Синопское сражение — Статьи

После того, как Османская империя объявила России войну, Лондон предупредил русского посла, что в случае атаки турецких портов корабли союзников заступятся за них. В то время англо-французская эскадра базировалась в Мраморном море. Нахимов вышел из Севастополя, чтобы крейсировать у турецких берегов и препятствовать поставкам оружия и боеприпасов. Вскоре вице-адмирал получил известие о начале войны и о турецких кораблях, стоящих в Синопе. По сведениям морского министра князя Меншикова турки планировали высадить десант у Сухума и Поти. Нахимов двинулся туда, в это же время в Синоп направлялся отряд вице-адмирала Османа-паши. Ему удалось разминуться с русской эскадрой и беспрепятственно пройти к городу. Когда же корабли Черноморского флота подошли к Синопу, то обнаружили там значительно большие силы, чем предполагалось — 7 фрегатов, 2 корвета, 1 шлюп и 2 парохода, которые прикрывали пять из шести береговых батарей. Павел Нахимов принял решение о блокировать порт до прибытия подкрепления. На помощь ему из Севастополя была послана эскадра контр-адмирала Федора Новосильского, которая присоединилась к нахимовским кораблям, усилив их вдвое.


Вице-адмирал Павел Нахимов

Таким образом, у Нахимова были 84-пушечные линейные корабли «Императрица Мария», «Чесма», «Ростислав» и пришедшие с Новосильским 120-пушечные «Париж», «Великий князь Константин», «Три святителя», фрегаты «Кагул» и «Кулевчи». У турок было 7 фрегатов, в том числе «Фазли Аллах», бывший русский корабль «Рафаил», без боя сдавшийся врагу в 1829 году, 3 корвета, пароходо-фрегат «Таиф» и пароход «Эркиле». С берега их прикрывали пять батарей, которые стоили целого линейного корабля. Кроме того, турки могли рассчитывать на помощь французских и английских кораблей, которые стояли в проливе Дарданеллы. Турки стояли полумесяцем, что обеспечивало перекрестный обстрел любой эскадры, входящей на рейд. У османа-паши был приказ оставаться в бухте, пока не установится хорошая погода.

29 ноября Нахимов получил приказ Меншикова по возможности щадить город, чтобы не дать повод европейским державам вступить в конфликт. Вице-адмирал, опасаясь, что к туркам прибудет подкрепление, решил дать бой назавтра. В 10 утра он провел собрание командного состава на флагмане «Императрица Мария». Было решено атаковать двумя колоннами: первой командовал Нахимов, второй — Новосильский. Город решили беречь и атаковать только суда и батареи. Предполагалось впервые использовать бомбические орудия. В этот же день из Севастополя к Синопу вышли три парохода «Одесса», «Крым» и «Херсонес», однако прибыли на место только к концу боя.


Синопский бой

Утром 30 ноября погода была не на стороне русского флота: был туман, моросил дождь, который к 16 часам перешел в ливень, порывистый ветер ост-зюйд-ост мешал захвату неприятельских кораблей, которые легко могли выброситься на берег. В 9:30 эскадра направилась к рейду. В 12:30 прозвучал первый выстрел 44-пушечного фрегата «Аунни-Аллах» после которого огонь был открыт со всех турецких судов и батарей. «Императрицу Марию» засыпало снарядами, рангоут и стоячий такелаж были перебиты, но корабль продолжал идти вперед. Эскадра следовала за ним беспрекословно, пока оба фрегата не встали на якорь. «Императрица Мария» встала против «Аунни Аллах» и полчаса обстерливала его. Не выдержав такого огня, турецкий фрегат выбросился на берег. Тогда русский флагман принялся за «Фазли Аллах». Он тоже вскоре загорелся и выбросился на берег, остатки «предательского» судна, как и было приказано императором, сожгли. Нахимов позднее докладывал Николаю: «Воля Вашего Императорского Величества исполнена — фрегат «Рафаил» не существует». Теперь действия флагмана сосредоточились на батарее № 5.


Карта сражения

В это время «Чесма» расправилась с батареями № 3 и № 4. «Великий князь Константин» после 20 минут боя взорвал фрегат «Навек-Бахри», осыпав обломками и телами моряков батарею № 4. Второй фрегат «Несими-Зефер», который обстреливался русским линейным кораблем, был ветром выброшен на берег. «Париж» под командованием капитана I ранга Владимира Истомина всего за 4,5 минуты обрушил опасную батарею № 5. После этого начался обстрел корвета «Гюли-Сефид» и фрегата «Дамиад». В 13:05 корвет взорвался, «Дамиад» выбросился на берег. После обстрела 64-пушечный турецкий фрегат «Низамие» лишился двух мачт и тоже выбросился на берег. Тогда «Париж» принялся добивать батарею № 5. Нахимов, говоря о «Париже», отмечал, что «нельзя было налюбоваться прекрасными и хладнокровно рассчитанными действиями корабля».


Российские корабли в битве у Синопа

Линейный корабль «Три святителя» вступил в борьбу с «Каиди-Зефер», но турецкие выстрелы перебили у него шпринг, а огонь с батареи № 6 повредил рангоут. Развернувшись, он снова начал обстрел по вражескому фрегату и принудил его и другие суда броситься к берегу. «Ростислав», прикрывавший «Три святителя», открыл огонь по батарее № 6 и корвету «Фейзе-Меабуд», отбросив его на берег.

В 13:30 показались пришедшие на помощь русские пароходы. Бой уже близился к завершению, турки сильно ослабели, но корабли тут же вступили в бой. «Париж» и «Ростислав» окончательно разрушили батареи № 5 и № 6. Тут и там турецкие корабли, вероятно подожженные своими экипажами, загорались и взлетали на воздух. Горящие обломки падали на город, начался сильный пожар. Перед битвой турки ушли из своей части Синопа, в городе остались только греки, которые считали русских друзьями. Когда начался пожар, греки оперативно тушили возгорания на своей части города, турецкая же половина очень сильно пострадала.

Около 14 часов вражеский пароходо-фрегат «Таиф» вырвался из линии турецких судов, терпевших поражение, и направился в сторону Стамбула. Бегущий с театра военных действий корабль преследовали «Кагул» и «Кулевчи», но им не хватало скорости, тогда за беглецом последовали русские пароходы. Капитан «Таифа» Яхья-бей прибыл в Стамбул и доложил о гибели турецкой эскадры, его корабль был единственным уцелевшим. Османское правительство уволило капитана за «недостойное поведение», султан был взбешен бегством «Таифа». Между тем бой продолжался. К 15 часам турецкие корабли прекратили огонь, к 16 были подавлены все береговые батареи. Турецкие корабли горели, боеприпасы взлетали на воздух, пушки горящих фрегатов были опасны и в 20 часов Нахимов приказал отвести свои корабли от берега. При осмотре кораблей противника было взято в плен 180 человек. Среди них был и Осман-паша, раненый, ограбленный и полураздетый своими же матросами. Турецкий вице-адмирал сам вручил Нахимову свой палаш. Пару дней русские матросы чинили свои корабли, а 2 декабря выдвинулись в Севастополь. Под общее ликование через два дня они вошли в бухту.


Ночь после битвы

Нахимова наградили орденом святого Георгия II степени, но Меншиков отказался выдвигать его в адмиралы. Синопская победа, которую англичане назвали «резней», особенно из-за опустошительного пожара в городе, спровоцировала вступление в войну Великобритании и Франции, чего пытался избежать морской министр. Нахимов это прекрасно понимал и говорил: «англичане увидят, что мы им действительно опасны на море, и поверьте, они употребят все усилия, чтобы уничтожить Черноморский флот». Капитана «Парижа» Истомина произвели в конт-адмиралы. Император пожаловал 250 Георгиевских крестов героям битвы. Так как предложенных к награде матросов оказалось больше, чем крестов, то они распределялись по жребию. Руководство флота не зря опасалось ступления европейских держав в войну. В сентябре 1854 года англо-французская армия высадилась в Крыму. Началась оборона Севастополя. Нахимов тяжело переживал ее, считал себя виноватым и знал, что это месть за Синоп.

diletant.media

Маркс о синопском сражении: вероломная и трусливая бойня: medved_olympus — LiveJournal

Синопское морское сражение, героический эпизод отечественной истории. Подвиг русских моряков прославлен учреждением Ордена Нахимова в 1944 году. В 1952 году, к 100-летию синопского сражения, Калашниковская набережная в Ленинграда была переименована в Синопскую набережную. Событие отмечено днём воинской славы 1 декабря (ФЗ №32-Ф3 от 13 марта 1995г.)

СССР, равно как и Россия, однозначно считал это героическим эпизодом отечественной истории, но это радикально противоречило тому, что говорили о синопском сражении классики марксизма-энгельсизма. Особенно двусмысленным было положение тех, кто занимался идеологической работой. Например, военные политработники, которые вели патриотическую пропаганду и пропаганду «единственно верного учения», зная что говорили отцы основатели «единственно верного учения» о подвигах Нахимова.

Вот что пишет о ходе сражении историк Найда С.Ф. Цит. Найда С.Ф., Выдающийся русский флотоводец адмирал П.С.Нахимов, М. «Знание», сер. 1, №71, 1952 (электронный текст можно найти здесь.)

В 9 часов 30 минут на флагманском корабле взвился сигнал: «Приготовиться к бою и итти на Синопский рейд». Быстро эскадра снялась с якоря и с поднятыми национальными флагами устремилась на противника. На ходу по сигналу Нахимова эскадра построилась в две колонны. Строй двух колонн, установленный Нахимовым, был весьма разумным в тактическом отношении. Он вдвое сокращал пребывание эскадры под огнем противника при входе кораблей на Синопский рейд н ускорял развертывание эскадры к бою по намеченной диспозиции. Это обеспечивало быстрый натиск на противника и меньшие потери от вражеского огня. Маневр этот блестяще удался.

В первой колонне шли 3 корабля — 84-пушечные корабли «Императрица Мария» (флагман), «Чесма» и 120-пушечный корабль «Константин»; во второй — тоже 3 корабля: 120-пушечный корабль «Париж» (командиром которого был капитан 1-го ранга Истомин, будущий герой обороны Севастополя), 120-пушечный корабль «Три святителя» и 84-пушечный корабль «Ростислав». Фрегаты «Кагул», имевший 44 пушки, и «Кулевчи», имевший 52 пушки, остались по указанию Нахимова охранять выход из Синопской бухты, чтобы воспрепятствовать возможному бегству во время боя турецких пароходов.

Около полудня эскадра подошла к входу в бухту. Все ждали сигнала с флагманского корабля. Прошло немного времени, пробила одна склянка. В это время с турецкого корабля раздался первый пушечный выстрел, и вслед за ним началось знаменитое Синопское сражение.

Флагманский корабль Нахимова «Императрица Мария», отстреливаясь от кораблей противника, неуклонно шел вперед и отдал якорь лишь тогда, когда достиг своей цели — флагманского корабля турок «Аунн Аллах». Он зажег корабль противника и заставил его выброситься на берег, а затем уничтожил также турецкий фрегат «Фазли Аллах». Несмотря на то, что в бою флагманский корабль «Императрица Мария» получил 60 пробоин и другие повреждения, он повернул для оказания помощи второй колонне кораблей. Нахимов хладнокровно руководил боем. Спокойствие и выдержка командующего эскадрой придавали всем уверенность в победе.

Корабль «Константин» на подходе к указанному по диспозиции месту был осыпан градом ядер, книпелей 4 и картечи. Однако он упорно продвигался вперед и стал на якорь для боя вскоре после флагманского корабля. Батальным огнем правого борта по турецкой батарее и двум фрегатам он вначале взорвал один фрегат и огнем своих пушек на время заставил замолчать береговую батарею, затем открыл губительный огонь по другому турецкому фрегату и корвету. Вскоре фрегат и корвет были подбиты и выбросились на берег. Корабль «Чесма» после победы над турецким фрегатом метко громил береговые батареи.

Корабль «Париж», на котором был второй флагман — контр-адмирал Новосильский, точно по диспозиции стал на якорь и метким огнем своих пушек потопил три турецких судна, а затем повел уничтожающий огонь по береговой батарее.

Действия корабля «Париж» получили особое одобрение Нахимова. Корабль «Три святителя», несмотря на сильные повреждения, огнем своих пушек заставил фрегат противника выброситься на берег и до конца боя продолжал вести огонь. Корабль «Ростислав» огнем своих пушек потопил корвет и уничтожил батарею.

Русские моряки дрались с врагом самоотверженно, с необыкновенным упорством, тушили пожары, тут же становились на место убитых и раненых. На «Константине» в разгар боя разорвавшейся бомбой была разбита палуба и начался пожар. Быстро распространявшийся огонь угрожал взрывом крюйт-камеры (место, где хранится порох). Мичман Колокольцев, пренебрегая опасностью, наглухо закрыв двери и люки крюйт-камеры, с хладнокровием потушил огонь и спас этим корабль от взрыва.

К 5 часам вечера 18 ноября 1853 года битва завершилась полным уничтожением турецкой эскадры и всей береговой обороны противника. Только одни пароход противника — «Таиф» под командованием английского офицера, пользуясь своим превосходством в скорости против фрегатов «Кагул» и «Кулевчи», бросил турок и бежал в Константинополь.

В Синопском сражении было уничтожено 13 боевых неприятельских кораблей и 4 купеческих, убито до 3 тысяч турок и много взято в плен. В числе захваченных в плен оказался и начальник турецкой эскадры вице-адмирал Осман-паша вместе с командирами некоторых кораблей.

Русская эскадра не потеряла ни одного корабля. Потерн в людях составили: убитыми 38 человек, ранеными н контуженными 235 человек.

В полном соответствие с этим описанием подвиг русского флота утверждён как статут Ордена Нахимова, которым награждают, в частности, за «за успехи в разработке, проведении и обеспечении операций, боевых действий группировок сил (войск) Военно-Морского Флота самостоятельно и в составе группировок войск (сил), в результате которых успешно отражены наступательные действия противника и нанесены ему значительные потери»

Естественно, такая разгромная победа не могла не «обрадовать» тех, кто поддерживал Турцию в войне против России.

В английском парламенте начались дебаты в связи с победой русских при Синопе. Английская и французская пресса открыла неистовую кампанию против России, стремясь оправдать открытие военных действий против русских.

К неистовой кампании в английской и французской прессе присоединились класики марксизма-энгельсизма. Десятый том второго издания «Сочинений» (см. текст) представляет собой трансляцию этой кампании на прессу американскую. Вот как отзывается Маркс о синопском сражении

Наконец-то тайна, окутывавшая синопское сражение, рассеялась. Судя по опубликованным сообщениям о соотношении сил России и Турции при Синопе, у русских по сравнению с турецкими силами было больше на 3 паровых двухпалубных судна, одно трехпалубное и 680 орудий. Синопские события, таким образом, ничего не прибавили к могуществу России и ничего не убавили от могущества Турции; скорее имело место обратное. Здесь мы видим факт, который не имеет прецедента даже в истории английского флота: фрегаты становятся в ряд с линейными боевыми кораблями и командиры бросают факелы в пороховые погреба, принося себя в жертву на алтарь отечества. Основные морские силы Турции остались нетронутыми; она не потеряла ни одного линейного корабля, ни одного парохода. Мало того. Согласно последним известиям, одно из лучших трехпалубных судов русского флота, «Ростислав», со 120-ю орудиями, потоплен турками. Эта потеря, до сих пор замалчивавшаяся под тем благовидным предлогом, что «Ростислав» затонул не во время боя, а непосредственно после него, и теперь открыто признанная русскими, значительно уравновешивает потери турецкого флота[24]. Если действительно пошло ко дну трехпалубное судно, то можно полагать, что и другие русские суда получили во время боя весьма серьезные повреждения и что в конце концов победа при Синопе больше обессилила русский флот, чем турецкий. Как только египетский паша узнал о синопской катастрофе, он немедленно отдал приказ о вооружении 6 фрегатов, 5 корветов и 3 бригов с тем, чтобы возместить потери материальной части турецкого флота.
Египетский паровой фрегат «Перваз Бахри», выведенный из строя и захваченный после пятичасового боя русским значительно более крупным паровым фрегатом «Владимир», был до такой степени изрешечен снарядами, что его с трудом доставили в Севастополь, где он сразу же затонул. Ввести «Перваз Бахри» в Севастопольскую бухту удалось лишь благодаря помощи главного механика, англичанина Белла, которому адмирал Корнилов обещал немедленно предоставить свободу, если он благополучно справится с этой задачей. По прибытии в Севастополь Белл не только не был отпущен, но вместе со своими помощниками — механиками и кочегарами — был взят под строгий арест и посажен на скудный паек в 3 пенса в день, причем им объявили, что они должны будут пройти пешком 80 миль в глубь страны в это суровое время года. Князь Меншиков, который командует в Севастополе, получил одобрение царя и его министров, оставшихся глухими к представлениям английского консула в Одессе и английского посла в С.-Петербурге.

Несомненно, кто-то здесь врёт. Либо сталинский историк Найда, либо Маркс. По описанию сражения, данному Найдой, можно определить, что русских кораблей, участвовавших в сражении было восемь, а турецких кораблей было уничтожено семнадцать. Стало быть, по словам Найды, перевес был на стороне турок. Маркс говорит о превосходстве у русских по сравнению с турецкими силами было больше на 3 паровых двухпалубных судна, одно трехпалубное и 680 орудий. И синопское сражение по Марксу это не подвиг русских моряков, но вероломная и трусливая бойня, уничтожившая слабейшего противника. Вот как Маркс пишет в статье «Западные державы и Турция»

К огромному множеству уже преданных гласности дипломатических документов прибавилась еще нота, четырех держав от 12 декабря, врученная Порте сообща соответствующими послами в Константинополе, а также новый циркуляр г-на Друэн де Люиса, подписанный в Париже 30 декабря, к французским дипломатическим агентам. Внимательно вчитавшись в ноту четырех держав, можно понять, почему в Константинополе начались такие волнения, когда стало известно, что нота принята Портой, почему 21 декабря возникло повстанческое движение и почему турецкому министерству пришлось торжественно заявить, что возобновление мирных переговоров не повлечет за собой ни прекращения военных действий, ни их приостановки. В самом деле, ровно через девять дней после того, как сообщение о вероломной и трусливой синопской бойне достигло Константинополя и было встречено во всей Оттоманской империи единым воплем о мщении, четыре державы хладнокровно призывают — а послы Великобритании и Франции даже принуждают — Порту вступить в переговоры с царем на следующей основе: все прежние договоры будут возобновлены; фирманы, касающиеся религиозных привилегий, дарованные султаном его христианским подданным, будут дополнены новыми гарантиями, предоставленными каждой из держав, а следовательно и царю; Порта назначит уполномоченного для заключения перемирия; она разрешит России построить в Иерусалиме церковь и больницу и обяжется перед державами (а следовательно, и перед царем) улучшить свою внутреннюю административную систему. Порта не только не получит никакого возмещения за тяжелый ущерб, причиненный ей пиратскими действиями московитов, но, наоборот, цепи, которые Россия заставляла Турцию носить в течение четверти века, будут выкованы заново, а узник — закован еще прочнее, чем прежде. Порта должна сдаться на милость самодержца, смиренно гарантируя ему фирманы о религиозных привилегиях своих христианских подданных и торжественно ручаясь за свою внутреннюю административную систему. Таким образом, она должна подчиниться одновременно протекторату царя в религиозных вопросах и его диктату в вопросах гражданского управления. В качестве возмещения за подобную капитуляцию Порте обещают «возможно скорее эвакуировать Дунайские княжества», захват которых лорд Кланрикард назвал «актом пиратства», а также заверяют ее в том, что преамбула договора от 13 июля 1841 г., оказавшаяся столь «надежной гарантией» против России, будет формально подтверждена.
Хотя в своей неслыханной подлости презренные «державы» достигли высшего предела, принуждая Порту, через несколько дней после Синопа, вести переговоры на такой основе, все же они не отделаются таким гнусным путем от своих затруднений. Царь уже зашел слишком далеко, он не потерпит ни малейшего посягательства со стороны какой-либо из европейских держав на отстаиваемое им право протектората над христианскими подданными Турции.

В этом отрывке речь идёт о ноте четырёх европейских держав Англии, Франции, Асвтрии и Прусси, предлагавших Турции посредничество для мирного урегулирования конфликта с Россией. Требованием к России был вывод войск из Дунайских княжеств, а Турция должна была удовлетворить требования России об особых правах православных христиан. Такое решение проблемы совершенно не устраивало партию войны, которая стремилась втянуть европейские державы в войну против России. Этот отрывок показывает отношение партии войны к предполагаемому договору и отношение Маркса к партии войны.

Синопское сражение, названное вероломной и трусливой бойней, представляется как неожиданное агрессивное действие России, уничтожившее мирную турецкую эскадру и несколько купеческих кораблей в синопской бухте. Отечественная военная история считает по-другому. Турецкая эскадра, срывавщаяся от шторма в Синопской бухте, готовилась к нападению на побережье Кавказа, и атака на турецкий флот была оправдана этой угрозой. Кроме того она была предпринята после объявления войны. Поэтому ни вероломной ни трусливой она не была. Вот что пишет об этом Найда С.Ф. в книге о Нахимове.

14 сентября 1853 года Турция объявила о разрыве дипломатических отношений с Россией. На стороне Турции выступили Англия и Франция. Верные своей политике загребать жар чужими руками, они всемерно провоцировали Турцию на войну с Россией. Англо-французский флот вошел через Дарданеллы в Мраморное море, а затем прибыл в Константинополь. Это был открытый вызов России.

Военные действия турок начались 11 октября нападением на корабли Дунайской флотилии в районе Галаца, а в ночь с 15 на 16 октября — на пост св. Николая на кавказской береговой линии. Со стороны России манифест об объявлении войны Турции был подписан 20 октября 1853 года.

Стало быть, к 18 октября 1853 года Россия уже находилась в состоянии войны с Турцией, поэтому атаку на турецкую эскадру вероломным нападением назвать нельзя.

Манифест об объявлении Россией войны Турции Нахимов получил в море 1 ноября. Из Севастополя манифест был доставлен ему пароходом «Бессарабия».

3 ноября Нахимов передал на суда своей эскадры манифест об объявлении войны и с ним свой приказ, в котором он сообщал следующее: «Турецкий флот вышел в море в намерении занять принадлежащий нам порт Сухум-Кале (за поисками флота отправлен из Севастополя с 6 кораблями генерал-адъютант Корнилов). Намерение неприятеля не может иначе исполниться, как пройдя мимо нас или дав нам сражение. В первом случае я надеюсь на бдительный надзор гг. командиров и офицеров, во втором, с божиею помощью и уверенностью в своих командирах и офицерах и командах, я надеюсь с честию принять сражение и не допустить неприятеля исполнить свое дерзкое намерение».

Целью турецкой эскадры была атака на кавказское побережье и взятие крепости Сухум-Кале, но эскадра была вынуждена укрыться в Синопской бухте, чтобы переждать сильные осенние шторма. Атака превосходящих сил противника в Синопской бухте была обозвана трусливой. Маркс считал трусами и подлецами русских моряков, атаковавших сильнейшего противника, защитивших кавказское побережье от нападения турецкой эскадры.

medved-olympus.livejournal.com

Синопское сражение

Более 150 лет назад, 30 ноября 1853 г., русские моряки одержали блестящую победу под Синопом. В этом бою русская эскадра уничтожила турецкий флот.

Синопское сражение занимает в истории военно-морского искусства нашей Родины особое место. Это было первое столкновение флотов России и Турции в войне 1853— 1856 гг. и последний бой кораблей эпохи парусного флота, в историю которого русские моряки вписали много славных боевых страниц.

В XVIII веке русский парусный флот достиг наивысшего расцвета. Руководимый прославленными адмиралами Спиридовым, а затем Ушаковым, русский флот значительно опередил в военном искусстве флоты Англии и Франции.

Русские матросы, вчерашние хлебопашцы, рыбаки и ремесленники, стали грозной военной силой, которая под руководством выдающихся русских флотоводцев наносила сокрушительные удары по врагу. При этом следует иметь в виду, что лучшие русские флотоводцы тех лет Спиридов, Ушаков, Сенявин умели найти пути к сердцам матросов, воспитывали у них горячую любовь к Родине, патриотическое стремление видеть ее могучей, независимой, непобедимой.

Смелым продолжателем этих славных традиций был и черноморский адмирал Павел Степанович Нахимов, который сыграл выдающуюся роль в Синопском сражении.

П. С. Нахимов родился в 1802 г. Основные его жизненные вехи таковы: в 1818 г. он окончил Морской корпус: в 1822—1825 гг. совершил кругосветное плавание па фрегате «Крейсер»; в 1827 г. на линейном корабле «Азов» участвовал в Наварниском бою; в 1830 г. вернулся в Кронштадт, а в 1832 г., до перехода на Черноморский флот, командовал фрегатом «Паллада». На Черноморском флоте он до 1845 г. командовал линейным кораблем «Силистрия», а затем стал командовать соединениями кораблей.

Нахимов был сторонником передовых взглядов в вопросах воинского воспитания и обучения моряков. «… Пора нам перестать считать себя помещиками, — говорил Нахимов, — а матросов — крепостными людьми. Матрос есть главный двигатель на военном корабле, а мы,—только пружины, которые на него действуют. Матрос управляет парусами, он же наводит орудия на неприятеля. Матрос бросается на абордаж. Ежели понадобится, все сделает матрос, ежели мы, начальники, не будем эгоистами, ежели не будем смотреть на службу, как на средство для удовлетворения своего честолюбия, а на подчиненных, как на ступень для собственного возвышения. Вот кого нам нужно возвышать, учить, возбуждать в них смелость, геройство, ежели мы не себялюбцы, а действительные слуги отечества…».

Чтобы правильно оценить прогрессивное направление взглядов Нахимова, нужно учесть, что эти слова были сказаны в жесточайшую эпоху крепостничества, аракчеевского режима и николаевской реакции, когда на солдата и матроса смотрели, как на живую машину, когда казенное, бездушное отношение к народу было основным принципом государственного управления.

В такую мрачную эпоху Нахимов уважал и ценил матросов, заботился о них и учил этому офицеров флота.

Накануне Крымской войны, в октябре 1853 г., Нахимова назначили командующим эскадрой Черноморского флота.

К началу 50-х годов XIX века обострение англо-русских противоречии в восточном вопросе стало проявляться особенно сильно. В октябре 1853 г. разразилась Крымская война. Военные действия открыла Турция. Англия, Франция, Сардиния также выступили против России.

Ведущую роль в развязывании войны сыграла Англия. Англия и Франция стремились обезоружить Россию на Черном море и, используя на своей стороне Турцию, добиться господства на Ближнем Востоке. Английская буржуазия в поисках новых рынков сбыта стремилась вытеснить Россию из Закавказья, Северного Кавказа и Ближнего Востока. Кроме того, англо-французские правящие круги намеревались отторгнуть от России Польшу, Литву, Финляндию, часть Украины и утвердиться на русских тихоокеанских берегах.

В свою очередь, Россия стремилась захватить черноморские проливы и приобрести выход в Средиземное море. Стремление России к выходу в Средиземное море и к расширению внешней торговли отчасти было обусловлено экономическим развитием страны. Кроме того, России нужно было охранять свои черноморские границы. Ослабление Турции в войне с Россией объективно способствовало освободительному движению балканских народов, боровшихся против турецкого ига.

Синопский рейд адмирала Нахимова

6 ноября Нахимов отправился к Синопу, так как получил от пленных турок с «Меджари-Теджарет» сведения, что турецкая эскадра, шедшая на Кавказ, укрылась от шторма в Синопской бухте. 8 ноября вечером Нахимов был уже у Синопа, на рейде которого ему вначале удалось обнаружить 4 турецких судна.

Поднявшийся ночью жестокий шторм, сменившийся затем густым туманом, не позволил Нахимову немедленно приступить к боевым действиям, тем более, что корабли нахимовской эскадры сильно пострадали от шторма — два корабля и один фрегат пришлось отправить в Севастополь для ремонта.

Послав с донесением в Севастополь пароход «Бессарабия», Нахимов со своим отрядом из трех кораблей и брига остался блокировать неприятельский флот у Синопа, ожидая улучшения метеорологических условий.

11 ноября, когда погода улучшилась, Нахимов вплотную подошел к Синопской бухте, чтобы уточнить силы турецкой эскадры. Оказалось, что на рейде Синопа стояло не 4, как было обнаружено вначале, а 12 турецких военных кораблей, 2 брига и 2 транспорта.

Нахимов тотчас послал в Севастополь бриг «Эней» с просьбой быстрее прислать к Синопу отправленные на ремонт корабли «Святослав» и «Храбрый», а также задержавшийся в Севастополе фрегат «Кулевчи». Сам же Нахимов, силами имевшихся у него трех кораблей, приступил к блокаде турецкой эскадры.

Русские корабли, блокировавшие Синоп, держались у самого входа в бухту, чтобы пресечь всякую попытку турок прорваться в море. Этот маневр — держаться вплотную у берега под парусами в жестоких штормовых условиях — требовал большого морского искусства и знания дела; русские моряки наглядно доказали, что они прекрасно владеют этими качествами.

Турки не отважились выйти в море; турецкая эскадра предпочитала оставаться на Синопском рейде под защитой береговых батарей.

16 ноября к Синопу подошла эскадра контр-адмирала Новосильского в составе 3 кораблей и фрегата. Второй фрегат — «Кулевчи» — подошел 17 ноября. После этого Нахимов располагал тремя 120-пушечными кораблями; «Париж», «Великий князь Константин» и «Три святителя», тремя 84-пушечными кораблями; «Императрица Мария». «Чесма» и «Ростислав» и двумя фрегатами: 44-пушечным «Кагулом» и 56-пушечным «Кулевчи». Всего на русских кораблях имелось 710 пушек. Из этого числа 76 орудий были бомбические. Как известно, бомбические орудия XIX в. представляли собой усовершенствованные русские «единороги» Шувалова-Мартынова XVIII в., но качественно это были все же новые пушки, стрелявшие разрывными бомбами большой разрушительной силы.

Турецкая эскадра состояла из 7 фрегатов, 2 корветов, 1 шлюпа, 2 пароходов и 2 транспортов. Кроме этих военных кораблей, на Синопском рейде стояли два купеческие брига и шхуна.

Синопская бухта с глубинами от 13 до 46 м — одна из самых обширных и безопасных бухт на Анатолийском берегу Черного моря. Большой полуостров, далеко выдающийся в море, защищает залив от сильных ветров. Город Синоп, раскинувшийся посредине полуострова, прикрывался с моря шестью береговыми батареями, которые служили турецкой эскадре надежной защитой.

Нахимов решил атаковать противника. Утром 17 ноября на корабле «Императрица Мария», несшем адмиральский флаг, Нахимов собрал у себя второго флагмана контр-адмирала Новосильского и командиров кораблей и ознакомил их с планом атаки. План Нахимова предусматривал фазу тактического развертывания, организацию двух тактических группировок для нанесения удара и выделение маневренного резерва для преследования паровых судов противника. Чтобы сократить время пребывания под огнем противника, обе колонны должны были подходить к месту боя одновременно, имея впереди флагманов, которые определяли боевую дистанцию до противника, и становились на якорь, согласно диспозиции.

Нахимов отказался наносить ряд последовательных ударов по противнику и с самого начала предполагал ввести в бой все свои корабли. На корабли эскадры возлагались раздельные задачи. Концевые корабли обеих колонн «Ростислав» и «Чесма» должны были выполнить чрезвычайно ответственную роль — вести борьбу с береговыми батареями противника на флангах. Фрегаты «Кагул» и «Кулевчи» как наиболее быстроходные должны были во время боя оставаться под парусами и противодействовать неприятельским пароходам. При этом Нахимов, как и ранее, в своих приказах подчеркивал, что каждое судно обязано действовать самостоятельно, в зависимости от складывающейся обстановки, и помогать друг другу.

В 11 часов утра на кораблях эскадры уже читали приказ Нахимова, заканчивавшийся словами: «… Россия ожидает славных подвигов от Черноморского флота, от нас зависит оправдать ожидания!»

Нахимов решил уничтожить хорошо вооруженного и защищенного береговыми укреплениями многочисленного противника, ожидавшего подкрепления из Константинополя.

Начало Синопского сражения

Наступило утро 18 ноября 1853 г. — день Синопского боя. Дул шквальный юго-восточный ветер, шел дождь. В десятом часу на русском адмиральском корабле взвился сигнал: «Приготовиться к бою и идти на Синопский рейд». За короткое время корабли изготовились к бою.

Развевались военно-морские русские флаги. Правую колонну возглавлял корабль «Императрица Мария», на котором находился адмирал Нахимов; во главе левой колонны на корабле «Париж» шел Новосильский. В 12 час. 28 мин. раздался первый выстрел с турецкого флагманского фрегата «Ауни-Аллах», и в то же мгновение открыл огонь корабль «Императрица Мария»…

Так начался знаменитое Синопское сражение, которое имело не только тактическое, но и стратегическое значение, так как турецкая эскадра, отстаивавшаяся от шторма в Синопе, должна была идти для овладения Сухумом и содействия горцам. Современник по этому поводу писал: «В ноябре месяце весь турецкий и египетский флот отправился в Черное море, чтобы отвлечь внимание русских адмиралов от экспедиции, которая имела целью произвести высадку на кавказском побережьи с оружием и боевыми припасами для восставших горцев».

Намерение противника атаковать Сухуми подчеркивал и Нахимов в своем приказе от 3 ноября 1853 г. Упоминается об этом также и в журнале корабля «Три святителя» за 1853 г. Таким образом, Синопский бой был противодесантным мероприятием, образцово организованным и проведенным Нахимовым.

По первому выстрелу с турецкого флагмана открыли огонь все турецкие суда и, несколько опоздав, береговые батареи противника. Плохая организация службы в турецкой береговой обороне (с русских судов было видно, как турецкие артиллеристы бежали из соседней деревни к батареям, спеша занять свои места у орудий) позволила нахимовским судам без особого ущерба пройти мимо батарей неприятеля, расположенных на мысу; только продольный огонь двух батарей — № 5 и № 6, расположенных в глубине бухты, — послужил некоторой помехой продвижению русских кораблей.

Бой разгорался. Вслед за «Марией» и «Парижем», строго соблюдая дистанцию, входили на рейд и остальные русские корабли, последовательно занимая свои места по диспозиции. Каждый корабль, став на якорь и заведя шпринг, избирал себе объект и действовал самостоятельно.

Русские корабли как и предусматривал нахимовский план атаки, сблизились с турками на дистанцию не более 400-500 метров. На «Императрицу Марию» обрушился первый шквал турецкого огня. Пока корабль подходил к назначенному месту, у него была повреждена большая часть рангоута и стоячего такелажа. Несмотря на эти повреждения, корабль Нахимова открыл решительный огонь по неприятельским судам невдалеке от вражеского адмиральского фрегата «Ауии Аллах» и повел по нему огонь из всех орудий. Турецкий флагманский корабль не выдержал меткого огня русских комендоров, он расклепал якорную цепь и выбросился на берег. Такая же частьь постигла и 44-пушечиый фрегат «Фазли-Аллах», на который Нахимов перенес губительный огонь после бегства «Ауни-Аллаха». Объятый пламенем, «Фазли-Аллах» выбросился на берег вслед за своим адмиральским кораблем.

Не менее успешно действовали и другие русские корабли. Воспитанники и соратники Нахимова уничтожали противника, сея в его рядах ужас и смятение.

Команда корабля «Великий князь Константин» мастерски действуя бомбическими орудиями, через 20 минут после того, как был открыт огонь, взорвала турецкий 60-пушечный фрегат «Навек-Бахри». Вскоре метки огнем «Константина» был поражен и 24-пушечный корвет «Неджми-Фешан».

Корабль «Чесма», действуя главным образом против береговых батарей № 3 и № 4, сравнял их с землей.
Корабль «Париж» открыл огонь всем бортом по батарее № 5, по 22-пушечному корвету «Гюли-Сефид» и по 56-пушечному фрегату «Дамиад». Истомин — командир «Парижа» — не упустил случая поразить столь губительным для парусных кораблей продольным огнем (т.е. артиллерийским огнем, ведущимся вдоль всей длины корабля противника) и подбитый флагманский фрегат «Ауни-Аллах», когда последний дрейфовал на берег мимо «Парижа». Корвет «Гюли-Сефид» взлетел на воздух, фрегат «Дамиад» выбросился на берег. Тогда героическая команда «Парижа» перенесла свой огонь на 64-пушечный фрегат «Низамие»; загоревшись, «Низамие» выбросился на берег вслед за «Дамиадом».

Корабль «Три святителя», следовавший в колонне за «Парижем», избрал своими объектами фрегаты «Каиди-Зэфер» и «Низамие», но когда одним из первых турецких ядер у него перебило шпринг и корабль развернуло по ветру, турецкая береговая батарея № 6 продольным огнем нанесла ему большие повреждения в рангоуте, т. е. в деревянной части, предназначенной для постановки парусов. Команда корабля «Три святителя» под сильным неприятельским огнем завезла на баркасах (больших весельных шлюпках) верп (завозной якорь) и, развернув корму своего корабля, снова сосредоточила огонь по фрегату «Каиди-Зэфер» и другим судам. Турецкий фрегат был вынужден выйти из боя и выброситься на берег.

Геройски вели себя в бою русские матросы и офицеры. Матрос Дехта — комендор корабля «Три святителя» — держал запал у только что выстрелившего орудия и, хотя турецким ядром убило стоявших рядом с ним двух матросов, Дехта остался на боевом посту. Мичман Варницкий с корабля «Три святителя», находясь на баркасе для завозки верпа, был ранен в щеку, но своего места не покинул и дело довел до конца. На корабле «Ростислав» мичман Колокольцев с несколькими матросами с опасностью для жизни ликвидировал пожар у помещения для хранения боезапаса, предотвратив взрыв корабля. Старший штурманский офицер линейного корабля «Париж» Родионов, помогая корректировать артиллерийский огонь корабля, указывал рукой направление на неприятельскую батарею. В этот момент его ранило в лицо. Вытирая одной рукой кровь, Родионов другой рукой продолжал указывать направление на турецкую батарею. Родионов оставался на своем боевом посту до тех пор, пока не упал, сраженный неприятельским ядром, оторвавшим ему руку.

Уничтожением около четырех часов дня огнем «Парижа» и «Ростислава» береговых батарей № 5 и № 6 Синопский бой закончился.
Наступил вечер. Дул северо-восточный ветер, временами шел дождь. Вечернее небо, покрытое тучами, освещалось багровым заревом от пылавшего города и горевших остатков турецкой эскадры. Громадное пламя охватило горизонт над Синопом.

В битве при Синопе русские потеряли 38 человек убитыми и 235 ранеными. Турки потеряли убитыми свыше 4 тысяч, много турецких моряков попало в плен, и среди них два командира корабля и командующий турецкой эскадрой вице-адмирал Осман-паша.

Русские моряки стали готовиться к возвращению в Севастополь. Нужно было спешить: корабли имели сильные повреждения, до родного порта было далеко, а путь предстоял в условиях осенней штормовой погоды.

Исправив полученные в бою повреждения, эскадра Нахимова вышла из Синопа и после двухсуточного перехода по штормовому морю 22 ноября прибыла в Севастополь.

Встреча нахимовской эскадры была очень торжественной. Все население города, как в день большого праздника, приветствуя победителей, вышло на Приморский бульвар, Графскую пристань и на берега Севастопольской бухты.

Победа при Синопе показала всему миру героизм русских моряков. Синопский бои прославил русское военно-морское искусство на последнем этапе существования парусного флота. Он еще раз показал превосходство русского национального военно-морского искусства над военно-морским искусством иностранных флотов

www.polnaja-jenciklopedija.ru

Синопское сражение

Синопская битва 1853 года

Содержание статьи:

«Жизнь каждого принадлежит Отечеству, и не удальство, а только истинная храбрость приносит ему пользу».
Адмирал П. Нахимов

Синопское морское сражение произошло 18 (30) ноября 1853 года между русской эскадрой под командованием адмирала П.С. Нахимова и турецкой эскадрой под началом Осман-паши, во время Крымской войны 1853 – 1856 гг. Битва проходила в гавани города Синоп. Бой был выигран русской эскадрой. Это было последним крупным сражением эпохи парусного флота

Крымская война 1853–1856 гг. вошла в российскую историю как символ одного из самых тяжелых поражений, однако вместе с этим она дала ярчайшие примеры небывалого мужества, которое было проявлено русскими солдатами и матросами. А началась эта война с одной из самых выдающихся побед русского флота. Это был разгром турецкого флота в Синопском сражении. Большой турецкий флот был разбит за несколько часов. Однако эта же битва послужила для Великобритании и Франции поводом для объявления войны России и превратило Крымскую войну в одно из тяжелейших испытаний для народа и власти.


Предыстория

Еще накануне войны с Турцией вице-адмирал Ф.С. Нахимов с эскадрой, в которую входили 84-х пушечные линейные корабли «Императрица Мария», «Чесма» и «Ростислав», был отправлен князем Меншиковым в крейсерство к берегам Анатолии. Поводом к этому послужили сведения, что турками в Синопе готовятся силы для высадки десанта у Сухума и Поти. И в действительности, подойдя к Синопу, Нахимов увидал в бухте большой отряд кораблей турок под защитой шести береговых батарей. Тогда он принял решение тесно блокировать порт, чтобы потом, по прибытии из Севастополя подкрепления атаковать неприятельский флот. 1853 год, 16 ноября – к кораблям Нахимова присоединилась эскадра контр-адмирала Ф.М. Новосильского – 120-ти пушечные линейные корабли «Париж», «Великий князь Константин» и «Три святителя», а также фрегаты «Кагул» и «Кулевчи».

Командующие эскадрами: 1) П.С. Нахимов; 2) Осман-паша

План боя

Адмирал Нахимов решил атаковать неприятельский флот двумя колоннами: в первой, ближайшей к туркам – корабли Нахимова, во второй – Новосильского. Фрегатам было необходимо под парусами наблюдать за турецкими пароходами, с тем чтобы предотвратить возможность их прорыва. Консульские дома и вообще город решили по возможности щадить, сосредоточив огонь артиллерии только на кораблях и батареях. Впервые предполагалось применить 68-фунтовые бомбические орудия.

Ход сражения

Синопское сражение началось 18 ноября 1853 г. в 12 ч. 30 мин и продолжалось до 17 часов. Сначала корабельная артиллерия турок и береговые батареи подвергли атакующую русскую эскадру, входившую на Синопский рейд, ожесточенному огню. Неприятель вел огонь с довольно близкой дистанции, но суда Нахимова ответили на шквальный неприятельский обстрел, только заняв выгодные позиции. Тогда-то и выяснилось совершенное превосходство артиллерии русских.

Турки вели огонь в основном по рангоуту и парусам, чем стремились затруднить продвижение русских судов на рейд и заставить Нахимова отказаться от атаки.

Линейный корабль «Императрица Мария» был засыпан снарядами, большая часть его рангоута и стоячего такелажа перебита, у грот-мачты оставалась целой лишь одна ванта. Но русский флагманский корабль продвигался вперед и, действуя батальным огнем по турецким судам, отдал якорь против неприятельского флагманского 44-х пушечного фрегата «Ауни-Аллах». После получасового боя «Ауни-Аллах», не выдержав сокрушительного огня русских пушек, выбросился на берег. Тогда русский линейный корабль обратил свой огонь на 44-х пушечный фрегат «Фазли-Аллах», который в скором времени загорелся и также выбросился на берег. После чего, действия флагмана «Императрица Мария» сосредоточились на береговой вражеской батарее № 5.

Линкор «Великий князь Константин», встав на якорь, открыл сильный огонь по батарее № 4 и 60-ти пушечным фрегатам «Навек-Бахри» и «Несими-Зефер». Первый был взорван спустя 20 мин., осыпав обломками и телами убитых турок батарею № 4, которая после почти перестала действовать; второй был выброшен ветром на берег, когда у него ядром перебило якорную цепь.

Линкор «Чесма» огнем своих орудий снес батареи № 3 и № 4. Линейный корабль «Париж», стоя на якоре, открыл батальный огонь по батарее № 5, корвету «Гюли-Сефид» с двадцатью двумя пушками и 56-ти пушечному фрегату «Дамиад». Потом, взорвав корвет и отбросив на берег фрегат, он стал поражать 64-х пушечный фрегат «Низамие», фок– и бизань-мачты которого были сбиты бомбическим огнем, а сам корабль сдрейфовал к берегу, где в скором времени загорелся. Тогда «Париж» вновь стал обстреливать батарею № 5.

Линкор «Три Святителя» вступил в бой с фрегатами «Каиди-Зефер» и «Низамие». Первыми вражескими выстрелами у него был перебит шпринг, и судно, повернувшись по ветру, подвергся меткому продольному огню батареи № 6, при этом сильно пострадал его рангоут. Но, опять повернув корму, он очень удачно начал действовать по «Каиди-Зеферу» и другим турецким кораблям заставив их отойти к берегу. Линейный корабль «Ростислав», прикрывая «Три Святителя», сосредоточил огонь на батарее № 6 и на 24-х пушечном корвете «Фейзе-Меабуд» и смог отбросить корвет на берег.

В 13.30 из-за мыса показался русский пароходофрегат «Одесса» под флагом генерал-адъютанта вице-адмирала В.А. Корнилова, сопровождаемый пароходофрегатами «Херсонес» и «Крым». Эти корабли немедля вступили в бой, который, однако, уже приближался к концу, потому как силы турок очень ослабели. Батареи № 5 и № 6 еще вели огонь по русским кораблям до 16 часов, но «Париж» и «Ростислав» смогли их разрушить. А тем временем остальные турецкие корабли, зажженные, как видно, своими экипажами, взлетали на воздух один за другим. От чего в городе распространился пожар, который некому было тушить.

Около 14 часов турецкий 22-х пушечный пароход «Таиф», на котором был Мушавер-паша, смог вырваться из линии турецких кораблей, терпевших жестокое поражение, и пустился в бегство. Причем из всей турецкой эскадры лишь на этом судне были два десятидюймовых бомбических орудия. Воспользовавшись преимуществом в скорости хода, «Таиф» смог уйти от русских судов и сообщить в Стамбул о полном уничтожении турецкой эскадры.

Потери сторон

В Синопском сражении турки потеряли 15 из 16-ти кораблей и более 3000 человек убитыми и ранеными из 4500, принимавших участие в битве. В плен было взято около 200 человек, в том числе раненный в ногу командующий турецким флотом Осман-паша и командиры двух судов. Потери русских составили 37 человек убитыми и 233 ранеными, на судах было подбито и выведено из строя 13 орудий, имелись серьезные повреждения в корпусе, такелаже и парусах.

Синоп. Ночь после боя 18 ноября 1853 г. (И. Айвазовский)

Итоги

Разгром турецкой эскадры в Синопском сражении в значительной степени ослабил турецкие морские силы на Черном море, господство на котором полностью перешло к русским. Были также сорваны планы по высадке турецкого десанта на побережье Кавказа. Эта битва, кроме того, стала последним в истории крупным сражением эпохи парусного флота. Приходило время паровых кораблей. Однако эта же выдающаяся победа вызвала крайнее недовольство в Англии, напуганной столь значительными успехами русского флота. Результатом этого стал оформленный в скором времени союз против России двух великих европейских держав – Англии и Франции. Война, начавшаяся как русско-турецкая, в начале 1854 г. перешла в ожесточенную Крымскую войну.

После этой битвы, начальника 5-й Флотской дивизии П. С. Нахимова наградили орденом Святого Георгия 2-й степени, но на этот раз Меншиков отказался представить его к адмиральскому чину, потому как прямым следствием синопской победы должно было стать вмешательство союзных войск в войну. И сам Нахимов сказал: “англичане увидят, что мы им в действительности опасны на море, и поверьте, они употребят все усилия, для уничтожения Черноморского флота”. Позднее Нахимову присвоят звание адмирала. Капитана линейного корабля «Париж» В. И. Истомина произвели в контр-адмиралы.

Опасения руководства Черноморским флотом сбылись: уничтожение части города Синоп в действительности послужило поводом к войне. В сентябре 1854 года огромная союзная англо-французская армия высадится в Крыму, для уничтожения флота и его базы – города Севастополь.

 

 


 

ред. shtorm777.ru

ПОХОЖИЕ ЗАПИСИ

shtorm777.ru

СИНОПСКОЕ СРАЖЕНИЕ 1853 • Большая российская энциклопедия

«Возвращение в Севастополь эскадры Черноморского флота после Синопского сражения». Художник Н. П. Красовский. 1863. Центральный военно-морской музей (С.-Петербург).

СИНО́ПСКОЕ СРАЖЕ́НИЕ 1853, мор­ское сра­же­ние ме­ж­ду рос. и тур. эс­кад­ра­ми в Си­ноп­ской бух­те (ес­те­ст­вен­ная га­вань на чер­но­мор­ском по­бе­ре­жье Тур­ции) 18(30) но­яб. во вре­мя Крым­ской вой­ны 1853–56. Тур. эс­кад­ра (7 фре­га­тов, 3 кор­ве­та, 2 па­ро­хо­доф­ре­га­та, 2 бри­га и 2 во­ен. транс­пор­та, все­го 510 ору­дий; ко­манд. – ви­це-адм. Ос­ман-па­ша), при­быв­шая из Стам­бу­ла в Си­ноп, стоя­ла на рей­де в глу­би­не бух­ты на яко­рях под за­щи­той бе­ре­го­вых ба­та­рей. Она го­то­ви­лась к вы­сад­ке круп­ных де­сан­тов в рай­онах Су­хум-Ка­ле (ны­не Су­хум, Аб­ха­зия) и По­ти. Рос. эс­кад­ра Чер­но­мор­ско­го фло­та (3 ли­ней­ных ко­раб­ля; ви­це-адм. П. С. На­хи­мов) крей­си­ро­ва­ла в юго-вост. час­ти Чёр­но­го мо­ря. 11(23) но­яб. она об­на­ру­жи­ла тур. эс­кад­ру и за­бло­ки­ро­ва­ла её в бух­те. С при­бы­ти­ем 16(28) но­яб. под­кре­п­ле­ния эс­кад­ра На­хи­мо­ва вклю­ча­ла 6 ли­ней­ных ко­раб­лей и 2 фре­га­та (все­го 720 ору­дий, в т. ч. 76 бом­би­че­ских, стре­ляв­ших раз­рыв­ны­ми сна­ря­да­ми). На­хи­мов ре­шил ата­ко­вать и унич­то­жить тур. эс­кад­ру в бух­те, учи­ты­вая пре­вос­ход­ст­во сво­ей эс­кад­ры в ар­тил­ле­рии. Ут­ром 18(30) но­яб. рос. ко­раб­ли по­строи­лись дву­мя киль­ва­тер­ны­ми ко­лон­на­ми и в 9 ч 30 мин по­шли на про­рыв к Си­ноп­ско­му рей­ду. Пра­вую ко­лон­ну воз­глав­лял лин­кор «Им­пе­рат­ри­ца Ма­рия» под фла­гом На­хи­мо­ва, ле­вую – лин­кор «Па­риж» под фла­гом контр-адм. Ф. М. Но­во­силь­ско­го. Не от­ве­чая на огонь бе­ре­го­вых ба­та­рей, рос. эс­кад­ра бы­ст­ро сбли­зи­лась с про­тив­ни­ком, её ко­раб­ли вста­ли на яко­ря в 1,5–2 ка­бель­то­вых (280–370 м) и от­кры­ли огонь. Ка­ж­дый рос. ко­рабль дей­ст­во­вал са­мо­стоя­тель­но в со­от­вет­ст­вии с по­став­лен­ной ему за­да­чей. В те­че­ние 4 ч по тур­кам бы­ло вы­пу­ще­но св. 18 тыс. сна­ря­дов. Ар­тил­ле­ри­сты ли­ней­но­го ко­раб­ля «Рос­ти­слав» дос­тиг­ли наи­выс­шей в то вре­мя ско­ро­стрель­но­сти, про­из­ве­дя из ка­ж­до­го ору­дия дей­ст­во­вав­ше­го бор­та от 75 до 100 вы­стре­лов, а на др. ко­раб­лях – в ср. 30–70 вы­стре­лов. От ог­ня про­тив­ни­ка рос. ко­раб­ли по­лу­чи­ли 278 про­бо­ин и др. по­вре­ж­де­ния (лин­кор «Им­пе­рат­ри­ца Ма­рия» – 60 про­бо­ин в бор­ту), но ни один ко­рабль не вы­шел из строя. В раз­гар сра­же­ния, длив­ше­го­ся ок. 13 ч, 20-пу­шеч­ный тур. па­ро­хо­доф­ре­гат «Та­иф» снял­ся с яко­ря, вы­шел из Си­ноп­ской бух­ты и, имея пре­вос­ход­ст­во в ско­ро­сти хо­да, спас­ся бег­ст­вом. Ос­таль­ные 15 тур. ко­раб­лей и бе­ре­го­вые ба­та­реи бы­ли унич­то­же­ны. Тур­ки по­те­ря­ли св. 3,2 тыс. чел.; в плен взя­то ок. 200 чел., в т. ч. Ос­ман-па­ша. По­те­ри рос. эс­кад­ры – 38 чел. уби­тых, 235 чел. ра­не­ных. Ус­пеш­ное за­вер­ше­ние сра­же­ния по­зво­ли­ло рос. фло­ту за­вое­вать гос­под­ство на Чёр­ном м. и со­рвать тур. пла­ны вы­сад­ки де­сан­та на Кав­ка­зе. Вме­сте с тем эта по­бе­да ус­ко­ри­ла всту­п­ле­ние в вой­ну про­тив Рос­сии Ве­ли­ко­бри­та­нии и Фран­ции. С. с. яви­лось по­след­ним круп­ным сра­же­ни­ем эпо­хи па­рус­но­го фло­та. Боль­шая эф­фек­тив­ность впер­вые при­ме­нён­ных бом­би­че­ских пу­шек спо­соб­ст­во­ва­ла пе­ре­хо­ду к строи­тель­ст­ву бро­не­нос­но­го фло­та. По­бе­да рос. эс­кад­ры в С. с. бы­ла дос­тиг­ну­та бла­го­да­ря фло­то­водч. мас­тер­ст­ву На­хи­мо­ва, ре­ши­тель­ным и ини­циа­тив­ным дей­ст­ви­ям ко­ман­ди­ров ко­раб­лей, ге­ро­из­му и вы­со­кой вы­уч­ке рос. мо­ря­ков. В честь по­бе­ды рос. эс­кад­ры в С. с. еже­год­но (с 1995) 1 дек. от­ме­ча­ет­ся как один из дней во­ин­ской сла­вы Рос­сии.

bigenc.ru

Синопское сражение 1853 | Синопский бой

Истории известен ряд войн между Россией и Османской империей. Синопское сражение является победоносным началом Крымской войны 1853 – 1856 гг. Исторический парадокс состоит в том, что Крымская война, славно начавшись для России, кончилась в конечном итоге ее трагическим поражением.

Крымская война 1853-1856

Крымская война разгорелась в результате столкновения интересов царской России и Англии, стремившихся разделить одряхлевшую Османскую империю. Англия, видя в России главного конкурента, всячески пыталась ослабить ее влияние на Балканах и Ближнем Востоке. Потому Турция во время Крымской войны являлась марионеткой в руках Англии. Не осталась в стороне и Франции, давно стремившаяся отхватить кусок от некогда могучей Османской Империи и примкнувшая к своей островной соседке.

К войне стремились и Англия, и Россия. Николай I ошибочно полагал, что его страна способна победить кого угодно. Что же до Англии, являвшейся ведущей экономической державой, она действительно была способна противостоять любому врагу. Формальным поводом для начала Крымской войны послужил отказ Турции передать представителям православной  церкви ключи от нескольких особо почитаемых христианами храмов в Палестине, чего требовал Николай I.

Адмирал Нахимов и Осман-паша

Синопское сражение стало первым крупным морским сражением Крымской войны. В этом бою русской эскадрой командовал великий флотоводец вице-адмирал Павел Степанович Нахимов.

В середине ноября 1853 г. флотилия адмирала Нахимова, направленная в крейсерство к турецким берегам Черного моря, обнаружила в бухте города Синопа основные силы неприятеля, состоявшие из 7-и крупных фрегатов, 2-х корветов, 2-х вооруженных пароходов и 1-го шлюпа. Их арсенал насчитывал 460 пушек.

Турецкий командующий адмирал Осман-паша получил от султана четкий приказ: обеспечить перевозку морем к русским границам крупных войсковых подкреплений, которые должны были прорваться в Армению и Грузию. Если бы туркам удалось продвинулись дальше на север, их войска соединились бы с мюридами имама Шамиля, действующими в русском тылу.  В свою очередь, командующий вооруженными силами Крыма князь Меншиков поставил перед Нахимовым прямо противоположную задачу: не допустить перевозки турецких войск на Кавказский фронт и уничтожить основные силы флота противника.

Обнаружив турецкую эскадру в Синопской бухте, произведя разведку и оценив обстановку, Нахимов понял, что атаковать турок, стоящих в укрепленной бухте авантюрно. Корабли Осман-паши прикрывали береговые батареи, насчитывавшие 40 пушек, а Нахимов хорошо знал, что одна пушка на берегу стоит многопушечного корабля в море. Однако после того, как к Синопу подошли еще четыре корабля под командованием контр-адмирала Новосильского, Нахимов решился на атаку.

Синопское сражение 1853 г.

Адмирал Нахимов: урок тактики

Синопское сражение началось пасмурным утром 18(30) ноября 1853 г. Нападению благоприятствовал северный ветер; кроме того, Нахимов умело определил места расстановки своих судов, и турецкая эскадра оказалась запертой в бухте. Лишь немногие береговые пушки смогли открыть огонь по русским кораблям, в то время как те свободно обстреливали и неприятельские суда, и береговые батареи.

С самого начала боя перевес оказался на стороне русских. Помимо детально продуманной Нахимовым диспозиции и великолепной выучки его подчиненных, важную роль сыграло и техническое преимущество русских кораблей. На русских линкорах использовались 68 фунтовые пушки, стреляющие особыми бомбами, начиненными черным порохом и взрывающимися при ударе. Турки же стреляли обычными ядрами, которые могли лишь пробить борт судна. Отдельного внимания заслуживают доблесть и героизм русских моряков. В историю вошел знаменитый факт: на линкоре “Ростислав” начался пожар, грозящий взрывом крюйт-камеры – помещения, где хранится порох. Тогда матросы, рискуя жизнями, бросились в трюм и потушили пожар.

Начало

Синопское сражение началось. Эскадра двинулась к бухте, разделяясь на две кильватерные колонны. Во главе первой встал Нахимов на флагманском корабле ”Императрица Мария”, другую вел Новосильский на “Париже”. Колонна Нахимова была слабее, хотя ей пришлось сражаться с 6-ю турецкими судами. Нахимов специально отдал Новосильскому более сильные корабли, так как тому пришлось принять на себя основную атаку береговых батарей неприятеля, уничтожение которых являлось первостепенной задачей русских артиллеристов.

Оба флагмана, ”Мария” и ”Париж”, принявна себя основной удар первых минут Синопского сражения, нанесли серьезные повреждения врагу. Уже через полчаса фрегат “Ауни-Аллах”, где находился турецкий адмирал Осман-паша, получив серьезные повреждения, снялся с якоря и его понесло на прибрежные камни, где он сел на мель.

Следующим турецким кораблем, вышедшим из строя, стал захваченный турками бывший русский “Рафаил” фрегат “Фазли-Аллах”, повторивший участь турецкого флагмана: его также выбросило на мель. Буквально следом за ним от взрыва пороха в крюйт-камере погиб корвет “Гюли-сефид”.

Победа

Прошло сорок минут Синопского сражения, и пять турецких кораблей уже были выведены из строя, сражаясь только лишь с двумя русскими линкорами. Однако, береговые батареи продолжали действовать, и Нахимов направил против них все пушки флагманов.

Пока “Мария” и “Париж” сражались с пятой береговой батареей, в их тылу, корабли правой, Нахимовской колонны, “Константин” и “Чесма”, выдерживая усиленный огонь с четвертой и третьей батарей, атаковали два фрегата – “Навек бахры” и “Насим-Зефер”. После удачного попадания, “Навек-Бахры” взорвался, а через некоторое время “Насим-Зефер” выкинуло на берег после того, как ядро перебило ему якорную цепь.

Конечно, русские корабли не оставались невредимыми. “Константин”, получил серьезные повреждения и едва не был взорван. “Мария” также сильно пострадала. “Три святителя”, оборвав якорную цепь, повернулся к вражеским батареям кормой и лишился под обстрелом мачт. Но все это было ничтожно по сравнению с потерями турок: в результате Синопского сражения практически все вражеские корабли или пылали в огне, или прочно сидели на мели, или были потоплены.

После трех часов Синопского сражения все турецкие корабли были выведены из строя. Но Нахимов стал праздновать победу только тогда, когда под огнем его эскадры были погребены все береговые батареи противника. Синопский бой, последнее крупное сражение парусных флотов, подошел к концу.

Синопское сражение: итоги

После триумфальной победы России над турками в Синопском бою, в войну немедленно вступили Англия и Франция, понимавшие, что без их помощи Турции придется капитулировать и подчиниться любым требованиям России. После героической обороны Севастополя, длившейся почти год, падение города-крепости ознаменовало поражение России в Крымской войне.

Адмирал Нахимов принимал в обороне Севастополя непосредственное участие, зачастую руководя оборонительными работами в самых опасных точках. Словно бросая вызов смерти, он категорически отказывался носить камуфляж и разгуливал по редутам в богато украшенном орденами адмиральском мундире, бросающемся в глаза на фоне унылого военного пейзажа. Говорят, что перед смертью Нахимов сказал одному из солдат, просящих его укрыться от расшалившихся английских снайперов: “Не всякая пуля в лоб”.

В следующий миг адмирал Нахимов получил смертельное ранение в голову.

Данил Рудой – 2002

www.danilrudoy.com

Корабли России — Синопское сражение

Синопское сражение
Дата                         30 ноября 1853 (18 ноября)
Расположение       Синоп , Османская империя
Результат                Решительная победа России

Воюющие
 Русская империя  Османская империя

Командующие
 Павел Нахимов          Осман-паша 
                                   Адольф Слэйд

Силы
Русская империя              Османская империя

6 линейных кораблей      7 фрегатов
фрегатов                       3 корвета
пароходов
2 пароходов

Военные потери
Российской импери:
37 убитых, 
233 ранены, 
~ 3 линейных корабля повреждены

Османской империи:
~ 3000 убитыми и ранеными, 
1 фрегат затонул, 
1 пароход затонул, 
6 фрегатов принудительно посажены не мель, 
3 корвета принудительно посажены не мель, 
~ 2 береговые батареи уничтожены

Синопское сражение, состоявшееся 18 ноября (30 по новому стилю) 1853 г., стало последней крупной битвой парусных кораблей. Хотя в составе как российского, так и турецкого флота уже имелись пароходы, при Синопе они не сыграли сколько-нибудь заметной роли. Исход битвы решило превосходство парусных линейных кораблей над парусными же фрегатами и корветами.

Нахимов против Османа-паши: силы сторон

Утром 16 ноября с блокировавшей Синоп эскадры Нахимова заметили подходившие корабли отряда контр-адмирала Ф. М. Новосильского. Вскоре объединенная эскадра легла в дрейф примерно в 20 милях от турецкого порта. В тот же день Меншиков распорядился отправить к Синопу отряд пароходных фрегатов. Однако оказалось, что лучший из них — «Владимир», а также «Бессарабия» находятся в ремонте и выйти в море сразу не смогут. Поэтому в состав отряда, покинувшего Севастополь 17 ноября, вошли относительно слабые «Одесса», «Крым» (флаг контр-адмирала А. И. Панфилова) и «Херсонес». Возглавил это соединение начальник штаба Черноморского флота вице-адмирал В. А. Корнилов. Владимир Алексеевич стремился успеть к началу сражения (в том, что оно неизбежно, российское командование не сомневалось) и принять в нем самое деятельное участие.
17 ноября к эскадре Нахимова присоединился еще один корабль — фрегат «Кулевчи». Теперь у Синопа находилось восемь русских кораблей: по три 120-пушечных («Париж», «Великий князь Константин» и «Три Святителя») и 84-пушечных («Императрица Мария», «Ростислав» и «Чесма») линкора, а также два больших фрегата («Кагул» и «Кулевчи»). Прибыв на флагман Новосильского — 120-пушечный «Париж», — Павел Степанович объявил о своем решении атаковать противника на следующий день. Он подготовил детально проработанный план (точнее, приказ), который определял общий порядок действий при движении эскадры и развертывании на рейде Синопа, но не должен был сковывать инициативу подчиненных.
В последнем, 10-м пункте особо подчеркнул: «…В заключение я выскажу свою мысль, что все предварительные наставления при переменившихся обстоятельствах могут затруднить командира, знающего свое дело, и потому я предоставляю каждому совершенно независимо действовать по усмотрению своему; но непременно исполнить свой долг». Заканчивался приказ словами, обращенными ко всем морякам: «Государь Император и Россия ожидают славных подвигов от Черноморского флота; от вас зависит оправдать ожидания».
По штату российские линкоры имели 624 орудия, в том числе 76 бомбических 68-фунтовых, а также четыре бомбических орудия более старого образца — одно пудовых «единорога».
В составе находившейся в Синопе эскадры Османа-паши линейных кораблей не имелось. Ее основу составляли семь фрегатов: 64-пушечный «Низамие», 60-пушечный «Неджми-Зафер», 58-пу-шечный «Навики-Бахри», 54-пушечный «Кади-Зафер», 44-пушечные «Ауни-Аллах» и «Фазли-Аллах», а также египетский 56-пушечный «Дамиат». Это были разномастные корабли, заметно различавшиеся не только по числу, но и по калибрам орудий. Например, флагманский «Ауни-Аллах» и «Низамие» (корабль младшего флагмана Гуссейна-паши) имели вполне современные и достаточно мощные 32-фунтовые пушки, а «Кади-Зафер» и «Фазли-Аллах» располагали только 18-и 12-фунтовыми, не способными причинить по-настоящему серьезные повреждения большим и прочно построенным линкорам.
Также по-разному были вооружены и три турецких корвета. 24-пушечный «Фейзи-Мабуд» нес 32-фунтовые орудия, а 24-пушечный «Неджми-Фешан» и 22-пушечный «Гюли-Сефид» — лишь 18- и 12-фунтовые. Совершенно разными оказались два турецких парохода. В то время как «Эрегли» имел на вооружении всего две 12-фунтовые пушки и сравнительно маломощную машину, первоклассный пароходный фрегат «Таиф» в дополнение к двум десяткам 42- и 24-фунтовых пушек располагал двумя грозными бомбическими 10-дюймовыми «гигантами». Два турецких транспорта («Ада-Феран» и «Фауни-Еле»), как и два торговых брига, в расчет можно было не принимать.
Наличие у противника пароходов заметно беспокоило Нахимова, хорошо понимавшего исходящую от них угрозу. Российский адмирал счел необходимым посвятить им особый пункт в приказе: «Фрегатам «Кагул» и «Кулевчи» во время действия остаться под парусами для наблюдения за неприятельскими пароходами, которые, без сомнения, вступят под пары и будут вредить нашим судам по выбору своему».
Турецкие корабли располагались полумесяцем перед портом Синоп, поддержать их огнем могли шесть береговых батарей с 38 орудиями (впрочем, две из них — 6- и 8-пушечная — располагались достаточно далеко от порта и в сражении не участвовали). Пушки на этих батареях стояли самые разнообразные, имелись даже три 68-фунтовые бомбические. Однако остальные орудия в основном являлись 18-фунтовыми, а часть из них вовсе следовало считать музейными экспонатами (по свидетельству английского офицера на турецкой службе А. Слейда, на некоторых батареях сохранились старинные генуэзские орудия). Зато при береговых батареях наличествовали печи для каления ядер. Для дер

korablirossii.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.