Русский солдат, нашедший в Афганистане новую веру и новую родину

Фотограф Алексей Николаев разыскивает в Афганистане бывших советских солдат, которые приняли ислам и отказались возвращаться в СССР.

Сергею (Нурмамаду) Красноперову 49 лет. Уроженец Кургана, он отслужил в Афганистане почти два года, но под конец срока — в 1985 году — оставил часть из-за неуставных отношений, оказался в плену у моджахедов, женился и после вывода советских войск остался жить в безымянном кишлаке в 20 километрах от Чагчарана — столицы провинции Гор. По местным меркам Красноперов — преуспевающий зажиточный человек: у него есть два мотоцикла и машина.

Сергей Красноперов. Учетная карточка из архива Комитета по делам воинов-интернационалистов.

Сергей на мотоцикле возвращается из Чагчарана в свой аул.

Сергей Красноперов: «Я родилсяв Кургане. До сих пор помню свой домашний адрес: улица Бажова, дом 43. Оказался в Афганистане, а под конец службы, когда мне было 20 лет, ушел к душманам. Ушел, потому что не сошелся характером со своими сослуживцами. Они там все объединились, я был совсем один – меня оскорбляли, ответить я не мог. Хотя это даже не дедовщина, потому что все эти парни были со мной из одного призыва. Я ведь, в общем, и бежать не хотел, хотел только, чтобы тех, кто надо мной издевался, наказали. А командирам было все равно. У меня даже не было оружия, а то бы сразу их убил. Зато духи, которые были близко к нашей части, меня приняли».

Обеденный перерыв в бригаде рабочих-монтажников, которой по совместительству руководит Сергей. Его основное место работы – маленькая местная ГЭС, где Красноперов отвечает за электротехнику.

Сергей Красноперов: «Правда, приняли не сразу – дней на 20 меня заперли в каком-то маленьком помещении, но это была не тюрьма, хотя у двери были охранники. На ночь надевали кандалы, а днем снимали – даже если окажешься в ущелье, все равно не поймешь, куда идти дальше. Потом приехал командир моджахедов, который сказал, что раз я сам пришел, то сам могу и уйти, и кандалы, охранники мне не нужны. Хотя в часть я бы все равно вряд ли вернулся – думаю, меня сразу бы пристрелили. Скорее всего, их командир так меня испытывал».

Бригада Сергея монтирует линию про производству щебня в каменном карьере недалеко от Чагчарана.

Сергей Красноперов: «Первые три-четыре месяца я на афганском не разговаривал, а потом постепенно стали друг друга понимать. К моджахедам постоянно ходили муллы, мы начали общаться, и я осознал, что, на самом деле, бог один, просто Иисус и Мухаммед – посланники разной веры. У моджахедов я ничем не занимался – иногда помогал с ремонтом автоматов. Потом меня приставили к одному командиру, который воевал с другими племенами, но его скоро убили. Против советских солдат я не воевал – только чистил оружие, тем более, из той области, где я был, войска вывели довольно быстро».

Сергей по дороге с работы.

Сергей Красноперов: «Моджахеды поняли, что если меня женить, то я сам с ними останусь. Так и вышло. Женился через год, после этого с меня совсем сняли надзор, раньше одного никуда не пускали. Но я по-прежнему ничем не занимался, приходилось выживать – перенес несколько каких-то смертельно опасных болезней, даже не знаю каких».

Мальчик на заборе дома, Чагчаран.

Женщины с покупками возле каменного карьера, где работает бригада Сергея.

Чагчаран считается неспокойным местом. Рядом с городом расположена база Международных сил содействия безопасности (ISAF), над ним постоянно кружат вертолеты.

Сергей Красноперов с детьми

Сергей Красноперов: «У меня шесть детей. Было больше, но многие умерли. Они все у меня белокурые, почти славянские. Впрочем, и жена такая же. Вот сейчас документы собрал, отвез в Кабул, чтобы получить паспорт. Вначале получу его, а там посмотрим – если будут деньги, то съезжу (домой – РП). Мать у меня уже совсем состарилась, я ей иногда звоню, а один раз она даже приезжала. Был брат, но его убили в пьяной драке – толкнули, и он ударился головой об асфальт. Здесь мстят кровь за кровь, а в России таких законов нет».

Сергей Красноперов: «После того, как американцы совсем уйдут, станет лучше. Мне сейчас помогают украинцы (военнослужащие из контингента ISAF– РП), есть грузины еще. Литовцы нас, правда, не очень любят... Я ведь считаю себя русским, а как раньше в СССР было? Все равны! А американцы считают, что кроме них все второго сорта. Даже негры для них лучше, чем афганцы. Я бы никому не пожелал оказаться на моем месте».

Сергей Красноперов: «Хочу купить участок в городке. Зарабатываю я $1,2 тысячи в месяц, такие деньги здесь дуракам не платят. Мне губернатор и мой начальник обещали помочь, стою в очереди. Государственная цена небольшая – тысяча долларов, а продать потом можно тысяч за шесть. Выгодно, если все-таки захочу уехать. Как сейчас в России говорят – это бизнес».

Гостиничный номер в Чагчаране.

Кишлак, в котором живет Красноперов.

Книжный магазин в Чагчаране. Светской литературы здесь нет.

Разделка туши барана, Чагчаран.

Приготовление кебаба, Чагчаран.

Обеденный стол дома у Красноперова. Хлеб по местному обычаю подают первым.

Дорога из кишлака в Чагчаран.

Красноперов и замначальника полиции Чагчарана, сопровождавший (во главе отряда охраны) фотографа по дороге в кишлак, где живет Сергей. Перемещаться в одиночку в этих местах небезопасно.

Жители кишлака вышли из домов посмотреть на приезжих.

Работник гостиницы на крыше. Чагчаран.

Охрана, выделенная Алексею Николаеву в Чагчаране.

Вид из окна гостиницы, Чагчаран.

Человек на крыше магазина – сторож: все заведения в городе тщательно охраняются.Чагчаран


ribalych.ru

Афганцы полюбили русских и возненавидели США: Общество: Мир: Lenta.ru

Афганистан — «могила империй», одна из самых загадочных и непокорных стран мира, ни разу не склонившая головы перед захватчиком, но и сама неспособная найти успокоение — до сих пор остается непонятой и непознанной. Советский Союз пытался навязать афганцам социализм, американцы — демократию. Но не получилось, кажется, ни у тех, ни у других. Жители страны по-прежнему предпочитают жить в своем причудливом средневековом мире, где женщина ценится лишь чуть-чуть выше хорошего коня. Корреспондент «Ленты.ру» рассказал, как ему удалось побывать в Афганистане, несколько раз оказаться на волосок от смерти, чуть было не попасть в плен к американцам и попытаться понять пестрый и такой разный афганский народ.

«Русский брат, для тебя — бесплатно!» — эти слова афганского торговца повергли меня в ступор. Я регулярно езжу в Афганистан с середины 90-х годов прошлого столетия, и совсем недавно меня грозились порезать «как лук», потому что я проклятый «шурави» (советский). Каждый раз удивляюсь: в этой стране то, что казалось незыблемым, абсолютно изменяется, а мимолетное застывает на годы.

В первый раз я оказался в Афганистане в далеком 1994 году. Я переправился через знаменитый термезский «Мост Дружбы» через Амударью, по которому выходили советские войска из Афганистана, и через полтора часа езды оказался в «столице» афганских узбеков, городе Мазари-Шариф.

Я хотел увидеть лагеря таджикских беженцев — те спасались от кровопролитной гражданской войны в соседнем государстве. Денег у российских журналистов в то время было совсем немного, поэтому я и фотокорреспонденты решили добираться в лагерь беженцев в городе Ташкурган на общественном транспорте.

«Засветились» мы еще в автобусе, честно признавшись местным, что мы «русские журналисты, но не коммунисты». Как выяснилось, добровольный переводчик не совсем верно понял наши слова и торжественно на весь автобус провозгласил: «Русские неокоммунисты едут в Ташкурган!»

Командон Назармат (слева)

Фото: Игорь Ротарь

Приехав в город, я отправился исследовать улицы, а мои коллеги пошли снимать местную экзотику. Однако съемки длились недолго. К одному из фоторепортеров подошли двое бородатых вооруженных людей и молча отобрали камеру.

Дальнейшие события развивались стремительно — на одной из улочек нас окружила толпа местных жителей. На мое вежливое «Ас-саламу алейкум» собравшиеся ответили вполне уверенным русским матом. К счастью, в этот момент появился один из таджикских беженцев: «Быстрее, к нам, в лагерь! Вас же сейчас растерзают!». Под сдержанный гул толпы нам удалось уйти с нашим спасителем.

Оказавшись в бывшей местной школе, где разместились таджикские беженцы, мы словно попали в плен: нам запретили даже выходить во двор. Остаток дня прошел спокойно: когда солнце зашло за горизонт, все улеглись спать. Около часа ночи в зале стало шумно: на пороге оказалась агрессивная ватага вооруженных людей. Осветив помещение фонарем, они стали кого-то искать. Мы поняли, что прятаться бесполезно, и решили вступить в переговоры.

Главным среди неожиданных незваных гостей был карлик. Как нам объяснили беженцы, это опытный полевой командир, прославившийся бесстрашием в четырнадцатилетней борьбе с ненавистными советскими оккупантами. Старый воин без обиняков заявил: «Вы должны благодарить Аллаха, что я сразу не порезал вас, как лук. Вас спасло, что здесь спит хаджа (один из таджикских беженцев совершил хадж в Мекку).

Ночной разговор проходил нелегко, нас допрашивали почти два часа, все время подозревая в скрытых симпатиях «красным». Мне настолько часто приходилось подчеркивать свои антикоммунистические убеждения, что чисто из чувства противоречия захотелось быть приверженцем этой чуждой мне идеологии. К счастью, «разговор» закончился благополучно — муджахиды ушли с миром и даже пообещали «поискать» отобранную камеру.

Увы, первые сутки пребывания в Ташкургане оказались лишь прелюдией к переосмыслению афганской жизни. На следующей день нас принял начальник полиции, в прошлом полевой командир, сражавшийся с «шурави», командон Некмамат Назармат. Он был искренне удивлен встречей с нами. «Понимаете, вы первые русские, которых я не убиваю. Неужели вы не осознаете, что почти в каждой семье есть мужчины, погибшие от рук ваших солдат. Вам повезло, что вы попали ко мне. Я все-таки человек образованный, учился в кабульском университете. Я понимаю, что русские журналисты не виноваты в преступлениях советского правительства. Но, к сожалению, большинство афганцев необразованны, для них любой шурави — враг, убить которого — дело богоугодное», — сказал нам Назармат. Он пояснил: отныне мы — его гости, и обратно поедем не на автобусе — нас могут зарезать прямо в салоне, а на машине с вооруженной охраной.

Самое интересное, что и на этом наши ташкурганские приключения не кончились. Уже в Москве я дал интервью таджикскому радио «Свобода» (его слушают во всех городах северного Афганистана), в котором похвалил таджикских беженцев и командона Назармата. Мою речь услышали: через неделю к российскому консульству в афганском городе Мазар-Шариф подъехало несколько БТРов, откуда выскочили вооруженные моджахеды. Дипломаты было решили, что их собираются убивать, но все закончилось благополучно. «Российские журналисты у нас в Ташкургане камеру забыли. Вот она. Передайте им, пожалуйста», — заявил дипломатам один из бравых бородачей.

Стоит ли говорить, что после таких «приключений» в следующие свои приезды в Афганистан я стал соблюдать максимальную осторожность. Однако, после ввода в Афганистан войск НАТО отношение к «шурави» постепенно стало меняться. Несколько раз в магазинах, узнав, что я из России, с меня отказывались брать деньги.

«Мы уважаем русских — вы наши братья! А вот этим проклятым американцам мы еще покажем!», — говорили мне продавцы. Довольно часто мне приходилось слышать, что при «шурави» (советских) строились школы, университеты, больницы, а американцы же практически не помогают местным жителям. Отчасти это действительно так, в чем я убедился своими глазами. Натовцы практически ничего не построили, кроме нескольких великолепных автострад и моста через реку Пяндж на таджикской границе (то есть объектов инфраструктуры, необходимых самим натовцам).

Фото: Игорь Ротарь

Но и советская щедрость объяснима: жителей первого в мире государства рабочих и крестьян никто не спрашивал, хотят ли они отдавать часть своих доходов на благо далекого Афганистана, а США и европейские страны не могут быть донорами отсталых стран за счет налогоплательщиков.

Справедливости ради стоит отметить, что афганцев раздражала не только «жадность» американцев. Их обвиняли в заносчивости, обидном равнодушии к жителям страны, которую они захватили. «Советские солдаты охотно общались с нами, мы знали имена всех ваших командиров. Американцы же больше на роботов похожи. Простых афганцев они не замечают, их интересуют только боевики», — делился со мной директор небольшой гостиницы из города Кундуз.

Правда, такие симпатии к русским распространены в основном среди афганских узбеков и таджиков. Когда я попросил сравнить оккупации у жителей пуштунского кишлака, то ответ был однозначным: «Это все равно, что выбирать между виселицей и расстрелом».

О том, как афганцы относятся к американским солдатам, мне довольно подробно рассказал мой бывший одноклассник, а ныне сержант американской армии Дмитрий, который в возрасте 13 лет вместе с родителями эмигрировал в США. Хотя мой одноклассник и воспитывался в интеллигентной семье, в США он, в конечном итоге, нашел работу лишь в армии. Случай Дмитрия достаточно типичен: сегодня именно иммигранты и иностранцы с грин-картой составляют костяк рядовых и младших командиров армии США. В качестве сержанта американской армии бывший москвич побывал на многих войнах, в том числе в Афганистане.

Мой одноклассник признает, что сегодня в Афганистане к американцам относятся гораздо хуже, чем к русским. Этот факт его очень удивляет. «В отличие от советских войск мы не поджигаем кишлаки, откуда обстреляли наших военных. Но афганцы этого почему-то не ценят», — сетует он. Дмитрий предполагает, что, возможно, срабатывает временной эффект: прошлое всегда привлекательно. «Может быть, лет через двадцать с теплотой будут вспоминать и о нас, американцах», — надеется бывший москвич.

Дмитрий клятвенно уверяет, что все разговоры о беспорядочных обстрелах мирных жителей, которые устраивают американцы, — выдумка. По его словам, американские войска пытаются быть предельно корректными с местным мирным населением и вообще с гражданскими.

С вежливостью американских военных довелось столкнуться и корреспонденту «Ленты.ру». В кишлаке, из которого всего несколько дней назад ушли талибы, бывший со мной афганский журналист сфотографировал колонну американских БТРов. Боевые машины остановились, из них высыпали вооруженные до зубов военные.

Американские солдаты, пригрозившие изъять у журналиста камеру

Фото: Игорь Ротарь

«Сначала мы подумали, что это пистолет, и чуть не открыли по вам огонь. Снимать военнослужащих в зоне боевых действий категорически запрещено. Мы забираем фотокамеру на базу, вам ее вернут после проверки», — обратился к незадачливому фотографу натовский офицер. К моему удивлению, мой коллега не испугался и сказал, что раструбит на весь мир, что его ограбили американские оккупанты. Натовец откровенно смутился: «Подождите, я свяжусь с командованием».

После недолгого телефонного разговора американец объявил, что возвращает камеру, но сфотографирует журналиста на всякий случай. «У нас строгая инструкция вести себя вежливо с мирным населением, уважать обычаи афганцев. На задания, чтобы избежать недоразумений, мы выезжаем только с переводчиком. Стрелять мы можем лишь в том случае, если твердо уверены, что нашей жизни угрожает реальная опасность», — объясняет Дмитрий. И добавляет, что делается это не из гуманизма; командиры понимают, что лишние жертвы лишь озлобят население.

Увы, попытки американцев не раздражать местных тщетны. Избежать гибели мирных жителей американцам все-таки не удается. «Талибы обстреливают нас из кишлаков, а когда мы открываем ответный огонь, то гибнут не только боевики, но и женщины, дети», — говорит Дмитрий. «С каждым днем нас ненавидят все больше и больше», — неожиданно признается он.

Когда я вошел в женскую школу города Кундуза, то и школьницы и учительницы бросились врассыпную. Они не хотели фотографироваться и пытались закрыть лицо. «Мои ученицы боятся, что снимки их открытых лиц появятся в газете, считая, что это почти бесчестье. Увы, в нашем обществе сохраняются такие чудовищные предрассудки!», — жалуется мне директор женской школы города Кундуз, учитель математики Маштун Негзат.

Кундузская школа для девочек

Фото: Игорь Ротарь

Афганская таджичка Негзат производила впечатление очень энергичной и эмансипированной женщины, что для афганской провинции совсем нетипично. Она очень напомнила тип «хорошей учительницы-энтузиастки» из соседнего Таджикистана времен СССР. Меня директор приняла очень радушно; мне показалось, что ей хотелось пообщаться с иностранцем, который, в отличие от местных мужчин, не считает женщину «человеком второго сорта».

«Каждый поход девочки в школу — это "маленький подвиг". Талибы угрожают родителям учениц, не раз звонили с угрозами и в школу. Были случаи, когда школы травили газом или обстреливали из гранатомета», — рассказывает директор. Однако, по мнению Негзат, главная проблема все-таки не в талибах, а «в головах афганцев». «Я, например, ненавижу паранджу, но вынуждена ходить в ней. Иначе моего мужа, кстати, тоже образованного и вполне современного человека, подвергнут бойкоту, люди попросту перестанут с ним общаться!», — жалуется она.

Директор кундузской школы Маштун Негзат

Фото: Игорь Ротарь

По ее словам, в кафе женщину никогда не обслужат в общей комнате, им полагается есть в отдельном помещении. Кроме того, им запрещено пользоваться мобильными телефонами. На женщину с трубкой на людях будут смотреть как на проститутку. «И это наш преимущественно таджикский Кундуз, где большинство жителей таджики — это еще относительно цивилизованное место. В пуштунских районах все гораздо хуже», — подытоживает она.

Слова женщины недалеки от истины: чтобы убедиться в этом, достаточно поездить по стране. Так, накануне ввода войск натовской коалиции в Афганистан (уже после начала авиаударов), я побывал в афганском городке Имам-Сахиб, где располагался штаб Северного Альянса, воюющего против талибов. Я много общался с полевыми командирами Альянса — этих людей нельзя было назвать демократами даже с большой натяжкой. Почти все они были уверены, что Афганистан должен жить по законам шариата, а место женщины — возле детей и на кухне.

Негзат откровенно смеялась над потугами Запада строить в Афганистане демократическое общество. «Это все равно, что не знающему счета человеку объяснять высшую математику. Мы к этому совершенно не готовы» — утверждала она.

«Не все пуштуны талибы , но все талибы пуштуны», — говорят в Афганистане. На севере страны компактно проживают узбеки и таджики, и вот там талибов не любят. Север несколько менее исламизирован, чем пуштунский Юг, хотя и этот регион крайне консервативен по сравнению с более-менее светской Средней Азией.

Задержание талиба

Фото: Игорь Ротарь

В беседе со мной очень многие афганские узбеки и таджики говорили, что лучше после «освобождения» их натовской коалицией не стало. «Какими плохими ни были талибы, при них был порядок. Преступности мы не знали: машины на ночь оставляли открытыми. Сейчас же кругом воровство, дикая коррупция. Талибы ушли в подполье, но не смирились. Они устраивают теракты, убивают мирных людей», — рассказал мне один из местных жителей. В то же время и возвращения талибов здесь ждут со страхом. Афганцы опасаются, что те начнут выявлять сотрудничавших с «кафирами» коллаборационистов, и закончится это все этническими чистками.

Таджикистан от Афганистана отделяет лишь река Пяндж, которую в верховьях Памира можно преодолеть даже вброд. Граница толком не охраняется, и контрабанда здесь — рутинное явление. Я решил вместе с контрабандистами попасть на афганский Памир — конечно, в рамках журналистского эксперимента. Пожалуй, единственное, что меня смущало — так это опасность оказаться в плену у муджахидов. Однако мои таджикские друзья-контрабандисты заверили, что боевиков в афганском кишлаке сейчас нет.

Нелегальная переправа в Афганистан

Фото: Игорь Ротарь

Переправлялись мы в Афганистан на импровизированной лодке (к обычной автомобильной камере было приделано резиновое «дно»), а в качестве весел использовали деревянные лопаты, и добрались без приключений. Даже после крайне бедного таджикского Памира афганская его часть поражала своей нищетой. Дома там отапливаются по-черному: дым костра уходит через отверстие в потолке. Электричество и телевидение отсутствует в принципе.

Афганцы угостили нас чаем с тутовником и стали вести с моими попутчиками светский разговор. Неожиданно беседу прервал вбежавший мальчишка, сообщивший, что в село вошли муджахиды. Для меня встреча с ними могла окончиться крайне плачевно: мы бросились к лодке.

Увы, боевики уже ждали нас. Меня «пригласили на беседу» к их полевому командиру. Мои попутчики стали что-то рьяно возражать и, кажется, произошло чудо — один из вооруженных людей улыбнулся и сделал мне знак рукой: уходи. Я на всю жизнь запомнил взгляд этого человека. На меня он глядел как охотник на маленького медвежонка: то ли убить сейчас, то ли подождать, пока подрастет.

Если предположить, что разгром террористов в Сирии близок, то воюющие там среднеазиатские «добровольцы» (а их более пяти тысяч) могут попытаться вернуться с оружием на родину. Наиболее удобное место для такого прорыва — это северный Афганистан. Уже сейчас на афганский берег пограничной с Таджикистаном реки Пяндж прибыло несколько сот боевиков. Таджикские пограничники уверены: муджахиды готовятся к прорыву.

Не исключают наступления боевиков и в Кремле. «Первая угроза — это, конечно, угроза терроризма, она со стороны Афганистана, это очень, очень серьезно», — заявил в апреле 2017 года президент России Владимир Путин. Вскоре после этого российские военные базы в Таджикистане получили новое вооружение.

Если боевики все-таки решатся на прорыв, то наиболее оптимальным местом является Калайхумбский участок таджикского Памира (как раз неподалеку от этих мест нелегально переправлялся корреспондент Ленты). Во время гражданской войны в Таджикистане большинство местных жителей поддерживали исламскую оппозицию, а не так давно в Таджикистане запретили Исламскую Партию Возрождения и резко ужесточили религиозную политику. Так, что наверняка в Калайхумбе много недовольных, которые с радостью пополнят ряды боевиков.

При этом к среднеазиатским боевикам из Сирии могут присоединиться и местные радикалы из Исламского Движения Узбекистана (ИДУ). Эта организация объединяет уроженцев Средней Азии и Синьцзян-Уйгурского Автономного района Китая. ИДУ вместе с талибами воюет против войск натовской коалиции и афганского правительства — на севере Афганистана организацию знают и побаиваются практически все местные жители.

Боевики ИДУ в провинции Кундуз

Фото: Игорь Ротарь

«Я встречался с боевиками Исламского Движения Узбекистана и удивлялся, насколько они хорошо вооружены по сравнению с афганскими талибами. Узбеки производили впечатление настоящих профессионалов. Они были оснащены новыми автоматами, рациями. На их фоне наши талибы казались просто голодранцами», — рассказал мне Матин Сарфаз, афганский журналист из города Кундуз. По его словам, средний возраст боевиков ИДУ — около тридцати лет. Большинство из них переехали из Средней Азии в Афганистан более 20 лет назад, но и сегодня узбекские исламисты недостатка в рекрутах не испытывают.

Боевики ИДУ в провинции Кундуз

Фото: Игорь Ротарь

«Чеченцы и узбеки, которые сегодня воюют в Афганистане, — сообщил мне пожелавший остаться неизвестным сотрудник одной из международных организаций в Кундузе, — совсем не похожи на тех боевиков, которые сражались против российских войск в Чечне или участвовали в гражданской войне в Таджикистане. Выросло новое поколение, для которого главное — джихад. Сегодня среди командиров ИДУ есть немало сыновей тех, кто бежал из Средней Азии в начале 90-х годов XX века. Эти люди гораздо радикальнее своих отцов, они ненавидят Россию лютой ненавистью».

Справедливости ради, стоит отметить, что об «угрозе с юга» упорно говорят с момента распада СССР. Однако, в реальности ситуация никогда не становилась критической. «С момента возникновения движения "Талибан" оно ни разу не предъявляло территориальных претензий и не нападало на Среднюю Азию. Правда, в 1998 и 1999 в Среднюю Азию вторгались боевики ИДУ. Но похоже, что с тех пор их лидеры потеряли интерес к своей родине и сконцентрировались на Афганистане», — считает профессор политологии университета Вилланова в Пенсильвании Джаред Блай.

Однако, он все же признает, что сейчас ситуация изменилась. Так, часть талибов и лидеры ИДУ присягнули на верность «Исламскому государству» (ИГ, запрещена в РФ), которое хочет «освободить» мусульман всего мира. Разгром ИГ в Сирии и Ираке — подходящий для террористов повод сосредоточиться на Средней Азии и все же решиться на прорыв. Впрочем, им могут дать достойный отпор в Таджикистане. Сегодняшняя таджикская армия — это уже не слабые войска 90-х годов, выучка и оснащение стали значительно лучше. Таджики, например, успешно справились с мятежниками в Хороге, причем без помощи извне. К тому же, если ситуация станет слишком тяжелой, Душанбе наверняка обратится за помощью к Москве — и она не откажет.

lenta.ru

Афганистан. Между прошлым и будущим / Видео / Russia.tv

Афганистан сегодня. Кажется, что люди здесь живут вне времени, вне истории. Даже не задумываясь над тем, в каком году, в каком тысячелетии. Обманчивый взгляд. Не дай Бог поверить. Какие только цивилизации не терялись в этих песках и горах Гиндукуш! Несмотря на все войны и смуты, бушевавшие в Афганистане в прошлые тысячелетия  и совсем недавно, он по-прежнему во многом остается загадкой для окружающего мира.

В основе авторского фильма Александра Сладкова - известные и малоизвестные события, происходившие в этой восточной стране с момента вывода советских войск в 1989 году.

Вы также увидите в фильме современный Афганистан, жизнь в котором и сегодня полна интересных событий.
 

Один из сюжетов - детективная история о путешествии на машине автора фильма Александра Сладкова - назвавшегося журналистом, изучающим афганскую экономику - по пути транспортировки наркотиков, на пакистанскую границу. Вместе с автором картины телезрители смогут познакомиться с крестьянами, которым запретили выращивать опиум, посетить разгромленную базу Бен Ладена в пещерах Тора-Боры, где до сих идут бои с талибами.

Автор ленты побывал в таких опасных местах, где даже в дневное время не рискуют появляться на улицах местные жители. Он встречался и с бывшими моджахедами, и с выпускниками советских военных училищ и гражданских ВУЗов, и с простыми декханами, а также с молодыми людьми, которые знают о русских только по рассказам старших.

"Зря мы воевали с "шурави" (так афганцы называли советских солдат), мы помним и добро от них" - вот, что может показаться удивительным в откровениях афганских собеседников Сладкова. 
 

Особое внимание в фильме уделено и таким памятным для каждого, кто воевал в Афганистане, местам, как Саланг, Пандшер, Джелалабад, Кандагар, Чирикар..
 

У телезрителей будет возможность познакомиться с новой афганской армией, сформированной из моджахедов. Автор сюжета побывал в одной из ее дивизий. В итоге бывший советский офицер вместе с командиром этой части принял парад, устроенный в честь приезда российской телегруппы.

 

Также в фильме - отдельный рассказ о Чикен-стрит в Кабуле, где перед отправкой в Союз покупали сувениры, бытовую технику советские военные и гражданские специалисты. В этих магазинчиках до сих пор помнят русскую речь...
 

Богатый видеоархив, собранный автором в многочисленных поездках по этой стране, дополнит фильм интересными жанровыми сценами из жизни афганцев. Эти зарисовки помогут понять характер местных жителей, а также узнать их отношение к прошлому и настоящему Афганистана. Например, старик-дехканин сперва отказался дать интервью автору фильма, приняв того за американского корреспондента, но когда узнал, что Александр из России, начал охотно беседовать и припоминать русские слова. Молодой человек на улице Кабула с благодарностью показал на здания, построенные советскими людьми, и тут же начал иронизировать над международными организациями, которые даже при ремонте небольшой ямки на дороге устанавливают огромный плакат с указанием, на средства какого фонда ведется эта работа.
 

Как ни странно это звучит, сегодня довольно большая часть афганского общества, причем разные его слои, ностальгирует по временам "шурави", ведь там помнят не только о военных, но и о тысячах русских инженеров, врачей, педагогов... Нас там ждут. И Россия сегодня постепенно возвращается в эту страну.

 

Автор: Александр Сладков

Режиссер: Игорь Беляев

m.russia.tv

Как Убивали Просто Так .... Русские В Афганистане. - Оружие и военное дело

Как Убивали Просто Так .... Русские В Афганистане. - Оружие и военное дело - Disput.Az Forum Jump to content

Сова    0

  • Guru
  • Members
  • 0
  • 3,879 posts
  • Gender:Male
  • 10 Years, 3 Months and 8 Days

Сова    0

  • Guru
  • Members
  • 0
  • 3,879 posts
  • Gender:Male
  • 10 Years, 3 Months and 8 Days

Elchin67    7,019

  • Avtoritet
  • Members
  • 7,019
  • 12,671 posts
  • Gender:Male
  • From:отсюда.
  • 7 Years, 6 Months and 30 Days

Сова    0

  • Guru
  • Members
  • 0
  • 3,879 posts
  • Gender:Male
  • 10 Years, 3 Months and 8 Days

Djeliza-Roza    8

  • Almost Profi
  • Amateurs
  • 8
  • 414 posts
  • Gender:Female
  • From:Baku
  • 8 Years, 5 Months and 29 Days

Bushido    27,691

  • Полевой Командир
  • Members
  • 27,691
  • 60,319 posts
  • Gender:Male
  • From:человек
  • 12 Years, 10 Months and 18 Days

El_Guerrillero    9

  • Almost Guru
  • Members
  • 9
  • 2,850 posts
  • Gender:Male
  • From:Argentina
  • 6 Years, 10 Months and 28 Days

Teffi    753

  • Dahi
  • Members
  • 753
  • 5,096 posts
  • Gender:Female
  • From:Teffi
  • 13 Years, 9 Months and 8 Days

Сова    0

  • Guru
  • Members
  • 0
  • 3,879 posts
  • Gender:Male
  • 10 Years, 3 Months and 8 Days

Stres    3

  • Almost Profi
  • Amateurs
  • 3
  • 424 posts
  • Gender:Male
  • From:Baku
  • 7 Years and 10 Days

Приличный тип    1,111

  • Almost Profi
  • Members
  • 1,111
  • 681 posts
  • Gender:Male
  • From:мира

www.disput.az

"Каждый день молюсь, чтобы русские простили меня"

"Каждый день молюсь, чтобы русские простили меня"


От редакции "Россия навсегда": 15 февраля исполнилось 25 лет ухода советского контингента из Афганистана. За это время другой стал другим и Афганистан и наша страна. Советский Союз никогда не был агрессором и оккупантом, колонизатором Афганистана. Потому лидер российского союза ветеранов Афганистана Франц Клинцевич сейчас обратился к руководству страны с просьбой пересмотреть политическую оценку боевых действий, которая сформировалась во времена горбачёвской катастройки.

Но свою оценку русским дают сами афганские жители, уже имеющие возможность сравнить русских и подлинных оккупантов — о чем и представленный ниже материал Иршата Юнировича Фахрутдинова — в прошлом воина-афганца, а теперь депутата Госдумы РФ. В 2011 году в составе делегации российских законодателей он посетил Афганистан, и его рассказ об отношении афганцев к России, их теперешнем восприятии той кровопролитной войны, поддержке, оказываемой Афганистану современной Россией — очень важен для понимания реалий этого важнейшего геополитического узла на южных рубежах  нашего Отечества:

"У нас были встречи с представителями самых разных слоев общества — от министров, парламентариев до простых людей. Как и все, я тоже был очень рад, что снова нахожусь в той стране, где на себе впервые почувствовал слова: война, боевые товарищи, потеря друзей и ностальгию по своей Родине.

И встречаясь в Кабуле с одним из парламентариев, который девять лет воевал против наших и правительственных войск, я спросил:

"Но русские не были более жестокими, чем американцы?" — "Совсем нет, — ответил он. — Они были честными воинами, воевали с нами лицом к лицу, вели себя как джентльмены в отношении своих врагов. А американцы боятся открыто воевать, на очереди из автоматов они отвечают своими бомбами с неба и при этом погибают и страдают только наши дети и жены, в общем, мирные жители".

В одном из приемов с афганской стороны у меня произошел поразительный разговор с одной женщиной, занимающей сегодня далеко не последнее место в обществе: она жена министра торговли, зовут ее Фатима и занимается она благотворительной деятельностью. В свое время готовила для вооруженной оппозиции информационные материалы об антиправительственной борьбе. Со временем у этой женщины, как и у других думающих людей, произошла переоценка ценностей в отношении нашей страны, участия в афганских событиях 1979–1989 годов. Вот дословное высказывание моей собеседницы: "Я сейчас каждый день молюсь, чтобы русские простили меня"".

"Несмотря на статус и уровень жизни, все они живут, до сих пор пользуясь теми благами, которые создались советскими войсками, находящимися на территории Афганистана с 1978 по 1989 гг. — Мы вас любим уважаем и хотим, чтобы вы снова вернулись. — таковы были слова афганцев".

И наверное не случайно сейчас на открытие Олимпиады Россию посетил президент Афганистана Хамид Карзай.

***

Недавно из поездки в Исламскую Республику Афганистан (ИРА) вернулась группа российских законодателей. В составе делегации находился депутат Государственной думы, полковник запаса, кандидат юридических наук Иршат Фахритдинов, с которым встретился историк, журналист, один из постоянных авторов "Военно-промышленного курьера" Владимир Рощупкин.

*

ДУГА НЕСТАБИЛЬНОСТИ

 

— Иршат Юнирович, почему вдруг такое внимание к стране, входящей далеко не в первую десятку международной табели о рангах?

— Дело в том, что Афганистан занимает особое геополитическое положение. Через него идут пути с Большого Ближнего Востока в бывшие советские среднеазиатские республики, ныне независимые государства. А тех в свою очередь территория ИРА отделяет от региональных ядерных держав – Пакистана и Индии. Она же, напомню, вторая по численности населения (1,2 миллиарда человек) страна в мире.

Именно то, что

Страна гор лежит в сердцевине самой большой части света, стало причиной многочисленных войн на протяжении всей афганской истории. Еще армия Александра Македонского двинулась через Афганистан, намереваясь захватить Индию, и дошла-таки до нее. В XIX–XX веках против Афганистана трижды бросала войска Великобритания, но безуспешно.

Почти десять лет — с 1979 по 1989 год в стране сражались советские части и соединения, однако это особая тема. Для меня тоже…

— Но это уже история. А сегодня?

— В геополитическом плане Афганистан ныне рассматривается как важнейшее звено в так называемой дуге нестабильности, которая простирается от Балкан через Кавказ, Ирак, Иран и Среднюю Азию и далее до Пакистана. Причем там не только гнездо терроризма, но и мировой рассадник наркотиков. По оценкам экспертов, огромному потоку смертельно опасного зелья, преимущественно героина, который идет через пограничную реку Пяндж, стражи таджикских рубежей эффективно противостоять не могут — своих сил у них явно недостаточно. И вся эта отрава далее идет в Россию через российско-казахстанскую границу, между прочим самую длинную в мире — более 7600 километров.

Поставить надежный заслон наркозелью на таком пространстве чрезвычайно трудно. Наркотики через Таджикистан и Казахстан в огромных количествах поступают к нам. Так что после ухода в 2005 году с таджикско-афганской границы российских "зеленых фуражек" — на этом настоял официальный Душанбе — специалисты с большим сомнением относятся к возможности таджикских властей эффективно контролировать рубежи с Афганистаном. Ведь их протяженность ни много ни мало 1344 километра.

Российская Федерация и Исламская Республика Афганистан взаимодействуют на фронте борьбы против общей наркоугрозы. В последние годы подписан ряд документов о сотрудничестве в этой области. В рамках Совета Россия–НАТО реализован пилотный проект обучения офицеров антинаркотической полиции Афганистана — в подмосковном Домодедове, на базе Международного межведомственного центра подготовки сотрудников подразделений по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Там уже занимались и освоили программу свыше 200 афганцев.

Продолжая эту тему, отмечу следующее. На июньском (2011 года) саммите стран Шанхайской организации сотрудничества в Астане шла речь о создании надежного пояса безопасности у границ постсоветских республик с Афганистаном. Но об этом еще надо более детально договариваться.

— Однако нынешнее правительство Афганистана ведет также борьбу с талибами и здесь тоже не обойтись без хорошо подготовленных кадров…

— С 2002 года обучение в России прошли 170 сотрудников Министерства обороны ИРА. С 2002 по 2005 год наша страна оказала Афганской национальной армии военно-техническую помощь на сумму около 170 миллионов долларов. В Афганистан поставлялись наше аэродромное оборудование, отечественные средства связи, автомобили, запчасти. Мы помогали афганцам ремонтировать самолеты и вертолеты. Вместе с тем значительные объемы спецтехники остались невостребованными и поставки по линии Минобороны России были прекращены.

В июне 2010 года стартовала программа обучения и повышения квалификации на безвозмездной основе 225 сотрудников афганских правоохранительных органов в вузах МВД России. Это Московский и Краснодарский университеты, уже упоминавшийся Домодедовский центр и подготовительные языковые курсы в Санкт-Петербургском университете и Волгоградской академии. Их к настоящему времени окончил 41 афганский полицейский.

— А что можно сказать о подготовке национальных кадров в целом? Ведь без них страну из разрухи не вытащить.

— Афганистан не может обеспечить обучение нужных ему специалистов своими силами. Москва помогала ему в этом еще в прежние времена. Ныне же ежегодная квота для обучения в российских вузах на бюджетной основе абитуриентов-афганцев увеличена до 100 мест.

В 2008–2009 годах Россия предоставила через Всемирный банк четыре миллиона долларов на развитие высшего образования в Афганистане. Из них два миллиона выделено на восстановление Кабульского политехнического университета, построенного еще при содействии СССР.

По просьбе афганского президента решено начать с 2012 года возведение в Кабуле Российского центра науки и культуры на основе бывшего Дома советской науки и культуры. Фонд "Русский мир" перечислил Кабульскому государственному университету грант в размере 36,5 тысячи долларов на реализацию проекта "Интерактивная кафедральная система подготовки преподавателей русского языка как иностранного в КГУ".

Спонсоры помогли отремонтировать и оснастить кафедру русского языка и литературы Кабульского государственного университета. По федеральной целевой программе "Русский язык" в Афганистан поступает литература на языке Пушкина, Толстого, Шолохова. Так что и в наше время роль русского для грамотных афганцев не снижается.

Эти факты говорят о востребовании нашей системы образования и подготовки кадров. Она хорошо зарекомендовала себя еще в советское время, когда в наших вузах учились десятки тысяч афганцев.

***

КОГДА ВОЗРОДИТСЯ САЛАНГ

 

— Основа добрососедских отношений — взаимовыгодное торгово-экономическое сотрудничество. Оно сейчас есть?

— У него давние корни. Особенно интенсивно оно стало развиваться еще с середины 50-х годов прошлого столетия. Афганистану оказывалось технико-экономическое содействие в строительстве электростанций, элеваторов, промышленных предприятий, дорог — свыше 140 объектов.

Но возьмем день нынешний. В ходе визита в Россию президента Хамида Карзая было подписано соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве. Радует, что в двусторонней торговле прослеживается тенденция роста товарооборота, объем которого в 2010 году по сравнению с 2004-м увеличился в 7,1 раза и составил 571,5 миллиона долларов, в основном за счет расширения экспорта российской продукции. Так, афганская сторона закупила у нас КамАЗы, коммунальную и дорожную технику (свыше одной тысячи единиц) на сумму более 10 миллионов долларов. Но все же афганцы ввозят по большей части продовольственные товары, сухофрукты. Афганистан богат полезными ископаемыми, но будущее двустороннего сотрудничества во многом зависит от обстановки в стране.

В перечне перспективных совместных проектов Российская Федерация рассматривает и реконструкцию тоннеля "Саланг" на одноименном перевале, проложенного еще советскими специалистами. Кто был в Афганистане, знает — это объект стратегического значения. Через него из столицы ИРА идет снабжение северных провинций республики.

В списке намеченного также значатся разработка нефтегазовых месторождений на севере страны, возведение гидро- и теплоэлектростанций, мини-гидростанций в отдаленных горных районах, Кабульского домостроительного комбината, элеваторов, заводов по производству удобрений. Этим перечень далеко не исчерпывается.

Одним из наиболее значимых событий в области российско-афганского торгово-экономического сотрудничества стало списание афганского долга в размере 11,27 миллиарда долларов. Безусловно, это наш жест доброй воли.

— А гуманитарную помощь мы афганцам предоставляем?

— Да. С 2002 года ее объем превысил 70 миллионов долларов. Только в 2009 году по линии МЧС в Афганистан безвозмездно было направлено свыше 25 тысяч тонн пшеничной муки. Министерство павших и инвалидов (есть в ИРА такое ведомство) получило из России бесплатно палатки, дизельгенераторы, продукты питания (40 тонн грузов). Завершена поставка 4188 тонн пшеничной муки стоимостью пять миллионов долларов.

***

ПЕРЕМЕНЫ ЕСТЬ, НО ПРОБЛЕМЫ ОСТАЮТСЯ

— Известно, что пять лет назад были определены приоритеты Афганистана. Это продолжение процесса национального примирения, укрепление сил безопасности, развитие экономики и региональных связей, повышение эффективности работы госаппарата, борьба с коррупцией на всех уровнях. Что сделано?

— Лозунги лозунгами, а жизнь жизнью. Обстановка в стране продолжает оставаться весьма напряженной. На значительной части афганской территории, включая ранее относительно спокойные северные районы, действуют экстремистские антиправительственные группировки — движение "Талибан", Исламская партия Афганистана Гульбудина Хекматияра, "Аль-Каида", Исламское движение Узбекистана. Ситуация усугубилась после слияния афганских и пакистанских талибов. Добавьте сюда вторжения боевиков через афгано-пакистанскую границу. Они активизировались в результате проводимой властями Исламабада антитеррористической операции в пограничных с Афганистаном районах Пакистана.

По зарубежным данным, численность вооруженных экстремистов в Афганистане составляет 20–30 тысяч человек.

Талибы и их союзники имеют преобладающее влияние в 11 из 34 провинций. Боевики ведут активную минную войну, широко используя взрывные устройства и террористов-смертников. Финансовая подпитка террористических группировок осуществляется за счет средств из стран Персидского залива и Пакистана. Однако ключевой источник финансирования — доходы от наркопроизводства и наркоторговли.

По данным Управления ООН по наркотикам и преступности, в Афганистане сложилось тесное взаимодействие между экстремистами и наркодельцами.

В этой связи отмечу, что в 2010 году цена килограмма сухого опия поднялась с 64 до 169 долларов США. Огромное количество этого зелья находится в Афганистане на хранении (до 12 тысяч тонн). Вообще свыше 92 процентов опиума в мире — афганского происхождения. За минувшее десятилетие объем производства отравы в стране вырос в три раза. А по изготовлению наркотиков каннабисной группы Афганистан вышел в мировые лидеры.

— Какие силы противостоят талибам?

— Это Афганская национальная армия — 152 тысячи человек и полиция — 118 тысяч. Но у них серьезные проблемы: низкая боеспособность, дезертирство, недостаточный уровень денежного содержания, вовлеченность в коррупцию. Согласно некоторым сведениям за 2001–2010 годы погибли свыше 5500 афганских силовиков.

— А иностранные контингенты?

— Они объединены в две формально независимые друг от друга структуры — Коалиционные силы и Международные силы содействия безопасности. Всего около 150 тысяч человек. Большинство составляют американцы (около 70 процентов). За 10 лет иностранные военные потеряли убитыми свыше 2400 человек. По данным ООН, в 2010 году потери среди гражданского населения в стране возросли прежде всего в результате террористических акций (без малого до 2800 человек). При этом 75 процентов из них погибли от действий боевиков, 16 процентов — в ходе операций иностранных войск и афганских сил безопасности.

***

ЧТО НАМЕЧАЕТСЯ?

— Какие меры принимаются международным сообществом для нормализации обстановки в Афгане?

— Рекомендации в сфере безопасности (включая вопросы национального примирения), государственного управления и экономического содействия, а также регионального сотрудничества зафиксированы в Лондоне на международной конференции по Афганистану (28 января 2010 года). В британской столице был впервые согласован тезис о том, что бороться с афганской наркоугрозой необходимо комплексно — по всей цепочке этого преступного бизнеса: от уничтожения посевов опийного мака до пресечения финансовых потоков дельцов преступного бизнеса.

Важным следствием лондонских решений стали намеченные Кабулом меры по укреплению боеспособности национальных силовых структур. Это по замыслам властей позволит самостоятельно проводить большинство военных операций в нестабильных районах на протяжении трех лет, а в течение пяти лет полностью взять на себя ответственность за безопасность в стране. Принципиальное значение имеет инициатива Карзая по примирению с теми боевиками, которые отказываются от связей с "Аль-Каидой", от участия в террористической деятельности и признают конституцию Афганистана.

Кабул разработал документы, определяющие передачу ответственности за безопасность в стране афганским вооруженным силам, а также условия, необходимые для обустройства в мирной жизни боевиков вооруженной оппозиции. С конца июня началась передача ответственности за контроль в ряде провинций от западных союзников к афганским структурам безопасности. Тем более что 22 июня президент США Барак Обама заявил: к 2014 году американцы уйдут из страны. Подобные намерения высказали и некоторые соратники Вашингтона.

Афганская программа примирения и реинтеграции предусматривает обеспечение политических условий установления мира в стране и поддержку указанной программы афганской общественностью, а также странами региона и всем международным сообществом. Важнейший пункт программы — укрепление безопасности и госуправления. Ведь и по сей день не завершено формирование системы органов исполнительной власти. Из 25 должностей министров сегодня 7 так и не заняты.

Что касается международной помощи Афганистану, то ее эффективность была весьма низкой. В Кабуле это объясняют тем, что лишь 20 процентов соответствующих средств передается непосредственно в распоряжение правительства Афганистана. Те же суммы, что доходят до регионов, большей частью разворовываются.

***

ИЗ ПАМЯТИ НЕ ВЫЧЕРКНУТЬ

— Хотелось бы узнать об отношении афганцев к десятилетнему советскому военному присутствию в их стране.

— Важно подчеркнуть, что в тот непростой период мы, поддерживая силой оружия тогдашний кабульский режим в борьбе против вооруженной оппозиции, помогали и стране, и людям: строили и восстанавливали промышленные объекты, школы, дороги, мосты. Многие афганцы этого не забыли. А вот доброго слова в адрес уже более десяти лет воюющих в стране американцев и их натовских союзников не услышишь.

— Почему?

— Да потому, что они только разрушают, о народе, о восстановлении мира и спокойствия и не думают. В ходе бомбежек гибнут мирные жители, растет число раненых, искалеченных, сирот. Мне, кстати, рассказали, что недавно в ходе одной из бомбардировок в числе жертв оказался и наш бывший соотечественник. Это попавший в свое время в плен к моджахедам русский солдат. Он остался в стране, обзавелся семьей, детьми. Сейчас они осиротели… Обязательно через афганских друзей и наших дипломатов разузнаю об этом человеке и его близких.

А вскоре после ухода советских войск в стране, где стали заправлять крайне экстремистски настроенные талибы, воцарилась анархия, если не сказать — полный хаос. Даже люди, не отличавшиеся в свое время симпатиями к нашей стране, сейчас вспоминают период советского присутствия как наиболее стабильный в современной афганской политической истории. Мы смогли в этом убедиться, встречаясь с представителями самых разных слоев общества — от министров, парламентариев до простых людей.

У меня произошел поразительный разговор с одной женщиной, занимающей сегодня далеко не последнее место в местном обществе: она жена министра торговли, зовут ее Фатима. В свое время готовила для вооруженной оппозиции информационные материалы о антиправительственной борьбе. Называя вещи своими именами, была на стороне моджахедов, то есть в то время по сути нашим врагом.

Глава афганского Общества Красного Полумесяца Афганистана Фатима Гайлани. Фатима-ханум является одной из самых известных женщин страны не потому, что принадлежит к авторитетному роду, но, главным образом, из-за того, что с юных лет активно участвовала в политической жизни, в борьбе за реальную независимость Афганистана. В течение многих лет она помогает детям и всем обездоленным, защищает права женщин, помогает в розыске пропавших безвести советских солдат. В частности, она помогла в нахождении родственников в Харькове Исмата 16-летнего юноши, отец которого Виктор Балабанов был советским солдатом, попавшим в плен в ходе событий 1979-1989 г. Недавно он погиб в южной провинции Гильменд и семья осталась без средств к существованию. Молодой человек определен на учебу, Фатима-ханум помогает ему из своих личных средств. У Исмата в Харькове нашлись родственники тетя и двоюродная сестра. Даже у воспитанного в суровой афганской обстановке молодого человека обретенные близкие вызвали сильные эмоции. Он сказал, что начинает привыкать к тому, что у него пусть и в далекой стране есть новые родственники, которых он очень хотел бы увидеть. (источник 1, 2). Подробный репортаж об этом событии здесь.

— Что же вам рассказала достопочтенная ханум?

— Со временем у этой женщины, как и у других думающих людей, произошла переоценка ценностей в отношении нашей страны, участия в афганских событиях 1979–1989 годов.

Вот дословное высказывание моей собеседницы: "Я сейчас каждый день молюсь, чтобы русские простили меня".

Фатима-ханум Гайлани

— Если кратко, что самое важное, по вашему мнению, надо сделать для нормализации обстановки в многострадальной Стране гор?

— За Гиндукушем выросло уже целое поколение, которое ничего не умеет делать, кроме как воевать и заниматься наркотрафиком. Поэтому нужно восстанавливать экономику, создавать рабочие места, обеспечить защиту работающих и иностранных специалистов. К слову, на уже упоминавшемся саммите ШОС в Астане Дмитрий Медведев и Хамид Карзай конкретно обсуждали возможности участия России в восстановлении афганской экономики.

— И последнее. Что вам больше всего запомнилось в Афганистане спустя 22 года после вывода наших войск?

— На территории восстановленного российского посольства, кстати, самого большого и красивого в афганской столице, с тенистыми аллеями, бассейнами, я увидел мемориальную композицию в память о наших погибших ребятах. У меня дрогнуло сердце. Ведь я тоже был на той войне — командиром горного мотострелкового взвода в 101-м мотострелковом полку, дислоцировавшемся в Герате, в северо-западной части страны. Полк в полном составе вернулся в Союз через Кушку…

Композиция выполнена в виде колокола. Мне разрешили сделать один удар, что бывает редко, по большим праздникам. Трудно передать наши чувства, когда над Кабулом поплыл колокольный звон. Я и те, кто был рядом, подумали: а ведь это колокол памяти.

Источник

***

ФИЛЬМ АНДРЕЯ КОНДРАШОВА "АФГАН" 2014

*** 

ФОТО ИЗ АФГАНСКОЙ КОМАНДИРОВКИ АВТОРА

 

*** 

 

rossiyanavsegda.ru

Русские в Афганистане, часть 1 | История | ИноСМИ

Декорации

Взрыв насилия в Герате в марте 1979 года был крупнее всего, что произошло с момента кровавого коммунистического переворота годом ранее. Сопротивление коммунистам уже распространялось по стране. Но это стало полномасштабным восстанием в провинциальной столице, одном из важнейших городов Афганистана, старинном центре исламского учения, музыки, искусства и поэзии. Власть полностью перешла в руки мятежников, и прошла неделя, прежде чем правительственные войска, наконец, вернули себе контроль, пролив перед этим реки крови.

Коммунисты обещали многое: «Наша цель состояла в том, чтобы подать пример всем отсталым странам мира, как перескочить из феодализма прямо в процветающее, справедливое сообщество… мы не выбирали между демократическими и недемократическими процедурами. Если бы этого не сделали мы, этого бы не сделал никто… в самой первой нашей прокламации мы заявили, что еда и крыша над головой – это насущные потребности и права человека… наша программа была ясна: землю крестьянам, еду голодным, бесплатное образование для всех. Мы знали, что муллы в деревнях будут строить нам козни, поэтому мы выпустили свои декреты быстро, чтобы народные массы могли увидеть, каковы их реальные интересы… Впервые в истории Афганистана женщинам было дано право на образование… мы сказали им, что их тела принадлежат им, что они могут выходить замуж за тех, кто им по душе, что они не должны быть заперты в домах, как домашние животные».

Но коммунисты знали, что набожные и консервативные афганцы не одобрят подобные идеи, и они не готовы были ждать. Они ждали сопротивления и действовали жестоко при его подавлении: «Было не до деликатности. В первую очередь нам нужно было удержать власть. Альтернативой была наша ликвидация и возвращение Афганистана во тьму». Поэтому они начали крупномасштабный террор: помещиков, мулл, несогласных офицеров, специалистов и даже членов Коммунистической партии арестовывали, пытали и расстреливали. Когда их друзья в Москве пытались протестовать, афганские коммунисты отвечали, что то, что сработало для Сталина, подойдет и им.

Существуют разные версии о том, что вызвало насилие в Герате. Шер Ахмад Маладани был в городе в то время, а позже командовал местной группировкой моджахедов – мусульманских боевиков, воевавших против коммунистов и русских. Он рассказал, что крестьяне из далекой деревни, возмущенные решением местных коммунистов заставить их дочерей идти в школу, восстали, убили коммунистов, убили для ровного счета и самих девочек, а затем отправились в город. Другие рассказывали, что восстание произошло по приказу эмигрантов, проживающих в Пакистане и планировавших всенародный мятеж. Некоторые говорили, что восстание возглавили мятежные солдаты из 17-й дивизии, расквартированной в местном гарнизоне афганской армии. Были и такие, кто утверждал, что тут постарались агенты из Ирана.

Что бы там на самом деле ни произошло, крестьяне из окрестных деревень собрались в своих мечетях утром в четверг, 15 марта, и двинулись на город, неся плакаты с религиозными лозунгами и потрясая старинными ружьями, ножами и другим импровизированным оружием, уничтожая символы коммунизма и государства на своем пути. К ним быстро присоединились жители самого Герата. Толпа затопила усаженные соснами широкие улицы, ведущие к городу, прокатилась мимо большой цитадели и четырех древних минаретов в северо-западной части города, прошла через Ворота Малики и попала в новые северо-восточные пригороды, где был расположен офис губернатора провинции. Они штурмовали тюрьму, разграбили и подожгли банки, почту, офисы газет и правительственные здания, а также разорили рынки. Они срывали красные флаги и портреты коммунистических лидеров. Они избивали людей, на которых не было традиционной мусульманской одежды. За партийными чиновниками, включая губернатора, была устроена охота, и все они были убиты. То же произошло и с некоторыми из советских советников, работавших в городе и не сумевших бежать. К полудню большая часть города оказалась в руках повстанцев. В тот вечер они устроили на базарах танцы.

В последовавшие за этим событием месяцы и годы история произошедшего в Герате в те мартовские дни сильно преобразилась, будучи раздута репортажами бравых, но некритичных западных журналистов, у которых не было никакого способа проверить рассказы. Говорят, что повстанцы пронесли изуродованные тела сотни советских советников, их жен и детей, по улицам города. С уверенностью утверждалось, что советские стратегические бомбардировщики бомбили город два дня. Говорили, что в ходе восстания и после него погибли до двадцати тысяч человек.

Как это часто было во время советской войны в Афганистане, факты установить было сложно, и не менее сложно было отличить их от мифов. Большинство данных по поводу восстания в Герате значительно преувеличены. Но какой бы ни была истина, первой реакцией коммунистического правительства в Кабуле стала паника и обращение к Москве с просьбой прислать вооруженные силы для подавления восстания. Советское Политбюро обсуждало этот вопрос целых четыре дня, а затем пришло к очень разумному решению. Они решили не посылать войска, хотя и пообещали оказать афганскому правительству дополнительную военную и экономическую помощь. Как сказал афганскому президенту Нур Мохаммеду Тараки (1913-79) советский премьер-министр Алексей Косыгин (1904-80): «Если мы отправим наши войска, ситуация в вашей стране не улучшится. Как раз наоборот, она ухудшится. Нашим войскам придется воевать не только с внешним агрессором, но и с частью вашего собственного народа. А люди такое не прощают».

В тот раз афганскому правительству удалось подавить восстание в Герате самостоятельно. Но медленно тлеющий шнур был подожжен. По стране стали распространяться беспорядки и вооруженное сопротивление. Распри внутри Коммунистической партии стали все более кровавыми, пока не достигли кульминации в сентябре, когда Тараки был убит премьер-министром Хафизуллой Амином (1929-79).

Для русских это стало последней каплей. Двигаясь шаг за шагом, в основном, против своей воли, они попытались взять все под контроль. Их решения были извращены невежеством, идеологическими предрассудками, путаным мышлением, недостаточными разведданными, противоречивыми советами и общей напряженностью ситуации. Стоит ли говорить, что никто не проконсультировался с экспертами, которые на самом деле что-то знали об Афганистане – и в те времена таких людей в Советском Союзе было много – и не проинформировал их о принимаемых решениях.

В декабре 1979 года советские войска вошли в Афганистан. Советский спецназ захватил ключевые объекты в Кабуле, штурмовал дворец Амина и убил его. Намерения советского правительства были скромны: они стремились взять под контроль основные города и дороги, стабилизировать правительство, обучить афганскую армию и полицию, и уйти через полгода или год. Вместо этого они столкнулись с кровавой войной, чтобы выбраться из которой им понадобилось девять лет и пятьдесят два дня.

Афганцы, солдаты, которые воевали там, были со всех частей Советского Союза: из России, Украины, Белоруссии, Средней Азии, Прибалтики и с Кавказа. Несмотря на большие различия между ними, большинство считали себя советскими гражданами. Это изменилось к концу, когда Советский Союз начал разваливаться, и люди, бывшие товарищами по оружию, обнаружили, что живут теперь в других и иногда враждебных странах. Многим потребовались годы, чтобы вновь встать на ноги «на гражданке». Некоторым это так и не удалось. Никто не смог избавиться от воспоминаний их общей войны.

[ ... ]

Советские лидеры разрабатывают стратегию

Шокирующие новости восстания в Герате, произошедшего 15 марта 1979 года, достигли посольства в Кабуле и советского руководства в Москве в отрывочной форме, и были еще больше спутаны своекорыстными россказнями, которые им скармливали афганские власти. Старший экономический советник в Кабуле Валерий Иванов потратил большую часть того дня, пытаясь связаться с советскими экспертами в Герате. Он смог поговорить с начальником двадцати пяти советских строителей, грузином, чья фамилия была что-то вроде Маградзе. Телефон все время ломался, но Иванов смог получить достаточно ясное представление о происходящем. Толпа, вооруженная пиками, посохами и ножами, бушевала. Они жаждали крови, и по мере их приближения Маградзе снова и снова повторял «Помогите нам!»

Иванов мало, что мог сделать, однако строители и их семьи были спасены старшим военным советником в Кабуле Станиславом Катичевым и афганским офицером Шах Навазом Танаем, который позже стал министром обороны. Они отправили туда отряд афганского спецназа вместе со старым танком Т-34, грузовиком и автобусом для эвакуации специалистов и их семей. Танк сломался по дороге в аэропорт. Однако к тому времени они уже оставили толпу позади, и беглецов переправили на самолете в Кабул. Они летели, в чем были. Их разместили в школе посольства, а потом отправили домой. Жена Иванова Галина помогала собрать для них вещи.

Но так повезло не всем. Советский агент по скупке шерсти Юрий Богданов был со своей беременной женой Алевтиной на вилле, когда их атаковала толпа. Богданов перебросил свою жену через стену к соседям-афганцам. Она сломала ногу, но афганцы укрыли ее, и она спаслась. Богданова безжалостно убили. Военного советника 17-й афганской дивизии, майора Николая Бизюкова тоже разорвали на куски, когда часть дивизии взбунтовалась. Советский специалист-нефтяник погиб от шальной пули, когда вышел на улицу, чтобы посмотреть, что происходит. Хотя западные СМИ и некоторые западные историки продолжали утверждать, что убиты были до ста советских граждан, общее число советских жертв в Герате, похоже, не превышает трех человек. Не похоже, чтобы их судьба повлияла на решения, принятые впоследствии советским правительством.

Услышав о восстании, престарелый министр иностранных дел СССР Андрей Громыко (1909-89), бывший на этом посту с 1957 года, позвонил Амину, чтобы узнать, что происходит. Амин заявил, что ситуация в Афганистане нормальная, что армия держит все под контролем, и что все губернаторы преданы правительству в Кабуле. Он сказал, что советская помощь была бы полезна, но что режиму ничего не угрожает. Громыко посчитал его «олимпийское спокойствие» раздражающим. Спустя лишь три часа, поверенный в делах в Кабуле и главный военный советник генерал Горелов позвонили и сообщили совсем другие, гораздо менее оптимистичные новости. Правительственные силы в Герате, сказали они, очевидно потерпели поражение или перешли на сторону повстанцев, которых теперь поддерживали тысячи фанатиков-мусульман, а также саботажники и террористы, обученные и вооруженные пакистанцами, иранцами, китайцами и американцами.

Политбюро собралось 17 марта. Ни Советский Союз, ни его престарелые руководители были не готовы бороться с кризисом, с которым им пришлось столкнуться. К 1970-м годам Советский Союз уже начал разлагаться изнутри. Его институты оставались, по сути, теми же, что были созданы Сталиным, но они плохо подходили для действий во все более сложном мире. Догадливые наблюдатели, даже внутри советского правительства, видели масштаб упадка слишком ясно. Но мало кто делал какие-либо далеко идущие выводы. В 1979 году Советский Союз продолжал смотреть на Запад, как на серьезную военную и идеологическую угрозу на многие годы вперед.

Советские лидеры были мрачны и осторожны, и им сильно мешал тот факт, что они слабо представляли себе, что на самом деле происходит. Основные мнения были высказаны Громыко, премьер-министром Алексеем Косыгиным, министром обороны Дмитрием Устиновым (1908-84) и главой КГБ Юрием Андроповым (1914-84). Все они были способными людьми. Но все они принадлежали к поколению Громыко, все они начинали свою карьеру при Сталине, и их мышление по-прежнему было в плену у традиционных марксистско-ленинских стереотипов. Это были не те люди, к которым следовало обращаться за инновационными решениями.

Генеральный секретарь КПСС Леонид Брежнев не стал вступать в первоначальные обсуждения, хотя некоторые из участников консультировались с ним лично. К тому времени он был у власти более пятнадцати лет. Его здоровье уже ухудшалось, и к концу своего правления он превратился в предмет для частных насмешек московской интеллигенции. На каким бы ни было состояние его здоровья в последние пару лет его жизни, на тот момент он по-прежнему держал власть в своих руках, и его слово было решающим.

Четыре долгих дня советские руководители терзались практически неразрешимыми вопросами. Каковы были реальные советские интересы в Афганистане? Что русские могли сделать по поводу хитрости, жестокости и некомпетентности своих коммунистических союзников в Кабуле? Как следует реагировать на все более отчаянные мольбы Кабула о советских войсках для подавления мятежа?

И все это время они не забывали о декорациях холодной войны, которые во многом подпирали и искажали процесс выработки политического курса в Москве так же, как это происходило и в столицах западных стран. Брежнев надеялся, что разрядка, ослабление напряженности в отношениях с Западом, станет одним из главных достижений его исторического наследия. Начиналось все достаточно хорошо. Хельсинкский договор 1975 года, казалось, дал способ снизить напряжение и отрегулировать отношения Востока и Запада в Европе. Переговоры по соглашению ОСВ-2, призванному еще больше ограничить американские и советские запасы межконтинентальных баллистических ракет, двигались к совершению. Но затем ситуация начала портиться. Вероятность того, что Сенат ратифицирует ОСВ-2, пошла на убыль. Скандал из-за размещения русских ракет средней дальности РСД-10 в Европе разрастался, в то время как американцы все больше преуспевали в убеждении своих европейских союзников позволить им разместить схожие ракеты «Першинг-2».

Что еще важнее, американцы точно не собирались покорно принимать свое унижение в Иране, откуда был изгнан их близкий союзник, шах Ирана. Не решат ли они, что Афганистан является некоей заменой Ирану в качестве базы, с которой можно грозить Советскому Союзу? Не войдут ли они в Афганистан, если оттуда уйдут Советы? Они отправили в Западный Индийский океан авианосную ударную группу, якобы на случай дополнительных проблем в Иране, но разве эти корабли не будут равным образом полезны для продвижения американских целей в Афганистане? Русские, конечно, не знали, что американцы думали о том, как поддержать афганское восстание против коммунистов еще до мятежа в Герате. Но логика холодной войны означала, что в любом случае им нужно было ответить на американские действия у своих чувствительных южных границ точно так же, как американцы были вынуждены отреагировать, когда русские разместили наступательные ракеты на Кубе. Русские могли бросить Афганистан на милость судьбы не больше, чем американцы считали возможным для себя бросить Вьетнам в 1950-х и 1960-х годах. Эти болезненные параллели ничуть не облегчали русским лидерам процесс принятия решений в ситуации, которой угрожал плохой конец независимо от того, что они сделали.

Члены Политбюро не сомневались, что Советскому Союзу придется поддерживать Афганистан, что бы ни произошло. Две страны были близки в течение 60 лет, и для советской политики потеря Афганистана стала бы большим ударом. Проблема состояла в том, что, когда они начали свое обсуждение в тот мартовский день, они по-прежнему плохо представляли себе, что происходит на месте. Афганские лидеры были неоткровенны по поводу положения вещей, пожаловался Косыгин. Он потребовал отставки посла Пузанова, и предложил, чтобы Устинов или глава Генштаба генерал Огарков немедленно отправились в Кабул, чтобы понять, что именно там происходит.

Устинов отклонился от этого предложения. Амин, сказал он, отказался от своего оптимистичного настроя, и теперь требует, чтобы Советский Союз спас его режим. Но почему ситуация дошла до такого? Большинство солдат афганской армии были благочестивыми мусульманами, и именно поэтому они переходили на сторону повстанцев. Почему афганское правительство раньше не приняло во внимание религиозный фактор?

Андропов подлил масла в огонь, предложив ужасающе мрачный анализ. Основной проблемой была слабость афганского руководства. Они по-прежнему были заняты расстрелами своих оппонентов, а потом у них еще хватало наглости утверждать, что в годы руководства Ленина Советы тоже расстреливали людей. Они понятия не имели, на какие силы могут положиться. Они не смогли объяснить свою позицию ни армии, ни народу. Было совершенно очевидно, что Афганистан еще не созрел для социализма: религия играла огромную роль, почти все крестьяне были полностью неграмотны, экономика была отсталой. Ленин перечислил необходимые компоненты революционной ситуации. В Афганистане не было ни одного из них. Танки не могли решить то, что, по сути, являлось политической проблемой. Если революцию в Афганистане возможно поддерживать лишь советскими штыками, то Советскому Союзу следует отказаться от этой затеи.

Громыко начал возмущаться. Отсутствие серьезности, с которым афганские лидеры подходили к решению сложных проблем, напоминало детективную историю. Настроения афганской армии по-прежнему оставались неясными. Что, если афганская армия выступит против законного правительства и против любых сил, которые может послать в страну Советский Союз? Тогда, как он тактично сказал, «ситуация может чрезвычайно осложниться». Даже если бы афганская армия соблюла нейтралитет, советским войскам пришлось бы оккупировать страну. Влияние этого шага на советскую внешнюю политику было бы катастрофическим. Были бы подорваны все усилия последних лет по сокращению международной напряженности и продвижению контроля над вооружениями. Это стало бы прекрасным подарком китайцам. Все неприсоединившиеся страны выступили бы против Советского Союза. Встреча между Брежневым и президентом Картером, на которую так надеялись, оказалась бы под вопросом. И все, что Советский Союз получил бы взамен, был Афганистан со своим некомпетентным и непопулярным правительством, отсталой экономикой и незначительным весом в международных делах.

Более того, признался Громыко, правовые основания для любого советского военного вмешательства были сомнительны. По уставу ООН, страна могла обратиться за внешней помощью, если стала жертвой агрессии. Но в данном случае никакой такой агрессии не было. В стране шла внутренняя борьба, драка внутри революции, столкновение одной части населения с другой.

Андропов решительно вмешался. Если советские войска отправятся в страну, то им придется воевать против людей, подавлять людей, стрелять в людей. Советский Союз будет выглядеть агрессором. Это было неприемлемо. Косыгин и Устинов согласились с ним. Устинов сообщил, что советские военные уже готовили некоторые разумные планы действий в непредвиденных обстоятельствах. В Туркестанском военном округе формировались две дивизии, и еще одна – в Среднеазиатском военном округе. В срочном порядке в Афганистан можно было отправить три полка. Полк моторизированной пехоты и 105-ю воздушно-десантную дивизию можно было отправить в страну в течение 24 часов. Устинов попросил разрешения разместить войска на границе с Афганистаном и провести там тактические учения, чтобы подчеркнуть состояние высокой боевой готовности советских частей. Тем не менее, он заверил своих слушателей, что выступает против идеи отправить в Афганистан войска не меньше других. В любом случае, у афганцев было десять дивизий, и этого должно быть вполне достаточно, чтобы справиться с повстанцами.

Что же касается требований афганцев прислать советские войска, то чем больше советские лидеры думали об этом, тем меньше нравилась им эта идея. Никто не исключал эту возможность полностью, но когда они презентовали аргументацию Брежневу, он ясно дал понять, что против интервенции, заметив раздражительно, что афганская армия разваливается на кусочки, а афганцы ждут, что Советы будут вести за них их войну.

Поэтому окончательным решением стало то, что Советский Союз должен отправить в Афганистан военные припасы и несколько небольших подразделений, чтобы «помочь афганской армии справиться с трудностями». Пятьсот специалистов из Министерства обороны и КГБ должны были оказать поддержку тем пятьсот пятидесяти, что уже находились в стране. Русские согласились поставить 100 тысяч тонн зерна, увеличить оплату за поставки афганского газа и отказаться от процентов по существующим кредитам. Они опротестуют вмешательство пакистанского правительства во внутренние дела Афганистана. Две дивизии отправятся на границу. Но никаких советских войск в сам Афганистан отправлено не будет.

[...]

Штурм дворца

Точное время атаки менялось в течение дня несколько раз. Но около 6 часов вечера генерал Магометов приказал полковнику Колеснику начать операцию, как можно скорее, не дожидаясь взрыва, который должен был уничтожить узел связи. Спустя двадцать минут штурмовая группа под руководством капитана Сатарова осторожно продвинулась вперед, чтобы нейтрализовать три укрепленных траншеями афганских танка, контролировавших подходы ко дворцу. Спецназовцы прошли последнюю часть пешком, по пояс в снегу. Снайперы быстро убили афганских часовых. Экипажи танков были в бараках, слишком далеко, чтобы добраться до своих машин, и вскоре танки были под контролем спецназа.

В этот момент были выпущены две красные ракеты, сигнализировавшие начало атаки. К тому времени было около 7:15 вечера. Дворец был полностью освещен внутри и снаружи, и лучи прожекторов бегали по двору. Советские зенитки «Шилка» открыли огонь. Стены дворца были столь твердыми, что большинство снарядов просто отскакивали от них, разбрасывая вокруг осколки гранита, но не нанося серьезного вреда.

Первая рота мусульманского батальона продвинулась вперед на своих бронетранспортерах. Группа спецназа КГБ под командованием полковника Бояринова отправилась с ними. У них был приказ не брать пленных и не останавливаться, чтобы помочь раненым товарищам: их задача состояла в том, чтобы взять здание под контроль при любых условиях.

Почти сразу же после старта, одна из БМП мусульманского батальона остановилась. У водителя сдали нервы, он выпрыгнул из машины и бросился бежать. Почти сразу же он вернулся: за пределами машины все было еще страшнее. Машины прорвались через первое заграждение, задавив афганского часового. Они продолжили движение под мощным огнем, и впервые экипажи услышали незнакомые, почти нереальные звуки пуль, отскакивающих от брони их машин. Они дали ответный залп всем, что у них было, и вскоре дым от выстрелов внутри БМП практически лишил экипажи возможности дышать. Армированные стекла БМП были выбиты. Одна из машин была подбита и загорелась; некоторые члены экипажа были ранены, когда выпрыгивали из машины. Один из них поскользнулся, и его ноги были раздавлены машиной. Еще одна машина упала с моста, построенного русскими через арык, и экипаж оказался замурован внутри. Их командир обратился за помощью по радио, и в процессе умудрился заблокировать линию радиосвязи, парализовав связь всего батальона.

Штурмовая группа подъехала к стенам дворца, как можно ближе, выгрузилась из машин и бросилась на двери и окна на первом этаже. Они врывались во дворец парами и поодиночке. Среди них был и Бояринов. Вестибюль был ярко освещен, и защитники дворца стреляли и кидали гранаты с галереи второго этажа. Русские разбили все лампы, какие только могли, но некоторые оставались гореть. Они прорвались по лестнице и начали очищать комнаты на втором этаже автоматным огнем и гранатами. Они услышали плач женщин и детей. Одна из женщин звала Амина. Взрыв гранаты повредил энергоснабжение, и оставшиеся лампы выключились. Многие русские были к этому времени ранены, включая Бояринова.

К этому времени отличительные белые повязки русских были еле видны под слоем сажи и копоти. Ситуацию ухудшало то, что у личных охранников Амина тоже были белые нарукавные повязки. Однако в азарте боя русские жутко ругались, используя отборную ругань, и именно это позволило им идентифицировать друг друга в темноте. Это также означало, что защитники дворца, многие из которых проходили обучение в советской десантной школе в Рязани, впервые осознали, что ведут бой с советскими войсками, а не с афганскими мятежниками, как они думали. Они начали сдаваться, и несмотря на приказ не брать пленных, большинство из них уцелели.

«Внезапно стрельба прекратилась, - вспоминал потом один из офицеров группы «Зенит». – Я сообщил генералу Дроздову по радио, что дворец взят, что много убитых и раненых, и что главное сделано».

Амин по-прежнему не понимал, что происходит. Он велел своему адъютанту позвонить советским военным советникам: «Советы помогут». Адъютант ответил ему, что именно Советы и ведут стрельбу. Амин в ярости кинул в него пепельницей и обвинио во лжи. Но после того, как он сам попытался и не смог связаться с главой афганского Генштаба, он тихо пробормотал: «Я угадал. Все правда».

Существует несколько версий его смерти. Возможно, он был убит нарочно, возможно, попал под беспорядочную стрельбу. Согласно одной из версий, он был убит Гулябзоем, на которого специально была возложена эта задача. Когда пороховой дым рассеялся, его тело лежало у бара. Его маленький сын был смертельно ранен в грудь. Его дочь была ранена в ногу. Ватанджар и Гулябзой удостоверили, что он мертв. Спецназовцы из «Грома» ушли, хлюпая сапогами по пропитанным кровью коврам. Позже тем вечером тело Амина было завернуто в ковер и вывезено из дворца для похорон в укромной могиле.

Бой продолжался 43 минуты от начала до конца, не считая нескольких жестоких стычек с солдатами Президентской гвардии, расквартированной поблизости, но с этими быстро разобрались. Погибли пять военнослужащих мусульманского батальона и 9-й роты парашютистов (так в тексте, на самом деле погибло пятеро бойцов спецназа и девять бойцов мусульманского батальона - прим. перев.), и около 35 получили серьезные ранения. Спецназ КГБ также потерял пять человек убитыми. Среди них был и полковник Бояринов, который погиб под дружественным огнем прямо в конце боя. Похоже, что его подстрелили советские солдаты, у которых был приказ стрелять по любому, выходящему из дворца прежде, чем он был полностью взят под контроль.

Советские солдаты взяли в плен 150 человек из личной гвардии Амина. Мертвых не считали. Около 250 афганцев, охранявших дворец, были убиты своими бывшими советскими товарищами по оружию.

Советских солдат, раненых во время штурма дворца, отвезли в поликлинику в близлежащем советском посольстве. Галина Иванова, жена экономического советника Валерия Иванова, конечно, ничего не знала о происходящем, пока неподалеку не разразилась стрельба, и машины не начали привозить мертвых и раненых. Одна из машин была расстреляна охранниками посольства, которые тоже понятия не имели о происходящем.

Все врачи посольства проживали в одном из микрорайонов, построенных Советами пригородов на другом конце города, и не могли попасть в посольства. Будучи в университете, Галина посещала курсы медсестер, и ее призвали на помощь. Она трудилась с восьми утра до одиннадцати вечера. Не считая Галины, единственными имеющимися помощниками были посольский зубной врач, женщина, бывшая медсестрой во время Второй мировой войны, и пара других женщин. Был и еще один человек с медицинской квалификацией: жена одного из советников-востоковедов. Она была нейрохирургом, но когда она увидела, что происходит, то развернулась на каблуках и ушла.

Сначала маленькая команда рассортировала живых и мертвых. Затем дантисту пришлось использовать свои мало уместные в данном случае навыки для проведения операций, в то время как Галина и другие женщины проводили перевязки. Для Галины это оказалось совершенно ужасным опытом. Когда вскоре после этого она вернулась в Москву, она не могла понять, как люди могут ходить по улицам, как будто ничего не произошло.

Тем временем русские, приведенные в движение взрывом узла связи, двигались безжалостно и быстро, нанося тщательно выверенные удары по другим ключевым объектам в городе.

Самой важной и сложной мишенью было здание Генштаба. Четырнадцать спецназовцев в сопровождении Абдулы Вакиля, будущего министра иностранных дел Афганистана, получили задание разобраться с ним. Чтобы повысить шансы на успех был разработан план, призванный ввести противника в заблуждение. В тот вечер генерал Костенко, военный советник полковника Якуба, главы Генштаба, отправился к Якубу с официальным визитом, взяв с собой ряд советских офицеров, включая генерала Рябченко, командира только что прибывшей 103-й воздушно-десантной дивизии. Они обсудили с ничего не подозревающим Якубом, сильным мужчиной, прошедшим обучение в Рязанском десантном училище и хорошо говорившим по-русски, вопросы взаимного интереса. Рябченко было несложно вести себя естественно, так как он не знал о том, что должно вот-вот произойти. Тем временем другие офицеры советского спецназа рассредотачивались по зданию, раздавая сигареты и разговаривая с работавшими в Генштабе афганскими офицерами. Когда произошел взрыв, они ворвались в кабинет Якуба. После стычки, в которой погиб его помощник, Якуб бежал в другую комнату, но затем сдался, был связан и помещен под охрану. Рябченко, полностью захваченный врасплох, просидел все это время без движения. Костенко чуть было не погиб от руки советских солдат.

Бой продолжался час. Когда он начал стихать, в кабинете Якуба появился Абдул Вакиль. Он долго разговаривал с генералом на пуштунском, а затем застрелил его. Погибли двадцать афганцев. Сто человек были взяты в плен, и так как они численно превосходили нападавших, их загнали в большую комнату и связались электрическими проводами.

В какой-то момент произошла неприятная заминка, когда рота советских десантников, прибывших на сорок минут позже, начала наступление на здание Генштаба в бронетранспортерах и при мощной огневой поддержке. Это заставило военнослужащих «Зенита» спрятаться в укрытие, в то время как трассирующие пули летали по комнате, подобно сияющим красным бабочкам. Порядок был восстановлен и десантники помогли взять здание под контроль.

Русским нужно было как можно скорее получить доступ к радио- и телецентру, чтобы транслировать обращение Кармаля к народу. В течение 27 декабря они провели там очень тщательную рекогносцировку, при этом некоторые из них изображали из себя специалистов по автоматике, чтобы попасть внутрь здания. В ходе штурма были убиты семь афганцев, ранены двадцать девять и более ста взяты в плен. Один из советских солдат получил незначительное ранение.

В ходе штурма здания телеграфа убитых не было ни с той, ни с другой стороны, и защитники армейской штаб-квартиры и здания военной контрразведки сдались без боя. В здании Министерства внутренних дел тоже не было встречено никакого серьезного сопротивления, хотя один русский солдат все же был ранен и позже умер. У нападающих был приказ арестовать министра внутренних дел С. Пеймана, но он бежал в нижнем белье, ища убежища у своих советских советников.

К утру стрельба более-менее утихла. Но не до конца. Когда они въезжали в город на своем «Мерседесе», старшие офицеры, руководившие штурмом дворца, были обстреляны молодым десантником, от нервов стрелявшим по всем без разбору. Пули попали в машину, но не в пассажиров. Из нее выскочил полковник и отвесил солдату сильную оплеуху. Генерал Дроздов поинтересовался у молодого лейтенанта, командующего отрядом: «Это ваш солдат? Спасибо, что не научили его метко стрелять». После того, как бои во дворце Тадж-бек закончились, полковник Колесник устроил там свой командный пост. Победоносные советские солдат с ног валились от усталости. Так как было возможно, что афганские войска, дислоцированные поблизости, могут попытаться отбить дворец, они организовали круговую оборону, нервы по-прежнему на пределе. Когда они услышали шорох в шахте лифта, они предположили, что это люди Амина начинают контратаку через проходы, ведущие ко дворцу снаружи. Они схватились за оружие, стреляя из автоматов и бросая гранаты.

Это была дворцовая кошка.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

inosmi.ru

Афганские хроники

Сегодня у нас в гостях парашютистка, путешественница и просто хороший человек - Инга Леншина. Инга, расскажи пожалуйста немного о себе, где ты живешь и чем занимаешься?

Где живу - это, пожалуй, самый сложный вопрос... фактически, с тех пор как я семь лет назад уехала из Питера, я просто периодически меняю страны... 6 лет в разных местах Таиланда, полгода в Греции, теперь - Афганистан. Наверное, можно с уверенностью сказать что нигде не живу, а Афганистан - просто место зарабатывания денег для реализации очередных наполеоновских планов. Ничего романтичного, экзотического и уж тем более опасного в моей работе нет, я банально администрирую строительный проект на военной базе Капм Бастион в провинции Лашкар Гах. Предвижу вопрос "а не страшно ли", тем более с учетом недавних событий в стране. Не страшно, поскольку военная база Британии и Афганистан - это две большие разницы. Именно Бастион считается самым безопасным местом в стране, а о недавних печальных событиях в Кандагаре и Мазари-Шарифе мы узнали из новостей. А что касается парашютистки, то с парашютом прыгать я начала совершенно недавно, и пока у меня всего 49 прыжков... в среде скайдайверов все, у кого меньше ста, считаются новичками, так что у меня еще все впереди!

Самый большой в мире самолет на базе Camp Bastion

Не часто встретишь русских, живущих в Афганистане, каким образом ты туда попала и почему именно Афганистан?

Вы будете смеяться, но после жития в Таиланде мне очень хотелось уехать оттуда, и уже практически все равно куда. Таиланд - прекрасная страна для отдыха, путешествий, жизни на пенсии, я ей очень благодарна за то, что именно здесь у меня появилась возможность путешествовать... образ жизни в России, с постоянными "крысиными бегами" и отпуском 4 недели в году не оставлял много времени на себя... но мне просто в какой-то момент стало скучно. Я работала практически во всех областях, где может быть нужен иностранец - в туризме, отельном бизнесе, даже преподавала английский тайцам... и мне показалось, что я там исчерпала себя. Для меня это-не место, где хотелось бы прожить всю оставшуюся жизнь. Но обнять друзей и выпить с ними по баночке пива при случае с удовольствием прилечу.

А Афганистан подвернулся совершенно случайно, как чаще всего и бывает, здесь давно работал старый друг, и порекомендовал меня.

Наверное, разочарую, если честно скажу, что никаким романтизмом, приключениями и опасностью эта работа и не пахнет. Русские здесь встречаются тоже не так редко, я лично знаю пятерых. А привлекают здесь всех только зарплаты, и ничего более. Для меня Афганистан - это "транзитная зона"

Это нормально, что на военной базе войск НАТО работают люди из России? Не боятся, что ты разведаешь военные секреты? 🙂 Вообще иностранцев там много?

Иностранцев масса. Помимо военных (американцы, британцы, датчане, и прочие контрактники) - люди со всего мира, начиная с топ-инженеров строителей из так называемых стран первого мира" заканчивая охранниками из Непала и парикмахершами из Филиппин. никакого доступа к военным тайнам у нас, гражданских, нет (сложно говорить за всех, но есть предположения). В частности, лично я составляю отчеты о ежедневном прогрессе в строительстве на трех проектах. К примеру, совсем недавно была закончена и передана военным новая взлетная полоса отличного качества, на которую без проблем приземлился крупнейший в мире грузовой самолет. И такие данные, сами за себя говорящие о том, что никакого вывода войск при подобном финансировании ждать не прийдется - ни для кого не тайна. Вокруг меня - не война, а стройка, и совершенно никакой экзотики.

Личные апартаменты

А насколько сейчас безопасно ехать в Афганистан? Ты бы рекомендовала путешественникам ехать в эту страну? И как ты считаешь, будет ли там безопаснее, если НАТО (США) выведет свои войска? Вообще может дашь какие-нибудь рекомендации для тех, кто хочет туда поехать.

Сложный вопрос. Оценивать хоть как-то ситуацию в стране, находясь фактически не в самой стране, а на территории закрытого практически неуязвимого военного объекта было бы с моей стороны несколько самонадеянно. Однако, общие соображения есть. В Кабуле, по словам сидящих там коллег (тамошний офис находится прямо в городе), сейчас неспокойно, участились теракты и взрывы, в результате которых гибнут гражданские. В Кандагаре - опять-таки по информации коллег - регулярно бомбят даже саму военную базу. В свое время 3 года назад я проехала через Кабул, Мазари-Шариф и Герат, традиционно считавшиеся неким безопасным туристическим треугольником, познакомилась с местными, даже останавливалась у них - и мало в какой еще стране к Гостю отнесутся с таким уважением. Тогда меня безошибочно выручало правило "спроси местных и делай, как они посоветуют". К примеру, участок от Мазари-Шарифа до Герата я по наущению афганцев летела местными авиалиниями, мне сказали что по земле - небезопасно .. "мы сами сейчас этой дорогой не ездим, и Вам не нужно. Южная трасса, проходящая через Кандагар, вообще никогда не рекомендовалась к проезду. Ситуация в стране меняется постоянно, полной гарантии безопасности дать не может никто. В свое время мне очень повеселило интервью с Консулом Афганистана в Пешаваре, где я проходила собеседование для афганской визы. На мой вопрос, безопасно ли мне, белой девушке, одной ехать в его страну, господин консул (к слову, проживший в Киеве несколько лет и прекрасно говорящий на русском) ответил "Нет, не опасно, езжайте... только неудобно иногда - английский не все знают, русский тоже". На границе Пакистан-Афганистан на меня вообще не обратили никакого внимания - мирно поставили штамп на визу и пропустили. 

Прежде чем ехать, главное задать себе вопрос -зачем? Что я хочу увидеть в этой стране и чего жду? Это отнюдь не туристическое место, цены на жилье, кстати, неоправданно высоки. Я лично получила массу удовольствия, общаясь с местными людьми, поразилась их теплу, гостеприимству и вниманию к совершенно незнакомому человеку. И составила свое мнение о стане, пусть субъективное, но основанное на личном опыте, а не на лживой пропаганде исламофобии, которая постоянно звучит в СМИ. Ту свою поездку до сих пор вспоминаю с теплом. Рекомендую ли я ехать сюда другим путешественникам? У меня нет однозначного ответа. Каждый решает сам.

Что касается второго твоего вопроса - станет ли безопаснее при выводе войск НАТО в Афганистане - не могу ответить, будучи человеком совершенно аполитичным и не привыкшим рассуждать о вещах, в которых не разбираюсь. Рискну предположить только одно - никакого вывода войск не будет в ближайшее время, ибо миллиарды долларов, которые вкладывались и продолжают вкладываться сейчас в военное строительство в Бастионе, Кандагаре, Шинданде, и Баграме, вряд ли вкладываются с намерением оставить щедрый подарок афганскому народу в виде новых аэродромов и прочей инфраструктуры. А строительство продолжается, появляются все новые проекты...

Большое спасибо за такой развернутый ответ. Ты упомянула свою поездку в Афганистан 3 года назад, насколько я знаю, ты ехала из Таиланда в Россию, причем практически весь путь проделала "по земле". Расскажи пожалуйста подробней об этом путешествии.

Боюсь, что это будет дольше "Саги о Форсайтах".. действительно, я ехала по земле из Таиланда в Россию, и только три кусочка пути пролетела вынуждено самолетом. Совпало так, что у меня было четыре месяца свободного времени и достаточное (не такое огромное как может показаться) количество долларов, и однажды, хищно глядя на карту мира, я подумала - а почему нет? Подготовилась к поездке, почитала интернет, собрала рюкзачок в 7 кг и выехала... Маршрут лежал через Вьетнам, Китай, Тибет, Непал, транзитом через Индию, Пакистан, Афганистан, Иран.. решение сделать круг и посетить к тому же и Ближний Восток (Сирию, Турцию, Иорданию и Ливан) пришло уже по ходу событий, после того как мне открыли лишь транзитную 7-дневную визу в Иран, и осталось время на дальнейшие свершения.

Вулкан Бромо в Индонезии

Впечатляющее путешествие конечно. Откуда удалось "привезти" самые яркие воспоминания? И где было самое сильное разочарование?

Разочаровал Вьетнам. Не хочу обидеть многочисленных поклонников этой страны, но сложилось впечатление, что местные обманывают путешественников просто на каждом шагу, нагло и цинично. Это, кстати, не только мое наблюдение.

Яркие воспоминания? Их было так много, что даже не знаю, что именно поставить на первое место... Поразил красотой и величием природы Тибет, бесповоротно влюбил в себя Непал - с теплыми, радушными людьми и фантастическим горным треккингом. Огромной неожиданностью был Пакистан - я почему-то не нашла никаких восторженных отзывов о нем в интернете и думала проскочить быстренько транзитом но, на счастье, повстречала путешественника из Каталонии, который настоятельно рекомендовал уделить внимание стране. Я была поражена радушием людей, готовностью помочь и подсказать (по Пакистану у меня не было даже путеводителя, но там каждый местный житель с радостью будет тебе путеводителем) - ибо все это никак не вяжется с жутким образом Пакистана, который изо всех сил навязывают нам СМИ. Берусь утверждать что это - одна из самых гостеприимных, теплых и безопасных (да, именно так!) стран из всех, где мне довелось быть. Только потом я поняла, почему так мало (но уже, по счастью, появились) отчетов путешественников о Пакистане - никто не ездит... люди боятся. 

Совершенно очаровал весь Ближний Восток, в особенности запала в душу Иордания. Ни в одной стране не было ни малейшей агрессии или неуважения... недаром в мусульманском мире Гость (а уж тем более гостья) - святой человек, которого надлежит принимать со всеми почестями и открытой душой.

Спасибо за твое мнение, я думаю многие читатели, узнав о настоящем гостеприимстве Востока, захотят проверить его на себе. И я совершенно согласен с тем, что многие страны гораздо безопаснее и интереснее, чем кажутся на первый взгляд. Но я так понимаю, что ты не собираешься надолго связывать свою жизнь с Афганистаном, расскажи пожалуйста о своих дальнейших планах?

Планы частично держу в секрете, скажу только, что Афганистан - всего лишь место для зарабатывания денег на очередные наполеоновские планы по захвату территорий. Хочу переехать в новую страну, поскольку чувствую, что тема жизни в Таиланде себя исчерпала. Естественно, будут и новые путешествия, и парашютный спорт я бросать не намерена и - самое главное - моя жизнь больше никогда не будет процессом зарабатывания денег на жизнь, с короткими перерывами на отпуск. Большинство тех материальных ценностей, которые людям так настойчиво навязывают, мне неинтересны, и тратить драгоценную единственную жизнь на крысиные бега за карьерой и доказательствами собственной финансовой состоятельности я не буду. Это пройденный и уже неинтересный этап. Буду продолжать писать - в данный момент делаю контент для сайта о Таиланде, и если будут какие-то другие заказы, с интересом рассмотрю предложения. В далекой перспективе стоит кругосветка -как, наверное, и у многих путешественников...

Горы Пакистана

В Афганистане хорошо платят? 🙂 Я думаю многие согласятся с твоим мнением насчет работы, но не все готовы предпринять серьезные шаги в этом направлении. Может поделишься как ты сделала первый шаг, который изменил твою жизнь? Как ты на него решилась?

Да, во всех горячих точках хорошо платят и, повторюсь, деньги - единственная мотивация для нахождения здесь. Без достаточного финансирования сюда бы просто никто не поехал...

а первый шаг... пожалуй, это был отъезд в Таиланд в 2003 году... совершенно случайно нашлась работа, так же случайно (или закономерно) работодатели из кучи резюме выбрали именно меня и пригласили переехать в Паттаю, сотрудником отдела бронирования турфирмы. Тогда я рассудила - вернуться будет никогда не поздно, если вдруг не понравится... я ничем не рискую, опыт всегда полезен, да и любопытство взяло верх. 

Вторым шагом, который полностью изменил мое мировоззрение, стал курс медитации в тайском монастыре... в тот момент я уже отработала сезон в Паттае и мне внезапно стало скучно, захотелось найти некий смысл... новый смысл. В тот момент я оставила работу и уехала на юг страны, в Суан Мок, где уже после 11-дневного курса медитации с обетом молчания встретила массу людей, показавшихся мне тогда совершенно "ненормальными". Они рассказывали, что проводят даже не месяцы а целые годы в странствиях, и тогда мне было непонятно - как они не боятся остаться без работы, откуда берут такие огромные деньги на путешествия, и как им вообще не страшно. Кто мог подумать, что я вскоре стану такой же ненормальной, закину за плечи маленький рюкзак, и отправлюсь в обнимку с путеводителем куда глаза глядят. Я благодарна Таиланду - именно там я научилась по-другому смотреть на мир, научилась ничего не бояться.. именно там я поняла, что можно и нужно жить именно так как хочешь ты, необходимо только понять, чего именно ты хочешь, и все получится.

Да, Таиланд многим изменил жизнь и показал, что можно жить по-другому. Дауншифтинг (хотя это понятие не ко всем можно применить) становится очень популярным в России. Кстати ты считаешь себя дауншифтером?

Нет, я как раз никакой не дауншифтер. Я человек прагматичный и прекрасно понимаю, что все самые романтические и возвышенные идеи и планы, будь то путешествия, парашютные прыжки или изучение нового языка, приходится банально оплачивать. Как это ни странно и ни грустно, работа за границей приносит мне "на выходе" гораздо большие деньги, чем в России - в том числе и за счет того что там неоправданно высокие цены на все. А сезонная работа дает возможность жить так, как мне нравится, и с удовольствием тратить на то, что в нашей стране еще не многими принято и понято. Меня часто спрашивают - как можно не работать по 4 месяца в году, ведь ты теряешь столько денег! Пусть это прозвучит пафосно или банально, но зато я приобретаю свободу. Время моей жизни -что может быть ценнее.. к сожалению, образ жизни в России банально не оставляет времени даже на то, чтобы в этой бесконечной погоне за материальным просто остановиться и задать себе вопрос - так ли я живу? В действительности ли мне все это нужно? Не являюсь ли я рабом навязанных мне желаний? Люди просто работают, не задумываясь... людей, который по-настоящему получают удовольствие от работы - единицы... 

Дауншифтер - по определению - человек, отказавшийся от материальных благ и сознательно понизивший уровень жизни ради удовольствия, хобби, времени на самого себя... у меня получилась парадоксальная история - и времени стало больше, и жизнь насыщеннее, и уровень ее не понизился, а наоборот.

Я думаю многие хотели бы поменять свой образ жизни и последовать твоему примеру, но большинство не знает с чего начать, у тебя есть какие-нибудь практические советы?

Как замечательно сказал М.Веллер, "свободу не подарят". Сидеть и хотеть можно всю оставшуюся жизнь и никакие советы здесь не помогут, не будет готовых рецептов и схем. Мне думается, что если человек в действительности хочет изменить жизнь - он ставит цель и добивается всего сам. В качестве примера - мой друг, бывший коллега, только что уехавший из Афганистана, сейчас прошел курс обучения свободному падению в парашютном спорте и начал прыгать, а через две недели едет в путешествие по моему маршруту трехлетней давности. Тому самому, от Ханоя до Питера. При этом ему 43 года и его это ничуть не смущает. К счастью, появляется все больше людей, отходящих от стереотипов о том, что в 30 жизнь чуть ли не заканчивается. Конечно, нужен какой-то толчок, который послужит началом для перемен.. у меня это была встреча с известным путешественником Юрой Болотовым - мы пересеклись в Таиланде, когда он ехал кругосветку, и остановился там подзаработать денег. Помню, он рассказывал о своих приключениях так легко, будто речь шла о банальном походе в булочную, а я слушала, раскрыв рот...и настолько просто все звучало, что совсем скоро, наслушавшись и навсегда отравившись этом духом свободы, я отправилась в свое первое самостоятельное путешествие.

Впрочем, не сошелся свет клином обязательно на путешествиях... я знаю девушку, которая переехала на Ко Панган, выучилась на мастера рейки, занимается преподаванием и лечит людей... другая знакомая во Вьетнаме работает кайт-инструктором... у каждого свой путь и свое душевное равновесие. Повторюсь, чей-то рецепт счастья не поможет, а свой единственный прийдется искать самому.

А у тебя не было никогда желания вернуться в Россию?

К сожалению, нет. Я конечно скучаю по друзьям, но чем дальше, тем больше они перебираются в другие страны (да и новые находятся везде, где приходится жить),но никогда не скучаю по стране и приезжаю, если честно, только при какой-нибудь технической необходимости... Дело даже не в том, что Россия - неоправданно дорогая страна. Больше всего меня угнетает то, что люди так и не стали счастливее, не стали больше улыбаться. Это очень бросается в глаза после долгого отсутствия... Возвращение насовсем для меня не имеет никакого смысла - я стану меньше зарабатывать, больше тратить, и утрачу то качество жизни, к которому уже привыкла. В России масса неудобных и неприятных вещей, которые не изничтожить никакими сказочно высокими доходами, даже если бы мне таковые и посулили... В общем, ни здравого смысла, ни удовольствия от такого возвращения не будет.

А в какой стране ты бы хотела жить и почему?

В данный момент моей жизни поставлена цель перебраться в Италию. Почему? Бывает так, что приехав куда-то, ты всем существом понимаешь, что это-твое. А пожив подольше, только убеждаешься в этом. Мне нравится там все - люди, культура, язык, климат, кухня, вина, атмосфера, архитектура... в отличие от Азии, я не чувствую себя чужой, потому что выгляжу так же, как они, и у меня на лице не написано крупными буквами "иностранка"... Возможно, я выскажу то, с чем категорически не согласятся фанаты Азии, но там белый человек никогда не станет своим, сколько бы он там ни прожил и как великолепно ни знал бы язык и обычаи. Ярлык фаранга останется на тебе всегда. Впрочем, именно Азия идеальна для жизни уже на пенсии, просто потому что там дешевле и теплее. В старости не исключаю, что переберусь на какие-нибудь острова в Малайзии на зиму, с вылазками в Китай на лето... Хотя планы у меня меняются часто, и загадывать надолго я не люблю. Одно из любимых изречений - цитата из песни БГ - "нет никакого завтра, есть только "сейчас".

Ну я могу только пожелать, чтобы все твои мечты и планы исполнились и впереди ждали отличные путешествия! Пожелаешь что-нибудь нашим читателям?

Спасибо! Пожелания от чистого сердца сбываются всегда, в этом я уже не раз убеждалась. А читателям хочу пожелать силы духа для осуществления любых планов, и еще - ничего не бояться. Жизнь слишком коротка для этого и наверное, она дана нам не для страха, сомнений и неуверенности, а для того чтобы радоваться. А выбор всегда делаем мы сами, вне зависимости от обстоятельств. И конечно же, Удачи.

Спасибо за такое интересное интервью! Удачи.

Фото: Инга Леншина

Тэги:

Будьте в курсе всего самого интересного

mirputeshestvii.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *