Гуманные русские и суровые немцы из ГДР. "Пражская весна" 1968 г. (воспоминания наших солдат)

    "Несмотря на то, что при вводе войск стран Варшавского Договора боевые действия не велись, потери имелись. Так, в ходе передислокации и размещения советских войск в результате действий враждебно настроенных лиц погибло 11 военнослужащих, в том числе один офицер; ранено и травмировано 87 советских военнослужащих, в том числе 19 офицеров. Кроме того, погибло в катастрофах, авариях, в результате других происшествий, а также умерло от болезней - 87 человек.
    В донесениях и отчетах того времени можно прочесть такие строки: "Экипаж танка 64 мсп 55 мсд (старшина сверхсрочной службы Андреев Ю.И., младший сержант Махотин Е.Н. и рядовой Казарик П. Д.) на пути движения встретили организованную контрреволюционными элементами толпу молодежи и детей. Стремясь избежать жертв со стороны местного населения, они приняли решение на обход его, во время которого танк опрокинулся. Экипаж погиб".
    Жесткая установка "не стрелять" поставила советских военнослужащих в самое невыгодное положение. Уверенные в полной безнаказанности "молодые демократы" кидали в советских солдат камни и бутылки с зажигательной смесью, оскорбляли их и плевали им в лицо.
    Стоящего в карауле у памятника советским воинам-освободителям Юрия Земкова кто-то из толпы людей, жаждущих осквернить памятник погибшим в 1945-м, ударил трехгранным штыком в грудь. Его товарищи вскинули автоматы, но, выполняя приказ, не стали стрелять.


    Стоило же появиться рядом солдатам ГДР, как все становилось спокойно. Немцы, не задумываясь, применяли оружие.Об участии войск Болгарии, Польши и ГДР в операции в наше время предпочитают молчать. Как же страны слились в едином экстазе НАТО и ЕЭС! Некоторые уже дописались до того, что войска ГДР в Чехословакию не входили. Однко те кто лично принимал участие в тех событиях вспоминают:" Ложившиеся на дороги чехи серьезно замедляли продвижение советских механизированных и танковых колон. Танковые колоны ГДР проходили даже не останавливаясь, прямо по лежащим на дорогах…".
++++++++++++++++++++
   "22 июля 1968 года я был призван в Советскую армию. Через некоторое время меня направили в Южную группу войск. Учебный взвод, в котором я оказался, принадлежал полку, расквартированному в г.Текель, в 30-ти километрах от Будапешта.
    20-го августа, вечером, все уже знали - завтра начнется война. В порядке подготовки к походу на Чехословакию, на всю боевую технику наносили крупные белые кресты и полосы, чтобы в случае столкновений отличить ее от точно такой же техники советского производства, состоящей на вооружении «вражеской» армии. Командиры наставляли своих солдат, ставили цели и задачи. Жены офицеров, жившие здесь же, в военном городке, плакали. Где-то духовой оркестр играл "Прощание славянки". ...
     Через неделю из Чехословакии приехал зампотех, майор (к сожалению, фамилию уже не помню). Я был приписан к его ведомству, к радиомастерской. Увидев меня, он поразился моей худобе и сказал, что возьмет меня с собой "на откорм" - в войсках, вошедших в Чехословакию, были повышенные нормы питания. На следующий день, рано утром, на медицинском "рафике" мы двинулись в путь. Нас было трое - водитель, майор и я. С собой взял то, что положено - ранец со стандартным набором и шинель. Мне выдали сухой паек, автомат АКМ и три рожка патронов.
     Границей между двумя странами была река. Мы остановились около венгерского пропускного пункта и почти сразу направились по мосту на другой берег. Чехословацкий пропускной пункт проехали без остановки. За мостом был словацкий город Комаров. Здесь, как и во всех других населенных пунктах, которые мы проезжали, нас встречали крупные надписи, в основном, на русском языке. Они были нанесены на крыши, на заборы, были просто плакаты. Содержание варьировалось не сильно. Основные темы - "Русские, убирайтесь домой", "Оккупанты", "Позор!", "1938 - Гитлер, 1968 - Брежнев, Косыгин", "Русский солдат, что ты скажешь своей матери?", "Брежнев сошел с ума", "Дубчек, Черник, Свобода", "Идите домой, Дубчек наш "…
    Рядом со мной лежал автомат, и я думал о том, что буду делать, если возникнет какая-то ситуация. И вдруг понимаю, что буду стрелять. Стрелять в того, кто будет угрожать моей жизни, и что это неизбежно. Я не принадлежу себе - с тех пор, как мне пришлось надеть эту военную форму. Я не принадлежал себе в учебном взводе. Не принадлежал потом, выполняя наряды. И сейчас, передвигаясь по Чехословакии с начиненным боевыми патронами автоматом, я тем более не принадлежу себе. Я буду стрелять, потому что сейчас я инструмент государства, забросившего меня сюда. По-человечески, я буду стрелять потому, что мне будет страшно.
    Я смотрел на Чехословакию. Сразу, как только мы переехали границу и оказались в словацкой части города, я увидел, что по сравнению с нищей Венгрией, это богатая страна. Об этом говорило убранство домов, улиц, одежда прохожих. На дорогах много автомобилей. Шкоды, Татры, Москвичи, Волги, иномарки. Дороги прекрасные, но во многих местах они были изранены гусеницами прошедших танков.
   Ночью, без происшествий, добрались до города Брно. На аэродроме около этого города располагался наш батальон. На ночлег мне выделили место в Кунге.
    Утром познакомился со своими будущими сослуживцами. Настроение у вех было благодушное. В армии "молодой" - это проклятие. За прошедшие полтора месяца я вкусил это сполна. Здесь я был самый молодой, моложе не бывает. К моему удивлению, меня здесь приняли как человека. Никто меня не оскорблял и не принижал. Со мной нормально разговаривали солдаты из "других сословий". Что-то спрашивали, рассказывали, дружески советовали. Я уже не думал, что в армии такое возможно.
    Служба на этой "войне" была совершенно праздная. Мы ничего не делали - только то, что необходимо для поддержания жизни - уборка и охрана. Войска были в ожидании - чем закончится политический процесс. Нам было приказано - с автоматом и патронами не расставаться никогда. С автоматом обедали, ходили в туалет, спали.
    Место у нас было спокойное, без каких-то эксцессов, о которых мы тогда были наслышаны достаточно. Говорили, что в отличие от Советских войск, войска наших союзников по Варшавскому договору, вошедшие вместе с нами вели себя безобразно - слишком много стреляли, часто без достаточного повода. Не знаю, насколько правдивы были все эти рассказы. Из достоверных - рассказ водителя. Пермяк, по фамилии Осика - активный, никак не тихий и не трусливый.
    Куда-то ехал, были вдвоем, он и лейтенант. Как назло, в каком-то небольшом чешском городе спустило колесо. Остановился, надо менять. Пока он этим занимался, стали подходить люди. Их становилось все больше, и вот, толпа уже окружила машину. Что-то эмоционально говорят по-своему, кричат, жестикулируют. Лейтенант пытается им что-то говорить по-русски - "Мы пришли, чтобы вам помочь..." . Его не слушают, это только возбуждает толпу. Все это время водитель меняет колесо. "Я чувствую, что у меня трясутся руки, и ничего не могу с этим поделать, мне страшно, мне никак не попасть в ступицу" - рассказывал он. Колесо кое-как поставил, погрузились в кабину, потихоньку поехали. Толпа все-таки расступилась, пропустила. Он чувствовал, что если бы все это продолжалось дольше, их растерзали бы, такая была ненависть у этих людей.
    Здесь же кто-то рассказал подобный случай с воинами из ГДР. Первое, что сделали немцы, когда остановились - один из двух попутчиков занял оборону с автоматом наперевес. При малейшей попытке кого-нибудь приблизиться, начиналась стрельба, и никаких таких проблем не было.
   Нам же внушали - устно и в виде разнообразных печатных материалов, что мы сюда не пришли воевать. Мы пришли, чтобы помочь нашим друзьям, бедным заблудшим овечкам, сбившимся с пути. Возможно, у наших союзников были другие мотивы и, соответственно, другие установки.
   Однажды к нашим командирам пришли местные крестьяне. Созрели какие-то овощи на полях, к которым вплотную примыкали войска. Спрашивают разрешения - можно ли убирать. Страшно, кругом солдаты с оружием. Командиры сказали, что можно, и мы вам поможем. Бросили клич, я откликнулся и вместе с десятком других солдат пошел убирать какой-то турнепс. Дело было политическое, мы должны демонстрировать "добрую волю" По этому поводу приказали оставить автомат "дома", взять только штык-нож, который крепился на поясе.
    Крестьяне были настроены добродушно и всячески старались подчеркнуть свою лояльность, что "они здесь не причем", это в столице какие-то идиоты заварили всю эту кашу, а они должны ее расхлебывать. Говорили по-своему, вставляя русские слова, какие знали. Но большой проблемы с пониманием не было, среди нас были украинцы, язык которых был близок к языку наших собеседников. Один мужчина говорил, что его дочь переписывается с девочкой из Советского Союза. " - из воспоминаний О.Ханова.
++++++++++
    "Как правило, никто из изредка попадавшихся прохожих, не хотел указывать нам верное направление. Очень часто нас посылали совершенно в противоположную сторону. А однажды, когда мы в седьмой или восьмой раз выехали на подозрительно знакомую площадь, танкисты разозлились и начали вращаться на одном месте, превратив новенький асфальт в кучу щебня. Нужно было видеть в этот момент глаза стоявших на площади людей...
    29 августа в районе города Брно мне посчастливилось встретить Витю Кобылинского. Этой встрече я был рад вдвойне. Во-первых, потому что Виктор был моим давним другом еще по годам учебы в техникуме.
Так получилось, что именно в этот день Виктору чудом удалось выжить. Дело в том, что он догонял свой саперный батальон на огромном КрАЗе, которым управлял совершенно "зеленый" худосочный новобранец. Нужно сказать, что в том августе большинством машин управляли не обкатанные, только что призванные в армию, юнцы. Так получилось, что части пополнялись до полного боевого штата за счет резервистов и молодых.
    А чехи на своих воняющих дизельных "Татрах" и "Прагах", носились как сумасшедшие, наводя на этих пацанов ужас. Многие из них не выдерживали и резко сворачивали с трассы. И хорошо, если этот рывок приходился на канаву или обочину. А ведь Чехия - горная страна. И сколько ребят нашли свою смерть в Высоких Татрах...
     Так вот, Виктор со своим водителем отстали от части еще в районе Братиславы. Машина сломалась. Пока устранили неисправность, прошло два дня. И они отправились вдогонку батальону. Ехали, расспрашивая дорогу у солдат. При въезде в Брно они напоролись на засаду. Их обстреляли из крупнокалиберного пулемета.
    Витька заорал на пацана, чтобы тот разворачивался, но парень перепугался и упал на пол кабины. А пули тем временем уже начали доставать КРАЗ. Виктору ничего не оставалось, как с матом и без него, оттолкнуть дрожащего салагу и самому сесть за руль. Тяжело груженная машина разворотила газон разделительной полосы и развернулась. Изрыгая клубы дыма, грузовику удалось спасти себя и своих пассажиров. И лицо Виктора еще пылало жаром прошедшего боя. Он долго не мог успокоиться и сдержать свой гнев на смалодушничавшего водителя.
    В один из бесконечных дней пути, над нами появился вертолет без традиционной белой полосы на брюхе. Из него на нас посыпались листовки. Колонна стояла неподвижно. Ремонтировали очередную брошенную машину. Рядом с трассой стояли какие-то строения. На массивных деревянных воротах пестрели ставшие привычными надписи и листки бумаги. Многие из надписей начинались словом POZOR!
     POZOR по-чешски означает "ВНИМАНИЕ". Отнюдь не позор. С этих же слов начинались и сброшенные листовки. Но они была написана по-чешски и ребята выбрасывали их сразу же, как только брали в руки. Не было нужды в окрике командира. Появление же над колонной, по сути, вражеского вертолета у офицеров вызвало немалое волнение. Даже отдали команду рассредоточиться и приготовиться к бою.
     Мы рассыпались по обочинам дороги и ловили в прицелы автоматов зависшую над нами машину. Ожили и зашевелились ДШК на башнях танков. Неожиданно для всех вертолет пошел на снижение и сел на поляну неподалеку от наших машин. К нему сразу же, пригнувшись, короткими перебежками направилась группа солдат во главе с комбатом. Однако экипаж вертолета не проявил никакой враждебности и позволил обезоружить себя и отвести к командирскому "Газику". Там их и допросили. Они убеждали руководство батальона, что не имели никаких враждебных намерений по отношению к нам, а листовки носили исключительно мирный характер. Никто не призывал наших солдат переходить на сторону чешских демократов. Они были отпущены с миром.
     Некоторые чешские девушки охотно шли на контакты с нашими солдатами и не проявляли враждебности. Но судьба их после прохождения войск была, как правило, печальной. Их вылавливали местные борцы за свободу и, избив, обривали наголо. Чтобы всем было видно в чем они замечены и другим было неповадно.
     А однажды экипаж подобранного нами танка рассказал, как они на протяжении нескольких дней безуспешно пытались оживить мертвую свою машину. Ночевать им приходилось под броней, в танке. Так вот на второй или третий день их пребывания вблизи небольшого поселка, к ним прибежал насмерть перепуганный местный житель и умолял их спрятать у себя свою дочь, которую местные парни избили и хотели остричь "под ноль". Он опасался, что они могут ее изнасиловать или убить. И доверил ее опеке русских солдат. Так она и жила у ребят в экипаже все эти дни, жила вместе с отцом.
     Наш комбат был страстным охотником. Да и мудрено было в Чехословакии не заболеть этим недугом, имея в руках оружие а вокруг непуганую дичь в таком количестве. В этой стране были на редкость смелые звери. Возможно, что охотничьи правила этой страны и природоохранные мероприятия сделали дичь столь многочисленной и не пугливой. Частенько зайцы выходили из леска и, замерев, смотрели на непрошеных гостей. Нужно было громко закричать или затопать ногами, чтобы напугать косого и заставить его удрать.
     В одну из таких отчаянных охот, комбат, стрелявший зайцев просто из своей машины, напоролся на лесничих. Естественно, что на их требование остановиться и предъявить свою охотничью лицензию, подполковник ответил крепким русским словом. Но все же ему пришлось спешно уносить ноги из этого места. Неприятности с местной администрацией не входили в его планы. Мы, стоя у полевой кухни, с удивлением увидели, как из леса вначале на большой скорости вылетел газик комбата. Проезжая мимо нас, он кинул повару двух добытых животных и крикнул: "В общий котел! Вы меня не видели".
     А некоторое время спустя на небольшом мопеде к нам подкатил солидный усатый егерь и на ломаном русском языке спросил не проезжал ли здесь на машине пан полковник. Мы радостно закивали и сказали, что проезжал. Но указали направление прямо противоположное тому, в котором скрылся наш командир.     Удовлетворенно кивнув нам, егерь сел на своего стального коня и покатил, поднимая сзади себя небольшое облачко пыли. Весь его вид говорил о неизбежности и неотвратимости наказания для нарушителя. Невзирая на чины и звания. Невзирая на сложное, практически - военное положение. Он был олицетворением порядка, которому служил, вероятно, всю свою жизнь.
     А через пару часов наш комбат вернулся. Он сиял от удовольствия, выслушав наш рассказ о том, как мы обманули лесника.Славным был в тот день наш обед. Он не только радовал нас обилием мяса, но и неповторимым ароматом и вкусом свежей зайчатины.
     К нашему удивлению в городке со странным названием Йиглава (известном всем хоккейным болельщикам своим Дворцом спорта) мы не обнаружили ставших уже привычными лозунгов и надписей на стенах. Городок был чистеньким и опрятным. Из разговоров с местными цыганами, которых в этих краях проживает огромное количество, мы узнали подробности этого странного явления. Оказывается в этот городок сразу же после наших частей ввели немецкую комендатуру. Немцы с их педантичностью и любовью к порядку, расставили на каждом перекрестке парные патрули и ввели комендантский час. Эти ребята открывали огонь на поражение сразу же после 20-00. Без предупреждения. По всему, что двигалось или подозревалось в движении.
     На второй день пребывания в городе, комендант собрал почти все взрослое население на городской площади и приказал в течение суток очистить город от надписей и прочей чепухи. В противном случае... Впрочем, чехам не нужно было говорить, что могут сделать немцы в противном случае. Они имели на сей счет слишком печальный опыт с самого 1939 года.
      Толпы горожан, с ведрами, тряпками, щетками, стиральными порошками, растворителями и прочими приспособлениями, трудились, не покладая рук. И через сутки городок приобрел тот вид, который нас так удивил. Правда, после этого была снаряжена делегация, которая слезно просила, и упросила таки военные власти, сменить немецкую комендатуру на более мягкую - русскую. Им пошли навстречу.
     27 сентября 1968 года нелепо и трагически оборвалась жизнь заместителя командира нашего батальона по тылу майора Кривондасова. Со своими подчиненными: начальником ГСМ старшиной сверхсрочником и заместителем командира хозяйственного взвода они, изрядно выпив в честь юбилея, поехали на охоту. Хотели с мотоцикла пострелять фазанов. И когда после удачного выстрела они двинулись за тушкой, произошло то, что в один момент сделало вдовой жену майора, сиротами двух его дочерей и круто изменило судьбу нашего комбата, вынужденного уйти в отставку.
      А случилось вот что. Майор Кривондасов сидел на заднем сидении мотоцикла, За водителем. В коляске сидел начальник ГСМ. Именно он и оказался тем метким стрелком, что поверг на землю фазана. Мотоцикл рванул с места. В этот момент старшина убирал автомат в коляску, не поставив его на предохранитель.   Дернувшийся мотоцикл заставил палец старшины непроизвольно нажать на спусковой крючок. Раздался выстрел. Пуля прошла сквозь плечо водителя и снизу наискосок вошла в шею майора. А вышла через голову. Тело несчастного обмякло и навалилось всей своей страшной тяжестью на старшину, управлявшего мотоциклом. Затем оно сползло с сиденья и свалилось на стерню. Все было кончено. Отрезвление пришло мгновенно.
      Состоявшиеся позже следствие и выездная сессия трибунала, признали убийство непредумышленным и старшина был приговорен к четырем годам условно. Он тут же подписал контракт на последующие четыре года и продолжил службу. А майор отправился домой, аккуратно запакованным в цинковом гробу. Груз 200…" - из воспоминаний военнослужащего 88 отдельного Ремонтно-восстановительного батальона.

Это в продолжении темы:http://oper-1974.livejournal.com/197536.html</a>

[+12 фото]

oper-1974.livejournal.com

К событиям в Чехословакии 1968 года, или почему чехи боятся немцев, но негативно относятся к русским » Политус.ру

В 1968 году Чехословакия взорвалась. В данном случае мы не будем изучать причины, а только остановимся на некоторых особенностях поведения местного населения.

Во время указанных событий в Чехословакию были введены не только советские войска, но и армейские подразделения ГДР, как страны-участницы Варшавского договора.

Поведение наших военных коренным образом отличалось от манеры немецких. Далее - краткое изложение рассказа Виктора Дмитриевича Бычкова, непосредственно общавшегося с участником чехословацких событий.    

В Чехословакию он попал в составе воинского контингента, будучи рядовым солдатом.

Приземлились и выгрузились на аэродроме, вблизи одного чешского города. Там же и расквартировались. Чехи вели себя демонстративно нагло: метали камни и бутылки в солдат, оскорбляли и всячески показывали свое неприятие. Отказывали в получении воды, препятствовали любому обустройству. Однако советские войска имели приказ не применять оружие и физическую силу, а также всячески избегать конфликтов с местным населением.

После того, как безвозвратно пропало двое солдат, терпение было на пределе...

А через некоторое время в городке появились немцы, и вот тогда чехи показали свою истинную сущность.

Первыми в город въехали мотоциклисты с пулемётами, а затем и сама колонна.

Командир немецкой колонны дал указание оцепить площадь, выбрал здание для штаба, дома для размещения офицеров и казармы для солдат. А затем немцы стали благоустраиваться. Из выбранных их начальством домов немецкие солдаты насильно повыгоняли всех местных, которые молча покидали свое жилье. Это было очень необычно, но наши военнослужащие даже не предполагали, что будет дальше.

Одновременно к старшему офицеру ГДР представили местного главу, который навытяжку выслушал указания немца и стал отдавать приказы чехам. Что характерно, разговор велся на немецком языке. Военнослужащие ГДР даже не удосуживались переводить свои приказы на чешский. Местные понимали их великолепно.  

После контактов немецкого военного руководства с советскими чехи быстро стали заниматься благоустройством места пребывания советских солдат: протянули водопровод, привезли дрова и выполняли разные работы. Как выяснилось в дальнейшем, чехи даже не смели возражать, и уж тем более оспорить немецкие приказы.

Однако местная молодежь по-прежнему продолжала попытки издевательств. На аэродром заехала машина с подростками и стала разъезжать по территории, в итоге сбив двух советских солдат. Местные одобряли действия юнцов дружным смехом.

В этот момент к расположению советских войск подъехал немецкий патруль, действия которого обескуражили наших солдат и офицеров, но надолго утихомирили чехов.

Немецкий пулеметчик на мотоцикле очередью, без предупреждения, обстрелял машину. Двое молодых чехов погибли на месте, в автомобиле. Двое других бросились из машины наутек. Немецкий патруль дал еще две очереди, но не в людей, а справа и слева от бегущих, как бы призывая прекратить бегство. Один из них остановился, а другой, петляя продолжал бег. Немецкий солдат, не раздумывая, застрелил убегавшего.

Того, который остановился и поднял руки, немцы поставили на колени, не обращая внимания на его плач и вопли. Вскоре прибыло немецкое военное командование. Офицер ГДР поприветствовал наших офицеров, и подойдя к стоящему на коленях молодому чеху, выстрелил ему в голову из своего пистолета.

Одновременно немецкие солдаты вытащили на открытое место всех местных, находящихся во время этих событий в помещениях аэропорта.

Их всех выстроили и держа толпу чехов под прицелом пулеметчиков, немецкий офицер произнес перед ними краткую речь. Чехи с побелевшими лицами внимательно слушали своего хозяина и разошлись только по его приказу.

Сложилось впечатление, что немцы никуда из Чехословакии по окончании Великой Отечественной войны не уезжали, а продолжали контролировать свой протекторат. Они источали такую уверенность хозяев страны, что местные чехи беспрекословно им подчинялись.

После этого случая попытки хулиганств на территории расположения советских солдат прекратились.

Немцы заставили местных поставить вокруг части забор с вышкой, которую оборудовали прожектором и пулеметом. Надо ли говорить, что все работы были произведены местными добротно и в самые короткие сроки.

Через некоторое время чехи решили устроить около части митинг, собравшись толпой и демонстрируя какие-то плакаты. Как только на вышку стал подниматься советский солдат, они дружно бросились врассыпную, побросав свои бумажные художества, полагая, что сейчас их будут расстреливать.

По воспоминаниям советского солдата немцы вели себя действительно, как хозяева. Любые попытки нанести вред здоровью или жизни немецких солдат заканчивались либо избиениями чехов, либо их расстрелом. Патрон солдаты ГДР на эти цели не жалели.

Однако к советским военнослужащим отношение было корректным. Более того, понимая, что солдаты из СССР получили команду не трогать местных и не вступать с ними в конфликт, сами приводили чехов в разум, если замечали хамское отношение к нашим солдатам. Делали они это спокойно и с чувством глубоко превосходства, как и положено хозяевам.

Им даже нравилось быть "защитниками" наших солдат от местного населения. При случае они угощали советских солдат и офицеров обедами и чешским пивом в местных ресторанчиках, естественно не платя за это. Сами они, в отличие от нашего воинского контингента, питались в тех же ресторанах и кафе. Местные принимали это как должное, даже не пытаясь, упаси боже, возражать.

Отмечали следующие нюансы. В какое бы переполненное от народа заведение не заходили немцы, хозяева общепита тут же устанавливали им или отдельный столик, или изгоняли местных чехов с занятого места, если не было возможности поставить отдельный стол.

Вот так и получилось. Наши солдаты были вынуждены терпеть провокации, хамское отношение и издевательства со стороны местных жителей по причине полученного приказа, а советское благородство только вызывало у чехов смех и желание унизить и оскорбить.

Немцев же чехи уважали и боялись до колик в печенке. При этом немецкие солдаты не скрывали, что чехи для них люди второго сорта, да и люди ли вообще? Но во всем, как водится, все равно виноваты "русские"!

😆Устали от серьезных статей? Поднимите себе настроение 😆 самыми лучшими анекдотами!😆, или оцените наш канал на ЯндексДзен

politus.ru

Как немцы в 1968 году в Чехословакии порядок наводили

Терентьев Андрей


В августе 1968 года в Чехословакию для подавления "Пражской весны" вошли не только советские войска. Об этом мало, кто помнит, или просто не желает помнить. Вместе с Советской Армией порядок в стране наводили и немецкие, и польские, и болгарские, и венгерские войсковые подразделения.

В целом численность введённых в Чехословакию войск составляла:

- СССР — 18 мотострелковых, танковых и воздушно-десантных дивизий, 22 авиационных и вертолётных полка, около 170 000 человек;

- Польша — 5 пехотных дивизий, до 40 000 человек;

- ГДР — мотострелковая и танковая дивизии, всего до 15 000 человек;

- Венгрия — 8-я мотострелковая дивизия, отдельные части, всего 12 500 человек;

- Болгария — 12-й и 22-й болгарские мотострелковые полки, общей численностью 2164 чел. и один болгарский танковый батальон при 26 машинах Т-34.

Жесткая установка "не стрелять" поставила советских военнослужащих в самое невыгодное положение.



Уверенные в полной безнаказанности "молодые демократы" кидали в советских солдат камни и бутылки с зажигательной смесью, оскорбляли их и плевали им в лицо.

[ Это поведение очень похоже на поведение майданщиков на Украине в 2014 году. ]

Стоящего в карауле у памятника советским воинам-освободителям Юрия Земкова кто-то из толпы людей, жаждущих осквернить памятник погибшим в 1945-м, ударил трехгранным штыком в грудь. Его товарищи вскинули автоматы, но, выполняя приказ, не стали стрелять.

Стоило же появиться рядом солдатам ГДР, как все становилось спокойно. Немцы, не задумываясь, применяли оружие.Об участии войск Болгарии, Польши, Венгрии и ГДР в операции в наше время предпочитают молчать. Как же - ведь все эти страны слились в едином экстазе с НАТО и с ЕЭС! Некоторые уже дописались до того, что войска ГДР в Чехословакию не входили.

Однако те кто лично принимал участие в тех событиях вспоминают:" Ложившиеся на дороги чехи серьезно замедляли продвижение советских механизированных и танковых колон. Танковые колоны ГДР проходили даже не останавливаясь, прямо по лежащим на дорогах…".

Аналогично немцам в Чехословакии вели себя и польские войска. Как вспоминает один из советских солдат:

"По соседству с нами стояли немцы, которые ходили чуть ли ни с закатанными рукавами... Сначала кто-то пытался организовать что-то вроде баррикад из легковушек на их пути. Но немцы не растерялись и просто переехали их танками, даже не обернувшись. И вообще, где видели косой взгляд, чуть что - вступали в драку. Да и поляки тоже спуску не давали. Про остальных не знаю. Но чехи в них ничего не бросали и тем более не стреляли, боялись..."

[ Абсолютно холопье поведение перед господами. ]

Нельзя не забывать и о проблеме Судетской области и немецкого меньшинства на территории Чехословакии, которая как заноза долгие годы отравляла взаимоотношения между странами. После вступления на территорию Чехословакии офицерский состав ГДР начал развивать поразительную активность по агитации немецкого меньшинства в Судетской области. Их действия были явно направлены на готовящуюся аннексию Судет. Один из свидетелей, представитель немецкого меньшинства Отто Клаус рассказывает:

... 21 августа 1968 года я включил радио и начал бриться. Внезапно я услышал по радиостанции „Прага“ первую фразу:

„...не провоцируйте советских оккупантов, препятствуйте кровопролитию“. Я всё побросал и молнией выбежал на улицу. В Либерце на улицах я увидел немецкие части в боевой готовности. Одна колонна за другой, только немцы. Я слышал только немецкие команды. В Праге, вероятно, спятили. Это совсем не русские. Это немцы.

Когда я вошёл в свою контору, там уже сидели три офицера армии ГДР. Безо всяких церемоний они мне сообщили, что пришли освободить нас от чешского гнёта. Они решительно потребовали моего сотрудничества...

Два других чехословацких гражданина немецкого происхождения, Отмар Шимек и его приятель Карел Гаупт из Кадани, описали две встречи с восточно-немецкой оккупационной армией следующим образом:

... мы ехали на мотоцикле. Группа немецких солдат остановила нас и хотела знать, есть ли у нас при себе листовки. Обыскали нас, но ничего не нашли. Спрашивали нас, относимся ли мы к немецкому меньшинству. Когда мы подтвердили, они сказали нам, что мы должны построить “народное революционное ополчение“ (Revolutionäre Volkswehr), поскольку, вероятно, эта территория будет присоединена к ГДР. Мы думали, что это глупая шутка. Однако потом, когда мы услышали от других членов Немецкого культурного союза (Deutscher Kulturverband), что их призывали к подобной деятельности, мы заявили в Прагу...

Чехословацкая разведслужба – под руководством Йозефа Павла – получила сотни таких отчётов. Члены народных меньшинств – немцы, поляки, венгры, жившие в Чехословакии, получили от оккупационных частей соответствующих стран приглашение к сотрудничеству. Всем хотелось под шумок откусить свой кусок пирога.

источник

---

P.S.

Про агитацию в пользу аннексии части земель Чехословакии стоит усомниться. В целях контрреволюции антисоветчики могли состряпать подобные показания в Чехословакии.

---

Еще от участников тех событий.

---

vimstory.blogspot.com

Почему армия ГДР не вторглась в Чехословакию с другими «братскими» государствами | Политика | ИноСМИ

«А где же части ННА?» — задала вопрос газета «Вельт» («Die Welt») после того, как войска Варшавского договора вошли в Прагу. Разве газета «Нойес Дойчланд» («Neues Deutschland») не писала 24 августа о «совместных мерах» и не цитировала «товарища Кренца на Обершпрее»: «Больше ждать было нельзя, и мы вмешались»? Но о подробностях «Нойес Дойчланд» умолчала. Похоже, что только один богемский священник, которого процитировала «Вельт» в своей статье, знал ответ на этот вопрос: «Они залегли где-то там, в лесах и решаются выходить только ночью, когда у нас комендантский час». Другие источники утверждали, что солдаты ННА — Национальной народной армии ГДР — якобы для маскировки носили советскую военную форму. Ни то, ни другое не подтвердилось. Лишь после конца ГДР и Варшавского договора выяснилось, что предусмотренные для операции 20 тысяч солдат ННА вышли в «места сосредоточения» на границе с ЧССР, но в страну так и не вошли. Может быть, Ульбрихт, который хотя и относился к ярым сторонникам вторжения, все-таки понял, что немецкие солдаты в Праге вызовут нежелательные воспоминания, или Москва все решила через его голову?

Правдивую информацию предоставил 50 лет спустя Рюдигер Венцке (Rüdiger Wenzke) в своем исследовании по данной теме. В нем он опубликовал стенограмму бесед советского руководства с депортированным в Москву президентом ЧССР Людвигом Свободой, взятую из Российского государственного архива. Согласно ей, глава КПСС Леонид Брежнев утверждал, что «на государственной территории Чехословакии не было немецких солдат. Мы их попридержали… Между нами говоря, немецкие товарищи на нас обиделись, что мы им вроде как не доверяем». Но еще показательней были высказывания советского председателя Верховного совета Подгорного, что это якобы произошло по «вашей», то есть чехословацкой, просьбе, хотя немцы и «должны были войти вместе со всеми».

Financial Times
The Guardian
Halo noviny
Ответ хитрый, потому что, как стало известно из другого источника — от главы польской компартии Владислава Гомулки (Wladyslaw Gomulka), под «вашей» имелись в виду не члены чешского правительства, а коллаборанты Василь Билак (Vasil Bilak) и Алоис Индра (Alois Indra). Это звучит убедительно хотя бы потому, что для правительства Дубчека вторжение стало полной неожиданностью, и поэтому оно не могло, конечно, участвовать в его подготовке.

Но высказывания Брежнева были как минимум неполными, потому что он, хотя и приказал своим военными придержать ННА, некоторые ее части были все-таки использованы для радиоразведки, перевозки грузов снабжения и целевых операций на местах. Так, второй разведывательный полк ННА был размещен в Митровице под Прагой — это доказано, потому что Советы разрешили сделать там репортаж. Согласно неподтвержденным свидетельствам, танки ГДР были якобы замечены на марше в Северной Богемии, но предусмотренная для этого 7-ая танковая дивизия совершенно точно оставалась в выжидательном положении. На самом деле вторжение произошло настолько беспроблемно, что Советы вполне смогли обойтись и без участия ННА на местах.

Все эти сведения можно не только прочитать в книге, они подтверждены аутентичными документами в 300-страничном приложении. Оно содержит не только документы ННА и ее союзников, но и сводки с мест по обе стороны железного занавеса — от армии ГДР и бундесвера. Есть даже две аналитические справки от ЦРУ о соотношении сил НАТО и Варшавского договора и о расходах на советское вторжение.

Но все-таки интереснее, чем сухие ежедневные сводки бундесвера, читаются политически окрашенные «сообщения» партийного и государственного руководства ГДР, удивительным образом противоречащие даже их собственной государственной пропаганде 1968 года. Согласно им, бундесвер занял 20 августа позиции у границ ЧССР. При этом в ННА было хорошо известно, что НАТО лишь 22 августа объявило «повышенную боевую готовность».

Запад поверил советским уверениям, данным Вашингтону и Бонну, что интервенция «ни в коем случае не затронет государственных интересов США и других государств». Для французского министра иностранных дел Мишеля Дебре (Michel Debrй) она была лишь «дорожным происшествием на пути разрядки».

Своеобразный памятник поставил «Журнал поощрений и взысканий военной комендатуры ННА» 20 августа капитану Манфреду Шмидту, который во время подготовительных курсов в Дрездене высказался против вторжения. 23 августа он был разжалован, исключен из СЕПГ и даже уволен из армии. Вероятно, он был не единственным. Один унтер-офицер в Лейпцигском военном округе заявил: «Я не выстрелю ни разу, потому что не хочу, чтобы меня как военного преступника повесили, как это случилось с другими после Второй мировой войны». И то, и другое обошло его стороной.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

inosmi.ru

К событиям в Чехословакии 1968 года, про отношение чехов к советским и к немцам

Запад, очень любит тёрки на тему «оккупации» Чехословакии советскими войсками, всё время брякает на тем танков во время «пражской весны» и как-то совсем забывает, что сами отдали чехов гитлеровской Германии и как-то не вспоминают об это Германии. Видимо, под предлогом, что она «изменилась», а вот Россия всё та же, которую надо изничтожать как завещал великий антисталинист Гитлер.

Во-первых, чехи не очень-то сопротивлялись немцам во время оккупации, как-то не лезли на баррикады. Нет никаких сведений о том, что в 1939 году чехи писали немцам на стенах ии танках — «свобода или смерть!» как они делали советской армии. Чехи не лезли под гусеницы немецких танков, они не нападали на солдат 3 Рейха и не жгли немецкие танки входящие в Чехословакию и Прагу, не разрывали картинно рубашки на груди.
Ни таких фото, ни таких сведений нет…
А вот в 1968 году такие фоточки есть. Значит чувствовали свою безнаказанности, были уверены, что им это можно и ничего за это не будет.

Это русскому можно было в лицо орать «Иван, вали домой — водки нет!». Немцам так не орали. Вообще было без нервов и крика. Ну, вошли. Ну, захватили. А как иначе? Можно же и отгрести по полной — немец-то без чувства юмора и жалости!

Что, в 1939 году не было “политики” в этом вопросе – а в 1968 году она вдруг нарисовалась? В 1939 году у чехов отсутствовало чувство гордости и стремление на самоопределение? В 1939 году чехам было глубоко насрать на самих себя – а в 1968 году они вдруг проснулись?

Прям вот такая равная оккупация была, прям треть чехов как фашисты СССР хотел уничтожить? Конечно же нет. И они это знали. Вот здесь они уровняли «оккупацию» но сами, то они знали разницу. Хорошо знали. Потому что немцам они практически не сопротивлялись ибо это было опасно для жизни!

14 марта 1939 года во время оккупации Чехословакии Германией только одна (одна, Карл!) армейская часть выступила против немецкой агрессии. В 1939 году в Чехословакии были яйца только у одного человека – у офицера Карела Павлика. На любые проявления протестов чехов немцы отвечали жёстко. После первой же попытки немцы разбивали всё и вся с чисто немецкой педантичностью и точностью. И тишина. Всех всё стало устраивать. Но может быть и не всех и не всё – но все молча пошли по своим делам. А дел у чехов после 1939 года было много! В годы Второй мировой войны оккупированная Чехословакия стала крупной промышленной базой гитлеровского рейха. Работали чехи на совесть! Каждый четвертый снаряд, выпущенный по Сталинграду, производился на чешских заводах. Здесь собирался каждый седьмой немецкий танк и почти треть грузового и военного транспорта для вермахта. Только с января по март 1945 г., трудясь на Гитлера по-ударному, рабочие Праги и Пльзеня произвели 1136 из 3922 танков и самоходок.


Март 1939 года. Фашисты входят в Прагу, заявляя, что спасут мир от «красной угрозы».


Немецкие войска маршируют в Чехословакии, 2 октября 1938 года, среди приветствий и салютов жителей. Фото: © AP/FOTOLINK
И вот когда случился этот “Пражский Майдан-1968” русские узнали о себе, что именно они виноваты во всех бедах чехов. Оказывается чехи – гордый и свободолюбивый народ с нефритовым стержнем в …внутри. И что они имеют право на харчок в лицо Ивану.

Гитлеровского фельдмаршала Манштейна, который после войны заметил, что если бы чехословацкие вооруженные силы в 1938 году решили защищаться, то их укрепления устояли бы, так как у немцев не было средств для прорыва. И еще один факт: накануне Второй мировой войны чехословацкая армия по своему потенциалу лишь немного уступала германской, во всяком случае, по численности, по тяжелым вооружениям.
В октябре и ноябре 1939 года по Праге и другим городам прокатились широкие протестные выступления студентов. После чего тысячи активистов были арестованы, а 17 ноября все чешские вузы до конца войны были закрыты. Ну как бы сейчас с немцами мир и общий ЕС,

Примеры чешского героизма и вооруженной борьбы в основном относятся к заключительному периоду войны. Появились и партизаны, и сопротивление в городах, активизировались диверсионные отряды, которые забрасывались из Британии.
В Праге гестаповцы выявили и арестовали молодых подпольщиков, создавших группу «Авангард». Это были в основном студенты. Их бросили в тюрьму Терезин, лидеров перед самым освобождением расстреляли.

А с другой стороны, повторюсь, были активные пособники нацистов, внедренные провокаторы, люди, разделявшие нацистскую идеологию. И далеко не всех их настигло возмездие.

Еще один знаковый эпизод из тех времен: массовый митинг на Вацлавской площади 3 июля 1942 года. Он был организован как протест против покушения на Гейдриха и как заверение в верности идеям рейха. Двести тысяч участников. Клятвенные речи. Настоящий фашистский шабаш. Как сейчас чехи относятся к этой, прямо скажем, не лучшей странице из их истории? Помнят или постарались вычеркнуть из памяти?

Не вспоминают. Как не вспоминают и то, что многие деятели культуры тогда же собрались на свой митинг в Национальном театре, оплакивая там фашистского палача. Некоторым оправданием может служить то, что в Праге тогда проживало много немцев и, конечно, они активно принимали участие в подобного рода сборищах.
Кстати, не помню я и претензий американцам, которые якобы сбились с пути на Дрезден и не раз отбомбились по Праге и заводам в Пльзене. Интересно и то, что чешские лётчики мигрировали, что б сражаться с Вермахтом в Англию. Часть их там и погибла — это 560 человек. Число жертв Второй мировой войны среди чешского населения -365 тысяч. Потери среди бойцов составили сорок тысяч. Планы гитлеровцев относительно Чехии были простые — это пространство должно было стать германским, одну треть чехов немцы собирались перевоспитать, еще одну треть отправить на принудительные работы в рейх, а треть уничтожить.
Не сложилось, появился тот самый Иван, которого чехи потом через 20 лет так усердно «посылали» домой, рассказывая, что водки нет. А шнапс для немцев у них был. Разница отношения к немцам и русским была потрясающей. О ней можно прочесть в кратком изложении рассказа Виктора Дмитриевича Бычкова, непосредственно общавшегося с участником чехословацких событий.

В Чехословакию он попал в составе воинского контингента, будучи рядовым солдатом.

Приземлились и выгрузились на аэродроме, вблизи одного чешского города. Там же и расквартировались. Чехи вели себя демонстративно нагло: метали камни и бутылки в солдат, оскорбляли и всячески показывали свое неприятие. Отказывали в получении воды, препятствовали любому обустройству. Однако советские войска имели приказ не применять оружие и физическую силу, а также всячески избегать конфликтов с местным населением.
После того, как безвозвратно пропало двое солдат, терпение было на пределе…
А через некоторое время в городке появились немцы, в военной форме с закатанными рукавами на бронетехнике. И вот тогда чехи показали свою истинную сущность.
Первыми в город въехали мотоциклисты с пулемётами, а затем и сама колонна.
Командир немецкой колонны дал указание оцепить площадь, выбрал здание для штаба, дома для размещения офицеров и казармы для солдат. А затем немцы стали благоустраиваться. Из выбранных их начальством домов немецкие солдаты насильно повыгоняли всех местных, которые молча покидали свое жилье. Это было очень необычно, но наши военнослужащие даже не предполагали, что будет дальше.
Одновременно к старшему офицеру ГДР представили местного главу, который навытяжку выслушал указания немца и стал отдавать приказы чехам. Что характерно, разговор велся на немецком языке. Военнослужащие ГДР даже не удосуживались переводить свои приказы на чешский. Местные понимали их великолепно.
После контактов немецкого военного руководства с советскими чехи быстро стали заниматься благоустройством места пребывания советских солдат: протянули водопровод, привезли дрова и выполняли разные работы. Как выяснилось в дальнейшем, чехи даже не смели возражать, и уж тем более оспорить немецкие приказы.
Однако местная молодежь по-прежнему продолжала попытки издевательств. На аэродром заехала машина с подростками и стала разъезжать по территории, в итоге сбив двух советских солдат. Местные одобряли действия юнцов дружным смехом.
В этот момент к расположению советских войск подъехал немецкий патруль, действия которого обескуражили наших солдат и офицеров, но надолго утихомирили чехов.
Немецкий пулеметчик на мотоцикле очередью, без предупреждения, обстрелял машину. Двое молодых чехов погибли на месте, в автомобиле. Двое других бросились из машины наутек. Немецкий патруль дал еще две очереди, но не в людей, а справа и слева от бегущих, как бы призывая прекратить бегство. Один из них остановился, а другой, петляя продолжал бег. Немецкий солдат, не раздумывая, застрелил убегавшего.
Того, который остановился и поднял руки, немцы поставили на колени, не обращая внимания на его плач и вопли. Вскоре прибыло немецкое военное командование. Офицер ГДР поприветствовал наших офицеров, и подойдя к стоящему на коленях молодому чеху, выстрелил ему в голову из своего пистолета.
Одновременно немецкие солдаты вытащили на открытое место всех местных, находящихся во время этих событий в помещениях аэропорта.
Их всех выстроили и держа толпу чехов под прицелом пулеметчиков, немецкий офицер произнес перед ними краткую речь. Чехи с побелевшими лицами внимательно слушали своего хозяина и разошлись только по его приказу.
Сложилось впечатление, что немцы никуда из Чехословакии по окончании Великой Отечественной войны не уезжали, а продолжали контролировать свой протекторат. Они источали такую уверенность хозяев страны, что местные чехи беспрекословно им подчинялись.
После этого случая попытки хулиганств на территории расположения советских солдат прекратились.
Немцы заставили местных поставить вокруг части забор с вышкой, которую оборудовали прожектором и пулеметом. Надо ли говорить, что все работы были произведены местными добротно и в самые короткие сроки.
Через некоторое время чехи решили устроить около части митинг, собравшись толпой и демонстрируя какие-то плакаты. Как только на вышку стал подниматься советский солдат, они дружно бросились врассыпную, побросав свои бумажные художества, полагая, что сейчас их будут расстреливать.
По воспоминаниям советского солдата немцы вели себя действительно, как хозяева. Любые попытки нанести вред здоровью или жизни немецких солдат заканчивались либо избиениями чехов, либо их расстрелом. Патрон солдаты ГДР на эти цели не жалели.
Однако к советским военнослужащим отношение было корректным. Более того, понимая, что солдаты из СССР получили команду не трогать местных и не вступать с ними в конфликт, сами приводили чехов в разум, если замечали хамское отношение к нашим солдатам. Делали они это спокойно и с чувством глубоко превосходства, как и положено хозяевам.
Им даже нравилось быть «защитниками» наших солдат от местного населения. При случае они угощали советских солдат и офицеров обедами и чешским пивом в местных ресторанчиках, естественно не платя за это. Сами они, в отличие от нашего воинского контингента, питались в тех же ресторанах и кафе. Местные принимали это как должное, даже не пытаясь, упаси боже, возражать.
Отмечали следующие нюансы. В какое бы переполненное от народа заведение не заходили немцы, хозяева общепита тут же устанавливали им или отдельный столик, или изгоняли местных чехов с занятого места, если не было возможности поставить отдельный стол.
Вот так и получилось. Наши солдаты были вынуждены терпеть провокации, хамское отношение и издевательства со стороны местных жителей по причине полученного приказа, а советское благородство только вызывало у чехов смех и желание унизить и оскорбить.
Немцев же чехи уважали и боялись до колик в печенке. При этом немецкие солдаты не скрывали, что чехи для них люди второго сорта, да и люди ли вообще? Но во всем, как водится, все равно виноваты «русские»!

https://pikabu.ru/story/k_sobyitiyam_v_chekhoslovakii_1968_goda_ili_pochemu_chekhi_boyatsya_nemtsev_no_negativno_otnosyatsya_k_russkim_5887392?fbclid=IwAR3IuRXlOoqQkbGx6AFi_B7hdClNy4zddsU_Bi4CARi-DYktT0GR6d2DERQ

https://history.mirtesen.ru/blog/43498810884/Praga,-Vatslavskaya-ploschad,-3-iyulya-1942-goda
https://rg.ru/2015/04/01/chehia.html
И др. материалы

Весь этот текст, просто компиляция уже существующих текстов и рассказов. Но просто надо хорошо отдавать себе отчёт, что запад никогда не прекращал попыток нападения на Россию или СССР, никогда не извинял ни за что, никогда не хотел делить с нами планету, а их единственное желание, цель это природные ресурсы и жизненное пространство. Чехи же в этой войне показали себя как послушные служки немцев, а потом американцев. Все их претензии относительно «оккупации» обусловлены требованиями хозяев. Их неблагодарность или ненависть — просто такая человеческая сущность. Увы. Кому неприятно это поведение, может просто не ездить в Чехию и не покупать чешское.

adamashek.livejournal.com

Армия ГДР -Прага 68: warhistory — LiveJournal

Документы из федерального архива Германии. Конец, начало позавчера.

http://ifolder.ru/8692674

http://rapidshare.com/files/156502370/prag68b.zip.html

 

Seitens der NVA waren für die Übung "Donau" die 7. Panzerdivision (7. PD) und die 11. Motorisierte Schützendivision (11. MSD) vorgesehen, die bereits seit dem 29. Juli 1968 dem sowjetischen Oberkommando unterstellt waren und für den Einmarsch in die CSSR bereitstanden. Entgegen aller Planungen verließen die für den Einmarsch bereitstehenden Kampfverbände der NVA jedoch weder am 20. oder 21. August 1968 noch in den Tagen danach das Territorium der DDR. Die 7. Panzerdivision und die 11. Motorisierte Schützendivision der NVA wurden kurzerhand in die Reserve versetzt. Die NVA beteiligte sich trotz der ursprünglichen Absicht nicht mit Kampftruppen am Einmarsch in die CSSR.

Dennoch erfolgte in den Medien der DDR eine von der Parteiführung initiierte und manipulierte Berichterstattung, die ein ganz anderes Bild zeichnete. Mit fingierten Filmaufnahmen und falschen Pressebeiträgen wollte man den Eindruck erwecken, dass die NVA sehr wohl am Einmarsch in die CSSR beteiligt war und einen wichtigen Beitrag zur Verteidigung des Sozialismus im System des Warschauer Vertrages leistete.

 


Susanne Meinicke

 

Со стороны ННА для операции "Дунай" были запланированны 7ая танковая и 11ая моторизированная стрелковая дивизия , которые уже 29 июля были подчинены советскому командованию и были готовы к вводу в ЧССР. Несмотря на всё планирование эти части ННА готовые к вводу в ЧССР не покинули территорию ГДР ни 20 ни 21 августа 1968. 7ая танковая и 11 мотострелковая дивизии были переведенны в резерв . ННА не учавствовала в вводе войск в ЧССР, хотя изначально это было запланированно.

Но всё равно в СМИ ГДР имели местo инсценированные партийным руководством передачи, которые показывали совсем другую картину. Туфтовыми фильмами и фальшивыми статьями в прессе пытались произвести впечатление, что ННА учавствовала в вводе войск в ЧССP и внесла важный вклад в защиту социализма в системе варшавского договора.


warhistory.livejournal.com

Участник событий 1968 года: "Чехи жили при коммунизме"

В Чехии и Словакии отмечают 40-ю подавления «Пражской весны». Непосредственный участник тех событий, рядовой Сергей Маслов рассказал "Правде.Ру", что происходило тогда в Чехословакии, и что нечего вешать на советских солдат "всех собак". При этом нашему герою показалось, что чехи тогда жили... при коммунизме.

В Чехии и Словакии отмечают 40-ю подавления «Пражской весны». Долгие годы советские войска обвиняли чуть ли не во всех смертных грехах, а ответы из Москвы были весьма вялыми. Противники России всё время забывали, что в Чехословакию входили не только подразделения Советской Армии, но и армий ГДР, Польши, Венгрии и Болгарии. Причём советские войска были настроены наиболее миролюбиво из всех союзников.

Читайте: Эхо 1968 года: противоречивые итоги подавления "Пражской весны" .

О событиях 21-22 августа 1968 года в Чехословакии « Правде.Ру » рассказал их непосредственный участник, тогда рядовой танковых войск Сергей Маслов.

Как ваше подразделение оказалось на территории Чехословакии?

В Чехословакию нас перебросили из ГДР, где мы находились, стояли месяца три и ещё участвовали в учениях. О том, что мы пойдём на Прагу, давно ходили неясные слухи. Да и сами командиры не раз говорили, что в Чехословакии ожидаются учения по типу тех, которые проходили в ГДР и Польше.

Потом стали говорить, что там что-то неладно, что среди чехов, как недавно у венгров, зреет измена и что они готовы передаться на Запад и что мы должны успеть до повторения этих событий.

Что вам говорили в тот момент, когда поступил приказ идти на Чехословакию?

В августе 1968 года нам сказали, что мы должны помочь вместе с другими братскими странами чехословацкому народу и народной армии отстоять завоевания социализма и не допустить туда прихода американцев. И хотя нам объявили, что чехословацкая армия сопротивляться не будет, боеприпасы нам всё же выдали на случай, если силы контрреволюции и международной реакции предпримут провокации. Но применять оружие разрешили лишь в самых крайних случаях, причем если кто-то потом из толпы бросал в танки бутылку с бензином, стрелять не разрешали.

Читайте: Американский радар защитили "Пражской весной" .

Оказывали ли вам сопротивление?

Сами чехи сопротивления почти не оказывали. Вернее, они его оказывали таким образом, что оружие применять было нельзя. Например, выстраивались поперек дороги огромной толпой, блокировали движение техники, бросали в нас всякой дрянью и кричали разные ругательства. Однако стоило кому-то зазеваться – на него тут же нападали из-за угла. В общем, бывало, и постреливали и все опять из-за угла. Получалось, что в нас стреляли, а мы – нет.

В итоге наши общие потери ранеными и убитыми составили около роты. Больше половины потерь приходилось на разного рода несчастные случаи и неосторожное обращение с оружием. Но человек 10 были убиты чехами вполне определенно.

Или другой случай: нашей колонне преградила путь огромная толпа из детей, кричавших нам то, что нас невероятно бесило: "Фашисты!" Головной танк стал объезжать эту толпу, однако по её сторонам был такой откос, что он перевернулся, и весь экипаж из трех человек погиб.

Как вели себя советские воины и солдаты из других стран Варшавского договора?

Я не припомню случая, чтобы советский солдат сделал плохо кому-то из чехов. Потому, видимо, они и кидали в нас всякой дрянью. По соседству с нами стояли немцы, которые входили в Прагу почти один в один как в наших фильмах про войну чуть что не с закатанными рукавами. Сначала кто-то пытался организовать что-то вроде баррикад из легковушек на их пути. Но немцы не растерялись и просто переехали их танками, даже не обернувшись. И вообще, где видели косой взгляд, чуть что - били в морду.

Да и поляки тоже спуску не давали. Про остальных не знаю, не сталкивался, видел болгар, они нам "братушки" кричали. И чехи в них ничего не бросали и тем более не стреляли, боялись. Кстати, с немцами мы дружили ещё тогда, когда стояли у них. Бывало, что едешь, а тебе цветы бросают, не то, что эти. И не война, и не мир, а черт знает что, как клоун какой себя ощущал. Так и другие наши говорили.

Потом помаленьку они стали угомоняться. Немцы говорили нам, что с ними (чехами) надо чуть построже и тогда будет тихо. Потом и правда стихло всё, нас отвели из Праги, а потом, по осени, точного числа не помню, вроде как в октябре, вообще вывели из Чехословакии.

Что вас поразило в Чехословакии?

Как и в ГДР поразило то, что и чехи, и немцы, поляки – нет – жили лучше нашего. Я сам из Ярославской области, но таких магазинов как там, и чтобы столько всего было, не видел даже в Москве. И конфеты, и колбасы столько, что глаза разбегаются, и папиросы разные, чего только нет! И наши возмущались: "Чего им ещё надо? Им бы с год пожить у нас, то, поди, задумались бы! От Гитлера освободили, живут как при коммунизме и еще чего-то хотят!"

www.pravda.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о