ИСУ-152, Самоходная артиллерийская установка | Энциклопедия военной техники

152-мм тяжелая самоходная артиллерийская установка ИСУ-152

Постановлением ГКО № 4043сс от 4 сентября 1943 года Опытному заводу № 100 было предписано до 1 ноября 1943 года спроектировать, изготовить и испытать совместно с техническим управлением ГБТУ КА артиллерийскую самоходную установку ИС-152 на базе танка ИС. Ее непосредственный предшественник – самоходная установка СУ-152 (КВ-14), базой для которой послужил танк КВ-1с. СУ-152, принятая на вооружение 14 февраля 1943 года, находилась в серийном производстве до начала 1944 года. Появление этих машин в сражении на Курской дуге стало неприятным сюрпризом для немцев. Массивный 152-мм бронебойный снаряд весом 48,8 кг, выпущенный с дистанции прямого выстрела 700-750 м, срывал башню с “Тигра” и отбрасывал ее в сторону. Разумеется, военные захотели иметь аналогичную самоходку на базе нового тяжелого ганка, тем более, что KB-1с с производства снимался. При создании новой CAУ удалось избавиться от ряда недостатков СУ-152, в частности плохой вентиляции боевого отделения, из-за которой во время боя танкисты теряли сознание от скапливавшихся пороховых газов.

Впрочем, по воспоминаниям самоходчиков, и на новой машине вентиляция оставляла желать лучшего – при открывании затвора после выстрела лавина густого порохового дыма, похожая на сметану, струилась из ствола орудия и медленно растекалась по полу боевого отделения. Компоновка самоходной артиллерийской установки ИС-152 (объект 241), позже получившей название ИСУ-152, принципиальными новшествами не отличалась. Броневая рубка, изготовленная из листов катаной стали, устанавливалась в передней части корпуса, толщина ее лобовой брони была больше, чем у СУ-152: 60-90 мм против 60-75.

152-мм гаубица-пушка МЛ-20С монтировалась в литой раме, игравшей роль верхнего станка орудия, и защищалась литой броневой маской, заимствованной у СУ-152, Качающаяся часть самоходной гаубицы-пушки имела незначительные отличия по сравнению с полевой; были установлены откидной лоток для облегчения заряжания и щиток со спусковым механизмом, ручки маховиков подъемного и поворотного механизмов находились у наводчика слева по ходу машины, цапфы вынесли вперед для естественного уравновешивания. Боекомплект состоял из 20 выстрелов раздельного заряжания, половина из которых – бронебойно-трассирующие снаряды БР-545 массой 48,78 кг, а половина – осколочно-фугасные пушечные гранаты ОФ-545 массой 43,56 кг.

Для стрельбы прямой наводкой служил телескопический прицел СТ-10. для стрельбы с закрытых позиций панорамный прицел с независимой или полунезависимой линией прицеливания от полевой гаубицы-пушки МЛ-20. Максимальный угол возвышения +20 градусов, склонения -3 градуса. На дистанции 1000 м бронебойный снаряд пробивал броню толщиной 123 мм. На самоходной артиллерийской установке ИСУ-152 устанавливался, двенадцатицилиндровый четырехтактный V-образный дизель жидкостного охлаждения В-2ИС, развивавший мощность 382 кВт при 2000 об/мин, что позволяло 46-тонной машине двигаться по дорогам с твердым покрытием с максимальной скоростью 35 км/ч. Запас хода по топливу составлял 145 км. Двигатель взаимодействовал с трансмиссией, в состав которой входили: многодисковый главный фрикцион сухого трения, восьмискоростная коробка передач с демультипликатором, планетарные механизмы поворота и бортовые передачи.

Ходовая часть самоходки состояла, применительно к одному борту, из шести опорных катков с внутренней амортизацией на борт, трех поддерживающих роликов, ведущего колеса заднего расположения со съемными зубчатыми венцами и направляющего колеса заднего расположения. Подвеска опорных катков индивидуальная торсионная. Самоходно-артиллерийские установки ИСУ-152 состояли на вооружении Советской Армии до конца 70-х годов, вплоть до начала поступления в войска САУ нового поколения. При этом ИСУ-152 дважды модернизировалась. Первый раз в 1956 году, когда САУ получили обозначение ИСУ-152К. На крыше боевой рубки установили командирскую башенку с прибором ТПКУ и семью смотровыми блоками ТНП: боекомплект гаубицы-пушки МЛ-20С увеличили до 30 выстрелов, что потребовало изменения расположения внутреннего оборудования боевого отделения и дополнительных боеукладок: вместо прицела СТ-10 был установлен усовершенствованный телескопический прицел ПС-10. На всех машинах смонтировали зенитный пулемет ДШКМ с боекомплектом 300 патронов.

На САУ поставили двигатель В-54К с эжекционной системой охлаждения мощностью 382 кВт. Емкость топливных баков увеличили до 1280 л. Была усовершенствована система смазки, изменена конструкция радиаторов, В связи с эжекционной системой охлаждения двигателя изменили и крепление наружных топливных баков. Машины оборудовали радиостанциями 10-РТ и ТПУ-47. Масса самоходки возросла до 47,2 т, однако, динамические характеристики остались прежними. Запас хода возрос до 360 км. Второй вариант модернизации имел обозначение ИСУ-152М. На машину установили модернизированные агрегаты танка ИС-2М, зенитный пулемет ДШКМ с боекомплектом 250 патронов и приборы ночного видения. Всего советской промышленностью было выпущено 2800 САУ ИСУ-152. Помимо Советской Армии, ИСУ-152 находились на вооружении Войска Польского. В составе 13-го и 25-го полков самоходной артиллерии они принимали участие в завершающих боях 1945 года. Вскоре после войны ИСУ-152 получила и Чехословацкая народная армия. В начале 60-х один полк армии Египта также имел на вооружении ИСУ-152. В 1945 году на базе танка ИС-3 был разработан еще один образец тяжелой САУ, получивший то же название, что и машина, созданная в 1943 году – ИСУ-152, Особенностью этой машины являлось то, что общему лобовому листу придавался рациональный угол наклона, а нижние бортовые листы корпуса имели обратные углы наклона. Отделение управления и боевое отделение были совмещены. Механик-водитель располагался в боевой рубке и вел машину с помощью перископического прибора наблюдения.

Специально созданная для ИСУ-152 образца 1945 года система целеуказания связывала командира с наводчиком и механикомводителем. Однако при многих преимуществах большой угол наклона стенок рубки, значительная величина отката ствола пушки-гаубицы и совмещение отделений существенно затрудняли работу экипажа, В силу этих, а также ряда других причин эта машина на вооружение не была принята. Построенная в единственном экземпляре, ИСУ-152 образца 1945 г. в качестве экспоната в настоящее время находится в музее бронетанковой техники в Кубинке.

Боевое применение тяжелых самоходных артиллерийских установок Тяжелые самоходно-артиллерийские полки, приданные танковым и стрелковым частям и соединениям, в первую очередь использовались для поддержки пехоты и танков в наступлении. Следуя в их боевых порядках, САУ уничтожали огневые точки противника и обеспечивали пехоте и танкам успешное продвижение. В этой фазе наступления САУ становились одним из основных средств отражения танковых контратак. В ряде случаев им приходилось выдвигаться вперед боевых порядков своих войск и принимать удар на себя, обеспечивая тем самым свободу маневра

поддерживаемых танков.

Тяжелые САУ иногда привлекались к участию в артподготовках. При этом огонь велся как прямой наводкой, так и с закрытых позиций. В частности, 12 января 1945 года во время Сандомирско-Силезской операции 368 гв. тсап ИСУ-152 1-го Украинского фронта в течение 107 минут вел огонь на подавление по опорному пункту и четырем артиллерийским и минометным батареям противника. Выпустив 980 снарядов, полк подавил две минометные батареи, уничтожил восемь орудий и до батальона солдат и офицеров противника. Интересно отметить, что дополнительные боеприпасы заранее выкладывались на огневых позициях, однако, прежде всего расходовались снаряды, находившиеся в боевых машинах. иначе был бы значительно снижен темп стрельбы. Для последующего пополнения тяжелых самоходок снарядами требовалось до 40 минут, поэтому они прекращали огонь заблаговременно до начала атаки. Весьма эффективно тяжелые САУ использовались в борьбе с танками противника. Например, в Берлинской операции 19 апреля 360 гв. тсап поддерживал наступление 388 сд. Части дивизии овладели одной из рощ, восточнее Лихтенберга. где и закрепились. На другой день противник силою до полка пехоты при поддержке 15 танков начал контратаковать. При отражении атак в течение дня огнем тяжелых САУ было уничтожено 10 немецких танков и до 300 солдат и офицеров.

В боях на Земландском полуострове в ходе Восточно-Прусской операции 378 гв. тсап при отражении контратак успешно применял построение боевого порядка полка веером. Это обеспечивало полку обстрел в секторе 180 град. и более и облегчало борьбу с танками противника, атакующими с разных направлений. Одна из батарей ИСУ-152. построив свой боевой порядок веером на фронте протяженностью 250 м 7 апреля 1945 года успешно отразила контратаку 30 танков противника, подбив 6 из них. Батарея потерь не понесла. Лишь две машины получили незначительные повреждения ходовой части.

Всем САУ, созданным на базе тяжелого танка ИС, были свойственны одни и те же недостатки: большой вылет ствола вперед, снижавший маневренность в узких проходах; малые углы горизонтального наведения орудия и сложность его наведения, что затрудняло ведение огня по подвижным целям; невысокая боевая скорострельность из-за относительно небольших размеров боевого отделения. большой массы выстрелов; раздельно-гильзового заряжания и наличия у ряда орудий поршневого затвора, плохая обзорность из машин; малый боекомплект и сложность его пополнения в ходе боя. Вместе с тем хорошая противоснарядная стойкость корпуса и рубки этих САУ, достигнутая за счет установки мощных броневых плит под рациональными углами наклона, позволяла использовать их на дистанции прямого выстрела и достаточно эффективно поражать любые цели.

Тактико-технические характеристики 152-мм тяжелой САУ ИСУ-152
Боевая масса, т – 46
Экипаж, чел. – 5
Габаритные размеры, мм;
длина – 9050
ширина – 3070
высота – 2480

клиренс – 470
Бронирование, мм – 60-90
Вооружение: 152-мм пушка МЛ-20С
Боекомплект: 20 выстрелов
Двигатель: В-2ИС, 4-тактный 12-цилиндровый, V-об-разный дизель жидкостного охлаждения, мощность 382 кВт при 2000 об/мин
Удельная мощность двигателя, кВт/т – 8,3
Удельное давление на грунт, Мпа – 0,078
Максимальная скорость, км/ч – 35
Запас хода по шоссе, км – 145
Преодолеваемые препятствия:
подъем, град. – 36
высота стенки, м – 1,0
ширина рва, м – 2,50
глубина брода, м – 1,30

war-book.ru

Рассказы о вооружении: самоходная артустановка ИСУ-152

Можно сказать, наконец-то добрались! Нет, впереди еще куча рассказов о других танках, САУ и ЗСУ, но это нечто! ИСУ-152. «Зверобой». Хотя я бы назвал иначе.

Если литературно, то это орудие Армагеддона того времени. Квинтэссенция смерти, медленная и спокойная. Вы можете истерить и пытаться ее подбить. Пожалуйста, как говорится. Успехов. Можно пытаться убежать, используя скорость. Не вопрос. Снаряд все равно быстрее.

Весь облик самоходки говорит об одном принципе. Том самом: «Мы медленно спустимся с холма, медленно переползем реку, и вам хана».

Скажете – многовато эмоций. Согласен. Но даже современная «Мста», о которой речь пойдет чуть попозже, не вызывает таких чувств. «Мста» современная, утонченная такая, ну не знаю, как сказать. «Зверобой» — это концентрированный брутал, особенно когда начинаешь понимать ее суть.

А суть проста. Взяли самую мощную гаубицу-пушку 152-мм (МЛ-20, чего мелочиться?) и обварили ее бронекорпусом. И водрузили это на шасси танка.

Первая ласточка называлась СУ-152. Ласточка весила 45,5 тонны и была сделана на шасси танка КВ-1с. Получилось. После снятия КВ-1с с производства было выпущено 670 этих тяжелых штурмовых орудий, которые могли (частично) выполнять роль САУ.

Ласточка успешно шатала башни «Тиграм» и «Пантерам» на Курской дуге, и, если бы не откровенно слабое шасси КВ, наверное, выпускали бы и дальше.

Но разведка доложила о разработках у немцев новых тяжелых танков (что соответствовало действительности) и было принято решение в совершенно советском духе. Выше, дальше, сильнее или как там еще.

ИСУ-152 – это как раз то самое. База от ИСа, от него же и буква «И» в названии. Из-за меньшей ширины танка ИС по сравнению с КВ пришлось уменьшить наклон бортовых листов с 250 до 150 к вертикали, а наклон кормового листа ликвидировать совсем.

Толщина брони при этом возросла с 75 до 90 мм у лобового листа рубки и с 60 до 75 мм у бортовых. Маску пушки увеличили с 60 мм, до 100 мм.

На этом снимке можно оценить толщину брони. Не скупились

Огромным достоинством ИСУ-152 по сравнению с CУ-152 стала установка принудительной вытяжной вентиляции. При открывании затвора после выстрела густой пороховой дым, похожий по консистенции на сметану, медленно растекался по полу боевого отделения… Члены экипажа СУ-122 нередко во время боя порой теряли сознание от скапливавшихся пороховых газов после израсходования половины боекомплекта.

152-мм гаубица-пушка МЛ-20С обр.1937/43 гг. монтировалась в литой рамке, игравшей роль верхнего станка орудия, и защищалась литой же броневой маской, той же, что и у СУ-152.

В отличие от полевой гаубицы, на ИСУ-152 были установлены откидной лоток для облегчения заряжания и дополнительная тяга к спусковому механизму, ручки маховиков подъемного и поворотного механизмов находились у наводчика слева по ходу машины, цапфы были вынесены вперед для естественного уравновешивания.

Для стрельбы прямой наводкой применялся телескопический прицел СТ-10, для ведения огня с закрытых огневых позиций служила панорама Герца с удлинителем, объектив которой выходил из рубки через открытый левый верхний люк.

Дальность стрельбы прямой наводкой составляла 3 800 м, наибольшая – 6 200 м. Скорострельность — 2-3 выстрела в минуту.

Орудие имело электрический и механический (ручной) спуски. Гашетка электроспуска находилась на ручке маховика подъемного механизма. На орудиях первых выпусков использовался только ручной спуск.

Боекомплект состоял из 21 выстрела раздельного гильзового заряжания с бронебойно-трассирующими остроголовыми снарядами БР-540, осколочно-фугасными пушечными и стальными гаубичными гранатами ОФ-540 и ОФ-530, осколочными гаубичными гранатами из сталистого чугуна 0-530А.

Бронебойно-трассирующие снаряды находились в нише боевой рубки с левой стороны в специальных рамках, осколочно-фугасные гранаты — там же, гильзы с боевыми зарядами в нише рубки в специальных рамках и в хомутиковой укладке. Часть гильз с боевыми зарядами размещалась на днище под орудием.

Начальная скорость бронебойного снаряда при массе 48,78 кг составляла 600 м/с, на дальности 1000 м он пробивал броню толщиной 123 мм.

На части машин с октября 1944 года на вращающемся погоне командирского люка стала устанавливаться зенитная турель с 12,7-мм пулеметом ДШК. Боекомплект к пулемету составлял 250 патронов.

Кроме того, в качестве личного оружия экипажа имелись два пистолета-пулемета ППШ (позже ППС), 20 дисков с патронами и 20 ручных гранат Ф-1.

С весны 1944 года тяжелые самоходно-артиллерийские полки, вооруженные СУ-152, перевооружались установками ИСУ-152 и ИСУ-122. Их переводили на новые штаты и всем присваивали звание гвардейских. Всего до конца войны было сформировано 56 таких полков, в каждом имелась 21 машина ИСУ-152 или ИСУ-122 (либо и те, и другие, такие полки назывались смешанными).

Что еще можно показать?

С моей точки зрения, самый несчастный человек в экипаже — механик-водитель. Это план на его место. Вон там, внизу, где приборная панель… Очень сложно забраться, еще сложнее выбраться, плюс места не очень много.

Приборов минимум. Спидометра нет, но тут и скорости особо нет. Да и не сильно нужно, в принципе.

Люки экипажа все снабжены перископами.

Появились персональные световые приборы для мехвода.

Подводя некий итог для ИСУ-152, можно сказать, что самоходка являлась успешным образцом универсальной тяжёлой самоходно-артиллерийской установки. Лучшее подтверждение тому – срок ее службы, который продлился до 70-х годов прошлого века. И участие не в одном локальном конфликте.

Хорошо бронированное чудовище с пушкой, против которой не существовало тогда брони, да еще надежная и неприхотливая – чего еще желать?

Были, конечно, и недостатки. Самым весомым я назвал бы малый боекомплект. Всего 20 выстрелов. Большие снаряды, кроме того, являлись причиной долгого времени загрузки боекомплекта, около 40 минут. Ну, слабаков в артиллеристы не брали, тем не менее, силушка требовалась.

Второй минус – оптика. Ну это уже стало классикой. Телескопический прицел СТ-10 был отградуирован на стрельбу на дистанции до 900 м, хотя орудие позволяло вести стрельбу прямой наводкой на дистанции до 3,5 км. Да, был панорамный прицел, но тут как раз наоборот, на дальней дистанции нужен был телескопический.

Читал в мемуарах, что в 45-м году наши артиллеристы практиковали такой способ, как ведение огня в одну точку несколькими САУ. При таком раскладе недостаточная точность несколько компенсировалась.

Попадание осколочно-фугасного снаряда рядом с целью зачастую выводило её из строя даже без пробития брони. Взрывная волна и осколки могли повредить любому танку и САУ орудие, ходовую часть, прицелы.

Стрельба осколочно-фугасными снарядами ИСУ-152 по бронированной технике была вполне обычным явлением, поскольку в боекомплекте 13 выстрелов из 20 были именно осколочно-фугасными. Остальные 7 были бронебойными (или, значительно реже, – бетонобойными). Но повторюсь, 152-мм ОФ-снаряда было достаточно, чтобы натворить дел.

Знаете, что самое забавное в нашей истории? Сравнить ИСУ-152 толком не с кем. Хотел провести пару-тройку аналогий, но никак. Если взять за критерии ТТХ, вооружение и применение, то надо признать: не было аналогов.

Были орудия крупных калибров (150-155-мм) на самоходной основе у немцев и американцев. Но что «Hummel» у немцев, что М12 у американцев представляли собой очень легкобронированные гаубицы на базе средних танков. И ни в коем разе не были ни противотанковыми САУ, ни штурмовыми орудиями.

САУ «Hummel»

САУ GMC М12

Тяжелый истребитель танков «Ягдпантера»? Да, схож по ТТХ, но чисто противотанковая машина.

Были у немцев штурмовые орудия, которые могли бороться с танками. StuG III и StuG IV. Но обе самоходки были существенно легче ИСУ-152 по вооружению и массе, а также слабее бронированы.

САУ StuPz IV «Brummbär»… Калибр да, остальное – нет.

Самоходка была также легче по массе, и ее короткоствольная гаубица калибра 150-мм орудием была, скорее, минометом-переростком, чем полноценной пушкой.

«Ягдтигр». Похоже на правду.

Пушка калибром 128 мм и бронирование на уровне ИСУ-152, а местами и покруче. Но и вес почти в 2 раза больше, чем у нашей самоходки. Плюс опять же, явный противотанкист.

И, главное. Количество. То есть то, что могло внести реальный вклад. 79 «Ягдтигров» и 340 «Брумбаров» — в сравнении с тремя с лишним тысячами только ИСУ-152…

Лучшая? Лучшая. Может, не самая, тут с ИСУ-122 надо будет сравнить, но тем не менее.

/Роман Скоморохов, topwar.ru/

army-news.ru

ИСУ-152 — Традиция

ИСУ-152 выпуска 1944 года
Боевая масса, т 45,5—46,0
Экипаж, чел. 5
Количество выпущенных, шт 3242
(1885 XI.1943—VI.1945)
Размеры
Длина корпуса, мм 9050—9180
Ширина корпуса, мм 3070
Высота, мм 2480
Клиренс, мм 460—470
Бронирование
Тип брони катаная
Лоб корпуса (верх), мм/град. 60/78
Лоб корпуса (низ), мм/град. 90/-30
Борт корпуса (верх), мм/град. 75/15
Борт корпуса (низ), мм/град. 90/0
Корма корпуса (верх), мм/град. 60/49
Корма корпуса (низ), мм/град. 60/-41
Днище, мм 20
Крыша корпуса, мм 30
Лоб рубки, мм/град. 90/30
Маска орудия, мм/град. 100
Борт рубки, мм/град. 75/15
Корма рубки, мм/град. 60/0
Крыша рубки, мм/град. 30/0
Вооружение
Калибр и марка пушки 152,4-мм МЛ-20С
Длина ствола, калибров 29,3
Боекомплект пушки 20
Углы ВН, град. -3—20
Углы ГН, град. 10
Прицелы СТ-10, панорама Герца
Пулемёт(ы) 1 х 12,7-мм ДШК
Боекомплект пулемёта(ов) 250
Подвижность
Тип двигателя V-образный 4-тактный 12-цилиндровый дизель
Модель двигателя В-2ИС
Мощность двигателя, л.с. 520
  то же, кВт. 385
Запас хода по шоссе, км 220
Запас хода по пересеченной местности, км 140
Удельная мощность, л.с./т 11,3—11,4
Тип подвески торсионная индивидуальная
Ширина гусеницы, мм 650
Скорость по шоссе, км/ч 35
Скорость по пересеченной местности, км/ч 10—15
Удельное давление на грунт, кг/см2 0,81—0,82
Преодолеваемый подъём, град. 36
Преодолеваемая стенка, м 1,0
Ширина преодолеваемого рва, м 2,5
Преодолеваемый брод, м 1,3—1,5

ИСУ-152 — советская тяжёлая самоходно-артиллерийская установка (САУ) периода Великой Отечественной войны. В названии машины аббревиатура ИСУ означает «Самоходная Установка на базе танка ИС» или «ИС-Установка»; буква «И» в дополнение к стандартному советскому обозначению «СУ» боевой техники такого класса потребовалась для отличия от САУ того же калибра СУ-152 на другой танковой базе. Индекс 152 означает калибр основного вооружения машины.

Эта боевая машина была разработана конструкторским бюро опытного завода № 100 в июне—октябре 1943 года и принята на вооружение Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА) 6 ноября того же года. Тогда же началось её серийное производство на Челябинском Кировском Заводе (ЧКЗ), продолжавшееся до 1946 года. Несколько машин этой марки выпустил в 1945 году Ленинградский Кировский завод (ЛКЗ). ИСУ-152 широко применялись на завершающем этапе Великой Отечественной войны практически во всех аспектах использования самоходной артиллерии и сыграли важную роль в разгроме нацистской Германии и её союзников. Помимо РККА, ИСУ-152 состояли на вооружении армий Польши и Чехословакии, единичные трофейные машины использовались Вермахтом и армией Финляндии.

В послевоенный период ИСУ-152 прошли модернизацию и долго состояли на вооружении Советской Армии. Также они поставлялись для оснащения египетских вооружённых сил. Переданные Египту самоходки принимали участие в арабо-израильских вооружённых конфликтах на Ближнем Востоке. Начиная с середины 1970-х гг., ИСУ-152 были сняты с вооружения Советской Армии и заменены более современными САУ; некоторое количество уцелевших от разрезки на металл машин сейчас служат памятниками и экспонатами в музеях различных стран мира.

История создания[править]

Работы по созданию САУ ИСУ-152 начались в июне 1943 г. в конструкторском бюро опытного завода № 100 в Челябинске. В это время стало окончательно ясно, что тяжёлый танк КВ-1С будет заменён в производстве новой перспективной машиной ИС-1. Однако на базе КВ-1С выпускалось тяжёлое штурмовое орудие СУ-152, надобность в котором действующей армии не подвергалась сомнению (в отличие от надобности в самих тяжёлых танках типа КВ). Отличные боевые качества СУ-152 поставили перед советскими инженерами вопрос о создании её аналога на новом танковом шасси, призванном заменить в производстве базу КВ-1С.

Разработка ИСУ-152 велась под руководством Жозефа Яковлевича Котина, главного разработчика всей отечественной линейки тяжёлых танков. Главным конструктором ИСУ-152 был Г. Н. Москвин. На ранних стадиях проект новой САУ обозначался как ИС-152. В октябре 1943 года был построен первый прототип, «Объект 241». Он успешно прошёл заводские и государственные испытания; 6 ноября 1943 года постановлением Государственного Комитета Обороны новая САУ была принята на вооружение РККА под окончательным названием ИСУ-152. В том же месяце началось серийное производство ИСУ-152 на ЧКЗ. В декабре 1943 года СУ-152 и ИСУ-152 ещё выпускались на ЧКЗ совместно, а со следующего месяца ИСУ-152 полностью заместила свою предшественницу СУ-152 на сборочных линиях.

Ввиду большой загруженности ЧКЗ выпуском тяжёлых танков ИС-2, бронекорпуса для самоходок ИСУ поставлял Уральский Завод Тяжёлого Машиностроения (УЗТМ).

По ходу производства в конструкцию ИСУ-152 вносились небольшие изменения, направленные на улучшение боевых и эксплуатационных характеристик машины. Во 2-й половине 1944 года был введён новый сварной нос корпуса из катаных бронеплит вместо одной цельнолитой детали, толщину бронемаски орудия увеличили с 60 до 100 мм. Также на САУ стали устанавливать 12,7-мм зенитный крупнокалиберный пулемёт ДШК и увеличили ёмкость внутренних и наружних топливных баков. Радиостанция 10Р была заменена на улучшенный вариант 10РК.

С ноября 1943 по май 1945 года ЧКЗ и ЛКЗ построили 1885 ИСУ-152. Серийное производство самоходки закончилось в 1946 году (некоторые источники указывают на окончание выпуска в 1947 году), всего было выпущено 3242 машины этой марки[1]. Лицензии на производство ИСУ-152 в другие страны не продавались.

В связи с нехваткой стволов гаубиц-пушек МЛ-20С, с апреля 1944 года начался серийный выпуск САУ ИСУ-122, отличавшихся от ИСУ-152 только установленной артиллерийской системой (соответственно прицелом, боекомплектом и тенденциями в боевом применении) — вместо МЛ-20С в бронекорпус монтировались 121,92-мм пушки А-19С, которые в то время находились в избытке на складах вооружений.

Описание конструкции[править]

ИСУ-152 в музее бронетанковой техники, Кубинка

ИСУ-152 имела ту же компоновку, что и все другие серийные советские САУ того времени (за исключением СУ-76). Полностью бронированный корпус был разделён на две части. Экипаж, орудие и боезапас размещались впереди в броневой рубке, которая совмещала боевое отделение и отделение управления. Двигатель и трансмиссия были установлены в корме машины.

Броневой корпус и рубка[править]

Броневой корпус самоходной установки сваривался из катаных броневых плит толщиной 90, 75, 60, 30 и 20 мм. На машинах первых модификаций лобовая часть корпуса представляла собой броневую отливку; впоследствии, по мере наличия более стойкой катаной брони, конструкцию лобовой части корпуса изменили на сварную. Броневая защита дифференцированная, противоснарядная. Броневые плиты рубки устанавливались под рациональными углами наклона. По сравнению с предыдущей моделью САУ того же класса и назначения — СУ-152, — бронекорпус ИСУ-152 отличался несколько большей высотой (поскольку он не обладал такой глубокой посадкой, как у машин серии КВ) и бо́льшим объёмом броневой рубки за счёт уменьшения углов наклона скуловых и бортовых бронеплит. Связанное с этим некоторое уменьшение защищённости было компенсировано утолщением брони этих частей рубки. По сравнению с СУ-152 больший объём рубки обеспечивал лучшие условия работы экипажа. Основное вооружение — 152,4-мм гаубица-пушка МЛ-20С — монтировалась в установке рамного типа справа от осевой линии машины. Противооткатные устройства орудия защищались неподвижным литым броневым кожухом и подвижной литой сферической бронемаской, которая также выполняла функции уравновешивающего элемента.

Три члена экипажа располагались слева от орудия: впереди механик-водитель, затем наводчик, и сзади — заряжающий. Командир машины и замковый находились справа от орудия. Посадка и выход экипажа производились через прямоугольный двухстворчатый люк на стыке крышевого и заднего листов броневой рубки и через круглый люк справа от орудия. Круглый люк слева от орудия не предназначался для посадки-выхода экипажа, он требовался для вывода наружу удлинителя панорамного прицела. Корпус также имел днищевой люк для аварийного покидания экипажем самоходки и ряд мелких лючков для погрузки боекомплекта, доступа к горловинам топливных баков, другим узлам и агрегатам машины.

Вооружение[править]

Основным вооружением ИСУ-152 являлась гаубица-пушка МЛ-20С калибра 152,4 мм. Орудие монтировалось в рамке на лобовой бронеплите рубки и имело вертикальные углы наводки от -3° до +20°, сектор горизонтальной наводки составлял 10°. Высота линии огня составляла 1,8 м; дальность прямого выстрела — 800-900 м по цели высотой 2,5-3 м, дальность выстрела прямой наводкой — 3,8 км, наибольшая дальность стрельбы — 13 км. Выстрел производился посредством электрического или ручного механического спуска.

Боекомплект орудия составлял 20 выстрелов раздельного заряжания. Снаряды укладывались вдоль обоих бортов рубки, заряды — там же, а также на днище боевого отделения и на задней стенке рубки. По сравнению с ассортиментом боеприпасов буксируемых орудий МЛ-20, боекомплект ИСУ-152 был существенно менее разнообразен. В его состав входили:

  • бронебойно-трассирующий остроголовый снаряд БР-540 массой 48,8 кг; начальная скорость 600 м/с;
  • осколочно-фугасный пушечный снаряд ОФ-540 массой 43,56 кг; начальная скорость 655 м/с на полном заряде.

Вместо бронебойно-трассирующих снарядов БР-540 могли применяться бронебойно-трассирующие тупоголовые снаряды с баллистическим наконечником БР-540Б (с начала 1945 года).

Для разрушения железобетонных ДОТов в боекомплект мог вводиться бетонобойный пушечный снаряд Г-545. Номенклатура метательных зарядов также была существенно уменьшена — она включала в себя специальный заряд Ж-545Б под бронебойный снаряд и полный заряд ЖН-545 под осколочно-фугасный снаряд. В принципе, гаубица-пушка МЛ-20С могла стрелять всеми типами снарядов и зарядов от своего буксируемого варианта МЛ-20. Однако в поучениях и таблицах стрельбы для ИСУ-152 времён Великой Отечественной войны значатся только указанные выше боеприпасы. Это не исключает возможности стрельбы другими типами боеприпасов в то время, но документальных подтверждений такой стрельбы в виде тогдашних отчётов, наставлений и нормативных документов нет. Этот момент составляет пока ещё не до конца исследованный вопрос и часто становится причиной споров на военно-тематических форумах. С другой стороны, в послевоенное время, когда акцент использования ИСУ-152 сместился от штурмового орудия в сторону самоходной гаубицы, возможность стрельбы всем ассортиментом боеприпасов от буксируемой МЛ-20 становится существенно более вероятной.

С начала 1945 года на ИСУ-152 устанавливался зенитный крупнокалиберный 12,7-мм пулемёт ДШК с коллиматорным прицелом К-8Т на турельной установке на правом круглом люке командира машины. Боекомплект к ДШК составлял 250 патронов.

Для самообороны экипаж имел два автомата (пистолет-пулемёта) ППШ или ППС с боекомплектом 1491 патрон (21 диск) и 20 ручных гранат Ф-1.

Двигатель[править]

ИСУ-152 оснащалась четырёхтактным V-образным 12-цилиндровым дизельным двигателем В-2-ИС мощностью 520 л. с. (382 кВт). Пуск двигателя обеспечивался инерционным стартёром с ручным и электрическим приводами или сжатым воздухом из двух резервуаров в боевом отделении машины. Электроприводом инерционного стартёра являлся вспомогательный электродвигатель мощностью 0,88 кВт. Дизель В-2ИС комплектовался топливным насосом высокого давления НК-1 с всережимным регулятором РНК-1 и корректором подачи топлива. Для очистки поступающего в двигатель воздуха использовался фильтр типа «Мультициклон». Также в моторно-трансмиссионном отделении устанавливались подогревающие устройства для облегчения пуска двигателя в холодное время года. Они также могли быть использованы для подогрева боевого отделения машины. ИСУ-152 имела три топливных бака, два из которых располагались в боевом отделении, и один — в моторно-трансмиссионном. Самоходка также оснащалась четырьмя наружными дополнительными топливными баками, не связанными с топливной системой двигателя.

Трансмиссия[править]

САУ ИСУ-152 оснащалась механической трансмиссией, в состав которой входили:

Все приводы управления трансмиссией — механические. По сравнению с предыдущей моделью тяжёлой САУ СУ-152, новым элементом трансмиссии являлись планетарные механизмы поворота. Применение этого узла позволило поднять общую надёжность трансмиссии в целом, которая как раз была самым существенным недостатком танков серии КВ и машин на его базе.

Ходовая часть[править]

ИСУ-152 в израильском музее бронетанковых войск (Латрун), вид сзади справа. Хорошо видны элементы ходовой части машины

Подвеска у ИСУ-152 индивидуальная торсионная для каждого из 6 цельнолитых двускатных опорных катков малого диаметра по каждому борту. Напротив каждого опорного катка к бронекорпусу приваривались ограничители хода балансиров подвески. Ведущие колёса со съёмными зубчатыми венцами цевочного зацепления располагались сзади, а ленивцы были идентичны опорным каткам. Верхняя ветвь гусеницы поддерживалась тремя малыми цельнолитыми поддерживающими катками по каждому борту; эти катки были заимствованы от конструкции самоходной установки СУ-152. Механизм натяжения гусеницы — винтовой; каждая гусеница состояла из 86 одногребневых траков шириной 650 мм.

traditio.wiki

Самоходно-артиллерийская установка ИСУ-152

В конце 1943 года в связи со снятием с производства танка КВ-1С, на базе которого выпускалась тяжелая СУ-152, встал вопрос о продолжении выпуска тяжелых самоходок со 152,4-мм пушкой-гаубицей на базе нового тяжелого танка ИС-1. Учитывая опыт, накопленный при создании и производстве СУ-152, новую самоходную установку создали в весьма короткие сроки и уже до конца 1943 года получившие название «ИСУ-152» новые самоходные установки начали поступать на фронт.

Как и у СУ-152, у новой самоходно-артиллерийской установки пушка-гаубица смонтирована со смещением вправо в боевой рубке, расположенной в передней части шасси. Выступающие вперед противооткатные устройства орудия прикрыты массивной броневой маской. На крыше боевой рубки монтировалась турельная установка крупнокалиберного зенитного пулемета. В качестве средств связи на самоходной установке использовалась радиостанция 10Р или 10РК и танковое переговорное устройство ТПУ-4БисФ. Для управления огнем использовались телескопический и артиллерийский панорамный прицелы, обеспечивавшие ведение стрельбы как прямой наводкой, так и с закрытых позиций. Командир установки вел наблюдение за полем боя с помощью перископа, расположенный слева от пушки механик-водитель имел свои приборы наблюдения.

Из воспоминаний Н. М. Синева

Николай Михайлович СИНЕВ — доктор технических наук, профессор, лауреат Ленинской и Государственных премий СССР. В годы Великой Отечественной войны работал заместителем главного конструктора танкового КБ, возглавлявшегося Ж. Я. Котиным. Под руководством Котина незадолго до войны был создан один из лучших тяжелых танков — КВ, а в 1942-1945 годах более совершенные тяжелые танки ИС, а также несколько серий самоходных артиллерийских установок на базе КВ и ИС.

«В конце 1942 года в ходе одной из боевых операций в районе Невской Дубровки наши войска захватили новейший тяжелый танк вермахта «Тигр». За ночь трофей переправили на правый берег Невы, а затем — в тыл. Вскоре после этого конструктор советских тяжелых танков Ж. Я. Котин, в КБ которого я тогда работал, получил приказ командировать в Ленинград нескольких специалистов для изучения конструкции «Тигра» и его тактико-технических характеристик. Это поручили заместителю главного конструктора А. С. Ермолаеву и двум видным работникам КБ.

А в один из январских дней 1943 года, часов в 10 вечера, Котин неожиданно собрал всю свою «гвардию»: заместителей, нескольких начальников ведущих конструкторских бригад и руководителей опытного производства. В комнату, где сидело человек 15, вошли Котин, заместитель Председателя Совнаркома, нарком танковой промышленности В. А. Малышев и командующий бронетанковыми и механизированными войсками РККА Я. Н. Федоренко.

Малышев сообщил: появление на фронте гитлеровских тяжелых танков «Тигр» дает основания считать, что, готовясь к летней кампании, противник уже начал оснащать ударные подразделения такими машинами, которые способны не только противостоять нашим Т-34 и КВ, но и превзойти их в огневой мощи. Особое значение — подчеркнул нарком — имеет вооружение «Тигра», 88-мм пушка с начальной скоростью снаряда более 800 м/с, усиленное бронирование, высокая удельная мощность двигателя и маневренность.

— Что же будем делать, товарищи конструкторы?, — обратился нарком к присутствующим, — наш новый тяжелый танк ИС еще не готов к серийному производству, его 122-мм пушка пока отрабатывается Ф. Ф. Петровым. У нас, видимо, есть один только выход, кстати, одобренный Верховным Главнокомандованием, — взяться за создание на базе КВ-1С мощных самоходных артиллерийских установок, оснащенных орудиями, уже находящимися в серийном производстве.

Тогда в Танкограде выпускался КВ-1С, модернизированный вариант широко известного тяжелого танка, поступившего на вооружение перед войной. Суть модернизации заключалась во внедрении восьмискоростной коробки передач (ведущий разработчик Н. Ф. Шашмурин) и планетарного механизма поворота, кстати, впервые в нашей стране (ведущий разработчик — преподаватель Военной академии бронетанковых войск инженер-подполковник А. И. Благонравов). На КВ-1С установили новые узлы системы охлаждения двигателя несколько повышенной мощности. Однако вооружение танка осталось прежним — 76-мм пушка с начальной скоростью снаряда 660 м/с.

На следующий день после совещания Котин вместе с двумя специалистами из КБ вылетел на артиллерийский завод, а через сутки позвонил мне:

— Задержусь еще на 2-3 дня, отгружаю 152-мм гаубицу. А вы не теряйте времени, начинайте проработку, как одеть ее броней, чтобы неподвижная башенная надстройка самоходки не выходила из габарита КВ-1С!

Назавтра гаубица прибыла на завод. Затащили в механосборочный цех, вызвали туда конструкторов, артиллеристов-башенщиков, опытных модельщиков. По эскизным чертежам сразу же стали сооружать из фанеры вокруг стоявшей на тумбе гаубицы имитацию корпуса с учетом толщины стенок. Труднее всего оказалось обеспечить пространство внутри башни, необходимое для большого (1 м) отката орудия. Позже, используя опыт разработки дульного тормоза для 122-мм пушки, решили сократить откат, применив подобное устройство и на новой САУ. Однако вместе с тем необходимо было подать ствол орудия вперед, выдвинув выступом его тяжелую опору, качающуюся бронировку (маску), обеспечив при этом хорошую балансировку всей подвижной системы.

…К возвращению Котина главный вопрос — вписывается гаубица в габариты КВ-1С или нет — решили положительно. Похоже было, что удастся даже разместить внутри самоходки два десятка 49-кг фугасных снарядов. К концу января 1943 года головной образец САУ-152 был готов к ходовым и артиллерийским испытаниям.

Ясный, морозный день. Самоходка вышла из заводских ворот и остановилась в песчаном карьере. Выстрел болванкой с дистанции 80 м. Неожиданно громкий. Машина дернулась, слегка присела и откатилась почти на метр. Необычно среагировал на происходящее главный инженер завода Э. М. Майдельман — он упал на снег.
» Вот и первая жертва!», — пошутил кто-то из нас.

Самоходку тщательно осмотрели. Все в порядке, только несколько балансиров катков дошли до упора. Но теперь-то началось самое главное, ведь никто из представителей Главного артиллерийского управления не знал, какой будет траектория тяжелого фугасно-осколочного или бронебойного снаряда при стрельбе прямой наводкой. Дело в том, что все выверенные таблицы стрельб для 152-мм гаубицы были составлены только для навесного огня. Наши сомнения можно было разрешить лишь на полигоне.
Туда и отправилась наша САУ-152.

Прибыли. Мороз около 30°С. Приступили к стрельбе болванками по фанерным щитам со стороной 2 м. Дистанция 500 м — попадание. 800 м — попадание. 1000 м — попадание! 1200 м — «ура!». Значит, наша САУ способна подавлять доты и дзоты противника и расстреливать его танки на значительном расстоянии. Нужно еще учесть, что на полигоне испытатели пользовались довольно примитивными приспособлениями для наводки, да и артиллерийская подготовка расчета оставляла желать лучшего.

Надо отметить, что конструкторы, испытатели, работники цехов опытного завода тогда работали по две смены подряд, а то и круглосуточно. По этому поводу домашние мрачно шутили: «Ну и ночуйте на работе, нам же только лучше — как-никак, а просторнее…» Действительно, в то время в Челябинске сосредоточились сотни тысяч эвакуированных, которых иной раз приходилось селить даже на кухнях, а в жилых комнатах размещались по две-три семьи.

…Параллельно с испытаниями САУ-152 мы вели разработку рабочей документации, согласовывали ее с технологами. С февраля 1943 года началось изготовление серийных корпусов, узлов и деталей, а в марте были собраны первые машины, которые немедленно ушли на фронт.

Опыт боевого применения САУ-152 выдвинул перед нами новые проблемы. В частности, потребовалось как-то обеспечить противовоздушную защиту колонн самоходок на марше. Обдумав несколько вариантов, мы предложили устанавливать на крышах командирских люков 12,7-мм пулеметы и всего за две недели разработали необходимые чертежи.

Потом пришлось заняться улучшением автономной системы вентиляции боевого отделения. В успехе этой работы немалую роль сыграла группа аэродинамиков Ленинградского политехнического института во главе с доцентом А. Ф. Лесохиным, которая после эвакуации была включена в состав экспериментального отдела нашего опытного завода. С их помощью удалось почти в 3 раза увеличить производительность вентиляционной системы, очищающей боевое отделение от пороховых газов. Вот так, день за днем, постоянно учитывая пожелания фронтовиков, труженики тыла совершенствовали самоходные установки, громившие на передовой нацистские «тигры», «пантеры» и прочее бронированное зверье…

…В середине июля 1943 года, в разгар ожесточенных боев на Курской дуге, поступило распоряжение Ставки — к 1 августа доставить в Москву для показа Верховному Главнокомандующему образцы новой техники. Тогда Государственному Комитету Обороны предстояло принять решение о серийном производстве тяжелого танка ИС и созданной на его базе самоходки ИСУ-152. Надо сказать, что несколько сотен САУ-152 (на базе КВ-1С) и уралмашевские САУ-100 (100-мм пушки на шасси Т-34) уже успешно показали себя на Белгородско-Курском направлении. В те дни исход битвы на Курской дуге был уже очевиден, однако до Победы было еще далеко, и забота Верховного Главнокомандования о дальнейшем усилении наступательной мощи нашей армии была вполне понятна.

Помню, поздно ночью Котин вызвал меня на завод и сообщил, что принято решение о составе эшелона, направляемого в Москву. Возглавить его предстояло мне. На шести железнодорожных платформах следовало разместить два танка ИС (со 122-мм и 152-мм пушками), ИСУ со 152-мм гаубицей, самоходку со 122-мм пушкой, созданную также на базе ИС, и две САУ-100, разработанные «Уралмашем» на базе Т-34. Мне предстояло немедленно начать формирование экипажей и подготовку материальной части.

Мы включили в состав эшелона товарный вагон с дизельным топливом, смазкой, запчастями (включая дизель В-2), инструментом и оснасткой и пассажирский вагон для нашей команды из 28 человек. Экипаж каждой машины состоял из опытных водителей-испытателей, мотористов, трансмиссионщиков и ведущего инженера-испытателя, выполнявшего обязанности командира.

В Москву наш танковый эшелон специального назначения прибыл по зеленой улице, без задержек, 31 июля и разгрузился в Черкизове. Прошло несколько дней. Экипажи жили в бытовках эвакуированного завода на казарменном положении. Время от времени к нам заезжали представители Управления бронетанковых сил, Академии бронетанковых и механизированных войск, руководители наркоматов танковой промышленности и вооружения. Запомнился ночной визит наркома вооружения Д. Ф. Устинова. Облачившись в комбинезон, он залезал внутрь машин, пытливо рассматривал боевые отделения, обстоятельно расспрашивал экипажи. Наркому было тогда 35 лет, и он поражал нас своей энергией и отличным знанием боевой техники.

В августе Москва осветилась залпами самого первого салюта. Сколько радости было у москвичей и у нас, уральцев, услышавших и увидевших эти яркие сигналы грядущей Победы! 7 августа Котин сказал мне, что решением ГКО танки ИС и самоходки на их базе принимаются на вооружение, поэтому нужно срочно откорректировать чертежи и улучшить кое-что в конструкции. После этого предстояло за 2-3 недели изготовить два усовершенствованных танка, которым присвоили индекс ИС-2. Сегодня же Котин срочно вылетает в Челябинск, и демонстрировать технику в Кремле доверено мне. «Так что держись, Николай!» — закончил он разговор со свойственной ему озорной улыбкой.

На следующий день меня вызвали в наркомат и приказали по телефону объявить отряду «готовность номер один». Меня предупредили, что при проходе колонны к Кремлю ее встретит Малышев, от которого мы получим указания. Через 15 мин я уже был среди возбужденных товарищей, которые успели вывести машины из цеха и построить на заводском дворе. Мы выехали из полупустынного Черкизова, решив направиться по Русаковской улице, потом свернуть на Красносельскую, двигаться по Маросейке к Кремлю. Недалеко от Разгуляя нас встретил на «фордике» Малышев и приказал идти к Ильинским воротам.

Весь маршрут я стоял на головном ИСе, держась за поручни башни и сигнализируя колонне флажком. Но… у Ново-Басманной нас остановил длинный конский обоз, занявший середину улицы. Да и потом нам пришлось несколько раз приостанавливаться, а времени было в обрез! Я опасался, что с непривычки (ИСы впервые были оборудованы планетарным механизмом поворота) кто-нибудь из водителей, орудуя не одним, а двумя тормозами, вдруг пережжет механизм включения и выключения планетарки. Обошлось…

И вот танки и самоходки развернулись перед зданием Верховного Совета. Головная машина ИС встала напротив входа в него. Перед машинами и за ними выстроились офицеры охраны. Мы принялись было протирать стволы и башни от пыли, но тут раздалась команда «Смирно!».

Из дверей вышел И. В. Сталин, члены ГКО, за ними нарком танковой промышленности В. А. Малышев и командующий бронетанковыми и механизированными войсками Я. Н. Федоренко, другие представители Верховного Главнокомандования. Увидя нас, К. Е. Ворошилов поднял руку и негромко сказал: «Привет кировцам!»

Подойдя к головному ИСу, Сталин спросил Малышева о двигателях танков, о километраже, который машины пройдут без ремонта, о ресурсе гусениц (их танки тогда изготавливались из менее износостойкой кремнистой стали). Потом, указывая на длинноствольную 122-мм пушку, Сталин заметил, что это внушительное и сильное оружие подходит для тяжелого танка в отличие от гаубицы, которая хороша для тяжелой самоходки. Как я уже говорил, рядом с головной машиной демонстрировался ИС со 152-мм пушкой, а третьей в ряду стояла ИСУ-152.

Затем он направился к ИСУ-152 и неожиданно для всех легко поднялся на ее корпус, резким движением руки отвергнув попытку одного из генералов помочь. Заглянув в командирский люк, спросил:

— А как обстоит дело с вентиляцией боевого отделения?

Водитель-испытатель Костя Трифонов не растерялся:

— Товарищ Сталин, для этих самоходок отработана улучшенная вентиляция, она имеет в три раза больший расход воздуха, и опасность задымления и загазовывания башни газами от выстрелов совершенно исключена!

После 25-минутного осмотра новой техники Сталин веско сказал:

— Вот на этих танках и будем кончать войну!»



< Назад   Вперед >

pro-tank.ru

ИСУ-152 — тяжелая самоходная установка. Оружие Победы

ИСУ-152 — тяжелая самоходная установка

Как только в 1943 году появился на вооружении тяжелый танк ИС-1, было решено сконструировать на его базе самоходную установку. Усилия конструкторов увенчались созданием новых тяжелых артсамоходов — ИСУ-122 и ИСУ-152.

Первый вариант тяжелой самоходной установки ИСУ-122 на шасси танка ИС-1 был вооружен корпусной 122-мм пушкой, приспособленной для установки в танке или САУ. Как только конструкторский коллектив, возглавляемый Ф. Петровым, создал 122-мм танковую пушку, она была тут же установлена в ИСУ-122. Пушка имела поршневой затвор. Это позволило увеличить скорострельность с 2,6 до 3 выстрелов в минуту. Бронебойный снаряд весом 25 кг имел начальную скорость 800 м/сек. Боекомплект состоял из 30 выстрелов раздельного заряжания.

Боевой вес ИСУ-122 составлял 46 т, экипаж 5 человек. Установка была полностью бронирована.

Наконец появилась ИСУ-152 на шасси танка ИС-2 — самая мощная самоходная артустановка Советской Армии времен войны. В ней на станке в носовой части рубки была установлена 152-мм гаубица-пушка с поршневым затвором и с длиною ствола 28,8 калибра. Скорострельность пушки — 1,3 выстрела в минуту, углы горизонтальной наводки по 10° в обе стороны, угол снижения -3°, угол возвышения +20°. Вес осколочно-фугасного снаряда — 43,56 кг, бронебойного — 48,78 кг. Начальные скорости снарядов соответственно 600 и 650 м/сек. Выстрелы раздельного заряжания. ИСУ-152 оснащались зенитным пулеметом ДШК, установленным открыто на крыше рубки.

Экипаж самоходки составлял 5 человек — командир, наводчик, заряжающий, замковый и водитель. Боевая рубка шестигранной формы полностью защищена броней. Пушка в солидной маске смещена к правому борту. В боевом отделении, кроме вооружения и боеприпасов, находятся топливные и масляные баки. Водитель размещается спереди слева от пушки и имеет свои приборы наблюдения. Командирской башенки, как на СУ-100, не имеется. Командир ведет наблюдение через перископ на крыше рубки.

Тяжелые советские самоходные установки сыграли огромную роль в достижении победы. Они отлично себя проявили во время уличных боев в Берлине и при штурме мощных фортификационных сооружений Кенигсберга.

ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ

Боевой вес 47 т

Экипаж 5 чел.

Длина 905 см (с пушкой)

Ширина 307 см

Высота 248»

Вооружение 152-мм пушка-гаубица, 12,7-мм зенитный пулемет

Боекомплект 20 выстрелов к пушке

Бронирование корпуса:

лоб 90-100 мм

борт 90»

Бронирование рубки 90»

Мощность двигателя 520 л. с.

Скорость максимальная 37 км/ч

Запас хода по шоссе 220 км

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

military.wikireading.ru

Самоходно-артиллерийская установка ИСУ-152 СССР характеристики

Танки

Самолеты

В конце 1943 года в связи со снятием с производства танка КВ-1С, на базе которого выпускалась тяжелая СУ-152, встал вопрос о продолжении выпуска тяжелых самоходок со 152,4-мм пушкой-гаубицей на базе нового тяжелого танка ИС-1. Учитывая опыт, накопленный при создании и производстве СУ-152, новую самоходную установку создали в весьма короткие сроки и уже до конца 1943 года получившие название «ИСУ-152» новые самоходные установки начали поступать на фронт.

Как и у СУ-152, у новой самоходно-артиллерийской установки пушка-гаубица смонтирована со смещением вправо в боевой рубке, расположенной в передней части шасси. Выступающие вперед противооткатные устройства орудия прикрыты массивной броневой маской. На крыше боевой рубки монтировалась турельная установка крупнокалиберного зенитного пулемета. В качестве средств связи на самоходной установке использовалась радиостанция 10Р или 10РК и танковое переговорное устройство ТПУ-4БисФ. Для управления огнем использовались телескопический и артиллерийский панорамный прицелы, обеспечивавшие ведение стрельбы как прямой наводкой, так и с закрытых позиций. Командир установки вел наблюдение за полем боя с помощью перископа, расположенный слева от пушки механик-водитель имел свои приборы наблюдения.

Из воспоминаний Н. М. Синева

Николай Михайлович СИНЕВ — доктор технических наук, профессор, лауреат Ленинской и Государственных премий СССР. В годы Великой Отечественной войны работал заместителем главного конструктора танкового КБ, возглавлявшегося Ж. Я. Котиным. Под руководством Котина незадолго до войны был создан один из лучших тяжелых танков — КВ, а в 1942-1945 годах более совершенные тяжелые танки ИС, а также несколько серий самоходных артиллерийских установок на базе КВ и ИС.

«В конце 1942 года в ходе одной из боевых операций в районе Невской Дубровки наши войска захватили новейший тяжелый танк вермахта «Тигр». За ночь трофей переправили на правый берег Невы, а затем — в тыл. Вскоре после этого конструктор советских тяжелых танков Ж. Я. Котин, в КБ которого я тогда работал, получил приказ командировать в Ленинград нескольких специалистов для изучения конструкции «Тигра» и его тактико-технических характеристик. Это поручили заместителю главного конструктора А. С. Ермолаеву и двум видным работникам КБ.

А в один из январских дней 1943 года, часов в 10 вечера, Котин неожиданно собрал всю свою «гвардию»: заместителей, нескольких начальников ведущих конструкторских бригад и руководителей опытного производства. В комнату, где сидело человек 15, вошли Котин, заместитель Председателя Совнаркома, нарком танковой промышленности В. А. Малышев и командующий бронетанковыми и механизированными войсками РККА Я. Н. Федоренко.

Малышев сообщил: появление на фронте гитлеровских тяжелых танков «Тигр» дает основания считать, что, готовясь к летней кампании, противник уже начал оснащать ударные подразделения такими машинами, которые способны не только противостоять нашим Т-34 и КВ, но и превзойти их в огневой мощи. Особое значение — подчеркнул нарком — имеет вооружение «Тигра», 88-мм пушка с начальной скоростью снаряда более 800 м/с, усиленное бронирование, высокая удельная мощность двигателя и маневренность.

— Что же будем делать, товарищи конструкторы?, — обратился нарком к присутствующим, — наш новый тяжелый танк ИС еще не готов к серийному производству, его 122-мм пушка пока отрабатывается Ф. Ф. Петровым. У нас, видимо, есть один только выход, кстати, одобренный Верховным Главнокомандованием, — взяться за создание на базе КВ-1С мощных самоходных артиллерийских установок, оснащенных орудиями, уже находящимися в серийном производстве.

Тогда в Танкограде выпускался КВ-1С, модернизированный вариант широко известного тяжелого танка, поступившего на вооружение перед войной. Суть модернизации заключалась во внедрении восьмискоростной коробки передач (ведущий разработчик Н. Ф. Шашмурин) и планетарного механизма поворота, кстати, впервые в нашей стране (ведущий разработчик — преподаватель Военной академии бронетанковых войск инженер-подполковник А. И. Благонравов). На КВ-1С установили новые узлы системы охлаждения двигателя несколько повышенной мощности. Однако вооружение танка осталось прежним — 76-мм пушка с начальной скоростью снаряда 660 м/с.

На следующий день после совещания Котин вместе с двумя специалистами из КБ вылетел на артиллерийский завод, а через сутки позвонил мне:

— Задержусь еще на 2-3 дня, отгружаю 152-мм гаубицу. А вы не теряйте времени, начинайте проработку, как одеть ее броней, чтобы неподвижная башенная надстройка самоходки не выходила из габарита КВ-1С!

Назавтра гаубица прибыла на завод. Затащили в механосборочный цех, вызвали туда конструкторов, артиллеристов-башенщиков, опытных модельщиков. По эскизным чертежам сразу же стали сооружать из фанеры вокруг стоявшей на тумбе гаубицы имитацию корпуса с учетом толщины стенок. Труднее всего оказалось обеспечить пространство внутри башни, необходимое для большого (1 м) отката орудия. Позже, используя опыт разработки дульного тормоза для 122-мм пушки, решили сократить откат, применив подобное устройство и на новой САУ. Однако вместе с тем необходимо было подать ствол орудия вперед, выдвинув выступом его тяжелую опору, качающуюся бронировку (маску), обеспечив при этом хорошую балансировку всей подвижной системы.

…К возвращению Котина главный вопрос — вписывается гаубица в габариты КВ-1С или нет — решили положительно. Похоже было, что удастся даже разместить внутри самоходки два десятка 49-кг фугасных снарядов. К концу января 1943 года головной образец САУ-152 был готов к ходовым и артиллерийским испытаниям.

Ясный, морозный день. Самоходка вышла из заводских ворот и остановилась в песчаном карьере. Выстрел болванкой с дистанции 80 м. Неожиданно громкий. Машина дернулась, слегка присела и откатилась почти на метр. Необычно среагировал на происходящее главный инженер завода Э. М. Майдельман — он упал на снег.
» Вот и первая жертва!», — пошутил кто-то из нас.

Самоходку тщательно осмотрели. Все в порядке, только несколько балансиров катков дошли до упора. Но теперь-то началось самое главное, ведь никто из представителей Главного артиллерийского управления не знал, какой будет траектория тяжелого фугасно-осколочного или бронебойного снаряда при стрельбе прямой наводкой. Дело в том, что все выверенные таблицы стрельб для 152-мм гаубицы были составлены только для навесного огня. Наши сомнения можно было разрешить лишь на полигоне.
Туда и отправилась наша САУ-152.

Прибыли. Мороз около 30°С. Приступили к стрельбе болванками по фанерным щитам со стороной 2 м. Дистанция 500 м — попадание. 800 м — попадание. 1000 м — попадание! 1200 м — «ура!». Значит, наша САУ способна подавлять доты и дзоты противника и расстреливать его танки на значительном расстоянии. Нужно еще учесть, что на полигоне испытатели пользовались довольно примитивными приспособлениями для наводки, да и артиллерийская подготовка расчета оставляла желать лучшего.

Надо отметить, что конструкторы, испытатели, работники цехов опытного завода тогда работали по две смены подряд, а то и круглосуточно. По этому поводу домашние мрачно шутили: «Ну и ночуйте на работе, нам же только лучше — как-никак, а просторнее…» Действительно, в то время в Челябинске сосредоточились сотни тысяч эвакуированных, которых иной раз приходилось селить даже на кухнях, а в жилых комнатах размещались по две-три семьи.

…Параллельно с испытаниями САУ-152 мы вели разработку рабочей документации, согласовывали ее с технологами. С февраля 1943 года началось изготовление серийных корпусов, узлов и деталей, а в марте были собраны первые машины, которые немедленно ушли на фронт.

Опыт боевого применения САУ-152 выдвинул перед нами новые проблемы. В частности, потребовалось как-то обеспечить противовоздушную защиту колонн самоходок на марше. Обдумав несколько вариантов, мы предложили устанавливать на крышах командирских люков 12,7-мм пулеметы и всего за две недели разработали необходимые чертежи.

Потом пришлось заняться улучшением автономной системы вентиляции боевого отделения. В успехе этой работы немалую роль сыграла группа аэродинамиков Ленинградского политехнического института во главе с доцентом А. Ф. Лесохиным, которая после эвакуации была включена в состав экспериментального отдела нашего опытного завода. С их помощью удалось почти в 3 раза увеличить производительность вентиляционной системы, очищающей боевое отделение от пороховых газов. Вот так, день за днем, постоянно учитывая пожелания фронтовиков, труженики тыла совершенствовали самоходные установки, громившие на передовой нацистские «тигры», «пантеры» и прочее бронированное зверье…

…В середине июля 1943 года, в разгар ожесточенных боев на Курской дуге, поступило распоряжение Ставки — к 1 августа доставить в Москву для показа Верховному Главнокомандующему образцы новой техники. Тогда Государственному Комитету Обороны предстояло принять решение о серийном производстве тяжелого танка ИС и созданной на его базе самоходки ИСУ-152. Надо сказать, что несколько сотен САУ-152 (на базе КВ-1С) и уралмашевские САУ-100 (100-мм пушки на шасси Т-34) уже успешно показали себя на Белгородско-Курском направлении. В те дни исход битвы на Курской дуге был уже очевиден, однако до Победы было еще далеко, и забота Верховного Главнокомандования о дальнейшем усилении наступательной мощи нашей армии была вполне понятна.

Помню, поздно ночью Котин вызвал меня на завод и сообщил, что принято решение о составе эшелона, направляемого в Москву. Возглавить его предстояло мне. На шести железнодорожных платформах следовало разместить два танка ИС (со 122-мм и 152-мм пушками), ИСУ со 152-мм гаубицей, самоходку со 122-мм пушкой, созданную также на базе ИС, и две САУ-100, разработанные «Уралмашем» на базе Т-34. Мне предстояло немедленно начать формирование экипажей и подготовку материальной части.

Мы включили в состав эшелона товарный вагон с дизельным топливом, смазкой, запчастями (включая дизель В-2), инструментом и оснасткой и пассажирский вагон для нашей команды из 28 человек. Экипаж каждой машины состоял из опытных водителей-испытателей, мотористов, трансмиссионщиков и ведущего инженера-испытателя, выполнявшего обязанности командира.

В Москву наш танковый эшелон специального назначения прибыл по зеленой улице, без задержек, 31 июля и разгрузился в Черкизове. Прошло несколько дней. Экипажи жили в бытовках эвакуированного завода на казарменном положении. Время от времени к нам заезжали представители Управления бронетанковых сил, Академии бронетанковых и механизированных войск, руководители наркоматов танковой промышленности и вооружения. Запомнился ночной визит наркома вооружения Д. Ф. Устинова. Облачившись в комбинезон, он залезал внутрь машин, пытливо рассматривал боевые отделения, обстоятельно расспрашивал экипажи. Наркому было тогда 35 лет, и он поражал нас своей энергией и отличным знанием боевой техники.

В августе Москва осветилась залпами самого первого салюта. Сколько радости было у москвичей и у нас, уральцев, услышавших и увидевших эти яркие сигналы грядущей Победы! 7 августа Котин сказал мне, что решением ГКО танки ИС и самоходки на их базе принимаются на вооружение, поэтому нужно срочно откорректировать чертежи и улучшить кое-что в конструкции. После этого предстояло за 2-3 недели изготовить два усовершенствованных танка, которым присвоили индекс ИС-2. Сегодня же Котин срочно вылетает в Челябинск, и демонстрировать технику в Кремле доверено мне. «Так что держись, Николай!» — закончил он разговор со свойственной ему озорной улыбкой.

На следующий день меня вызвали в наркомат и приказали по телефону объявить отряду «готовность номер один». Меня предупредили, что при проходе колонны к Кремлю ее встретит Малышев, от которого мы получим указания. Через 15 мин я уже был среди возбужденных товарищей, которые успели вывести машины из цеха и построить на заводском дворе. Мы выехали из полупустынного Черкизова, решив направиться по Русаковской улице, потом свернуть на Красносельскую, двигаться по Маросейке к Кремлю. Недалеко от Разгуляя нас встретил на «фордике» Малышев и приказал идти к Ильинским воротам.

Весь маршрут я стоял на головном ИСе, держась за поручни башни и сигнализируя колонне флажком. Но… у Ново-Басманной нас остановил длинный конский обоз, занявший середину улицы. Да и потом нам пришлось несколько раз приостанавливаться, а времени было в обрез! Я опасался, что с непривычки (ИСы впервые были оборудованы планетарным механизмом поворота) кто-нибудь из водителей, орудуя не одним, а двумя тормозами, вдруг пережжет механизм включения и выключения планетарки. Обошлось…

И вот танки и самоходки развернулись перед зданием Верховного Совета. Головная машина ИС встала напротив входа в него. Перед машинами и за ними выстроились офицеры охраны. Мы принялись было протирать стволы и башни от пыли, но тут раздалась команда «Смирно!».

Из дверей вышел И. В. Сталин, члены ГКО, за ними нарком танковой промышленности В. А. Малышев и командующий бронетанковыми и механизированными войсками Я. Н. Федоренко, другие представители Верховного Главнокомандования. Увидя нас, К. Е. Ворошилов поднял руку и негромко сказал: «Привет кировцам!»

Подойдя к головному ИСу, Сталин спросил Малышева о двигателях танков, о километраже, который машины пройдут без ремонта, о ресурсе гусениц (их танки тогда изготавливались из менее износостойкой кремнистой стали). Потом, указывая на длинноствольную 122-мм пушку, Сталин заметил, что это внушительное и сильное оружие подходит для тяжелого танка в отличие от гаубицы, которая хороша для тяжелой самоходки. Как я уже говорил, рядом с головной машиной демонстрировался ИС со 152-мм пушкой, а третьей в ряду стояла ИСУ-152.

Затем он направился к ИСУ-152 и неожиданно для всех легко поднялся на ее корпус, резким движением руки отвергнув попытку одного из генералов помочь. Заглянув в командирский люк, спросил:

— А как обстоит дело с вентиляцией боевого отделения?

Водитель-испытатель Костя Трифонов не растерялся:

— Товарищ Сталин, для этих самоходок отработана улучшенная вентиляция, она имеет в три раза больший расход воздуха, и опасность задымления и загазовывания башни газами от выстрелов совершенно исключена!

После 25-минутного осмотра новой техники Сталин веско сказал:

— Вот на этих танках и будем кончать войну!»

wikiwar.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.