Содержание

Кошон, Пьер — Википедия

Пьер Кошо́н (фр. Pierre Cauchon; 1371 (1371), Реймс — 18 декабря 1442, Руан) — епископ Бове в 1420—1432 годах, епископ Лизьё с 1432 года, магистр искусств, лиценциат канонического права, доверенное лицо и исполнитель особых поручений бургундского герцога Филиппа Доброго, организатор и председатель руанского инквизиционного процесса над Жанной д’Арк.

«Высокий и мрачный клирик», как характеризует Кошона в своей «Хронике» Жорж Шателен (англ.)русск.[1], вызывал у современников и потомков полярные чувства — от восхищения «мужем величайшим и исполненным добродетели» у историка Парижского университета Дюбуле до ненависти, с которой от Кошона отреклись потомки, предавшие его имя проклятию.

В современной историографии не выработалось единой оценки подлинной исторической роли и нравственного облика Пьера Кошона.

Происхождение[править | править код]

Жан Жювеналь дез Юрсен (фр.)русск., сменивший Кошона в должности епископа Бовезского, в своей «Хронике» называет его сыном винодела[2]. Существовали предположения о нормандском происхождении его семьи; некоторые средневековые историографы даже предполагали Кошона «англичанином, ибо он много сделал для этой страны». По другим сведениям, Кошон принадлежал к старому дворянству, а его предки, каким-то образом связанные с тамплиерами, после разгрома ордена предпочли перебраться в Реймс[3].

«Бог-геометр». Миниатюра из теологического трактата. Париж, начало XV века

Современные исследователи сумели проследить историю рода Кошон начиная с XII века. Семья эта не отличалась знатностью, однако была одной из старейших и самых уважаемых в Реймсе. Предки епископа были состоятельны, занимались торговлей и ювелирным делом. Отцом будущего епископа обычно считается представитель младшей ветви Кошонов — Реми, который был лиценциатом гражданского права[4][K 1], несколько раз избиравшийся городским эшевеном. Матерью Пьера Кошона традиционно считается Роз Гибур, о которой известно мало. Кошоны получили дворянское звание в 1393 году, о чём в городских книгах Реймса была сделана соответствующая запись. Кроме Пьера, в семье Кошона-старшего были сын Жан, также избравший церковную карьеру (в 1413 году он получил сан каноника реймского, в 1421 году — каноника бовеского, но навсегда остался в тени брата), и дочь Жанна, ставшая женой некоего Н. Бидо, богатого и уважаемого горожанина. Известно также, что будущий епископ достаточно рано остался без отца: в 1400 году мать Кошона именуется в городских книгах «пережившей мужа вдовой»[5]. Франсуа Неве, однако, ставит под сомнение традиционную генеалогию, утверждая, что Реми Кошон в 1371 году «был слишком юн, чтобы иметь детей», а Пьер Кошон, его брат и сестра происходят от некоей третьей, доныне неизвестной ветви большого семейства[5]. Окончательного ответа на вопрос о происхождении Пьера Кошона нет — и, видимо, он никогда не будет получен[3].

Вопреки распространившемуся позднее мнению, фамилия Cauchon происходит не от слова «свинья» (фр. cochon), а от понятия, бывшего в ходу в Нормандии и Пикардии и означавшего «оборот» (chausson)[K 2][6].

Образование[править | править код]

Исследователями установлено, что Пьер Кошон с братом закончили грамматическую школу в своём родном городе, где обучались чтению, письму, арифметике и латыни[7]. Около 1385 года Кошон прибыл в Париж, где (по предположению Бурассена) поступил в Наваррский коллеж Парижского Университета на правах пансионера. В коллеже Пьер прошёл в качестве начальной ступени полагавшиеся в то время «школяру» тривиум и квадривиум[8] и около 1390 или 1391 года приобрёл свою первую учёную степень — магистра искусств[K 3]. Сразу после этого он был принят на факультет канонического права, где в 1397 или 1398 году получил степень лиценциата[9].

К этому же времени относится знакомство Кошона с Жаном де Ла Фонтеном, Николя Коппекеном и Жаном Бопером (фр.)русск., тридцать лет спустя призванными Кошоном для участия в процессе над Жанной д’Арк. В этой компании Кошон был старшим (остальные ещё учились на факультете искусств) и пользовался непререкаемым уважением как многоопытный и надёжный друг[9]. Предполагается также, что в это же время благодаря посредничеству многочисленных на богословском факультете студентов-фламандцев Кошон мог впервые обратить на себя внимание герцога Бургундии и графа Фландрии Филиппа Смелого.

Сохранилось письмо 1396 года, адресованное двадцатипятилетнему Пьеру Кошону герцогским советником Тьерри Гербодом, в котором тот, именуя Кошона «Ваше Сеньорство», просит его посодействовать трём своим племянникам, а также племяннику личного секретаря герцога. Ответ Кошона на это письмо не сохранился[10].

В возрасте двадцати шести лет Кошон был избран ректором — судьёй по делам школяров Университета (с 23 июня по 10 октября 1397 года)[9]: по хартии Филиппа Августа от 1200 года они были неприкосновенны для королевских представителей и подчинялись исключительно церковным судьям. Тот факт, что Кошон дважды избирался на эту должность, свидетельствует об уважении, которым он пользовался в Университете. Получив звание лиценциата канонического права в 1398 году, Кошон немедленно поступил на богословский факультет[9].

Для получения степени доктора богословия необходимо было пройти восьмилетний университетский курс, однако Кошон не смог — или не захотел — окончить его. Франсуа Неве, удивляясь тому, как подобное могло произойти с одним из лучших студентов Университета, выдвигает предположение, что Кошон, тяготевший к привычным формам аристотелизма и томизма, был разочарован самой программой преподавания, в котором всё более усиливалось влияние Дунса Скота, Оккама и гуманизма (представленного, в частности, Жаном Жерсоном, чей авторитет в Университете в то время был практически непререкаемым). Кроме того, он мог быть озабочен непростой политической ситуацией в христианском мире. По замечанию Неве, Кошон, всегда проявлявший себя как человек дела, предпочёл сухому и схоластическому университетскому курсу реальное участие в политической борьбе[11]. Известно, что в 1403 году он был на шестом году обучения[12].

В 1403 году Кошон был вторично избран ректором Университета[13]. К этому времени он имел постоянный доход, совмещая должности каноника и пребендария шалонского, а также выполнял священнические обязанности в церкви Эгризелль в Сансе.

Политическая обстановка во Франции в начале XV века[править | править код]

Время, на которое пришлась молодость Пьера Кошона не было для его страны ни простым, ни лёгким. Западная церковь в это время переживала раскол (двое пап одновременно — в Авиньоне и Риме — оспаривали друг у друга трон наместника Святого Петра). В самой стране разворачивались драматические события. После того как король Карл VI в 1393 году впал в буйное помешательство, став, таким образом, непригодным для исполнения государственных дел, вокруг него развернулась борьба за регентство между его близкими родственниками. Одну из противоборствующих партий[K 4] возглавлял младший брат короля — герцог Людовик Орлеанский, вначале безуспешно требовавший корону для себя, вторую[K 5] — королевский кузен Иоанн Бесстрашный. Этот второй, согласно господствовавшему обычаю, определявшему право на регентство по степени близости к трону по праву крови или брака, не имевший реальной возможности занять место регента при жизни соперника, предпочел решить проблему простейшим путём, расправившись с братом короля (фр.)русск. на темной улице, где тот оказался (по слухам), возвращаясь со свидания с королевой Изабеллой[14].

Убийца предпочёл вначале бежать и искать убежища в своих владениях, однако жертва преступления была настолько непопулярна, что многие находили оправдание его поступку. К числу последних относился и Пьер Кошон, открыто высказывавшийся в пользу Иоанна Бесстрашного. Специально для оправдания этого убийства Жан Пти написал своё вскоре ставшее знаменитым «Оправдание». Эта речь, в которой отстаивалось право на борьбу с тиранией, была построена строго по правилам аристотелевской логики: если убийство тирана есть благо, а Людовик был тираном, значит его убийство есть благо[15][16]. Кошон с готовностью подхватил эту идею, постоянно восхваляя и отстаивая правоту Пти, и — соответственно, правоту герцога Бургундского, к партии которого примкнул, оставаясь верным ему многие годы.

Участие в борьбе против церковного раскола и защита университетских привилегий[править | править код]

Начало политической карьеры Кошона приходится на 1398 год, когда тот, будучи ещё студентом, принял участие в Парижском церковном соборе. Среди прочих студентов, Пьер Кошон голосовал за неповиновение обоим папам — вплоть до воссоединения христианского мира под властью одного папы. Несмотря на то, что подобная точка зрения принята не была, и Франция изъявила покорность антипапе Бенедикту XIII, Кошон сумел заставить запомнить себя и тем сделал первый шаг в будущей карьере политика и дипломата.

Кошон принял постриг в 1404 году. В 1406 году он ходатайствовал перед Парижским Парламентом, желавшим положить конец двоепапству, призывая не повиноваться ни одному из них. К этому же времени относится его знакомство с францисканским монахом Жаном Пти (англ.)русск., пламенным оратором, требовавшим во имя окончания смуты самых крутых мер, вплоть до того, чтобы «утопить обоих, повесив им камень на шею»[16]. Однако, несмотря на все усилия, в конечном итоге вновь восторжествовала точка зрения его соперника Жана Жерсона, опасавшегося, что Франция привыкнет обходиться без папы, и в дальнейшем восстановить традицию повиновения Риму будет уже невозможно.

Второй раз Кошону пришлось появиться перед Парижским Парламентом, чтобы отстоять привилегии Парижского Университета, в противовес проискам постоянного соперника — Университета Тулузы. Речь на сессии Парламента должен был произнести Жан Пти, но тот по неизвестным причинам отказался, и выступать пришлось Кошону, на этот раз сумевшему выиграть дело.

Годом позднее, продолжая линию борьбы с Великим Расколом церкви, Кошон принял участие в итальянской миссии, целью которой было склонить Бенедикта XIII и Григория XII к отречению от суверенного понтификата. Уважение, которым пользовался Кошон на этом этапе своей жизни, подчеркивается фактом, что его имя было упомянуто в так называемом втором посольском разряде (то есть немедленно после имени ректора и высших должностных лиц Университета), в то время как его брат Жан значился в тридцать четвёртом. На оплату путевых расходов Пьер Кошон получал наравне с докторами три экю ежедневно из королевской казны[17]. Переговоры провалились, но Кошон получил репутацию арбитра, способного действовать на самом высоком уровне[18]. В качестве вознаграждения в 1408 году он получил капелланство Сент-Этьен в Тулузе. Подобное совмещение должностей было запрещено церковными правилами, но во Франции, опустошённой войной и эпидемией чумы, оно являлось в то время распространённой практикой, на которую высшее руководство предпочитало закрывать глаза. В 1410 году Кошон был назначен каноником в Реймсе и викарием архиепископа Реймса, каноником в Бове и позднее — видамом церкви в Реймсе.

В то время ситуация в Западной церкви продолжала ухудшаться. Собор в Пизе, пытаясь положить конец двоевластью, заочно низложил обоих пап, избрав на их место Александра V. Однако оба соперника отказались согласиться с этим решением, и таким образом возникло троепапство[19].

Собор в Констанце[править | править код]

Хуберт ван Эйк, «Собор в Констанце».
Предполагается, что крайним справа в нижнем ряду в синей митре изображён Пьер Кошон

С 1416 по 1418 год Кошон принимает участие в Констанцском соборе, призванном положить конец троепапству и объединить католическую церковь под эгидой одного владыки. Проблему удалось решить — частью уговорами, частью силой принудив к отречению всех трёх пап, которых сменил на престоле Святого Петра Мартин V[20][21]. На повестке дня стоял также вопрос об отношении к ереси Уиклифа и Болла в Англии и возникшей там же ереси лоллардов. Собор предал проклятию этих ранних предшественников Реформации[22]. Кроме того, с помощью обмана в Констанц удалось заманить Яна Гуса и его соратника Иеронима Пражского, которых позднее обвинили в ереси и сожгли: первого — 6 июля 1415 года[22], второго — несколькими месяцами позднее.

Эней Сильвий Пикколомини (будущий папа под именем Пий II) позднее так вспоминал о казни Иеронима Пражского:

Он шёл на смерть с лёгким сердцем и ясным лицом. Достигнув места будущей казни, он сам избавился от одежды и далее, упав на колени помолился обратившись к столбу, к каковому затем был привязан. Его скрутили цепью поверх мокрой соломы, и обложили огромными поленьями, причём высота этой кучи доходила ему до груди. Когда костер был зажжён, он запел псалом, но пламя и дым вынудили его замолчать. Так умер этот человек великого благородства, не говоря уже о его вере, предавший пламени своё тело с твёрдостью духа не меньшей чем когда-то встретил огненное испытание Муций Сцевола, пожертвовавший, впрочем, лишь рукой, и Сократ, без колебаний принявший чашу с цикутой[23].

Что касается Кошона, он прибыл на собор первым из бургундской делегации — 1 января 1415 года, приготовив всё к приезду остальных 12 человек, и оставался там до 31 марта 1418 года (три года и три месяца), получая в качестве вознаграждения 2 франка в день (общий объём выплат за три года составил 2370 франков), в то время как главе делегации, Мартину Поре, полагалась вдвое большая сумма. Стоит также отметить, что одним из соратников Кошона в этой поездке выступил Николя Бопер, позднее принимавший участие в процессе Жанны[24]. Официально оставаясь в тени своего руководителя, Кошон, однако, продолжал вести упорную борьбу за объединение церкви, начатую им ещё в Университете. Среди прочих, он активно поддерживал низложение трёх пап и избрание Мартина V, за что последний до конца жизни питал к французскому прелату неизменную благосклонность.

Кроме собственно церковных дел, для бургундцев остро стоял вопрос об утверждении их партии у власти в самой Франции и получения для того санкции церкви. В этом им противостояла арманьякская делегация во главе с давним антагонистом Кошона по Университету Жаном Жерсоном. Впрочем, бургундцы в отличие от своих соперников держались строгой дисциплины и иерархии подчинения, выполняя приказ своего господина — ни от кого никоим образом не принимать подарков и отказываться даже от приглашений к обеду, чтобы таким образом не поддаться соблазну подкупа.

Камнем преткновения послужила знаменитая речь Жана Пти об оправдании тираноубийства (англ.)русск.. Осуждение Пти как еретика (чего удалось добиться в Париже Бернару д’Арманьяку — по его приказу «Оправдание тираноубийства» незадолго до того было уничтожено в Париже рукой палача) значило бы осуждение церковью Иоанна Бесстрашного как убийцы своего кузена, чьё преступление, таким образом, становилось безусловным и ничем не оправданным, и привело бы к его отстранению от власти в пользу Арманьяка и его сторонников.

Столкновения между двумя делегациями начались сразу же. Жерсон, переиначивая на свой лад слова Жана Пти, обвинял того в ереси. Мартин[K 6] Поре отвечал ему тем же в открытом споре; Кошон писал доносы на своего врага, обвиняя того в клевете. Жерсон противопоставил девяти тезисам Пти, которые защищал Кошон, двадцать два «клеветнических тезиса» из сочинений последнего[25]. Спор этот в конечном итоге выиграли бургундцы. Специальная комиссия, назначенная для разрешения конфликта, официально отменила решение Парижского собора и сняла с Пти и его сочинения обвинения в ереси. Вердикт был куплен более чем щедрыми подношениями кардиналам золотом, серебром и бочонками бонского вина. Так, например, кардиналы Орсини и Панчера (итал.)русск. получили по 1500 экю золотом каждый, кардиналу Дзабарелла досталась «посуда и иные вещи из золота и серебра» на сумму в 112 франков[16].

Также ко времени собора относится знакомство Кошона с епископом Винчестерским (англ.)русск. Генрихом Бофором, дядей английского короля, прибывшим в Констанц летом или осенью 1417 года. Позднее они снова встретятся на процессе Жанны. При первой же встрече Кошон поспешил наладить добрые отношения с англичанином[26].

Начало политической карьеры на стороне бургиньонов[править | править код]

Кошон вновь оказался Париже вскоре после убийства герцога Орлеанского герцогом Бургундским Иоанном Бесстрашным, произошедшего 23 ноября 1407 года. 8 февраля 1409 года Пьер Кошон стал советником Иоанна Бесстрашного, который в своём противостоянии Орлеанскому дому опирался на поддержку духовенства Парижа[27] и с 1405 года привлекал Парижский Университет к совещаниям по вопросам управления. Впрочем, вначале роль Кошона была достаточно скромной, что явствует уже из суммы получаемого в то время жалования — 50 франков в год. Впрочем, он достаточно быстро выдвинулся под началом Иоанна Бесстрашного, разглядевшего в молодом клирике идеального исполнителя своей воли — столь же «энергичного, идущего напролом к своей цели, и не слишком обремененного угрызениями совести», как и он сам[28].

Годом позднее, в сентябре 1410 года Кошон в сопровождении семи коллег по Университету был направлен в качестве посла к герцогу Жану Беррийскому, последнему из остававшихся в то время в живых дядей короля, в попытке склонить того на сторону бургундцев и, тем самым, ослабить орлеанский лагерь, приверженцы которого отнюдь не собирались складывать оружие после гибели своего главы. Гражданская война становилась неизбежной, и каждая из противоборствующих сторон спешно вербовала себе союзников. Однако на сей раз дипломатические усилия Кошона и его коллег оказались потраченными впустую[29].

В 1411 году Кошон был впервые отмечен своим господином, получив от него в качестве награды 0,5 бочонка[K 7] (то есть 200 л) бонского вина[25]. Единственный раз связав свою судьбу с Бургундским домом, он практически до самой смерти оставался ему непоколебимо верен, в отличие от многих современников, менявших свои убеждения в зависимости от того, на чьей стороне оказывался перевес. По замечанию Франсуа Неве (фр.)русск. «Кошона можно обвинять в чём угодно, кроме предательства»[30].

В том же году после разрушительного рейда по окрестностям Парижа, в ходе которого наёмники арманьяков убивали и жгли, не разбираясь в политических симпатиях жертв, в Париже началась резня сторонников этой партии, которых было немало и в среде духовенства, и в самом Университете. Чтобы успокоить разгул толпы, «именем короля» был организован экстраординарный трибунал, состоявший из «комиссариев-реформаторов», среди который Анри де Марль (англ.)русск. называет имя Кошона. Этот трибунал работал в течение 1411—1412 годов, причём, по словам Жана Жювеналя дез Юрсена[2], «богатых вынуждали платить выкуп за свою жизнь, те же кто не в состоянии был этого сделать, исчезли без следа и неизвестно, что с ними стало» — иными словами, с ними расправились без суда, в то время как многие другие оказались в парижской тюрьме Шатле. Впрочем, Неве ставит под сомнение эти свидетельства, указывая, что они исходили от враждебной партии, причём к политическим мотивам примешивались личные — так, отец дез Юрсена пострадал во время этих гонений. Бургундские же хроники хранят молчание касательно этих событий, отсюда симпатизирующий Кошону Франсуа Неве делает осторожный вывод, что трибунал мог и защищать жертв гонений от народной ярости, отмечая, впрочем, что подобное предположение с его стороны не более чем догадка. Так или иначе, в 1411 году в большой политике впервые заявило о себе «давление улицы»[31].

Восстание кабошьенов[править | править код]

30 января 1413 года в королевской резиденции Парижа (фр.)русск. открылось заседание Генеральных штатов, депутаты которых большей частью тяготели к бургундской партии. Пьер Кошон был включен в состав специальной комиссии, сформированной по решению Генеральных штатов для расследования многочисленных злоупотреблений, совершавшихся королевскими чиновниками Парижа в предшествовавшие три десятилетия[25].

Впрочем, парижане, рассчитывавшие на немедленную реформу государственного управления и облегчение налогового бремени, не стали дожидаться завершения заседаний. Улица вновь заявила о себе, когда 27 апреля впервые толпа стихийно сплотилась вокруг мясника Симона Кабоша (англ.)русск. и его соратников и, на следующий день взявшись за оружие, осадила Бастилию, где пытался скрыться ненавидимый горожанами прево Парижа (фр.)русск. Пьер дез Эссар (фр.)русск.. 29 апреля он сдался на милость герцога Бургундского, однако это не спасло его от расправы.

Сохранившиеся официальные письма арманьякской партии среди прочих обвиняют Пьера Кошона в активном содействии разгулу толпы[32], которую тот якобы подстрекал к захвату резиденции дофина, куда мятежники вломились силой, захватив 50 ставленников дофина, в дальнейшем брошенных в тюрьмы или казнённых, и захвату королевского дворца, причём возбуждённая толпа дошла до покоев королевы, требуя выдачи на расправу её брата — Людовика Баварского, герцога де Бар и «многих иных рыцарей, камергеров и советников». Неве, впрочем, и этим письмам выносит вотум недоверия, обращая внимание на то, что в них содержится призыв не верить «письмам противоположной партии»[33], а также обращая внимание на факт, что чопорного клирика трудно представить себе во главе неистовствующей толпы. По его мнению, Кошон и в это время продолжал работу в качестве законника и члена королевской комиссии, не выходя за пределы своих полномочий[34]. Так или иначе, плодом работы комиссии был документ, вошедший в историю под названием «Ордонанса кабошьенов», принятый во многом в спешке под давлением улицы и пытавшийся решить финансовые проблемы королевства путём ликвидации персональных выплат членам арманьякской партии. Так, Пьер де ла Тремуй и Жак де Бурбон лишались 1200 ливров годовых каждый. Кошон в качестве награды за членство в комиссии 19 мая 1413 года получил от своего господина 218 ливров единовременной выплаты[35].

В это же время город был охвачен беспорядками, и герцог Бургундский, окончательно потерявший всякую возможность остановить разгул толпы, вынужден был договориться со своим противником герцогом Беррийским. 28 июля 1413 года между противоборствующими партиями в Понтуазе было заключено перемирие, и 23 августа Иоанн Бесстрашный оставил Париж, а в город вступил Бернар д’Арманьяк, тесть молодого герцога Карла Орлеанского, сына убитого герцога Людовика. Он включил имя Кошона под номером 67 в общий проскрипционный список из 110 человек; точнее списков было несколько, они издавались один за другим через определённые промежутки времени. Имя Кошона возглавило пятый по счёту от 14 мая 1414 года, включавший в себя девять имен, большинство из которых принадлежало представителям Университета. В вину ему, как и всем прочим, ставилось «посягательство на честь многих дам и девиц, в жилах многих из каковых течет королевская кровь», фабрикации самовольных писем и приказов, «дабы подобным образом оправдать свои бесчинства». Впрочем, Кошона в то время уже не было в Париже, проницательный клирик предпочел уехать вместе со своим господином. В качестве вознаграждения за службу и, вероятно, за имущество, потерянное в Париже, герцог Бургундский пожаловал ему чин капеллана герцогской церкви в Дижоне[36] и раздаятеля милостыни при бургундском дворе[37].

На королевской службе[править | править код]

В то время как Кошон находился в имперском городе, во Франции продолжали разворачиваться драматические события. Англичане под предводительством своего короля Генриха V вновь вторглись в страну, и Карл VI (точнее — стоявший за ним на тот момент Бернар д’Арманьяк) потерпел несколько жестоких поражений, причём особенно сокрушительной для Франции стала катастрофа под Азенкуром.

Герб Пьера Кошона: в лазоревом поле серебряный пояс между тремя золотыми раковинами

В то же время в Париже, недовольном арманьякским правлением, зрел пробургундский заговор, однако вскоре он был раскрыт. Среди прочих арестованы были коллеги Кошона по комиссии 1413 года Николя д’Оргемон и Жан д’Олив. Пятеро из заговорщиков были обезглавлены, а д’Оргемон, каноник собора Нотр-Дам, был приговорен к пожизненному заключению[25][38].

После завершения работы собора Кошон присоединился к своему господину в Труа (31 марта 1418 года), где кроме герцога Бургундского находилась его союзница королева Изабелла, незадолго до того освобожденная им из рук арманьяков. Противоборствующие стороны в это время склонялись к очередному перемирию, и Кошон вновь оказался в составе бургундской делегации. Переговоры начались в апреле 1418 года в монастыре Ла Томб[39]. Здесь же присутствовали посланные папой Мартином V кардиналы Орсини и Фалластр, первому из которых «в вознаграждение за службу» Кошону следовало передать 600 ливров, в то время как он сам получил вознаграждение в количестве 228 ливров (по три ливра суточных)[40]. Впрочем, из-за неуступчивости арманьякской стороны переговоры не продвигались вперёд, и конец им положил неожиданный переход парижан на сторону бургиньонов 29 мая 1418 года. В городе вновь началась резня, жертвами которой стали вожаки арманьякской партии, в том числе сам коннетабль д’Арманьяк, канцлер Анри де Марль, а также епископы Кутанса и Лизьё[41]. Дофин Карл был спасён комендантом Бастилии Танги дю Шателем; с отрядом вооружённых всадников они ускакали в Бурж.

В июне 1418 года Кошон стал советником короля. 14 июля 1418 года герцог Бургундский и королева Изабелла вступили в Париж. Среди герцогской свиты находился и Пьер Кошон, 22 июля получивший новый чин — одного из восьми ходатаев по делам при королевской резиденции, на этой должности он оставался вплоть до падения «английского Парижа» в 1436 году[42]. Ему вменялось в обязанность разбирать жалобы, поданные на имя короля. Кошон показал себя холодным и трезвым политиком, могущим приносить в жертву стратегии сиюминутные интересы своей партии. Простые английские солдаты, своими грабежами и бесчинствами отвращавшие народ от повиновения английскому королю, карались им не менее строго чем приверженцы «буржского князька» (дофина).

27 июля ему было поручено вновь стать членом комиссии, призванной судить клириков, приверженцев враждебной партии[40]. Королевский указ от 6 октября подтвердил оправдание Жана Пти, иначе говоря, снял вину с герцога Бургундского за убийство кузена. Таким образом, за бургундской партией de facto признавалась победа в междоусобной борьбе и возможность осуществлять высшую власть, отдавая приказы от имени психически больного короля, безропотно подписывавшего любую поданную ему бумагу. Среди прочих награждённых за победу вновь упоминается имя Кошона — 20 ноября как вознаграждение «за преследования, каковые претерпел герцог Бургундский от епископа Парижского» Кошон получил 100 франков, причём деньги эти должен был разделить с коллегами из Парижского Университета[40].

3 октября 1418 года Кошон присутствовал в королевском совете, где было вынесено решение установить новый налог на виноделие, призванный дать средства, необходимые для продолжения военных действий. Платить новый налог должен был также Университет, немедленно этому воспротивившийся. Кошон, посланный своим господином для урегулирования конфликта, сумел отстоять независимость своей alma mater, и 23 декабря королевским указом Университет был от налога освобожден[43]. В качестве благодарности Университет ходатайствовал перед папой о предоставлении Кошону превотства Сен-Пьер де Лилль, мотивируя исключение, которое следовало сделать для Кошона, совмещавшего в своих руках множество должностей, «трудами, рвением, а также многими страданиями и муками, понесенными во имя служения на благо церкви». Просьба эта была удовлетворена. Оказавшись таким образом вновь связанным с Университетом, Кошон по просьбе бывших коллег ходатайствовал перед правительством, вернувшимся в Труа, о сохранении университетских привилегий, и хлопоты его, по всей вероятности, увенчались успехом, так как сохранилось направленное ему благодарственное письмо[43]. С 1 декабря 1418 года и вплоть до 31 марта 1419 года Кошон постоянно находится в разъездах, исполняя многочисленные поручения своего господина, успев за это время побывать в Понтуазе, Бове, Провене и Париже[16].

В начале следующего 1419 года Кошон дважды посещал Париж по приказу короля (точнее — герцога Бургундского). В первый раз — 17 января, чтобы дать объяснение, почему королевские войска не в силах прийти на помощь осаждённому Руану. За это путешествие казна выплатила ему 244 франка (по 4 в день, мотивируя это «дороговизной продуктов». Второй раз — 15 февраля, с королевскими письмами, посредством которых ему удаётся добиться парламентского указа об отмене свободы галликанской церкви. Подчинение Риму таким образом было восстановлено. Плата за это путешествие составила уже 6 франков в сутки (всего 13 дней) без каких-либо тому комментариев[44]. Тогда же в феврале он получает контроль над малой государственной печатью (в то время как большая должна была неотлучно находиться у канцлера королевства). Дополнительное вознаграждение хранителю малой печати составляет 4 франка в день, если приходится выполнять дополнительную работу. По подсчётам Неве, за 16 месяцев Кошон (начиная с февраля 1419 года) получил за это в качестве вознаграждения 1547 ливров.

И, наконец, 27 марта приказом короля и герцога Бургундского парламенту было указано отменить все санкции и признать несправедливыми нападки на Жана Пти[16]. Если верить отчётам государственного казначея Пьера Горремона, в течение двух лет — с июня 1418 по июнь 1420 года — Кошону было выплачено из королевской казны 4339 ливров, причём половина из этой суммы (2042 франка) предназначалась для покрытия его расходов и для передачи третьим лицам, в то время как вторая половина (2297 франков) составила его чистый доход. Из этих денег 1547 ливров составили вознаграждение за исполнение должности хранителя малой печати, и 750 — собственно доход от королевской службы[45]. Всего за это время Кошон провёл в дороге 261 день (около 9 месяцев).

Кроме того, Кошону приказом короля были подарены «шесть серебряных чашек, принадлежавших ранее арманьяку Варнье Барри, а также урожай с виноградников, принадлежавших ранее Жану де Санс, епископу Мо» (оба бывших владельца к тому времени были мертвы). Следующий исторический анекдот доказывает, насколько плохо было организовано в то время управление государством: вино с подаренных ему виноградников, которое Пьер Кошон с немалыми трудностями пытался доставить для продажи в Париж, было у него конфисковано «в доход королю», в то время как пострадавшему в награду подарены были виноградники ещё одного сторонника арманьякской партии, не приносившие никакого дохода. Наконец, за все хлопоты король 30 апреля 1419 года вознаградил Кошона суммой в 150 ливров[46].

Убийство Иоанна Бесстрашного и договор в Труа[править | править код]

Договор в Труа (Национальный архив Франции)

Победа бургундской партии не была безусловной. Во главе «арманьяков» встал дофин королевства Карл, не отличавшийся государственным умом и умением плести интриги. Одним из первых его деяний в новой роли стало убийство Иоанна Бесстрашного (фр.)русск. 1 сентября 1419 года на мосту Монтро, куда тот прибыл, полагая, что сможет договориться с дофином и принудить того признать своё поражение. По версии сторонников арманьякской партии, убийство было совершено из самозащиты; по версии противников — ничем не оправдано[47].

Приказом правительства, возглавлявшегося королевой Изабеллой, Кошон получает назначение в качестве «комиссария и реформатора» в комиссию под управлением Пьера Люксембургского, призванную «расследовать все совершенные злоупотребления» или иными словами, найти и наказать убийц бургундского герцога. Для Кошона это убийство было также серьёзной помехой карьере, так как с молодым герцогом Филиппом Добрым ему никогда так и не удалось установить тех доверительных отношений, которые связывали его с Иоанном Бесстрашным. Вновь в сентябре 1419 года Кошону пришлось отправиться в дорогу — первоначально в Реймс, чтобы заручиться поддержкой горожан против дофина и его сторонников-арманьяков. После этого Кошон отправился в Труа и Шалон-сюр-Марн, взяв для сопровождения вооружённый отряд из латников и стрелков. Так как дорога была опасна, он заплатил солдатам 54 ливра из собственного кармана (позднее казна возместит ему эту сумму). Затем последовали поездки в Шалон-сюр-Сон и Макон (октябрь 1419 года). Полагается, что причиной тому была необходимость перед лицом арманьякской угрозы в Маконнэ склонить жителей этих городов на сторону бургундцев. Вознаграждение за последнюю поездку составило 6 франков ежедневно или, иными словами, 444 ливра за 74 дня.

С самого начала междоусобной войны обе стороны апеллировали к королю английскому, чьи победоносные войска находились в это время во Франции. Бургундцам удалось склонить его на свою сторону. Цена соглашения была велика — Генрих V потребовал официально признать его наследником после смерти Карла VI по праву прямого потомка Филиппа Красивого по женской линии, а также, закрепляя обещание, позволить ему обручиться с французской принцессой. Слабохарактерная королева Из

ru.wikiyy.com

Пьер Кошон Википедия

Пьер Кошон
фр. Pierre Cauchon

Бартелеми Реми или Луи Бондан.
Надгробный камень Пьера Кошона.

Капелла Святой Марии (Лизьё). Около 1705.

епископ Бове
1420 — 1432
Избрание 21 августа 1420
Предшественник Бернар де Шевенон
Преемник Жан Жювеналь дез Юрсен
епископ Лизьё
1432 — 1442
Избрание 8 августа 1432
Предшественник Занон Кастельоне
Преемник Паскье де Во

Рождение 1371(1371)
Реймс, Франция
Смерть 18 декабря 1442(1442-12-18)
Руан, Франция
Похоронен
  • Лизьё
Отец Реми Кошон
Мать Роз Гибур
 Пьер Кошон на Викискладе

Пьер Кошо́н (фр. Pierre Cauchon; 1371 (1371), Реймс — 18 декабря 1442, Руан) — епископ Бове в 1420—1432 годах, епископ Лизьё с 1432 года, магистр искусств, лиценциат канонического права, доверенное лицо и исполнитель особых поручений бургундского герцога Филиппа Доброго, организатор и председатель руанского инквизиционного процесса над Жанной д’Арк.

«Высокий и мрачный клирик», как характеризует Кошона в своей «Хронике» Жорж Шателен (англ.)русск.[1], вызывал у современников и потомков полярные чувства — от восхищения «мужем величайшим и исполненным добродетели» у историка Парижского университета Дюбуле до

ru-wiki.ru

Пьер Кошон — биография и семья

В современной историографии не выработалось единой оценки подлинной исторической роли и нравственного облика Пьера Кошона.

Ранние годы

Происхождение

Современные исследователи сумели проследить историю рода Кошон начиная с XII века. Семья эта не отличалась знатностью, однако была одной из старейших и самых уважаемых в Реймсе. Предки епископа были состоятельны, занимались торговлей и ювелирным делом. Отцом будущего епископа обычно считается представитель младшей ветви Кошонов — Реми, который был лиценциатом гражданского права, несколько раз избиравшийся городским эшевеном. Матерью Пьера Кошона традиционно считается Роз Гибур, о которой известно мало. Кошоны получили дворянское звание в 1393 году, о чём в городских книгах Реймса была сделана соответствующая запись. Кроме Пьера, в семье Кошона-старшего были сын Жан, также избравший церковную карьеру (в 1413 году он получил сан каноника реймского, в 1421 году — каноника бовеского, но навсегда остался в тени брата), и дочь Жанна, ставшая женой некоего Н. Бидо, богатого и уважаемого горожанина. Известно также, что будущий епископ достаточно рано остался без отца: в 1400 году мать Кошона именуется в городских книгах «пережившей мужа вдовой». Франсуа Неве, однако, ставит под сомнение традиционную генеалогию, утверждая, что Реми Кошон в 1371 году «был слишком юн, чтобы иметь детей», а Пьер Кошон, его брат и сестра происходят от некоей третьей, доныне неизвестной ветви большого семейства. Окончательного ответа на вопрос о происхождении Пьера Кошона нет — и, видимо, он никогда не будет получен.

Вопреки распространившемуся позднее мнению, фамилия Cauchon происходит не от слова «свинья» (фр. cochon), а от понятия, бывшего в ходу в Нормандии и Пикардии и означавшего «оборот» (chausson).

Образование

Исследователями установлено, что Пьер Кошон с братом закончили грамматическую школу в своём родном городе, где обучались чтению, письму, арифметике и латыни. Около 1385 года Кошон прибыл в Париж, где (по предположению Бурассена) поступил в Наваррский коллеж Парижского Университета на правах пансионера. В коллеже Пьер прошёл в качестве начальной ступени полагавшиеся в то время «школяру» тривиум и квадривиум и около 1390 или 1391 года приобрёл свою первую учёную степень — магистра искусств. Сразу после этого он был принят на факультет канонического права, где в 1397 или 1398 году получил степень лиценциата.

Сохранилось письмо 1396 года, адресованное двадцатипятилетнему Пьеру Кошону герцогским советником Тьерри Гербодом, в котором тот, именуя Кошона «Ваше Сеньорство», просит его посодействовать трём своим племянникам, а также племяннику личного секретаря герцога. Ответ Кошона на это письмо не сохранился.

В возрасте двадцати шести лет Кошон был избран ректором — судьёй по делам школяров Университета (с 23 июня по 10 октября 1397 года): по хартии Филиппа Августа от 1200 года они были неприкосновенны для королевских представителей и подчинялись исключительно церковным судьям. Тот факт, что Кошон дважды избирался на эту должность, свидетельствует об уважении, которым он пользовался в Университете. Получив звание лиценциата канонического права в 1398 году, Кошон немедленно поступил на богословский факультет.

Для получения степени доктора богословия необходимо было пройти восьмилетний университетский курс, однако Кошон не смог — или не захотел — окончить его. Франсуа Неве, удивляясь тому, как подобное могло произойти с одним из лучших студентов Университета, выдвигает предположение, что Кошон, тяготевший к привычным формам аристотелизма и томизма, был разочарован самой программой преподавания, в котором всё более усиливалось влияние Дунса Скота, Оккама и гуманизма (представленного, в частности, Жаном Жерсоном, чей авторитет в Университете в то время был практически непререкаемым). Кроме того, он мог быть озабочен непростой политической ситуацией в христианском мире. По замечанию Неве, Кошон, всегда проявлявший себя как человек дела, предпочёл сухому и схоластическому университетскому курсу реальное участие в политической борьбе. Известно, что в 1403 году он был на шестом году обучения.

Политическая обстановка во Франции в начале XV века

Убийца предпочёл вначале бежать и искать убежища в своих владениях, однако жертва преступления была настолько непопулярна, что многие находили оправдание его поступку. К числу последних относился и Пьер Кошон, открыто высказывавшийся в пользу Иоанна Бесстрашного. Специально для оправдания этого убийства Жан Пти написал свое вскоре ставшее знаменитым «Оправдание». Эта речь, в которой отстаивалось право на борьбу с тиранией, была построена строго по правилам аристотелевской логики: если убийство тирана есть благо, а Людовик был тираном, значит его убийство есть благо. Кошон с готовностью подхватил эту идею, постоянно восхваляя и отстаивая правоту Пти, и — соответственно, правоту герцога Бургундского, к партии которого примкнул, оставаясь верным ему многие годы.

Великий западный раскол

Участие в борьбе против церковного раскола и защита университетских привилегий

Начало политической карьеры Кошона приходится на 1398 год, когда тот, будучи ещё студентом, принял участие в Парижском церковном соборе. Среди прочих студентов, Пьер Кошон голосовал за неповиновение обоим — вплоть до воссоединения христианского мира под властью одного папы. Несмотря на то, что подобная точка зрения принята не была, и Франция изъявила покорность антипапе Бенедикту ХIII, Кошон сумел заставить запомнить себя и тем сделал первый шаг в будущей карьере политика и дипломата.

Второй раз Кошону пришлось появиться перед Парижским Парламентом, чтобы отстоять привилегии Парижского Университета, в противовес проискам постоянного соперника — Университета Тулузы. Речь на сессии Парламента должен был произнести Жан Пти, но тот по неизвестным причинам отказался, и выступать пришлось Кошону, на этот раз сумевшему выиграть дело.

Годом позднее, продолжая линию борьбы с Великим Расколом церкви, Кошон принял участие в итальянской миссии, целью которой было склонить Бенедикта XIII и Григория XII к отречению от суверенного понтификата. Уважение, которым пользовался Кошон на этом этапе своей жизни, подчеркивается фактом, что его имя было упомянуто в так называемом втором посольском разряде (то есть немедленно после имени ректора и высших должностных лиц Университета), в то время как его брат Жан значился в тридцать четвёртом. На оплату путевых расходов Пьер Кошон получал наравне с докторами три экю ежедневно из королевской казны. Переговоры провалились, но Кошон получил репутацию арбитра, способного действовать на самом высоком уровне. В качестве вознаграждения в 1408 году он получил капелланство Сент-Этьен в Тулузе. Подобное совмещение должностей было запрещено церковными правилами, но во Франции, опустошённой войной и эпидемией чумы, оно являлось в то время распространённой практикой, на которую высшее руководство предпочитало закрывать глаза. В 1410 году Кошон был назначен каноником в Реймсе и викарием архиепископа Реймса, каноником в Бове и позднее — видамом церкви в Реймсе.

В то время ситуация в Западной церкви продолжала ухудшаться. Собор в Пизе, пытаясь положить конец двоевластью, заочно низложил обоих пап, избрав на их место Александра V. Однако оба соперника отказались согласиться с этим решением, и таким образом возникло троепапство.

Собор в Констанце

С 1416 по 1418 год Кошон принимает участие в Констанцском соборе, призванном положить конец троепапству и объединить католическую церковь под эгидой одного владыки. Проблему удалось решить — частью уговорами, частью силой принудив к отречению всех трёх пап, которых сменил на престоле Святого Петра Мартин V. На повестке дня стоял также вопрос об отношении к ереси Уиклифа и Болла в Англии и возникшей там же ереси лоллардов. Собор предал проклятию этих ранних предшественников Реформации. Кроме того, с помощью обмана в Констанц удалось заманить Яна Гуса и его соратника Иеронима Пражского, которых позднее обвинили в ереси и сожгли: первого — 6 июля 1415 года, второго — несколькими месяцами позднее.

Эней Сильвий Пикколомини (будущий папа под именем Пий II) позднее так вспоминал о казни Иеронима Пражского:

Что касается Кошона, он прибыл на собор первым из бургундской делегации — 1 января 1415 года, приготовив всё к приезду остальных 12 человек, и оставался там до 31 марта 1418 года (три года и три месяца), получая в качестве вознаграждения 2 франка в день (общий объём выплат за три года составил 2370 франков), в то время как главе делегации, Мартину Поре, полагалась вдвое большая сумма. Стоит также отметить, что одним из соратников Кошона в этой поездке выступил Николя Бопер, позднее принимавший участие в процессе Жанны. Официально оставаясь в тени своего руководителя, Кошон, однако, продолжал вести упорную борьбу за объединение церкви, начатую им ещё в Университете. Среди прочих, он активно поддерживал низложение трех пап и избрание Мартина V, за что последний до конца жизни питал к французскому прелату неизменную благосклонность.

Кроме собственно церковных дел, для бургундцев остро стоял вопрос об утверждении их партии у власти в самой Франции и получения для того санкции церкви. В этом им противостояла арманьякская делегация во главе с давним антагонистом Кошона по Университету Жаном Жерсоном. Впрочем, бургундцы в отличие от своих соперников держались строгой дисциплины и иерархии подчинения, выполняя приказ своего господина — ни от кого никоим образом не принимать подарков и отказываться даже от приглашений к обеду, чтобы таким образом не поддаться соблазну подкупа.

people-archive.ru

Кошон, Пьер — Википедия (с комментариями)


Ты — не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: «Истинное обустройство мира».

http://noslave.org

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Пьер Кошон
фр. Pierre Cauchon<tr><td colspan=»2″>Пьер Кошон</td></tr>

<tr><td colspan=»2″>Бартелеми Реми или Луи Бондан.
Надгробный камень Пьера Кошона.

Капелла Святой Марии (Лизьё). Около 1705.
</td></tr>

1420 — 1432
Избрание: 21 августа 1420
Предшественник: Бернар де Шевенон
Преемник: Жан Жювеналь дез Юрсен
1432 — 1442
Избрание: 8 августа 1432
Предшественник: Занон Кастельоне
Преемник: Паскье де Во
 
Учёная степень: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field ‘wikibase’ (a nil value).
Рождение: 1371(1371)
Реймс, Франция
Смерть: Ошибка Lua в Модуль:Infocards на строке 164: attempt to perform arithmetic on local ‘unixDateOfDeath’ (a nil value).
Руан, Франция
Похоронен: {{#property:p119}}
Династия: {{#property:p53}}
Отец: Реми Кошон
Мать: Роз Гибур
 
Автограф: Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field ‘wikibase’ (a nil value).

Ошибка Lua в Модуль:Wikidata на строке 170: attempt to index field ‘wikibase’ (a nil value).

Пьер Кошо́н (фр. Pierre Cauchon; 1371(1371), Реймс — 18 декабря 1442, Руан) — епископ Бове в 1420—1432 годах, епископ Лизьё с 1432 года, магистр искусств, лиценциат канонического права, доверенное лицо и исполнитель особых поручений бургундского герцога Филиппа Доброго, организатор и председатель руанского инквизиционного процесса над Жанной д’Арк.

«Высокий и мрачный клирик», как характеризует Кошона в своей «Хронике» Жорж Шателен (англ.)русск.[1], вызывал у современников и потомков полярные чувства — от восхищения «мужем величайшим и исполненным добродетели» у историка Парижского университета Дюбуле до ненависти, с которой от Кошона отреклись потомки, предавшие его имя проклятию.

В современной историографии не выработалось единой оценки подлинной исторической роли и нравственного облика Пьера Кошона.

Ранние годы

Происхождение

Жан Жювеналь дез Юрсен (фр.)русск., сменивший Кошона в должности епископа Бовезского, в своей «Хронике» называет его сыном винодела[2]. Существовали предположения о нормандском происхождении его семьи; некоторые средневековые историографы даже предполагали Кошона «англичанином, ибо он много сделал для этой страны». По другим сведениям, Кошон принадлежал к старому дворянству, а его предки, каким-то образом связанные с тамплиерами, после разгрома ордена предпочли перебраться в Реймс[3].

Ошибка создания миниатюры: Файл не найден

«Бог-геометр». Миниатюра из теологического трактата. Париж, начало XV века

Современные исследователи сумели проследить историю рода Кошон начиная с XII века. Семья эта не отличалась знатностью, однако была одной из старейших и самых уважаемых в Реймсе. Предки епископа были состоятельны, занимались торговлей и ювелирным делом. Отцом будущего епископа обычно считается представитель младшей ветви Кошонов — Реми, который был лиценциатом гражданского права[4][K 1], несколько раз избиравшийся городским эшевеном. Матерью Пьера Кошона традиционно считается Роз Гибур, о которой известно мало. Кошоны получили дворянское звание в 1393 году, о чём в городских книгах Реймса была сделана соответствующая запись. Кроме Пьера, в семье Кошона-старшего были сын Жан, также избравший церковную карьеру (в 1413 году он получил сан каноника реймского, в 1421 году — каноника бовеского, но навсегда остался в тени брата), и дочь Жанна, ставшая женой некоего Н. Бидо, богатого и уважаемого горожанина. Известно также, что будущий епископ достаточно рано остался без отца: в 1400 году мать Кошона именуется в городских книгах «пережившей мужа вдовой»[5]. Франсуа Неве, однако, ставит под сомнение традиционную генеалогию, утверждая, что Реми Кошон в 1371 году «был слишком юн, чтобы иметь детей», а Пьер Кошон, его брат и сестра происходят от некоей третьей, доныне неизвестной ветви большого семейства[5]. Окончательного ответа на вопрос о происхождении Пьера Кошона нет — и, видимо, он никогда не будет получен[3].

Вопреки распространившемуся позднее мнению, фамилия Cauchon происходит не от слова «свинья» (фр. cochon), а от понятия, бывшего в ходу в Нормандии и Пикардии и означавшего «оборот» (chausson)[K 2][6].

Образование

Исследователями установлено, что Пьер Кошон с братом закончили грамматическую школу в своём родном городе, где обучались чтению, письму, арифметике и латыни[7]. Около 1385 года Кошон прибыл в Париж, где (по предположению Бурассена) поступил в Наваррский коллеж Парижского Университета на правах пансионера. В коллеже Пьер прошёл в качестве начальной ступени полагавшиеся в то время «школяру» тривиум и квадривиум[8] и около 1390 или 1391 года приобрёл свою первую учёную степень — магистра искусств[K 3]. Сразу после этого он был принят на факультет канонического права, где в 1397 или 1398 году получил степень лиценциата[9].

К этому же времени относится знакомство Кошона с Жаном де Ла Фонтеном, Николя Коппекеном и Жаном Бопером (фр.)

o-ili-v.ru

Кошон, Пьер Википедия

Пьер Кошон
фр. Pierre Cauchon

Бартелеми Реми или Луи Бондан.
Надгробный камень Пьера Кошона.

Капелла Святой Марии (Лизьё). Около 1705.

епископ Бове
1420 — 1432
Избрание 21 августа 1420
Предшественник Бернар де Шевенон
Преемник Жан Жювеналь дез Юрсен
епископ Лизьё
1432 — 1442
Избрание 8 августа 1432
Предшественник Занон Кастельоне
Преемник Паскье де Во

Рождение 1371(1371)
Реймс, Франция
Смерть 18 декабря 1442(1442-12-18)
Руан, Франция
Похоронен
  • Лизьё
Отец Реми Кошон
Мать Роз Гибур
 Пьер Кошон на Викискладе

Пьер Кошо́н (фр. Pierre Cauchon; 1371 (1371), Реймс — 18 декабря 1442, Руан) — епископ Бове в 1420—1432 годах, епископ Лизьё с 1432 года, магистр искусств, лиценциат канонического права, доверенное лицо и исполнитель особых поручений бургундского герцога Филиппа Доброго, организатор и председатель руанского инквизиционного процесса над Жанной д’Арк.

«Высокий и мрачный клирик», как характеризует Кошона в своей «Хронике»

ruwikiorg.ru

Пьер Кошон(ТТ) | Мюзиклы вики

Пьер Кошон(ТТ)

Речь

Этот век жесток и дик,в нем даже вера от ума

Мюзикл

Жанна д’Арк

Роль

Антагонист

Песни

Жанна во дворце; Признание; Белый акт; Коронация; Маленькое предательство; Месса; Процесс

Ария

Отсутствует

Каноничный голос

Тенор

Епископ Пьер Кошон — Главный злодей(антагонист) рок-оперы «Жанна д’Арк» театра «Тампль».

    У большинства актеров Кошон интерпретируется эксцентричным и ворчливым.Кошон ярко выражает свою ярость или насмешку.

    Жанна во дворце(Современная версия)

    Когда Жанна приходит в замок,Кошон не хочет её принимать,потому что она из крестьян.До знамения он подшучивает над Жанной и саркастично подтверждает её слова.

    После знамения, Пьер пропитывается к Жанне антипатией вызванной ревностью,так как народ предпочитает её ему.В других интерпретациях, епископ гневается на Жанну от страсти к единственной девушке в его церковном окружении.

    В версии театра «Лориэн», Кошон дружит с маршалом де Рэ.

    Первый Акт Править

    Впервые Кошона представляет народ, рассказывая о людях,которые пытаются спасти Францию.

    Потом Пьер присутствует в дворцовых покоях к прибытию Жанны,тогда он насмехается над ней.

    После знамения Кошон «признается» пред Жанной, что она рушит его восприятие религии и божественного, потому он гневается на неё(В некоторых версиях скрещивают признание в ненависти с признанием в любви).

    Второй Акт Править

    Пьер в своей келье признает, что Жанна так же раздражает его своей женской красотой(В других версиях, в этой сцене он подтверждает ранее признанное).

    В следующий раз мы видим Кошона в Реймсе, он коронует Карла Валуа.Когда Жанна призывает кого-нибудь помочь, Пьер заглушает её и поет славу королю.

    Когда Король отрекается от Жанны, это развязывает руки епископу и он идет на сделку с Джоном Тэлботом — Англия обеспечивает продовольством Францию, а Пьер обвиняет Жанну в ереси или колдовстве.

    Процесс(Версия 2004-2008)

    Потом Пьер устраивает мессу, перед которой оправдывается перед остальными придворными, утверждая что Жанна пошла против социальных правил и церковных.После мессы ему являются Столетняя Война и Архангел Михаил.Они обличают Кошона, в особенности в противоречие самому себе в решении сжечь Жанну.

    Пьер перебарывает внутреннее противоречия и устраивает суд.Не смотря на оправдания Жанны, он их переворачивает в обвинения.Когда Жиль и Дюнуа пытаются оправдать д’Арк, он все их слова объясняет чарами девушки.Далее шло свидетельство Карла, не смотря на то что он не договаривает свидетельства, того что он сказал было достаточно для очередного «против» Жанне.Когда Жанна признается,что у испытывала любовь ,епископ точно определяет вердикт — Казнь.Снова приходит явление, только уже не только Пьеру, но и всем — Инквизиционная комиссия из настоящего интересуется чем руководствуется Пьер обвиняя Жанну.После этого комиссия исчезает и Кошон дает указ развести

    костер.

    В театре Тампль: Олег Горобец, Андрей Попов, Алексей Мальков, Петр Мачулин, Михаил Панюшкин

    В театре Лориэн: Алексей Вербицкий, Данис Бухараев, Андрей Корнишин, Сергей Исаков

    Фото:Владимир Полин,Яна Голышкина

    ru.musicals.wikia.com

    Кошон, Пьер — Gpedia, Your Encyclopedia

    Пьер Кошо́н (фр. Pierre Cauchon; 1371 (1371), Реймс — 18 декабря 1442, Руан) — епископ Бове в 1420—1432 годах, епископ Лизьё с 1432 года, магистр искусств, лиценциат канонического права, доверенное лицо и исполнитель особых поручений бургундского герцога Филиппа Доброго, организатор и председатель руанского инквизиционного процесса над Жанной д’Арк.

    «Высокий и мрачный клирик», как характеризует Кошона в своей «Хронике» Жорж Шателен (англ.)русск.[1], вызывал у современников и потомков полярные чувства — от восхищения «мужем величайшим и исполненным добродетели» у историка Парижского университета Дюбуле до ненависти, с которой от Кошона отреклись потомки, предавшие его имя проклятию.

    В современной историографии не выработалось единой оценки подлинной исторической роли и нравственного облика Пьера Кошона.

    Ранние годы

    Происхождение

    Жан Жювеналь дез Юрсен (фр.)русск., сменивший Кошона в должности епископа Бовезского, в своей «Хронике» называет его сыном винодела[2]. Существовали предположения о нормандском происхождении его семьи; некоторые средневековые историографы даже предполагали Кошона «англичанином, ибо он много сделал для этой страны». По другим сведениям, Кошон принадлежал к старому дворянству, а его предки, каким-то образом связанные с тамплиерами, после разгрома ордена предпочли перебраться в Реймс[3].

    «Бог-геометр». Миниатюра из теологического трактата. Париж, начало XV века

    Современные исследователи сумели проследить историю рода Кошон начиная с XII века. Семья эта не отличалась знатностью, однако была одной из старейших и самых уважаемых в Реймсе. Предки епископа были состоятельны, занимались торговлей и ювелирным делом. Отцом будущего епископа обычно считается представитель младшей ветви Кошонов — Реми, который был лиценциатом гражданского права[4][K 1], несколько раз избиравшийся городским эшевеном. Матерью Пьера Кошона традиционно считается Роз Гибур, о которой известно мало. Кошоны получили дворянское звание в 1393 году, о чём в городских книгах Реймса была сделана соответствующая запись. Кроме Пьера, в семье Кошона-старшего были сын Жан, также избравший церковную карьеру (в 1413 году он получил сан каноника реймского, в 1421 году — каноника бовеского, но навсегда остался в тени брата), и дочь Жанна, ставшая женой некоего Н. Бидо, богатого и уважаемого горожанина. Известно также, что будущий епископ достаточно рано остался без отца: в 1400 году мать Кошона именуется в городских книгах «пережившей мужа вдовой»[5]. Франсуа Неве, однако, ставит под сомнение традиционную генеалогию, утверждая, что Реми Кошон в 1371 году «был слишком юн, чтобы иметь детей», а Пьер Кошон, его брат и сестра происходят от некоей третьей, доныне неизвестной ветви большого семейства[5]. Окончательного ответа на вопрос о происхождении Пьера Кошона нет — и, видимо, он никогда не будет получен[3].

    Вопреки распространившемуся позднее мнению, фамилия Cauchon происходит не от слова «свинья» (фр. cochon), а от понятия, бывшего в ходу в Нормандии и Пикардии и означавшего «оборот» (chausson)[K 2][6].

    Образование

    Исследователями установлено, что Пьер Кошон с братом закончили грамматическую школу в своём родном городе, где обучались чтению, письму, арифметике и латыни[7]. Около 1385 года Кошон прибыл в Париж, где (по предположению Бурассена) поступил в Наваррский коллеж Парижского Университета на правах пансионера. В коллеже Пьер прошёл в качестве начальной ступени полагавшиеся в то время «школяру» тривиум и квадривиум[8] и около 1390 или 1391 года приобрёл свою первую учёную степень — магистра искусств[K 3]. Сразу после этого он был принят на факультет канонического права, где в 1397 или 1398 году получил степень лиценциата[9].

    К этому же времени относится знакомство Кошона с Жаном де Ла Фонтеном, Николя Коппекеном и Жаном Бопером (фр.)русск., тридцать лет спустя призванными Кошоном для участия в процессе над Жанной д’Арк. В этой компании Кошон был старшим (остальные ещё учились на факультете искусств) и пользовался непререкаемым уважением как многоопытный и надёжный друг[9]. Предполагается также, что в это же время благодаря посредничеству многочисленных на богословском факультете студентов-фламандцев Кошон мог впервые обратить на себя внимание герцога Бургундии и графа Фландрии Филиппа Смелого.

    Сохранилось письмо 1396 года, адресованное двадцатипятилетнему Пьеру Кошону герцогским советником Тьерри Гербодом, в котором тот, именуя Кошона «Ваше Сеньорство», просит его посодействовать трём своим племянникам, а также племяннику личного секретаря герцога. Ответ Кошона на это письмо не сохранился[10].

    В возрасте двадцати шести лет Кошон был избран ректором — судьёй по делам школяров Университета (с 23 июня по 10 октября 1397 года)[9]: по хартии Филиппа Августа от 1200 года они были неприкосновенны для королевских представителей и подчинялись исключительно церковным судьям. Тот факт, что Кошон дважды избирался на эту должность, свидетельствует об уважении, которым он пользовался в Университете. Получив звание лиценциата канонического права в 1398 году, Кошон немедленно поступил на богословский факультет[9].

    Для получения степени доктора богословия необходимо было пройти восьмилетний университетский курс, однако Кошон не смог — или не захотел — окончить его. Франсуа Неве, удивляясь тому, как подобное могло произойти с одним из лучших студентов Университета, выдвигает предположение, что Кошон, тяготевший к привычным формам аристотелизма и томизма, был разочарован самой программой преподавания, в котором всё более усиливалось влияние Дунса Скота, Оккама и гуманизма (представленного, в частности, Жаном Жерсоном, чей авторитет в Университете в то время был практически непререкаемым). Кроме того, он мог быть озабочен непростой политической ситуацией в христианском мире. По замечанию Неве, Кошон, всегда проявлявший себя как человек дела, предпочёл сухому и схоластическому университетскому курсу реальное участие в политической борьбе[11]. Известно, что в 1403 году он был на шестом году обучения[12].

    В 1403 году Кошон был вторично избран ректором Университета[13]. К этому времени он имел постоянный доход, совмещая должности каноника и пребендария шалонского, а также выполнял священнические обязанности в церкви Эгризелль в Сансе.

    Политическая обстановка во Франции в начале XV века

    Время, на которое пришлась молодость Пьера Кошона не было для его страны ни простым, ни лёгким. Западная церковь в это время переживала раскол (двое пап одновременно — в Авиньоне и Риме — оспаривали друг у друга трон наместника Святого Петра). В самой стране разворачивались драматические события. После того как король Карл VI в 1393 году впал в буйное помешательство, став, таким образом, непригодным для исполнения государственных дел, вокруг него развернулась борьба за регентство между его близкими родственниками. Одну из противоборствующих партий[K 4] возглавлял младший брат короля — герцог Людовик Орлеанский, вначале безуспешно требовавший корону для себя, вторую[K 5] — королевский кузен Иоанн Бесстрашный. Этот второй, согласно господствовавшему обычаю, определявшему право на регентство по степени близости к трону по праву крови или брака, не имевший реальной возможности занять место регента при жизни соперника, предпочел решить проблему простейшим путём, расправившись с братом короля (фр.)русск. на темной улице, где тот оказался (по слухам), возвращаясь со свидания с королевой Изабеллой[14].

    Убийца предпочёл вначале бежать и искать убежища в своих владениях, однако жертва преступления была настолько непопулярна, что многие находили оправдание его поступку. К числу последних относился и Пьер Кошон, открыто высказывавшийся в пользу Иоанна Бесстрашного. Специально для оправдания этого убийства Жан Пти написал своё вскоре ставшее знаменитым «Оправдание». Эта речь, в которой отстаивалось право на борьбу с тиранией, была построена строго по правилам аристотелевской логики: если убийство тирана есть благо, а Людовик был тираном, значит его убийство есть благо[15][16]. Кошон с готовностью подхватил эту идею, постоянно восхваляя и отстаивая правоту Пти, и — соответственно, правоту герцога Бургундского, к партии которого примкнул, оставаясь верным ему многие годы.

    Великий западный раскол

    Участие в борьбе против церковного раскола и защита университетских привилегий

    Начало политической карьеры Кошона приходится на 1398 год, когда тот, будучи ещё студентом, принял участие в Парижском церковном соборе. Среди прочих студентов, Пьер Кошон голосовал за неповиновение обоим папам — вплоть до воссоединения христианского мира под властью одного папы. Несмотря на то, что подобная точка зрения принята не была, и Франция изъявила покорность антипапе Бенедикту XIII, Кошон сумел заставить запомнить себя и тем сделал первый шаг в будущей карьере политика и дипломата.

    Кошон принял постриг в 1404 году. В 1406 году он ходатайствовал перед Парижским Парламентом, желавшим положить конец двоепапству, призывая не повиноваться ни одному из них. К этому же времени относится его знакомство с францисканским монахом Жаном Пти (англ.)русск., пламенным оратором, требовавшим во имя окончания смуты самых крутых мер, вплоть до того, чтобы «утопить обоих, повесив им камень на шею»[16]. Однако, несмотря на все усилия, в конечном итоге вновь восторжествовала точка зрения его соперника Жана Жерсона, опасавшегося, что Франция привыкнет обходиться без папы, и в дальнейшем восстановить традицию повиновения Риму будет уже невозможно.

    Второй раз Кошону пришлось появиться перед Парижским Парламентом, чтобы отстоять привилегии Парижского Университета, в противовес проискам постоянного соперника — Университета Тулузы. Речь на сессии Парламента должен был произнести Жан Пти, но тот по неизвестным причинам отказался, и выступать пришлось Кошону, на этот раз сумевшему выиграть дело.

    Годом позднее, продолжая линию борьбы с Великим Расколом церкви, Кошон принял участие в итальянской миссии, целью которой было склонить Бенедикта XIII и Григория XII к отречению от суверенного понтификата. Уважение, которым пользовался Кошон на этом этапе своей жизни, подчеркивается фактом, что его имя было упомянуто в так называемом втором посольском разряде (то есть немедленно после имени ректора и высших должностных лиц Университета), в то время как его брат Жан значился в тридцать четвёртом. На оплату путевых расходов Пьер Кошон получал наравне с докторами три экю ежедневно из королевской казны[17]. Переговоры провалились, но Кошон получил репутацию арбитра, способного действовать на самом высоком уровне[18]. В качестве вознаграждения в 1408 году он получил капелланство Сент-Этьен в Тулузе. Подобное совмещение должностей было запрещено церковными правилами, но во Франции, опустошённой войной и эпидемией чумы, оно являлось в то время распространённой практикой, на которую высшее руководство предпочитало закрывать глаза. В 1410 году Кошон был назначен каноником в Реймсе и викарием архиепископа Реймса, каноником в Бове и позднее — видамом церкви в Реймсе.

    В то время ситуация в Западной церкви продолжала ухудшаться. Собор в Пизе, пытаясь положить конец двоевластью, заочно низложил обоих пап, избрав на их место Александра V. Однако оба соперника отказались согласиться с этим решением, и таким образом возникло троепапство[19].

    Собор в Констанце

    Хуберт ван Эйк, «Собор в Констанце».
    Предполагается, что крайним справа в нижнем ряду в синей митре изображён Пьер Кошон

    С 1416 по 1418 год Кошон принимает участие в Констанцском соборе, призванном положить конец троепапству и объединить католическую церковь под эгидой одного владыки. Проблему удалось решить — частью уговорами, частью силой принудив к отречению всех трёх пап, которых сменил на престоле Святого Петра Мартин V[20][21]. На повестке дня стоял также вопрос об отношении к ереси Уиклифа и Болла в Англии и возникшей там же ереси лоллардов. Собор предал проклятию этих ранних предшественников Реформации[22]. Кроме того, с помощью обмана в Констанц удалось заманить Яна Гуса и его соратника Иеронима Пражского, которых позднее обвинили в ереси и сожгли: первого — 6 июля 1415 года[22], второго — несколькими месяцами позднее.

    Эней Сильвий Пикколомини (будущий папа под именем Пий II) позднее так вспоминал о казни Иеронима Пражского:

    Он шёл на смерть с лёгким сердцем и ясным лицом. Достигнув места будущей казни, он сам избавился от одежды и далее, упав на колени помолился обратившись к столбу, к каковому затем был привязан. Его скрутили цепью поверх мокрой соломы, и обложили огромными поленьями, причём высота этой кучи доходила ему до груди. Когда костер был зажжён, он запел псалом, но пламя и дым вынудили его замолчать. Так умер этот человек великого благородства, не говоря уже о его вере, предавший пламени своё тело с твёрдостью духа не меньшей чем когда-то встретил огненное испытание Муций Сцевола, пожертвовавший, впрочем, лишь рукой, и Сократ, без колебаний принявший чашу с цикутой[23].

    Что касается Кошона, он прибыл на собор первым из бургундской делегации — 1 января 1415 года, приготовив всё к приезду остальных 12 человек, и оставался там до 31 марта 1418 года (три года и три месяца), получая в качестве вознаграждения 2 франка в день (общий объём выплат за три года составил 2370 франков), в то время как главе делегации, Мартину Поре, полагалась вдвое большая сумма. Стоит также отметить, что одним из соратников Кошона в этой поездке выступил Николя Бопер, позднее принимавший участие в процессе Жанны[24]. Официально оставаясь в тени своего руководителя, Кошон, однако, продолжал вести упорную борьбу за объединение церкви, начатую им ещё в Университете. Среди прочих, он активно поддерживал низложение трёх пап и избрание Мартина V, за что последний до конца жизни питал к французскому прелату неизменную благосклонность.

    Кроме собственно церковных дел, для бургундцев остро стоял вопрос об утверждении их партии у власти в самой Франции и получения для того санкции церкви. В этом им противостояла арманьякская делегация во главе с давним антагонистом Кошона по Университету Жаном Жерсоном. Впрочем, бургундцы в отличие от своих соперников держались строгой дисциплины и иерархии подчинения, выполняя приказ своего господина — ни от кого никоим образом не принимать подарков и отказываться даже от приглашений к обеду, чтобы таким образом не поддаться соблазну подкупа.

    Камнем преткновения послужила знаменитая речь Жана Пти об оправдании тираноубийства (англ.)русск.. Осуждение Пти как еретика (чего удалось добиться в Париже Бернару д’Арманьяку — по его приказу «Оправдание тираноубийства» незадолго до того было уничтожено в Париже рукой палача) значило бы осуждение церковью Иоанна Бесстрашного как убийцы своего кузена, чьё преступление, таким образом, становилось безусловным и ничем не оправданным, и привело бы к его отстранению от власти в пользу Арманьяка и его сторонников.

    Столкновения между двумя делегациями начались сразу же. Жерсон, переиначивая на свой лад слова Жана Пти, обвинял того в ереси. Мартин[K 6] Поре отвечал ему тем же в открытом споре; Кошон писал доносы на своего врага, обвиняя того в клевете. Жерсон противопоставил девяти тезисам Пти, которые защищал Кошон, двадцать два «клеветнических тезиса» из сочинений последнего[25]. Спор этот в конечном итоге выиграли бургундцы. Специальная комиссия, назначенная для разрешения конфликта, официально отменила решение Парижского собора и сняла с Пти и его сочинения обвинения в ереси. Вердикт был куплен более чем щедрыми подношениями кардиналам золотом, серебром и бочонками бонского вина. Так, например, кардиналы Орсини и Панчера (итал.)русск. получили по 1500 экю золотом каждый, кардиналу Дзабарелла досталась «посуда и иные вещи из золота и серебра» на сумму в 112 франков[16].

    Также ко времени собора относится знакомство Кошона с епископом Винчестерским (англ.)русск. Генрихом Бофором, дядей английского короля, прибывшим в Констанц летом или осенью 1417 года. Позднее они снова встретятся на процессе Жанны. При первой же встрече Кошон поспешил наладить добрые отношения с англичанином[26].

    Гражданская война во Франции

    Начало политической карьеры на стороне бургиньонов

    Кошон вновь оказался Париже вскоре после убийства герцога Орлеанского герцогом Бургундским Иоанном Бесстрашным, произошедшего 23 ноября 1407 года. 8 февраля 1409 года Пьер Кошон стал советником Иоанна Бесстрашного, который в своём противостоянии Орлеанскому дому опирался на поддержку духовенства Парижа[27] и с 1405 года привлекал Парижский Университет к совещаниям по вопросам управления. Впрочем, вначале роль Кошона была достаточно скромной, что явствует уже из суммы получаемого в то время жалования — 50 франков в год. Впрочем, он достаточно быстро выдвинулся под началом Иоанна Бесстрашного, разглядевшего в молодом клирике идеального исполнителя своей воли — столь же «энергичного, идущего напролом к своей цели, и не слишком обремененного угрызениями совести», как и он сам[28].

    Годом позднее, в сентябре 1410 года Кошон в сопровождении семи коллег по Университету был направлен в качестве посла к герцогу Жану Беррийскому, последнему из остававшихся в то время в живых дядей короля, в попытке склонить того на сторону бургундцев и, тем самым, ослабить орлеанский лагерь, приверженцы которого отнюдь не собирались складывать оружие после гибели своего главы. Гражданская война становилась неизбежной, и каждая из противоборствующих сторон спешно вербовала себе союзников. Однако на сей раз дипломатические усилия Кошона и его коллег оказались потраченными впустую[29].

    В 1411 году Кошон был впервые отмечен своим господином, получив от него в качестве награды 0,5 бочонка[K 7] (то есть 200 л) бонского вина[25]. Единственный раз связав свою судьбу с Бургундским домом, он практически до самой смерти оставался ему непоколебимо верен, в отличие от многих современников, менявших свои убеждения в зависимости от того, на чьей стороне оказывался перевес. По замечанию Франсуа Неве (фр.)русск. «Кошона можно обвинять в чём угодно, кроме предательства»[30].

    В том же году после разрушительного рейда по окрестностям Парижа, в ходе которого наёмники арманьяков убивали и жгли, не разбираясь в политических симпатиях жертв, в Париже началась резня сторонников этой партии, которых было немало и в среде духовенства, и в самом Университете. Чтобы успокоить разгул толпы, «именем короля» был организован экстраординарный трибунал, состоявший из «комиссариев-реформаторов», среди который Анри де Марль (англ.)русск. называет имя Кошона. Этот трибунал работал в течение 1411—1412 годов, причём, по словам Жана Жювеналя дез Юрсена[2], «богатых вынуждали платить выкуп за свою жизнь, те же кто не в состоянии был этого сделать, исчезли без следа и неизвестно, что с ними стало» — иными словами, с ними расправились без суда, в то время как многие другие оказались в парижской тюрьме Шатле. Впрочем, Неве ставит под сомнение эти свидетельства, указывая, что они исходили от враждебной партии, причём к политическим мотивам примешивались личные — так, отец дез Юрсена пострадал во время этих гонений. Бургундские же хроники хранят молчание касательно этих событий, отсюда симпатизирующий Кошону Франсуа Неве делает осторожный вывод, что трибунал мог и защищать жертв гонений от народной ярости, отмечая, впрочем, что подобное предположение с его стороны не более чем догадка. Так или иначе, в 1411 году в большой политике впервые заявило о себе «давление улицы»[31].

    Восстание кабошьенов

    30 января 1413 года в королевской резиденции Парижа (фр.)русск. открылось заседание Генеральных штатов, депутаты которых большей частью тяготели к бургундской партии. Пьер Кошон был включен в состав специальной комиссии, сформированной по решению Генеральных штатов для расследования многочисленных злоупотреблений, совершавшихся королевскими чиновниками Парижа в предшествовавшие три десятилетия[25].

    Впрочем, парижане, рассчитывавшие на немедленную реформу государственного управления и облегчение налогового бремени, не стали дожидаться завершения заседаний. Улица вновь заявила о себе, когда 27 апреля впервые толпа стихийно сплотилась вокруг мясника Симона Кабоша (англ.)русск. и его соратников и, на следующий день взявшись за оружие, осадила Бастилию, где пытался скрыться ненавидимый горожанами прево Парижа (фр.)русск. Пьер дез Эссар (фр.)русск.. 29 апреля он сдался на милость герцога Бургундского, однако это не спасло его от расправы.

    Сохранившиеся официальные письма арманьякской партии среди прочих обвиняют Пьера Кошона в активном содействии разгулу толпы[32], которую тот якобы подстрекал к захвату резиденции дофина, куда мятежники вломились силой, захватив 50 ставленников дофина, в дальнейшем брошенных в тюрьмы или казнённых, и захвату королевского дворца, причём возбуждённая толпа дошла до покоев королевы, требуя выдачи на расправу её брата — Людовика Баварского, герцога де Бар и «многих иных рыцарей, камергеров и советников». Неве, впрочем, и этим письмам выносит вотум недоверия, обращая внимание на то, что в них содержится призыв не верить «письмам противоположной партии»[33], а также обращая внимание на факт, что чопорного клирика трудно представить себе во главе неистовствующей толпы. По его мнению, Кошон и в это время продолжал работу в качестве законника и члена королевской комиссии, не выходя за пределы своих полномочий[34]. Так или иначе, плодом работы комиссии был документ, вошедший в историю под названием «Ордонанса кабошьенов», принятый во многом в спешке под давлением улицы и пытавшийся решить финансовые проблемы королевства путём ликвидации персональных выплат членам арманьякской партии. Так, Пьер де ла Тремуй и Жак де Бурбон лишались 1200 ливров годовых каждый. Кошон в качестве награды за членство в комиссии 19 мая 1413 года получил от своего господина 218 ливров единовременной выплаты[35].

    В это же время город был охвачен беспорядками, и герцог Бургундский, окончательно потерявший всякую возможность остановить разгул толпы, вынужден был договориться со своим противником герцогом Беррийским. 28 июля 1413 года между противоборствующими партиями в Понтуазе было заключено перемирие, и 23 августа Иоанн Бесстрашный оставил Париж, а в город вступил Бернар д’Арманьяк, тесть молодого герцога Карла Орлеанского, сына убитого герцога Людовика. Он включил имя Кошона под номером 67 в общий проскрипционный список из 110 человек; точнее списков было несколько, они издавались один за другим через определённые промежутки времени. Имя Кошона возглавило пятый по счёту от 14 мая 1414 года, включавший в себя девять имен, большинство из которых принадлежало представителям Университета. В вину ему, как и всем прочим, ставилось «посягательство на честь многих дам и девиц, в жилах многих из каковых течет королевская кровь», фабрикации самовольных писем и приказов, «дабы подобным образом оправдать свои бесчинства». Впрочем, Кошона в то время уже не было в Париже, проницательный клирик предпочел уехать вместе со своим господином. В качестве вознаграждения за службу и, вероятно, за имущество, потерянное в Париже, герцог Бургундский пожаловал ему чин капеллана герцогской церкви в Дижоне[36] и раздаятеля милостыни при бургундском дворе[37].

    На королевской службе

    В то время как Кошон находился в имперском городе, во Франции продолжали разворачиваться драматические события. Англичане под предводительством своего короля Генриха V вновь вторглись в страну, и Карл VI (точнее — стоявший за ним на тот момент Бернар д’Арманьяк) потерпел несколько жестоких поражений, причём особенно сокрушительной для Франции стала катастрофа под Азенкуром.

    Герб Пьера Кошона: в лазоревом поле серебряный пояс между тремя золотыми раковинами

    В то же время в Париже, недовольном арманьякским правлением, зрел пробургундский заговор, однако вскоре он был раскрыт. Среди прочих арестованы были коллеги Кошона по комиссии 1413 года Николя д’Оргемон и Жан д’Олив. Пятеро из заговорщиков были обезглавлены, а д’Оргемон, каноник собора Нотр-Дам, был приговорен к пожизненному заключению[25][38].

    После завершения работы собора Кошон присоединился к своему господину в Труа (31 марта 1418 года), где кроме герцога Бургундского находилась его союзница королева Изабелла, незадолго до того освобожденная им из рук арманьяков. Противоборствующие стороны в это время склонялись к очередному перемирию, и Кошон вновь оказался в составе бургундской делегации. Переговоры начались в апреле 1418 года в монастыре Ла Томб[39]. Здесь же присутствовали посланные папой Мартином V кардиналы Орсини и Фалластр, первому из которых «в вознаграждение за службу» Кошону следовало передать 600 ливров, в то время как он сам получил вознаграждение в количестве 228 ливров (по три ливра суточных)[40]. Впрочем, из-за неуступчивости арманьякской стороны переговоры не продвигались вперёд, и конец им положил неожиданный переход парижан на сторону бургиньонов 29 мая 1418 года. В городе вновь началась резня, жертвами которой стали вожаки арманьякской партии, в том числе сам коннетабль д’Арманьяк, канцлер Анри де Марль, а также епископы Кутанса и Лизьё[41]. Дофин Карл был спасён комендантом Бастилии Танги дю Шателем; с отрядом вооружённых всадников они ускакали в Бурж.

    В июне 1418 года Кошон стал советником короля. 14 июля 1418 года герцог Бургундский и королева Изабелла вступили в Париж. Среди герцогской свиты находился и Пьер Кошон, 22 июля получивший новый чин — одного из восьми ходатаев по делам при королевской резиденции, на этой должности он оставался вплоть до падения «английского Парижа» в 1436 году[42]. Ему вменялось в обязанность разбирать жалобы, поданные на имя короля. Кошон показал себя холодным и трезвым политиком, могущим приносить в жертву стратегии сиюминутные интересы своей партии. Простые английские солдаты, своими грабежами и бесчинствами отвращавшие народ от повиновения английскому королю, карались им не менее строго чем приверженцы «буржского князька» (дофина).

    27 июля ему было поручено вновь стать членом комиссии, призванной судить клириков, приверженцев враждебной партии[40]. Королевский указ от 6 октября подтвердил оправдание Жана Пти, иначе говоря, снял вину с герцога Бургундского за убийство кузена. Таким образом, за бургундской партией de facto признавалась победа в междоусобной борьбе и возможность осуществлять высшую власть, отдавая приказы о

    www.gpedia.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о