демянск.

Предыстория[ | код]

Идея локального контрнаступления Северо-Западного фронта под Демянском возникла ещё в сентябре 1941 года. План операции был утверждён директивой Ставки Верховного Главнокомандования № 002265 и предусматривал нанесение поражения двум немецким пехотным дивизиям — 30-й и 32-й. Начало наступления было назначено на 24 сентября. До начала операции «Тайфун» Северо-Западный фронт успел перейти в наступление, столкнуться с первыми трудностями[1]. Однако из-за начала Московской битвы некоторые соединения, входившие в Северо-Западный фронт, были переброшены на другие участки фронта.

После того как в декабре 1941 года наступление немецких войск на Москву было остановлено, в Ставке был разработан план Торопецко-Холмской операции, целью которой было окружение части 16-й армии вермахта (под командованием генерал-полковника Эрнста Буша). Командующий Северо-Западным фронтом генерал-лейтенант П. А. Курочкин принял решение одновременно с проведением Торопецко-Холмской операции нанести удар по немецкой группировке, расположенной в районе Демянска. Согласно плану командования Северо-Западным фронтом, предполагалось перерезать коммуникации между демянской группировкой и железной дорогой Валдай — Старая Русса. Основная роль в предстоящей операции отводилась 34-й армии, а в уничтожении окружённых частей должны были принимать участие также 11-я и 3-я ударная армии[2]. Ранее командующий группой армий «Север» Вильгельм фон Лееб убеждал А. Гитлера в необходимости отвести 2-й армейский корпус, который составлял костяк демянской группировки, на безопасные позиции на правом берегу Ловати. Однако Гитлер не согласился с фон Леебом, в результате чего фон Лееб в январе подал в отставку[3]. Его сменил Георг фон Кюхлер.

Операция началась практически одновременно (всего на день раньше) с Торопецко-Холмской операцией и Ржевско-Вяземской операцией — крупномасштабным контрнаступлением войск Западного фронта, целью которого был разгром группы армий «Центр».

Наступление Северо-Западного фронта[ | код]

Наступление Северо-Западного фронта

Наступление 11-й армии на демянском направлении началось 7 января 1942 года. Первой целью была Старая Русса, однако город был сильно укреплён немцами, и взять его с ходу не удалось. В результате на этом участке продвижение советских войск было остановлено. Одновременно с 11-й армией наступление начало правое крыло 34-й армии. Несколько дней спустя к месту действия прибыли 3-я и 4-я ударные армии, к которым примкнула входившая в состав 34-й армии 241-я стрелковая дивизия под командованием И. Д. Черняховского.

19 января Директивой Ставки Верховного Главнокомандования № 170034 3-я и 4-я ударные армии были переданы Калининскому фронту. Взамен в подчинение Северо-Западного фронта были переведены 1-я ударная армия и 1-й и 2-й гвардейские стрелковые корпуса. Был разработан и утверждён Ставкой новый план действий по окружению немецких войск. В том числе к операции привлекались отдельные соединения Калининского фронта.

29 января советские войска начали с двух сторон силами 1-го гвардейского корпуса и 34-й армии замыкать кольцо. Немецкое командование неоднократно запрашивало разрешение отступить, но А. Гитлер его не давал. В результате 8 февраля образовался «котёл», в котором оказались шесть дивизий, включая моторизированную дивизию СС «Тотенкопф» — всего около 100 000 человек солдат и вспомогательных частей[4]. Во главе окружённых войск стоял командир 2-го корпуса граф Вальтер фон Брокдорф-Алефельд.

Снабжение окружённых подразделений с середины февраля проходило по воздуху. На территории «котла» находилось два действовавших аэродрома (в самом Демянске 800х50 метров, для 20—30 самолётов, и в деревне Пески 600×30 метров, для 3—10 самолётов). Начиная с 20 февраля в «котёл» ежедневно прибывало по 100—150 самолётов, доставлявших в среднем около 265 тонн грузов в день и до 22 человек подкрепления почти в каждом самолёте[5]. Лётчик Алексей Маресьев, прототип героя «Повести о настоящем человеке», был сбит 4 апреля 1942 года в бою недалеко от Демянска.

Советские войска недостаточно активно противодействовали воздушному мосту. За время существования «котла» (с 19 февраля по 18 мая) немецкая авиация сделала 24 303 вылета, доставив 15 446 тонн (в среднем 273 тонны в сутки) грузов и вывезя 22 903 раненых[6]. При этом потери составили, по одним данным, 265 транспортных самолётов[7], а по другим — всего 112, часть из которых была сбита в Холме[6].

С целью скорейшего уничтожения окружённой немецкой группировки советское командование в феврале—марте 1942 года провело Демянскую десантную операцию, которая окончилась неудачей и почти полной гибелью десанта.

Прорыв окружения[ | код]

Из-за возникновения «котла» советскому командованию пришлось изменить стратегический план действий на северо-западном направлении. Необходимость постоянно поддерживать внешнее кольцо окружения сковывала действия Северо-Западного фронта, которому не хватало сил для реализации планов по наступлению в тыл всей Группы армий «Север». К тому же в район действий были переброшены свежие немецкие части, задачей которых было деблокировать группировку.

Прорыв окружения под Демянском
21 марта 1942 года

Снаружи котла была создана ударная группа из трёх дивизий под командованием генерал-лейтенанта Вальтера фон Зейдлиц-Курцбаха. 21 марта 1942 года она начала наступление на внешнее кольцо советского окружения из района юго-западнее Старой Руссы. Одновременно удар был нанесён изнутри «котла». В этих действиях огромную роль сыграла дивизия «Тотенкопф», которая за время операции потеряла большую часть личного состава. Командир дивизии Теодор Эйке в апреле был награждён Рыцарским крестом с Дубовыми листьями. Действия Зейдлиц-Курбаха увенчались успехом: месяц спустя, 21 апреля, был организован «Рамушевский коридор» (от названия деревни Рамушево) шириной 6—8 км, через который можно было поддерживать сообщение с Демянском.

5 мая блокада была окончательно снята. Немецкие войска сохранили за собой Демянский выступ и продолжали удерживать Рамушевский коридор. До конца мая советские войска предпринимали попытки ликвидировать выступ, но командование Рейха перебросило в район боевых действий дополнительные силы, и наступление было отбито.

Последующие действия[ | код]

После деблокирования Демянской группировки в апреле 1942 г. Северо-Западный фронт провёл 9 наступательных операций с целью вновь окружить противника и 2 оборонительные операции для отражения его наступления.

  1. 3—20 мая 1942
  2. В конце мая — начале июня 1942
  3. 17—24 июля 1942
  4. 10—24 августа 1942
  5. 15—28 сентября 1942
  6. 27 сентября — 5 октября 1942 (оборонительная)
  7. С 26 октября 1942 (дата окончания операции непонятна, оборонительная)
  8. 28 ноября — 5 декабря 1942
  9. 23 декабря 1942 — 13 января 1943
  10. 20—25 января 1943
  11. 15—28 февраля 1943 (противник без существенных потерь вывел свои войска из мешка, потом до 18 марта войска Северо-Западного фронта безуспешно пытались провести очередную Старорусскую операцию).

В целом все эти Демянские наступательные операции де-юре можно считать неудачными: главной цели — вторично окружить противника — они не достигли. Но в общем они принесли ощутимую пользу:

  1. Постоянно оттягивали войска группы армий «Север» и её авиацию (например, осенью 1942 г. на этом участке фронта оборонялись 15 дивизий — 6 в мешке, 3 на северном фасе Рамушевского коридора, 2 на южном фасе, 4 у входа в коридор), что во многом помешало противнику сосредоточить свои усилия на взятии Ленинграда;
  2. Сковывали противника и не позволяли ему перебрасывать войска на юг стратегического фронта, где решалась судьба войны;
  3. За весь 1942 год противник так и не смог провести задуманную им операцию на окружение войск Калининского фронта;
  4. Только с февраля по декабрь 1942 года Демянская группировка потеряла 90 тыс. чел. убитыми. Оборона этого выступа в 1942 году стала для немцев «маленьким Верденом»;
  5. Удачная оборона Демянского района и удовлетворительное снабжение войск во время окружения с помощью транспортной авиации сыграли злую шутку с противником при окружении его войск под Сталинградом: пример Демянска был одним из доводов для отказа от прорыва армии Паулюса из котла.

Демянская наступательная операция (1943)[ | код]

15—28 февраля 1943 года войска Северо-Западного фронта (уже под командованием С. К. Тимошенко) провели 2-ю Демянскую наступательную операцию. Попытка поймать демянскую группировку в ещё один «котёл» не удалась — немецкие войска успели отойти за Ловать. Тем не менее, 1 марта Демянск был освобождён.

Операция по построению «воздушного моста», с помощью которого организовывалось снабжение окружённых соединений, была повторно проведена в ходе Сталинградской битвы, когда была окружена 6-я армия. Однако в случае со Сталинградом расстояние было в несколько раз больше, а Люфтваффе столкнулось с гораздо большим противодействием[6]. Руководство обеими операциями осуществлял один и тот же человек — полковник люфтваффе Фриц Морцик[6].

Примечания[ | код]

Комментарии
Источники
  1. ↑ Исаев, 2005, с. 166.
  2. ↑ Исаев, 2005, с. 170.
  3. ↑ Исаев, 2005, с. 176.
  4. ↑ Манштейн, 2014.
  5. ↑ Шефов, 2002.
  6. 1 2 3 4 Заблоцкий А., Ларинцев Р. Демянск. Сталинградская прелюдия. Проверено 13 июня 2008. Архивировано 14 марта 2012 года.
  7. ↑ Васильченко, 2008, с. 113—123.

Литература[ | код]

  • «Великая Отечественная война 1941—1945». книга 2. Москва. «Наука». 1998. стр. 224—229.
Мемуары
  • На Северо-Западном фронте / Сост. Ф. Н. Утенков, под ред. П. А. Жилина. — М.: Наука, 1969. — 896 с. Архивировано 24 февраля 2008 года.
  • Беккер К. Военные дневники люфтваффе. Хроника боевых действий германских ВВС во Второй мировой войне 1939—1945 годов / Пер. А. Цыпленковой. — М.: Центрполиграф, 2005. — 544 с. — (За линией фронта. Мемуары). — ISBN 5-9524-1174-6.
  • Эрих фон Манштейн. Утерянные победы. — М.: Алгоритм, 2014. — 640 с. — (Нюрнберг. Исповедь чудовища). — 2000 экз. — ISBN 978-5-4438-0645-7.
  • Куровски Ф. Demjansk: der Kessel im Eis : 14 Monate Abwehrkampf im Nordabschnitt der Ostfront. — Podzun-Pallas, 2001. — 200 с. — ISBN 3-7909-0718-9.
Исторические исследования

Ссылки[ | код]

ru.wikibedia.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *