Содержание

Эрих Хартманн – легенда люфтваффе – Статьи

Родившийся в 1922 г. в семье немецкого доктора, Хартманн был, как почти все пилоты люфтваффе, еще очень молод, когда попал на Восточный фронт. В 1942 г. он, один из лучших новобранцев, начал службу в уже прославленной немецкой эскадрилье JG-52, где асом был почти каждый. Его первым командиром и другом стал В. Крупински, сбивший 197 самолетов. За мальчишескую внешность Хартманна в эскадрилье прозвали «буби», что по-немецки означает «мальчик», «мальчонка». И первое время мальчонка учился, перенимал опыт у своих старших товарищей. В первые несколько месяцев службы он сбил только 2 вражеских самолета. Лишь к марту 1943 г. он довел свой счет до 5, что считалось планкой для получения звания аса во время Первой мировой войны. Теперь, чтобы считаться асом, нужно было сбить 10. Но очень скоро счет стал идти на десятки, как раз тогда, когда немецкая авиация потеряла господство в воздухе под натиском советских ВВС. К концу лета 1943 г. на счету Хартманна было 90 сбитых самолетов противника. До конца войны за более 1400 боевых вылетов он вступил в боестолкновение 800 раз и сбил 348 советских и 4 американских самолета.

Источник: lasegundaguerra.com

Сбивали и самого Хартманна. Хотя ему повезло не получить ни единого ранения, он 14 раз совершал вынужденную посадку, а однажды попал в советский плен. После того, как его истребитель Ме-109 был сбит, пришлось приземлиться за линией фронта, где его и настигли русские солдаты. Летчиков, как важных пленных, обычно хорошо охраняли и сразу связывали руки, но в этом случае советские бойцы проявили нерасторопность. Хартманн притворился контуженным и стонал «от боли» несколько часов. Когда его повезли в тыл, его не связали и в кузове грузовика с ним был только один конвоир. Когда в небе появился немецкий бомбардировщик, грузовик остановился, а конвоир замер в ожидании возможной бомбежки. Тогда Хартманн сбил его с ног и выскочил из кузова. Рядом было поле огромных подсолнухов, куда и нырнул пленный. Поле скрыло его от глаз и пуль открывших стрельбу конвоира и водителя. После ночевки на какой-то опушке утром Хартманн добрался до своих.

Немецкий ас гауптман Эрих Хартман и венгерский летчик Ласло Поттионди. Источник: lasegundaguerra.com

Как удавалось Хартманну получить такой высокий результат? Он выработал собственную тактику, которой пользовались потом многие немцы. Коротко она заключена в формуле «увидел — решил — атаковал — оторвался». Немецкие самолеты, в среднем были быстрее и поднимались на большую высоту, чем советские, имели немало тактических преимуществ. Обнаружив противника и решив, что преимущество на их стороне, немецкие асы пикировали на них или (в облачную погоду) заходили снизу, наносили удар и тут же уходили, чтобы не вступать в длительный воздушный бой и не участвовать в так называемой воздушной «карусели».

Сам Хартманн говорил: «Я старался не ввязываться в воздушные бои с русскими. Моей тактикой была внезапность. Подняться выше, если это возможно, зайти со стороны солнца… девяносто процентов моих атак были внезапными. Если я сбивал один самолет, я выходил из боя, делал перерыв и вновь наблюдал за ситуацией. Поиск противника зависел от того, где шла борьба на земле, и от визуального обнаружения целей. Наземные станции сообщали нам по радио о позиции противника, давая координаты по карте. Поэтому мы могли искать в нужном направлении и выбирать наилучшую высоту для атаки. Если я патрулировал, то предпочитал атаку на полной скорости со стороны солнца снизу, потому что вы можете заметить противника очень далеко на фоне покрытого облаками неба. Тот пилот, который увидит другого первым, уже наполовину одержал победу». Так, в основном нападая внезапно, из засады, Хартманн увеличивал свой рекордный счет. После трёхсотого сбитого самолета Хартманн получил высокую воинскую награду — бриллианты к Рыцарскому кресту с дубовыми листьями.

Источник: flickr.com

Помимо тактических, есть и другие причины столь высоких показателей немецких асов времен Второй мировой. Ведь не только Хартманн показывал такой результат. Например, летавшие с ним Г. Баркхорн и Г. Ралль сбили по 301 и 241 советскому самолету соответственно, что гораздо выше показателей лучших советских асов (великолепные летчики Иван Кожедуб и Александр Покрышкин сбили по 62 и 59 самолетов). Как пишет историк Исаев А. В., немецких пилотов не зря называли «самыми усталыми людьми войны». Так как германские ВВС испытывали сильнейший кадровый голод, их летчики совершали по 4−6 боевых вылетов в день во время крупных операций, эскадрильи редко обновляли парк самолетов, и в среднем лучшие немецкие асы совершили за время войны в 4−5 раз больше вылетов, чем советские, чем и объясняется разница в индивидуальных показателях. По качеству своей подготовки и мастерству советские асы немецким не уступали. Они также ставили на скорость, высоту и натиск на врага. Зато советская стратегия использования ВВС победила немецкую — количественное превосходство и обновление самолетов позволили сначала перехватить инициативу, а затем и «дожать» люфтваффе.

Истребитель Ме-109 в воздухе. Источник: wikipedia.com

Советские асы после войны остались прославленными героями, немецкие стали военными преступниками. В мае 1945 г. Хартманн мог уйти и сдаться в плен англичанам, но решил остаться — за отступающей эскадрильей шли многочисленные беженцы. И он как один из командиров остался с ними до сдачи американцам в плен. По соглашению с СССР США передали его советской стороне, так как он воевал на Востоке.

Хартманн был осужден как военный преступник на 25 лет. Его и многих других пленных превратили в дешевую рабочую силу для работы в шахтах, на лесоповале и для других тяжелых работ. Так как обращение с пленными было не самым лучшим, Хартманн стал лидером сопротивления. Он сам отказывался работать, устраивал голодовки и призывал других саботировать работу и требовал прибытия международной комиссии для обследования лагерей и улучшения условий содержания. Ничего из этого, конечно, не вышло, и рекордсмену всей истории авиации пришлось смириться со своим положением. На его счастье, в 1955 г. ФРГ и СССР договорились об освобождении всех немецких пленных, и Хартманн смог вернуться домой. Он знал, что во время войны всем пленным приходилось выживать в ужасных условиях, и предложил путь, который, по его мнению, мог бы решить эту проблему: 1) воюющие стороны не должны держать пленных на своей территории, пленных следует передавать для содержания нейтральным странам, 2) эти нейтральные страны должны держать этих пленных до конца войны, 3) по окончании войны всех пленных следует стремиться вернуть домой как можно скорее.

За годы войны Германия произвела более 30 тыс. этих машин. Источник: rhein-zeitung.de

Хартманн хотел, как и его отец, стать врачом (в обычной жизни он был совсем не так кровожаден, как в воздухе), но война и плен отняли то время, в которое он мог это сделать. И он поступил на службу в ВВС Западной Германии, где и прослужил 15 лет. В отставку был вынужден уйти за критику американских самолетов F-104, которые массово закупала Германия (считал их опасными и бесполезными). Он остался самым известным немецким летчиком до конца своих дней (умер в 1993 г.). И скорее всего, из-за резкого развития технологий в XXI веке и ухода в прошлое таких воздушных боев, как во время Второй мировой, рекорд Хартманна не будет побит никогда.

Источники:
Исаев А. В. Антисуворов. Десять мифов Второй мировой. — М.: Эксмо, Яуза, 2004.
Рэймонд Ф. Толивер, Тревор Дж. Констебль. Эрих Хартманн — белокурый рыцарь рейха. Екатеринбург: Зеркало, 1998

Изображение лида: MiGFlug.com
Изображение обложки: Wikipedia.com

diletant.media

Коричневая легенда. Кем на самом деле был Эрих Хартманн? | История | Общество

В начале октября 2018 года в России разразился скандал, напрямую связанный с событиями Великой Отечественной войны. В блоге «Diletant.media» на портале «Эхо Москвы» появился материал под названием «Эрих Хартманн — легенда люфтваффе», посвященный гитлеровскому асу, считающемуся самым результативным летчиком- истребителем Второй мировой войны.

«Российская легенда» 1990-х

Статья вызвала чрезвычайно жесткую полемику. Многие интернет-пользователи обвинили «Эхо Москвы» в восхвалении нациста. Их оппоненты назвали подобные претензии покушением на свободу слова.

Имя Эрика Хартманна, которому приписывается 352 сбитых самолета, в том числе 347 советских, в России стало хорошо известно с начала 1990-х.

До той поры советские историки не заостряли внимание на успехах асов люфтваффе. В результате первые публикации о Хартманне и других немецких летчиках стали не просто сенсацией, а поводом для утверждений, что Кожедуб, Покрышкин

и другие советские летчики ничего выдающегося не совершили.

В 1990-х — начале 2000-х годов российские книжные магазины были буквально забиты книгами о немецких танкистах, летчиках, диверсантах, генералах. Изданные на отличной бумаге, они не шли ни в какое сравнение со скромными томиками воспоминаний о подвигах советских военных.

На вопрос о том, как же Красная армия сумела победить гениальный немецкий вермахт, существовал простой ответ: «Завалили трупами».

В последние годы ситуация стала меняться. Поклонникам героев гитлеровской военной машины стали оказывать отпор. Значительная часть российского общества считает, что «перебарщивать» с реверансами в сторону нацистов не стоит, особенно когда речь идет о людях, не раскаявшихся в содеянном, остававшихся нацистами до мозга костей и после поражения Третьего рейха.

«Стервятник»-рекордсмен

Эрик Хартманн относится к когорте последних.

«Если вы видите вражеский самолёт, вы совсем не обязаны тут же бросаться на него и атаковать. Подождите и используйте все свои выгоды. Оцените, какой строй и какую тактику использует враг. Оцените, имеется ли у противника отбившийся или неопытный пилот. Такого пилота всегда видно в воздухе. Сбейте именно его. Гораздо полезнее поджечь только одного, чем ввязываться в двадцатиминутную карусель, ничего не добившись», — так писал о своей тактике Эрих Хартманн.

Герой люфтваффе не искал встреч с такими асами, как Кожедуб и Покрышкин. Классический «стервятник», он искал цели послабее. Воздушный же бой с участием множества самолетов он и вовсе определял «как собачью свалку».

Самое интересное, что его итоговые 352 сбитых самолета вызывали сомнения даже у немцев. Когда любимец фюрера сообщал о том, что за один вылет он сбил 5, 8 и даже 11 самолетов, его коллеги смотрели на него с нескрываемым скепсисом.

Вопрос о том, приписали Хартманну десятки сбитых самолетов или нет, не так важен в данном случае. В конце концов, не стоит забывать, что авиация Третьего рейха в итоге была разгромлена, и наличие самых результативных асов никак не помогло гитлеровской Германии.

Об этом, кстати, говорится и в материале, вызвавшем волну негодования: «По качеству своей подготовки и мастерству советские асы немецким не уступали. Они также ставили на скорость, высоту и натиск на врага. Зато советская стратегия использования ВВС победила немецкую — количественное превосходство и обновление самолетов позволили сначала перехватить инициативу, а затем и „дожать“ люфтваффе».

«Немецкие предатели называют себя „Antifa“»: как Хартманн «страдал» в советском плену

Авторы, пишущие о «легенде люфтваффе», зачастую изображают Эрика Хартманна просто как успешного воина, лишенного каких бы то ни было политических убеждений. В этом-то и кроется главная ошибка.

Вот еще один отрывок из материала, опубликованного на сайте радиостанции «Эхо Москвы»: «Хартманн был осужден как военный преступник на 25 лет. Его и многих других пленных превратили в дешевую рабочую силу для работы в шахтах, на лесоповале и для других тяжелых работ. Так как обращение с пленными было не самым лучшим, Хартманн стал лидером сопротивления. Он сам отказывался работать, устраивал голодовки и призывал других саботировать работу и требовал прибытия международной комиссии для обследования лагерей и улучшения условий содержания».

Вот оно что! Человек, на совести которого жизни десятков советских летчиков, в советском лагере добивался уважения и почтения, устраивал акции протеста. Советских военнопленных за малейшее неповиновение могли расстрелять на месте либо отправить в «лагерь смерти». Хартманн же позволял себе выдвигать требования к лагерной администрации.

В 1955 году Хартманн возвратился в ФРГ после издания Президиумом Верховного совета СССР указа «О досрочном освобождении и репатриации немецких военнопленных, осуждённых за военные преступления».

На непосильных работах в СССР ас настрадался настолько, что влился в состав ВВС ФРГ, где командовал эскадрой JG 71 «Рихтгоффен». Службу Хартманн продолжал аж до 1970 года, дослужившись до звания полковника. В отставку он ушел не из-за последствий советского плена, а из-за разногласий с американцами по поводу новой летной техники.

Что же писал сам Эрих Хартманн о своих страданиях в советском плену? «Лагерь находится под управлением русской секретной полиции. Ей помогают немецкие предатели. Среди них один немецкий военный судья, который до судорог боится русских, но делает свое дело все-таки разумно. Остальные в основном политические свиньи и предатели... Они называют себя „Antifa“. При пристальном рассмотрении они оказываются бывшими врачами СС, лидерами гитлерюгенда, командирами СА и тому подобной швалью. Я не знаю, что русские собираются с ними делать. Вчера они предали нас, а завтра предадут и новых хозяев. Таких людей нужно содержать в аду», — сообщает он в письме домой.

Итак, по мнению гитлеровского аса, те, кто в плену отказался от нацистских взглядов и стал сотрудничать с Советами, — предатели и свиньи. Война, напомним, к этому моменту закончилась, но для Хартманна, она, очевидно, продолжается.

«Кое-какие ужасные вещи»: что ас люфтваффе считал трагедией?

А вот один из более поздних рассказов Хартманна: «Один случай приходит в голову. Я вел поединок с краснознаменным Як-9, и этот парень был хорош, но совершенно безрассуден... Пилот выпрыгнул с парашютом и был позднее пленен. Я встретился и поговорил с этим человеком, капитаном, который был приятным парнем. Мы дали ему поесть и разрешили ему бродить по аэродрому, взяв с него слово, что он не сбежит. Он был счастлив, что остался жив, но сильно растерялся, поскольку командиры говорили ему, что пленных летчиков сразу же расстреливают. Этот парень съел один из лучших своих обедов за войну и обрел новых друзей. Мне нравится думать, что парни, подобные ему, вернулись домой и рассказали своим соотечественникам правду о нас, а не ту пропаганду, которая изливалась после войны, хотя кое-какие ужасные вещи, без сомнения, имели место».

Здесь даже не хочется говорить о мифическом советском летчике, которого якобы облагодетельствовали немецкие «коллеги».

Что такое «кое-какие ужасные вещи»? Блокада Ленинграда? Хатынь? Повешенная Зоя Космодемьянская? Замученный генерал Карбышев? Казненный Муса Джалиль? Миллионы советских военнопленных, умерщвленных гитлеровцами? «Окончательное решение еврейского вопроса»?

На самом деле в жизни Эрика Хартманна были воспоминания, которые заставляли его страдать. Вот, например: «Однако я помню, как один раз я увидел более 20 000 мертвых немцев, устилавших долину, где советские танки и казаки атаковали окруженную часть, и этот вид, даже пусть и с воздуха, самый запомнившийся за всю мою жизнь. Я могу закрыть глаза и увидеть это даже сейчас. Такая трагедия. Я помню, что я плакал, пролетая низко над ними. Я не мог поверить своим глазам».

Гибель истинных арийцев, по версии Хартманна, — трагедия. Ну а убийство этими арийцами миллионов советских граждан — это просто война, ничего не поделаешь.

«Насиловали женщин и девочек перед строем»: как лгал Эрих Хартманн

Приложил руку или, если хотите, язык, Эрик Хартманн и к мифу об «изнасиловании двух миллионов немок Красной армией».

Приведем цитату из книги «Эрих Хартманн — белокурый рыцарь Рейха»: «Полупьяные солдаты Красной армии, увешанные винтовками и пулеметами, построили безоружных немцев в шеренги. Другие русские начали валить на землю женщин и девочек, срывать с них одежду и принялись насиловать своих жертв прямо перед строем остальных русских. Немцы могли лишь молча сжимать кулаки. Американские солдаты из своих грузовиков смотрели на все это широко открытыми глазами...

Молодая немецкая женщина, чуть за тридцать, мать 12-летней девочки, стояла на коленях у ног русского капрала и молила бога, чтобы советские солдаты взяли ее, а не девочку. Но ее молитвы остались без ответа. Слезы текли по щекам, когда она посылала молитвы к небу. Немецкие мужчины стояли, окруженные пулеметными стволами.

Русский капрал отошел от женщины, его лицо исказила глумливая усмешка. Один из солдат изо всех сил ударил женщину сапогом в лицо. „Проклятая фашистская свинья!“ — заорал он. Молодая мать упала на спину. Солдат, который ее ударил, выстрелом в голову из винтовки убил ее... 8- и 9-летних девочек раз за разом безжалостно насиловала озверелая русская солдатня. Они не выказывали никаких других чувств, кроме ненависти и похоти. Пока все изверги удовлетворяли себя среди диких криков и плача женщин, Эрих и его солдаты сидели под дулами пулеметов.

Забрызганные кровью русские, удовлетворив вожделение, сменяли товарищей за пулеметами, принимая охрану над германскими солдатами. Матери пытались защитить своих дочерей, но их избивали до потери сознания и оттаскивали в сторону, а потом насиловали в таком состоянии. Закаленных в боях пилотов, прошедших сотни боев и получивших множество ран, просто отшвыривали в сторону. Пораженный в самое сердце тем, что увидел, Эрих нечеловеческим усилием воли подавил приступ рвоты».

Возможно, эта картина описана не Хартманном, а автором книги? Тогда вот вам слова самого немецкого аса, произнесенные в одном из интервью: «Всех нас, даже женщин и детей, вывезли в открытое поле. Грузовики остановились, и там нас ждали советские войска. Русские отделили женщин и девушек от мужчин, и произошли самые ужасные вещи, о которых вы знаете, и о чем я не буду здесь говорить. Мы видели это, американцы видели это, и мы не смогли сделать ничего, чтобы остановить их. Мужчины, которые сражались, как львы, плакали, как дети, наблюдая за повторяющимся насилием. Пара девушек смогла добежать до грузовиков, и американцы затащили их внутрь, но русские, большинство которых были пьяны, направили свое оружие на союзников и сделали несколько выстрелов. Потом водители грузовиков решили побыстрее уехать. Нескольких женщин пристрелили после изнасилования. Другие были не столь удачливы. Я помню девочку двенадцати лет, мать которой была изнасилована и убита, которая, в свою очередь, была также изнасилована несколькими солдатами. Вскоре после этого она умерла. Потом пришли еще русские, и все началось снова и продолжалось всю ночь. В течение ночи целые семьи покончили жизнь самоубийством, мужчины убивали своих жен и дочерей, а потом убивали себя. Я до сих пор не могу поверить в то, о чем говорю сейчас. Я знаю, многие никогда не поверят в эту историю, но это правда. Вскоре приехал русский генерал и приказал, чтобы все это прекратилось. Он был вполне серьезен, поскольку несколько русских, которые не остановились и продолжили насилие, были казнены на месте их же товарищами через повешение».

«Белокурый рыцарь Рейха» врет и не краснеет. Опустим тот момент, что никаких других подтверждений, кроме рассказа самого Хартманна, у этой истории нет. Массовое изнасилование на глазах у немецких пленных и американцев — это перебор даже для западных историков, паразитирующих на этой теме.

Хартманн «прокалывается» на незнании внутренней кухни Красной армии. Лиц, уличенных в изнасилованиях и других преступлениях против гражданского населения, не вешали: их расстреливали. Смертная казнь через повешение в СССР была введена указом Президиума Верховного совета СССР № 39 от 19 апреля 1943 года «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников родины из числа советских граждан и для их пособников».

Так что повесить, причем публично, могли бы самого Хартманна, но никак не преступников-красноармейцев: им полагался расстрел.

Но ведь Эрих Хартманн и не пытался убедить в своей правоте наших соотечественников. На излете своей жизни ас работал на западную публику, которую убеждали, что между Гитлером и Сталиным нет никакой разницы. Надо сказать, что он в этом деле преуспел. Даже слишком.

Сегодня и в России немало тех, кто готов сопереживать несчастным немецким военнопленным, пережившим «ужасы сталинских лагерей», забывая о том, сколько горя и страданий принесли эти «легенды люфтваффе, вермахта и крингсмарине» на нашу землю.

Поэтому, берясь за описание очередной «легенды Рейха», нужно быть честными до конца. Ведь если о чем и сожалел Эрих Хартманн по-настоящему, так это о том, что Покрышкину и Кожедубу он в итоге проиграл, несмотря на свою впечатляющую статистику.

aif.ru

Когда 59 больше 352. Александр Покрышкин против Эриха Хартманна

Profile

Name: история в фотографиях

Entry Tags

1020-е, 1400-е, 1500-е, 1600-е, 1700-е, 1800-е, 1830-е, 1840-е, 1850-е, 1860-е, 1870-е, 1880-е, 1890-е, 1900, 1900-е, 1905-е, 1910--е, 1910-е, 1912-е, 1917, 1920, 1920-е, 1930-е, 1930-е история России, 1939, 1940, 1940--е, 1940-е, 1945, 1950-е, 1960, 1960-е, 1960-е? дети, 1970-е, 1980-е, 1990, 1990-е, 1990е, 1993, 1997, 2000-е, 2010-е, XIII век, XIX век, XVI век, XVII век, cемейный архив, Азия, Афганистан, Африка, Африка политика, Балканы, Батька Махно, Белое Движение, Белое движение, Ближний Восток, ВДНХ, ВСХВ, Валуа, Великая Отечественная война, Великая Отечественная войнв, Великая война, Великая отечественная война, Виндзоры, Военная история, Восток, Вторая мировая, Вторая мировая война, Вторая мировая война. авиация, Втроая мировая война, Гитлер, Гражданская война, Гражданская война в США, Греция, Европа, Зачем - не знаю, Кавказ, Красный крест, Крым, Крымская война, Латинская Америка, Ленин, Ливия, МГУ, Москва, НКВД, Николай II, ОГПУ, Первая мировая, Первая мировая война, Подмосковье, Пушкин, РККА, Романовы, Русско-японская война, СМИ, СССР, США, Серебряный век, Средние века, Сталин, Сталинград, Сталинградская битва, Униформа, ХХ век, Халкин-гол, авация, авиация, авиация. флот, авто, авто-история, авто=история, автомобилизм, авторская фотография, авторские фотографии, агит, агитация, агитация ( историческая), агитация (историческая), актеры, актуальная история, алхимия, альтернативка про Гитлера, анархисты, анархия, аристократия, армия, армия танки, артиллерия, артисты, археология, архитектура, балет, белые, благотворительность, болезнь, броневики, бронепоезда, быт, быт. люди, вещи, видео, военная иситория, военная история, военная история. Первая мировая война, военная истрия, война, война в Афганистане, война в Корее, война в Чечне, война во Вьетнаме, вопрос, враги, всякая всячина, вторая мировая, выборы, выставки, геополитика, геральдика, герои, горо, города, города России, города СССР, города люди, гравюры, гражданская война, графика, даты, дворянство, демонстрации, деньги, деревня, дереыня, детвора, дети, детские игрушки, дипломатия, дирижабли, доброе, документы,

foto-history.livejournal.com

БЕЛОКУРАЯ ГНИДА РЕЙХА: mikle1 — LiveJournal

Ю.И. МУХИН разбирает написанную в годы Холодной войны книжку "Эрих Хартманн - белокурый рыцарь рейха" американцев Р.Ф. Толивера и Т.Д. Констебла. Оценка во многом предвзятая и часто выводы высосаны из пальца. Но ведь  и оцениваемая книга не лучше. Истина скорее всего посередине.

На фото: Адольф Галланд, Эрих Хартман и Герман Геринг.   "Если бы я не прочел ту гнусность, что написали американцы, то я бы и к Хартманну относился с огромным уважением, как отношусь к немцам - поверженным противникам наших отцов и дедов - с точки зрения их военных талантов и доблести. Но я прочел их писания дальше предисловия, и Хартманн предстал передо мною выдающимся трусливым бандитом.
                                    Итак, почему Хартманн был выдающимся летчиком?          
           Во-первых, он с самолетом составлял одно целое. Еще в детстве мать брала его в полеты, а в 14 лет он уже был планеристом. Он утверждал, что для него самолет, как автомобиль, в воздухе его голова не была занята мыслями об управлении самолетом - тело само им управляло.
          Во-вторых. Он имел уникальную и очень ценную для летчика особенность - сверхострое зрение. Советские тактические наставления требовали, чтобы в улетающей на боевое задание группе самолетов был хотя бы один летчик с таким зрением, поскольку, как это утверждал и сам Хартманн, первый увидел - наполовину победил. Японцы специально заставляли своих летчиков часами, до изнеможения тренировать глаза, и некоторые достигали совершенства: могли днем увидеть на небе звезды. А Хартманн острым зрением обладал от природы.
Вот эти два качества делали из него летчика, которого следует назвать выдающимся.
         Теперь перейдем к более сложному вопросу - о трусости. Рассмотрим ряд обстоятельств. Военная авиация существует для того, чтобы уничтожать наземного противника. Ее главные самолеты - бомбардировщики. Они выполняют главную задачу: обеспечивают победу в боях, которые ведут наземные войска. Истребители защищают свои бомбардировщики от истребителей противника и не дают вражеским бомбардировщикам бомбить свои войска - в этом их боевая задача.
Прочитав биографию Хартманна, который все время воевал только в 52-й эскадре (JG-52), приходишь к выводу, что как только он стал асом, то боевые задачи ему перестали давать. Как в отношении других асов - понять сложно. Возможно, это зависело от них самих: имеет мужество - выполняет боевую задачу, не имеет - просто свободно охотится.
Но кроме асов в этой эскадре были и, так сказать, простые летчики, которые вряд ли могли отказаться от выполнения боевой задачи - они летали сопровождать на бомбежку свои бомбардировщики, они атаковали советские бомбардировщики, которые бомбили немецкие войска. И они гибли в больших количествах. Вот, скажем, американцы пишут о боях под Кубанью: "Эрих летал очень часто. Каждый день гибли его товарищи. В тот же день, когда разбился Крушински, погибли еще 5 пилотов, или треть эскадрильи". Но бои под Кубанью длились не 3 дня, следовательно, "его товарищи" пополняли и пополняли эскадрилью и гибли, а "Эрих летал".
Во всей книге есть всего два момента, которые можно счесть за то, что Хартманну дали боевое задание, и в обоих эпизодах он уклонился от его исполнения.
В книге есть эпизод боев под Курском. Командир группы Храбак поставил Хартманну (командиру эскадрильи) задачу: "Основной прорыв здесь. Пикировщики Руделя зададут им жару. Защита пикировщиков и уничтожение русских истребителей является вашей главной задачей". Хартманн чихнул на "главную задачу" и даже не пытался ее исполнить. Он нашел штурмующие Ил-2, которые во время штурмовки рассыпают строй и становятся уязвимыми, незаметно подкрался к ним и атаковал. (И был сбит).
Во втором эпизоде перед ним поставили задачу не допустить бомбежки румынских нефтепромыслов американскими бомбардировщиками. Но те летели в плотном строю, и Хартманн струсил их атаковать. Он напал на истребители сопровождения, не заметившие его, летевшие с дополнительными подвесными баками. На второй день он опять струсил атаковать бомбардировщики, но и американские истребители были начеку и загнали его до прыжка с парашютом, о котором я упомянул выше.
Во всех остальных эпизодах книги Хартманн - свободный охотник и нападает только тогда, когда его безопасность более-менее гарантирована (о способе обеспечения этой безопасности - ниже).
Еще момент. На Западе немецкие истребители делали то, чего боялся Хартманн, - атаковали строи американских и английских бомбардировщиков. Так вот, Хартманна дважды пытались перевести на Запад, но он дважды от этого уклонялся, хотя и заявлял своим биографам, что ему "мысль, что бомбардировщики союзников летают над Германией днем и ночью, причиняла боль". Но ни эта "боль", ни то, что его родители и жена днем и ночью сидят в подвале под американскими бомбами, ни соблазн пересесть на реактивный истребитель, его, уже кавалера Рыцарского Креста с Дубовыми листьями, Мечами и Бриллиантами, не заставили поменять свой статус "свободного охотника" на Восточном фронте, на возможность сбивать бомбардировщики союзников над родным домом.
Отвлечемся на время от бомбардировщиков. Хартманн летал практически исключительно над территорией, занятой немецкими войсками. Немецкие источники утверждают, что был приказ не посылать асов за линию фронта, да это подтверждается и биографией - из 14 вынужденных посадок Хартманн только одну произвел на территории, занятой советскими войсками, и то - нечаянно. Факт того, что Хартманн летал только над своими войсками, в наших рассуждениях важен.
Вернемся к бомбардировщикам. Победы Хартманна заносились в его летную книжку с указанием даты и типа сбитого самолета. Но сохранилась только первая летная книжка с перечнем побед до 150-й. Вторую книжку с победами от 151 до 352-й якобы украли американцы, которые тщательно ограбили Хартманна (сняв с него в том числе и наручные часы), когда он после капитуляции полез сдаваться к ним в плен. Поэтому последние 202 его победы биографы восстановили по дневнику боевых действий эскадры JG-52, в которой служил ас. Число побед и в дневнике эскадры, и в летной книжке Хартманна приводится в его биографии и довольно интересна по двум причинам.
Анализ дневника боевых действий JG-52 наводит на разные мысли. В нем отмечались номера побед, даты, тип сбитого самолета и место его сбития. Но дневник - это документ штаба, данные из которого шли не доктору Геббельсу для пропаганды, а рейхсмаршалу Герингу для учета и оценки боевых возможностей ВВС РККА. Брехать в этих данных вряд ли было разрешено. Поэтому номера побед Хартманна, даты и места побед в дневнике боевых действий отмечены, а вот с типом сбитых Хартманном самолетов - проблемы.
Так, к примеру, Хартманн рассказал американцам байку о том, что в июле 1944 г. он, израсходовав всего 120 патронов, сбил подряд три штурмовика Ил-2, которые штурмовали позиции немецкой артиллерии, т.е. находились над немецкой территорией. И, наверное, эти Илы у него и были записаны в той летной книжечке, которую украли американцы, как 248, 249 и 250 сбитые самолеты.
Но в дневнике боевых действий JG-52 напротив номеров сбитых самолетов Хартманна 244-250 в графе "Тип" сбитого самолета одиноко стоит "Як-9". Мало того, против множества номеров "побед" Хартманна в графе "Тип" самолета вообще ничего не проставлено. Почему? Оплошность штабников? Что-то не верится, что они забыли Герингу сообщить тип сбитых самолетов, ведь в штабе Люфтваффе нужно знать, число каких именно самолетов уменьшилось в Красной Армии - бомбардировщиков или истребителей?
Объяснений такой оплошности американцы не дают, и поэтому причину этого надо отыскивать самим. Все апологеты немецких асов с пеной у рта уверяют, что факт сбития немецким асом самолета, который записан ему в летную книжку, тщательно проверялся и подтверждался. Цитировать очень длинно, поэтому я апологетам перескажу своими словами, как "проверялся" факт сбития Хартманном 301-го самолета.
24 августа 1944 г. Хартманн слетал утречком на охоту и, прилетев, сообщил, что у него уже не 290, а 296 побед над "иванами". Покушал и снова полетел. За этим полетом следили по радиоразговорам, и Эрих не подвел - он по радио наговорил еще 5 побед. Итого стало 301. Когда он сел, на аэродроме уже были цветы, флаги, гирлянда ему на шею (как у нас Стаханова из забоя встречали), а утром следующего дня его вызвал командир JG-52 и сообщил: "Поздравляю! Фюрер наградил тебя Бриллиантами". И ни малейшего намека на то, что кто-то пытался проверить эту байку о том, что он в один день и в двух боях сбил 11 самолетов. А в дневнике боевых действий за 24 августа в графе "Тип" сбитого самолета одиноко стоит "Аэрокобра". И все.
В связи с этим у меня возникает гипотеза. То, что 352 сбитых Хартманном самолета, это брехня, по-моему, уже всем должно быть ясно. В его летную книжку записывали все, что он придумает, или, в лучшем случае, те самолеты, по которым он стрелял и что зафиксировано фотопулеметом. Но точную цифру сбитых самолетов немцам-то ведь надо было знать!
Поэтому полагаю, что штаб JG-52 запрашивал у наземных войск подтверждения о сбитых самолетах (ведь Хартманн сбивал над своей территорией, и наземные войска могли это подтвердить). Если сбитие подтверждалось, то наземные войска могли подтвердить и тип сбитого самолета. Тогда сбитый самолет заносился в отдельный списочек, и этот списочек посылался в штаб Люфтваффе, а в дневнике боевых действий проставлялись типы самолетов. А если сбития заявленного самолета или его обломков никто не видел, то в графе "Тип" появлялся прочерк. Я не вижу другого логичного объяснения.
Конечно, могли быть накладки, скажем, подбитый самолет дотянул до своей территории, упал в глухом месте, пехота не смогла определить его тип и т.д. И, наверное, Хартманн сбил больше, чем проставлено в дневнике, но все же... В дневнике из заявленных Хартманном 202 сбитых советских и американских самолетов, типы самолетов проставлены всего лишь в 11 случаях! Правда, в одном случае тип самолета стоит во множественном числе - "Мустанги". Хартманн заявил их в этот день аж 5 штук. Даже если их все добавить, то будет 15. Не густо из 202 заявленных побед.
Но это не все, что из дневника боевых действий JG-52 можно выжать о Хартманне. Давайте представим себя на его месте и полетим вместо него вдоль линии фронта. Каких советских самолетов - бомбардировщиков или истребителей - мы встретим больше?
Хартманн попал на фронт в 1943 г., а с начала 1942 г. по 9 мая 1945 г. наша авиапромышленность произвела 44 тыс. истребителей и более 52 тыс. штурмовиков и бомбардировщиков. Получили от союзников около 11 тыс. истребителей и несколько более 3 тыс. бомбардировщиков. То есть в общем количестве ВВС СССР бомбардировщики составляли примерно 50%. Тут, конечно, есть нюансы, но они взаимоисключающие: бомбардировщики чаще сбивались, поэтому в реальном строю их в % должно быть меньше, чем построено; зато истребители в системе ПВО были рассредоточены по всей стране и на фронте их было меньше. То есть, мы не сильно ошибемся, если предположим, что на месте Хартманна при полете вдоль линии фронта каждый второй встреченный нами советский самолет должен быть штурмовиком или бомбардировщиком.
Более того, урон немцам наносили именно штурмовики и бомбардировщики, следовательно, нас не должно было бы удивить, если бы в списке тех самолетов, по которым стрелял белокурый рыцарь, защищая свой Рейх, бомбардировщики составили 80%. А истребители Хартманн сбивал бы только те, которые мешали бы ему сбивать бомбардировщики.
А что было на самом деле?
В дневнике боевых действий JG-52 в графе "Тип" сбитого самолета на все 202 "победы" Хартманна нет ни одного бомбардировщика. В его летной книжке из 150 внесенных туда самолетов бомбардировщики составили: Ил-2 - 5; Пе-2 - 4; А-20 "Бостон" - 1; По-2 - 2 машины. Итого 12 бомбардировщиков из 150, что составляет 8%. Не 80%, как полагалось бы иметь настоящему рыцарю, а всего 8!
Добавим к этому уже сказанное - немцы всех асов Восточного фронта забирали на Запад сбивать американские и английские бомбардировщики, но Хартманн дважды от этого ускользнул. Остается сделать вывод: Хартманн, как огня, боялся атаковать бомбардировщики!
Так может все немецкие асы-"охотники" были такими же "рыцарями", как и Хартманн? Не думаю, просто настоящие рыцари долго не жили, и записать на себя столько сбитых самолетов, сколько это сделал Хартманн, просто не успевали.
К примеру, Альфред Гриславски, у которого начинающий Хартманн был ведомым. Гриславски специализировался на сбивании наших Ил-2. Для этого ему надо было прорваться сквозь строй наших истребителей и, преследуемому ими, бросаться на пулеметы бортовых стрелков Ил-2. И Гриславски это делал. Он был множество раз ранен, его постоянно сбивали. В один день его сбили 4 раза, он выпрыгивал с парашютом или шел на вынужденную посадку, пехота привозила его на аэродром, он садился в новый самолет и снова летел драться. Наконец он получил тяжелое ранение и был списан со 133 победами.
Хартманн так воевать боялся!
И страх надоумил его на собственную тактику боя, которой он хвастается непрерывно. Он учит (выделено им):
"Если вы видите вражеский самолет, вы совсем не обязаны тут же бросаться на него и атаковать. Подождите и используйте все свои выгоды. Оцените, какой строй и какую тактику они используют. Оцените, имеется ли у противника отбившийся или неопытный пилот. Такого пилота всегда видно в воздухе. Сбейте ЕГО. Гораздо полезнее поджечь только одного, чем ввязываться в 20-минутную карусель, ничего не добившись. Все вражеские пилоты увидят сбитый самолет, что окажет серьезное психологическое воздействие".
Прокомментирую: психологическое воздействие - вещь двоякая - храбрые от этого придут в ярость.
Это его тактика означала следующее. Он, напоминаю, был отличный пилот с особо острым зрением и советские самолеты замечал с такого расстояния, когда они его увидеть не могли. Заметив, куда они идут и в каком строю, он на большой высоте занимал такую позицию, чтобы можно было напасть на истребители сопровождения сзади, незаметно для них. Затем на большой скорости делал маневр, сближался и бил по не увидевшему его истребителю. А так как с радиосвязью у нас дело обстояло неважно, то подвергшийся нападению летчик не всегда мог предупредить товарищей. Поэтому у Хартманна часто была возможность ударить еще по нескольким. Но как только они его замечали, он немедленно удирал, а наши истребители, привязанные к сопровождаемым бомбардировщикам, преследовать его не могли. А на большом удалении он снова, незаметно для наших, маневрировал и снова получал возможность удара. И всегда по истребителям! Ведь если прорываться к бомбардировщикам, то наши истребители его заметят и атакуют. Хартманн этого боялся: он как шакал, нападал только на отставших и только внезапно. Сохранить свою паскудную жизнь для него было самым главным.
Он считал, что изобрел магическую формулу войны:
"Эта магическая формула звучала так: "Увидел - решил - атаковал - оторвался". В более развернутом виде ее можно представить так: если ты увидел противника, реши, можно ли его атаковать, захватив врасплох; атакуй его; сразу после атаки отрывайся; отрывайся, если он заметил тебя до того, как ты нанес удар. Выжидай, чтобы атаковать противника в удобных условиях, не позволяй завлечь себя в маневренный бой с противником, который тебя видит".
Заметьте, ему даже не важно, какой силы противник, если он тебя видит - надо удирать. Хартманн, к примеру, хвастается таким боем. Он летел с ведомым у себя в тылу и на них напал одинокий Як. Хартманн уклонился от удара, и они вдвоем попытались Як сбить. Но тот пошел и один, и другой раз в лобовую атаку на белокурого рыцаря Рейха. Хартманн сначала уклонялся, а потом с ведомым попросту удрал, а когда Як, потеряв их из виду, пошел домой, они догнали его, подкрались и сбили. Ну спортсмен! Ну рыцарь! Ну джентльмен!
Представьте, что некий тип из-за угла глушит прохожих, а если оглушить не удается, то сразу же удирает. А потом заявляет, что так как он оглушил 352 человека, то является чемпионом мира по боксу и какие-то там Покрышкин с Кожедубом, у которых едва по 60 побед нокаутом на ринге, ему и в подметки не годятся.
У нас есть фильм "В бой идут одни старики" и в нем эпизод, когда немецкие летчики принимают вызов на поединок у советских. Авторы фильма не читали биографию Хартманна - у этой JG-52 и в мыслях не было не то что о поединке, а хотя бы о том, чтобы попытаться сразиться с летчиками какой-либо из наших гвардейских истребительных дивизий. Это были те еще "рыцари"!
Могут сказать, что все же Хартманн, пусть и трусливо-бандитским способом, но сбил очень много наших летчиков и не важно, как именно называется этот способ, ведь на войне важен результат. Это так. Но давайте задумаемся над результатом побед Хартманна.
Представим, что полк Ил-2 под прикрытием полка Ла-7 полетел штурмовать станцию разгрузки немецкой дивизии. А эскадрилья Хартманна с помощью своей "формулы" без потерь сбила у прикрытия 10 наших истребителей или пусть даже всех. Формально это достижение. А фактически? Полк штурмовиков на станции превратит в груды кровавого мяса полк немецкой пехоты. А то, что наши истребители понесли потери - так ведь война без потерь не бывает, а истребители и предназначены для того, чтобы своей ценой защитить бомбардировщики.
А вот если бы Хартманн, пусть и ценою потерь своей эскадрильи и, не трогая ни одного нашего истребителя, сбил все Ил-2, то полк немецкой пехоты был бы жив, а полк Ла-7 стал бы никому не нужен без бомбардировщиков.
Война ведь не спорт, тут нужна одна Победа на всех, а не голы, очки, секунды у каждого.
С какой стороны ни глянь - хоть с военной, хоть с моральной - не был Хартманн ни рыцарем, в полном смысле этого слова, ни спортсменом. Трусливый бандит, хотя и выдающийся. Не орел, а гриф-стервятник.
На этом можно было бы и закончить рассказ об этом рыцаре Рейха, если бы этот подонок не нагородил кучу мерзостей о нас и нашей армии. Его, видите ли, в плену после войны заставили работать, и эта тварь выплеснула тонны лжи на наших отцов. Поэтому и возникла у меня мысль рассмотреть еще один его подвиг - побег из советского плена.
Я дам очень длинную цитату из книги, описывающую пленение и побег рыцаря Рейха, и в ней выделю слова, которые попрошу вас отметить в памяти и оценить, почему Хартманн о них вспомнил? Ведь в той версии побега, что дает Хартманн, они лишние.
"Истребитель легко сел и со скрежетом пробороздил землю. Сейчас Эрих отсюда уберется. Он отстегнул парашют и приготовился покинуть исковерканную машину. Нагнувшись к приборной панели, он начал отвинчивать бортовые часы. Строгий приказ требовал, чтобы все пилоты, пережившие аварийную посадку, забирали с собой этот ценный прибор. Бортовых часов нехватало.
Сражаясь с заржавевшими винтами, держащими часы, Эрих почувствовал, как его оставляет напряжение боя. "Проклятье, Эрих. Ты сегодня даже не позавтракал". Он оборвал монолог, так как краем глаза уловил какое-то движение сквозь запыленное стекло. Показался немецкий грузовик. Он почувствовал облегчение. Он не знал, как далеко пролетел на запад до посадки на брюхо, но германский грузовик узнал безошибочно. О пилотах Люфтваффе, которые совершали посадку на русской территории, мало кто слышал снова. Он возобновил борьбу с часами и поднял голову только когда скрипнули тормоза. То, что он увидел, его перепугало.
Два огромных солдата, выпрыгнувшие из кузова грузовика, были одеты в странную форму. Германские пехотинцы носили серо-зеленые мундиры. Мундиры этих солдат были желто-серыми. Когда эти люди повернулись к разбившемуся истребителю, Эриха пробрал мороз, едва он увидел их лица. Это были азиаты.
Русские захватили германский грузовик и сейчас собирались прихватить и немецкого летчика. Эрих покрылся холодным потом, когда двое русских приблизились. Если он попытается бежать, они его пристрелят. Единственный выход - оставаться на месте. Он может притвориться раненым. Он попытается убедить их, что получил контузию во время вынужденной посадки.
Он притворился потерявшим сознание, когда русские вспрыгнули на крыло и заглянули в кабину. Один из них просунул ему руки под мышки и попытался вытащить Эриха наружу. От русских отвратительно воняло. Эрих вскрикнул, как от боли, и продолжал кричать и всхлипывать. Русский отпустил его.
Два человека о чем-то переговорили между собой, потом обратились к Эриху.
"Камрад, камрад. Война финиш. Гитлер капут. Не волнуйся".
"Я ранен, - простонал Белокурый Рыцарь, показывая правой рукой на живот. Потом он прижал к животу обе руки. Через прикрытые веки он увидел, что уловка удалась.
Русские осторожно помогли ему выбраться из кокпита. Эрих стонал и всхлипывал, как настоящий актер. Он опустился на землю, словно ноги не держали его. Русские побежали к грузовику, сняли старый навес и положили "раненого" пилота на сложенный брезент. Они потащили его в кузов, как кучу мокрого белья, и осторожно подняли в кузов.
Солдаты пытались заговорить с Эрихом и держались достаточно дружелюбно. Они торжествовали, так как эта ночь принесла им большую победу. Эрих продолжал постанывать и хвататься за живот. Встревоженные русские, которые не могли унять его боль, привезли его в свой штаб в соседнюю деревню.
Появился доктор. Он знал несколько немецких слов и попытался провести осмотр. От доктора пахло одеколоном. Каждый раз, когда он дотрагивался до Эриха, тот вскрикивал. Поверил даже доктор. Схватившие его солдаты принесли несколько яблок. Эрих сделал вид, что заставляет себя есть. Затем он снова вскрикнул, словно все его тело пронизала ужасная боль после того, как он проглотил несколько кусочков яблока.
Этот театр продолжался два часа. Затем те же самые два солдата положили его на брезент и понесли обратно к грузовику. Так как они направились на восток, дальше в русский тыл, Эрих понял, что ему нужно смываться. И как можно скорее. Иначе он проведет весь остаток войны в советском плену. Он оценил ситуацию. Грузовик уже проехал 2 мили вглубь русской территории. Один солдат сидел за рулем, второй находился в кузове, охраняя раненного немецкого пленного. Мысли Эриха мчались галопом. Но тут на западе показался характерный силуэт пикировщика Ju-87.
Немецкий пикировщик пролетел низко над землей. Грузовик затормозил и едва не свалился в канаву. Часовой в кузове испуганно уставился в небо. Тут Эрих вскочил на ноги и ударил его кулаком. Часовой ударился головой о кабину и рухнул на дно кузова.
Откинув задний борт, Эрих выпрыгнул в поле, заросшее высокими подсолнухами, по которому шла дорога. Как только он нырнул в заросли, скрип тормозов показал ему, что бегство замечено. Пригнувшись, он побежал дальше в поле. Эрих слышал треск винтовочных выстрелов и свист пуль над головой".
Тупые американцы заглотили эту байку, а мы давайте сэкономим время на обсуждении того, брехня это или нет. Зададимся вопросом - это брехня выдумана от начала до конца или канва у нее реальна?
Думаю, что рассказ точен за исключением некоторых деталей, которые мы попробуем выяснить. Ведь Хартманну пришлось рассказывать его сотни раз командирам и товарищам, и если бы он его выдумал полностью, то обязательно бы запутался.
Попутно отметим, что обязательным снаряжением немецкого летчика был пистолет, а летчики имеют сверхбыструю реакцию. Наших солдат было всего двое с винтовками - оружием, хорошим для боя на больших расстояниях. Пистолет Хартманна в этой ситуации имел преимущество: пулю большого останавливающего эффекта и скорострельность. Пока каждый из солдат сделал бы по выстрелу, Хартманн сделал бы по ним 8 выстрелов из своего "Вальтера". Но лицом к лицу с противником он не дерется, и к тому, что мы о нем уже знаем, этот эпизод ничего нового не добавил.
Теперь давайте подчистим мелкую брехню, которая прикрывает главную.
"Азиаты" с Хартманном говорят по-немецки?
Советские солдаты на третьем году войны называют фашистского летчика товарищем?!
Азиаты, как и русские (или русские, как и азиаты?), очень многие работы считают лишними, и их принцип - никогда не делать лишней работы. А здесь они кладут Хартманна на брезент и так грузят в кузов из человеколюбия к фашисту?
Давайте остановимся подробнее на этой операции. Грузят тело человека в кузов так. Берут его под мышки и тащат до борта, затем, захватив одной рукой под руку, а другой под промежность, рывком поднимают, чтобы он лег на пол кузова или на борт (если его лень открыть) центром тяжести (на живот), а после этого забрасывают в кузов его ноги. Готово!
Теперь посмотрите на технологию, предложенную Хартманном. Если человека положить на брезент и поднять за оба конца полотнища, то тело сложится и получится что-то вроде мешка с центром тяжести в самом низу. Как такой мешок поднять на платформу кузова? Это надо, как штангисту, руки с краем полотнища поднимать вверх, что страшно неудобно, а для азиатов, которые обычно ниже европейцев, и невозможно. Значит, одному надо лезть в кузов, становиться на колени и попытаться захватить свой край полотнища, встать с ним и потом практически самому (второму надо поддерживать свой край) втягивать тело в кузов. Чтобы азиаты (да и русские) делали такую дурную работу, требуются очень веские основания, а не те, о которых сказал Хартманн.
У человека около 5 литров крови, когда он ранен - она вытекает, одежда и руки, которыми он зажимает рану, окрашиваются кровью. У Хартманна крови не было, но все поверили, что он ранен?!
Чему поверил доктор, не видя ни крови, ни гематом? Или этот доктор за 2 года войны не видел симулянтов и поверил в какое-то необычное ранение? Хартманн кричал от боли, а доктор ему даже морфия не впрыснул?
Короче, вся эта байка с ранением и с тем, что в нее поверили, шита белыми нитками.
Но остается факт - солдаты, видя, что перед ними крепкий мускулистый мужик, не приняли никаких мер безопасности - не связали его. Да, он стонал и делал вид, что не держится на ногах. Но ведь без крови и следов контузии это должно было вызвать еще большее подозрение, тем более у "азиатов". Да они бы его связали по рукам и ногам и еще бы для верности стукнули прикладом по "тыкве". А вместо этого солдат оставался в кузове с Хартманном один на один. При езде в пустом кузове по проселкам ничего, в том числе и винтовку, держать в руках невозможно - ими нужно держаться за борта, чтобы тебя не бросало по кузову. Почему этот солдат и без оружия не боялся, что Хартманн на него нападет?
Не боятся только тогда, когда чувствуют свое огромное преимущество, но физического преимущества не было, а криками о боли "азиатов" (и именно их), повторяю, не обмануть. Остается одно - солдаты Хартманна презирали до такой степени, что потеряли осторожность и перестали бояться.
Все сомнения сводятся к одному вопросу - что Хартманн сделал такого, что вызвал презрение, превысившее чувство самосохранения? Валялся в ногах, плакал, унижался, кричал: "Гитлер капут, камрады"? Наверное, но вряд ли бы "азиаты" слишком поверили и этому.
Версию о том, что произошло, мне подсказал следующий факт. Во всей биографии Хартманна, он ни разу не затрагивает тему запаха, хотя был он в разных местах и в разных обстоятельствах. А в эпизоде своего плена он дважды вспоминает (спустя десятилетия) о запахах. Причем, если в первом случае, допустим, он просто хотел оскорбить солдат, то почему он держит в памяти, что от врача пахло не карболкой, а одеколоном?
Не знаю, прав ли я, но думаю, Хартманну вбились в голову запахи оттого, что на протяжении всего этого события его преследовал какой-то запах, о котором он и говорить не может, и забыть его не в состоянии. Не имея возможности говорить об этом запахе, он говорит о других.
Давайте сведем вместе такие обстоятельства:
- врач не оказывает никакой помощи ценному "языку", офицеру;
- солдаты таскают его на брезенте, вместо того, чтобы, подхватив под промежность, вбросить в кузов;
- его преследовал какой-то запах;
- о себе сказал, что его грузили "как кучу мокрого белья", хотя белье никогда на брезенте не носят, откуда эта ассоциация - "мокрого"?
- солдаты презирали его до потери чувства осторожности;
- он описывает всех как очень ласковых к нему - заклятому врагу - способ убедить всех в том, что к нему не было презрения;
- он зачем-то счел нужным вспомнить, что не завтракал.
Достаточно много вопросов, чтобы не попытаться объединить их одним ответом.
Он такой. Когда Хартманн неожиданно для себя увидел, что из грузовика выходят советские солдаты, то от страха укакался. Думаю, во фронтовых условиях это не столь уж редкое явление, хотя оно и не сильно украшает белокурого рыцаря Рейха. Во всяком случае надо признать, что и эта тевтонская хитрость ему удалась. Счастливчик!

http://www.duel.ru/199914/?14_6_1

mikle1.livejournal.com

Портрет лейтенанта люфтваффе Эриха Хартмана - фото

Главная » Люди » Служащие авиации » Немецкие авиаторы » Портрет лейтенанта люфтваффе Эриха Хартмана

Портрет лейтенанта люфтваффе Эриха Хартмана

31 января 2018 Добавил Pazifist Комментариев нет

Портрет командира 9-й эскадрильи 52-й истребительной эскадры (9./JG 52) люфтваффе лейтенанта Эриха Хартмана (Erich Hartmann, 1922 — 1993).

После обучения Хартман был направлен в 1942 г. в 52-ю эскадру на Восточный фронт. В последующее время он стал самым результативным асом Второй мировой войны — в 1525 боевых вылетах одержал 352 воздушные победы (из них 345 — над советскими летчиками). 8 мая 1945 г. сдался в плен американским войскам и вместе с другими военнопленными был передан частям Красной Армии. Из плена вернулся в ФРГ в 1955 г., с 1956 г. продолжил службу в качестве офицера ВВС ФРГ.

Фотография сделана, вероятно, в главной ставке Гитлера «Вольфшанце» в марте 1944 г. после награждения Хартмана Дубовыми листями к Рыцарскому кресту.

Категория: Немецкие авиаторы, Жизнь в тылу в Германии

Информация о фото

  • Время съемки: 1944
  • Автор: Вальтер Френц (Walter Frentz) (202)

Оригинал

Поделиться:

Похожие фотографии

Предыдущее фото  | Следующее фото

waralbum.ru

Когда 59 больше 352. Александр Покрышкин против Эриха Хартманна

Александр Покрышкин на параде Победы 24 июня 1945 года несёт знамя 1-го Украинского Фронта.

19 марта 1913 года родился трижды Герой Советского Союза Александр Покрышкин.

В советские годы имена лучших летчиков Великой Отечественной войны Александра Покрышкина и Ивана Кожедуба были известны каждому. В том, что «сталинские соколы» были куда круче «асов Геринга», сомнений не возникало — в конце концов, кто победил в войне?

Магия больших цифр: как асы люфтваффе поразили воображение россиян

Но в начале 1990-х в нашей стране стала публиковаться статистика лучших пилотов люфтваффе, которая, прямо сказать, шокировала — 104 немецких летчика имели на своем счету 100 и более сбитых самолетов противника.

Лучший ас Германии Эрих Хартманн записал на свой счет 352 сбитых самолета, из которых 347 были советскими.

У лучшего из представителей авиации союзников Ивана Кожедуба на счету «лишь» 64 победы. У Александра Покрышкина — 59, но и это число некоторые считают преувеличенным.

После распада СССР более чем на десятилетие полки книжных магазинов заполнили воспоминания немецких асов, которые пользовались большой популярностью у российской публики.

О Покрышкине, наводившем ужас на гитлеровцев, вспоминали разве что с усмешкой, считая его продуктом «сталинского агитпропа».

Трижды Герой Советского Союза, летчик, гвардии полковник Александр Иванович Покрышкин, 1945 г. © / РИА Новости

Борьба за господство в воздухе

Однако, почему же «ударный труд» гитлеровских асов не помог Германии?

«Завалили трупами» — любят писать некоторые обличители. Вот только проделать это в воздухе довольно трудно.

Такой грубоватый термин еще мог бы подойти к событиям 1941-1942 годов, когда потери советской авиации действительно были очень большими. Однако в 1943 году ВВС РККА выиграли борьбу за господство в воздухе, и уже не отдали его до конца войны.

Но ведь и Эрих Хартманн, согласно его статистике, большинство своих воздушных побед одержал во второй половине войны. Например, только за январь — февраль 1944 года он сбил 50 советских самолетов. Правда, на обстановку на фронте это почему-то не очень повлияло.

Самым результативным годом Александра Покрышкина стала 1943-й. В воздушной битве за Кубань он лично сбил 22 самолета противника, а затем пополнял свой счет во время наступления советских войск в Донбассе, в битве за Днепр, при блокировании гитлеровцев в Крыму.

Разные цели, разные задачи

Но почему статистика Хартманна значительно выше?

Здесь существует принципиальная разница в подходах. Большую часть летной карьеры Покрышкин занимался обеспечением деятельности наземных войск — прикрытием переправ, защитой советских бомбардировщиков, отражением нападений бомбардировочной авиации противника.

Эрих Хартманн на протяжении всей войны был «свободным охотником», который искал «жертв», не будучи плотно привязан к действиям наземных сил.

Подобная тактика в советских ВВС стала применяться только с середины войны, когда Покрышкин стал совершать значительно меньше вылетов. Причина простая — еще в марте 1944 года советский летчик был назначен командиром 16-го гвардейского истребительного авиаполка. А в июне 1944-го он принял командование 9-й гвардейской авиадивизией.

Для личного участия в боях возможностей почти не оставалось. Да это и не требовалось — от Покрышкина теперь нужны были навыки управления, а также обучения подчиненных.\
Лучший ас Германии Эрих Хартманн. Источник: Public Domain

Лучший немецкий ас пал с небес 14 раз

Хартманн летал до последних дней войны, совершив в итоге 1404 боевых вылета, в которых провел 802 воздушных боя. Личная статистика Покрышкина — 650 боевых вылетов, 159 боев.

Если посмотреть на такой показатель, как коэффициент эффективности, то окажется, что у Хартманна он равен 0,43 сбитых самолета за один воздушный бой, а у Покрышкина — 0,37. Преимущество на стороне гитлеровца, но оно уже не поражает воображение.

Можно поговорить и о поражениях. Советский ас, воевавший с 1941 года, не был сбит ни разу (по другим данным такое случалось дважды), а Хартманн потерял 14 самолетов. Правда, сам он утверждал, что вынужден был спасаться на парашюте из-за осколков сбитых им же самолетов противника, но пусть это останется на совести самого Хартманна.

Казалось, сама логика войны вела двух асов ко встрече друг с другом. Но на самом деле ее не было и быть не могло.

Победитель сильнейших и охотник на слабейших

Александр Покрышкин так излагал свою тактику ведения боя: «Определить сильнейшего во вражеской группе. И наносить удар по нему, невзирая на риск. Это дезориентирует остальных».

Вот что писали о Покрышкине фронтовые корреспонденты Малышко и Верхолетов в очерке «Хозяин неба — Александр Покрышкин»: «Все огневые точки на машине Покрышкина были переведены на одну гашетку. Вчетвером против 50, втроем против 23, в одиночку против 8 вступал в бой Покрышкин. И никогда не знал поражений. Притом в каждой схватке он брал на себя самое опасное — атаку ведущего немецких групп».

Драться с равным и даже превосходящим противником для Покрышкина была нормой. А вот принять такой бой хватало духа не у каждого.

А что же Хартманн? Вот как он описывал свою тактику: «Если вы видите вражеский самолёт, вы совсем не обязаны тут же бросаться на него и атаковать. Подождите и используйте все свои выгоды. Оцените, какой строй и какую тактику использует враг. Оцените, имеется ли у противника отбившийся или неопытный пилот. Такого пилота всегда видно в воздухе. Сбейте именно его. Гораздо полезнее поджечь только одного, чем ввязываться в 20-минутную карусель, ничего не добившись».

Самый результативный немецкий ас откровенно говорил, что в «собачьей свалке», то есть ближнем бою большого количества самолетов, участвовать не желает. Противостояние с истребителями противника Хартманн полагал пустой тратой времени. Он избегал даже атак на бомбардировщики, следующие на задание под плотным прикрытием.

Таким образом, Эрих Хартманн атаковал лишь откровенно слабо подготовленных пилотов, либо самолеты, которые заведомо не могли оказать ему достойного сопротивления. Это не воин, а самый настоящий стервятник.

Разумеется, такой стиль исключал встречу в небе с Покрышкиным. Но и добыть общую победу в войне таким путем было решительно невозможно. Пока «асы Геринга» пополняли личные счета, советская авиация обеспечивала приближение армий Жукова и Рокоссовского к столице Третьего Рейха. Окончательный итог всем известен.

 

Памятник Покрышкину в Новосибирске

http://www.aif.ru/society/history/kogda_59_bolshe_352_aleksandr_pokryshkin_protiv_eriha_hartmanna?utm_source=infox.sg

kykyryzo.ru

Эрих Хартманн | REIBERT.info

1. Эрих Хартманн совершил всего 800 боевых вылетов.
Хартманн за годы войны совершил около 1400 боевых вылетов. Цифра 800 — это количество воздушных боев. Между прочим, получается, что Хартманн ОДИН совершил в 2,5 раза больше вылетов, чем ВСЯ ЭСКАДРИЛЬЯ «Нормандия-Неман» вместе взятая. Это характеризует напряженность действий немецких пилотов на Восточном Фронте. В книге не раз подчеркивается: 3-4 вылета в день были нормой. А если Хартманн провел в 6 раз больше воздушных боев, чем Кожедуб, то почему он не может, соответственно, и сбить в 6 раз больше самолетов? Между прочим, другой кавалер Бриллиантов, Ханс-Ульрих Рудель за годы войны совершил более 2500 боевых вылетов.

2. Немцы фиксировали победы с помощью фотопулемета.
Требовались подтверждения свидетелей — пилотов, участвовавших в бою, или наземных наблюдателей. В этой книге вы увидите, как пилоты дожидались по неделе и больше подтверждения своих побед. Что же тогда делать с несчастными летчиками авианосной авиации? Какие там наземные наблюдатели? Они вообще за всю войну ни одного самолета не сбили.

3. Немцы фиксировали «попадания», а не «победы».
Здесь мы сталкиваемся с очередным вариантом недобросовестного кратного перевода. Немецкий — английский — русский. Здесь может запутаться и добросовестный переводчик, а для подлога вообще простор. Выражение «claim hit» не [5] имеет ничего общего с выражением «claim victory». Первое употреблялось в бомбардировочной авиации, где редко можно было сказать более определенно. Пилоты-истребители им не пользовались. Они говорили только о победах или сбитых самолетах.

4. Хартманн имеет только 150 подтвержденных побед, остальные известны только с его слов.
Это, к сожалению, пример прямого подлога, потому что человек имел в своем распоряжении эту книгу, но предпочел прочитать ее по-своему и выкинуть все, что ему не понравилось. Сохранилась первая летная книжка Хартманна, в которой зафиксированы ПЕРВЫЕ 150 побед. Вторая пропала при его аресте. Мало ли, что ее видели, и заполнял ее штаб эскадры, а не Хартманн. Ну нет ее — и все! Как пакта Молотова-Риббентропа. А значит, с 13 декабря 1943 Эрих Хартманн не сбил ни одного самолета. Интересный вывод, не так ли?

5. Немецкие асы просто не могли сбивать столько самолетов за один вылет.
Очень даже могли. Прочитайте внимательнее описание атак Хартманна. Сначала наносится удар по группе истребителей прикрытия, потом по группе бомбардировщиков, а если повезет — то и по группе зачистки. То есть, за один заход ему на прицел поочередно попадали 6-10 самолетов. И сбивал он далеко не всех.

6. Нельзя парой выстрелов уничтожить наш самолет.
А кто сказал, что парой? Вот описание бегства из Крыма. Немцы вывозят в фюзеляжах своих истребителей техников и механиков, но при этом не снимают крыльевые контейнеры с 30-мм пушками. Долго ли продержится истребитель под огнем 3 пушек? Одновременно это показывает, до какой степени они презирали наши самолеты. Ведь ясно, что с 2 контейнерами под крыльями Ме-109 летал чуть лучше полена.

7. Немцы поочередно обстреливали один самолет и каждый записывал его на свой счет.
Просто без комментариев.

8. Немцы бросили на Восточный Фронт элитные истребительные части, чтобы захватить господство в воздухе.
Да не было у немцев элитных истребительных подразделений, кроме созданной в самом конце войны реактивной эскадрильи Галланда JV-44. Все остальные эскадры и группы были самыми обычными фронтовыми соединениями. Никаких там «Бубновых Тузов» и прочей ерунды. Просто у немцев многие соединения, кроме номера, имели еще и имя собственное. Так что все эти «Рихтгофены», «Грайфы», «Кондоры», «Иммельманы», даже «Грюн Херц» — это рядовые эскадры. Обратите внимание, сколько блестящих асов служило в заурядной безымянной JG-52.

Нажмите, чтобы раскрыть...

reibert.info

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *