Пантера и Тигр

Содержание

Часто можно найти сравнения танков из разных стран, воевавших друг против друга или просто стоящих на вооружении в мирное время.

Но в этой статье будет два танка одной страны, более того, созданных примерно в одно время и никак не конкурирующих друг с другом.

Концепции танков

Средний по советской классификации и тяжелый по немецкой PzKpfw V Пантера и тяжелый PzKpfw VI Тигр. Оба танка создавались как противовес новому Т-34. Оба представители традиционного немецкого танкостроения, имеющие толстую лобовую броню, мощное орудие, большие размеры и переднее расположение трансмиссии. Оба считались очень опасным противником, в тоже время неся потери из-за ненадежности и неправильного применения. Эти танки кажутся в чем-то похожими, но на самом деле они абсолютно разные.

Пантера и Тигр

Сильные и слабые стороны

Давайте рассмотрим их основные различия, которые превратились в преимущества и недостатки отдельного танка:

  • Пантера весила на 11-13 тонн меньше, чем Тигр. Это давало ей возможность легкой транспортировки по железной дороге и проезда через многие мосты, не способные выдержать вес более тяжелый танков. Так же, Германия в годы войны испытывала острую нехватку топлива, так что его пониженный расход тоже является серьезным плюсом.
  • Из первого преимущества вытекает и второе в виде лучшей удельной мощности у Пантеры, которая оказалась более подвижным танком, чем Тигр и на марше, и в бою.
  • Дальность хода так же относится к массе танков. Пантера была способна преодолеть более 250 км без дозаправки, в то время как Тигр всего около 190 км.
  • Главное орудие Пантеры, 7,5 cm KwK 42 обладало скоростью полета снаряда 925 м/с, а орудие Тигра, 8,8 cm KwK 36, всего лишь 810 м/с. Очевидно, что Пантера обладала большим пробитием и точностью стрельбы. Только, установленная на созданный гораздо позже PzKpfw VI Ausf.B Тигр-2, Kwk43 L71 имела лучшие характеристики.
  • Тигр был слишком сложен и дорог в производстве, всего на свет появилось около 1400 танков против почти 6000 Пантер.
  • Наклонная лобовая броня Пантеры обеспечивала лучшую защиту при меньшей толщине и давала вероятность рикошета снарядов, в то время как Тигр обладал устаревающей броней, расположенной под прямыми углами.
  • Советские войска использовали трофейные танки и Тигр с Пантерой не стали исключением. Однако, в то время, как из Пантер формировались целые роты, Тигры применялись лишь эпизодически. Это было связано с излишней сложностью и ненадежностью последнего, а так же проблемами при транспортировке, о которых уже упоминалось выше. После Второй мировой войны французская армия держала у себя на вооружении до 1950 года некоторое количество Пантер, а её орудие было скопировано инженерами.

Пантера и Тигр

Пантера — победитель?

Можно сделать вывод, что Пантера оказалась более удачным танком практически во всем, а боязнь Тигров связана больше с их редкостью. Оба танка были грозным противником для советских войск и для Т-34 в частности, ответом на который они и являлись. И тут кроется главная разница между ними. Тигр создавался как традиционный для немецких инженеров танк, со всеми привычными преимуществами в виде толстой брони и мощного орудия, и недостатками в виде прямых листов брони, огромных размеров и массы. Пантера же являлась переосмыслением танкостроения, попыткой извлечь все лучшее из Т-34 и немецких танков, что вылилось в наклонную броню, мощную, но не избыточного калибра пушку, хорошую подвижность.

В итоге PzKpfw VI Тигр оказался эволюцией традиционного танкостроения, которая практически зашла в тупик, исчерпав свои возможности, а вот PzKpfw V Пантера принесла на поле боя что-то новое, объединив в себе хорошую подвижность, броню и огневую мощь, став прообразом современных основных боевых танков.

Поделитесь с друзьями

Отправка сообщения

tanksdb.ru

Т-34 против «Пантеры» » Военное обозрение

В ответ на рост производства советских танков немцы обрекли себя на создание множества сложных, но малосерийных образцов бронетехники

В ряде публикаций уже оспорено одно из самых живучих суждений отечественной историографии – «Т-34 – лучший танк Второй мировой войны». Однако хотелось бы предостеречь от увлечения этой «вновь открывшейся истиной». Мы подсознательно стремимся к предельно простым объяснениям сложнейших явлений истории, принимая эту простоту за функцию истинности. В итоге на смену одной простой схеме: «советское – значит лучшее, потому и победили» приходит другая, не менее простая: «советское – худшее, но более многочисленное, победили количеством».

В этой связи хочется добавить один существенный аспект, позволяющий взглянуть на картину советско-германского технического противостояния несколько с неожиданной стороны и осознать, что истинное содержание этого процесса неизмеримо сложнее обаятельной простоты наших схем. Это аспект ментального противоборства во Второй мировой войне.

МЕНТАЛЬНАЯ УСТАНОВКА
Танк, как и любой технический объект, есть материализованный замысел, отражающий представления его авторов о функциях данного объекта. В силу этого ментальный аспект технического объекта представляется как иерархически выстроенная совокупность его сущностных характеристик. А любой технический объект есть результат компромисса между взаимоисключающими требованиями. Это значит, конструктор (заказчик) изначально оказывается в ситуации выбора, когда определяет, чем жертвовать и чему отдавать предпочтение: защите или подвижности, или огневой мощи…

Именно в момент выбора и срабатывает «ментальная установка», поскольку конструктор (заказчик) руководствуется при этом некими основополагающими ценностями – буквально, что есть хорошо и что плохо, что важно, а что – нет, что допустимо, а что – невозможно. Причем, как показывает история, эти компромиссы в трактовке разных национальных конструкторских школ разительно отличались, что было прямым следствием различий национальных ментальных установок, определяющих базовые ценности.

ПОДАВЛЯЮЩЕЕ, НО БЕСПОЛЕЗНОЕ ПРЕВОСХОДСТВО
К 1941 году Т-34 являлся наиболее совершенным средним танком, воплотившим все достижения советской конструкторской мысли и промышленности, его антагонистом в той же «весовой категории» был германский средний танк Pz-IV. Если сравнить их характеристики, приняв показатели Pz-IV за 100%, то к началу войны советский танк имел абсолютное превосходство над Pz-IV в защите – коэффициент 219,3, значительное преимущество в подвижности – коэффициент 136,1, существенное в огневой мощи – 121,4, и абсолютно уступал в удобстве работы экипажа и эксплуатации – коэффициент 48,3.

Если же дополнить эти данные сопоставительным анализом компоновочной схемы Т-34 и Pz-IV, станет ясно, каким образом советским конструкторам удалось добиться столь значительного превосходства над противником и какова оказалась цена этого превосходства.
Главное преимущество Т-34 – в защите – было достигнуто благодаря использованию увеличенных (так называемых рациональных) углов наклона брони – до 60 градусов в лобовой и 45 градусов в боковой проекции. Но из-за склонения листов брони внутрь уменьшился забронированный объем корпуса и башни. В результате 26-тонный танк (выпуска 1940 года, в 1941 году потяжелел до 28 т) оказался тесным даже для четверых членов экипажа, а экипаж немецкого 20-тонного Pz-IVD включал пять человек!

В тесной башне тридцатьчетверки размещалось всего двое – заряжающий орудия и командир, исполнявший обязанности наводчика. В реальных условиях боя это отвлекало командира от исполнения главных обязанностей – управления собственным танком и подчиненным подразделением – взводом, ротой, батальоном. Установка на Т-34 мощной 76-мм пушки Ф-34 и габаритного дизельного двигателя также поглотила дополнительный объем боевого отделения.
Преимущество в защите Т-34 обеспечивалось и малым количеством эксплуатационных и рабочих люков – 5 против 12 у Pz-IVD. Каждый член экипажа немецкого танка имел свой собственный люк, в то время как в советском танке было всего два люка на четверых. Излишне говорить, что это означало в условиях боя.



Эти недостатки усугублялись низким качеством и конструктивными изъянами приборов наблюдения, остававшихся на уровне начала 1930-х годов. Все это Т-34 унаследовал от танков предшествующей серии БТ-5 и БТ-7. Этот малоизвестный факт противоречит распространенной в литературе точке зрения, согласно которой Т-34 задумывался как танк нового поколения. По сути, Т-34 возник как результат последовательной и глубокой модернизации БТ-7.
В итоге все преимущества Т-34 в защите и огневой мощи были «куплены» ценой колоссального отставания в эксплуатационных характеристиках, прежде всего в удобстве работы экипажа. Выбирая между защитой, огневой мощью и удобством, советские конструкторы в отличие от своих противников предпочли поступиться удобством.

«Тридцатьчетверка» была своего рода «народным танком», в ее концепции отразились ментальные установки не только инженеров, но и танкистов. Приборы наблюдения, связь, условия работы экипажа ни танкистами, ни конструкторами не рассматривались как сопоставимые по значимости с огневой мощью, защитой и подвижностью.

Еще одно, присущее Т-34, сочетание минусов и плюсов – приоритет простоты и дешевизны конструкции в ущерб качественным характеристикам конструкции в целом. Характерной чертой компоновки Т-34, также унаследованной от серии БТ, было расположение моторной и трансмиссионной установки в кормовой части машины. Немцы во всех своих танках использовали раздельную схему – двигатель в корме, трансмиссия впереди. Схема Т-34 имела свои преимущества. Главное – простота установки и обслуживания. Минусом была система приводов управления, идущая через весь танк от места механика-водителя к трансмиссии, что многократно увеличивало усилие на рычагах управления и существенно затрудняло переключение передач.
Точно так же примененная на советском танке индивидуальная пружинная система подвески с катками большого диаметра, будучи в сравнении с подвеской Pz-IV очень простой и дешевой в изготовлении, оказалась габаритной в размещении и жесткой в движении. Систему подвески Т-34 также унаследовал от танков серии БТ. Простая и технологичная в изготовлении, она из-за большого размера катков, а значит, малого количества опорных точек на гусеницу (пять вместо восьми у Pz-IV), и пружинной амортизации приводила к сильному раскачиванию машины в движении, что делало совершенно невозможной стрельбу с ходу. Кроме того, в сравнении с торсионной подвеской она занимала на 20% больший объем.

Оценивая в целом ментальную составляющую конструкции Т-34, можно сказать, что его превосходство в защите, подвижности и огневой мощи было достигнуто за счет удобства и эффективности. Прямым следствием этого стала парадоксальная ситуация начала войны, когда Т-34 из-за перегруженности командира и плохих приборов наблюдения, недостатков трансмиссии не мог реализовать свое абсолютное превосходство над танками противника. Вывод о подавляющем преимуществе Т-34 был сделан немецкими генералами лишь по истечении четырех месяцев войны, хотя уже в июне–июле 1941 года многочисленные образцы новых советских танков были отправлены в Германию для исследования. Судя по всему, летом 1941 года немецкие специалисты не сумели по достоинству оценить Т-34 именно из-за низкого уровня технического совершенства.

ГЕРМАНСКИЙ ОТВЕТ
Немедленным ответом на «вызов Т-34» стала модернизация германских танков. И в этом ответе очень ярко проявились ментальные особенности решения проблемы повышения эффективности танка как объекта национальной технической культуры.

Весной 1942 года на вооружение вермахта появляются Pz-IV модификаций «F» и «G», в которых нашел отражение опыт боестолкновений с советскими танками. Германские конструкторы радикально повышают огневую мощь путем установки новой пушки – KwK40 с длиной ствола 48 калибров (вместо прежней пушки KwK37 с длиной ствола 24 калибра), что позволило увеличить бронепробиваемость в 1,6 раза. Существенно усиливается бронирование – на 66% лоб корпуса и башни и на 50% – борт корпуса и башни. Достигнуто это было за счет увеличения массы Pz-IV на 3,5 т и некоторого снижения подвижности. Но главным было все-таки сохранение прежних условий работы экипажа. Другими словами, германские конструкторы ради усиления огневой мощи и защиты предпочли пожертвовать лишь подвижностью, но не удобством.

В течение первого года войны Т-34 также подвергся модернизации. Конструкторы пытались устранить наиболее вопиющие недоработки машины. Была улучшена трансмиссия, воздухоочистители, увеличен боезапас и т.д. Самым заметным изменением конструкции «тридцатьчетверки» стала разработка новой башни. Однако причиной этого стало не стремление улучшить условия работы экипажа и сделать наконец-то башню трехместной, а требования технологии. Новая башня была более простой в изготовлении – теперь ее можно было отливать в формах машинного изготовления, штамповать с помощью мощного пресса и использовать автоматическую сварку при сборке. Другими словами, изменения Т-34 были продиктованы иным, нежели у Pz-IV, приоритетом – упрощением и удешевлением производства. Задача увеличения или хотя бы сохранения огневого превосходства над модернизируемыми немецкими танками даже не ставилась.

Сравнение Т-34 с модернизированным Pz-IVG показывает, что советский танк по-прежнему сохранял свое преимущество в защите, но коэффициент превосходства сократился с 219,3 до 179,6. Относительная подвижность советского танка даже возросла – со 130,4 до 137,9, но кардинально изменилось соотношение огневой мощи – со 121,4 оно упало до 93,2. Усовершенствованные Pz-IV сравнялись с Т-34 в дистанции эффективного огневого боя и уже на расстоянии 900–1000 м их снаряды пробивали лобовую броню корпуса и башни советского танка. Сохранив свое преимущество в удобстве работы экипажа, прежде всего в приборах наблюдения и управления огнем, модернизированный Pz-IV получил явный огневой перевес над Т-34 на дальних дистанциях ведения боя.

В итоге к весне 1942 года немецкие конструкторы, ограничившись весьма скромными изменениями в конструкции Pz-IV, решили «проблему Т-34». Модернизированные немецкие танки весьма успешно боролись с советскими тридцатьчетверками.

В ПОГОНЕ ЗА АБСОЛЮТНЫМ ПРЕВОСХОДСТВОМ
Казалось бы, германское командование имело все основания направить свои дальнейшие усилия на расширение производства модернизированных танков, закрепив, таким образом, достигнутое превосходство. Однако летом 1942 года было принято решение приступить к созданию новых танков Pz-V «Пантера» и Pz-VI «Тигр». И причины этого были отнюдь не оперативно-стратегического или военно-технического характера, поскольку в этот период германские войска добились весьма впечатляющих успехов.

Появление «Тигров» и «Пантер» объяснялось исключительно желанием немецкого руководства восстановить пошатнувшееся техническое превосходство германского оружия. Осенью 1941 года это превосходство было оспорено успешными действиями советских «тридцатьчетверок», и тогда была поставлена задача «снова добиться технического превосходства над русскими». Превосходство Т-34 было воспринято немцами очень болезненно, как своего рода вызов, как нечто, противоречащее представлениям о чертах, присущих немецкой нации, ее культуре, в том числе технической. Иначе говоря, превосходство Т-34 было воспринято именно как ментальный вызов.

Сопоставление характеристик Т-34 и «Пантеры» показывает, что с появлением нового немецкого танка практически все относительные показатели тридцатьчетверки резко упали. Так, огневая мощь снизилась с 93,2 (относительно Pz-IVG) до 70,3, удобство работы советского экипажа с 52,7 до 39,4. Несмотря на то, что «Пантера» оказалась очень тяжелой и большой (эти показатели для Т-34 – на 20% меньше), германским конструкторам удалось почти сравняться с «тридцатьчетверкой» в подвижности. В это верится с трудом, но почти 45-тонный Pz-V лишь на 6% уступал в подвижности 28-тонной Т-34. (Pz-IV уступал «тридцатьчетверке» почти на 38%). Даже былое преимущество Т-34 в защите было сведено к минимуму – до 111,4. Т-34 сохранил преимущество в бронировании перед «Пантерой» лишь благодаря большей толщине брони на второстепенных участках – крыша, борт и корма башни, борт и днище корпуса. В то же время «Пантера» имела двойное превосходство в бронировании самых опасных участков – лоб корпуса и башни.

Как и модернизированный Pz-IV, «Пантера» отличалась резко возросшей огневой мощью. Но, как и у Pz-IV, достигнуто это было при сохранении прежнего калибра за счет увеличения длины ствола до 70 калибров, что позволило повысить бронепробиваемость нового орудия в 1,6 раза.
Лобовой лист «Пантеры» толщиной 80 мм был наклонен под углом 55 градусов, что увеличивало его бронестойкость в два раза. В аналогичной ситуации с Т-34 это привело к существенному уменьшению внутреннего объема танка и вынужденному размещению люка водителя в лобовом листе. Однако в случае с Pz-V мы имеем прямо обратный результат – по величине внутреннего забронированного объема он превосходит все советские и большинство германских танков.
Секрет прост. Германские конструкторы не стали наклонять листы брони вовнутрь, уменьшая тем самым забронированный объем, а раздвинули их вовне (!), увеличив объем. Главные минусы – существенное увеличение размеров и веса танка. По массе – 45 т Pz-V далеко обогнал Т-34 (28,5 т) и почти сравнялся с советскими «тяжеловесами» – КВ (47,5 т) и ИС (46 т).

В результате авторам проекта «Пантеры» удалось кардинально увеличить защиту, огневую мощь, подвижность, улучшив при этом условия работы экипажа, пожертвовав лишь увеличением габаритов и массы. Появление Pz-V «Пантера» на поле боя кардинально изменило соотношение сил. Новый немецкий танк мог поражать лобовую броню Т-34 уже на расстоянии 1500 м, в то время как «тридцатьчетверке» нужно было для этого сблизиться на расстояние менее 100 м.

СОВЕТСКИЙ КОНТРАРГУМЕНТ
Истинные качества новых немецких танков самым драматическим образом проявились летом 1943 года во время Курской битвы. Теперь уже «Пантеры» и «Тигры» безнаказанно расстреливали Т-34 и КВ с немыслимых для нас дистанций в 1,5–2 км, сами оставаясь неуязвимыми. Наша общепризнанная победа на Курской дуге обернулась для советских танковых войск тяжелейшими потерями. По официальным данным, в Курской оборонительной операции было потеряно 1614 танков и САУ из 5130 имевшихся к началу. Ежесуточные потери при этом составили 85 машин. Соотношение потерь на поле боя составило 1:3 в пользу противника.

И в нашем ответе на этот вызов также ярко проявилась своя ментальная составляющая. Ответом на появление «Пантеры» стал Т-34-85. Новой «тридцатьчетверке» удалось сравняться с «Пантерой» по огневой мощи – коэффициент 102,7; несколько улучшить показатель защиты – до 118,3; кардинально были улучшены условия работы экипажа Т-34-85 – до 83,7. И все это – при незначительном снижении подвижности – до 103,5. За счет чего были достигнуты столь впечатляющие результаты?

Напомним, что немцы, стремясь кардинально увеличить огневую мощь «Пантеры», вооружили ее новой, специально разработанной пушкой Kwk42, причем того же калибра 75 мм, что и Pz-IV. Сохранение прежнего калибра имело ряд достоинств – удавалось избежать существенного роста массы и габаритов, сохранить размер боекомплекта и скорострельность. Минусами этого варианта были ограничение маневра огнем из-за большой – около 5 м – длины ствола и повышенная сложность изготовления. Но главное – немцы вынуждены были в ходе войны пойти на все издержки создания и запуска в серию совершенно нового орудия.

Советские конструкторы избрали другой путь. Огневая мощь новой «тридцатьчетверки» обеспечивалась за счет увеличения калибра орудия – с 76 до 85 мм. При этом мы, безусловно, теряли все те плюсы, что давало сохранение прежнего калибра, но выигрывали в увеличении бронепробиваемости в 1,7 раза по сравнению с Т-34. Теперь орудие «тридцатьчетверки» пробивало лобовую броню башни Pz-V с расстояния в 1000 м, и бортовую броню корпуса и башни с расстояния до 2000 м.

Но главное в другом – за основу новой танковой пушки С-53 была взята 85 мм зенитная пушка образца 1939 года, что значительно удешевляло и ускоряло производство танковых орудий. Другими словами, советские конструкторы не стали «мудрствовать лукаво», а взяли то, что подходило по характеристикам. И опять главным приоритетом оказалась простота, а значит, и дешевизна конструкции. В результате минимальных изменений в конструкции Т-34 (увеличенная башня с новым орудием) советским конструкторам удалось свести к минимуму преимущества нового немецкого танка, найдя, таким образом, вполне адекватный ответ на «вызов „Пантеры“.

ЦЕНА ТЕХНИЧЕСКОГО СОВЕРШЕНСТВА
Структура немецкой ментальной модели жестко задавала единственную возможность ответа на „русский танковый вызов“ – достижение полного технического превосходства. Но ментальное табу, необходимость сохранить удобство (большой забронированный объем), оставляло единственную возможность для этого – увеличение массы и размеров. В результате возникала фатальная последовательность: необходимое усиление защиты и огневой мощи при сохранении большого забронированного объема неизменно вело к росту массы, а значит, к необходимости создания нового двигателя, новой подвески, трансмиссии и в итоге – нового танка. Вот почему в ходе войны, начиная с 1942 года, немцы были вынуждены создавать новое поколение танковых вооружений.
Каждый из этих танков являл собой в полном смысле слова последний образец немецкой техники, воплощая все ее достижения. На новых немецких танках появились такие новинки, как автоматическая коробка передач, привод управления танком с помощью рулевого колеса, система продувки ствола орудия после выстрела, приборы ночного видения, автоматическая система пожаротушения и др.

Самым существенным минусом такого варианта „ответа на вызов“ стал значительный рост трудоемкости и стоимости нового танка. По трудоемкости „Пантера“ превзошла Pz-IV почти в два раза. То есть вместо одной „Пантеры“ можно было произвести два Pz-IV. С точки зрения целесообразности и критерия стоимость–эффективность такой ответ был невероятной роскошью в условиях тотальной войны. Но немецкое руководство предпочло именно этот вариант ответа на советский «танковый вызов». Почему? Думается, главной причиной стало желание продемонстрировать немецкое техническое превосходство. Танки для этой цели подходили более всего. Демонстрация была адресована и противнику, и своим солдатам, поскольку демонстрация как таковая есть одна из мощных форм морального воздействия.

В начальный период войны успехи блицкрига говорили сами за себя. А вот после его провала и вступления войны в иную фазу – длительного противоборства потенциалов – такая потребность возникла. Поражения зимы 1941-го и особенно 1942 года подрывали веру вермахта в свое превосходство. Демонстрация мощи должна была восстановить ее. Кроме того, демонстрация технического превосходства должна была сломить появившуюся у противника веру в собственные силы. Именно этот аргумент и стал решающим при утверждении плана операции «Цитадель».
Наша ментальная модель имела иные приоритеты, свою «священную корову» – сохранение массовости производства, а значит, и простоты конструкции. Это было личным и очень жестким требованием Сталина. Именно поэтому советские конструкторы, совершенствуя и средние, и тяжелые танки, всегда шли по пути выбора самых простых и дешевых вариантов. Все недостатки, вызванные простотой новых моделей, искупались массовостью их производства.
Жесткое требование ГКО и лично Сталина постоянно увеличивать производство танков заставляло всемерно удешевлять производство, постоянно сокращая трудозатраты. К началу 1945 года трудоемкость изготовления Т-34 снизилась по сравнению с 1940 г. в 2,4 раза, в том числе бронекорпуса – в 5 раз, дизеля – 2,5 раза. И это в условиях, когда без снижения количества производимых машин был совершен переход к производству Т-34-85 вместо Т-34. Неудивительно, что на протяжении всей войны советская промышленность сохранила абсолютное превосходство в количестве произведенных танков.

Но советская ментальная модель имела еще одно существенное достоинство. Самое простое усовершенствование, например установка на Т-34 новой пушки, заставляло немецких конструкторов разрабатывать новые модификации, которые по сложности, а значит, и стоимости многократно превосходили советский вариант. Они обрекали себя на создание машин заведомо и несравнимо более дорогих и сложных, следовательно – малочисленных. Во время войны было принято на вооружение 12 модификаций Pz-III и 10 модификаций Pz-IV, 4 – Pz-V. В рамках подобной модели ответа на советский «танковый вызов» немцы не имели шанса хотя бы приблизиться к советским показателям массового производства танков.

Кроме того, принятие на вооружение совершенно новых и более сложных типов танков в экстремальных условиях войны неминуемо приводило к тому, что машины получались «сырыми», со множеством «детских болезней», устранение которых требовало значительного времени и усилий.
И, наконец, еще одно прямое следствие попытки германских конструкторов ответить на «вызов Т-34» в рамках собственной ментальной модели. Резкий рост массы новых немецких танков с 20–22 т до 45–70 т привел к резкому снижению их оперативной и тактической подвижности. Так, например, запас хода новых немецких танков оказался настолько мал – для «Тигра» по шоссе 150 км, и 60 (!) км по пересеченной местности, для «Пантеры» соответственно – 200 и 80 км, что предписывалось всячески ограничивать их марши своим ходом и использовать железнодорожный транспорт, что было весьма сложно.

Pz-V «Пантера» и Pz-VI «Тигр», по сути, превратились в противотанковое средство (танки-истребители) в отличие от Pz-III и Pz-IV, которые были ударным средством маневренной, наступательной войны. Эта особенность новых танков выявилась уже в ходе Курской битвы. Лобовая броня «Пантеры» была практически неуязвимой для огня советских танков и противотанковой артиллерии, в то время как бортовая броня корпуса и башни пробивалась даже снарядами 45-мм орудия.

Летом 1944 года генерал-инспектор танковых войск вермахта Гейнц Гудериан вынужден был констатировать: «Пехотные дивизии не удавалось обеспечивать необходимым количеством противотанковых средств, и недостаток в них приходилось возмещать танками. В результате, несмотря на ежемесячное производство в среднем 2000 бронемашин всех типов, они не использовались для выполнения основной их задачи – ведения решительного наступления». Продолжающийся же рост производства советских танков только усугублял это следствие, заставляя германское руководство все более и более использовать танки для противотанковой обороны.

Другими словами, ответ на ментальный «вызов Т-34» в рамках немецкой ментальной модели привел к отказу от прежней концепции использования танков. В результате немецкая армия потеряла свое оружие, принесшее ей столь впечатляющие победы в 1939–1942 годах.

topwar.ru

Тигр и пантера 2019

Тигр против Пантера

Фон

Тигры происходят из семейства кошачьих или семейства кошек. Его научное название — Panthera Tigris. Это одна из «четырех крупнейших кошек» в роде Panthera. Самые ранние останки тигра были найдены в Китае около 2 миллионов лет назад. Говорят, что тигры являются потомками саблезубого тигра. Существуют различные виды тигров, известные как сибирский тигр, бенгальский тигр, индокитайский тигр, малайский тигр, тигр в Южной Азии и суматранский тигр. Большинство из этих видов считаются находящимися под угрозой исчезновения, в то время как некоторые из них, возможно, уже вымерли.

Пантеры, или более известные как Черные Пантеры, также происходят из семейства Feline. Его научное название — Фелис Конколор. Несколько видов этих вариантов — Дикая Черная Пантера (Черная Пантера в Латинской Америке), Черные Ягуары (Черная Пантера в Азии и Африке) и Черный Ягуар, или Черный Кугар (Черная Пантера в Северной Америке).

Поведение и характеристики

Тигры имеют оранжево-коричневый цвет меха с четкими черными полосками. У них на животе белый мех. Эти цвета помогают им слиться с окружающей средой, что облегчает их добычу. Тигры бывают быстрыми и тяжелыми, с весом около 110-300 кг и могут вырасти до 10 футов в высоту. Самый большой тигр в своем роде — сибирский тигр. Тигры также чрезвычайно территориальны. Они отмечают свою территорию, распыляя мочу на землю и растения, или делая царапины на деревьях. Они убьют любого животного, даже людей, нарушающих их территорию. Тигры также имеют очень острые когти и могут прыгать очень высоко, до 30 футов. Тигры также отличные пловцы. Они могут плавать через реки и ручьи. Они любят остывать в этих водах, и поэтому их часто можно увидеть в этих местах. Тигры также общаются так же, как домашние кошки. Срок службы тигра составляет до 22 лет.

Черные пантеры также являются крупными кошками, но не такими большими, как тигры. Они весит всего около 29-90 кг и растут до 9 футов в высоту. Они очень меланистические, с супер-черным или коричневым меховым цветом. У них длинные и мощные ноги, которые они используют, чтобы лазать по деревьям. У них также большие лапы, но они очень мягкие, что делает их «тихим хищником». Черные пантеры имеют среднюю скорость 45 км / ч. Черные пантеры взаимодействуют друг с другом через знаки и вокализации, используемые в основном для поддержания домашних диапазонов и сигнальных помощников. Они в основном живут в тропических дождевых лесах и болотных угодьях. Черные пантеры могут прожить до 20 лет.

ru.esdifferent.com

Закат эры «Тигров» и «Пантер»

Танкисты союзников были шокированы, когда в ноябре 1942 года впервые столкнулись с немецкими танками «Тигр» на североафриканском театре военных действий. В руках опытных экипажей «Тигр» и другие тяжёлые немецкие танки были грозным оружием: во время сражений в Нормандии, Италии и Арденнах союзники ощутили это сполна. Но в апреле 1945 года ситуация выглядела совсем иначе: от Панцерваффе остались лишь разрозненные и сильно поредевшие части, которые продолжали вести неравные бои. Пытаясь залатать дыры в обороне, разваливавшейся на глазах, немецкое командование спешно создавало смешанные группы, состоявшие из танковых, пехотных и других подразделений. 9 апреля 1945 года в бой вступила одна из таких групп, которой командовал майор Шульце…

Армада союзников против горстки немцев

К концу марта 1945 года дивизии союзников сумели преодолеть реку Рейн и продолжили наступление вглубь Германии. Надежды руководства Третьего рейха на то, что река станет серьёзной преградой для противника и позволит Вермахту выиграть время для создания прочной обороны, не оправдались. Западный фронт фактически рухнул, а части 21-й (командующий — фельдмаршал Бернард Монтгомери) и 12-й (командующий — генерал Омар Брэдли) групп армий, окружили в Руре немецкую группировку численностью свыше 300 000 человек. Командование союзников направило свои армии к Эльбе, думая о штурме немецкой столицы, но проблемы с логистикой и боязнь понести огромные потери в боях за Берлин заставила генералов отказаться от грандиозного плана. Пока 12-я группа армий наносила главные удары по противнику, части 6-й группы армий генерала Джейкоба Диверса прикрывали её правый фланг, продвигаясь по южной части Германии к австрийской границе.

Продвижение союзных войск на Западном фронте, апрель 1945 года

warfarehistorynetwork.com

В апреле 1945 года силы союзников в Западной Европе (свыше 90 дивизий) представляли собой колоссальную силу: свыше 4,5 млн солдат и офицеров, более 18 000 танков и САУ, примерно 27–28 тысяч боевых и транспортных самолётов, 63 тысяч орудий и миномётов. Этой армаде немцы могли противопоставить примерно миллион солдат и офицеров, несколько тысяч орудий и миномётов, более 1500 самолётов, многие из которых были прикованы к земле из-за отсутствия топлива и пилотов. Танковый парк Третьего рейха на Западном фронте был в плачевном состоянии: боеспособными оставались лишь 26–28 «Пантер», около 20 Pz.IV, менее 20 «Тигров» и «Королевских Тигров», а также свыше 130 самоходок. Запасов топлива и боеприпасов немцам не хватало даже для столь малого количества техники.

21-я группа армий имела задачу выбить немецкие войска из Бремена, Гамбурга, Северо-Восточной Голландии (здесь наступали канадцы) и выйти к Эльбе в её нижнем течении. Среди наступавших частей была и 11-я бронетанковая дивизия генерал-майора Джорджа Робертса. Её танкисты форсировали Рейн в районе Везеля и продвигались к реке Везер, взаимодействуя с подразделениями 6-й воздушно-десантной дивизии генерал-майора Эрика Болса (обе дивизии входили в состав британского 8-го корпуса генерал-лейтенанта Эвелина Баркера). 1 апреля 1945 года части 11-й бронетанковой дивизии пересекли канал Дортмунд–Эмс и завязали бои за Иббенбюрен (на территории современной земли Северный Рейн-Вестфалия).

Несмотря на то что Западный фронт фактически распался, некоторые немецкие части упорно сопротивлялись, надеясь на чудо (новые виды вооружения, решения высшего командования) и резкое изменение ситуации в пользу Германии. В числе таких подразделений были потрёпанные дивизии 1-й парашютной армии генерала Гюнтера Блюментритта (10 апреля на посту его сменил генерал-полковник Курт Штудент).

Боевая группа Шульце-Ферманна

Особенно ожесточёнными стали бои частей 8-го британского корпуса и немецких подразделений в Тевтобургском лесу, где на помощь танкистам генерала Робертса прибыли части британской 7-й бронетанковой дивизии. 5 апреля британские танкисты приблизились к городу Штольценау на левом берегу реки Везер. Чтобы противник не преодолел водную преграду, немецкое командование направило на помощь пехоте и артиллеристам, оборонявшим правый берег Везера, смешанную танковую группу (из состава 130-го танкового учебного полка) под руководством майора Пауля Шульце.

Майор Пауль Шульце

ww2talk.com

Немцы бросили в бой всю технику, имевшуюся под рукой: в состав своей группы майор Шульце включил шесть «Тигров» и пять «Пантер». Шульце лично руководил «Пантерами», командование «Тиграми» принял обер-лейтенант Рудольф Ферманн. На боку башни каждого «Тигра» была выведена большая буква «F» а также порядковый номер машины (01, 11–15).

6 апреля танки покинули город Фаллингбостель, где был расквартирован 130-й учебный полк, и направились к городу Ретем (во время перехода один из «Тигров» вышел из строя из-за поломки коробки передач). 7 апреля группа достигла Нинбурга, а у Штольценау к ней присоединилась рота панцергренадёров. В небе господствовала союзная авиация, и немцы передвигались в тёмное время суток.

Первый бой

Вечером 8 апреля Шульце решил контратаковать плацдарм британцев на реке Везер в районе города Витерсхайм. Атака началась утром 9 апреля: согласно рапортам британской 6-й воздушно-десантной бригады, входившей в состав 6-й воздушно-десантной дивизии, первоначально в ней участвовало пять «Пантер», которые наступали под прикрытием огня миномётов и нескольких орудий калибров 75 и 105 мм. «Пантеры» атаковали позиции 12-го батальона Девонширского пехотного полка. Британским пехотинцам пришлось несладко, поскольку из-за сильного течения Везера они не смогли переправить на правый берег противотанковую артиллерию, — единственным средством борьбы с танками были гранатомёты PIAT. Но, по словам британцев, «Пантеры» вели огонь с дистанции в несколько сот метров, и гранатомёты в такой ситуации были бесполезны.

Немцы взяли в плен полсотни британцев. В ходе боя была нарушена связь между плацдармом и штабом 6-й бригады, но благодаря смелым действиям связистов, действовавшим под обстрелом, в полдень связь восстановилась, и десантники вызвали огонь своей артиллерии. Согласно британским документам, в районе Бирде десантники смогли переправить через Везер шесть противотанковых орудий, расчёты которых вскоре подбили три «Пантеры». Ещё одна «Пантера» была уничтожена огнём гаубиц. Таким образом, немцы потеряли четыре «Пантеры» (уцелела лишь машина майора Шульце).

Подбитая «Пантера» из группы Шульце

missing-lynx.com

В повторную атаку на позиции британцев отправились «Тигры», которые нанесли удар западнее города Фрилле. Танки двигались по дороге, по обе стороны которой успели окопаться британские десантники. Начался бой, и вскоре снаряд гранатомёта PIAT угодил в башню танка Ферманна (под номером F01), повредив её поворотный механизм. Атака была сорвана — уцелевшие танки прикрыли отход повреждённой машины, а далее она отправилась на ремонт в Фаллингбостель.

Странствования «Тигров» в американских тылах

Остатки группы Шульце направились к городу Бюккебург, продвигаясь по территории, уже занятой частями 771-го танкового батальона и 334-го пехотного полка 84-й пехотной дивизии США (командир — генерал-майор Александр Боллинг). 10 апреля северо-восточнее Бюккебурга немецкая группа столкнулась с танками 5-й бронетанковой дивизии США генерал-майора Лансфорда Оливера, части которой действовали по соседству с 84-й дивизией.

Мотопехота 5-й бронетанковой дивизии США. Германия, апрель 1945 года

farm1.staticflickr.com

В столкновениях с американской артиллерией и танками были подбиты два «Тигра», «Пантера», два бронетранспортёра, обер-лейтенант Ферманн попал в плен, и майор Шульце пересел на «Тигр».

«Тигр» из группы Ферманна, подбитый американцами

missing-lynx.com

Согласно немецкой версии, все три танка получили повреждения, и их уничтожили сами экипажи. Американцы сильно преувеличивали свои успехи – согласно рапорту 5-й бронетанковой дивизии, 10 апреля её бойцы записали на свой счёт два «Тигра» и пять «Ягдпантер».

Схема продвижения частей 5-й бронетанковой дивизии США, апрель 1945 года

5ad.org

Так или иначе, уцелевшие «Тигры» продолжили движение к городку Ахум, где снова вступили в бой с противником. «Тигр» F13 фельдфебеля Беллофа от полученных попаданий загорелся, весь его экипаж погиб.

Уничтоженный «Тигр» под номером F13

missing-lynx.com

Машина F05 майора Шульце спряталась за фермой и вступила в бой с американскими танками, подбив три «Шермана» и бронемашину. Механик-водитель «Тигра» унтер-офицер Эберхарт Фрилинг пытался увести танк в безопасное место, но ему пришлось двигаться по полю под обстрелом американских танков. Pz.VI получил три попадания (два — в башню, один — в корпус), но продолжил движение и добрался до городка Лауэнау (восточнее Петерсхагена). В документах 5-й бронетанковой дивизии указано, что 11 апреля два «Шермана» лейтенанта Дональда Дэниэлса и штаб-сержанта Роберта Менноу заметили возле холма одинокий «Тигр» и открыли по нему огонь. Немецкий танк получил несколько попаданий в башню, задымился, но ушёл своим ходом.

«Тигр» F02, уничтоженный бойцами 5-й бронетанковой дивизии США

forum.panzer-archiv.de

Майор Шульце стремился прорваться к Диненскому проходу, не зная, что союзники уже форсировали реку Аллер, продвинулись далеко на запад, и его танк находится во вражеском тылу. 12 апреля во второй половине дня неподалёку от Нинштедта экипаж Шульце уничтожил «Шерман» и бронемашину, которые сопровождали колонну немецких военнопленных, — таким образом танкисты освободили около двухсот своих соотечественников. Часть освобождённых солдат отправилась на север на трофейных американских грузовиках в сопровождении танка-одиночки. Шульце решил прорываться к Бад-Нендорфу (всё ещё занятому немецкими войсками), но вскоре у танка кончилось топливо, и его пришлось взорвать.

«Тигр» F01 против «Комет»

После ремонта в Фаллингбостеле машина под номером F01 снова вступила в бой — на сей раз в составе боевой группы «Гросан» (из состава танковой дивизии «Берген») под руководством полковника Эрхарда Гросана. Группа насчитывала одну «Пантеру», два «Тигра», два штурмовых орудия, шесть 75-мм противотанковых пушек, а также подразделения панцергренадёров. Эти скромные силы должны были удерживать оборону южнее Остенхольца, где наступали части британской 11-й бронетанковой дивизии, в частности, 3-й королевский бронетанковый полк подполковника Эдварда Митфорда из состава 29-й бронетанковой бригады. Особенностью этого полка было то, что помимо прочей бронетехники, в его штат входили новые крейсерские танки А34 «Комета», которые могли на равных бороться с грозными «Пантерами». Эти машины имели хорошее бронирование (лоб корпуса толщиной 76 мм, лоб башни — 102 мм) и мощное вооружение: бронебойный снаряд 77-мм орудия на дистанции в 1000 м пробивал броню толщиной более 110 мм (под углом 90 градусов). Двигатель мощностью 600 л. с. позволял машине развивать скорость до 30 км/ч по пересечённой местности. «Кометы» появились в войсках в декабре 1944 года, в танковых боях не участвовали и в целом использовались ограниченно.

А34 «Комета» из состава 11-й бронетанковой дивизии, апрель 1945 года, район Везеля

ww2talk.com

11 апреля части 11-й дивизии вели бои у Норддребера и Эсселя с подразделениями немецкой 2-й дивизии морской пехоты. В результате столкновений с немецкими самоходками были подбиты две «Кометы», британские танкисты записали на свой счёт одну САУ. В ночь с 11 на 12 апреля солдаты 1-й бригады коммандос (командир — подполковник Дерек Миллс-Робертс) смогли захватить плацдарм глубиной более 700 м на правом берегу реки Аллер у Эсселя, а также отбили у немцев автомобильный мост.

Утром 12 апреля на плацдарм переправились части 4-го батальона Королевского полка лёгкой Шропширской пехоты. Шропширцы столкнулись с ожесточённым сопротивлением немцев, удерживавших позиции в лесу неподалёку. В поддержку британским пехотинцам были отправлены самоходные огнемёты «Уосп», а также эскадрон «А» 3-го бронетанкового полка (танки переправили на плотах). С помощью огнемётов британцы довольно быстро уничтожили вражеские огневые точки и стали продвигаться на восток. В то утро танк F01 под командованием унтер-офицера Эриха Францена (механик-водитель — Отто Георг, наводчик — Карл Шпехт) совместно с другой бронетехникой группы «Гроссен» должен был поддержать пехоту 12-го батальона СС в Эссельском лесу (планировалась атака на плацдарм британцев). «Тигр» пересёк ручей Дребер и двинулся по дороге в западном направлении. Вскоре немецкие танкисты заметили на обочине три британских танка — это были «Кометы» 1-го взвода эскадрона «А» (командир — лейтенант Джон Лэнгдон) 3-го бронетанкового полка. Первой «Кометой» командовал сам Лэнгдон, второй — сержант Питер Элстоб, третьей — капрал Бриндл.

Лейтенант Джон Лэнгдон

Langdon J. The Sharp End: A Personal Account of Life in a Tank Unit in the Second World War. — London: Stationery Kate, 2010

По данным британцев, «Тигр» находился на дистанции 600–800 м от «Комет», по мнению немцев — на дистанции 300–400 м. После боя британские танкисты утверждали, что их машины не могли продвигаться вперёд из-за болотистого грунта. По утверждению Лэнгдона, его танк успел выстрелить первым, но заряжающий сильно волновался и зарядил орудие осколочным снарядом. Лэнгдон так описывал этот бой:

«Я дал приказ механику-водителю Чэрлтону дать задний ход. Вражеский танк продолжал стрелять вдоль дороги. Машина капрала Бриндла тоже пыталась задним ходом уйти в заросли. Вражеский снаряд порвал гусеницу его машины, но экипаж успел покинуть танк. Второй снаряд «Тигра» пробил лоб танка Бриндла, а третий — сорвал башню».

В ходе скоротечного боя кроме «Кометы» экипаж Францена успел уничтожить бронемашину и бронетранспортёр. Тем временем британская пехота, ведя плотный огонь из пулемётов и другого стрелкового оружия, смогла потеснить панцергренадёров, сопровождавших немецкий танк. «Кометы» Элстоба и Лэнгдона успели уйти из-под огня по двум причинам: во-первых, дым от горящей бронетехники не позволил немецким танкистам распознать часть целей; во-вторых, британские пехотинцы открыли по «Тигру» огонь из гранатомётов. «Справа от меня была подбита «Комета». Я находился в канаве совсем рядом с «Тигром». Наши пехотинцы произвели два выстрела из PIATов по танку. Экипаж «Тигра» покинул машину, но, убедившись, что она цела, вновь залез вовнутрь танка и быстро увёл «Тигр» в безопасное место», — вспоминал рядовой 4-го батальона Боб Бигнелл.

По подсчётам британцев, в ходе атаки немцы потеряли свыше 30 панцергренадёров убитыми и ещё 40 пленными, в то время как потери 4-го батальона составили десять убитыми и свыше 30 ранеными. 3-й бронетанковый полк потерял трёх танкистов погибшими: сержант Проберт был убит снайпером, а лейтенант Майкл Булок и наводчик Блай погибли от осколочных ранений. Всю ночь с 12 на 13 апреля ни одна из сторон не осмеливалась вести наступательные действия. Ситуация изменилась утром 13 апреля: танк F01 снова показался на дороге и несколькими выстрелами уничтожил бронетранспортёр М30 «Кенгуру». В ответ британцы вызвали огонь тяжёлой артиллерии, и «Тигр» отступил к лесу. Британцы прибегли к хитрости: одна из «Комет» под командованием сержанта Хардинга, скрываясь за кустарниками и деревьями, подобралась к неподвижному «Тигру» на дистанцию менее сотни метров (с левого фланга) и произвела два выстрела. Один из снарядов пробил борт немецкого танка, и тот запылал.

Уничтоженный «Тигр» под номером F01

blog.tiger-tank.com

Экипаж успел спастись и пешком добраться до Фаллингбостеля. По утверждению пехотинцев 4-го батальона, недалеко от танка F01 находился ещё один «Тигр», который отступил после уничтожения машины Францена.

Борт «Тигра» F01. Хорошо видна пробоина от 76-мм снаряда

armortek.co.uk

За проявленное мужество и находчивость сержант Хардинг был награждён Военной медалью.

Эпилог

Если верить британским отчётам, в боях у Эсселя 13 апреля немцы потеряли более ста человек убитыми и более 150 пленными. Кроме «Тигра», подразделения 11-й дивизии уничтожили несколько единиц другой бронетехники и около семи орудий. 14 апреля части 4-го батальона Шропширской пехоты вели ожесточённые бои у Винзена, где немцы воспользовались поддержкой самоходок, 88-мм орудий и нескольких реактивных миномётов «Небельверфер». Шропширцы потеряли 14 человек убитыми и более трёх десятков ранеными. 18 апреля подразделения 11-й бронетанковой дивизии достигли Эльбы в районе города Люнебург. Далее последовало форсирование реки, 2 мая был взят город Любек, на следующий день — Нойштадт. 4 мая фельдмаршал Монтгомери принял капитуляцию немецких войск в Нидерландах, Дании и северо-западной части Германии, однако смертельный удар в сердце Рейха был нанесён на востоке, когда Красная армия штурмом овладела Берлином.

Автор выражает глубокую признательность Евгению Музалькову за помощь в работе над статьёй.


Источники и литература:

  1. Hastings M. Armageddon: The Battle for Germany, 1944–1945. — London: Vintage, 2005.
  2. Langdon J. The Sharp End: A Personal Account of Life in a Tank Unit in the Second World War. — London: Stationery Kate, 2010.
  3. Schneider W. Tigers in battle. Volume II. — Mechanicsburg: Stackpole Books, 2005.
  4. War Diary 6th Airborne Division. April 1945. The Pegasus Archive War Diary Collection
  5. 3rd Royal Tank Regiment War Diary, April 1945.
  6. 4 KSLI War Diary, April 1945.
  7. 5th Armored Division (USA) After Action Reports, April 1945.

warspot.ru

Розовый убийца «Пантер» и «Тигров»

Неподалёку от Праги у села Лешаны находится крупнейший в Чехии военно-технический музей, в котором собрано множество экспонатов, созданных с конца XIX века по настоящее время. Есть там и коллекция бронетехники, в которой экспонируется советский тяжёлый танк ИС-2.

Машина эта с интересной судьбой, волей случая и приказа командования оставшаяся в Чехословакии. Выпущен танк в августе 1944 года, и его не коснулась послевоенная модернизация. Подробнее о таких машинах можно прочесть в статье Юрия Пашолока, а здесь вашему вниманию предлагается подробный фотообзор «ИСа» из Чехии.

Вид спереди. Антивоенные настроения, захлестнувшие Чехословакию после выхода из Варшавского договора, привели к тому, что грозная боевая машина выкрашена в несерьёзный розовый цвет

Вид спереди слева в ракурсе 3/4. На этом снимке тяжёлый танк выглядит не таким уж и тяжёлым

Левый борт

Левый борт и корма. Отсутствуют ЗИП и тросы

Корма танка

Правый борт и корма в ракурсе 3/4

Правый борт. Сложно найти ИС-2, который не попал под программу модернизации. Этим уникален экспонат в Лешанах

Правый борт и лобовая часть. Дульный тормоз на стволе делает силуэт ИС-2 хорошо узнаваемым

Гусеничные траки, внешняя сторона. Трак имеет сложную конструкцию

У этого танка гусеничная лента набрана из двух типов траков. Вверху трак с менее развитой поверхностью

Направляющий каток

Механизм натяжения гусеницы

Принцип натяжения гусеницы реализован за счёт кривошипа направляющего катка

Поддерживающий ролик

Кронштейн поддерживающего ролика и сам ролик

Опорный каток, внешняя сторона

Отбойник балансира опорного катка. Он ограничивал ход балансира в вертикальной плоскости

Лючок выброса стреляных гильз из танка расположен между катков левого борта

Ведущее колесо

Ведущее колесо со стороны гусеницы. У этой машины оторваны или срезаны грязеочистители ведущих катков

Передняя смотровая щель механика-водителя танка

Крепление запасных траков на нижнем лобовом листе ИС-2

Спереди сбоку расположены «половинчатые» траки

Передние буксирные крюки. Хорошо видно, как крепились запасные траки

Смотровые перископические приборы наблюдения механика-водителя. Стёкла приборов закрашены

Бронировка курсового пулемёта, вид сбоку

Отверстие для ствола курсового пулемёта заварено

Передний габаритный фонарик и крепёж черенка лопаты на правом борту танка

Кронштейн для лотка и бонки на правом борту

Кронштейны запасных внешних баков и сами баки

На правой стороне кормы в бронировке была установлена кнопка для связи с экипажем танка

Люк доступа к трансмиссии на корме ИС-2

Петля, на которой для доступа к двигателю откидывалась задняя верхняя бронеплита

Проушина на кормовой бронеплите для облегчения её подъёма при доступе к двигателю

Болты крепления верхней кормовой бронеплиты и кронштейн для троса

Кормовой дополнительный бак, вид сбоку

Передний левый габаритный фонарик и крепление двуручной пилы на левом борту

Задний левый габаритный фонарик крупным планом

Крыша моторно-трансмиссионного отделения со стороны левого борта

Решётка воздухозаборника в крыше МТО со стороны правого борта

Люк доступа к фильтру

Башня спереди

Левый борт башни

Корма башни. В левой части — кормовой пулемёт, при модернизации он заваривался

Правый борт башни

Дульный тормоз орудия. Есть свидетельства, что экипажи средних Т-34 надевали на ствол пушки ведро, маскируясь под более грозный «ИС»

Бронировка «яблока» башенного кормового пулемёта

Приборы наблюдения и командирская башенка ИС-2

warspot.ru

Оценка возможностей танка PzKpfw V Panther (Пантера) сравнение

Оценка проекта

Оценка «Пантеры» является трудным для решения и неоднозначным вопросом, в различных источниках высказываются диаметрально противоположные мнения по этому поводу, отягощённые пропагандой принимавших участие в войне сторон.

Конструкция и потенциал развития

«Пантера» полностью соответствует канонам немецкой школы танкостроения времён Второй мировой войны — размещение трансмиссии в лобовой оконечности машины, боевого отделения с башней в середине корпуса и двигателя в корме. Подвеска индивидуальная с применением двойных торсионов, опорные катки большого диаметра размещены в «шахматном» порядке, ведущие колёса переднего размещения. Соответственно, такие компоновочные и конструктивные решения определяют общий набор достоинств и недостатков «Пантеры». К первым относятся хорошая плавность хода, равномерное распределение массы на узлы подвески, расположение башни по центру корпуса, отсутствие люков на верхней лобовой части корпуса, большой объём боевого отделения, повышающий комфортность работы экипажа. Недостатками являются большая высота танка из-за необходимости передачи крутящего момента от двигателя к агрегатам трансмиссии посредством карданных валов под полом боевого отделения, большая уязвимость узлов трансмиссии и ведущих колёс из-за их размещения в наиболее подверженной обстрелу лобовой части машины, ухудшенные условия работы механика-водителя и стрелка-радиста из-за шума, тепла и запахов, исходящих от узлов и агрегатов трансмиссии. Помимо этого, кроме лучшей заметности на поле боя, большая высота негативно сказывается на общей массе машины, снижая её динамические характеристики по сравнению с танками иной компоновочной схемы.

Ещё одним преимуществом компоновки «Пантеры» являлось расположение топливных баков вне обитаемых мест танка, что повышает пожаробезопасность и выживаемость экипажей при поражении машины. В советских танках плотная компоновка вынуждала располагать топливные баки прямо в боевом отделении. Следует также отметить наличие автоматической системы пожаротушения в моторном отделении немецкого танка. В то же время компоновка не гарантировала защиту танка от пожаров, поскольку в отделении управления «Пантеры» размещались агрегаты трансмиссии, а в боевом отделении — гидропривод механизма поворота башни. Машинное масло в агрегатах трансмиссии и жидкость в гидроприводе легко воспламенялись, не раз очаги возгорания подбитых танков размещались именно в лобовой оконечности машины.

Интересно сравнение «Пантеры» с советским средним танком Т-44, принятым на вооружение в середине 1944 года, но не учавствовавшим в боевых действиях. Советский танк при значительно меньшей массе и габаритах (особенно по высоте) обладал более сильной лобовой и особенно бортовой бронезащитой корпуса, чем «Пантера». Немецким конструкторам вынужденно пришлось увеличить массу и габариты своих новых машин по ходу войны, тогда как советским инженерам удалось создать новые машины за счёт заложенных в компоновке резервов. «Пантера» делалась «с нуля», без преемственности с уже существующими конструкциями, что породило трудности производственного характера. Примечателен тот факт, что проекты вооружения «Пантеры» более мощным 88-мм орудием и усиления её бронезащиты оказались невыполнимыми, то есть потенциал развития базовой конструкции был очень небольшим.

С другой стороны, немецкие конструкторы были удачливы в том плане, что их английские коллеги сумели только к концу войны построить альтернативу «Пантере» в виде «Кометы» уступавшей «Пантере» в бронировании, но превосходя её в маневренности, а американский тяжёлый танк M26 «Першинг», приблизительно равный по характеристикам «Пантере», поступил в небольшом количестве в войска большей частью с целью испытаний в боевой обстановке в феврале 1945 года и не сыграл заметной роли в сражениях Второй мировой войны.

Технологичность

«Пантера» задумывалась как основной танк панцерваффе с довольно большим объёмом производства — 600 танков в месяц. Но большая масса машины, сложность и неотработанность конструкции по сравнению с надёжными и хорошо освоенными в производстве PzKpfw III и PzKpfw IV привели к тому, что объёмы выпуска были гораздо ниже запланированных. При этом развёртывание серийного выпуска «Пантеры» пришлось на весну—лето 1943 года, когда Третий рейх официально вступил в стадию «тотальной войны» и большая часть квалифицированных рабочих, на которых в большой степени основывалась немецкая промышленность, была призвана в вермахт (а потом — и в фольксштурм). Так как их принудительная замена немецкими женщинами была недопустима для руководства Третьего рейха по идеологическим понятиям, пришлось эксплдуатировать военнопленных и насильственно угнанных на работы в Германию гражданских лиц из оккупированных стран Западной и Восточной Европы. Применение рабского труда, атаки англо-американской авиации на заводы, участвующие в производстве «Пантеры» и её узлов, агрегатов и комплектующих, а так же связанные с этим эвакуации и перенаправления грузопотоков не способствовали выполнению производственных планов.

Поэтому, при возможном снятии и PzKpfw III и PzKpfw IV с производства, технологические трудности в проработке нового танка могли привести к резкому провалу в танковом производстве, что было бы неприемлемо для Третьего рейха.

В итоге, немцам пришлось оставить в производстве планировавшийся к снятию PzKpfw IV, и именно он, а не «Пантера», стал наиболее массовым танком (если считать все выпущенные «четвёрки»; за 1943—1945 годы было выпущено приблизительно равное число этих машин) Германии времён Второй мировой войны. Тем самым в роли «основного боевого танка» вермахта в тот период «Пантера» была «на равных» с PzKpfw IV и проиграла Т-34 или «Шерманам», которые являлись самыми массовыми танками стран антигитлеровской коалиции и которых в 1943—1945 годах было построено намного больше, чем «Пантер». Некоторыми историками высказывается мнение, что принятие на вооружение «Пантеры» было ошибкой, в качестве альтернативы ими рассматривается гипотетическая возможность увеличения производства PzKpfw IV.

Надёжность

Попавшие на фронт летом 1943 года танки PzKpfw V «Пантера» отличались довольно низкой для немецких машин надёжностью — небоевые потери среди них были самыми большими. Во многом данный факт объяснялся недоведённостью новой машины и довольно слабым освоением её личным составом. По ходу серийного выпуска некоторые из проблем удалось устранить, другие же продолжали преследовать танк до самого окончания войны. Свою существенную лепту в низкую надёжность машины внесла «шахматная» конструкция ходовой части. Грязь, набивавшаяся между опорных катков машины, зимой часто довольно замерзала и в результате полностью обездвиживала танк. Замена повреждённых подрывами на минах или артиллерийским огнём внутренних опорных катков была очень трудоёмкой операцией, иной раз занимая свыше 10 часов. По сравнению с наиболее массовыми танками противника — «Шерманом» и тем более Т-34 выпуска 1943 года, «Пантера» явно оказывается в проигрышном положении.

Оценка боевого применения

Оценка в плане использования в бою является самой неоднозначной среди всех аспектов, связанных с «Пантерой». Западные источники склонны к полному доверию немецким данным по боевому использованию «Пантеры», при чём зачастую мемуарного плана, и полностью не замечают советские документальные источники. Такой подход подвергается большой критике в работах российских историков танкостроения М. Барятинского и М. Свирина. Ниже приводится информация, позволяющая составить более объективное мнение о достоинствах и недостатках «Пантеры» в бою.

Танк имел ряд безусловных плюсов — комфортные условия работы экипажа, качественная оптика, высокая скорострельность, большой возимый боезапас и высокая бронепробиваемость пушки KwK 42 не подлежат никакому сомнению. В 1943 году бронепробиваемость снарядов орудия KwK 42 обеспечивала довольно лёгкое поражение любого воевавшего тогда танка стран антигитлеровской коалиции на дистанциях свыше 2000 м, а верхняя лобовая бронеплита хорошо защищала «Пантеру» от вражеских выстрелов, а иногда даже от 122-мм или 152-мм крупнокалиберных за счёт рикошета (хотя в лобовой проекции танка были уязвимые места — маска орудия и нижняя лобовая деталь). Эти бесспорные плюсы послужили базой для идеализации «Пантеры» в популярной литературе.

С другой стороны, в 1944 году ситуация кардинально поменялась — на вооружение ВС СССР, США и Великобритании были приняты новейшие образцы танков, артиллерийских орудий и боеприпасов. Недостаток легирующих элементов для марок броневых сталей заставила немцев применять суррогатные их заменители, и снарядостойкость лобовой брони «Пантер» поздних выпусков значительно упала по сравнению с выпущенными в 1943 году и начале 1944 года машинами. Поэтому борьба с «Пантерой» в лобовом боестолкновении стала более лёгкой. Английские танки и САУ, вооружённые 17-фунтовым орудием с подкалиберными снарядами с отделяющимся поддоном, без особого труда поражали «Пантеру» в лобовую проекцию. 90-мм орудия американских танков M26 «Першинг» и САУ M36 «Джексон» также не имели затруднений в решении данной задачи. Пушки калибров 100, 122 и 152 мм советских танков ИС-2 и САУ СУ-100, ИСУ-122, ИСУ-152 в буквальном смысле проламывали отличавшуюся повышенной хрупкостью броню «Пантеры». Применение тупоголовых снарядов с баллистическим наконечником типов БР-471Б и БР-540Б практически решило проблему с рикошетами, но и при применении остроголовых снарядов хрупкая броня не выдерживала (зафиксирован случай подбития «Пантеры» 122-мм остроголовым снарядом на дистанции примерно 3 км, когда после его рикошета лобовая броня попросту раскололась, а сам танк был выведен из строя). Советские испытания обстрелом продемонстрировали, что 85-мм броня верхней лобовой детали «Пантеры» пробивается 122-мм тупоголовым снарядом на расстоянии 2500 м со значительным запасом по увеличении дистанции обстрела, а при попадании его в башню на расстоянии 1400 м последняя при пробитии насквозь срывается с погона и смещается на 50 см от оси вращения. По итогам стрельб на полигоне также было обнаружено, что 100-мм остроголовый бронебойный снаряд БР-412 из орудия Д-10С самоходной установки СУ-100 может поразить лобовую броню PzKpfw V Panther Ausf. G на расстоянии в 1500 м, превосходя расчётные данные и табличную бронепробиваемость.

Заверения немецкой стороны о превосходстве «Пантеры» над тяжёлыми танками других стран в 1944—1945 годах в известной степени получены выборкой информации, благоприятной для немецкой стороны. Например, вывод о превосходстве «Пантеры» над ИС-2 в лобовом бою совершенно не конкретизирует, какая «Пантера» против какого ИС-2 (их насчитывалось 6 модификаций). Немецкий вывод правдив для «Пантеры» с лобовой бронёй высокого качества против ИС-2 образца 1943 года с литой «ступенчатой» верхней лобовой деталью и остроголовыми бронебойными боеприпасами БР-471 для его орудия — фактически для условий начала — середины 1944 года. Лоб такого ИС-2 поражался орудием KwK 42 с 900—1000 м, тогда как верхняя лобовая деталь «Пантеры» имела большой шанс отразить остроголовый снаряд БР-471. Однако при этом существует весьма большая вероятность выхода из строя коробки перемены передач и бортовых редукторов танка. Тем не менее, выпадение из рассмотрения этого случая можно аргументировать тем, что повреждения трансмиссии не приведут к немедленной безвозвратной потере танка. Более серьёзным контраргументом немецкой оценке служит полное незамечание случая боестолкновения «Пантеры» с лобовой бронёй низкого качества против ИС-2 образца 1944 года с катаной спрямлённой лобовой бронёй и тупоголовыми снарядами БР-471Б. Верхняя лобовая деталь ИС-2 этой модели не пробивалась никакими снарядами 75-мм калибра при стрельбе в упор, тогда как такая же бронедеталь «Пантеры» пробивалась или же раскалывалась на дистанции более 2500 м, причём повреждения в этом и большинстве случаев приводили к безвозвратной потере машины. Так как нижняя лобовая деталь и маска пушки сравниваемых танков были одинаково уязвимы для обеих сторон, это ставит «Пантеру» позднего выпуска при равной выучке экипажей явно в невыгодное положение против ИС-2 образца 1944 года с катаной лобовой бронёй. В целом этот вывод подтверждается советскими отчётами по статистике безвозвратно выведенных из строя ИС-2 в 1944 году. Они утверждают, что снарядные попадания калибра 75 мм были причиной безвозвратных потерь лишь в 18 % случаев.

В 1944 году в боях против советских войск были зафиксированы случаи, когда башня «Пантеры» не выдерживала попадания даже осколочного снаряда. Это было связано с тем, что к тому моменту Германия уже потеряла Никопольское месторождение марганца, а без марганца производство высококачественных сталей (в том числе и брони) невозможно.

Американские источники также утверждают о хорошей стойкости лобовой брони тяжёлых танков M26 «Першинг» и M4A3E2 «Шерман Джамбо» против любых 75-мм пушек противника. В то же время нужно отметить, что ИС-2 был специализированным танком прорыва и вообще не был нацелен на решение противотанковых задач, число же M26 и «Шерман Джамбо» было невелико. Главным противником «Пантеры» продолжали оставаться Т-34 и «Шерман», вооружение которых не обеспечивало надёжного пробивания немецкого танка в лоб, а бронирование не давало надёжной защиты от огня орудия «Пантеры».

Основной слабостью «Пантеры», признаваемой всеми источниками, была её относительно тонкая бортовая броня. Поскольку в наступлении основной задачей танка есть борьба с окопавшейся пехотой, артиллерией и фортификациями противника, которые могут быть хорошо замаскированными или создавать сеть опорных пунктов, важность хорошего бортового бронирования никак нельзя недооценивать — вероятность в таких условиях подставить слабозащищённый борт под огонь противника высока. В отличие от «Тигра» и САУ «Фердинанд», борта «Пантеры» защищала только 40-мм броня вместо 80-мм. Как следствие, при ведении огня по бортам «Пантеры» успеха добивались даже лёгкие 45-мм противотанковые орудия. 76-мм танковые и противотанковые орудия (не говоря о 57-мм ЗИС-2) также вполне уверенно подбивали танк при стрельбе в борт. Именно поэтому «Пантера» не вызвала никакого шока у советских войск, в отличие от «Тигра» или «Фердинанда», в 1943 году практически непробиваемых штатными противотанковыми средствами даже при стрельбе в борт. В то же время, нужно отметить, что слабость бортовой брони была характерна для всех массовых средних танков Второй мировой войны: борта PzKpfw IV были защищены лишь 30-мм вертикальной бронёй, «Шермана» — 38-мм, Т-34 — 45-мм с наклоном. Хорошо защищённые борта были лишь у специализированных тяжёлых танков прорыва, такие как КВ, «Тигр» и ИС-2.

Другим минусом было слабое действие 75-мм осколочно-фугасных снарядов по небронированным целям (по причине высокой начальной скорости орудия, у снарядов были толстые стенки и уменьшенный заряд взрывчатого вещества).

Лучше всего «Пантеры» показали себя в активной обороне в виде засад, поражение наступающих танков противника с больших дистанций, контратак, когда сводится к минимуму влияние слабости бортовой брони. Особенно в данном качестве «Пантеры» имели успех в стеснённых обстоятельствах боя — в городах и горных проходах Италии, в зарослях живых изгородей (бокажах) в Нормандии. Противник был вынужден иметь дело только с солидной лобовой защитой «Пантеры», без возможности фланговой атаки для поражения слабой бортовой брони. С другой стороны, абсолютно любой танк в обороне гораздо более результативен, чем в наступлении, а потому было бы несправедливо приписывать такую эффективность только достоинствам «Пантеры». Помимо этого, поздние проектные разработки по модерн6изации танков «Пантера» путём замены вооружения на ещё более мощную 75-мм пушку L/100 или 88-мм пушку KwK 43 L/71 показывают то, что в конце 1944 — начале 1945 года немецкие специалисты фактически признали недостаточное действие 75-мм KwK 42 по сильнобронированным целям.

Военный историк М. Свирин оценивает «Пантеру» так:

«Да, «Пантера» была сильным и опасным противником, и может считаться одним из наиболее удачных немецких танков Второй мировой войны. Но при этом не следует забывать, что этот танк был очень дорогим и сложным в производстве и обслуживании, а при грамотном противодействии горел не хуже других.»

Аналоги

В массогабаритной категории 40—50 тонн аналогами «Пантеры» (среднего танка с длинноствольной пушкой унитарного заряжания) могут выступать лишь только советские танки типов КВ-85 и ИС-1, ИС-2 и американский M26 «Першинг». Советские машины официально были тяжёлыми танками прорыва и непосредственной поддержки пехоты, но основное их оружие — 85-мм танковое орудие Д-5Т и 122 мм танковое орудие Д25Т — проектировалось в том числе и как средство борьбы с новыми немецкими тяжёлыми танками. С этой точки зрения они (как танковые орудия) уступают «Пантере» (85 мм- по пробиваемости, 122 мм — по скорострельности и боекомплекту), хотя равные шансы на успех были даже в наиболее выгодном для «Пантеры» лобовом бою (на дистанции до 1000 м для 85 мм Д-5Т и более 2500 м для 122 м Д-25Т). M26 «Першинг» был очень запоздалой реакцией на появление PzKpfw V, но по своим боевым качествам он не уступал уровню «Пантеры», отзывы американских танкистов о своём новом тяжёлом танке были весьма высоки — он позволил им сражаться с «Пантерой» на равных. Наиболее массовый советский тяжёлый танк ИС-2 позднего периода войны при всей внешней схожести его массогабаритных характеристик с «Пантерой» применялся не как основной танк (первичное назначение «Пантеры»), а как танк прорыва с совершенно другим балансом брони и вооружения. К примеру, большое внимание уделялось хорошему бортовому бронированию и мощности огня против небронированных целей. Мощность 122-мм орудия Д-25Т у ИС-2 была почти вдвое выше, чем у 75-мм KwK 42, но заявленные бронепробиваемости были вполне сопоставимы (при этом нужно учитывать разные методики определения бронепробиваемости в СССР и Германии, а также отсутствие в боекомплекте Д-25Т подкалиберного снаряда). В целом обе машины были хорошо приспособлены для уничтожения себе подобных, хотя и на базе разных подходов к решению данной задачи.

Также по концепции близка к «Пантере» английская модификация среднего танка «Шерман» — «Шерман Файрфлай», имевший сравнимую с «Пантерой» (если не превосходящую) бронепробиваемость своего орудия. Но всё же данный танк был намного легче по массе и имел более слабое лобовое бронирование и созданный в конце 1944 года английский танк «Комета» оснащённый 102-мм бронёй лба башни и вооруженный танковым орудием QF 77 mm HV, уступая несколько в бронировании «Пантере», он весил на 10 тонн меньше и имел более высокую огневую мощь, скорость и манёвренность.

Среди поздних немецких танков PzKpfw V «Пантера» являлся самым лёгким, но он был оснащён более мощной защитой лба корпуса, чем «Тигр I», и имел лучшую подвижность по сравнению как с «Тигром I», так и с «Тигром II». Принимая во внимание данные обстоятельства, а также более высокую заявленную бронепробиваемость 75-мм пушки KwK 42 по сравнению с 88-мм пушкой KwK 36 у «Тигра I», некоторые эксперты оценивают «Пантеру» как лучший немецкий тяжёлый танк Второй мировой войны. С другой стороны, такого рода оценки в известной мере условны и не берут во внимание слабость бортового бронирования «Пантеры» и невысокого действия осколочно-фугасного 75-мм снаряда по незащищённым целям.

Сохранившиеся экземпляры

До нашего времени сохранилось 16 танков «Пантера» разных модификаций.
-Бельгия — 3 «Пантеры» установленных в качестве монументов в память об Арденской операции:
-Ausf. G в городе Уффализ;
-в деревне Grandmenil, Мане;
-в деревне Celles (англ.), Уйе.
-Великобритания — 2 танка Ausf. G:
-в танковом музее в Бовингтоне;
-в военном колледже в Шрайвенхеме.
-Германия — 3 танка:
-Ausf. A в танковом музее в Мунстере;
-два танка в техническом музее в Зинсхайме (один из них в полуразрушенном, не реставрированном виде).
-Канада — 1 танк, Ausf. A в канадском военном музее в Оттаве.
-Нидерланды — 2 «Пантеры»:
-Ausf. D в городе Бреда;
-Ausf. G в Национальном военном музее (англ.) в Оверлуне.
-Россия — 1 танк, Ausf. G в Музее бронетанкового вооружения и техники в Кубинке. В наше время машина восстановлена до ходового состояния и имеет раскраску, характерную для танков 5-й танковой дивизии СС «Wiking».
-США — 5 танков:
-две «Пантеры» Ausf. A и Ausf. G — в музее Абердинского полигона;
-две «Пантеры» Ausf. G — в музее кавалерии и бронетанковых войск (англ.) в Форт-Ноксе;
-Ausf. A — в музее Military Vehicle Technology Foundation в Портола-Вэлли (на ходу, в хорошем состоянии).
-Франция — 4 танка «Пантера» Ausf. A:
-два танка в танковом музее (англ.) в Сомюре;
-два танка находятся в Париже.
-Швейцария — 1 танк, Ausf. D в танковом музее в Туне.
Ещё один танк «Пантера» был вытащен из водоема в селе Искренное, Шполянского района, Черкасской области на Украине. По некоторым данным, данный танк был генеральский. Во время отступления немецких войск «Пантера» скатилась в воду с размытой насыпной дороги. Чтобы вытащить танк со дна водоема, пришлось демонтировать башню с шасси. Танк был отправлен в Германию. Финансирование проекта производилось немецкой стороной. Дальнейшая судьба этого танка неизвестна. Его или продали в частные руки, или он хранится в одном из музеев ВМВ в Германии.

wartools.ru

Немецкий “Тигр” против немецкой “Пантеры”

Эти два танка прославились практически сразу после своего появления, и во многом стали культовыми. Есть огромное количество сравнений “Тигра” или же “Пантеры” с советскими, английскими и американскими танками, однако мало кто берется сравнивать эти две машины.

Одной из основных причин будет проблема с отношением “Пантеры” к классу либо тяжелых танков, либо средних. Но, на наш взгляд, нужно “прыгать «от отечественного взгляда на данную ситуацию, который прямо и открыто заявляет, что немецкая “Пантера” — это тяжелый танк. Ибо по всем показателям, даже по орудию 75-cm Kwk 42 может считаться у нас орудием тяжелого танка. Но в общем и целом, это скорее формальная причина, к которой, однако, некоторые подходят уж слишком серьезно.

Тем самым, даже несмотря на проблемы классификации, эти две машины можно и нужно сравнить, чтобы понять, какой танк оказался более успешным.

Как известно, немецкий “Тигр” весил 57 тонн, и был самым тяжелым танком для своего времени, даже советский гигант Т-35 весил 50 тонн. А вот “Пантера” обладала массой в 44.8 тонн, тем самым на бумаге должна была обладать лучшей подвижностью и возможностью более комфортной транспортировки по железной дороги. Наиболее правдиво звучит второй аргумент, ибо действительно, когда в августе 42-го года самые первые “Тигры” отправляли на Восточный фронт, очень много пришлось повозиться с железнодорожными платформами. А вот по подвижности танки были примерно равны, если мы говорим о типичной для Восточного фронта пересеченной местности. Танк “Тигр” развивал скорость в 20-25 километров в час, а немецкая “Пантера” 25-30 километров в час, то есть немногим больше чем ее более тяжелый собрат.

Однако, у “Пантеры” запас хода по шоссе был выше чем у “Тигра”, 250 против 195 километров.

Что касается сравнения орудий, то тут уже сломано такое количество копий, что не сосчитать. Если сравнивать 7.5-cm Kwk 42 (Пантера) и 8.8-cm Kwk 36 (Тигр), то на бумаге первая пушка будет сильно выигрывать относительно орудия “Тигра”, ибо начальная скорость бронебойного снаряда Pzgr. 39 в 7.5-cm Kwk 42 была 925 метров в секунду, а у 8.8-cm Kwk 36 810 метров в секунду. И все же, то бумага, на практике пушка “Тигра” оказалась более удачной, как бы это странно не звучало.

Пожалуй, чуть ли не главным недостатком “Тигра” перед “Пантерой” будет сложность в производстве, и куда большая сложность в эксплуатации. Было произведено первых танков лишь 1354 модели, а вторых аж 5976, значительно больше.

Касательно брони, то тут да, “Пантера” обладала более грамотной с технической стороны защитой, ибо в ней не было прямых углов, в отличие от “Тигра”. Тем самым был шанс рикошета снаряда. Однако, немецкий “Тигр” практически не задели некачественные суррогатные материалы, на которые пришлось перейти немцам в конце лета 44-го года, и из-за которых даже от ОФС броня “Пантеры” лопалась. Почему это не случилось с “Тигром”? Потому что его производство закончили в августе 44-го года.

Итоги

И так, итоги подводить достаточно трудно. Если брать абстрактно, то немецкий “Тигр” превосходит “Пантеру”, однако за счет массового применения последней, надо сказать что “Пантера” стала основным врагом для танков антигитлеровской коалиции, а значит в боевом плане машина вышла более удачной.

enciklopediya-tehniki.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о