Содержание

дата, хронология событий и исторические факты. "Атака мертвецов"

Оборона Осовца – одна из важных страниц в отечественной военной истории. Русские воины начали защиту места 21 сентября 14-ого года. Практически любой современный человек знает о героизме защитников Брестской крепости, но вот почему-то Осовец известен гораздо меньше, хотя его защитники положили свои жизни и проявили героизм не меньший, стремясь отстоять свободу и защитить Родину. Впрочем, современников история Осовца потрясла очень сильно, поэтому из воспоминаний и мемуаров, трудов историков, занимавшихся теми днями, можно достаточно детально восстановить события значимого военного момента.

О чем идет речь?

Оборона Осовца – это этап Первой мировой. Благодаря силе, верности, несгибаемости защитников крепость была славна на всю империю. Ее возвели, дабы защитить коридор Вислы, Немана. Значимость этого участка нельзя недооценить, именно тут можно было пройти с минимальными временными затратами вглубь Российской Империи, двигаясь с востока Пруссии. Не представлялось возможным обойти этот защитный пункт. Его поставили на речных берегах Бобры, дабы держать округу под четким неусыпным контролем. Крепость была окружена непреодолимыми болотами. Единственной слабостью, как оказалось позднее, была непродуманная численность гарнизона. Чтобы защищать Осовец, направили несколько полков.

Позднее, когда началась атака, записанная в анналах нашей истории, защитники сложили песню, в которой кратко, но очень ярко описали место своего обитания. Особенный акцент в этом народном творении сделали на страшные окружающие болота, в которые не рисковал сунуться никакой враг. Сам Осовец его защитники называли крепостью «на краю мира».

Герои и не только

В наши дни мало кто помнит о перипетиях обороны Осовца, но еще меньшее число людей может припомнить, чем была известна Новогеоргиевская крепость. Некоторое время она была истинной гордостью нашей державы – огромное, безупречно укрепленное здание, поистине грандиозное для своих дней. Эту крепость считали едва ли не самой сильной на европейских территориях. Казалось, враг ее не сможет взять, какие бы усилия ни прикладывал. Гарнизон составлял почти 100 тысяч воинов, на которых приходилась тысяча орудий. Такая крепость поистине была неприступной. Немцы осадили этот словно бы неподвластный им участок, и всего лишь через десять суток уже праздновали победу. Генерал, ответственный за охрану, переметнулся на сторону врага и уже из его стана отправил распоряжение капитулировать. Более двух тысяч офицеров сдались на милость врага. Генералов, участвовавших в этом позорном событии отечественной военной истории, было 23 человека. Враг получил невероятно сильную, укрепленную, роскошную крепость в свое полное распоряжение в идеальном состоянии, а вместе с тем – обилие артиллерии и боезапасов.

Как говорят историки, из всех моментов военной истории этот – один из самых постыдных. Еще за несколько месяцев до осады гарнизон разложился. Единственной темой для разговоров было обсуждение момента, когда генерал предаст подчиненных. Что удивительно: ставка Великого князя игнорировала происходящее. Впрочем, совсем не так сложилась впоследствии оборона Осовца.

Неповторимый и важный

Из описанного выше ясно, что значение других укреплений на сходном участке фронта неизмеримо возросло. Особенно значимым морально стал Осовец. Первый месяц крепость оборонялась под контролем Шульмана. В самом начале 1915-го года ему на смену прибыл Бржозовский. Последующие исследования событий того времени показывают: оба этих военных безупречно исполнили обязательства, возложенные на них чином и случаем. Среди офицеров имя, более всего известное историкам – Хмельков. В боевых действиях он показал свою смелость, храбрость и разумность, отражая нападение врага. Хмельков отвечал за оборону крепости. Дважды получил контузию, стал жертвой ядовитого газа. Как считают многие, именно благодаря Хмелькову о крепости, в которой он служил, будут помнить долгие столетия. В период советской власти ему довелось проявить себя в качестве военного инженера. В 39-м наркомат постановил издать книгу, посвященную обороне крепости Осовец.

Стоит признать, на тот момент многие молодые военнослужащие или вообще не знали об этом событии в истории своей страны, или имели смутное представление о происходившем ранее. Книга позволила донести до широких масс правду о мужестве защитников Отечества. Считается, что народная песня, сочиненная защитниками укреплений, дошла до наших дней только благодаря этой книге и самому Хмелькову.

Как все началось

От Осовца до прусской границы насчитывалось 23,5 км. Едва стало известно о войне, гарнизон понял: враг скоро будет рядом. Уже в сентябре 40 батальонов показались в пределах видимости. Количество наступающей армии было сравнимо с той, что увидели на подступах к дому обитатели Новогеоргиевска.

Оборона крепости Осовец началась с четкого осознания невероятного численного перевеса нападающих. Роты защитников Отчества в скором времени оттеснили на достаточное расстояние, чтобы можно было начинать артиллерийский обстрел. Власти противника отправили из Кенигсберга шесть десятков орудий калибром до 203 мм.

Двое суток непрекращающегося обстрела позволили нападающим решить, что защитники в шоке, а значит, сопротивляться не смогут. Начался новый штурм, завершившийся отступлением под огнем артиллерии защитников. На следующий день немцы снова удивились: пехота, которую должны были деморализовать первичное нападение и численная доминация, начала контратаку с фланга. Нападающие отступили, отвели артиллерию. Командующие операцией немецкие чины поняли: просто так крепость не сдастся.

Народ и царь

Оборона крепости Осовец в Первую мировую войну давалась защитникам непросто, да и со стороны было понятно: риски велики. Это не помешало царствующей персоне лично направиться в укрепления, дабы поддержать моральный дух армии. Военные встретили его восторженными криками. Комендант, как известно из дошедших источников, растерялся, слишком опасаясь за жизнь царственной персоны, явившей себя на передовой. Царь направился в форт, затем в церковь, ранее поврежденную при обстреле, перекрестился у иконы, которую сам же и подарил храму в 97-ом. Священник, с которым побеседовал император, сказал, что страшного ничего не было, лишь заскучать пришлось, когда снаряды начали падать вблизи церкви – тогда святой отец перешел в храм.

Оборона крепости Осовец в Первую Мировую войну, как показалось царю, будет успешной. Довольный увиденной картиной, монарх отбыл. Как вспоминают современники, у царя была привычка лично посещать важные для отечественной военной истории точки в преддверие особенно значимых событий. Сходная ситуация сложилась, когда враги атаковали Саракамыш: царь появился перед бойцами, дал им моральные силы, и местность, прежде никому не известная, записала свое имя в легенды. Осовец пережил похожие перипетии судьбы.

Попытка номер два

Первичное нападение на российскую крепость не дало желаемого результата, поэтому враг удалился для размышлений и построения планов, соответствующих положению дел. Необходимо было дождаться, когда мороз прихватит болота, реку. Впрочем, выбора у наступающих просто не было: за укреплениями начиналась дорога к Минску и Гродно. Альтернатив не существовало. Основная оборона крепости Осовец в Первую мировую началась в первый месяц 15-го года. Первый штурм пришелся на 3 февраля. В течение пяти суток, располагая лишь мелкими окопами, доблестные защитники не давали врагу пройти, хотя укрепления не обеспечивали совершенно никакой защиты от крупнокалиберных орудий, используемых противником.

Последний резерв, вышедший на героическую оборону крепости Осовец – комендант, командовавший укреплением. Бржозовский привел с собой все штабные чины. К этому моменту рядовые были без сил, измученные несовместимыми с жизнью условиями. Крепостную пехоту решили вывести на вторую линию защиты. Ответственность за мероприятие взял на себя командующий крепостным гарнизоном.

Передвижение сил

Если говорить кратко, оборона крепости Осовец и при первой, и при второй попытке немцев имела сходный сюжет: пехота отступала, враг переводил орудия в зону выстрела, начинался обстрел.

При анализе происходивших тогда действий стоит упомянуть: крепость возводили в период, когда авиации, тем более боевой, не было в принципе. Соответственно, не было никакой маскировки для взгляда сверху, все форты можно было осмотреть и зафиксировать их особенности, положения.

На солнце сверкали наполненной водою рвы, бруствера создавались с идеально правильными поверхностями, казарменные стены были покрыты маслянистой краской. Враг мог в деталях восстановить, какова крепость изнутри. Не составляло труда определить, где ее слабые точки, дабы нанести удар именно сюда.

Еще одной слабой стороной, сыгравшей роковую роль в год обороны крепости Осовец, было состояние орудий, положение оборудования. Всего гарнизон располагал 18-ю батареями, из которых укрытие имели лишь четыре. Сопровождавшие выстрелы вспышки позволяли нападающим без труда уточнить, откуда ведется стрельба.

Есть ли шанс?

Как считают многие, русские войска всегда имели слабую подготовку, располагали плохим оружием, боеприпасами. Если бы это было абсолютной правдой, вероятно, хроника обороны крепости Осовец в Первую мировую была бы кардинально другой. Впоследствии аналитики, восстанавливая события эпохи, посчитали: враг имел артиллерию, подготовленную значительно хуже российской. Между прочим, и в те времена бытовало мнение, что у нас самые лучшие пехотинцы, а вот все прочее отстает от иностранцев. Как показала практика, в Осовце отечественные артиллеристы показывали лучшую выучку и подготовку в сравнении с вражескими. Во многом, как считают исследователи, сыграли свою роль традиции и воспитание.

Новые дни – новые возможности

В феврале 14-ого немцам казалось, что до личного ознакомления с итогами обороны крепости Осовец рукой подать. Начальство выслало на поддержку наступающим специальные сверхтяжелые орудия, пушки калибром 420 мм. Во всем мире такая техника не имела себе аналогов по мощности и качеству. В сравнении с прежними 203 мм новые казались настоящими гигантами. Один снаряд такой пушки весил 800 кг. После его взрыва оставалась пятиметровая в глубину воронка, диаметр которой достигал 15 м. Вместе с ними на помощь нападающим пришли пушки калибром 305 мм, дававшие залп из 360 единиц. Технические ресурсы позволяли повторять такие залпы каждые четыре минуты. Немцы привлекли аэропланы, с которых также осуществлялась бомбежка защитников укреплений.

Изначально считалось, что интенсивной суточной бомбардировки будет достаточно, чтобы защитники сложили оружие. Максимальный расчет включал два дня сопротивления. Генштаб просил защитников выдержать 48 часов, впрочем, не допуская, что это окажется реализуемым. Поверить в то, что укрепления простоят еще полгода, не мог бы никто. Лишь ретроспективно, подсчитав все дни и часы, исследователи поняли: оборона крепости Осовец завершилась через 190 суток после старта осадных мероприятий.

Страшные дни

Позднее Хмельков поведает в своих воспоминаниях, как выглядели первые дни насыщенного обстрела, стартовавшего 25 февраля. 27-28 числа обстрел стал ураганным. Попытка разгромить не прекращалась до третьего марта. Всего, как прикинул позднее Хмельков, враг выпустил до 250 000 тяжелых снарядов. Суммарно взрывчатая сила всего этого боезапаса составляла ту, что вся армия Империи потратила на фронте за несколько месяцев. Центром всего этого ужаса оказалась небольшая крепость, затерянная в болотах и оберегаемая малочисленным гарнизоном.

Из воспоминаний можно узнать, что кирпичные части внутренних укреплений запросто рассыпались, а все деревянные занимались огнем. Бетонные были слабы, шли трещинами, в стенах появлялись отколы. Воронки испортили шоссе, окопы были стерты, связь нарушена. Густота попаданий оказалась столь велика, что площадки словно бы кто-то взрыл. Форты разрушились, ничего живого в этих местах сохраниться не могло. По крайней мере, так решили немцы, пока внезапно в ответ не получили залп пары пушек, привезенных ранее из Кронштадта. Разведчики противника не заметили эти орудия, за что нападающие хорошо поплатились. Первым же выстрелом уничтожили одно из крупнейших орудий наступающих, второе попало в еще одну пушку. Третий выстрел лишил немцев боезапаса.

Разум и чувства

Такой поворот, как можно узнать из истории обороны крепости Осовец, ошеломил противника. Самым разумным было бы направить оставшуюся дорогостоящую технику на безопасное удаление, откуда продолжить обстрел, но вместо этого орудия сдвинули в тыл. В тот момент защитники крепости не располагали объектами, которые бы не рухнули при попадании снарядов, какими стреляли немцы. Всего десяток-другой удачных выстрелов – и крепость была бы разрушена. Вместо этого нападающие отвели свою самую перспективную силу и больше не пользовались ею в попытке взять Осовец.

Вторая оборонная крепостная линия находилась вне Осовца. Здесь пехота держалась крепко, нападавшие не смогли одержать победу. Из воспоминаний переживших те страшные времена можно узнать, что люди настолько привыкли ко взрывам, что могли спать под их звуки. Усталость воинов была неизмерима, слишком много сил они положили на укрепление защищаемого объекта и непосредственно бои.

Как известно из хроник обороны крепости Осовец в Первой мировой, гусары, артиллеристы, пехота вложили свой немалый вклад в защиту этого места. Позднее подсчитали: на территории крепости осталось 30 000 воронок от вражеских снарядов. Сотни тысяч упали в реки, окружавшие укрепления болота. Казалось, если защитники не погибнут от попадания снаряда, контузия наверняка выведет из строя выживших, а если и не она, то шоковое состояние. Известно, что тогда написали множество докладных, посвященных бесперспективности защиты крепости – только вот простые люди о них не знали, поэтому стояли не на жизнь, а на смерть.

«Атака мертвецов»

В обороне Осовца эта страница, пожалуй, по справедливости считается самой известной. Весной 15-го стартовало крупномасштабное наступление, фронт прорвали у прибалтов, затем сходное произошло в Галиции. Для армии в целом ситуация оценивалась как катастрофическая. Осовец, однако, сопротивлялся. Защитники верили в свои силы, злились на нападающих. Третий штурм начался в последний летний месяц, 6 числа. Он прославил эти укрепления больше всего случившегося ранее. Из архивов известно, что немцы в течение десяти дней выжидали подходящей погоды. В их распоряжении было несколько тысяч наполненных ядовитым газом емкостей. Рано утром в направлении русской крепости начал распространяться зеленый туман, наполненный бромными взвесями и соединениями хлора. Около десяти минут оказалось достаточно, чтобы ядовитый газ добрался до укреплений. Высота волны достигала 15 метров, ширина – 8 км. В крепости не было ни одного противогаза.

Из воспоминаний Хмелькова можно узнать, что все находившееся на открытом воздухе погибло мгновенно. Сам командир защиты тоже пострадал от яда. Зелень в крепости и вокруг нее погибла, трава почернела, медные предметы окислились. Еда, не упакованная герметически, поглотила яд и стала непригодной для использования.

Страшные истории в военных анналах

Позднее Буняковский писал в своих работах про атаку мертвецов при обороне крепости Осовец, начиная все с описания того зловещего утра газового нападения. Было холодно, царил туман, ветер дул с севера, средний по силе. Порядка половины защитников погибли мгновенно. Наполовину отравленные пытались выбраться из опасного участка, но жажда вынуждала клониться к воде, где скапливались газы, и вторичное отравление несло за собой мучительную смерть. К моменту, когда нападавшие подошли к позиции, выживших русских было не более двух сотен. Из Заречного форта на подмогу отправили три роты, но каждый третий скончался по пути к месту назначения. Прошло соврем немного времени, и атакующие выпустили красные ракеты, начали обстрел позиций российских воинов.

9, 10, 11 роты скончались мгновенно, полностью. Из 12 выжило лишь четыре десятка человек, располагавших одним пулеметом. Бялогронду прежде защищали три роты; из них выжило около 60 человек. Суммарно – не более двух сотен. Этим людям предстояло скорое сражение с восьмой армией наступающих. Около семи тысяч наступающих пошли следом за газовой волной. Атаки не планировалось: предполагалось, выживших не будет. Задачей армейцев было зачистить территорию.

Как это выглядело

Атака мертвецов при обороне крепости Осовец была неожиданной для немецких военных. Из ядовитого тумана навстречу атакующим вышли полумертвые русские воины, задыхающиеся, обмотанные тряпками, выплевывающие вместе с воздухом легкие при кашле. Они настолько испугали свои видом вышедших на зачистку, что те даже не попытались вступить в бой, а лишь развернулись и бросились убегать, затаптывая насмерть своих же соратников. Им вслед из батарей начала стрелять артиллерия. Несколько десятков умирающих человек выстояли против трех полков пехоты и обратили их в бегство – такого примера военная история всего мира на тот момент еще не знала.

Сегодня уже не выяснить, кто назвал это «атакой мертвецов», но словосочетание стало известно всему миру. О беспримерном мужестве и стойкости воинов писали газеты всех стран. Нападающие начали понимать: Осовец не взять.

Чем все закончилось

Как бы ни был велик героизм воинов, начальство четко осознавало: смысла оборонять крепость нет. Выживших эвакуировали. Мероприятия начали 18 августа. Ополченцы, артиллеристы отводили пушки на себе – лошадей было слишком мало. Чтобы скрыть отсутствие пехоты, две роты, обслуживая четыре пушки, беспрестанно обстреливали противника. К семи вечера саперы запустили запалы и взорвали крепость, в которую нападающие осмелились зайти лишь через два дня.

fb.ru

Легенда крепости Осовец. Подлинная история «атаки мертвецов» | История | Общество

Война, не ставшая Отечественной

Первая мировая война не занимает в отечественной истории места, подобного месту Великой Отечественной войны 1941–1945 годов или Отечественной войны 1812 года.

Несмотря на то, что царское правительство пыталось именно этому военному конфликту дать название «Великая Отечественная война», данный термин не прижился.

Если войны 1812 и 1941–1945 годов однозначно воспринимались как национально-освободительные, то цели и задачи конфликта, начавшегося в 1914 году, большинству населения России были не близки и не очень понятны. И чем дальше шла Первая мировая война, тем меньше было желания воевать за абстрактные «Босфор и Дарданеллы».

Сегодняшние попытки на самом высоком уровне переписать историю, придав российскому участию в Первой мировой войне большее значение, являются таким же искажением исторической действительности, как учреждение новых национальных праздников, не имеющих за собой никаких традиций.

Но кто бы как бы ни относился к целям и задачам войны 1914–1918 годов, нельзя не признать, что она оставила в истории немало примеров мужества и стойкости русских солдат.

Одним из таких примеров стала «атака мертвецов» при обороне крепости Осовец 6 августа 1915 года.

Кость в германском горле

Крепость Осовец, расположенная в 50 километрах от города Белосток, ныне принадлежащего Польше, была основана в 1795 году, после вхождения польских территорий в состав Российской империи. Крепость строилась с целью обороны коридора между реками Неман и Висла – Нарев – Буг, с важнейшими стратегическими направлениями Петербург – Берлин и Петербург – Вена.

Строительство различных фортификационных сооружений в самой крепости и вокруг неё велось более ста лет. Первые же боевые действия в истории Осовца начались в сентябре 1914, когда к ней подступили части 8-й германской армии.

Немцы имели многократный численный перевес, смогли подтянуть тяжёлую артиллерию, однако штурм был отбит.

Крепость имела важнейшее стратегическое значение — она являлась одним из центров обороны так называемого «Польского мешка», выступающей глубоко на запад и уязвимой с северного и южного флангов территории Царства Польского.

Осовец невозможно было обойти — на север и на юг от крепости располагались непроходимые болота, и единственной возможностью для германского командования продвинуться дальше на этом направлении было взять её.

Крепость Осовец, 1915 г. Фото: Public Domain

Крепость разрушали «Большими Бертами»

3 февраля 1915 года начался второй штурм крепости Осовец. После шести дней боёв германским подразделениям удалось занять первый рубеж русской обороны. Это позволило в полной мере использовать тяжёлую немецкую артиллерию. К крепости были переброшены осадные орудия, включая мортиры «Шкода» калибром 305 мм, а также «Большие Берты» калибром 420 мм.

Ход боевых действий на Сосненской позиции (6 августа) 1915 года. Фото: Commons.wikimedia.org

Всего за одну неделю обстрела по крепости было выпущено около 250 тысяч снарядов крупного калибра. Свидетели обстрелов рассказывали, что Осовец был окутан дымом, из которого вырывались страшные языки пламени, а земля ходила ходуном.

Генеральный штаб русской армии, зная о больших разрушениях, пожарах и тяжёлых потерях среди личного состава, поставил перед частями, оборонявшими Осовец, задачу продержаться в течение 48 часов. Русские подразделения смогли не только выстоять двое суток, но и отбить штурм.

В июле 1915 года началось новое масштабное наступление германской армии, частью которого стал третий штурм Осовца.

Газовая атака

Не полагаясь более на мощь крепостных орудий, германское командование решило использовать боевые отравляющие вещества, первое применение которых состоялось на Западном фронте на реке Ипр в апреле 1915 года.

На германских позициях под Осовцом было развёрнуто 30 газобаллонных батарей, которые в 4 часа утра 6 августа 1915 года, дождавшись попутного ветра, начали выпуск хлора.

Газ в итоге проник на общую глубину до 20 км, сохраняя поражающее действие на глубину до 12 км и до 12 метров по высоте.

Никаких эффективных средств защиты от газа у русских частей не было. В результате 226-й Землянский полк, державший оборону на направлении главного удара, понёс тяжёлые потери. 9-я, 10-я и 11-я роты были выведены из строя полностью, в остальных держать оборону могли по несколько десятков человек. Русские артиллеристы, также попавшие под газовую волну, не могли вести огонь. Всего выбыли из строя до 1600 человек, оборонявших крепость, остальные получили менее тяжёлую степень отравления.

Вслед за газовой атакой начался обстрел со стороны германской артиллерии, причём часть снарядов также имела химический заряд. За этим началось наступление германской пехоты, в котором участвовало в общей сложности до 7000 человек.

Подвиг подпоручика Котлинского

Немцы с лёгкостью заняли две первых линии обороны, которые совершенно обезлюдели, и продвигались дальше.

Нависла угроза захвата противником Рудского моста, что означало бы рассечение всей русской обороны и последующее неизбежное падение Осовца.

Генерал-лейтенант Николай Александрович Бржозовский. Фото: Public Domain

Комендант крепости генерал-лейтенант Николай Бржозовский отдал приказ контратаковать противника в штыки «всем, чем можно».

Контратаку возглавил командир 13-й роты Землянского полка подпоручик Владимир Котлинский. Вместе с остатками своей роты он повёл за собой живых бойцов 8-й, 12-й рот, а также 14-й роты, наименее пострадавшей от газа.

Это было ужасающее зрелище: в штыковую атаку шли люди с химическими ожогами на лицах земляного цвета, обмотанные тряпками (единственное русское средство защиты от газа), харкающие кровью и вместо криков «ура» издающие страшные, нечеловеческие хрипы.

Несколько десятков умирающих русских солдат обратили в бегство германскую пехоту. В ходе боя за первую и вторую линии укреплений был смертельно ранен подпоручик Котлинский. Несмотря на это, к восьми часам немецкий прорыв был ликвидирован полностью. К 11 часам стало ясно, что штурм отбит.

Всё дело в кавычках

Впервые термин «атака мертвецов» был введён в оборот в 1939 году военным инженером-фортификатором Сергеем Александровичем Хмельковым в работе «Борьба за Осовец». Хмельков, к моменту написания этой работы являвшийся одним из руководителей Военно-инженерной академии РККА, в 1915 году лично сражался под Осовцом и получил отравление во время газовой атаки.

«13-я и 8-я роты, потеряв до 50% отравленными, развернулись по обе стороны железной дороги и начали наступление; 13-я рота, встретив части 18-го ландверного полка, с криком «ура» бросилась в штыки. Эта атака «мертвецов», как передаёт очевидец боя, настолько поразила немцев, что они не приняли боя и бросились назад, много немцев погибло на проволочных сетях перед второй линией окопов от огня крепостной артиллерии», — писал Хмельков.

Тема «атаки мертвецов» обрела популярность после распада СССР, когда изучению событий Первой мировой войны стало уделяться больше внимания. И если Хмельков в своей работе, брал «мертвецов» в кавычки, то новые авторы писали уже просто — «атака мертвецов».

В итоге сегодня события 6 августа 1915 года порой описывают как победу 60 умирающих русских солдат над 7000 немцев, что вызывает у многих скепсис и недоверие.

А как же было на самом деле?

Наступление русских войск. Фото: РИА Новости

Психологический эффект плюс артиллерийский удар

Германские источники не слишком заостряли внимание на провальном штурме крепости Осовец 6 августа. Тем не менее, описывая случаи применения боевого газа, немецкие генералы отмечали, что он, нанося тяжёлый ущерб противнику, неправильно воспринимался германскими солдатами и офицерами.

В среде немецких солдат бытовало мнение, что газовая атака должна полностью уничтожить противника или, по крайней мере, лишить его всякой возможности к сопротивлению. Поэтому германская пехота, поднимаясь в атаку на Осовец 6 августа 1915 года, была морально не готова к сопротивлению противника.

Немцы от затянувшейся борьбы за Осовец устали не меньше русских. Окопная жизнь среди болот вымотала их до предела. Мысль о том, что проклятая крепость падёт без боя, откровенно их расхолодила.

Частично боевой потенциал наступающих был уничтожен ими самими. На ряде участков пехота столь рьяно устремилась вперёд, что на полном ходу забежала в облако газов, предназначавшихся для русских. В результате из строя выбыли несколько сотен немецких солдат.

В «атаке мертвецов» участвовало не 60, а значительно больше русских солдат. Половина 13-й роты, половина 8-й роты, часть бойцов 12-й роты и, наконец, 14-я рота, где в строю было более половины личного состава. Противостояли штыковой контратаке не 7000 бойцов, а только 18-й полк 70-й бригады 11-й дивизии ландвера.

Как отмечает Сергей Хмельков, немецкая пехота фактически не приняла боя. И вот здесь действительно сработал психологически эффект: вид идущих в атаку солдат, пострадавших от газовой атаки, произвёл на противника неизгладимое впечатление.

Вполне возможно, что германским офицерам удалось бы привести подчинённых в чувство, но за время, выигранное бойцами подпоручика Котлинского, пришла в себя русская артиллерия, которая заработала и начала выкашивать ряды наступающих.

Все эти факторы вместе и привели к тому, что «атака мертвецов» оказалась успешной.

Неизвестные герои

Значит ли это, что подвига не было? Разумеется, он был. Нужно великое мужество для того, чтобы, подвергнувшись воздействию оружия массового поражения, не просто подняться на ноги, но и, взяв в руки оружие, потратить последние силы на борьбу с врагом. И русские солдаты под Осовцом продемонстрировали беспримерный героизм.

Подпоручик Владимир Карпович Котлинский, командовавший «атакой мертвецов», в сентябре 1916 года был посмертно награждён орденом Святого Георгия 4-й степени. Имена большинства других участников атаки остались неизвестны.

События 6 августа 1915 года стали последним героическим актом обороны крепости Осовец. Положение на фронте было таково, что её дальнейшая оборона не имела смысла. Спустя несколько дней Генеральный штаб отдал приказ прекратить бои и начать эвакуацию гарнизона.

Эвакуация была завершена 22 августа. Уцелевшие укрепления и всё имущество, которое нельзя было вывезти, были взорваны русскими сапёрами.

25 августа руины крепости были заняты германскими войсками.

aif.ru

Атака мертвецов (5 фото + текст)

Почему говорят, что русские не сдаются?

В 1915 году мир с восхищением взирал на оборону Осовца, небольшой русской крепости в 23,5 км от тогдашней Восточной Пруссии. Основной задачей крепости было, как писал участник обороны Осовца С. Хмельков, «преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток… заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей». Белосток – транспортный узел, взятие которого открывало дорогу на Вильно (Вильнюс), Гродно, Минск и Брест. Так что для немцев через Осовец лежал кратчайший путь в Россию.

Обойти крепость было невозможно: она располагалась на берегах реки Бобры, контролируя всю округу, в окрестностях – сплошные болота. «В этом районе почти нет дорог, очень мало селений, отдельные дворы сообщаются между собой по речкам, каналам и узким тропам, – так описывало местность издание Наркомата обороны СССР уже в 1939-м. – Противник не найдет здесь ни дорог, ни жилья, ни закрытий, ни позиций для артиллерии».

Первый натиск немцы предприняли в сентябре 1914-го: перебросив из Кенигсберга орудия большого калибра, они бомбардировали крепость шесть дней. А осада Осовца началась в январе 1915-го и продолжалась 190 дней.

Немцы применили против крепости все свои новейшие достижения. Доставили знаменитые «Большие Берты» – осадные орудия 420-мм калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была пять метров глубиной и пятнадцать в диаметре.

Немцы подсчитали, что для принуждения к сдаче крепости с гарнизоном в тысячу человек достаточно двух таких орудий и 24 часов методичной бомбардировки: 360 снарядов, каждые четыре минуты – залп. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия, всего 17 батарей.

Самый жуткий обстрел был в начале осады. «Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта», – вспоминал С. Хмельков. По его подсчетам, за эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200-250 тысяч только тяжелых снарядов. А всего за время осады – до 400 тысяч. «Кирпичные постройки разваливались, деревянные горели, слабые бетонные давали огромные отколы в сводах и стенах; проволочная связь была прервана, шоссе испорчено воронками; окопы и все усовершенствования на валах, как то – козырьки, пулеметные гнезда, легкие блиндажи – стирались с лица земли». Над крепостью нависли тучи дыма и пыли. Вместе с артиллерией крепость бомбили немецкие аэропланы.

«Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа», – так писали зарубежные корреспонденты.

Командование, полагая, что требует почти невозможного, просило защитников крепости продержаться хотя бы 48 часов. Крепость стояла еще полгода. А наши артиллеристы во время той страшной бомбардировки умудрились даже подбить две «Большие Берты», плохо замаскированные противником. Попутно взорвали и склад боеприпасов.

6 августа 1915-го стало для защитников Осовца черным днем: для уничтожения гарнизона немцы применили отравляющие газы. Газовую атаку они готовили тщательно, терпеливо выжидая нужного ветра. Развернули 30 газовых батарей, несколько тысяч баллонов. 6 августа в 4 утра на русские позиции потек темно-зеленый туман смеси хлора с бромом, достигший их за 5-10 минут. Газовая волна 12-15 метров в высоту и шириной 8 км проникла на глубину до 20 км. Противогазов у защитников крепости не было.

«Все живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть, – вспоминал участник обороны. – Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели. Все медные предметы на плацдарме крепости – части орудий и снарядов, умывальники, баки и прочее – покрылись толстым зеленым слоем окиси хлора; предметы продовольствия, хранящиеся без герметической укупорки – мясо, масло, сало, овощи, оказались отравленными и непригодными для употребления». «Полуотравленные брели назад, – это уже другой автор, – и, томимые жаждой, нагибались к источникам воды, но тут на низких местах газы задерживались, и вторичное отравление вело к смерти».

Германская артиллерия вновь открыла массированный огонь, вслед за огневым валом и газовым облаком на штурм русских передовых позиций двинулись 14 батальонов ландвера – а это не менее семи тысяч пехотинцев. На передовой после газовой атаки в живых оставалось едва ли больше сотни защитников. Обреченная крепость, казалось, уже была в немецких руках. Но когда германские цепи приблизились к окопам, из густо-зеленого хлорного тумана на них обрушилась... контратакующая русская пехота. Зрелище было ужасающим: бойцы шли в штыковую с лицами, обмотанными тряпками, сотрясаясь от жуткого кашля, буквально выплевывая куски легких на окровавленные гимнастерки. Это были остатки 13-й роты 226-го пехотного Землянского полка, чуть больше 60 человек. Но они ввергли противника в такой ужас, что германские пехотинцы, не приняв боя, ринулись назад, затаптывая друг друга и повисая на собственных проволочных заграждениях. И по ним с окутанных хлорными клубами русских батарей стала бить, казалось, уже погибшая артиллерия. Несколько десятков полуживых русских бойцов обратили в бегство три германских пехотных полка! Ничего подобного мировое военное искусство не знало. Это сражение войдет в историю как «атака мертвецов».

Осовец русские войска все же оставили, но позже и по приказу командования, когда его оборона потеряла смысл. Эвакуация крепости – тоже пример героизма. Потому как вывозить все из крепости пришлось по ночам, днем шоссе на Гродно было непроходимо: его беспрестанно бомбили немецкие аэропланы. Но врагу не оставили ни патрона, ни снаряда, ни даже банки консервов. Каждое орудие тянули на лямках 30-50 артиллеристов или ополченцев. В ночь на 24 августа 1915 года русские саперы взорвали все, что уцелело от немецкого огня, и лишь несколько дней спустя немцы решились занять развалины.


--
Источник: mi3ch.livejournal.com

www.webpark.ru

Атака мертвецов (5 фото + текст)

Почему говорят, что русские не сдаются?

В 1915 году мир с восхищением взирал на оборону Осовца, небольшой русской крепости в 23,5 км от тогдашней Восточной Пруссии. Основной задачей крепости было, как писал участник обороны Осовца С. Хмельков, «преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток… заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей». Белосток – транспортный узел, взятие которого открывало дорогу на Вильно (Вильнюс), Гродно, Минск и Брест. Так что для немцев через Осовец лежал кратчайший путь в Россию.

Обойти крепость было невозможно: она располагалась на берегах реки Бобры, контролируя всю округу, в окрестностях – сплошные болота. «В этом районе почти нет дорог, очень мало селений, отдельные дворы сообщаются между собой по речкам, каналам и узким тропам, – так описывало местность издание Наркомата обороны СССР уже в 1939-м. – Противник не найдет здесь ни дорог, ни жилья, ни закрытий, ни позиций для артиллерии».

Первый натиск немцы предприняли в сентябре 1914-го: перебросив из Кенигсберга орудия большого калибра, они бомбардировали крепость шесть дней. А осада Осовца началась в январе 1915-го и продолжалась 190 дней.

Немцы применили против крепости все свои новейшие достижения. Доставили знаменитые «Большие Берты» – осадные орудия 420-мм калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была пять метров глубиной и пятнадцать в диаметре.

Немцы подсчитали, что для принуждения к сдаче крепости с гарнизоном в тысячу человек достаточно двух таких орудий и 24 часов методичной бомбардировки: 360 снарядов, каждые четыре минуты – залп. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия, всего 17 батарей.

Самый жуткий обстрел был в начале осады. «Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта», – вспоминал С. Хмельков. По его подсчетам, за эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200-250 тысяч только тяжелых снарядов. А всего за время осады – до 400 тысяч. «Кирпичные постройки разваливались, деревянные горели, слабые бетонные давали огромные отколы в сводах и стенах; проволочная связь была прервана, шоссе испорчено воронками; окопы и все усовершенствования на валах, как то – козырьки, пулеметные гнезда, легкие блиндажи – стирались с лица земли». Над крепостью нависли тучи дыма и пыли. Вместе с артиллерией крепость бомбили немецкие аэропланы.

«Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа», – так писали зарубежные корреспонденты.

Командование, полагая, что требует почти невозможного, просило защитников крепости продержаться хотя бы 48 часов. Крепость стояла еще полгода. А наши артиллеристы во время той страшной бомбардировки умудрились даже подбить две «Большие Берты», плохо замаскированные противником. Попутно взорвали и склад боеприпасов.

6 августа 1915-го стало для защитников Осовца черным днем: для уничтожения гарнизона немцы применили отравляющие газы. Газовую атаку они готовили тщательно, терпеливо выжидая нужного ветра. Развернули 30 газовых батарей, несколько тысяч баллонов. 6 августа в 4 утра на русские позиции потек темно-зеленый туман смеси хлора с бромом, достигший их за 5-10 минут. Газовая волна 12-15 метров в высоту и шириной 8 км проникла на глубину до 20 км. Противогазов у защитников крепости не было.

«Все живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть, – вспоминал участник обороны. – Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели. Все медные предметы на плацдарме крепости – части орудий и снарядов, умывальники, баки и прочее – покрылись толстым зеленым слоем окиси хлора; предметы продовольствия, хранящиеся без герметической укупорки – мясо, масло, сало, овощи, оказались отравленными и непригодными для употребления». «Полуотравленные брели назад, – это уже другой автор, – и, томимые жаждой, нагибались к источникам воды, но тут на низких местах газы задерживались, и вторичное отравление вело к смерти».

Германская артиллерия вновь открыла массированный огонь, вслед за огневым валом и газовым облаком на штурм русских передовых позиций двинулись 14 батальонов ландвера – а это не менее семи тысяч пехотинцев. На передовой после газовой атаки в живых оставалось едва ли больше сотни защитников. Обреченная крепость, казалось, уже была в немецких руках. Но когда германские цепи приблизились к окопам, из густо-зеленого хлорного тумана на них обрушилась... контратакующая русская пехота. Зрелище было ужасающим: бойцы шли в штыковую с лицами, обмотанными тряпками, сотрясаясь от жуткого кашля, буквально выплевывая куски легких на окровавленные гимнастерки. Это были остатки 13-й роты 226-го пехотного Землянского полка, чуть больше 60 человек. Но они ввергли противника в такой ужас, что германские пехотинцы, не приняв боя, ринулись назад, затаптывая друг друга и повисая на собственных проволочных заграждениях. И по ним с окутанных хлорными клубами русских батарей стала бить, казалось, уже погибшая артиллерия. Несколько десятков полуживых русских бойцов обратили в бегство три германских пехотных полка! Ничего подобного мировое военное искусство не знало. Это сражение войдет в историю как «атака мертвецов».

Осовец русские войска все же оставили, но позже и по приказу командования, когда его оборона потеряла смысл. Эвакуация крепости – тоже пример героизма. Потому как вывозить все из крепости пришлось по ночам, днем шоссе на Гродно было непроходимо: его беспрестанно бомбили немецкие аэропланы. Но врагу не оставили ни патрона, ни снаряда, ни даже банки консервов. Каждое орудие тянули на лямках 30-50 артиллеристов или ополченцев. В ночь на 24 августа 1915 года русские саперы взорвали все, что уцелело от немецкого огня, и лишь несколько дней спустя немцы решились занять развалины.


--
Источник: mi3ch.livejournal.com

www.webpark.ru

комиксы, гиф анимация, видео, лучший интеллектуальный юмор.

В 1915 году мир с восхищением взирал на оборону Осовца, небольшой русской крепости в 23,5 км от тогдашней Восточной Пруссии. Основной задачей крепости было, как писал участник обороны Осовца С. Хмельков, «преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток… заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей». Белосток – транспортный узел, взятие которого открывало дорогу на Вильно (Вильнюс), Гродно, Минск и Брест. Так что для немцев через Осовец лежал кратчайший путь в Россию.

Обойти крепость было невозможно: она располагалась на берегах реки Бобры, контролируя всю округу, в окрестностях – сплошные болота. «В этом районе почти нет дорог, очень мало селений, отдельные дворы сообщаются между собой по речкам, каналам и узким тропам, – так описывало местность издание Наркомата обороны СССР уже в 1939-м. – Противник не найдет здесь ни дорог, ни жилья, ни закрытий, ни позиций для артиллерии».

Первый натиск немцы предприняли в сентябре 1914-го: перебросив из Кенигсберга орудия большого калибра, они бомбардировали крепость шесть дней. А осада Осовца началась в январе 1915-го и продолжалась 190 дней.

Немцы применили против крепости все свои новейшие достижения. Доставили знаменитые «Большие Берты» – осадные орудия 420-мм калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была пять метров глубиной и пятнадцать в диаметре.

Немцы подсчитали, что для принуждения к сдаче крепости с гарнизоном в тысячу человек достаточно двух таких орудий и 24 часов методичной бомбардировки: 360 снарядов, каждые четыре минуты – залп. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия, всего 17 батарей.

Самый жуткий обстрел был в начале осады. «Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта», – вспоминал С. Хмельков. По его подсчетам, за эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200-250 тысяч только тяжелых снарядов. А всего за время осады – до 400 тысяч. «Кирпичные постройки разваливались, деревянные горели, слабые бетонные давали огромные отколы в сводах и стенах; проволочная связь была прервана, шоссе испорчено воронками; окопы и все усовершенствования на валах, как то – козырьки, пулеметные гнезда, легкие блиндажи – стирались с лица земли». Над крепостью нависли тучи дыма и пыли. Вместе с артиллерией крепость бомбили немецкие аэропланы.

«Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа», – так писали зарубежные корреспонденты.

Командование, полагая, что требует почти невозможного, просило защитников крепости продержаться хотя бы 48 часов. Крепость стояла еще полгода. А наши артиллеристы во время той страшной бомбардировки умудрились даже подбить две «Большие Берты», плохо замаскированные противником. Попутно взорвали и склад боеприпасов.

6 августа 1915-го стало для защитников Осовца черным днем: для уничтожения гарнизона немцы применили отравляющие газы. Газовую атаку они готовили тщательно, терпеливо выжидая нужного ветра. Развернули 30 газовых батарей, несколько тысяч баллонов. 6 августа в 4 утра на русские позиции потек темно-зеленый туман смеси хлора с бромом, достигший их за 5-10 минут. Газовая волна 12-15 метров в высоту и шириной 8 км проникла на глубину до 20 км. Противогазов у защитников крепости не было.

«Все живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть, – вспоминал участник обороны. – Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели. Все медные предметы на плацдарме крепости – части орудий и снарядов, умывальники, баки и прочее – покрылись толстым зеленым слоем окиси хлора; предметы продовольствия, хранящиеся без герметической укупорки – мясо, масло, сало, овощи, оказались отравленными и непригодными для употребления». «Полуотравленные брели назад, – это уже другой автор, – и, томимые жаждой, нагибались к источникам воды, но тут на низких местах газы задерживались, и вторичное отравление вело к смерти».

Германская артиллерия вновь открыла массированный огонь, вслед за огневым валом и газовым облаком на штурм русских передовых позиций двинулись 14 батальонов ландвера – а это не менее семи тысяч пехотинцев. На передовой после газовой атаки в живых оставалось едва ли больше сотни защитников. Обреченная крепость, казалось, уже была в немецких руках. Но когда германские цепи приблизились к окопам, из густо-зеленого хлорного тумана на них обрушилась... контратакующая русская пехота. Зрелище было ужасающим: бойцы шли в штыковую с лицами, обмотанными тряпками, сотрясаясь от жуткого кашля, буквально выплевывая куски легких на окровавленные гимнастерки. Это были остатки 13-й роты 226-го пехотного Землянского полка, чуть больше 60 человек. Но они ввергли противника в такой ужас, что германские пехотинцы, не приняв боя, ринулись назад, затаптывая друг друга и повисая на собственных проволочных заграждениях. И по ним с окутанных хлорными клубами русских батарей стала бить, казалось, уже погибшая артиллерия. Несколько десятков полуживых русских бойцов обратили в бегство три германских пехотных полка! Ничего подобного мировое военное искусство не знало. Это сражение войдет в историю как «атака мертвецов».

Осовец русские войска все же оставили, но позже и по приказу командования, когда его оборона потеряла смысл. Эвакуация крепости – тоже пример героизма. Потому как вывозить все из крепости пришлось по ночам, днем шоссе на Гродно было непроходимо: его беспрестанно бомбили немецкие аэропланы. Но врагу не оставили ни патрона, ни снаряда, ни даже банки консервов. Каждое орудие тянули на лямках 30-50 артиллеристов или ополченцев. В ночь на 24 августа 1915 года русские саперы взорвали все, что уцелело от немецкого огня, и лишь несколько дней спустя немцы решились занять развалины.

Более полная информация - http://statehistory.ru/1259/Zashchita-kreposti-Osovets--Ataka-mertvetsov/

joyreactor.cc

Атака мертвецов | НАЦИОНАЛЬНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ

«Атака мертвецов» название контратаки 13-й роты 226-го Землянского полка 24 июля (6 августа) 1915 года при отражении немецкой газовой атаки. Эпизод обороны крепости Осовец на Восточном фронте во время Первой мировой войны. Атака Мертвецов под Осовцем занимает первое место в номинации «Русская воинская доблесть, по сравнению с которой 300 спартанцев – это 300 девочек».

Даже в Порт-Артуре, Севастополе и Сталинграде ничего похожего не было – там, сражались живые люди, в то время как защитники Осовца продолжили бой, будучи, технически, мертвыми. Смерть еще не повод отказываться от атаки.

Немного легендарной истории,про которую в наше время умалчивают!

Атаки Мертвецов под Осовицем(«Смерть еще не повод отказываться от атаки»)

Солдаты Императорской Российской армии доказали, что даже смерть не может быть уважительной причиной прекращения сопротивления.

Недавно была годовщина Атаки Мертвецов под Осовицем, занимающей первое место в номинации Русская Воинская Доблесть.По сравнению с которой 300 Спартанцев — это команда футболистов,играющая прижатой к своим воротам!Ничего похожего не было.В самых известных сражениях все-таки сражались живые люди, в то время как защитники Осовица продолжили бой, будучи, технически, мертвыми…

В 1915 году мир с восхищением взирал на оборону Осовца, небольшой русской крепости в 23,5 км от тогдашней Восточной Пруссии.Обойти крепость было невозможно: она располагалась на берегах реки Бобры, контролируя всю округу, в окрестностях – сплошные болота.Первый натиск немцы предприняли в сентябре 1914-го: перебросив из Кенигсберга орудия большого калибра, они бомбардировали крепость шесть дней. А осада Осовца началась в январе 1915-го и продолжалась 190 дней. Немцы применили против крепости все свои новейшие достижения. Доставили знаменитые «Большие Берты» – осадные орудия 420-мм калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была пять метров глубиной и пятнадцать в диаметре.Немцы подсчитали, что для принуждения к сдаче крепости с гарнизоном в тысячу человек достаточно двух таких орудий и 24 часов методичной бомбардировки: 360 снарядов, каждые четыре минуты – залп. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия, всего 17 батарей.Самый жуткий обстрел был в начале осады. «Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта»,За эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200-250 тысяч только тяжелых снарядов. А всего за время осады – до 400 тысяч. «Кирпичные постройки разваливались, деревянные горели, слабые бетонные давали огромные отколы в сводах и стенах; проволочная связь была прервана, шоссе испорчено воронками; окопы и все усовершенствования на валах, как то: козырьки, пулеметные гнезда, легкие блиндажи, стирались с лица земли». Над крепостью нависли тучи дыма и пыли. Вместе с артиллерией крепость бомбили немецкие аэропланы.

Командование, полагая, что требует почти невозможного, просило защитников крепости продержаться хотя бы 48 часов. Крепость стояла еще полгода….

Уже в 1915 году немецкие силы нанесли России ряд чувствительных поражений. Из-за нажима австрийцев русские покидали Галицию. Осовец держался, несмотря на упадочную конъюнктуру фронта.

6 августа 1915-го стало для защитников Осовца черным днем: немцы применили отравляющие газы. Газовую атаку они готовили тщательно, более 10 дней терпеливо выжидая нужного направления ветра. Развернули 30 тщательно замаскированных газовых батарей в несколько тысяч баллонов.В 4 утра на русские позиции потек темно-зеленый туман смеси хлора с бромом, достигший их за 5-10 минут. Газовая волна 12-15 метров в высоту и шириной 8 км проникла вперед на глубину до 20 км. Противогазов у защитников крепости не было…«Все живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть.Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели».Ядовитый газ убил всё живое,кто вдохнул воздуха на расстоянии 12 км.Как рассказывали очевидцы,на горизонте ничего не было видно,стояла кромешная тишина,,попадали даже птицы летавшие над местом атаки…это выглядело ужасным…

9-я, 10-я и 11-я роты Землянского полка погибли целиком, от 12-й роты осталось около 40 человек при одном пулемете; от трех рот, защищавших Бялогронды, оставалось около 60 человек при двух пулеметах.

Вот собственные слова германского генерала Людендорфа: «8-я армия вдвинулась в узкое пространство между Наревом и Белостоком для взятия с юга Oсовца». 14 батальонов ландвера, не менее 7 тысяч человек, двинулись вслед за волной газов. Они шли не в атаку. На зачистку. Будучи уверенными в том, что живых не встретят. То, что произошло дальше…

«Когда германские цепи приблизились к окопам, из густо-зеленого хлорного тумана на них обрушилась… контратакующая русская пехота. Зрелище было ужасающим: бойцы шли в штыковую с лицами, обмотанными тряпками, сотрясаясь от жуткого кашля, буквально выплевывая куски легких на окровавленные гимнастерки. Это были остатки 13-й роты 226-го пехотного Землянского полка, чуть больше 60 человек. Но они ввергли противника в такой ужас, что германские пехотинцы, не приняв боя, ринулись назад, затаптывая друг друга и повисая на собственных проволочных заграждениях. И по ним с окутанных хлорными клубами русских батарей стала бить, казалось, уже погибшая артиллерия.

Несколько десятков полуживых русских бойцов обратили в бегство три германских пехотных полка! Ничего подобного мировое военное искусство не знало…

Что такого увидели семь тысяч немцев? Если бы эти 60 человек стреляли — и пусть даже стреляли чертовски метко, а не как отравленные умирающие полулюди, — то их бы даже не заметили. Но эти 60 человек просто встали, шатаясь, каждый сам по себе, и молча пошли в штыковую атаку. И семь тысяч немцев побежали…

В советское время Осовец не очень любили вспоминать, ибо Генерал артиллерии,защищавший крепость Бржозовский позже примкнул к белым и сражался с большевиками.

nationaloffensive.wordpress.com

Атака мертвецов. Осовец (1915)

В 1915 году мир с восхищением взирал на оборону Осовца, небольшой русской крепости в 23,5 км от тогдашней Восточной Пруссии. Основной задачей крепости было, как писал участник обороны Осовца С. Хмельков, «преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток… заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей». Белосток – транспортный узел, взятие которого открывало дорогу на Вильно (Вильнюс), Гродно, Минск и Брест. Так что для немцев через Осовец лежал кратчайший путь в Россию. Обойти крепость было невозможно: она располагалась на берегах реки Бобры, контролируя всю округу, в окрестностях – сплошные болота. «В этом районе почти нет дорог, очень мало селений, отдельные дворы сообщаются между собой по речкам, каналам и узким тропам, – так описывало местность издание Наркомата обороны СССР уже в 1939-м. – Противник не найдет здесь ни дорог, ни жилья, ни закрытий, ни позиций для артиллерии». Первый натиск немцы предприняли в сентябре 1914-го: перебросив из Кенигсберга орудия большого калибра, они бомбардировали крепость шесть дней. А осада Осовца началась в январе 1915-го и продолжалась 190 дней. Немцы применили против крепости все свои новейшие достижения. Доставили знаменитые «Большие Берты» – осадные орудия 420-мм калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была пять метров глубиной и пятнадцать в диаметре.

Немцы подсчитали, что для принуждения к сдаче крепости с гарнизоном в тысячу человек достаточно двух таких орудий и 24 часов методичной бомбардировки: 360 снарядов, каждые четыре минуты – залп. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия, всего 17 батарей.

Самый жуткий обстрел был в начале осады. «Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта», – вспоминал С. Хмельков. По его подсчетам, за эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200-250 тысяч только тяжелых снарядов. А всего за время осады – до 400 тысяч. «Кирпичные постройки разваливались, деревянные горели, слабые бетонные давали огромные отколы в сводах и стенах; проволочная связь была прервана, шоссе испорчено воронками; окопы и все усовершенствования на валах, как то: козырьки, пулеметные гнезда, легкие блиндажи, стирались с лица земли». Над крепостью нависли тучи дыма и пыли. Вместе с артиллерией крепость бомбили немецкие аэропланы.

«Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа», – так писали зарубежные корреспонденты.

Командование, полагая, что требует почти невозможного, просило защитников крепости продержаться хотя бы 48 часов. Крепость стояла еще полгода....

Вот только про русскую злость с Галковским не согласен.

Это не злость,

то что-то другое. Вот сколько знаю, именно конкретно от русских никогда злости не получал. Вот даже хохлы уже пожалуйста, а русские нет. Даже тогда, когда попал в больницу и пил бульон через трубочку, потому что челюсть выбили, все равно как-то было понятно, что это не злость. Ну, на водку парням было надо, или там жизнь вот такая собачья. Для чего-то или почему-то, в конце концов просто так, но не ради зла самого по себе. Казалось бы, какая разница, если ее надо так долго искать? Но тем не менее, она есть, это важная разница.

Вот вспомнить крепость Осовец. Это такая Брестская крепость первой мировой, на границе с Восточной Пруссией, ныне находится в Польше...

Это была маленькая крепостца или даже укрепленный пункт, с земляным валом и несколькими кирпичными фортами, которые перед войной укрепили железобетоном. Зато очень удачно расположенная на узком транспортном перешейке среди окружающих болот. Не сумев взять сходу, немцы тщательно по-немецки подготовились, создали необходимый перевес в войсках, подвезли большое количество осадной артиллерии, включая четыре "Больших Берты", которые стреляли 800-кг снарядами, и в феврале 1915 начали штурм, выпустив больше 200 тысяч тяжелых снарядов. Штурмовали полгода, безуспешно пытаясь взять хотя бы полевые предместные позиции - что-то около 3 км окопов, в 2 км от крепости.

И тогда немцы пустили в ход газы. Противогазов тогда в войсках не было, их как раз только разрабатывали. Тяжелые отравления наблюдались в деревнях в 12 километрах от места выпуска газов, а из тех 9 рот, наполовину кадровых солдат, наполовину ополченцев, которые защищали эти полевые позиции и получили газ в полном объеме - не выжил почти никто. Для надежности немцы добавили артподготовку, и вслед за газом в атаку пошли 7 тысяч немцев. Это и была их ошибка.

Говорят, что в контратаку выживших русских солдат поднял будто бы какой-то не то поручик, не то капитан, погибший сразу после того, как встал. Я думаю, не было никакого капитана-поручика. А если бы и был, то ничем бы он от солдата в этот момент не отличался. Их просто поднялось 60 человек. На трех километрах. Все, что смогли подняться.

Не знаю, что такого увидели семь тысяч немцев. Если бы эти 60 человек стреляли и пусть даже стреляли чертовски метко, а не как отравленные умирающие полулюди, то их бы даже не заметили. Соотношение меньше, чем один к ста. Но эти 60 человек просто встали, шатаясь, каждый сам по себе, и молча пошли в штыковую атаку. И семь тысяч немцев побежали. Наверное, они увидели что-то очень ЗЛОЕ?

Да нет же. Думаю, очень ДОБРОЕ. Вот лежишь ты, раздираемый изнутри на куски. Если и ползет перед тобой по травинке муравей или плывут облака в небе, то никаких у тебя возвышенных мыслей, как у Болконского под Аустерлицем про Бога и душу, разве что кроме матерных, и не ждешь ты никаких приказов, и звание свое не помнишь, и чувствуешь только страшные боль и обиду. По правую руку от тебя одни мертвые, и по левую руку от тебя одни мертвые. Все мертвые. И ты мертвый. Остался ты наверное один, и жить тебе может осталось 5 минут, в муках и кровавой рвоте.

И тут обожжеными глазами ты видишь за зеленым туманом семь тысяч немцев. Сами идущих к тебе.

Представляете, КАК они обрадовались?

Слышишь ли ты, что кто-то кричит команду, и нужна ли она тебе, мертвому? Знаешь ли ты, что встанешь не один, и есть ли для тебя разница? Остановит ли тебя пуля или три, если ты все еще можешь идти? И чувствуешь ли ты что-то, кроме радости? У тебя есть целых пять минут, чтобы отплатить за свою смерть и за смерть всех своих товарищей, чтобы убить много, много немцев, целых 7 тысяч, и тебе надо торопиться, чтобы убить их побольше.

Думаю, злых людей немцы бы не испугались, осатанение на войне это должно быть дело обычное. Скорее всего, немцы увидели очень добрых людей. Счастливых людей. Мертвых людей. Счастливых мертвых полуразложившихся людей, которые шли их убивать, в полный рост, через пули в упор. Торопились, колдыбали, падали, все равно ползли, и видно было, что они очень рады тебя видеть и очень хотят тебя убить. И действительно стали убивать. А когда немцы убежали, они умерли.

Так немцы и не взяли крепость. Еще через три недели русские оставили ее сами, из-за угрозы окружения.

Может быть, именно поэтому с нами так и поступили и поступают до сих пор. Может быть, именно тогда, в первую мировую, русские показали такое, что планы поменялись на ходу. Может, именно тогда они решили больше этой ошибки с русскими не допускать. Особый случай. Газы, артподоготовка, газы, артподоготвка, газы, артподготовка, газы и артподготовка, но так никогда и не идут в атаку, даже на пустое, трижды и десятижды перепаханное русское место. Потому что могут встать оттуда один из ста, один из тысячи, ниоткуда, из-под земли, умирающие, блюющие кровью, падающие и встающие, но очень счастливые русские, оттого, что наконец-то могут до тебя добраться.

А только-то и надо - играть с русскими по-честному. Мы не злые. Просто не надо давать повод.

Кстати, на днях же была годовщина Атаки Мертвецов под Осовицем, занимающей первое место в номинации Русская Воинская Доблесть, По Сравнению С Которой 300 Спартанцев - Это 300 Педиков. Даже в Порт-Артуре, Севастополе и Сталинграде ничего похожего не было - там все-таки сражались живые люди, в то время как защитники Осовица продолжили бой, будучи, технически, мертвыми. "Смерть еще не повод отказываться от атаки".

Немцы обложили Осовиц, крепость и важный транспортный узел, прикрывавший фланги сразу двух русских армий, в сентябре 1914-го года. Точнее, не обложили, а попытались взять с налета - 40 пехотных батальонов против одного русского полка, подавляющее превосходство в вывезенной из Кенигсберга артиллерии, "Чего тут с этими русскими свиньями возиться?". Штурм немножко не удался. Затем не удался еще раз. И еще. И еще. Когда русские контратаковали и начали угрожать полевым позициям немецкой артиллерии, карлушки (прекрасное прозвище немцев из русской военно-имперской пропаганды, на мой вкус куда лучше "фрицев") окончательно перестали понимать, кто тут кого осаждает, и поспешно отступили, сославшись на невыключенные утюги и убежавшее молоко. Кампания во Франции еще не была решена и карлушки надеялись, что добив французов, они смогут обрушиться на русский фронт всей своей чудовищной мощью, а потому пока что отступили.

Вторую попытку штурма немчура предприняла в феврале 1915-го, со всей ожидаемой от немцев основательностью. Война приобрела позиционный характер, стало ясно, что никаких больше прорывов и блицкригов, а потому можно сделать то, что немцы делают лучше всего - собрать кучу пушек самого злодейского вида и начать палить из них в несчастный русский форт, злодейски хихикая и поглаживая злодейские педерастические усики. Помимо просто орудий, больших орудий, реально больших орудий и охуенно огромных орудий, немцы стянули под Осовиц четыре "Большие Берты", полные эквиваленты "Звезды Смерти" в реалиях Первой Мировой. Чисто для контекста - когда из "Берт" начали стрелять по фортам Льежа, бельгийский гарнизон, до этого стойко оборонявшившийся, вдруг решил что он полностью исполнил свой долг и начал разбегаться.

Потому что огонь "Большой Берты" (четырех "Больших Берт") - это не ад, это хуже. 900-сот килограммовые снаряды проламывали бетонные перекрытия, обращая укрепления в труху, людей давил бетон, люди задыхались от пыли, люди в прямом смысле слова сходили с ума от нестерпимого грохота. А ведь кроме "Берт" по Осовицу работали мортиры "Шкода" (снаряды всего лишь по 400 килограмм) и пушки поменьше, плюс крепость бомбили с воздуха аэропланы. В крепости все горело. Все дымилось. Смог был такой, что защитники не могли отличить день от ночи. Русское командование, понимая, что даже героизму есть предел, попросило продержаться гарнизон еще 48 часов. В конце-концов, если даже многометровый бетон крушится в труху, то что можно требовать от людей из костей и мяса?

Крепость ответила: "Так точно!". И продержалась еще полгода, при том, что только в первую неделю обстрела злобные немецкие карланы выпустили по ней 250 000 снарядов, не считая бомб, гранат и длинных матерных ругательств. Русским это надоело, и наши солдаты сделали то, что делают всегда, когда немцы их конкретно заебывают. Организовали несколько контратак, повредив огнем крепостной артиллерии те самые "Большие Берты". Вы видели когда-нибудь лицо новорусского бандита, который только-только купил сверкающий дорогой "Мерседес" и тут вдруг на светофоре в него влетает со всей дури дедок на "Запоре"?

Вот такое лицо стало у карлушек. Они могли простить многое. Почти всё. Всё, кроме посягательства на Величайшие Пушки Круппа. И по-настоящему, всерьез, до кровавых глаз озлобились. "Мы вас за это убьем!" - зашипели карлушки, уже выпустив по крепости количество снарядов, достаточное чтобы сравнять с землей всю Бельгию и Лихтенштейн на сдачу. Русские в ответ захохотали. "Мы вас правда убьем!". Русские захохотали еще сильнее.

И зря.

6 августа в 4 утра немцы развернули 30 батарей химического оружия. Отравляющие газы, смесь брома и хлора. Вдохнув в достаточном количестве, ты сначала по кускам, обблевываясь кровью, выхаркиваешь свои легкие, затем твое лицо обезображивает страшный химический ожог, а затем ты умираешь в мучительных спазмах удушения, не имея даже сил попросить, чтобы кто-нибудь тебя пристрелил. Сейчас эти волшебные ароматы из коллекции 1915-го года запрещены - потому что даже четвертование с сжиганием заживо куда более приятная смерть. Но в Первую Мировую запретов не было, а кроме того, немцы так выбесились стойкостью защитников Осовица, что применили бы эту убийственную садистскую дрянь несмотря на любые запреты.

Они хотели, чтобы русские сдохли. В муках. И они это получили.

Дождавшись попутного ветра, карлушки открыли краны на газовых баллонах и через пару минут в воздухе образовалась плотная стена химического тумана. Затем стена потекла в сторону крепости, трава вокруг нее моментально желтела, листья сворачивались и опадали, несчастные птицы падали с небес конвульсирующими тушками. Все пожелтело, все опало, все умерло от действий ядов, в начале августа под Осовицем внезапно наступил ноябрь. Знаете как в фэнтези-фильмах показывают нашествие разливающегося по земле зла? ОНО.

Целью атаки была так называемая Сосненская позиция, обороняемая к тому моменту четырьмя ротами. Первые три роты погибли полностью, в муках, от которых сломался бы и Христос, в последней роте уцелело около сорока человек, находившихся за гранью клинической смертью, с трудом отличавших явь от предсмертных галлюцинаций и доживавших свои последние минуты, постепенно поддаваясь чудовищной силе чудовищных ядов. Их крючило, их рвало кровью, они были за гранью.

Дождавшись, пока ядовитая стена пройдет, немцы атаковали позицию в общей сложностью СЕМЬЮ ТЫСЯЧАМИ солдат. Хотя "атаковали" слишком сильное слово, они готовились ее занять, понимая, что выживших нет. Они шли почти прогулочным шагом, даже грозная крепостная артиллерия молчала, а небольшая часть выживших расчетов приходила в себя, и не думая стрелять. Немцы перелезли первую линию окопов, прошли вторую линию, сытые, спокойные, уверенные, чуть удивленные тем, как долго они бились об эти раздолбанные, изувеченные укрепления и тут остатки 13-ой роты 226-го Землянского полка перешли в контратаку. С изувеченными химическим ожогами мертвыми лицами. В пропитавшихся кровью гимнастерках. Задыхаясь, кашляя и отплевываясь кусками своего мяса. Завывая от нестерпимой боли, крючаясь, дергаясь как одержимые дьяволом. Конвульсируя. Шипя. Цыкая легочной кровью сквозь зубы. Цыкая кровью прямо в лица врагов.

Они пошли в штыковую. Сорок русских мертвецов. На пороге смерти. За порогом смерти. Чувствуя, что Бога с ними нет и их ведет лишь заждавшийся дьявол. Сорок русских мертвецов ударили в штыки семь тысяч немцев.

Те побежали - не как трусы, но как люди, увидавшие перед собой то, что живому человеку видеть не положено. Они бежали не чуя ног, не видя земли, не видя ничего. Они напарывались на проволочные заграждения и повисали на них мешками разодранной плоти, они падали в окопы и ломали ноги, их как кроликов косила отдышавшаяся крепостная артиллерия. Крики офицеров, удары, выстрелы - ничто не могло остановить полнокровные немецкие части, столкнувшиеся с русскими мертвыми. Это был уже не знаменитый русский героизм - это был сатанизм. И с сатанизмом немцы воевать отказывались.

Крепость карлушки в итоге так и не взяли, сломавшись на этапе проектирования пушки, стреляющей святой водой. Вечная слава русским героям и их доброму рогатому другу!

Вот первоисточник

http://warrax.net/94/19/osovets.html

deadland.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *