Содержание

Сирийский Курдистан Википедия

Контролируемая территория, 2014 Контролируемая территория, 2014 Контролируемая территория, 2015 Контролируемая территория, 2016

Демократическая Федерация Северной Сирии (ДФСС), неофиц. Сирийский Курдистан, также Рожава, Западный Курдистан (курд. Rojava — букв. «запад») — самопровозглашённое де-факто самоуправляемое федеративное образование на севере Сирии. О создании Федерации Северной Сирии было объявлено 17 марта 2016 года[2][3][4], хотя свою фактическую автономию под управлением Высшего курдского совета регион приобрёл ещё в 2012 году, после подписания в Эрбиле (Иракский Курдистан) соглашения между двумя ведущими политическими силами сирийских курдов — «Демократическим союзом» и Курдским национальным советом. В настоящее время в административном отношении состоит из трёх регионов: Джазираruen, Африн и Евфрат.

Население Северной Сирии — многонациональное; здесь, помимо курдов, проживают арабы, ассирийцы и туркмены, а также имеются немногочисленные общины армян, черкесов и чеченцев.

Официально Рожава — светская полития, основанная на демократических конфедералистских принципах демократического социализма, либертарного муниципализма, прямой демократии и гендерного равенства. Сторонники её конституции утверждают, что не стремятся к независимости Курдистана, предлагая свою систему как образец для федерализации Сирии в целом. Наиболее влиятельная политическая сила в регионе — партия «Демократический союз» (PYD), составляющая с союзниками основу системы местного самоуправления, «Движения за демократическое общество» (TEV-DEM).

Экономика

Сельское хозяйство — доминирующая отрасль экономики. В регионе Евфрат выращивают пшеницу и оливки, Джазира специализируется только на пшенице, Африн — на оливках.

Главное преимущество Джазиры — добыча нефти.

Ресурсы

Нефть и производство продуктов питания — основа экономики региона, на экспорт идет нефть и сельскохозяйственные продукты, такие как овцы, зерно и хлопок. Импорт включает в себя потребительские товары и запчасти.

До войны в Эль-Хасаке производилось около 40 000 баррелей сырой нефти в день. Во время войны нефтеперерабатывающий завод работал только на 5 % мощности из-за отсутствия химикатов для переработки нефти.

Население

Вооружённые силы

В ходе гражданской войны в Сирии курды создали несколько вооружённых формирований, таких как YPG, YPJ, внутренние войска Асайиш. Вместе с арабскими ополчениями они составили поддержанный США альянс Демократические силы Сирии (Сирийские демократические силы).

Гражданская война в Сирии

Флаг Западного Курдистана на блокпосту в Африне (август 2012 года)      Территория, контролируемая курдскими вооружёнными формированиями в настоящий момент.

С лета 2012 года территория Сирийского Курдистана контролируется Высшим курдским советом и подчиняющимися ему вооружёнными формированиями (YPG) (под контролем правительства Башара Асада частично остались только Хасеке и Эль-Камышлы)[5].

12 июля 2012 года в Эрбиле (Иракский Курдистан) было подписано соглашение между ведущими военно-политическими силами сирийских курдов — партией «Демократический союз» и Курдским национальным советом, которым фактически был провозглашён суверенитет Сирийского Курдистана под управлением Высшего курдского совета. 19 июля отряды YPG взяли штурмом город Айн-эль-Араб, вскоре после чего правительственные войска оставили города Амуда, Африн и Рас-эль-Айн без какого-либо серьёзного сопротивления. 22 июля начались бои между YPG и правительственными войсками в Эль-Камышлы. 2 августа 2012 года Национальный координационный комитет за демократические перемены объявил, что режим Асада свергнут во всём Сирийском Курдистане и что весь регион отныне находится под контролем курдов (кроме города Эль-Камышлы, где всё ещё оставалось некоторое количество правительственных войск, не вступавших в конфликт с курдами и позволивших им поднять курдский флаг над городом)

[6][7].

В январе 2013 года отряды YPG начали операцию по установлению полного контроля над нефтеносными районами Сирийского Курдистана. После нескольких дней боёв правительственные войска вынуждены были отступить, не дождавшись какой-либо помощи от Дамаска[8]. В начале марта того же года было объявлено, что вся нефтедобывающая индустрия северо-востока Сирии отныне находится под курдским контролем[9].

14 ноября 2013 года «Демократический союз» объявил о планах создания переходного правительства в курдских районах Сирии

[10].

Участие курдских Отрядов народной самообороны (YPG) в сирийском конфликте началось со столкновений с правительственными войсками в городе Айн-эль-Араб летом 2012 года. 19 июля 2012 года Отряды народной самообороны захватили город, а на следующий день захватили Амуду, Африн и соседние сельскохозяйственные районы. Начиная с мая 2013 года YPG также ведут активную борьбу с боевиками ССА и исламистами, выступая в роли «третьей силы» в конфликте. Для управления регионом курды создают Высший курдский комитет (курд. Desteya Bilind a Kurd, DBK). К 24 июлю сирийские курды захватывают города Дерика-Хемко (Эль-Маликия), СЕР Kaniyê (Рас-эль-Айн), Дирбеси (Эд-Дарбасия) и Гирке-Леге (Эль-Мабада). Единственные главные курдские города, которые частично остались под контролем правительственных сил, — Хасаке и Камышлы.

Национальная ассамблея Сирийского Курдистана была основана на двух конференциях 2006 года, одна из них прошла в сенате США, другая — в Европарламенте в Брюсселе. Целью Национальной ассамблеи является формирование демократического режима в Сирии и предоставление прав курдам и другим национальным меньшинствам, создание федеративного государства.

В ходе Арабской весны 4 февраля 2011 года через сеть Facebook в Сирии был объявлен День гнева, в котором приняли участие и курдские активисты, участвовавшие в демонстрациях на северо-востоке страны. 7 октября 2011 года один из курдских лидеров, Машааль Таммо был застрелен в своей квартире неизвестными людьми в масках. Многие сторонники Таммо сочли, что это убийство организовано спецслужбами Сирии. На следующий день, во время похорон Таммо, где присутствовало более 50 тысяч человек, силы безопасности открыли огонь по похоронной процессии, при этом погибли пять человек. Сын М. Таммо, Фареса Таммо, отреагировал на это так: «Убийство моего отца — это гвоздь в гроб режима». С тех пор, курдские демонстрации стали постоянной частью гражданской войны в Сирии. В июне 2012 года основной орган оппозиции, Сирийский национальный совет (СНС), избрал своим руководителем этнического курда Абделя Сейда (занимал эту должность до 9 ноября 2012).

12 ноября 2013 года, «Демократический союз» — крупнейшая курдская партия Сирии — объявила о планах по созданию переходного правительства в курдских районах на северо-востоке страны с административным центром в городе Камышлы. Регион предложили разделить на три области — аль-Джазира (мухафаза Хасеке), Кобани (Айн-эль-Араб) и Африн (мухафаза Алеппо).

21 января 2014 года было объявлено о создании автономного самоуправляемого кантона Джазираruen с административным центром в городе Камышлы на северо-востоке Сирии. Президентом избран Экрем Хезо, назначен кабинет министров из 22 человек. Официальными языками кантона объявлены курдский, арабский и ассирийский[11].

17 марта 2016 года было объявлено о создании автономии из трёх кантонов[2].

Политика

Основным органом принятия решений в Сирийском Курдистане являются народные собрания. Члены советов избираются при соблюдении этнического баланса. В каждом муниципалитете на трёх главных должностях должно быть по одному представителю от курдов, арабов и ассирийцев или армян и как минимум одна женщина.[12]

Рабочая партия Курдистана заявила об отказе от планов по созданию государства курдов. Вместо этого она, вдохновившись идеями либертарного муниципализма, призывает курдов к созданию свободных, самоуправляемых сообществ, функционирующих на принципах прямой демократии, которые затем будут объединены невзирая на государственные границы.

[12][13]

Высший курдский совет

Высший курдский совет (курд. Desteya Bilind a Kurd, DBK) — временное правительство Сирийского Курдистана в условиях гражданской войны в Сирии, состоящее наполовину из членов Демократического союза, наполовину — из членов Курдского национального совета. Решение о создании DBK было принято 12 июля 2012 года в Эрбиле при одобрении президента Иракского Курдистана Масуда Барзани. Штаб-квартира DBK располагается в Айн-эль-Араб. В подчинении ВКС находятся Отряды народной самообороны (ОНС), обеспечивающие безопасность в Сирийском Курдистане.

12 июля 2012 года — создаётся временное правительство Сирийского Курдистана (Курдский верховный комитет).

Ноябрь 2013 года — создаётся Региональное Правительство.

21 января 2014 года — объявление о создании Автономии Сирийского Курдистана.

Январь 2014 года — принята временная Конституция.

Члены Высшего курдского совета

ФИО
Членство
Партия
Ахмед Сулейман КНС PDPKS
Исмаил Хаме КНС PYKS
Насрадин Ибрахим КНС ElPartî
Мухьедин Шейх Али КНС PYDKS
Сауд Мэлэ КНС PDKS
Абдулсалам Ахмед НСЗК
Алдар Халил НСЗК TEV-DEM
Ильхам Ахмад НСЗК
Салих Муслим Мухаммад НСЗК PYD
Сенам Мухаммад НСЗК

Международные отношения

Примечания

wikiredia.ru

Сколько суверенитета смогут "проглотить" сирийские курды? » Военное обозрение

Межсирийские переговоры по вопросу будущего Сирии возобновились в Женеве. Основная тематика переговорного процесса связана с конституционными изменениями, которые, как утверждается, грядут в Сирийской Арабской Республике в недалёком будущем. Высокий градус дискуссии, который был присущ любым попыткам договориться по сирийской проблеме, на сей раз вполне можно называть запредельным. Что же добавило масла в и без того высокое пламя словесных дуэлей?

Как выяснилось, новый накал произошёл после того, как в Женеве прибывшая в Швейцарию курдская делегация озвучила собственные варианты дальнейшего развития событий в Сирии для урегулирования ситуации в будущем.


По мнению курдских представителей, такого государства как Сирия в нынешних его границах не должно остаться на карте мира. Предложение курдов основано на том, что Дамаск «должен отпустить сирийский Курдистан». Речь идёт о признании независимости курдских регионов Сирии официальными её властями с предварительным внесением соответствующих конституционных изменений.

Как только подобные заявления стали «гулять» в кулуарах женевской встречи, случился большой информационный переполох в таких государствах как Турция, Ирак и Иран. В Турции курдское предложение по возможной независимости сирийской части Курдистана вызвало настоящую бурю эмоций. В СМИ были опубликованы материалы, в которых различные эксперты отметили невозможность поддержки такого рода предложений. Причина понятна: если даже допустить, что Дамаск вдруг «отпустит» сирийский Курдистан, то автоматически встаёт вопрос о возможности признание независимости «своих» Курдистанов Анкарой, Багдадом и Тегераном.

Короткая этнодемографическая справка: на территории Турции проживают около 17 млн курдов (данные ООН) – 21% от общего населения, в Ираке – не менее 6 миллионов (16%), в Иране – до 7 млн (9%). Число сирийских курдов до начала войны в Сирии оценивалось на уровне 2 млн человек, сегодня различные источники дают значения от 1,1 до 1,5 млн (до 9% от общей численности населения страны).

И уже ни в Анкаре, ни в Багдаде, ни в Тегеране не стали выслушивать курдское «уточнение», в котором говорилось, что якобы отделение курдских регионов от Сирии вовсе не означает отделения курдских регионов от Турции, Ирака и Ирана. Якобы существуют некие гарантии (непонятно кем данные) того, что только сирийский Курдистан может стать независимым, а остальные так и останутся территориальными составляющими перечисленных выше трёх государств региона. Вот только далеко не все участники Женевских переговоров идеей и объявленным наличием неких гарантий прониклись.

На такой случай у курдской делегации был припасён «план Б». Говорят, если с признанием независимости сирийского Курдистана будут наблюдаться проблемы, то мы предлагаем конфедеративное устройство с центральной ролью Дамаска и местными автономными советами.
Фактически это предложение является вариацией того, о чём сообщали СМИ со ссылкой на российских представителей. В материалах средства массовой информации ранее было заявлено, что российская парламентская группа обсудила с президентом Сирии Башаром Асадом возможный процесс по переформатированию Сирийской Арабской Республики в Сирийскую Республику (не только «арабскую»), имеющую федеративное устройство. Отдельной темой проходил и вопрос предоставления курдским территориям автономии.

По словам представителя курдской делегации на переговорах в Женеве, для курдов очень важно, чтобы Дамаск поддержал идею широкой автономии с собственным языком, органами местного самоуправления, средствами массовой информации.

Об экономическом аспекте вопроса открыто не говорят... Однако именно этот аспект и является, по сути, основным. Дело в том, что курдам и сегодня никто в Сирии (если не считать ИГ (* запрещено в РФ)) не запрещает говорить на родном языке и формировать органы местного самоуправления вплоть до аналогов городских советов. Зато нет у курдов юридического основания для того, чтобы распоряжаться основной массой денежных средств, получаемых государством за счёт добычи и реализации углеводородов.

С одной стороны у Дамаска нет никакого резона предоставлять курдам широкую автономию с собственной системой управления экономикой региона. Но есть тут и обратная сторона: почти каждый десятый в нынешней Сирии является курдом, и игнорировать курдские предложения на фоне того, что именно курдские отряды самообороны (после армии САР, естественно) являются наиболее многочисленными и боеготовыми в направлении борьбы с тем же ИГ (*), у Дамаска уже вряд ли получится.

Тем более что вопрос федерализации Сирии и предоставления широкой автономии курдам поддерживают и Москва, и Вашингтон. США, несмотря на серьёзную озабоченность со стороны Турции, продолжают оказывать курдам существенную поддержку на севере САР. И одними лишь сухпайками эта поддержка не ограничивается. Одним из подтверждений такого факта является подготовка так называемого Демократического союза к наступлению на Ракку. В западной и ближневосточной прессе появились данные о том, что широкомасштабное наступление на сирийскую «столицу» террористов так называемого «Исламского государства» (*) будет начато сводными силами уже в апреле – при поддержке американской коалиции. В настоящий момент близ Ракки наблюдается повышение концентрации курдских ополченцев, а также иных сил, поддерживаемых Вашингтоном.

При этом освобождение Ракки от игиловцев станет для Вашингтона не столько непосредственной поддержкой курдов, сколько возможностью впоследствии объявить о своей собственной «большой победе» над терроризмом в Сирии.

Почему Россия готова поддержать автономию сирийского Курдистана? Во-первых, это реально может повлиять на дальнейшее развитие событий в плане урегулирования конфликта – не противопоставить курдов Дамаску, а сделать их близкими по значению (с Дамаском) фигурами на сирийской шахматной доске. Во-вторых, автономия сирийского Курдистана будет держать, как бы помягче выразиться, «в тонусе» Анкару, у которой слишком уж далеко идущие планы в этом регионе.

topwar.ru

Курды уходят за Евфрат — Новости политики, Новости России — EADaily

Турция многого добилась на севере Сирии, в регионе условного «Сирийского Курдистана», территориальные пределы которого под натиском Анкары продолжают сжиматься. На волне борьбы с террористической организацией «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ, запрещена в России) в последние годы в северных и северо-восточных районах Сирии голову поднял «курдский сепаратизм». После двух успешных военных операций в соседней арабской республике, сначала против ИГ («Щит Евфрата», август 2016 — март 2017), а затем и непосредственно против сирийских курдов («Оливковая ветвь», январь — март 2018) на северо-западе САР, Турция идёт дальше на восток.

В её пользу, причём на важном для турецких властей этапе перед всеобщими выборами 24 июня, решается вопрос с сирийским Манбиджем. Из этого населённого пункта на северо-востоке провинции Алеппо и прилегающих к нему территорий начался вывод курдских «Отрядов народной самообороны» (YPG). Курды покидают Манбидж, хотя ещё каких-нибудь несколько недель назад они уверяли весь мир в том, что никогда не сделают Анкаре такой «подарок».

Увы, пришлось. Соединённые Штаты, главный внешний патрон YPG и арабо-курдского альянса «Сирийские демократические силы» (СДС), в составе которого курдские «Отряды» играют ведущую роль, пошли на сделку с Турцией. Серия американо-турецких встреч по дипломатической и военной линиям закончилась составлением «дорожной карты» по Манбиджу, где первым пунктом значится вывод курдов из города и их переправку на восточный берег Евфрата.

Представители командований ВС США и Турции достигли соглашения о реализации плана по сирийскому Манбиджу, о котором ранее договорились главы внешнеполитических ведомств двух стран. Об этом 14 июня сообщили в Генштабе ВС Турции. Согласно информации, доворённость военных стран-союзников по НАТО была достигнута по итогам встречи в немецком Штутгарте. Подробности соглашения турецкий Генштаб не раскрывает. Отмечается лишь, что одобренный генералами план будет представлен политическим руководствам США и Турции «перед дальнейшими переговорами».

«Дорожная карта» по Манбиджу была одобрена 4 июня в Вашингтоне по итогам переговоров госсекретаря США Майка Помпео и министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу. На совместной пресс-конференции главы внешнеполитических ведомств воздержались от представления деталей соглашения, отметив, что они открыты к дальнейшим шагам «для обеспечения безопасности и стабильности в Манбидже». Стороны договорились продолжить дипломатические контакты с целью решения «остающихся вопросов».

Накануне переговоров Чавушоглу заявил, что на первом этапе реализации «дорожной карты» отряды сирийских курдов будут выведены из города, который перейдёт под совместное патрулирование американских и турецких сил в регионе. «Турция стремится к политическому урегулированию в Сирии и выступает решительно против любых шагов, направленных на раздел этой страны. В Астане, Сочи и Женеве Турция продемонстрировала себя одним из ключевых игроков процесса урегулирования», — отметил глава турецкой дипломатии.

По данным турецких СМИ, процесс, который запущен после 4 июня, предусматривает совместный мониторинг в районе Манбиджа военных и сотрудников разведслужб Турции и США. Детали механизма мониторинга будут выработаны сторонами на основе анализа ситуации на местах. Договорённость также подразумевает создание после ухода курдских отрядов администрации Манбиджа из числа местных жителей. «Военный совет», который будет обеспечивать безопасность региона, а также местную гражданскую администрацию, планируется сформировать в соответствии с этническим составом населения региона.

Сразу после встречи Помпео и Чавушоглу в Вашинтоне, американо-турецкого военного контакта в Штутгарте представители YPG заявили о начале вывода своих подразделений из Манбиджа и прилегающего к нему района. По словам командиров YPG, советники и бойцы курдских формирований завершают свою антитеррористическую миссию в сирийском городе, подготовив местное (арабское) ополчение и «Военный совет Манбиджа» к защите населённого пункта собственными силами.

Договорённости Анкары и Вашингтона пока не имеют завершённый вид, сторонам предстоит их детализация. Например, в вопросе сроков реализации первого и последующего этапов «дорожной карты», а также их содержательного наполнения. Так, остающийся в Манбидже «Военный совет» категорически отвергает возможность вступления турецких патрулей в административные пределы города.

Как можно понять, у двух союзников по НАТО имеются определённые разногласия. Однако курды в любом случае выступают в этой истории не субъектами соглашения, а «послушным наблюдателем». Впрочем, часть командиров и рядового состава YPG уже успела обвинить американского партнёра в предательстве курдских интересов, и предложила правительству в Дамаске прямой диалог без предусловий.

Представители главного политического объединения сирийских курдов, партии «Демократический союз» (PYD, его боевое крыло — YPG), 6 июня, т. е. на вторые сутки после достижения между США и Турцией договорённости по Манбиджу, заявили о готовности вступить в переговоры с правительством в Дамаске. Об этом в беседе с агентством Associated Press сообщил «высокопоставленный курдский лидер» Алдар Халил. «Цель (переговоров) состоит в продвижении политического урегулирования по принципу „сирийцы — сирийцы“ (с опорой на внутренние силы страны — EADaily), закрытия дверей для конфликтов и войны (в целом)», — сказал Халил.

Другой собеседник АР, сопредседатель поддерживаемого Соединёнными Штатами СДС Ильхам Ахмед, предположил, что на подготовку к диалогу между курдами и Дамаском уйдёт «определённое время». «Мы стремимся обезопасить наш проект по самоуправлению (на северо-востоке Сирии) и американцы в этом также заинтересованы», — отметил один из лидеров арабо-курдского альянса.

Напомним, что предыдущие попытки свести представителей сирийских курдов и правительства в Дамаске за одним столом переговоров, предпринятые российской стороной, оказались безрезультатными. Прежде всего в виду изменчивости настроений политических и военных лидеров сирийских курдов, которые предложения о переговорах с Дамаском превратили в заурядный торг со своими американскими покровителями. Вот и теперь на поступившие от PYD и YPG сигналы в сирийской столице не спешат с ответом. Внимание правительства Башара Асада отвлечено на южные и юго-западные районы страны. Они географически ближе Дамаску и здесь в его сторону на порядок больше угроз и вызовов, в частности, от сопредельного Израиля. Тем не менее, разброд в рядах сирийских курдов, которых Дамаск, как и Анкара, воспринимает «сепаратистским элементом», взят сирийскими властями на заметку.

Курды уходят на восток от Евфрата. Вместе с тем остающийся на месте «Военный совет Манбиджа» отклоняет любое военное присутствие Турции в этом районе. По поступающей информации подтверждается, что в связи с «предательством американцами интересов курдов» в рядах YPG произошёл раскол. Часть из них продолжает «идти в фарватере американской политики». Другие же приняли решение начать переговоры с официальным Дамаском, не выдвигая никаких предварительных условий.

Фото: dailysabah.com

Теперь перед руководствами PYD и YPG стоят два главных вызова. Первый — вероятность разоружения курдского ополчения, возвращение переданного ему ранее американской стороной тяжёлого вооружения. Пока такая возможность остаётся строго гипотетической. Но официальные лица в Анкаре всё чаще говорят об этом, как о «составной части» соглашения с Вашингтоном по Манбиджу.

Переданное курдам оружие стало ключевым элементом их привязки к американскому фактору влияния в регионе, инструментом подчинения, обеспечивающего практически полную лояльность к США. Если YPG придётся уступить и в этом вопросе, то тогда во весь рост встанет вопрос уже не раскола в боевых порядках сирийских курдов, а об их расформировании.

После 4 июня турецкая пресса муссирует слухи о том, что, согласно американо-турецкой «дорожной карте», на определённом этапе курдам будет предписано вернуть оружие, предоставленное им для борьбы с террористами ИГ в Сирии. Представители YPG и СДС опровергают, указывая на иное положение дел.

Ранее источники в рядах «Сирийских демократических сил» сообщили о получении новой крупной партии военной техники и вооружений. Поставщик тот же — американское военное командование в регионе проведения антитеррористической операции (Ирак и Сирия). Утверждалось, что в общей сложности в восточную часть провинции Дейр-эз-Зор прибыло 250 военных грузов, включая бронемашины и другую тяжёлую технику. По словам источников, вооружение необходимо СДС для продолжения борьбы с игиловцами. В подтверждение подобной антитеррористической направленности очередной оружейной поставки с восточного берега Евфрата в последние дни участился поток информации о возобновлении курдами активных боевых действий против остающихся небольших анклавов ИГ.

На прошлой неделе преимущественно курдские СДС смогли отбить у боевиков ИГИЛ два крупных района восточнее города Шаддади в провинции Хасаке. Наступление велось с запада и севера по сходящимся направлениям с целью окружения группировки ИГ. Наземные операции с воздуха поддерживает американская коалиция. 10−11 июня на западном участке фронта курды отбили у боевиков ИГ селения Хамида, Хамидия и Хувайбира. На северном участке фронта были освобождены посёлки Сафьян и Махфур. 12 июня, после ударов авиации и артиллерии, курды с севера смогли прорвать оборону ИГ и перерезать дорогу Шаддади — Дашиша. Под контроль СДС перешли селения Хумайшия, Хумайдия, Хамдания, Мастур, Дар аль-Хаттаб.

«Оружейное обесточивание» курдов чревато полным развалом их проекта «Федерация Северная Сирия» (ФСС), старт которому был дан в марте 2016 года (изначально в состав ФСС входили курдские кантоны Африн, Кобани (Евфрат) и Джазира). С того времени курды не смогли приблизиться к их конечной цели — провозглашение Сирийского Курдистана. Они только теряли контролируемые ранее обширные территории на севере и северо-западе САР, отступая за Евфрат. Это последний рубеж обороны YPG, уступка в оружейном вопросе поставит сирийских курдов на грань капитуляции. Причём и в их конфликте с Турцией, и перед Дамаском, и в растущей конфронтации курдов региона с Ираном.

Отсюда вторая для них угроза: оказаться окончательно покинутыми «американским партнёром» и остаться один на один с антикурдской коалицией «по умолчанию» (Турция, Иран и Сирия). Иран и Турция вместе с Россией — страны-гаранты перемирия в Сирии. Для Тегерана, Анкары и Дамаска курды создают массу проблем, особенно с учётом их нахождения в фарватере ближневосточной политики Вашингтона.

У Ирана подчёркнуто настороженное отношение к любым соглашениям США с Турцией и другими ключевыми силами региона. Но к «дорожной карте» по Манбиджу данная настороженность иранцев носит достаточно приглушённый характер. Только в одном вопросе Тегерану после 4 июня приходится пока серьёзно забеспокоиться. Речь о появившихся в арабской прессе сообщениях об имевшей место встречи между высокопоставленными военными Саудовской Аравии, Объединённых Арабских Эмиратов и Иордании на американской базе недалеко от контролируемого курдами города Кобани (сирийская провинция Алеппо), расположенного у самой границы с Турцией.

Переговоры с участием представителей Пентагона и YPG состоялись незадолго до заключения США и Турцией сделки по Манбиджу. Если верить информации «посвящённых источников», обсуждалось создание неких совместных пограничных формирований на линии разделения турецких войск и ополчения сирийских курдов. В качестве ядра этих формирований выбраны бойцы аффилированной с СДС группировки «Джейш аль-Санадид» (арабская племенная милиция северной Сирии).

Встреча якобы была инициирована саудовцами, которые в последнее время пытаются оказывать поддержку курдским отрядам. Зная сложные отношения Турции с крупнейшей арабской монархией и откровенную конфронтацию последней с Ираном, двум из трёх стран-гарантов в Сирии есть от чего насторожиться.

Можно предположить, что американцы таким образом готовят почву для своего будущего ухода из северной Сирии, перекладывая ответственность на арабские монархии. Не будем забывать, что под флагом альянса СДС, помимо курдов, воюют и арабские подразделения. Поэтому возможное подключение Эр­Рияда и других аравийских столиц не лишено оснований.

Источники в Тегеране в связи с этим напоминают, что президент США Дональд Трамп уже не раз высказывался в пользу «скорейшего вывода» американских войск с севера и востока Сирии и передаче контроля местным и региональным силам. Под последними, видимо, имеются в виду именно многонациональные арабские силы, готовые вклиниться между Турцией и курдами. Саудовскую Аравию подобный, заметим, достаточно рисковый для Королевства, проект привлекает в силу ограничения турецкого и иранского «экспансионизма» на арабских территориях. А с курдами, полагают саудовцы, они всегда смогут договориться.

Утверждается, что руководство YPG одобрило прибытие арабских сил на территорию распадающейся «Федерации Северной Сирии». Насколько саудовцы смогут стать устраивающей курдов заменой американцам, большой вопрос. Но у Турции и Ирана, позиции которых в этом вопросе, безусловно, найдут отклик и у Дамаска, усилится взаимный настрой раз и навсегда поставить крест на проекте «Сирийский Курдистан».

Ближневосточная редакция EADaily

eadaily.com

Непризнанные автономии - Сирийский Курдистан

Четверг, Январь 16th, 2014 |

Флаг:

Карта:

Демография:

Численность курдов в Сирии составляет порядка 2,5 млн человек (около 9 % населения страны). Численность курдской диаспоры в Сирии сравнительно невелика по сравнению с курдским населением в других странах: Ирак (4,7—6,2 млн.), Иран (7,9 млн) и Турция (14,4 млн). Большинство сирийских курдов говорят на курманджи и являются мусульманами-суннитами, за исключением некоторых курдов-езидов.

По некоторым оценкам, в начале XX века около 12 тысяч курдов жило в Дамаске, 16 тысяч — в районе города Джераблус, и, по-видимому, большинство — в провинции Аль-Джазира. В 1920-х годах после разгрома восстания Махмуда Барзанджи и падения Королевства Курдистан из кемалистской Турции в Сирию хлынул поток курдских беженцев. По имеющимся оценкам, порядка 25 000 курдов бежали в Сирию. Но численность этих переселенцев составляла не более 10 % населения провинции Аль-Джазира и французские власти подмандатной Сирии предоставили им гражданство.

Несмотря на то, что курды издавна проживали на территории нынешней Сирии, современное правительство Сирии использовало факт переселения курдских беженцев в 1920-е годы в качестве свидетельства, что курды не являются коренными жителями страны и это оправдывает дискриминацию курдов.

Значимые населенные пункты Сирийского Курдистана:

  • Айн-эль-Араб
  • Амуда
  • Африн
  • Хасеке
  • Рас-эль-Айн
  • Эль-Камышлы

Языки:

курдский, арабский

Политическая ситуация:

Национальная ассамблея Сирийского Курдистана Сирии была основана на двух конференциях 2006 года, одна из них прошла в сенате США, другая — в Европарламенте в Брюсселе. Целью Национальной ассамблеи является формирование демократического режима в Сирии и предоставление прав курдам и другим национальным меньшинствам, создание федеративного государства.

В ходе Арабской весны 4 февраля 2011 года через сеть Facebook в Сирии был объявлен День гнева, в котором приняли участие и курдские активисты, участвовавшие в демонстрациях на северо-востоке страны. 7 октября 2011 года один из курдских лидеров, Машааль Таммо был застрелен в своей квартире неизвестными людьми в масках. Многие сторонники Таммо сочли, что это убийство организовано спецслужбами Сирии. На следующий день, во время похорон Таммо, где присутствовало более 50 тысяч человек, силы безопасности открыли огонь по похоронной процессии, при этом погибли пять человек. Сын М.Таммо, Фареса Таммо, отреагировал на это так: «Убийство моего отца — это гвоздь в гроб режима.». С тех пор, курдские демонстрации стали постоянной частью гражданской войны в Сирии. В июне 2012 года основной орган оппозиции, Сирийский национальный совет (СНС), избрал своим руководителем этнического курда Абделя Сейда (занимал эту должность до 9 ноября 2012).

12 ноября 2013 года,«Демократический союз» – крупнейшая курдская партия Сирии – объявила о планах по созданию переходного правительства в курдских районах на северо-востоке страны. В будущем регион планируют разделить на три области – аль-Джазира (мухафаза Хасеке), Кобани (Айн-эль-Араб) и Африн (мухафаза Алеппо), административным центром в городе Камышлы. В каждом из областей будет собственная законодательная и исполнительная власть. Не исключено, что сирийские курды получат Конституцию.

Реализовать этот план курды намерены в течение шести месяцев, для этого учрежден комитет из 55 участников. Проект получил благословение полуавтономного курдского регионального правительства Ирака. Впрочем, не все партии сирийского Курдистана поддержали его, так как остается много противоречий. Так, Курдский национальный совет (КНС) не устраивает, что сирийские чиновники по-прежнему присутствуют в городах Хасеке и Камышлы: раз Дамаск продолжает содержать многих сотрудников госучреждений, формирование администрации будет затруднено.

www.geopolitics.ru

Курдская карта. Зачем Израилю нужно еще одно государство на Ближнем Востоке: veritas4 — LiveJournal


Общеизвестно, что курды – наиболее крупный этнос, не имеющий собственного государства. Но поддержать курдов в стремлении это государство заполучить пока готова только одна страна мира – Израиль. Вопрос о признании независимости Курдистана уже вынесен на обсуждение парламента. Но зачем нужен Израилю независимый Курдистан?

Вопрос о признании независимости Курдистана внесли на рассмотрение в Кнессет сразу две партии – «Ликуд» и «Наш дом Израиль». И нужно понимать, что лидером «Ликуда» является действующий премьер-министр Биньямин Нетаньяху, а лидером НДИ – министр обороны Авигдор Либерман. В общем, всё серьезно.

Сама идея не нова: осенью 2017 года Израиль оказался первой и единственной страной, поддержавшей итоги референдума курдского народа по созданию собственного государства.

Реакция других государств оказалась в лучшем случае сдержанной, в худшем в дело пошли угрозы. Так, Иран, куда нефть из Курдистана идет автоцистернами, пригрозил закрыть свои границы, а Турция заявила о готовности «перекрыть трубу», по которой опять-таки идет курдская нефть. Что до Ирака, его силовики начали военную операцию, в ходе которой курды потеряли часть своих территорий, в том числе в богатом нефтью Киркуке.

А Израиль мало того, что признал итоги референдума, так еще и начал покупать нефть из курдской автономии. Ряд палестинских ресурсов поспешили пояснить, что Тель-Авив таким образом перекрыл свои потребности в топливе на две трети. Но в этом ли заключается мотив израильтян?

Продажа нефти для курдов закладывает единственную возможность для реализации собственной государственности, а отказ покупателей или блокировка экспорта крайне болезненна даже для автономии. Так что покупка черного золота в Курдистане для Израиля не причина, а метод поддержки курдского анклава.

У евреев достаточно тесные связи с курдами. На данный момент в Израиле проживает порядка 100 тысяч лаклухов, так называемых ассирийских евреев, до 1950-х живших на территории Курдистана. Но к вопросу независимости Курдистана лаклухи прямого отношения не имеют. Истинный интерес Израиля в другом.

Комментируя референдум прошлого года, эксперты предупреждали, что независимый Курдистан может стать оплотом борьбы против растущего влияния Тегерана. Уже в этом году член «Ликуд» Йов Киш заявил прямо:

«Сталкиваясь с растущей силой Ирана в регионе, экстремизмом Турции и развалом Сирии, Израиль должен возглавить и поддержать усилия курдов по созданию своего независимого государства».

Это заявление прозвучало на фоне выхода США из «ядерной сделки». И в случае, если Иран не выполнит ряд требований (по большей части это касается прекращения поддержки своих вооруженных формирований в Сирии, Ираке, Йемене), Штаты обещают ввести против исламской республики «самые жесткие санкции в истории».

Израильское издание The Jerusalem Post подчеркивает, что этот список требований выдвинут вовсе не с расчетом на их выполнение. Скорее, его можно назвать частью длительной стратегии США и союзников по сдерживанию Ирана на Ближнем Востоке. Помимо уменьшения военного присутствия Тегерана в других странах региона, она направлена на подрыв экономики исламской республики и имиджа ее правительства, на усугубление внутренних проблем в стране и причинение любого рода «тактических унижений и поражений».

Израиль не просто часть этой стратегии, но и главный ее лоббист, готовый идти к своей цели как грубой силой (количество израильских ракет, упавших на иранские военные объекты за последний месяц, уже устали считать), так и уговорами. Саудовское издание Elaph сообщает о непрямых переговорах Израиля и Ирана на территории Иордании, в ходе которых персов убедили не участвовать в наступательной операции сирийской армии в провинции Дераа, граничащей с Голанскими высотами и Иорданией. В противном случае в ход пойдет израильская авиация, которая нанесет удары по «Хезболле» и иранским шиитским ополченцам.

По ряду данных, ключевую роль в достижении этого соглашения сыграла Россия. Израиль мог принять на веру обещание, что шиитов в Дераа не будет, только под российские гарантии.

В публичном же поле по-прежнему звучат призывы премьера Нетаньяху к Ирану покинуть территорию Сирии. Тем временем Совбез ООН «запрещает» Тегерану вести прокси-войны, а США заявляют о необходимости признать Голаны израильской территорией. «Большая игра» за влияние на Ближнем Востоке продолжается, и курдский вопрос всего лишь один из ее эпизодов.

Очевидно, что угроза образования самостоятельного Иракского Курдистана, пример которого неизбежно вдохновит турецких, иранских и сирийских курдов, значительно изменит баланс сил в землях Ирака и Леванта. Эти изменения устроят далеко не всех – а некоторых не устроят категорически. Так курды, которые на сегодняшний день остаются самым многочисленным этносом без собственного государства, становятся разменной монетой в игре, которая им не по силам.

Даже признание курдского государства со стороны не только Израиля, но и других стран едва ли изменит существующие правила противостояния, в котором курды продолжают нести трагические потери.

США и вооруженные отряды сирийских курдов SDF заключили долгосрочное соглашение о военной помощи, при этом силы международной коалиции, вопреки былым обещаниям, вовсе не собираются покидать Сирию.

Но выполнят ли США свою часть обязательств – вопрос открытый. Ранее они неоднократно «умывали руки» под натиском тех, кто к курдской самостоятельности настроен особенно непримиримо, то есть всё тех же турок.

В ходе астанинских переговоров Турция взяла на себя функции по «мониторингу за мирным процессом», который перерос в масштабную военную операцию «Оливковая ветвь». Продолжаются удары по курдам и на севере Ирака.

А после досрочных президентских и парламентских выборов в Турции в конце июня президент Реджеп Тайип Эрдоган анонсировал «кардинальный пересмотр торговых отношений с Израилем», что едва ли свидетельствует о намерениях турок вступать в какие-либо дискуссии по «курдскому вопросу».

Кстати, в СМИ Турции старательно подчеркивают, что «у курдов на Ближнем Востоке уже есть сильное государство, в которое они входят как равноправные граждане, – это государство Турецкая Республика». Политика Израиля в этих же СМИ названа «имперской».

Александр Христофоров

Взгляд

veritas4.livejournal.com

Проект «Сирийский Курдистан» разваливается: Курды уходят за Евфрат

Турция многого добилась на севере Сирии, в регионе условного «Сирийского Курдистана», территориальные пределы которого под натиском Анкары продолжают сжиматься. На волне борьбы с террористической организацией «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ, запрещена в России) в последние годы в северных и северо-восточных районах Сирии голову поднял «курдский сепаратизм». После двух успешных военных операций в соседней арабской республике, сначала против ИГ («Щит Евфрата», август 2016 — март 2017), а затем и непосредственно против сирийских курдов («Оливковая ветвь», январь — март 2018) на северо-западе САР, Турция идёт дальше на восток.

В её пользу, причём на важном для турецких властей этапе перед всеобщими выборами 24 июня, решается вопрос с сирийским Манбиджем. Из этого населённого пункта на северо-востоке провинции Алеппо и прилегающих к нему территорий начался вывод курдских «Отрядов народной самообороны» (YPG). Курды покидают Манбидж, хотя ещё каких-нибудь несколько недель назад они уверяли весь мир в том, что никогда не сделают Анкаре такой «подарок».

Увы, пришлось. Соединённые Штаты, главный внешний патрон YPG и арабо-курдского альянса «Сирийские демократические силы» (СДС), в составе которого курдские «Отряды» играют ведущую роль, пошли на сделку с Турцией. Серия американо-турецких встреч по дипломатической и военной линиям закончилась составлением «дорожной карты» по Манбиджу, где первым пунктом значится вывод курдов из города и их переправку на восточный берег Евфрата.

Представители командований ВС США и Турции достигли соглашения о реализации плана по сирийскому Манбиджу, о котором ранее договорились главы внешнеполитических ведомств двух стран. Об этом 14 июня сообщили в Генштабе ВС Турции. Согласно информации, доворённость военных стран-союзников по НАТО была достигнута по итогам встречи в немецком Штутгарте. Подробности соглашения турецкий Генштаб не раскрывает. Отмечается лишь, что одобренный генералами план будет представлен политическим руководствам США и Турции «перед дальнейшими переговорами».

«Дорожная карта» по Манбиджу была одобрена 4 июня в Вашингтоне по итогам переговоров госсекретаря США Майка Помпео и министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу. На совместной пресс-конференции главы внешнеполитических ведомств воздержались от представления деталей соглашения, отметив, что они открыты к дальнейшим шагам «для обеспечения безопасности и стабильности в Манбидже». Стороны договорились продолжить дипломатические контакты с целью решения «остающихся вопросов».

Накануне переговоров Чавушоглу заявил, что на первом этапе реализации «дорожной карты» отряды сирийских курдов будут выведены из города, который перейдёт под совместное патрулирование американских и турецких сил в регионе. «Турция стремится к политическому урегулированию в Сирии и выступает решительно против любых шагов, направленных на раздел этой страны. В Астане, Сочи и Женеве Турция продемонстрировала себя одним из ключевых игроков процесса урегулирования», — отметил глава турецкой дипломатии.

По данным турецких СМИ, процесс, который запущен после 4 июня, предусматривает совместный мониторинг в районе Манбиджа военных и сотрудников разведслужб Турции и США. Детали механизма мониторинга будут выработаны сторонами на основе анализа ситуации на местах. Договорённость также подразумевает создание после ухода курдских отрядов администрации Манбиджа из числа местных жителей. «Военный совет», который будет обеспечивать безопасность региона, а также местную гражданскую администрацию, планируется сформировать в соответствии с этническим составом населения региона.

Сразу после встречи Помпео и Чавушоглу в Вашинтоне, американо-турецкого военного контакта в Штутгарте представители YPG заявили о начале вывода своих подразделений из Манбиджа и прилегающего к нему района. По словам командиров YPG, советники и бойцы курдских формирований завершают свою антитеррористическую миссию в сирийском городе, подготовив местное (арабское) ополчение и «Военный совет Манбиджа» к защите населённого пункта собственными силами.

Договорённости Анкары и Вашингтона пока не имеют завершённый вид, сторонам предстоит их детализация. Например, в вопросе сроков реализации первого и последующего этапов «дорожной карты», а также их содержательного наполнения. Так, остающийся в Манбидже «Военный совет» категорически отвергает возможность вступления турецких патрулей в административные пределы города.

Как можно понять, у двух союзников по НАТО имеются определённые разногласия. Однако курды в любом случае выступают в этой истории не субъектами соглашения, а «послушным наблюдателем». Впрочем, часть командиров и рядового состава YPG уже успела обвинить американского партнёра в предательстве курдских интересов, и предложила правительству в Дамаске прямой диалог без предусловий.

Представители главного политического объединения сирийских курдов, партии «Демократический союз» (PYD, его боевое крыло — YPG), 6 июня, т. е. на вторые сутки после достижения между США и Турцией договорённости по Манбиджу, заявили о готовности вступить в переговоры с правительством в Дамаске. Об этом в беседе с агентством Associated Press сообщил «высокопоставленный курдский лидер» Алдар Халил. «Цель (переговоров) состоит в продвижении политического урегулирования по принципу „сирийцы — сирийцы“ (с опорой на внутренние силы страны — EADaily), закрытия дверей для конфликтов и войны (в целом)», — сказал Халил.

Другой собеседник АР, сопредседатель поддерживаемого Соединёнными Штатами СДС Ильхам Ахмед, предположил, что на подготовку к диалогу между курдами и Дамаском уйдёт «определённое время». «Мы стремимся обезопасить наш проект по самоуправлению (на северо-востоке Сирии) и американцы в этом также заинтересованы», — отметил один из лидеров арабо-курдского альянса.

Напомним, что предыдущие попытки свести представителей сирийских курдов и правительства в Дамаске за одним столом переговоров, предпринятые российской стороной, оказались безрезультатными. Прежде всего в виду изменчивости настроений политических и военных лидеров сирийских курдов, которые предложения о переговорах с Дамаском превратили в заурядный торг со своими американскими покровителями. Вот и теперь на поступившие от PYD и YPG сигналы в сирийской столице не спешат с ответом. Внимание правительства Башара Асада отвлечено на южные и юго-западные районы страны. Они географически ближе Дамаску и здесь в его сторону на порядок больше угроз и вызовов, в частности, от сопредельного Израиля. Тем не менее, разброд в рядах сирийских курдов, которых Дамаск, как и Анкара, воспринимает «сепаратистским элементом», взят сирийскими властями на заметку.

Курды уходят на восток от Евфрата. Вместе с тем остающийся на месте «Военный совет Манбиджа» отклоняет любое военное присутствие Турции в этом районе. По поступающей информации подтверждается, что в связи с «предательством американцами интересов курдов» в рядах YPG произошёл раскол. Часть из них продолжает «идти в фарватере американской политики». Другие же приняли решение начать переговоры с официальным Дамаском, не выдвигая никаких предварительных условий.

Теперь перед руководствами PYD и YPG стоят два главных вызова. Первый — вероятность разоружения курдского ополчения, возвращение переданного ему ранее американской стороной тяжёлого вооружения. Пока такая возможность остаётся строго гипотетической. Но официальные лица в Анкаре всё чаще говорят об этом, как о «составной части» соглашения с Вашингтоном по Манбиджу.

Переданное курдам оружие стало ключевым элементом их привязки к американскому фактору влияния в регионе, инструментом подчинения, обеспечивающего практически полную лояльность к США. Если YPG придётся уступить и в этом вопросе, то тогда во весь рост встанет вопрос уже не раскола в боевых порядках сирийских курдов, а об их расформировании.

После 4 июня турецкая пресса муссирует слухи о том, что, согласно американо-турецкой «дорожной карте», на определённом этапе курдам будет предписано вернуть оружие, предоставленное им для борьбы с террористами ИГ в Сирии. Представители YPG и СДС опровергают, указывая на иное положение дел.

Ранее источники в рядах «Сирийских демократических сил» сообщили о получении новой крупной партии военной техники и вооружений. Поставщик тот же — американское военное командование в регионе проведения антитеррористической операции (Ирак и Сирия). Утверждалось, что в общей сложности в восточную часть провинции Дейр-эз-Зор прибыло 250 военных грузов, включая бронемашины и другую тяжёлую технику. По словам источников, вооружение необходимо СДС для продолжения борьбы с игиловцами. В подтверждение подобной антитеррористической направленности очередной оружейной поставки с восточного берега Евфрата в последние дни участился поток информации о возобновлении курдами активных боевых действий против остающихся небольших анклавов ИГ.

На прошлой неделе преимущественно курдские СДС смогли отбить у боевиков ИГИЛ два крупных района восточнее города Шаддади в провинции Хасаке. Наступление велось с запада и севера по сходящимся направлениям с целью окружения группировки ИГ. Наземные операции с воздуха поддерживает американская коалиция. 10−11 июня на западном участке фронта курды отбили у боевиков ИГ селения Хамида, Хамидия и Хувайбира. На северном участке фронта были освобождены посёлки Сафьян и Махфур. 12 июня, после ударов авиации и артиллерии, курды с севера смогли прорвать оборону ИГ и перерезать дорогу Шаддади — Дашиша. Под контроль СДС перешли селения Хумайшия, Хумайдия, Хамдания, Мастур, Дар аль-Хаттаб.

«Оружейное обесточивание» курдов чревато полным развалом их проекта «Федерация Северная Сирия» (ФСС), старт которому был дан в марте 2016 года (изначально в состав ФСС входили курдские кантоны Африн, Кобани (Евфрат) и Джазира). С того времени курды не смогли приблизиться к их конечной цели — провозглашение Сирийского Курдистана. Они только теряли контролируемые ранее обширные территории на севере и северо-западе САР, отступая за Евфрат. Это последний рубеж обороны YPG, уступка в оружейном вопросе поставит сирийских курдов на грань капитуляции. Причём и в их конфликте с Турцией, и перед Дамаском, и в растущей конфронтации курдов региона с Ираном.

Отсюда вторая для них угроза: оказаться окончательно покинутыми «американским партнёром» и остаться один на один с антикурдской коалицией «по умолчанию» (Турция, Иран и Сирия). Иран и Турция вместе с Россией — страны-гаранты перемирия в Сирии. Для Тегерана, Анкары и Дамаска курды создают массу проблем, особенно с учётом их нахождения в фарватере ближневосточной политики Вашингтона.

У Ирана подчёркнуто настороженное отношение к любым соглашениям США с Турцией и другими ключевыми силами региона. Но к «дорожной карте» по Манбиджу данная настороженность иранцев носит достаточно приглушённый характер. Только в одном вопросе Тегерану после 4 июня приходится пока серьёзно забеспокоиться. Речь о появившихся в арабской прессе сообщениях об имевшей место встречи между высокопоставленными военными Саудовской Аравии, Объединённых Арабских Эмиратов и Иордании на американской базе недалеко от контролируемого курдами города Кобани (сирийская провинция Алеппо), расположенного у самой границы с Турцией.

Переговоры с участием представителей Пентагона и YPG состоялись незадолго до заключения США и Турцией сделки по Манбиджу. Если верить информации«посвящённых источников», обсуждалось создание неких совместных пограничных формирований на линии разделения турецких войск и ополчения сирийских курдов. В качестве ядра этих формирований выбраны бойцы аффилированной с СДС группировки «Джейш аль-Санадид» (арабская племенная милиция северной Сирии).

Встреча якобы была инициирована саудовцами, которые в последнее время пытаются оказывать поддержку курдским отрядам. Зная сложные отношения Турции с крупнейшей арабской монархией и откровенную конфронтацию последней с Ираном, двум из трёх стран-гарантов в Сирии есть от чего насторожиться.

Можно предположить, что американцы таким образом готовят почву для своего будущего ухода из северной Сирии, перекладывая ответственность на арабские монархии. Не будем забывать, что под флагом альянса СДС, помимо курдов, воюют и арабские подразделения. Поэтому возможное подключение Эр­Рияда и других аравийских столиц не лишено оснований.

Источники в Тегеране в связи с этим напоминают, что президент США Дональд Трамп уже не раз высказывался в пользу «скорейшего вывода» американских войск с севера и востока Сирии и передаче контроля местным и региональным силам. Под последними, видимо, имеются в виду именно многонациональные арабские силы, готовые вклиниться между Турцией и курдами. Саудовскую Аравию подобный, заметим, достаточно рисковый для Королевства, проект привлекает в силу ограничения турецкого и иранского «экспансионизма» на арабских территориях. А с курдами, полагают саудовцы, они всегда смогут договориться.

Утверждается, что руководство YPG одобрило прибытие арабских сил на территорию распадающейся «Федерации Северной Сирии». Насколько саудовцы смогут стать устраивающей курдов заменой американцам, большой вопрос. Но у Турции и Ирана, позиции которых в этом вопросе, безусловно, найдут отклик и у Дамаска, усилится взаимный настрой раз и навсегда поставить крест на проекте «Сирийский Курдистан».

 

Ближневосточная редакция  EADaily

 

riataza.com

Сирийский Курдистан — Википедия

Координаты: 37° с. ш. 41° в. д. / 37° с. ш. 41° в. д. / 37; 41 (G) (O)

Сирийский Курдистан (курд. Kurdistana Sûriyê), в курдских источниках чаще употребляется название Западный Курдистан (Rojavayê Kurdistanê) или Рожава (Rojava, букв. «запад») — общее название для северных и северо-восточных регионов Сирии, населённых преимущественно курдами.[2] Начиная с лета 2012 г., территория Сирийского Курдистана по большей части контролируется Высшим курдским советом и связанными с ним вооружёнными формированиями (под контролем правительства Башара Асада частично остались только Хасеке и Эль-Камышлы)[3]. В то же время, Сирийский национальный совет отрицает само существование такого понятия, как «Сирийский Курдистан», и считает, что в Сирии есть только районы, населённые курдами (не на 100 %), и не более того. В ноябре 2013 было создано Региональное Правительство, куда вошли курды, ассирийцы и арабы.[4]

Значимые населённые пункты Сирийского Курдистана[править]

Сельское хозяйство — доминирующая отрасль во всех трех кантонах. В Кобани выращивают пшеницу и оливки, Джазира специализируется только на пшенице, Африн — на оливках. Главное преимущество Джазиры — добыча нефти. До начала войны 60 % бедного населения Сирии составляли курды. Сегодня 70 % государственных расходов — это расходы на оборону и безопасность. Рожава убрала налоги как для физических, так и для юридических лиц. Администрация поощряет местные кооперативы и мелкий бизнес для потребностей народа.

Демократические комитеты регулируют цены в кантонах, что снижает монополии и исключает завышение цен на товары. Правительство ищет внешние инвестиции для постройки электростанции ​​и завода по производству удобрений.

Ресурсы[править]

Нефть и производство продуктов питания основа экономики региона, на экспорт идет нефть и сельскохозяйственные продукты, такие как овцы, зерно и хлопок. Импорт включает в себя потребительские товары и запчасти.

До войны, в Эль-Хасаке производилось около 40 000 баррелей сырой нефти в день. Во время войны нефтеперерабатывающий завод работал только на 5 % мощности, из-за отсутствия химикатов для переработки нефти.

Численность курдов в Сирии составляет порядка 2,5 млн человек (около 9 % населения страны). Большинство сирийских курдов говорят на курманджи и являются мусульманами-суннитами, за исключением некоторых курдов-езидов.

По некоторым оценкам, в начале XX века около 12 тысяч курдов жило в Дамаске, 16 тысяч — в районе города Джераблус, и, по-видимому, большинство — в провинции Аль-Джазира. В 1920-х годах после разгрома восстания шейха Саида из кемалистской Турции в Сирию хлынул поток курдских беженцев. По имеющимся оценкам, порядка 25 000 курдов бежали в Сирию. Но численность этих переселенцев составляла не более 10 % населения провинции Аль-Джазира и французские власти подмандатной Сирии предоставили им гражданство.

Несмотря на то, что курды издавна проживали на территории нынешней Сирии, современное правительство Сирии использовало факт переселения курдских беженцев в 1920-е годы в качестве свидетельства, что курды не являются коренными жителями страны и это оправдывает дискриминацию курдов.

Османская империя[править]

Французский Мандат[править]

Гражданская война в Сирии[править]

Для защиты населения региона от террора были созданы Отряды народной самообороны (ОНС) . Участие ОНС в сирийском конфликте началось со столкновений с правительственными войсками в городе Айн-эль-Араб летом 2012 года. 19 июля 2012 Отряды народной самообороны захватили город, а на следующий день захватили Амуд и Африн, и 360 деревень в его окрестностях . Начиная с мая 2013 г., ОНС также ведут активную борьбу с боевиками ССА и исламистами, выступая в роли «третьей силы» в конфликте. Для управления регионом курды создают — Курдский верховный комитет (курд. Desteya Bilind a Kurd, DBK). К 24 июлю сирийские курды захватывают города Derika Hemko (Аль-Malikiyah), СЕР Kaniyê (Ра аль-'Айн), Dirbêsî (Аль-Darbasiyah) и Гирке Lege (Аль-Ma’bada). Единственные главные курдские города, которые частично остались под контролем государства — это Хасаке и Камышлы.

Национальная ассамблея Сирийского Курдистана Сирии была основана на двух конференциях 2006 года, одна из них прошла в сенате США, другая — в Европарламенте в Брюсселе. Целью Национальной ассамблеи является формирование демократического режима в Сирии и предоставление прав курдам и другим национальным меньшинствам, создание федеративного государства.

В ходе Арабской весны 4 февраля 2011 года через сеть Facebook в Сирии был объявлен День гнева, в котором приняли участие и курдские активисты, участвовавшие в демонстрациях на северо-востоке страны. 7 октября 2011 года один из курдских лидеров, Машааль Таммо был застрелен в своей квартире неизвестными людьми в масках. Многие сторонники Таммо сочли, что это убийство организовано спецслужбами Сирии. На следующий день, во время похорон Таммо, где присутствовало более 50 тысяч человек, силы безопасности открыли огонь по похоронной процессии, при этом погибли пять человек. Сын М.Таммо, Фареса Таммо, отреагировал на это так: «Убийство моего отца — это гвоздь в гроб режима». С тех пор, курдские демонстрации стали постоянной частью гражданской войны в Сирии. В июне 2012 года основной орган оппозиции, Сирийский национальный совет (СНС), избрал своим руководителем этнического курда Абделя Сейда (занимал эту должность до 9 ноября 2012).

12 ноября 2013 года, «Демократический союз» — крупнейшая курдская партия Сирии — объявила о планах по созданию переходного правительства в курдских районах на северо-востоке страны с административным центром в городе Камышлы. Регион предложили разделить на три области — аль-Джазира (мухафаза Хасеке), Кобани (Айн-эль-Араб) и Африн (мухафаза Алеппо).

21 января 2014 было объявлено о создании автономного самоуправляемого кантона Джизре[en] с административным центром в городе Камышлы на северо-востоке Сирии. Президентом избран Экрем Хезо, назначен кабинет министров из 22 человек. Официальными языками кантона объявлены курдский, арабский и сирийский[5].

Война с Исламским государством.

Сирийские курды уже более двух лет воюют с боевиками группировки «Исламское государство Ирака и Леванта», ныне называющей себя просто «Исламское государство». Курдское ополчение почти на треть состоит из женщин. Многим из них — еще нет и двадцати лет, однако сражаются они с общим врагом наравне с мужчинами.

Основным органом принятия решений в Сирийском Курдистане являются народные ассамблеи. Члены советов избираются при соблюдении этнического баланса. В каждом муниципалитете на трёх главных должностях должно быть по одному представителю от курдов, арабов и ассирийцев или армян и как минимум одна женщина.[6]

Рабочая партия Курдистана заявила об отказе от планов по созданию государства курдов. Вместо этого она, вдохновившись идеями либертарного муниципализма, призывает курдов к созданию свободных, самоуправляемых сообществ, функционирующих на принципах прямой демократии, которые затем будут объединены невзирая на государственные границы.[6][7]

Курдский Верховный Комитет[править]

Курдский верховный комитет (курд. Desteya Bilind a Kurd, DBK) — временное правительство Сирийского Курдистана в условиях гражданской войны в Сирии, состоящее наполовину из членов Демократического союза, наполовину — из членов Курдского национального совета. Решение о создании DBK было принято 12 июля 2012 г. в Эрбиле при одобрении президента Иракского Курдистана Масуда Барзани. Штаб-квартира DBK располагается в Айн-эль-Араб. В подчинении ВКС находятся Отряды народной самообороны (ОНС), обеспечивающие безопасность в Сирийском Курдистане.

12 июля 2012 г. — создаётся временное правительство Сирийского Курдистана (Курдский верховный комитет)

Ноябрь 2013 — создаётся Региональное Правительство

21 января 2014 — объявление о создании Автономии Сирийского Курдистана

Январь 2014 — принята временная Конституция

Члены Высшего курдского совета[править]

ФИО Членство Партия
Ахмед Сулейман КНС PDPKS
Исмаил Хаме КНС PYKS
Насрадин Ибрахим КНС ElPartî
Мухьедин Шейх Али КНС PYDKS
Сауд Мэлэ КНС PDKS
Абдулсалам Ахмед НСЗК
Алдар Халил НСЗК TEV-DEM
Ильхам Ахмад НСЗК
Салих Муслим Мухаммад НСЗК PYD
Сенам Мухаммад НСЗК

Международные отношения[править]

www.wiki-wiki.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *