Содержание

Реактивные самолёты Германии. Могли ли они изменить ход войны?

Виктор БАКУРСКИЙ

(Аннотация Redstar72: Данный материал выкладывается в продолжение темы, поднятой коллегой Борода в темах "Переиграем Курскую дугу" и "Реактивные истребители Сталина принимают бой").

Как известно, в годы Второй мировой войны в Германии были созданы и запущены в серийное производство реактивные истребители Мессершмитт Ме-262 и Хейнкель Не 162, ракетный перехватчик Me 163, реактивный бомбардировщик Арадо Ar 234. Некоторые боевые машины находились на стадии летных испытаний. Об их создании и боевом применении написано не­мало. Но вот что интересно...

На протяжении всех послево­енных десятилетий вплоть до настоящего времени многие исследователи, считающие себя большими специалистами в области истории авиации, рассуждают о том, как бы изменилась ситуация во время войны, если бы немцы не тянули так долго с принятием решения о запуске реактивных самолетов (прежде всего, Ме-262) в производство. В последнее время подобные идеи получили распространение и среди подрастающего поколения, «хорошо знакомых» с германской реактивной техникой благодаря... компьютерным играм. С этим мне не раз приходилось сталкиваться во время регулярных встреч, проводимых со школьниками и студентами. Многие на полном серьезе считают, что если бы Гитлер с самого начала, еще в 1942 г., оценил Ме-262 и распорядился о срочном внедрении его в массовое производство, то тогда люфтваффе получили бы не тысячу подобных боевых машин, а десятки тысяч. И это, возможно, изменило бы исход войны...

На самом деле, ничего бы не изменилось. Реактивный Me 262 вовсе не был таким хорошим самолетом, каким его обычно представляют в популярной литературе авторы, слабо разбирающиеся в авиационной технике. Все его превосходство над другими боевыми самолетами той эпохи достигалось исключительно за счет скорости, что обес­печивалось принципиально новыми для той поры реактивными двигателями. Вот только проблема заключалась в том, чтобы довести до работоспособного состояния именно двигатели, организовав при этом их серийное производство. А это было невероятно трудно и практически невыполнимо до 1944 г. И тут никакие приказы фюрера, никакие распоря­жения руководителей министерства авиации или генералов люфтваффе не помогли бы немцам это сделать. А без двигателей самолет летать не будет. Пользы же от нескольких тысяч «реактивных» истребителей, если бы их даже и «наклепали» в 1943 г., — как от металлолома.

При этом не стоит забывать вот о чем: если бы даже двигатели и были, если бы Гитлер заставил авиапромышленность Германии переключиться на массовый выпуск реактивных самолетов, то тут же резко уменьшился бы выпуск обычных поршневых истребителей и бомбардировщиков, столь востребованных на Восточном фронте. А без этих самолетов Германия, скорее всего, проиграла бы войну еще быстрее.

Но и это еще не все...

Мало кто из историков-фантазеров задумывается над тем, что турбореактивные двигатели первого поколения — агрегаты исключительно прожорливые. Так, если основной истребитель люфтваффе Мессершмитт Bf 109 обходился 400 литрами топлива, то в Me 262 надо было залить полторы тонны! Причем для реактивных двигателей нужен был не просто авиационный бензин, а специальный высококачественный керосин. И где бы немцы его взяли в нужных количествах? Своей нефти в Германии, как известно, было очень мало.

До августа 1944 г., пока нефтя­ные поля Плоешти не заняла Красная Армия, немцев выручала Румыния, из которой в Германию поставлялось около половины добытых тут нефтепродуктов. После этого осталась только Венгрия.

Да, немцев тогда выручал синтетический бензин собственного производства, получаемый из угля. Но бензин не годился для реактивных двигателей. Авиационный же керосин производился только из нефти. И в отличие от синтетического бензина его производство в Германии росло очень медленно. А вскоре для германской нефтехимической промышленности наступили черные времена. С 12 мая 1944 г. (и вплоть до марта 1945 г.) авиация союзников начала совершать массированные налеты на заводы по переработке нефти и по производству синтетического топлива. Уже в сентябре того же года бывали дни, когда германская армия не получала от химической промышленности вообще ни одной тонны топлива! Какой уж тут керосин для реактивных самолетов в достаточном количестве?

В данном случае стоит вспомнить самолет Арадо Ar 234. Для своего времени это был действительно неплохой бомбардировщик. Он хоть и был менее скоростным, нежели Me 262, зато мог нести бомбы крупного калибра (до полутора тонн), а его скорость в 740 км/ч все равно превышала скорость полета самых лучших поршневых истребителей противника. К тому же бомбовый прицел, установленный в кабине летчика, обеспечивал достаточно точное поражение наземных целей. Кстати, одной из причин, по которой Гитлер разрешил-таки выпускать Me 262 не в бомбардировочном, а в истребительном варианте, было как раз появление Ar 234, лучше подходящего на роль «оружия воз­мездия». Всего этих самолетов до конца войны немцы успели произвести чуть более двухсот, в том числе и несколько машин, оснащенных четырьмя двигателями. Но применялись Ar 234 эпизодически, потому как одной из главных проблем было обес­печение их топливом. Ведь один такой бомбардировщик требовал для своей заправки почти 4 тонны крайне дефицитного керосина.

Стоит вспомнить и достаточно известный факт: когда в конце войны Красная Армия и войска союзников захватили на немецких аэродромах в качестве трофеев большое коли­чество реактивных самолетов, выяснилось, что в их баках не было и капли горючего. Отсюда сам собой напрашивается вывод: да если бы немцы сумели выпустить пусть даже десять тысяч реактивных самолетов, большая часть из них никогда бы даже «не понюхала» керосина.

А кто задумывался о проблеме подготовки достаточного количества авиационных техников и механиков, способных управляться со столь сложной техникой? Про летчиков и говорить нечего. Летать на реактивных самолетах, если бы они выпускались тысячами, было бы просто некому.

Бытует мнение, что положение дел мог спасти легкий истребитель Не 162 «Саламандра», появись он чуточку пораньше. Этот очень легкий истребитель (его взлетный вес составлял всего 2,5 тонны), в отличие от семитонного перехватчика Me 262, нацеленного в конце войны исключительно на уничтожение «летающих крепостей», по планам Гитлера должен был вновь завоевать господство в воздухе, очистив небо Германии не только от вражеских тяжелых бомбардировщиков, но и от самолетов фронтовой авиации.

Предполагалось, что простой и дешевый Не 162 станет самым массовым самолетом в составе люфтваффе. Под выпуск этого истребителя немцы оборудовали несколько сборочных заводов, спрятанных в бывших соляных штольнях. Эти заводы способны были выпускать до 2000 самолетов в месяц. Не случайно Не 162 получил второе, куда более популярное название «Фольксъягер» — народный истребитель.

Однако повоевать «фольксъягерам» не пришлось. Их серийное производство было развернуто уже в самые последние месяцы войны, и люфтваффе успело получить не более двух сотен самолетов этого типа. Впрочем, горючего, как мы знаем, для них уже не было. Но и это еще не все...

Весьма неприятным сюрпризом для немцев стало то, что «саламандры» из-за особенностей их аэродинамики и компоновочной схемы (очень маленькое крыло и двигатель на «спине») оказались настолько сложными в пилотировании, что отправлять на них в бой новичков, как это практиковалось в случае с Me 262, не представлялось возможным. Виной тому — спешный запуск самолета в серийное производство. В это трудно поверить, но произошло следующее: немцы были так уверены в своем «Фольксъягере», что развернули его массовый выпуск еще до полета первой опытной машины. А когда первый построенный самолет поднялся в воздух, выяснилось, что нормально летать он не может! Немецкие конструкторы, похоже, не ожидали, что двигатель, установленный на «спине» легкого самолета, может так сильно влиять на его устойчивость и управляемость.

Как выяснилось, на взлете реактивная тяга верхнерасположенного двигателя «Хейнкеля» буквально прижимала самолет к земле, не давая летчику приподнять нос самолета на разбеге. Если в полете летчик сбрасывал тягу, или если реактивный дви­гатель глох (а на раннем этапе развития реактивной техники это происходило довольно часто), то двигатель давал столь сильное сопротивление набегающему потоку воздуха, что начинал «заваливать» самолет на спину. При этом Не 162 задирал нос, еще больше терял скорость, и... срывался в штопор. Справиться с ним летчик уже не мог. Дальше шло неуправляемое «кувыркание» до самой земли. И не случайно Не-162 (в отличие от более сложного Me 262) был оборудован катапультируемым креслом. Оно являлось последней надеждой пилота.

Несколько отвлекаясь от темы, стоит вспомнить, что первый советский реактивный истребитель Як-15 с реактивным двигателем аналогичного типа, но установленным в нижней части фюзеляжа, прекрасно летал. Не случайно он стал основным учебным истребителем ВВС Советской Армии в первые послевоенные годы.

В общем, с Не 162 немцы помучились изрядно. А когда первые подразделения, хоть как-то овладевшие этими истребителями, стали более-менее боеготовыми, Германия капитулировала. Война закончилась.

И, наконец, еще один аспект, о котором опять-таки многие почему-то забывают: если бы у немцев реактивные самолеты пошли в бой хотя бы на год или на два раньше, то вскоре им были бы противопоставлены аналогичные боевые машины с турбореактивными двигателями, созданные в других странах.

Взять, к примеру, англичан. Они, как мы знаем, в годы Второй мировой войны тоже имели на вооружении реактивный истребитель «Ме­теор», который до 1945 г. попросту не пускали в воздушное пространство Германии. Англичане боялись, что сверхсекретная техника может попасть в руки врага. Полеты реактивных «метеоров» над территорией противника начались лишь в 1945 г., когда всем стало ясно, что война вот-вот закончится и бояться уже нечего. А ведь кроме «Метеора» в Англии с сентября 1943 г. проходил испытания аналог «Саламандры» — легкий истребитель «Вампир», принятый на вооружение вскоре после войны, и оказавшийся ис­ключительно удачным самолетом.

Не отставали от немцев и американцы. В США с 1942 г. летали истребители Р-59 «Эркомет», с 1944 г. — Р-80 «Шутинг Стар», а в январе 1945 г. в воздух поднялся даже палубный истребитель «Фантом» (первый самолет с этим названием).

Все эти реактивные самолеты союзники постепенно, без спешки доводили до ума, готовили для них летчиков и техников. В общем, до поры до времени в бой не бросали, справедливо полагая, что выиграют войну и с помощью имеющегося оружия.

А что бы произошло, если бы немцы все же смогли опередить события? Изменили бы они историю? Выиграли бы они войну?

Конечно, нет. Ведь по закону жанра то же самое смогли бы тогда сделать и противники Третьего Рейха. И если бы фашисты бросили в бой огромное количество реактивных самолетов еще в середине войны, то ответ был бы адекватным и явно не в пользу немцев. Ведь германский Me 262 явно уступал американскому Р-80. «Шутинг Стары» «прожили» в дальнейшем (в том числе и в учебно-боевом варианте Т-33) несколько десятилетий, а вот Me 262, ставшие трофеями стран-победительниц, досконально изученные и облетанные советскими, английскими, американскими и фран­цузскими летчиками-испытателями, были признаны не особо удачными самолетами. Ни одна из стран не решилась даже на короткое время использовать это «чудо-оружие» в составе своих военно-воздушных сил. Лишь небольшое количество двухместных учебных самолетов этого типа какое-то время летало в Че­хословакии.

Вывод из всего этого напрашивается один: если бы история пошла по иному сценарию, ни Me 262, ни другие реактивные самолеты люфтваффе все равно ничего бы не изменили. А прославился Me 262 лишь тем, что стал первым боевым самолетом с турбореактивным двигателем, пошедшим в бой, открыв тем самым новую страницу в истории воздушных войн.

Что касается огромного количества проектов реактивных самолетов, появившихся в конце войны, то это вовсе не говорит о какой-то исключительной гениальности германских конструкторов. Столь резкая активизация «творческой» деятельности авиационных специалистов накануне краха Третьего Рейха была обусловлена ни чем иным, как ба­нальной попыткой «откосить» от Восточного фронта в условиях, когда была объявлена тотальная мобилизация, и когда под ружье ставили всех без разбора (здесь я полностью поддерживаю точку зрения Геннадия Серова — авиационного историка, опирающегося в своих работах исключительно на архивные документы). Всем здравомыслящим людям в Германии было уже понятно, что поражение в войне неминуемо, что конец близок, а потому нужно хоть как-то пережить это время, любым способом сохранив себе жизнь. Выдавая же фантастические проекты, «гарантирующие» изменение хода войны, авиаконструкторы тем самым давали не только иллюзорную надежду на спасение полусумасшедшему Гитлеру и его ближайшему окружению, но и реально обеспечивали возможность «остаться при деле» многим инженерам и рабочим, а также тем мелким политическим бонзам и представителям прочих курирующих организаций (к примеру, СС), что сидели на местах (а вместе с ними и целой когорте «специалистов» из обеспечивающего аппарата). И нет ничего удивительного в том, что подобные работы, даже несмотря на их очевидную несостоятельность, находили самую горячую поддержку у всех, кто в той или иной мере был с ними связан.


Источник: "Авиация и космонавтика" 2013 № 4, с. 30-35.

Заглавное фото: Ме 262, разбитый 1 июня 1944 года из-за пожара двигателя.

В течение войны фирма "Мессершмитт" получила немало писем сходного содержания:

"Оберфанрих Шнур должен был облетать Ме 262 № 110564 после ремонта мотора и генератора. После полёта по прямой на высоте 600 м самолёт неожиданно вошёл в пикирование и разбился. Шнур был опытным, дисциплинированным пилотом, прошедшим курс обучения на Ме 262..."

"Оберфанрих Аст выполнял виражи на Ме 262 № 110479 на высоте 4500 м, когда внезапно самолёт вошёл в штопор. Из-за высокой скорости вращения самолёт потерял управление и был разбит"...

alternathistory.com

Реактивные самолёты Второй мировой войны, история создания и применения

Все страны, принявшие активное участие во Второй мировой войне, имели перед её началом определённый задел по разработке реактивных самолётов. Во время войны усилия по созданию реактивной боевой авиации не прекращались. Но их достижения меркнут при сравнении с масштабом, в котором производились реактивные самолеты вермахта Второй мировой войны.

Предвоенный задел

Реактивное движение всегда привлекало внимание оружейников. Применение пороховых ракет уходит в древние времена. Появление самолётов, способных осуществлять управляемый полёт, сразу же привело к стремлению совместить это новшество с возможностями реактивной тяги. Стремление обеспечить военный потенциал на передовом технологическом уровне наиболее ярко отражалось в научно-технической политике Рейха. Ограничения, наложенные Версальским договором, лишили Германию пятнадцати лет эволюционного совершенствования военной техники и вынуждали к поиску революционных решений. Поэтому сразу после отказа Рейха от военных ограничений и создания Люфтваффе руководителем научных программ Рихтгофеном в 1934 году была поставлена задача создать немецкий реактивный самолет Второй мировой войны. К её началу только англичанам удалось совершить технологический рывок, создав прототип турбореактивного двигателя. Но этим они обязаны не техническому предвидению, а упорству изобретателя Ф. Уиттла, вложившего в него собственные средства.

Прототипы и образцы

Начавшаяся война по-разному сказалась на программах развития реактивной авиации. Англичане, осознавая уязвимость перед воздушной угрозой, достаточно серьёзно отнеслись к развитию нового типа машин боевой авиации. На основе двигателя Уиттла они в апреле 1941 года провели испытания прототипа, с которого начались английские реактивные самолеты Второй мировой войны. Советский Союз, имевший слабую технологическую базу, потерявший и эвакуировавший часть промышленности, вёл довольно вялые эксперименты с ракетными и маломощными реактивными двигателями, имевшими, скорее, познавательный интерес. Американцы и японцы, несмотря на большие возможности, не сильно продвинулись от того же уровня. Их реактивные самолеты Второй мировой войны базировались на иностранных разработках. Уже в самом начале войны Германия приступила к созданию летающих прототипов серийных машин и отработке эксплуатации реальных боевых самолётов. Весной 1941 года в воздух поднялся реактивный "Хенкель" Не-178, оснащённый двумя турбореактивными двигателями HeS-8A, развивавшими тягу до шестисот килограмм. Летом 1942 года совершил полет первый немецкий реактивный самолет Второй мировой войны, двухмоторный "Мессершмитт" Ме-262, показавший прекрасную управляемость и надёжность.

Первые серии

Первые серийные реактивные самолеты Второй мировой войны, поступившие на вооружение, - "Мессершмитт" Ме-262 и английский Gloster Meteor. Существует легенда о том, что задержка с выпуском реактивного "Мессершмитта" связана с капризами Гитлера, желавшего видеть его в качестве истребителя-бомбардировщика. Начав производство этой машины, за 1944 год немцы выпустили более 450 самолётов. В 1945 году производство составило около 500 самолётов. Также немцы поставили в серию и начали массовый выпуск Не-162, рассматриваемого командованием как мобилизационный истребитель для фольксштурма. Третьим типом реактивного истребителя, участвовавшим в войне, стал "Арадо" Ar-234. До завершения войны их произвели 200 единиц. Размах англичан был заметно слабее. Вся военная серия "Глостеров" ограничилась 210 машинами. Реактивные самолеты Второй мировой войны США и Японии развивались на переданных технологиях Англии и Германии и ограничились опытными сериями.

Боевое применение

Боевой опыт использования реактивной авиации успели получить только немцы. Их самолёты пытались решить задачу обороны страны от противника, обладающего подавляющим превосходством в воздухе. Английские реактивные самолеты Второй мировой войны, хотя и применялись над территорией Германии и в обороне Англии против немецких крылатых ракет, имели лишь несколько боевых эпизодов. В основном они использовались в качестве тренировочных. Советский Союз не успел создать реактивные самолеты Второй мировой войны. СССР активно осваивал трофейные заделы на основе собственного богатого военного опыта.

fb.ru

история создания, конструктивные особенности, фото

Высокоскоростной турбореактивный истребитель-перехватчик Messerschmitt МЕ-262 Schwalbe («Мессершмитт ME-262 Ласточка») появился на поле боя лишь в 1944 году. Нельзя сказать точно, для какой работы предназначалась эта машина. Эксперименты с самолетом продолжались даже на поле боя. Он служил истребителем (в том числе ночным), бомбардировщиком и самолетом-разведчиком. Машина была одноместной и двухместной, боевой и учебной. На ней устанавливалась новейшая система слепой посадки, экспериментальное радиолокационное оборудование, испытывались прицелы, пушки различных калибров и многое другое экспериментальное оборудование. Германской промышленностью было выпущено около 25 модификаций этого самолета.

«Мессершмитт-262» был первой в мире серийной реактивной машиной, принимавшей непосредственное участие в боевых действиях. Немцы называли его «Ласточкой» (Schwalbe), американцы и англичане – «Буревестником» (Petrel). До конца войны немецкой промышленностью было выпущено 1433 машины. Таким образом, «Мессершмитт МЕ-262» можно считать самым массовым реактивным самолетом Второй мировой войны.

История создания самолета

Пожалуй, ни одна из моделей самолетов не претерпела столько трудностей в процессе своего становления, как «Мессершмитт-262». История создания этой машины, ее разработка и доведение до серийного производства осложнялись не только бюрократическими проволочками и недостаточным финансированием, но и множеством технологических проблем.

Свой первый полет, как сообщил А. Шпеер - министр вооружений Германии, этот самолет совершил за месяц до нападения немецких войск на СССР. В первой модели МЕ-262 были использованы еще поршневые двигатели. Однако они оказались недостаточно мощными. Уже на следующий год было решено воспользоваться реактивными двигателями Jumo-004, которые разработала и начала выпускать фирма «Юнкерс».

В истории известно немало фактов, когда грядущие нововведения сводили на нет всю ценность вооружения предыдущего поколения. «Мессершмитт-262» можно считать одним из таковых. Преимущество новой машины перед самолетами противника было очевидным, но детские болезни германской экономики стали непреодолимым препятствием на пути к его массовому производству.

К главным проблемам, которые преследовали разработку самолета на протяжении всей его истории, относят: во-первых, ненадежность турбореактивных двигателей Jumo, которыми оснащался «Мессершмитт-262». Они весьма ненадежно работали в разреженной атмосфере и требовали длительной и тщательной доработки. Во-вторых, устанавливаемые на колеса шасси шины также не отличались качеством. Они нередко лопались во время посадки, хотя скорость приземляющегося самолета составляла всего 190 км/час. В совокупности со сложной военно-политической обстановкой в Германии и нерешительностью вышестоящего командования при постройке новых самолетов, эти обстоятельства привели к тому, что «Мессершмитт ME-262» (фото выше) появился на поле боя лишь во второй половине 1944 года, с полугодовой задержкой. Он не смог стать тем чудо-оружием, которое, как надеялся Адольф Гитлер, помогло бы Германии вернуть господство в воздушном пространстве Европы. А ведь это вполне могло произойти.

Когда все недостатки были устранены, немецким конструкторам стало ясно, что все летно-технические характеристики новой машины оставляют далеко позади параметры самолетов союзников. Построенный ими самолет «Мессершмитт-262» можно было смело считать шедевром отечественного авиастроения.

Описание

Последняя модель самолета «Мессершмитт-262», конструкция которого еще не напоминала реактивные машины нынешних времен, был оснащен двумя турбореактивными двигателями и крыльями прямой стреловидности. Максимальная скорость передвижения составляла почти 850 км/ч. Высоту в 9 000 метров он набирал за 7 минут. Максимальная высота полета составляла 11 000 метров. Из вооружения следует отметить четыре 30-миллиметровых пушки МК-108, каждый снаряд которых мог запросто сбить тяжелый бомбардировщик. Они были расположены попарно в каждом из крыльев, одна над другой. Имелась также возможность установки до 12 неуправляемых ракет.

Реакция союзников на появление «Мессершмитта-262»

Плотно оккупировавшие европейское небо союзники были шокированы появлением МЕ-262. Более всего этот сюрприз не понравился американским бомбардировщикам, привыкшим совершать безнаказанные дневные налеты на города и военные объекты Германии. Казалось, еще немного и все преимущество в воздухе будет утеряно.

Но на помощь англо-американцам неожиданно пришел Адольф Гитлер. Дело в том, что первоначально немцы успешно применяли реактивный «Мессершмитт-262» в качестве истребителя-перехватчика. Фюрер же настойчиво требовал использовать этот самолет в качестве скоростного бомбардировщика, способного, не обращая внимание на противодействие истребителей, сорвать появление союзников на европейской сцене военных действий.

Немецкие летчики о машине нового поколения

В 1943 году опробовать новую машину пришло в голову лично командующему истребительной авиацией люфтваффе генералу Адольфу Галланду. Свои впечатления он выразил короткой фразой: «Эта машина летает так, словно ее носят ангелы». По словам еще одного пилота, Йорга Сцыпионски, «Мессершмитт-262» (фото которого содержится в статье) был не особо сложным в управлении. Главное - все делать по инструкции, тогда машина будет вести себя смирно и не станет капризничать. Из-за необычно высокой скорости главным в бою было успеть поймать в прицел вражеский самолет. В этом случае пилот становился королем положения.

Вооружение у самолета было настолько мощное, что одного залпа было достаточно, чтобы все уже было кончено. Тем не менее даже опытным летчикам было не так-то просто справиться с этой строптивой машиной. Требовалось непременное переобучение, которое требовало массу времени.

Истребительная часть «Ягдфербанд 744 (J744)»

Одним из категорических противников решения Гитлера и Геринга использовать истребитель «Мессершмитт-262» в роли бомбардировщика был командующий истребительной авиацией люфтваффе, ветеран битвы за Англию Адольф Галланд. В январе 1945 года во время совещания, на котором присутствовал весь руководящий состав авиации Германии, он прилюдно выразил сомнения в компетентности Геринга на посту командующего воздушным флотом страны. В результате строптивого генерала отстранили от должности. Однако тот не сдался.

Чтобы доказать свою правоту, Галланд предложил сформировать специальное соединение под его командованием, оснастив его самолетами «Мессершмитт ME-262». В личный состав формирования, среди прочих, зачислили Герхарда Бархорна (на тот момент он имел 301 воздушную победу), Гейнца Бэра (220 побед), Вальтера Крупински (197 побед), Йоханесса Штейнхоффа (176 побед), Гюнтера Лютцова (108 побед) и др. Соединение получило название «Истребительная часть «Ягдфербанд 744 (J744)».

Короткая биография «Ягдфербанд 744 (J744)»

В марте 1945 года штаб нового соединения разместился на аэродроме Мюнхен-Рием, откуда и приступил к перехватам армад бомбардировщиков союзников, которые совершали дневные налеты на Германию. За месяц с небольшим за этой новоявленной элитной авиачастью числилось уже 45 сбитых самолетов союзнической авиации. Однако продолжалось это недолго. 3 мая 1945 года она была разгромлена союзниками в Зальцбурге.

Сам Адольф Галлан также не отказывался от штурвала самолета. Он принимал участие во многих операциях по перехвату налетов бомбардировщиков союзников. 25 апреля во время одной из них он был сбит американским истребителем прикрытия «Рипаблик Р-47». Летчик получил ранения в оба колена и не смог нормально посадить свой истребитель на изрытое воронками поле.

Победы немецких летчиков

Первая победа за рулем реактивного «Мессершмитта-262» была одержана Адольфом Шрайбером. Произошло сие событие 26 июня 1944 года. Помимо вышеперечисленных летчиков «Мессершмитт-262» помог прославиться Францу Шаллю – на ME-262 он одержал 14 побед (всего 137), Герману Бухнеру – 12 (58), Георгу Петеру Эдеру – 12 (78), Эриху Рудорферу – 12 (222), Карлу Шнорреру – 11 (46), Йоханнесу Штейнхоффу – 6 (176), Вальтеру Новотны (всего 248 побед) и др.

Германские летчики считали «Мессершмитт-262» настолько неуязвимым, что смело вступали в схватки с многократно превосходящим их по численности противником. Так, 19 марта 1945 года 28 немецких летчиков, находясь за штурвалами «Месершмиттов-262», не побоялись вступить в бой с огромной тучей американских самолетов, состоящей из 1300 бомбардировщиков и 750 истребителей прикрытия. Несмотря на свою малочисленность, им удалось разогнать всю эту армаду, предотвратив налет на один из объектов Германии.

Как союзники боролись с МЕ-262

В прямом противостоянии с «Мессершмиттом-262» любой самолет союзников был обречен на поражение. Проигрывая ему в скорости, маневре и мощности вооружения, о победе можно было даже не мечтать. И все же ахиллесова пята была найдена. Даже не одна. Дело в том, что реактивный истребитель «Мессершмитт-262» оказался очень уязвимым при взлете и посадке. На эти моменты и решено было делать ставку в противостоянии с ним.

В первую очередь все силы были брошены на разведку аэродромов, на которых базировались немецкие «Ласточки». После этого их взлетно-посадочная полоса подвергалась беспощадным бомбардировкам. Ее смешивали с землей практически ежедневно. Продолжалось это до тех пор, пока «Мессершмитты-262», базирующиеся на аэродроме, не перевозили в другое место.

Известно также несколько фактов уничтожения «мессеров» на взлете. Так, 7 октября 1944 года лейтенант Урбан Дрю, пролетая по территории врага, заметил стартовавшую с аэродрома пару реактивных самолетов. Используя преимущество в высоте и скорости, летчик смело атаковал противников и сбил обоих, не позволив тем набрать скорость.

Несколько МЕ-262 было уничтожено и в воздушных боях. Так, 8 ноября 1944 года один из асов люфтваффе Вальтер Новотны, сбивший до этого 258 самолетов противника, во время атаки соединения американских бомбардировщиков был сбит одним из прикрывавших его истребителей «Мустанг Р-51».

Характеристики «Мессершмитта-262»

В длину самолет составлял 10,6 м, в высоту – 3,8 м, размах крыльев – 12,5 м, площадь крыла – 21,8 м. Вес пустой машины составлял 3800 кг, нормальная взлетная масса – 6400 кг, максимальный взлетный вес – 7140 кг. Практический потолок подъема составлял 11 км. Максимальная скорость на максимальной высоте составляла 855 км/час. На вооружении состояли 4 пушки МК – 108. Имелась также возможность установить 12 неуправляемых ракет R4М.

Победители реактивных «Мессершмиттов-262»: союзники

Победителей реактивных «Мессершмиттов» среди союзников не так уж и много. По большей части немецких «ласточек» уничтожали на аэродромах, не давая им возможности подняться. Тем не менее сбитые «Мессершмитты-262» были записаны на счет капитана Дж. Бендраулта (386-й FS), лейтенанта Мюллера (353-й FG), майора З. Коннора (78-й FG), пилота-офицера Боба Коула (3-я эскадрилья RAF), лейтенанта Лэмба (78-й FG), лейтенанта Вильсона (401-я канадская авиаэскадрилья) и др.

Победители реактивных «Мессершмиттов-262»: Восточный фронт

Помимо западноевропейского театра военных действий, появлялись «Мессершмитты-262» и на Восточном фронте. Правда, сведения об этом достаточно скупы. Тем не менее в списке победителей «Мессершмитта-262» присутствуют фамилии и советских асов. Официально зарегистрированные сбитые реактивные «мессеры» на своем счету имеют Иван Кожедуб, Лев Сивко, Иван Кузнецов, Яков Околепов и Александр Долгунов. Предположительно в этот список должны быть включены еще две фамилии: Гарри Мерквиладзе, летчик 152-го гвардейского авиаполка и Владимир Егорович из 402-го истребительного авиаполка.

Однако подтверждения об их победах в архивах не обнаружено.

Заключение

За все время Второй мировой войны промышленностью Германии было построено и отправлено на фронт 1433 самолета «Мессершмитт-262» включая различные его модификации. Однако далеко не все машины приняли участие в военных действиях. Недостаток топлива, нехватка квалифицированных кадров и дефицит подходящих для базирования аэродромов (машине требовалась удлиненная взлетно-посадочная полоса) сыграли не последнюю роль в судьбе первого в мире реактивного самолета «Мессершмитт МЕ-262». И все же он оставил заметный след в истории мировой авиации. Ведь его появление ознаменовало начало эпохи реактивной авиации.

fb.ru

Реактивные самолеты Германии. Могли ли они изменить ход войны?

Реактивные самолеты Германии. Могли ли они изменить ход войны?

Виктор БАКУРСКИЙ

Как известно, в годы Второй мировой войны в Германии были созданы и запущены в серийное производство реактивные истребители Мессершмитт Ме-262 и Хейнкель Не 162, ракетный перехватчик Me 163, реактивный бомбардировщик Арадо Аг 234. Некоторые боевые машины находились на стадии летных испытаний. Об их создании и боевом применении написано немало. Но вот что интересно…

На протяжении всех послевоенных десятилетий вплоть до настоящего времени многие исследователи, считающие себя большими специалистами в области истории авиации, рассуждают о том, как бы изменилась ситуация во время войны, если бы немцы не тянули так долго с принятием решения о запуске реактивных самолетов (прежде всего, Ме-262) в производство. В последнее время подобные идеи получили распространение и среди подрастающего поколения, «хорошо знакомых» с германской реактивной техникой благодаря… компьютерным играм. С этим мне не раз приходилось сталкиваться во время регулярных встреч, проводимых со школьниками и студентами. Многие на полном серьезе считают, что если бы Гитлер с самого начала, еще в 1942 г., оценил Ме-262 и распорядился о срочном внедрении его в массовое производство, то тогда люфтваффе получили бы не тысячу подобных боевых машин, а десятки тысяч. И это, возможно, изменило бы исход войны…

На самом деле, ничего бы не изменилось. Реактивный Me 262 вовсе не был таким хорошим самолетом, каким его обычно представляют в популярной литературе авторы, слабо разбирающиеся в авиационной технике. Все его превосходство над другими боевыми самолетами той эпохи достигалось исключительно за счет скорости, что обеспечивалось принципиально новыми для той поры реактивными двигателями. Вот только проблема заключалась в том, чтобы довести до работоспособного состояния именно двигатели, организовав при этом их серийное производство. А это было невероятно трудно и практически невыполнимо до 1944 г. И тут никакие приказы фюрера, никакие распоряжения руководителей министерства авиации или генералов люфтваффе не помогли бы немцам это сделать. А без двигателей самолет летать не будет. Пользы же от нескольких тысяч «реактивных» истребителей, если бы их даже и «наклепали» в 1943 г., — как от металлолома.

Me 262, разбитый 1 июня 1944 г. из-за пожара двигателя.

В течение войны фирма «Мессершмитт» получила немало писем сходного содержания: «Оберфанрих Шнур должен был облетать Me 262 Ne 110564 после ремонта мотора и генератора. После полета по прямой на высоте 600 м самолет неожиданно вошел в пикирование и разбился. Шнур был опытным, дисциплинированным пилотом, прошедшим курс обучения на Me 262…»; «Оберфанрих Аст выполнял виражи на Me 262 Ne 110479 на высоте 4500 м, когда внезапно самолет вошел в штопор. Из-за высокой скорости вращения самолет потерял управление и был разбит».

При этом не стоит забывать вот о чем: если бы даже двигатели и были, если бы Гитлер заставил авиапромышленность Германии переключиться на массовый выпуск реактивных самолетов, то тут же резко уменьшился бы выпуск обычных поршневых истребителей и бомбардировщиков, столь востребованных на Восточном фронте. А без этих самолетов Германия, скорее всего, проиграла бы войну еще быстрее.

Но и это еще не все…

Мало кто из историков-фантазеров задумывается над тем, что турбореактивные двигатели первого поколения — агрегаты исключительно прожорливые. Так, если основной истребитель люфтваффе Мессершмитт Bf 109 обходился 400 литрами топлива, то в Me 262 надо было залить полторы тонны! Причем для реактивных двигателей нужен был не просто авиационный бензин, а специальный высококачественный керосин. И где бы немцы его взяли в нужных количествах? Своей нефти в Германии, как известно, было очень мало.

До августа 1944 г., пока нефтяные поля Плоешти не заняла Красная Армия, немцев выручала Румыния, из которой в Германию поставлялось около половины добытых тут нефтепродуктов. После этого осталась только Венгрия.

Да, немцев тогда выручал синтетический бензин собственного производства, получаемый из угля. Но бензин не годился для реактивных двигателей. Авиационный же керосин производился только из нефти. И в отличие от синтетического бензина его производство в Германии росло очень медленно. А вскоре для германской нефтехимической промышленности наступили черные времена. С 12 мая 1944 г. (и вплоть до марта 1945 г.) авиация союзников начала совершать массированные налеты на заводы по переработке нефти и по производству синтетического топлива. Уже в сентябре того же года бывали дни, когда германская армия не получала от химической промышленности вообще ни одной тонны топлива! Какой уж тут керосин для реактивных самолетов в достаточном количестве?

Недостаток топливо заставил немцев использовать на аэродромах даже гужевой транспорт

На аэродроме бомбардировщики Ar 234

Уничтоженный авиацией союзников нефтеперегонный завод в Киле

Заправка Ar 234 топливом

В данном случае стоит вспомнить самолет Арадо Аг 234. Для своего времени это был действительно неплохой бомбардировщик. Он хоть и был менее скоростным, нежели Me 262, зато мог нести бомбы крупного калибра (до полутора тонн), а его скорость в 740 км/ч все равно превышала скорость полета самых лучших поршневых истребителей противника. К тому же бомбовый прицел, установленный в кабине летчика, обеспечивал достаточно точное поражение наземных целей. Кстати, одной из причин, по которой Гитлер разрешил-таки выпускать Me 262 не в бомбардировочном, а в истребительном варианте, было как раз появление Аг 234, лучше подходящего на роль «оружия возмездия». Всего этих самолетов до конца войны немцы успели произвести чуть более двухсот, в том числе и несколько машин, оснащенных четырьмя двигателями. Но применялись Аг 234 эпизодически, потому как одной из главных проблем было обеспечение их топливом. Ведь один такой бомбардировщик требовал для своей заправки почти 4 тонны крайне дефицитного керосина.

Стоит вспомнить и достаточно известный факт: когда в конце войны Красная Армия и войска союзников захватили на немецких аэродромах в качестве трофеев большое количество реактивных самолетов, выяснилось, что в их баках не было и капли горючего. Отсюда сам собой напрашивается вывод: да если бы немцы сумели выпустить пусть даже десять тысяч реактивных самолетов, большая часть из них никогда бы даже «не понюхала» керосина.

А кто задумывался о проблеме подготовки достаточного количества авиационных техников и механиков, способных управляться со столь сложной техникой? Про летчиков и говорить нечего. Летать на реактивных самолетах, если бы они выпускались тысячами, было бы просто некому.

Бытует мнение, что положение дел мог спасти легкий истребитель Не 162 «Саламандра», появись он чуточку пораньше. Этот очень легкий истребитель (его взлетный вес составлял всего 2,5 тонны), в отличие от семитонного перехватчика Me 262, нацеленного в конце войны исключительно на уничтожение «летающих крепостей», по планам Гитлера должен был вновь завоевать господство в воздухе, очистив небо Германии не только от вражеских тяжелых бомбардировщиков, но и от самолетов фронтовой авиации.

Не 162 «Фольксъягер»

За время обучения на Не 162 погибло около 20 пилотов, а в бой самолет так и не пошел

Захваченный союзниками завод по производству Не 162

Предполагалось, что простой и дешевый Не 162 станет самым массовым самолетом в составе люфтваффе. Под выпуск этого истребителя немцы оборудовали несколько сборочных заводов, спрятанных в бывших соляных штольнях. Эти заводы способны были выпускать до 2000 самолетов в месяц. Не случайно Не 162 получил второе, куда более популярное название «Фольксъягер» — народный истребитель.

Однако повоевать «фольксъягерам» не пришлось. Их серийное производство было развернуто уже в самые последние месяцы войны, и люфтваффе успело получить не более двух сотен самолетов этого типа. Впрочем, горючего, как мы знаем, для них уже не было. Но и это еще не все…

Весьма неприятным сюрпризом для немцев стало то, что «саламандры» из-за особенностей их аэродинамики и компоновочной схемы (очень маленькое крыло и двигатель на «спине») оказались настолько сложными в пилотировании, что отправлять на них в бой новичков, как это практиковалось в случае с Me 262, не представлялось возможным. Виной тому — спешный запуск самолета в серийное производство. В это трудно поверить, но произошло следующее: немцы были так уверены в своем «Фольксьягере», что развернули его массовый выпуск еще до полета первой опытной машины. А когда первый построенный самолет поднялся в воздух, выяснилось, что нормально летать он не может! Немецкие конструкторы, похоже, не ожидали, что двигатель, установленный на «спине» легкого самолета, может так сильно влиять на его устойчивость и управляемость.

Как выяснилось, на взлете реактивная тяга верхнерасположенного двигателя «Хейнкеля» буквально прижимала самолет к земле, не давая летчику приподнять нос самолета на разбеге. Если в полете летчик сбрасывал тяг/, или если реактивный двигатель глох (а на раннем этапе развития реактивной техники это происходило довольно часто), то двигатель давал столь сильное сопротивление набегающему потоку воздуха, что начинал «заваливать» самолет на спину. При этом Не 162 задирал нос, еще больше терял скорость, и… срывался в штопор. Справиться с ним летчик уже не мог. Дальше шло неуправляемое «кувыркание» до самой земли. И не случайно Не-162 (в отличие от более сложного Me 262) был оборудован катапультируемым креслом. Оно являлось последней надеждой пилота.

Несколько отвлекаясь от темы, стоит вспомнить, что первый советский реактивный истребитель Як-15 с реактивным двигателем аналогичного типа, но установленным в нижней части фюзеляжа, прекрасно летал. Не случайно он стал основным учебным истребителем ВВС Советской Армии в первые послевоенные годы.

Первый опытный английский реактивный истребитель «Метеор» готовится к взлету

Британский реактивный истребитель «Вампир»

Первый американский реактивный истребитель Белл Р-59 «Аэркомет» не блестал летными характеристиками, зато позволил американским пилотом освоить новою технику

В общем, с Не 162 немцы помучились изрядно. А когда первые подразделения, хоть как-то овладевшие этими истребителями, стали более- менее боеготовыми, Германия капитулировала. Война закончилась.

И, наконец, еще один аспект, о котором опять-таки многие почему- то забывают: если бы у немцев реактивные самолеты пошли в бой хотя бы на год или на два раньше, то вскоре им были бы противопоставлены аналогичные боевые машины с турбореактивными двигателями, созданные в других странах.

Взять, к примеру, англичан. Они, как мы знаем, в годы Второй мировой войны тоже имели на вооружении реактивный истребитель «Метеор», который до 1945 г. попросту не пускали в воздушное пространство Германии. Англичане боялись, что сверхсекретная техника может попасть в руки врага. Полеты реактивных «метеоров» над территорией противника начались лишь в 1945 г., когда всем стало ясно, что война вот-вот закончится и бояться уже нечего. А ведь кроме «Метеора» в Англии с сентября 1943 г. проходил испытания аналог «Саламандры» — легкий истребитель «Вампир», принятый на вооружение вскоре после войны, и оказавшийся исключительно удачным самолетом.

Не отставали от немцев и американцы. В США с 1942 г. летали истребители Р-59 «Эркомет», с 1944 г. — Р-80 «Шутинг Стар», а в январе 1945 г. в воздух поднялся даже палубный истребитель «Фантом» (первый самолет с этим названием).

Все эти реактивные самолеты союзники постепенно, без спешки доводили до ума, готовили для них летчиков и техников. В общем, до поры до времени в бой не бросали, справедливо полагая, что выиграют войну и с помощью имеющегося оружия.

А что бы произошло, если бы немцы все же смогли опередить события? Изменили бы они историю? Выиграли бы они войну?

Конечно, нет. Ведь по закону жанра то же самое смогли бы тогда сделать и противники Третьего Рейха. И если бы фашисты бросили в бой огромное количество реактивных самолетов еще в середине войны, то ответ был бы адекватным и явно не в пользу немцев. Ведь германский Me 262 явно уступал американскому Р-80. «Шутинг Стары» «прожили» в дальнейшем (в том числе и в учебно-боевом варианте Т-33) несколько десятилетий, а вот Me 262, ставшие трофеями стран- победительниц, досконально изученные и облетанные советскими, английскими, американскими и французскими летчиками-испытателями, были признаны не особо удачными самолетами. Ни одна из стран не решилась даже на короткое время использовать это «чудо-оружие» в составе своих военно-воздушных сил. Лишь небольшое количество двухместных учебных самолетов этого типа какое-то время летало в Чехословакии.

Первая серийная модель американского реактивного истребителя Р-80 «Шутинг Стар»

Американский палубный реактивный истребитель PH-1 «Фантом»

Me 262 на испытаниях в СССР

Вывод из всего этого напрашивается один: если бы история пошла по иному сценарию, ни Me 262, ни другие реактивные самолеты люфтваффе все равно ничего бы не изменили. А прославился Me 262 лишь тем, что стал первым боевым самолетом с турбореактивным двигателем, пошедшим в бой, открыв тем самым новую страницу в истории воздушных войн.

Что касается огромного количества проектов реактивных самолетов, появившихся в конце войны, то это вовсе не говорит о какой-то исключительной гениальности германских конструкторов. Столь резкая активизация «творческой» деятельности авиационных специалистов накануне краха Третьего Рейха была обусловлена ни чем иным, как банальной попыткой «откосить» от Восточного фронта в условиях, когда была объявлена тотальная мобилизация, и когда под ружье ставили всех без разбора (здесь я полностью поддерживаю точку зрения Геннадия Серова — авиационного историка, опирающегося в своих работах исключительно на архивные документы). Всем здравомыслящим людям в Германии было уже понятно, что поражение в войне неминуемо, что конец близок, а потому нужно хоть как-то пережить это время, любым способом сохранив себе жизнь. Выдавая же фантастические проекты, «гарантирующие» изменение хода войны, авиаконструкторы тем самым давали не только иллюзорную надежду на спасение полусумасшедшему Гитлеру и его ближайшему окружению, но и реально обеспечивали возможность «остаться при деле» многим инженерам и рабочим, а также тем мелким политическим бонзам и представителям прочих курирующих организаций (к примеру, СС), что сидели на местах (а вместе с ними и целой когорте «специалистов» из обеспечивающего аппарата). И нет ничего удивительного в том, что подобные работы, даже несмотря на их очевидную несостоятельность, находили самую горячую поддержку у всех, кто в той или иной мере был с ними связан.

Наиболее известные самолеты с турбореактивными двигателями, созданные в годы Второй мировой войны

Истребитель Мессершмитт Me 262А-1

Истребитель Глостер «Метеор» F.Mk.I

Опытный истребитель Де Хевилленд DH-100 «Вампир»

Истребитель Белл Р-59А «Эркомет»

Опытный истребитель Локхид ХР-80А «Шутинг Стар»

Истребитель Хейнкель Не 162А-1

Бомбардировщик Арадо Аг 234В-2

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

military.wikireading.ru

Реактивный истребитель Мессершмитт 262 – технологический прорыв рейха

Мессершмитт Me.262 «Schwalbe» (с нем. ласточка) – немецкий реактивный истребитель времен Второй мировой войны. Использовался в качестве истребителя (в том числе ночного), бомбардировщика, самолета-разведчика. Данный самолет был первой в мире серийной реактивной машиной, которая принимала участие в боевых действиях. Всего с 1944 по 1945 год немецкой промышленности удалось собрать и передать в войска 1433 истребителя Me.262, который таким образом стал еще и самым массовым реактивным самолетом Второй мировой войны.

Очень часто в истории боевой авиации возникали такие моменты, при которых технические нововведения в один определенный момент практически полностью сводили на нет всю боевую ценность самолетов предыдущих поколений. Одним из наиболее ярких примеров, подтверждающих данные слова, стал немецкий реактивный истребитель Me.262. Техническое преимущество новой машины над авиацией союзников было значительно, но детские болезни (в первую очередь недостатки и ненадежность двигателей), а также сложная военно-политическая обстановка в Германии в конце войны, нерешительность и колебания в вопросах программ постройки новых самолетов, привели к тому, что самолет появился в боевом небе Европы с задержкой как минимум на 6 месяцев и не стал тем «чудо-оружием», которое смогло бы вернуть Германии господство в воздухе.


Хотя наиболее простым объяснением данным задержкам был тот факт, что компания «Юнкерс» просто не могла до середины 1944 года довести до серийного производства свой новый турбореактивный двигатель. В любом случае, массовые поставки самолета в боевые части не могли начаться ранее сентября-октября 1944 года. Помимо этого спешка в принятии на вооружении самолета привела к тому, что он был направлен в бой еще до завершения цикла всех испытаний. Начало использования машины было явно преждевременным и привело к большому числу небоевых потерь среди самолетов и летчиков люфтваффе.

Вполне очевидно, что возможность по ускорению создания такого радикального самолета как Ме.262 имела свои пределы, даже не смотря на то, что самолету и его двигателям был придан высочайший приоритет, для успешной реализации проекта было уже слишком поздно. В то же время всесторонняя поддержка создания машины еще на ранних стадиях работ также не могла серьезно повлиять на время его доводки. Самолет, который впервые поднялся в воздух в 1941 году с обычным поршневым двигателем, просто опоздал на эту войну.

Не смотря на это, одно было, безусловно: Ме.262 стал самым первым боевым самолетом с турбореактивным двигателем, который принял участие в боевых действиях, опередив в этом плане британский «Метеор». В независимости от результатов боевого использования Ме.262 навсегда вошел в историю, как самолет, открывший новую страницу в летописи воздушных боев.

Описание конструкции

Самолет Ме.262 представлял из себя свободнонесущий цельнометаллический моноплан, который имел низко расположенное крыло с двумя турбореактивными двигателями (ТРД). Крыло самолета было однолонжеронным и имело предкрылки, расположенные по всей длине. Закрылки были установлены между элероном и центропланной частью крыла. Истребитель имел вертикальное однокилевое оперение и убирающееся шасси с носовой стойкой. Кабина пилота закрывалась прозрачным фонарем, который можно было открыть вправо. Предусматривалась также возможность полной герметизации кабины летчика и возможность установки катапультируемого кресла.


Самолет мог выдерживать перегрузки на уровне в 7g с максимальной допустимой полетной массой в 5 600 кг. Предельно допустимая скорость в горизонтальном полете составляла 900 км/ч, при пикировании – 1000 км/ч, при полностью выпущенных посадочных закрылках – 300 км/ч.

Фюзеляж истребителя был цельнометаллическим и состоял из 3-х секций, обладал треугольным сечением и имел большое количество закругленных граней. Обшивка его была гладкой. Секции фюзеляжа были представлены носовой, средней и хвостовой с силовым элементом для крепления оперения. В носовой части фюзеляжа монтировался комплект вооружения и боеприпасов. В нижней части находилась ниша, в которую убиралась передняя стойка шасси. В средней секции располагалась кабина пилота, которая обладала бочкообразной формой, а также топливные баки истребителя. Выемка под местом летчика служила для крепления крыла. Хвостовая секция фюзеляжа образовывала вместе с оперением единую конструкцию.

Кресло летчика было небронированным и устанавливалось на задней стенке кабины, оно могло регулироваться только по высоте. За креслом пилота находился аккумулятор. Фонарь кабины включал в себя 3 секции: передняя (козырек кабины) имела бронестекло и была несъемной, среднюю и заднюю секции можно было демонтировать. На козырьке кабины с левой стороны было расположено небольшое откидное оконце. Средняя часть фонаря откидывалась вправо и служила для выхода из кабины летчика. Спереди боеприпасы, летчик и основные приборы были прикрыты бронеплитами.

Шасси самолета было убирающимся и в убранном виде все части шасси надежно прикрывались закрывающимися щитками. Уборка и выпуск шасси производились при помощи гидравлики. Все три колеса самолета обладали тормозной системой. Торможение носового колеса осуществлялось при помощи рычага помпы, который находился в кабине пилота слева от него, торможение основных колес осуществлялось при помощи педали тормоза. Контроль за состоянием шасси можно было осуществлять при помощи 6-и приборов визуальной сигнализации.


Истребитель оснащался двумя турбореактивных двигателя (ТРД) Jumo 0004В, которые размещались под крылом самолета и крепились к нему в 3-х точках каждый. Управление двигателями было однорычажным и осуществлялось при помощи лишь одного рычага на каждый двигатель. Съемные капоты-обтекатели обеспечивали техникам достаточно хороший доступ к двигателям. С левой стороны мотогондол находилось специальное углубление-ступенька, которая облегчала техническому персонала и летчику подъем на крыло самолета.

Основные топливные баки были расположены перед и за кабиной летчика (емкостью по 900 литров). Дополнительный топливный бак емкостью в 200 литров находился под кабиной летчика. Общий запас топлива составлял 2000 литров. Баки самолета были протектированными. Топливо подавалось к двигателям при помощи пары электропомп, которые устанавливались на каждом из основных баков. Система контроля за запасом топлива была автоматической и срабатывала при нахождении в каждом из баков мене 250 литров топлива.

Основным вооружением самолета были четыре 30-мм автоматических пушки MK-108. Благодаря тому, что пушки были установлены в носовой части рядом друг с другом, они обеспечивали очень плотный и кучный огонь. Пушки были установлены попарно друг над другом. Нижняя пара обладала боезапасом в 100 снарядов на ствол, нижние имели по 80 снарядов. На одной из модификаций истребителя также устанавливалась 50-мм пушка BK-5. Для борьбы с дневными бомбардировщиками могли использоваться неуправляемые ракеты R-4M.



Недостатки и боевое применение

В ходе боев на всех истребительных модификациях Мессершмитта Me.262 немецкие летчики сбили 150 вражеских самолетов, потеряв при этом около 100 своих машин. Данная безрадостная картина в первую очередь объясняется низким уровнем подготовки основной массы летчиков, а также недостаточной надежностью двигателей Jumo-004 и их достаточно низкой живучестью в боевых условиях, перебоями со снабжением истребительных частей люфтваффе на фоне общего хаоса в терпящем поражение Третьем рейхе. Эффективность же использования машины в качестве бомбардировщика была столь низкой, что об их деятельности в данном статусе не упоминалось даже в сводках боевых действий.

Как и любая принципиально новая, инновационная разработка истребитель Me.262 не был лишен недостатков, который в случае с данным самолетом в основном относились к его двигателям. В качестве наиболее серьезных выявленных недостатков перечисляются следующие:

- существенный разбег при взлете (требовалась бетонированная ВПП с длиной не менее 1,5 км), что делало невозможным применение самолета без использования специальных ускорителей с полевых аэродромов;
- значительный пробег при посадке;
- очень высокие требования к качеству ВПП, которые были связаны с засасыванием предметов в низко расположенные воздухозаборники, а также недостаточной тягой двигателей;
- очень высокая уязвимость машины во время взлёта и посадки;
- затягивание истребителя в штопор при превышении скорости 0,8 Mаха;
- ненадежность двигателей самолета, отказы которых приводили к большому числу небоевых потерь, посадка самолета с одним работающим двигателем часто приводила к гибели машины;
- двигатель был очень уязвимым – во время резкого набора высоты он мог загореться;
- двигатель обладал очень малым моторесурсом – всего 25 летных часов;
- высокие требования, предъявляемые к техническому персоналу, что не было приемлемо для Германии в условиях боевых действий на заключительном этапе войны.


В целом главные претензии к Me.262 относятся в первую очередь к двигателям. Сам истребитель же получился достаточно удачным, а в случае оснащения более надёжными двигателями, обладающими большей тягой, он мог бы показать себя с существенно лучшей стороны. По своим основным характеристикам он превосходил большинство самолетов своего времени. Скорость более 800 км/ч – на 150-300 км/ч превышала скорость самых быстрых истребителей и бомбардировщиков союзников. Его скороподъемность также находилась вне конкуренции. Кроме этого истребитель мог совершать вертикальный набор высоты, что было недоступно ни для одного из самолетов союзников. В управлении же самолет был значительно легче, чем массовый Мессершмитт 109, хотя и требовал серьезной подготовки летчиков-истребителей.

Тактико-технические характеристики Мессершмитта Me.262 A1-1a

Размеры: размах крыла – 12,5 м, длина - 10,6 м, высота - 3,8 м.
Площадь крыла – 21,8 кв. м.
Масса самолета, кг
- пустого – 3 800
- нормальная взлетная – 6 400
- максимальная взлетная – 7 140
Тип двигателя – два ТРД Junkers Jumo 004B-1 с тягой в 900 кгс каждый
Максимальная скорость на высоте– 855 км/ч
Боевой радиус – 1040 км.

Практический потолок – 11 000 м.
Экипаж – 1 человек
Вооружение пушечное: 4×30-мм пушка MK-108, возможна установка 12 неуправляемых РС R-4M

Использованы источники:
www.airwar.ru/enc/fww2/me262a.html
www.pro-samolet.ru/samolety-germany-ww2/reaktiv/211-me-262?start=7
Материалы свободной интернет-энциклопедии «Википедия».

topwar.ru

Реактивные самолеты во Второй мировой.

В начале 1940-х годов самолеты с поршневыми двигателями и воздушными винтами подошли к пределу своего развития. Дальнейшее наращивание энерговооруженности и совершенствование аэродинамики давались все труднее и приносили все меньший эффект. Увеличение мощности силовых установок на сотни лошадиных сил приводило к весьма незначительному росту летных данных, поскольку одновременно росла масса и габариты машины, а КПД винта снижался на больших скоростях и высотах. Выход из этого тупика сулила радикальная смена принципа создания тяги — переход от винтовых силовых установок к реактивным.

В то время уже были известны несколько типов авиационных реактивных двигателей -турбореактивный (ТРД), прямоточный воздушно-реактивный (ПВРД), пульсирующий воздушно-реактивный (ПуВРД) и жидкостный ракетный (ЖРД). Наиболее перспективными считались турбореактивные двигатели (именно на них летают все современные реактивные самолеты), но они являются и наиболее сложными.

ПВРД и ПуВРД, напротив, очень просты, но обладают малым диапазоном тяги, относительно низким КПД, а главное, в силу их конструктивных особенностей для включения им необходим сильный воздушный напор. Поэтому самостоятельный взлет самолета с таким двигателем невозможен, ему нужен либо внешний носитель, либо стартовый ускоритель.

Ракетный двигатель легок, довольно прост, он может обеспечить очень большую тягу, поэтому самолет с таким двигателем обладает исключительной скоростью и скороподъемностью, но и у него есть серьезный недостаток — огромный расход топлива, из-за которого время полета ракетопланов ограничено буквально несколькими минутами. Кроме того, топливо ЖРД двухкомпонентное - оно состоит из горючего и окислителя, который представляет собой чрезвычайно агрессивную и ядовитую жидкость.

Тем не менее, накануне Второй мировой войны руководство советских ВВС считало, что есть класс боевых самолетов, для которых недостатки ЖРД не являются критичными. Этот класс - истребители-перехватчики. По замыслу военных, при появлении в небе вражеских бомбардировщиков такой истребитель должен был молниеносно взлететь, набрать высоту и произвести атаку, после чего совершить посадку с неработающим мотором, как планер. За счет большого преимущества в скорости и скороподъемности его шансы догнать и уничтожить противника оценивались гораздо выше, чем у обычных поршневых перехватчиков. Дополнительным аргументом в пользу ЖРД было то, что к концу 1930-х годов в СССР успешно прошли испытания нескольких образцов таких силовых установок. Наиболее подходящей из них сочли двигатель, разработанный под руководством Л.А. Душкина под обозначением Д-1-А-1100.

Единственный самолет союзников с ТРД, принимавший участие во Второй мировой войне, «Метеор» фирмы «Глостер» спроектированый Джорджем Картером.

   Реактивная авиация Германии.

www.airpages.ru

Мессершмитт Ме-262 первый реактивный истребитель люфтваффе

Мессершмитт Ме-262 первый реактивный истребитель люфтваффе
В 1940-х ни союзники, ни Германия не имели надежных реактивных двигателей до конца войны.
«Хейнкель» Не-178 поднялся в воздух на собственном двигателе 27 августа 1939 г, став первым самолетом с реактивным двигателем, потребляющим атмосферный воздух.

В 1941 г. Хейнкель и Мессершмитт испытывали прототипы реактивных самолетов одновременно с взлетевшим британским «Глостером» Е.28/39.  Для проверки планера «Мессершмитт» взлетел с традиционным поршневым мотором в носовой части фюзеляжа: его ненадежные реактивные двигатели могли отказать, и первый же полет закончился катастрофой.

кокпит Messerschmitt Me 262 вид из кабины

«Метеор» фирмы «Глостер» первый реактивный самолет поступивший на вооружении союзников (Англия) в июле 1944 года, использовался для преследования крылатых ракет V-1 до последних месяцев войны. Подразделению из этих самолетов запрещалось пересекать линию фронта, что бы не подвергаться риску захвата.

Мессершмитт Ме-262 первый реактивный истребитель люфтваффе

Генерал-лейтенант Адольф Галланд, в качестве инспектора истребительной авиации проводил испытательные полеты на «Мессершмитте» Ме-262 — реактивном истребителе более быстрого, чем любой самолет союзников, и способного сражаться даже с ускользающим до этого от атак, самолетом «Москито».

Самолёт «Москито» многоцелевой бомбардировщик, использовался и как  ночной истребитель. С его скоростью  640—675 км/ч на высотах свыше  десяти километров, мог не опасаться атак Мессершмитта 109.

Me 262A реактивные истребители базирующиеся вдоль автобана Мюнхен Зальцбург Германии 1945

А вот  Мессершмитт Ме-262 (Messerschmitt Me.262) вооруженный 30-мм пушкой истребитель, мог изменить ход войны в воздухе. Так везде обмусоливаются эти данные, так по крайней мере, не редко говорят.

Ме-262 мог выиграть войну. Он представлял каче­ственный скачок в конструировании самолетов; даже все­го несколько самолетов, переданных во фронтовые под­разделения, сделали вызов командованию авиации со­юзников в Европе. Обладающий оглушительными летными характеристиками, самолет М-262 страдал из­ за своих ненадежных ТРД. Потери из-за отказов двигате­лей, возгораний и поломок были тяжелыми. 30-мм пушка имела склонность к заеданию, а стойки шасси часто раз­рушались при посадке самолета.

Ме-262, один из первых реактивных истребителей и самый известный из них

Несколько сотен Ме-262 нанося существенные потери, могли остановить дневные бомбардировки американцев.

А вы как думаете? Ответ остается неясным?

Мог ли столь революционный самолет закрыть небо Германии от воздушных налетов союзнической авиации. Напомним армады атакующих доходили почти до 1000 самолетов единовременно. И к середине 1944 года контроль за небом Германии принадлежал союзникам, причем и в дневное время тоже. Ме-262 стремительно внедрили в производство. Галланд настаивал, чтобы по крайней мере четверть германских истребителей составляли Ме-262. Это было невыполнимое требование.

Германия могла строить самолеты в достаточном количестве, пока союзники не стерли с лица земли ее заводы, но это полбеды. Когда были разбомблены нефтеносные скважины и угольные шахты Селезии, то встало практически все, от транспорта до промышленности.

взлетно-посадочная полоса в Даксфорде отказ тормозной системы МЕ 262

Второй вопрос — смогли бы люфтваффе подготовить достаточно летчиков для полетов на реактивном истребителе Мессершмитт Ме-262?

В 1944 г. люфтваффе теряли летчиков быстрее, чем могли за­менить их вновь подготовленны­ми. Сражения над Германией снижали общий уровень квали­фикации летных экипажей до такой степени, что эскадрильи со­стояли в основном из «зеленых» пилотов с экспертом во главе — ветераном-асом.

тактико-технические характеристики истребителя МЕ 262

Многих из первых пилотов Ме-262 переподготовили из лет­чиков, летавших на бомбардиров­щиках, чей небольшой опыт в тактике боя на истребителе час­то не позволял выжать все лучшее из новых самолетов. Только в по­следние недели войны создано настоящее подразделение асов JV 44, руководимое Галландом.

истребитель Мессершмитт Me 262

Разбомбленные заводы. На первый вопрос ответ получили раньше: 17 августа 1943 г. 8-я воздушная армия США разбомбила Регенсбург, разрушив линию, предназначенную для сборки самолетов. Это привело к тому, что немцы были вынуждены перенести производство на новое место в Баварии, но и до этого случались остановки производства из-за нехватки квалифицированных кадров, стратегических материалов и беспощадной порчи сети железных дорог. Между летом 1943 года и апрелем 1945 года заводы «Мессершмитта» изготовили примерно 1300 Ме-262, из которых 1000 передали люфтваффе. В это же время общее производство "только истребителей" союзниками превышало 2000 самолетов в месяц.

Главная проблема Мессершмитт Ме-262 первый реактивный истребитель люфтваффе, его силовая установка.

Силовая установка, реактивный двигатель Jumo 004

Ненадежные двигатели доставляли неприятности Ме-262 на про­тяжении всей его короткой боевой карьеры. Двигатель Jumo 004 тре­бовал капитального ремонта после десяти часов наработки, а ресурс двигателя не превышал 25 часов.

Сопло выпадало иногда из мото­гондолы, что приводило к пожару двигателя, и самолет срывался в смертельную спираль. Самолет имел склонность к рысканью, что затрудняло точную стрельбу из-за большой скорости сближения и низкой начальной скорости снарядов его пушки.

Мессершмитт Me 262 истребитель Зальцбург Австрия

Пилоты уже не те

Истребительное подразделение составленное из истребитель Мессершмитт Ме-262 в октябре сорок четвертого года совершают свой первый боевой вылет. Статистика использования Мессершмитт Ме-262 не радует, в воздушных боях сбито порядка 150 самолетов противника, но и своих потеряно около 100.

Me 262 A2a истребитель-бомбардировщик, найденный армией США в лесу недалеко от Франкфурт весна 1945 г

Но в умелых руках, с хорошо ра­ботающим двигателем, Ме-262 был грозным противником.

Истребитель бомбардировщик обследуют американские солдаты

Его феноменальное преимущество в скорости могло использоваться для выполнения сокрушительных ударов по армадам бомбардиров­щиков с последующим стреми­тельным выходом из атаки рань­ше, чем мог среагировать эскорт.

Me-262A американцы проверяют нет ли мин-ловушек Германия январь 1945 г

Единственного попадания из 30-мм пушки часто оказывалось достаточно, чтобы разрушить че­тырехмоторный бомбардировщик или, по крайней мере, повредить, вынудив отстать от своей группы, где поршневые германские истре­бители могли бы добить его. Вес­ной 1945 г. Ме-262 планировали вооружить несколькими неуправ­ляемыми ракетами R4M класса «воздух—воздух», что позволило бы ему проводить стремительные залпы по эскадрам бомбардиров­щиков за пределами эффективной стрельбы их пулеметов.

Немецкий Messerschmitt Me 262 истребитель в Райт Филд штат Огайо конфискованный ВВС США , с автоматической пушкой

Так что общий вклад в войну Мессершмитт Ме-262 первый реактивный истребитель люфтваффе не так велик как это кажется.

Вот его зачастую сырые наработки в дальнейшее развитие реактивного самолетостроения велики, достаточно посмотреть на первые массовые реактивные истребители союзников, зачастую без опознавательных знаков их и не отличить один от другого.

toparmy.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *