Штурмовая винтовка stg 44 штурмгевер

Штурмовая винтовка штурмгевер stg 44, хотя самозарядные винтовки ранее были введены в других армиях мира, но именно Sturmgewehr stg 44 штурмгевер 44, было суждено дать нарицательное имя  целому классу стрелкового вооружения под промежуточный патрон «штурмовая винтовка». Которая сегодня во всех армиях мира является стандартным личным оружием солдата. Проследим весь путь винтовки от разработок MKb.42(Н)и(W) до всем известной stg 44.

Начались разработки нового автоматического карабина (Maschinen karabiner) для пехоты, после завершения работ по промежуточному патрону  7,92×33 1938 г. Контракт на создание получила компания Haenel «Хенель» в котором директором проектной группы был  Хуго Шмайссер создатель МР-18, МР-34 и МР-36. Работа проводится при содействии специалиста компании для эффективного производства штампованных деталей. Первые прототипы появились в 1941 году, доводка опытных образцов продолжается весь год. Разработка была завершена в 1942 году, именно в этом году и была выпущена пробная партия. На фото образец самозарядной винтовки фирмы Хинель MKb.42(Н).

MKb.42(Н) Maschinenkarabiner 1942г производства Haenel

В 1940 году оружейный завод Walther Вальтер, так же проявил заинтересованность в проекте. И приступил к разработке своего образца  Maschinenkarabiner, основываясь на предыдущих опытах с автоматическим оружием. Вальтер получил неофициальный заказ,  до августа 1942 года изготовить 200 прототипов для проведения испытаний. Однако необходимого количества образцов в эти сроки изготовить не удалось.

Образец автоматической винтовки Вальтер MKb.42(W)

В январе 1942 года HWaA (управление вооружений вермахта) повторно потребовало от фирм Haenel и Walther предоставить по 200 карабинов, и в этот раз количество изготовленных экземпляров Maschinenkarabiner было ниже заявленного . Карабины получили обозначения согласно названиям мастерских, к модели автоматического карабина и года разработки образца, добавили первую букву названия фирмы (Н) Haenel MKb.42(Н) и Walther MKb.42(W).

Так появились первые «карабин-машина», «автоматический карабин» под промежуточный патрон.

Maschinen Karabiner показали Гитлеру 14 апреля 1942 года, образцы не произвели  впечатления, и не получили его одобрение на дальнейшее развитие оружия. Несмотря на неодобрение Гитлера, оружие было отправлено в пехотное училище в Дебериц для оценки. Где и получило одобрение изделие Haenel MKb.42(Н), но были предложено внести в конструкцию ряд изменений.

пехотная школа Дебериц, 1943 г МР 43 с оптическим прицелом

Гитлер, однако, постоянно отказывался видеть преимущества Maschinen карабин, его видение войны заключалась в том, что пехоте необходимы самозарядные винтовки, под стандартный унитарный винтовочный патрон 8 х 57 и больше пистолетов-пулеметов. Что характерно именно по пути оснащения своих армий самозарядными винтовками шли США и Советский Союз да и другие тоже.

Дальше как и до этого на самом деле все покрыто тайной, вроде бы, министр вооружений Шпеер лично принял участие в судьбе винтовки, и для обмана (!), Гитлера автоматическая винтовка была представлена, как пистолет-пулемет. На фото выше немецкий солдат с MP 43, хотя ее только должны начать делать после результата испытаний образцов Шмайсера и Вальтера. (!)

6 февраля 1943 года улучшенную версию МКБ. 42 (H) была продемонстрирована Гитлеру снова, под названием MP 43 ( Maschinen Pistole 43 ). Гитлер опять отклонил оружие в пользу доработки образца Karabiner 43 или Gewehr 43. И приказал, остановить все работы по проекту.(!)

Далее вообще все запутано, достаточно взглянуть на цифры производства, примерно 10000 MKb.42(Н) Maschinenkarabiner 1942г производства Haenel и максимум 4000 (?) MKb.42 (W) образцы Walther.

По другой версии, для проведения сравнительных испытаний предварительной серии в 43 году были изготовлены и отправлены в войска.

На фото серийный образец с исправленными недостатками МР 43, после ряда переименований получивший всем нам знакомое имя штурмовая винтовка stg 44.

Немецкая штурмовая винтовка запущенная в производство

Образцы предварительной серии прошли испытания в войсках 93 Пехотная дивизия (вермахта), в результате которых выявили сильные и слабые стороны каждой системы.

Продолжение: Немецкая штурмовая винтовка Sturmgewehr STG 44.

toparmy.ru

«Штурмгевер» в войне был на самом деле «абвергевером» » Военное обозрение

В жарких дебатах вокруг штурмовых винтовок отчетливо виден один интересный момент. Им в целом, а также АК, М-16 и прочим разновидностям, приписываются прямо-таки удивительные свойства, смотря на которые можно подумать, что штурмовые винтовки чуть ли не выигрывают войны. Особенно охотно адепты штурмовых винтовок ополчаются против пистолетов-пулеметов, ссылаясь на прицельную дальность, кучность, пробиваемость и прочие обстоятельства, поминаемые бессчетное количество раз.

Однако если мы посмотрим на войны в целом, в которых штурмовые винтовки применялись, то увидим нечто интересное: их влияние на ход боевых действий и исход войны почти неощутимо.

Если говорить о Второй мировой войне, в которой немцы произвели и использовали, по разным оценкам, от 420 до 440 тысяч StG-44, то надо отметить немаловажные обстоятельства. Во-первых, противники Вермахта и Ваффен-СС тогда штурмовых винтовок не имели, что, впрочем, не спасло немцев от сокрушительного поражения. Несмотря на эффективную дальность стрельбы и превосходную кучность. Во-вторых, постоянно ощущался дефицит патронов к ним. Скажем, в Кёнигсберге у немцев было много «штурмгеверов» и даже патроны к ним, но это не спасло мощную крепость, обороняемую большой группировкой войск, от поражения в результате стремительного штурма.

Впрочем, была еще одна война, весьма в России малоизвестная, в которой обе стороны были вооружены штурмовыми винтовками, и они были главным оружием пехоты при явном недостатке тяжелого вооружения: пулеметов и минометов, а также артиллерии. Это война в Камбодже в 1970-1975 годах. У лонноловских войск были М-16, у северовьетнамцев и красных кхмеров — АК. Рассмотрение этой войны также показывает, что влияние штурмовых винтовок на исход этой войны был настолько невелик, что очевидцы его попросту не заметили.

Генерал-лейтенант Национальной армии Кхмерской Республики (FANK) Сат Сутсахан оставил весьма подробную историю этой войны, в которой весьма детально описывал ход операций и боев. Так вот, Сутсахан ни разу не упоминает штурмовые винтовки в качестве веского фактора и даже не говорит, чем были вооружены его войска и что имел противник. Просто пишет: «Было захвачено столько-то единиц оружия», не уточняя его марку, хотя трудно предположить, что он был совершенно незнаком с АК. На фотографиях трофеев почти всегда отображены АК, РПК с барабанным магазином, а также встретился АК, поставленный на сошки, — некая импровизация на тему ручного пулемета.

Веским фактором для него были совсем другие типы оружия: гаубицы (105-мм и 152-мм), 81-мм миномет М29, бронетранспортеры М113, а у противника РПГ-2 (известный под вьетнамским индексом B40), китайская версия американского 75-мм безоткатного орудия М20 (Тип 52 или Тип 56, но Сутсахан называет их 75-mm RR). Вот их он упоминает часто по самым разным поводам. К примеру, в марте 1974 года, после падения Удонга, древней столицы Кхмерского королевства, командование FANK перебрасывает по реке Тонле Сап 45-ю бригаду в Ловек, к северо-востоку от Удонга, и 80-ю бригаду на берег реки, к востоку от города. Красные кхмеры дождались, пока 80-я бригада начнет высадку и обстреляли ее из гранатометов и безоткатных орудий. Бригада зацепилась за берег и через три дня получила подкрепление в составе четырех батальонов (три из состава 39-й бригады и один из состава 28-й бригады, четыре 105-мм гаубицы и один эскадрон М113. Однако, это им не помогло. 28 марта красные кхмеры окружили позицию, а потом точным выстрелом из безоткатного орудия подорвали склад артиллерийских боеприпасов. Возникла паника и через 30 минут красные кхмеры ворвались в обороняемый периметр и устроили бойню, перебив оставшихся там раненых. Многие солдаты лонноловской армии застрелились, не желая попадать в плен.

Затем, 20 и 21 апреля 1974 года, красные кхмеры атаковали Компонг Луонг и смяли его гарнизон. FANK потеряла 600 человек, 4 105-мм гаубицы и 2 М113. Красные хмеры подошли к Ловеку, в котором скопилось более 50 тысяч человек, в основном гражданских лиц, и подвергли его массированному артиллерийскому обстрелу. Этот натиск гарнизон Ловек выдержал.

В успешных операциях FANK также часто упоминаются М113. К примеру, в феврале 1974 года 80-я бригада сумела разгромить красных кхмеров к северо-западу от Пномпеня, прорвав оборонительную линию и вынудив противника к отступлению. Решающую роль в этом успехе сыграли М113 из состава бронебригады и эскадрона 7-й дивизии. Это при том, что красные кхмеры имели гранатометы М72 и безоткатные орудия.

Война для генерал-лейтенанта Сутсахана была неудачной, он сумел улететь на вертолете из Пномпеня в самый последний момент, 17 апреля 1975 года, примерно в 8.30 утра. Но в своей книге он ни разу не говорит, что у противника были чудесные штурмовые винтовки, и ни разу не приписывает им удачи в боях. Равно как он ничего не говорит о том, что М16 подводила его войска и была причиной поражения. Он лишь раз упоминает обмен огнем на дальних дистанциях во время сражения в октябре 1973 года за Компонг Туол (к югу от Пномпеня), но подчеркивает, что в это же время обе стороны вели себя пассивно, попыток наступлений или активных действий не предпринимали. Хотя, казалось бы, можно было проклинать хороший АК и плохой М16 как причину поражения и живописать, как красные кхмеры с предельной дистанции выкашивают ряды защитников кхмерской демократии автоматическим огнем, или как М16 заедает в самый неподходящий момент. Однако же Сутсахан, не поленившийся углубиться в детали операций, ни слова об этом не сказал.

Картина войны у него совсем другая. Красные кхмеры, расковыряв позиции лонноловских войск обстрелом из гаубиц, минометов, гранатометов, шли в атаку, а лонноловцы отбивали атаку опять-таки огнем гаубиц и крупнокалиберных пулеметов 50 cal. M2 с М113. Стрелковый бой шел на коротких дистанциях, при сближении с противником.

Последующая история кампучийской войны, 1979-1989 годов, в которой воевали уже полпотовцы с вьетнамскими войсками на западе Кампучии, показывает то же самое. Вьетнамцы могли выбить красных кхмеров из их укрепленных лагерей на холмах южнее Пойпета только если подтягивали танки и артиллерию. Попытки же взять базы нахрапом с АК наперевес оканчивались потерями и отступлением. То же самое было и в сражении за базу сианукистов Нонг Чан в конце 1984 года, когда вьетнамцы штурмовали ее в течение шести недель, потеряли более 1200 человек ранеными и убитыми. Бой шел ожесточенный, на близком расстоянии, и 22 ноября 1984 года сражение кончилось, поскольку с обоих сторон закончились патроны. Вьетнамцы вывезли из нее 30 грузовиков с трупами убитых, но уже в начале декабря 1984 года база снова оказалась в руках сианукистов. Хотя, казалось бы, чудодейственный АК мог бы и смести автоматическим прицельным огнем сианукистов.

Вывод такой: стрелковое оружие в бою используется на близкой дистанции, когда атака (или наоборот, ее отражение) поддерживается огнем артиллерии или крупнокалиберных пулеметов. Штурмовые винтовки идут в ход в завершающей фазе атаки, на последних 100-150 метрах. Только на таком расстоянии они теряют все свои хваленые преимущества перед пистолетами-пулеметами. Кампучийская война в этом смысле была чистым экспериментом, обе стороны оружия не выбирали и воевали тем, что им дали союзники, а дали они штурмовые винтовки. Никаких существенных отличий от боев с применением пистолетов-пулеметов явлено не было.



Штурмовая винтовка, возможно, имеет некоторое преимущество в обороне, поскольку позволяет встретить атаку противника с большей дистанции и нанести ему больше потерь при сближении и рывке. Генерал-лейтенант Сутсахан упоминает, что обороняющиеся части FANK несли меньшие потери (например, оборонительные бои на севере от Пномпеня 28-й бригады в январе 1974 года закончились потерями: FANK — 35 убитых и 268 раненых, красные кхмеры — около 300 убитых, неизвестное число раненых). Но тогда ее стоило бы назвать не Sturmgewehr, а Abwehrgewehr. Тем более что эти успехи армию Лон Нола от поражения не спасли, как и немцев. Все преимущества дальнего прицельного огня из «абвергеверов» заканчивались, как только противник подтягивал крупный калибр и артиллерию. Когда позиции начинают обрабатывать гаубицами, безоткатками или пятидесятым калибром, то бойцу превосходная кучность его «абвергевера» становится глубоко безразличной, да и руки подрагивают.

Опыт кампучийской войны тоже был одним из оснований, на котором стоит мой вывод о неизбежности ренессанса пистолетов-пулеметов в вероятной большой войне. По очень простой причине. Довольно быстро выяснится, что весьма сложная в производстве штурмовая винтовка не дает в бою тех преимуществ, которыми ее наделяли до войны, и тут-то потребуется нечто более простое, технологичное, подходящее для ближнего боя, то есть пистолет-пулемет.

topwar.ru

Почему Гитлер отказался от штурмгевер44?

Примечание переводчика.
Послушать наших либералов, так народ у нас вопреки Сталину аж целую войну выиграл. И какую войну, и против кого! Человека, нагнувшего всю Европу. А вот немцы, получается, вопреки своему вождю, какой-то автомат не смогли протащить. Слабаки.
Да, и еще. В данной статье вникать в тонкости терминов автомат, штурмовая винтовка, автоматическая винтовка, самозарядная винтовка, не вижу необходимости, ибо упор в статье сделан на другое. Но зато здесь не премину отметить, что в немецкой статье отмечается, что наши самозарядные винтовки были выпущены раньше немецких, гораздо большей партией, и были на порядок надежнее. Так-то вот!


Фото: Bundesarchiv,Bild 101I-090-3912-07A / Etzhold /
Самозарядная винтовка Г-43 была принята вермахтом в 1943 году, и показала себя надежной и крепкой, но недостаточно меткой.

http://www.welt.de/geschichte/zweiter-weltkrieg/article139819500/Warum-Hitler-das-Sturmgewehr-44-ablehnte.html

Свен Феликс Келлерхоф

В дебатах о сильных и слабых сторонах нынешней штурмовой винтовки бундесвера постоянно проводятся параллели с вермахтом, оружие которого страдало изъянами в матчасти, дополняясь причудливыми представлениями Гитлера.

Винтовка, «не пригодная к боевому использованию», — процитировал в передаче телеканала ARD вечером прошлого воскресенья Дитер (он же «Макс») Моор заключение от 1943 года. В свете сегодняшних разногласий по поводу мнимой или истинной неприспособленности к длительной боевой эксплуатации нынешней штурмовой винтовки (далее просто винтовки) под сокращенным обозначением Г36 эта констатация вызывает эффект дежавю: не только армия федеративной республики, но еще и вермахт третьего рейха водились за нос своей оборонной промышленностью. По меньшей мере, такое впечатление остается от итогового комментирования швейцарского журналиста.


Фото: dpa
Меткость под вопросом : стандартная винтовка бундесвера Г36.

Однако, как часто бывает, более пристальный взгляд заставляет быть более осторожным со скоропалительными отождествлениями. Независимо от того, сконструировала ли кузница оружия «Хеклер Кох» выдающуюся или никчемную винтовку, проблемы с оружием у вермахта носили совершенно иной характер. Во всяком случае, проблемы у винтовки Г43 с ныне обсуждаемыми проблемами нынешнего оружия не имеют ничего общего.

Вермахт вступил в 1939 году во Вторую Мировую войну с карабином 98К, представлявшим собою модернизацию винтовки Маузера, стандартной немецкой винтовки еще времен Первой Мировой. Карабин представлял собою точное и крепкое оружие с надежным затвором, но с ручным досыланием патрона. Вследствие этого максимальная скорострельность составляла один выстрел в секунду, а магазин емкостью всего лишь в пять патронов заставлял солдата стрелять экономно из винтовки.

Еще одним недостатком была очень сильная мощность патрона для 98К. При калибре 7,92 мм гильза имела в длину 57 миллиметров, и снабжалась большим пороховым зарядом. Правда, это придавало пуле большую пробивную способность и дальность полета, но сильнее изнашивало ствол. Кроме того, стрелкам приходилось терпеть сильную отдачу.


Фото: Wikipedia/Armémuseum, Stockholm
Винтовка Г41 от фирмы «Маузер» показала себя неудачной конструкцией.

Тем не менее, Управление вооружения сухопутных сил решило оставить этот патрон для стандартной винтовки. Новая винтовка должна была стать десятизарядной автоматической, а не ручного перезаряжания, в идеале позволять стрельбу очередями, то есть комбинировать преимущества карабина и пистолета-пулемета. Две ведущих оружейных фирмы — помимо «Маузер» была привлечена и фабрика спортивного оружия Карла Вальтера, получили заказ на разработку, и обе представили в 1941 году прототипы под названием «винтовка 41».

Обе конструкции оказались фактически не боеспособны. Они были просто слишком сложны, чтобы в суровых условиях реальных боев надежно функционировать. Правда, опция стрельбы очередями была уже отменена, но конструкция винтовки «Маузера» с затвором, действующим по принципу использования энергии отводимых из канала ствола пороховых газов, была чувствительна к загрязнениям и, как следствие, к задержкам в стрельбе из-за неподачи патрона в патронник. Число изготовленных винтовок Маузера образца 1941 года оценивается в 7-12 тысяч штук, что на фоне 7,5 млн карабинов 98К, выпущенных с 1939 по 1945 годы просто мизер.

В отличие от «Маузер» фирма «Вальтер» изготовила 120 тысяч винтовок своей версии. Иначе сконструированный затвор лучше подходил для задачи автоматического заряжания, но тоже не был удовлетворительным. Очевидным образом, патрон, использованный в винтовках, был слишком сильным, ведь одновременно надежную работу показали затворы пистолетов-пулеметов МП-38 и МП-40, «работавших» на патронах калибра 9 мм, имевших при длине гильзы 19 мм гораздо меньший пороховой заряд.


Фото: dpa
Штурмовая винтовка — штурмгевер44, была отклонена Гитлером.

Управление вооружений еще в 1938 году понимало, что приверженность патрону 7,92х57 может оказаться тупиковым решением. Поэтому оно выдало заказ на конструирование принципиально нового «карабина-пулемета», под патрон 8 мм с длиной гильзы 33 мм. Вследствие этого на свет появилась первая настоящая представительница класса штурмовых винтовок, прошедшая испытания в 1943 году и массово внедренная в эксплуатацию в 1944-м. Штурмгевер44, вне сомнения, стал лучшей винтовкой Второй Мировой войны.

Однако Гитлер не хотел этого оружия. Вероятно, по причине идущей со времен ПМВ «склонности» к карабину 98 он требовал остановить процесс усовершенствования конструкции под промежуточный патрон 8х33, материальные затраты на изготовление которого, дальность стрельбы и пробивная сила находились где-то посередине патронов 9х19 и 7,92х57. Министр вооружений Альберт Шпеер в тайне продолжил дальнейшую работу над перспективным оружием.

Фюрер же, напротив, хотел переработки конструкции «Вальтера», то есть из Г41 в Г43. Для модификации должны были быть использованы конструкторские идеи трофейных советских самозарядных винтовок конструкций Симонова и Токарева. Мысль была в том, что то, что работает в Красной Армии в миллионах экземпляров, должно помочь немецким солдатам в их борьбе. Решающими оказались две новинки: теперь для функции самозаряда использовался не газ, отводимый из ствола, а прямая энергия, давящая на затвор [через гильзу]. И вместо заряжания сверху двумя патронными обоймами магазина, встроенного в корпус, оружие получало присоединяемый снизу металлический магазин.


Фото: Armémuseum (The Swedish Army Museum) through the Digital Museum (http://www.digitaltmuseum.se)/ gemeinfrei
Винтовка Г43 была разработана на основе советского трофейного оружия.

Принятая войсками в конце 1943 года винтовка Г43 оказалась заметно лучше, чем версия Г41. Она была прочная и надежная, но гораздо менее точная, чем снайперский вариант карабина 98К. С одной стороны, это было вызвано вызвано влиянием работы механизма автоматического перезаряжания, обеспечивавшего меньшую точность, чем у винтовки с ручным запиранием затвора. С другой стороны, кузницам оружия третьего рейха уже давно не хватало идущих на производство легированной стали добавок металла вольфрама, хрома и никеля. В конечном итоге сильно упрощенное производство, да еще зачастую с использованием принудительного труда, привело к проблемам с качеством.

Вернемся к причинам неприятностей с нынешней винтовкой Г36: они не имеют ничего общего ни с дефицитом сырья, ни с недостаточной точностью изготовления. Также и критика, позаимствованная «Максом» Моором из 1943 года, имела, вероятно, другую причину: оружейные конструкторы, демонстрирующие самодовольство по поводу своих творений, находятся под угрозой потерять свою бронь, защищающую от призыва на фронт. Ибо в них может отпасть нужда по причине профнепригодности.

svonb.livejournal.com

MP-44 ( или StG 44 — SturmGewehr 44 — штурмовая винтовка 1944 года

Автор:

11 января 2017 21:37

MP-44 ( или StG 44 — SturmGewehr 44 — штурмовая винтовка 1944 года) — немецкий автомат, разработанный во время Второй мировой войны. Было выпущено около 450 тысяч штук. Среди автоматов современного типа стал первой разработкой, массово изготовлявшейся. От пистолетов-пулемётов, которые массово применялись во Второй мировой войне, отличался возможностью вести прицельный огонь на значительно большую дальность, в первую очередь за счет использования так называемого промежуточного патрона, более мощного, и с лучшей баллистикой, чем пистолетные патроны, используемые в пистолетах-пулеметах. Название «штурмовая винтовка», придуманное для этого автомата, на Западе стало названием этого типа оружия.

Понравился пост? Поддержи Фишки, нажми:

Новости партнёров

fishki.net

Штурмовые винтовки: задолго до «Штурмгевера»

Термин «штурмовая винтовка», пришедший в отечественную оружейную терминологию в виде кальки с немецкого термина Sturmgewehr и английского Assault rifle отличается тем, что, невзирая на свою широкую популярность, он не имеет единого четкого определения.

Изначально созданный для охоты. карабин Winchester M1907, оснащенный увеличенным магазином, штыком и переделанный под стрельбу очередями превратился в серьезное оружие для ближнего боя при штурме германских траншей Первой Мировой войны.

Обычно считается, что автором данного термина является Адольф Гитлер, нарекший в 1944 году из пропагандистских соображений «штурмовой винтовкой» автоматический карабин под промежуточный патрон (винтовочный патрон уменьшенной мощности). Однако и базовая концепция, и сам термин «штурмовая винтовка» на самом деле гораздо старше, и восходят к периоду Первой Мировой войны, и даже к более ранним временам.

Американская автоматическая винтовка BAR M1918 также следовала французской концепции «стрельбы с ходу в атаке». На фото ее демонстрирует сын создателя, лейтенант Вэл Браунинг.

Впервые, несколько известно автору этих строк, термин «винтовка для штурма» (Assault phase rifle) был использован американским конструктором Айзеком Льюисом (Isaac Lewis), создателем одноименного пулемета, применительно к линейке опытных автоматических винтовок, созданных в 1918-20 годах под штатный американский винтовочный патрон .30 М1906 (.30-06, 7.62х63 мм). Эти автоматические винтовки создавались под ту же концепцию «огня с хода» что и автоматическая винтовка Браунинга BAR M1918.

Авторами этой концепции считаются французы, предложившие усиливать вооружение пехоты автоматическими винтовками, пригодными для стрельбы от плеча или от пояса с рук, на ходу или с коротких остановок. Назначением этих автоматических винтовок была поддержка пехоты, вооруженной обычными магазинными винтовками, непосредственно во время атаки на вражеские позиции.

Первым серийным образцом оружия этого класса может считаться «ружье-пулемет» Шоша образца 1915 года (Fusil Mitrailleur CSRG Mle.1915). Вскоре после него появилась и русская автоматическая винтовка системы Федорова образца 1916 года, позже названная «автоматом». Ну и наконец, в 1918 году появились уже упомянутые автоматические винтовки Браунинга М1918.

Французское ружье-пулемет CSRG m1915 было изначально спроектировано именно для атак на вражеские позиции

Все перечисленные выше образцы автоматических «штурмовых» винтовок объединял один общий недостаток – они использовали штатные винтовочные патроны того периода, имевшие откровенно избыточную для «штурмового» применения энергию и дальность стрельбы, внушительную отдачу, и, как следствие, значительные габариты и массу патронов и оружия под него.

Объяснялось это тем, что винтовочные патроны того периода были созданы в конце 19 – начале 20 веков, когда залповая стрельба из винтовок на большие дальности была нормальным и общепринятым способом ведения огня пехотных подразделений. В результате убойная дальность винтовочных пуль того периода достигала двух километров и даже более, тогда как в реальном бою обычный солдат вряд ли может рассчитывать увидеть солдата противника на дальности более 300-400 метров, не говоря уж о том, чтобы попасть в него со сколько-нибудь существенной вероятностью. При этом никто не отрицал полезности и важности маневренного автоматического огня для подавления вражеского сопротивления, как в атаке, так и в обороне.

Опытный автоматический карабин Ribeyrolles M1918 стал развитием французского опыта с карабинами Винчестера. Невзирая на его очевидные достоинства, он сильно опередил свое время и не был оценен потенциальными заказчиками.

Очевидным решением озвученной проблемы могла стать разработка новых патронов уменьшенной мощности, позволяющих решать задачи поражения солдат противника на дальностях до 300-500 метров вместо километра и более. Создание таких патронов сулило значительный выигрыш в массе патронов и оружия под него, в снижении отдачи при стрельбе, в экономии материалов и пороха, в увеличении носимого боекомплекта патронов.

Магазинные карабины Генри 1860 года, благодаря своей скорострельности и сравнительно маломощному патрону, стали своего рода провозвестниками современных «штурмовых винтовок» еще в годы Гражданской Войны в США.

Интересно, что концепция таких «ослабленных» патронов существовала еще о времена дымного пороха — целый ряд армий второй половины 19 века вооружал свою кавалерию и другие «не пехотные» части карабинами, стрелявшими ослабленными (по сравнению сос штатными винтовочными) патронами. Ближе же всего к концепции «штурмовой винтовки» на том этапе развития техники подошли американцы со своими скорострельными магазинными карабинами систем Генри и Спенсера, успешно применявшимися в годы Гражданской Войны в США и затем при покорении «Дикого Запада». Эти легкие и компактные образцы использовали заметно более слабые патроны чем штатные армейские однозарядные винтовки того времени, что компенсировалось гораздо большей плотностью огня «накоротке», во время скоротечных кавалерийских схваток.

Первая Мировая война дала дополнительный реальный боевой опыт использования подобного оружия – в 1917-18 годах французская пехота успешно применяла американские самозарядные карабины Winchester 1907 под патрон .351 WSL (9х35SR), оснащенные магазинами увеличенной емкости и переделанные под стрельбу очередями.

Эти карабины были заметно короче, удобнее и маневренней штатных винтовок того времени, обеспечивали внушительную огневую мощь на дальностях до 200-300 метров, и, по сути, стали провозвестниками нового класса оружия – автоматических карабинов под винтовочные патроны уменьшенной мощности, иначе называемые «промежуточными» (между пистолетными и обычными винтовочными).

Еще один опытный образец, созданный исходя из уроков Первой Мировой — автомат Winchester-Burton 1918 года, имевший два магазина расположенные в виде буквы V (в каждый момент мог использоваться только один из двух магазинов). 

Учитывая все вышесказанное, уже в 1918 году во Франции на базе охотничьего патрона .351WSL был создан специальный армейский патрон 8х35SR, снаряжавшейся остроконечной пулей от патрона 8 мм Лебель. Под этот патрон конструктором Рибейролем (Ribeyrolles) был создан опытный автоматический карабин. В том же году схожий патрон был создан и в США компанией Винчестер.

Взяв за основу гильзу того же патрона .351WSL, американцы снарядили ее остроконечной пулей калибра 9мм, назвав новый патрон .345WMR (Winchester Machine Rifle). Под этот патрон также был разработан весьма оригинальный автоматический карабин системы Бертона (Burton-Winchester Machine Rifle). В начале двадцатых годов аналогичные патроны и самозарядные либо автоматические карабины под них были созданы в Швейцарии и Италии, в тридцатых годах – в Дании и Германии. И ни один из этих образцов так и не попал на вооружение.

Попробуем разобраться, почему столь перспективное, казалось бы, оружие не нашло понимания у заказчика вплоть до 1942 года. Разумеется, всех точных причин мы знать не можем, но построить разумные предположения нам никто не мешает. Итак.

1. Высокопоставленные армейские чины по натуре своей консервативны, и не любят рисковать карьерой во имя систем, чья полезность не очевидна. А большая часть высокопоставленных военных того периода была воспитана и обучена еще в эпоху магазинных винтовок с отсечкой магазина, стрельбы залпами и штыковых атак в плотном строю. Идея массового вооружения обычных пехотинцев скорострельным автоматическим оружием была во многом чужда большинству таких военачальников.

2. Невзирая на очевидную экономию в материалах и затратах на производство и доставку каждого патрона, значительно увеличенный расход патронов в автоматическом оружии по сравнению с магазинными винтовками все равно означал повышение нагрузки как на производство, так и на логистику.

3. К моменту окончания Первой Мировой войны пулемет стал неотъемлемым элементом вооружения пехоты. Использование существенно ослабленных промежуточных патронов в пулеметах, особенно станковых, означало резкую потерю в эффективности их огня по всем типам целей, что, в свою очередь, означало необходимость введения нового «ослабленного» патрона параллельно с уже существующими винтовочными (а не вместо них), что также усложняло логистику.

4. Вплоть до конца тридцатых годов в число типичных целей для огня индивидуального стрелкового оружия пехоты входили не только солдаты противника, но и такие цели как лошади (кавалерия во многих странах все еще считалась важным родом войск), а также бронеавтомобили и низколетящие аэропланы. Использование ослабленных «промежуточных» патронов могло резко снизить возможности пехоты по борьбе с этими целями, что считалось недопустимым

Разумеется, были и другие причины, и, как следствие, в межвоенный период в большинстве стран мира в качестве перспективного индивидуального оружия пехоты рассматривались самозарядные винтовки под «традиционные» винтовочные патроны. Попытки принять для самозарядных винтовок патроны уменьшенной мощности (например, американский опыт с патронами .276 Pedersen / 7×51) или создать автоматические винтовки под штатный патрон (советская АВС-36 под 7.62х54R, германская FG-42) не увенчались успехом. В результате к началу Второй Мировой войны большая часть пехоты стран-участниц конфликта была все еще вооружена магазинными винтовками с ручной перезарядкой либо же самозарядными винтовками под мощные и дальнобойные патроны.

Немецкий солдат демонстрирует автомат Mkb.42(h), прародитель первого штурмгевера

Немецкий солдат с первой серийной «штурмовой винтовкой» Sturmgewehr Stg.44.

Вторая Мировая война с ее повышенной (по сравнению с Первой мировой) механизацией и стремительно развивавшимися операциями явно продемонстрировала, что при боевых столкновениях больших масс пехоты основное значение имеют не точность стрельбы или мощность боеприпаса, а общее количество выстрелов, произведенное в сторону противника.

По собранным уже после войны данным, в среднем на одного убитого солдата приходилось от нескольких тысяч то нескольких десятков тысяч выстрелов. Более того, кавалерия стремительно сошла со сцены, а развитие бронетехники и авиации сделало их малоуязвимыми даже для самых мощных винтовочных патронов.

Надо сказать, что понимание этого факта пришло к германским военным экспертам еще в середине тридцатых, когда на фоне общей милитаризации там были начаты первые работы по созданию промежуточных патронов и оружия под них.

Однако всерьез такие работы начались лишь в 1940 году, когда управление вооружений Вермахта (Heereswaffenamt, или кратко HWaA) утвердило в качестве перспективного новый патрон 7.92х33 разработки фирмы Polte.

Этот патрон по баллистическим характеристикам уступал ряду других опытных патронов калибра около 7 мм, и был выбран главным образом за возможность использовать в производстве компонентов патрона (гильзы, пули) и стволов под него существующего оборудования, занятого выпуском патронов и стволов под винтовочный патрон 7.92х57 Маузер. В 1940 году HWaA заключило контракты на разработку «автоматических карабинов» (Mashinenkarabiner) с компаниями Haenel и Walther, и в 1942 году эти автоматические карабины уже были отправлены на фронт для войсковых испытаний.

Американский карабин М1 исходно разрабатывался как оружие самообороны, но в реальности заполучил немалую популярность как пехотное оружие для ближнего боя в городской застройке, лесу или джунглях.

В целом новые «машиненкарабинеры» получили в войсках положительные отзывы, и их скорейшей постановке на вооружение могли помешать два фактора – необходимость конструктивных доработок по требованию войск, а также категорический приказ Гитлера о запрете постановки на вооружение новых систем оружия. Впрочем, военные нашли способ обойти приказ Гитлера, просто переименовав «автоматический карабин» в «пистолет-пулемет» (Maschinenpistole), и запустив доработанный образец фирмы Haenel в серию в 1943 году под индексом МР.43.

Войсковая эксплуатация новых «пистолетов-пулеметов» под промежуточный патрон показала правильность принятой концепции, и в результате в 1944 году Гитлер все-таки утвердил принятие на вооружение и запуск в массовое производство новой системы, попутно наградив ее новым названием Sturmgewehr, то есть «штурмовая винтовка». Название это несло сугубо пропагандистский смысл, и как это бывает с удачными рекламными слоганами, прижилось вне зависимости от того, что в исторической реальности эти самые «штурмгеверы» использовались в основном в обороне, против активно наступающих частей и соединений союзников по антигитлеровской коалиции.

С 1939 года разработка карабина под специально создаваемый патрон уменьшенной мощности велась и в США. Правда, тактическая концепция американской программы «легкой винтовки» (.30 cal Light Rifle) была диаметрально противоположна концепции «штурмовой» винтовки – новый карабин создавался как средство самообороны военнослужащих, взамен малоэффективных пистолетов. Созданный для нового карабина патрон .30 M1 Carbine (7.62×33) по современным меркам выглядит недостаточно мощным по сравнению с другими промежуточными патронами (Е0 = 1300 Дж), однако его дульная энергия превосходит таковую для типичных пистолетных патронов примерно вдвое.

Первоначально эти карабины должны были иметь возможность стрельбы очередями и магазины повышенной емкости, однако в ходе конкурса от этих требований Армия отказалась, и на вооружение карабин М1, разработанный фирмой Винчестер, пошел уже в самозарядном варианте. Тем не менее, карабин М1 оказался чрезвычайно удобен именно как «штурмовое» оружие, особенно в боях в застройке или в лесах и джунглях, где дальности стрельбы невелики. В результате карабин М1 стал одним из самых массовых образцов самозарядного оружия 2й Мировой, а в 1944 году на его базе был создан полноценный автоматический карабин М2, выпускавшийся серийно.

В продолжении статьи мы расскажем как развивались «штурмовые винтовки» после Второй Мировой войны.

/Максим Попенкер, all4shooters.com/

army-news.ru

Почему Гитлер отказался от штурмгевер44?

Примечание переводчика.
Послушать наших либералов, так народ у нас вопреки Сталину аж целую войну выиграл. И какую войну, и против кого! Человека, нагнувшего всю Европу. А вот немцы, получается, вопреки своему вождю, какой-то автомат не смогли протащить. Слабаки.
Да, и еще. В данной статье вникать в тонкости терминов автомат, штурмовая винтовка, автоматическая винтовка, самозарядная винтовка, не вижу необходимости, ибо упор в статье сделан на другое. Но зато здесь не премину отметить, что в немецкой статье отмечается, что наши самозарядные винтовки были выпущены раньше немецких, гораздо большей партией, и были на порядок надежнее. Так-то вот!


Фото: Bundesarchiv,Bild 101I-090-3912-07A / Etzhold /
Самозарядная винтовка Г-43 была принята вермахтом в 1943 году, и показала себя надежной и крепкой, но недостаточно меткой.

http://www.welt.de/geschichte/zweiter-weltkrieg/article139819500/Warum-Hitler-das-Sturmgewehr-44-ablehnte.html

Свен Феликс Келлерхоф

В дебатах о сильных и слабых сторонах нынешней штурмовой винтовки бундесвера постоянно проводятся параллели с вермахтом, оружие которого страдало изъянами в матчасти, дополняясь причудливыми представлениями Гитлера.

Винтовка, «не пригодная к боевому использованию», — процитировал в передаче телеканала ARD вечером прошлого воскресенья Дитер (он же «Макс») Моор заключение от 1943 года. В свете сегодняшних разногласий по поводу мнимой или истинной неприспособленности к длительной боевой эксплуатации нынешней штурмовой винтовки (далее просто винтовки) под сокращенным обозначением Г36 эта констатация вызывает эффект дежавю: не только армия федеративной республики, но еще и вермахт третьего рейха водились за нос своей оборонной промышленностью. По меньшей мере, такое впечатление остается от итогового комментирования швейцарского журналиста.


Фото: dpa
Меткость под вопросом : стандартная винтовка бундесвера Г36.

Однако, как часто бывает, более пристальный взгляд заставляет быть более осторожным со скоропалительными отождествлениями. Независимо от того, сконструировала ли кузница оружия «Хеклер Кох» выдающуюся или никчемную винтовку, проблемы с оружием у вермахта носили совершенно иной характер. Во всяком случае, проблемы у винтовки Г43 с ныне обсуждаемыми проблемами нынешнего оружия не имеют ничего общего.

Вермахт вступил в 1939 году во Вторую Мировую войну с карабином 98К, представлявшим собою модернизацию винтовки Маузера, стандартной немецкой винтовки еще времен Первой Мировой. Карабин представлял собою точное и крепкое оружие с надежным затвором, но с ручным досыланием патрона. Вследствие этого максимальная скорострельность составляла один выстрел в секунду, а магазин емкостью всего лишь в пять патронов заставлял солдата стрелять экономно из винтовки.

Еще одним недостатком была очень сильная мощность патрона для 98К. При калибре 7,92 мм гильза имела в длину 57 миллиметров, и снабжалась большим пороховым зарядом. Правда, это придавало пуле большую пробивную способность и дальность полета, но сильнее изнашивало ствол. Кроме того, стрелкам приходилось терпеть сильную отдачу.


Фото: Wikipedia/Armémuseum, Stockholm
Винтовка Г41 от фирмы «Маузер» показала себя неудачной конструкцией.

Тем не менее, Управление вооружения сухопутных сил решило оставить этот патрон для стандартной винтовки. Новая винтовка должна была стать десятизарядной автоматической, а не ручного перезаряжания, в идеале позволять стрельбу очередями, то есть комбинировать преимущества карабина и пистолета-пулемета. Две ведущих оружейных фирмы — помимо «Маузер» была привлечена и фабрика спортивного оружия Карла Вальтера, получили заказ на разработку, и обе представили в 1941 году прототипы под названием «винтовка 41».

Обе конструкции оказались фактически не боеспособны. Они были просто слишком сложны, чтобы в суровых условиях реальных боев надежно функционировать. Правда, опция стрельбы очередями была уже отменена, но конструкция винтовки «Маузера» с затвором, действующим по принципу использования энергии отводимых из канала ствола пороховых газов, была чувствительна к загрязнениям и, как следствие, к задержкам в стрельбе из-за неподачи патрона в патронник. Число изготовленных винтовок Маузера образца 1941 года оценивается в 7-12 тысяч штук, что на фоне 7,5 млн карабинов 98К, выпущенных с 1939 по 1945 годы просто мизер.

В отличие от «Маузер» фирма «Вальтер» изготовила 120 тысяч винтовок своей версии. Иначе сконструированный затвор лучше подходил для задачи автоматического заряжания, но тоже не был удовлетворительным. Очевидным образом, патрон, использованный в винтовках, был слишком сильным, ведь одновременно надежную работу показали затворы пистолетов-пулеметов МП-38 и МП-40, «работавших» на патронах калибра 9 мм, имевших при длине гильзы 19 мм гораздо меньший пороховой заряд.


Фото: dpa
Штурмовая винтовка — штурмгевер44, была отклонена Гитлером.

Управление вооружений еще в 1938 году понимало, что приверженность патрону 7,92х57 может оказаться тупиковым решением. Поэтому оно выдало заказ на конструирование принципиально нового «карабина-пулемета», под патрон 8 мм с длиной гильзы 33 мм. Вследствие этого на свет появилась первая настоящая представительница класса штурмовых винтовок, прошедшая испытания в 1943 году и массово внедренная в эксплуатацию в 1944-м. Штурмгевер44, вне сомнения, стал лучшей винтовкой Второй Мировой войны.

Однако Гитлер не хотел этого оружия. Вероятно, по причине идущей со времен ПМВ «склонности» к карабину 98 он требовал остановить процесс усовершенствования конструкции под промежуточный патрон 8х33, материальные затраты на изготовление которого, дальность стрельбы и пробивная сила находились где-то посередине патронов 9х19 и 7,92х57. Министр вооружений Альберт Шпеер в тайне продолжил дальнейшую работу над перспективным оружием.

Фюрер же, напротив, хотел переработки конструкции «Вальтера», то есть из Г41 в Г43. Для модификации должны были быть использованы конструкторские идеи трофейных советских самозарядных винтовок конструкций Симонова и Токарева. Мысль была в том, что то, что работает в Красной Армии в миллионах экземпляров, должно помочь немецким солдатам в их борьбе. Решающими оказались две новинки: теперь для функции самозаряда использовался не газ, отводимый из ствола, а прямая энергия, давящая на затвор [через гильзу]. И вместо заряжания сверху двумя патронными обоймами магазина, встроенного в корпус, оружие получало присоединяемый снизу металлический магазин.


Фото: Armémuseum (The Swedish Army Museum) through the Digital Museum (http://www.digitaltmuseum.se)/ gemeinfrei
Винтовка Г43 была разработана на основе советского трофейного оружия.

Принятая войсками в конце 1943 года винтовка Г43 оказалась заметно лучше, чем версия Г41. Она была прочная и надежная, но гораздо менее точная, чем снайперский вариант карабина 98К. С одной стороны, это было вызвано вызвано влиянием работы механизма автоматического перезаряжания, обеспечивавшего меньшую точность, чем у винтовки с ручным запиранием затвора. С другой стороны, кузницам оружия третьего рейха уже давно не хватало идущих на производство легированной стали добавок металла вольфрама, хрома и никеля. В конечном итоге сильно упрощенное производство, да еще зачастую с использованием принудительного труда, привело к проблемам с качеством.

Вернемся к причинам неприятностей с нынешней винтовкой Г36: они не имеют ничего общего ни с дефицитом сырья, ни с недостаточной точностью изготовления. Также и критика, позаимствованная «Максом» Моором из 1943 года, имела, вероятно, другую причину: оружейные конструкторы, демонстрирующие самодовольство по поводу своих творений, находятся под угрозой потерять свою бронь, защищающую от призыва на фронт. Ибо в них может отпасть нужда по причине профнепригодности.

kerb.livejournal.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о