Содержание

Малая красная панда — зверёк, подвергающийся опасности вымирания

Малая (красная) панда (Ailurus fulgens) — это представитель млекопитающих семейства пандовых, отряда хищных. Однако, не смотря на то, что относится это животное к хищникам, питается преимущественно растительностью. Размер её немного крупнее обычной кошки.

Красная панда – забавное животное, обитающее в лесах Гималаев. Авторы мультсериала про Аватар утверждают, что именно с этого зверя срисован огненный хорёк Пабу.

В Китае из-за сходства с лисой её называют «hunho» (huo-hu),  что переводится как «огненная лисица», а на английском языке звучит как «firefox».

Происхождение названия

Первые упоминания об этом животном появились в Китае в XIII столетии, однако жители европейской части континента узнали о нём только лишь в XIX веке. Официально этот вид был «открыт» английским генералом и натуралистом Томасом Хардвиком в 1821 году.

Он предложил назвать это животное словом «уа», что обуславливалось имитацией издаваемых зверьком звуков.

Томас Хардвик замешкался с возвращением в Англию, и этим воспользовался французский профессор и натуралист Фредерик Кувье. Он быстренько дал животному латинское название «Ailurus fulgens», что переводится как «блистающая кошка».

Другие варианты переводов:

  • «кошка, окрашенная как огонь»,
  • «огненная кошка»,
  • «кошка-медведь».

Научный мир тогдашней Англии возмутился фактом столь наглого «воровства», но никто ничего не мог сделать, ведь по правилам единожды присвоенное научное название уже не может быть изменено, а первооткрывателем считается тот человек, который дал это название.

В любом случае сложное латинское название хоть и формально существует, в обиходе оно не прижилось. Зато китайское название «poonya» (пунья), то бишь нынешнее «panda» (панда) всем по душе.

Описание зверька

Длина тела панды 50-65 см, а длина хвоста — 28-48 см. Вес самцов варьирует в пределах 3,5–6,2 кг, а самок — 4,0-6,0 кг. Туловище у них удлинённое, хвост пушистый, голова широкая, с острой мордочкой и маленькими круглыми ушками.

Лапы короткие с полувтяжными коготками. С их помощью зверёк легко забирается на деревья, а также спускается с них.

У малой панды очень интересный окрас шерсти. Сверху она красно-рыжая, а снизу тёмная, рыжевато-коричневая, иногда чёрная. Лапы чёрные, хвост рыжий, голова светлая, а края ушей и мордочка практически белые. Около глаз имеется рисунок в виде маски. Он индивидуален для каждой особи.

Образ жизни красной панды

Она ведёт в основном ночной, а точнее сумеречный образ жизни. По земле двигается довольно медленно и неловко, но отлично лазает по деревьям.

Не смотря на то, что зверёк является представителем отряда хищных, основная часть её рациона состоит из молодых листьев и побегов бамбука. И только лишь 5% — это различные ягоды, грибы, яйца птиц, а также мелкие грызуны.

В связи с этим возникает вопрос, почему их относят к хищным животным? А всё потому, что хищников выделяют в отдельный отряд не потому, что они едят животную пищу, а по причине того, что у них имеются специальные приспособления для её добычи и усвоения.

Это 38 соответствующих зубов, простой желудок, а не многокамерный, что характерно для жвачных, и короткий кишечник. Пищеварительный тракт присущ хищникам.

Звуки, издаваемые малой пандой

Они издают звуки, которые очень напоминают щебетание птиц.

Отличаются спокойным и миролюбивым характером и поэтому довольно легко приживаются в неволе.

Продолжительность жизни составляет 8—10 лет, однако есть случаи, когда отдельные особи доживают до 15 лет. Живут только парами или целыми семействами.

Как размножаются панды

У малых красных панд период размножения приходится на январь месяц. Зародыш развивается 50 дней, однако между спариванием и родами проходит 90-145 дней. Развитие плода начинается не после зачатия, а только спустя некоторое время, которое называется диапаузой.

Перед родами самка начинает строить гнездо, состоящее из веточек и листьев. В этом гнезде и появляются на свет малыши.

Они рождаются слепыми и глухими, масса их около 100 г. Растут они довольно медленно. Половой зрелости эти животные достигают в возрасте полутора лет и в это время они уже готовы заводить собственное потомство.

Самец не принимает участия в воспитании детёнышей.

Эволюция животного

Красная панда является дальним родственником большой панды. Предполагается, что общий их предок жил в раннем третичном периоде несколько миллионов лет назад и был распространён на территории Европы и Азии.

Однако, ископаемые останки находили и на территории восточного Китая, а также западной Великобритании и Северной Америки.

Систематическое положение красных панд

Систематическое положение этих животных долгое время было неопределённым. Их относили и к семейству енотовых, и к медвежьим, а то и вовсе выделяли в отдельное семейство.

Однако многочисленные генетические исследования доказали, что они образуют отдельное семейство, которое, наряду с семействами скунсовых, енотовых и куньих, образует надсемейство куницеподобных.

Подвиды

В наши дни существует два подвида:

  1. Западная красная панда.
  2. Красная панда Стайана.

Малая панда Стайана немного крупнее и темнее западной родственницы.

Первый вид живёт в Непале и Бутане, то есть в западной части региона. А второй – в южном Китае и северной Мьянме, то есть в восточной и северо-восточной частях региона.

Численность и содержание в неволе

Ареал занимает довольно обширную территорию. Естественных врагов у неё практически нет. Однако, не смотря на эти обстоятельства, этот вид включён в Международную Красную книгу, и имеет статус «Подвергающийся опасности».

Этот вид классифицировали как вымирающий, потому как осталось всего 2,5 тысячи особей. Это обусловлено тем, что плотность этих зверьков в естественной среде обитания очень невысока, а также местообитания малой панды могут быть легко разрушены.

Основная опасность представляется постоянной вырубкой лесов в регионах их обитания, а также браконьерством и охотой на территории Индии и юго-западе Китая.

К счастью, эти животные хорошо размножаются в неволе. На сегодняшний день около 350 этих зверьков находится в 85 зоопарках мира, и ещё столько же появилось на свет в условиях неволи за последние 20 лет.

Но, надо учитывать тот факт, что количество детёнышей в одном помёте не больше 2 особей, а рождаются они всего 1 раз в год. По этой причине популяция красных панд ещё под угрозой.

В некоторых регионах таких стран, как Индия, а также Непал зверьков содержат в качестве домашних животных, что абсолютно неприемлемо для этого животного. Даже в зоопарке содержать такое животное очень сложно, а в домашних условиях просто невозможно. Им требуется довольно специфическая диета, а при неправильном кормлении они быстро гибнут от различных кишечных заболеваний.

Интересный факт

Как утверждают создатели популярного на сегодняшний день Интернет-браузера «Mozilla Firefox». Название «Firefox», по утверждению создателей браузера, означает «Красная панда», а не «Огненная лиса», как считают многие. По слухам, дизайнер компании убедил руководство, что сделать узнаваемый по всему миру символ маленького размера из изображения малой панды не получится.

Дополнительно посмотрите малую красную панду на фото:

krasnyj-cvet.ru

Красная панда (описание, 36 фото)

Kрасная панда (лат. Ailurus fulgens — огненная кошка) — животное семейства малопандовых. Другое название — малая панда. В Китае из-за окраса и сходства по размерам с лисицей красную панду называют hunho — «огненная лисица» (англ. firefox), это словосочетание использовала компания Mozilla, назвав свой браузер «Mozilla Firefox».

Систематическое положение малой панды долгое время было неясно. Ее относили то к семейству енотовых, то к медвежьим, то выделяли в отдельное семейство. Однако последние генетические исследования показали, что малая панда образует собственное семейство малопандовых, которое вместе с семействами енотовых, скунсовых и куньих образует надсемейство куницеподобных.

Ареал малой панды ограничен провинциями Юньнань и Сычуань в Китае, севером Бирмы, Бутаном, Непалом и северо-востоком Индии. Западнее Непала она не встречается. Живет в горных бамбуковых лесах на высоте 2000—4000 м над уровнем моря в условиях умеренного климата.

Предки нынешних панд были распространены намного шире; их останки находят и в Восточной Европе, и в Северной Америке. Однако эти животные, очевидно, были приспособлены к определенному типу климата, с изменением которого резко сократился и их ареал.

Малая панда ведет преимущественно ночной (вернее, сумеречный) образ жизни, днем спит в дупле, свернувшись и накрыв голову хвостом. В случае опасности также забирается на деревья. По земле панды двигаются медленно и неловко, зато отлично лазают по деревьям, но тем не менее кормится она преимущественно на земле.

Хотя малая панда — представитель отряда хищных, 95 % ее рациона составляют молодые листья и побеги бамбука. Остальные 5 %- это различные плоды, ягоды, грибы, птичьи яйца и даже мелкие грызуны.

В отличие от большой панды малая весьма избирательна в питании. Если «бамбуковый медведь» ест практически все части бамбука, малая панда выискивает побеги понежнее. Наблюдения показали, что на кормежку малые панды тратят по 13 часов в сутки.

В спокойном состоянии малые панды издают короткие звуки, напоминающие птичье щебетание. Малая панда отличается миролюбивым характером и легко приживается в неволе.

Хотя ареал малой панды занимает очень большую территорию и естественных врагов у нее немного, этот вид включен в списки Международной Красной книги со статусом «Подвергающийся опасности». Дело в том, что плотность зверьков в природе очень невысока, и, кроме того, местообитания красной панды легко могут быть разрушены.

К счастью, малая панда неплохо размножается в неволе. В настоящее время около 300 этих зверьков содержатся в 85 зоопарках мира и еще столько же родилось в неволе за последние два десятилетия. (по материалам Википедии)

 

 

udivitelno.com

Красная панда — описание животного с фото, происхождение вида, продолжительность жизни и питание

Удивительный и необычный китайский зверек, питающийся бамбуком, – красная панда или малая панда. Имен у прекрасного животного не счесть! Называют и огненной лисой и огненной кошкой и кошкой-медведем. Первое название, данное французским натуралистом, – cверкающая кошка. Милый зверек обладает умопомрачительно трогательной внешностью и уникальными повадками, эту панду сравнивают с енотами, кошками, но меньше всего существо походит на медведя.

Кто такая красная панда?

К сожалению, животное занесено в Красную книгу, как вымирающий вид. По разным данным на планете осталось 2500-10000 особей. Естественных врагов в природе у этого животного немного, главная проблема – вырубка лесов, где обитает данная разновидность. Не меньшую опасность представляют браконьеры, которые уничтожают животных ради шикарного меха. Огненная лиса неплохо размножается в неволе, зоопарки всего мира пытаются восстановить популяцию, однако ситуация остается шаткой.

Происхождение названия

Первое официальное название красной панды – Ailurus fulgens – дал француз Фредерик Кювье. Однако раньше данный вид фауны открыл Томас Хардвиг и предложил назвать зверька «уа», как рыжее животное и звучит. Пандой (panda) огненную лису стали называть от непальского «пунья». Имя firefox не оправданно, к лисам зверь не относится, ближайшим родственником до недавнего времени выступал енот, но эту информацию опровергли. Много лет назад у карликовой и большой панды был общий предок, оба вида относят к семейству ailuridae.

Где обитает

Обитает красная панда в Китае, Непале и на северо-западе Индии. Животные предпочитают высокогорную местность и селятся на высоте от 1500 до 4800 м над уровнем моря. Не любят зверьки резких перепадов температуры, им необходимы умеренные климатические условия – они не переносят не только холод, но и жару. Температура свыше 30 ºC является губительной. Идеальная температура – от 17 до 25 ºC.

Много лет назад ареал обитания карликовой панды был гораздо шире. Останки находят в Восточной Европе, Северной Америке. Существует предположение, что в этих местах когда-то был подходящий умеренный климат, а изменение климатической картины мира сильно сузило границы обитания вида и привело его в те заповедные места, где этого маленького мишку еще можно встретить в природе.

На всех территориях естественного обитания животное истребляется, кто-то ловит детенышей для приручения и одомашнивания, в Китайской провинции считается, что шляпы из меха панды на свадьбах приносят счастье новобрачным. Еще животное выступает в качестве талисмана международного фестиваля чая в индийском городе Даржилинге.­

Описание малой панды

Карликовая панда одновременно походит на маленькую лису, енота и кошку. Она небольшая, вес самцов варьируется в пределах от 3,7 до 6,2 кг, самочки более миниатюрные – до 6 кг. Длина тела – 51-64 см. Хвост длинный и сильный, до полуметра в длину, который помимо эстетической составляющей несет функциональную нагрузку. С его помощью «мишка» отлично лазает по деревьям.

Тело животного удлиненное, мордочка короткая, выделяются темно-карие глазка-бусинки и черный, похожий на собачий нос. Лапы сильные устойчивые. Когти длинные и острые, особенно на передних лапах, которые только этот вид панд может частично втягивать, как кошки. Голова большая за счет отлично развитых челюстей с широкими зубами. У огненной лисы 38 зубов!

Особенности окраса

При упоминании «малая панда» все представляют учителя черно-белого неуклюжего мишки из мультфильма, мастера кунг-фу. Однако в природе огненная лиса еще краше, благодаря яркости и переливам оттенков шикарной шубки. Тело огненного кота покрыто густым мехом, окрас которого поистине уникален, частично отсылает к классическим пандам, но имеет индивидуальные отличия.

Основной колер спинки и головы – от светло-орехового до рыжего. Окрас смотрится особенно эффектно ввиду тикирования шерсти. Каждый волосок у основания темнее – а к кончику совсем светлый, отсюда красивые переливы. Светлая мордочка практически бежевая, вокруг глаз тоже светлые круги, рисунок уникален для каждого зверька. Лапы темно-коричневые. А хвост заслуживает особого внимания. Он рыжий, но с узкими кольцами более интенсивного цвета, получается полосатый енотовый хвост, что и отсылало подвид к енотам.

Образ жизни в природе

В дикой природе коричневая панда ведет преимущественно ночной образ жизни, днем зверьки спят в ветвях деревьев или в дупле дерева. Туда же животные прячутся в случае опасности. На деревьях проходит большая часть жизни этих животных, здесь они ловкие благодаря длинным когтям и хвосту, которым они держатся за стволы. На земле «огненная лисичка» забавная, трогательная и порой неуклюжая.

Повадки и особенности поведения

Животные живут парами или популяциями, сообща. У них даже есть свой язык. Зверьки «переговариваются» с помощью забавного щебетания. Они обладают миролюбивым характером. Но эти миниатюрные мишки метят свою территорию – как традиционным способом, так и с помощью желез, расположенных на подушечках лап. Самцы отважно защищают «свою» зону, и при появлении конкурента шипят, встают на задние лапки и угрожающе кивают головой, чтобы испугать противника.

Чем питается карликовая панда

Огненные коты являются хищниками. Однако на деле они являются вегетарианцами, практически не употребляют животную пищу. Основа рациона – молодые листья и побеги бамбука – эти гурманы выбирают побеги понежнее. Но желудок у животного простой, как у хищников, а не многокамерный, как у травоядных. Потому усваивается небольшая часть съеденного. Маленькой зверюшке приходится кушать днями напролет, чтобы запастись энергией. Еще 5% от рациона составляют ягоды, грибы, животное может съесть яйца птиц и даже поохотиться на мелких грызунов.

Размножение и воспитание потомства

Брачный сезон у зверьков выпадает на январь. Спариваются эти животные всего раз в год. В этот период самцы становятся очень активными, усиленно метят деревья с помощью мочи и специальных желез. Самки тоже заинтересованы в поисках самца, потому что период, походящий для оплодотворения, длится до суток и выпадает всего раз в году. Необходимо пользоваться представленной возможностью, потому зверьки быстро находят общий язык.

После зачатия плод развивается в течение 50 дней, но енотовидная панда часто перехаживает. Беременность длится 90-145 суток, точнее сказать, сколько пройдет времени до рождения малышей, невозможно. В начале беременности существуют латентные периоды, когда развитие плода притормаживается. В помете количество детенышей равно 1-2 щенкам, реже – до 4, но до взрослой жизни доживают единицы. Детенышей называют щенками, они весят 110-130 грамм, как новорожденные котята.

Первые пару недель щенки живут в популяции с мамой, в гнезде свернувшись плотным комочком, где самка греет и кормит щенков. Маленькие панды открывают глазки на 18 день. После этого самка начинает выводить щенков из гнезда и адаптировать к самостоятельной жизни. Позже малышам предлагается твердая пища, однако молочное вскармливание продолжается до 5 месяцев. Затем каждый детеныш­ живет и передвигается с мамой до года.

Продолжительность жизни

В среднем огненная панда живет от 8 до10 лет. Однако есть нюансы:

  • В неволе, в зоопарках, при надлежащих условиях проживания, соответствующем рационе и отсутствие естественных врагов, продолжительность жизни увеличивается и красные кошки доживают до 14-15 лет.
  • Долгожитель зарегистрирован в американском зоопарке, он прожил 19 лет.
  • В частных руках в качестве домашнего питомца срок жизни сильно укорачивается ввиду сложностей в уходе.

Численность малых панд и содержание в неволе

Оранжевая панда занесена в Красную книгу. По разным данным на планете осталось до 10 тыс. особей. Однако мини-панда отлично чувствует себя в неволе. В 85 зоопарках мира зарегистрировано порядка 350 зверьков, которые неплохо размножаются в искусственной среде. Но популяция восстанавливается очень медленно, красная лиса рожает всего раз в год, а в помете в основном по 2 щенка.

Можно ли приручить «Огненную лису»

К сожалению, приручение малых панд в качестве домашних животных практикуют в Индии и Непале. Мало того, что это кощунство по отношению к вымирающему виду, так еще и создать благоприятные условия для жизни зверька в домашних условия очень непросто, потому продолжительность жизни таких питомцев резко сокращается. Чтобы сохранить на планете этот вид, необходимо отказаться от идеи приобретения такого питомца. Лучше любоваться на этих милых существ в зоопарках.

Рыжая панда – фото

Видео

sovets24.ru

Кошка Темминка — огненное животное с загадочной историей

Многообразие животных Юго-Восточной Азии настолько велико, что многие виды остаются малоизучены. К таким представителям фауны можно отнести и кошку Темминка.

Кроме официального названия есть другие производные – огненный кот и азиатская золотая кошка.  Впервые описал азиатскую золотую кошку голландский натуралист Конрад Темминка, чьим именем имела честь быть названа.

Огненный кот населяет Китай в Тибете, Индию в Непале и Сикким, Таиланд, Индонезию в Суматре. Комфортные места обитания для хищных кисок в Бутане, между Китаем и Индией.

Существует три подвида кошки Темминка, каждому из них свойственен свой ареал обитания.

В целом можно отметить, что проживают в тропических и лиственных лесах или в местах, находящихся недалеко от древесных насаждений. Такой вывод сделали зоологи в Таиланде, благодаря прикрепленным к животным радио ошейникам. Эксперимент показал, что только пять процентов своего времени кошки Темминка находились на открытой местности. Кроме этого они всячески избегают мест, которые интенсивно используются людьми.

Кошка Темминка (Catopuma temminckii).

Кошка Темминка покрыта золотисто-коричневой густой шерстью. Реже встречаются особи серого и черного окраса. На мордочке ярко выраженные черные и белые полоски.

Низ туловища и кончик хвоста покрыты шерстью белого цвета. Средняя длина тела составляет девяносто сантиметров. Максимальная длина была зафиксирована сто пять.

Хвост длинный, размером до пятидесяти пяти сантиметров. Масса тела от двенадцати до шестнадцати килограмм. Задние лапы немного длиннее передних, поэтому при спешке кошка совершает большие прыжки. При этом она отталкивается задними конечностями и приземляется на передние.

Благодаря особому строению тела огненные кошки совершают невероятные прыжки.

Продолжительность жизни предположительно до двадцати лет. В неволе живут всего двенадцать. Как и домашние кошачьи питомцы, огненные коты так же умеют мяукать, шипеть мурлыкать и рычать.

Активны могут быть в любое время суток. Это зависит от активности их постоянной добычи.

Пищевой рацион достаточно разнообразен. Они питаются полевыми мышами, крысами, сусликами, пернатыми, рептилиями и насекомыми. Также охотится на малышей мелких оленей, совершают набеги на домашнюю птицу, овец, коз и телят. Убивают свою жертву укусом в затылок. В течение суток в поисках пропитания кошка Темминка проходит в среднем полтора километра.

Методика укуса в затылок всегда срабатывает, когда кошка Темминка хочет прикончить жертву.

Азиатские золотые кошки живут парами. У каждой семьи есть своя территория, которую они помечают мочой и царапинами на деревьях. В природных условиях период размножения точно не известен, предположительно август месяц. В неволе рождение малышей может быть в любом периоде.

Окот происходит в укромных местах, таких как логова, ниши, дыры в земле. У пары на свет появляются от одного до трех детенышей, весом всего по двести пятьдесят грамм. Через две с половиной недели они могут свободно передвигаться. Кормятся молоком матери до шести месяцев. Котята покрыты толстым длинным мехом, окрас которого темнее своих родителей.

Отец принимает активное участие в воспитании потомства. В этот период самка с самцом зачастую вместе охотятся.

Кошки Темминка живут поодиночке и являются довольно пугливыми животными.

Половозрелыми огненные кошки становятся в возрасте от полутора до двух лет.

В Таиланде ходит много легенд про кошку Темминка, а местные жители используют ее шерсть в священных ритуалах. Считается, что если сжечь шерсть кошки, то можно избавиться от тигров в данной окрестности. А если носить с собой хотя бы один волос Темминки, то ни одна другая кошка не посмеет напасть.

Численность популяции насчитывается до десяти тысяч кошек. Вырубка лесов и браконьерская охота пагубно на нее влияют. В Китае мясо Азиатской золотой кошки считается деликатесом, а кости используются в традиционной китайской медицине для лечения от детской лихорадки.

Кошка Темминка стала редким животным. В Китае её мясо считается деликатесом, а кости используются в традиционной китайской медицине.

В связи с вышеперечисленными факторами данный уникальный вид взяли под охрану и занесли в Красную книгу. Также создали всемирную природоохранную организацию по охране Кошки Темминка. В нее вступили правительственные и неправительственные организации некоторых стран.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

animalreader.ru

Красная панда — Мастерок.жж.рф

Малая или Красная панда (лат. Ailurus fulgens — «кошка, окрашенная как огонь», «кошка-медведь», «огненная кошка”).

В Китае из-за окраса и сходства по размерам с лисицей красную панду называют hunho – “огненная лисица” (англ. firefox), это словосочетание использовала компания Mozilla, назвав свой браузер “Mozilla Firefox”.

Современное, поэтическое и невероятно подходящее Малой панде название “блистающая, яркая  кошка” предложил французский натуралист и ученый Ф.Кювье.

Интересна история открытия и описания малой панды. Письменные упоминания об этом звере в Китае восходят к XIII столетию, но европейцы узнали о нем только в XIX в. Официально «представил» его публике в 1821 г. английский генерал и натуралист Томас Хардвик, собиравший материал на территории английских колоний. Он предложил называть это животное словом «хха» (wha) – одним из его китайских названий, основанном на имитации издаваемых этим самым «хха» звуков. Кроме того, сообщил генерал, китайцы называют его «хан-хо» (hun-ho) и «пунья» (poonya).

Однако Хардвику не удалось стать «крестным отцом» вновь открытого животного. Он задержался с возвращением в Англию со своими материалами, и латинское название – Ailurus fulgens, что можно перевести как «блистающая кошка», – новому животному успел дать французский натуралист Фредерик Кювье. Английскую научную общественность подобное «воровство» привело в ярость, но по принятому самими натуралистами правилу единожды данное организму научное название уже не может быть изменено. А «первооткрывателем» вида считается тот, кто это название ему присвоил.

Впрочем, пишет зоолог Майлс Робертс, возможно, это и к лучшему. Ведь поэтичный эпитет «блистающий», «яркий» куда лучше подходит для такого красивого животного, чем непонятное «хха». Сам же Фредерик Кювье писал о новом животном, как о «прекрасном создании, одном из самых симпатичных четвероногих».

Не привилось имя, предложенное генералом Хардвиком, и в качестве английского названия животного. Хотя слово «wha» иногда и можно встретить в англоязычной литературе, но соотечественникам генерала больше пришлось по вкусу другое китайское название – «poonya», которое они быстро переделали в «panda». Так «хха» стал пандой.

Когда в 1869 г. Пьер Арманд Давид, французский миссионер в Китае и страстный натуралист, сообщил о новом хищном звере, имеющем сходное строение зубов и питающемся бамбуком, его также назвали пандой. А поскольку это животное было гораздо крупнее, то естественно, что его стали называть «большой пандой», а «хха», соответственно, стал пандой малой, или красной, – чаще всего сейчас его упоминают именно под этим именем.

А потом о малой панде надолго забыли. Все внимание ученых было сосредоточено на «бамбуковом медведе». Детально изучать особенности биологии «хха» – сначала в зоопарках, а потом и в местах естественного обитания – начали только в последнее время.

О большой панде знают, наверное, все. Этот большой черно-белый «медведь» стал символом Всемирного фонда охраны дикой природы и прообразом множества симпатичных игрушек. А вот его родственник – малая, или красная, панда – известен гораздо меньше. А зря. Зверек этот, хотя и уступает большой панде по размерам, не менее симпатичен. Роскошная густая красно-рыжая шубка, укороченная светлая мордочка, большие широко расставленные, отороченные шерстью уши, длинный пушистый хвост с темными полосками… Размером красная панда немного больше домашней кошки: длина тела – 50–60 см, хвост – 30–50 см, вес – около 5 кг.

Распространена красная панда в Юго-Западном Китае, Непале, Бирме (Мьянме), Бутане и на севере-востоке Индии и встречается здесь в горных районах – на высоте от 2000 до 4800 м над уровнем моря. Так что хотя ареал этого зверька расположен на широте Персидского залива, климат в местах его обитания умеренный, можно даже сказать, прохладный. Правда, и температура воздуха здесь относительно постоянна на протяжении всего года, а зима и лето различаются скорее по количеству осадков. Но по-настоящему сухо в тех местах тоже никогда не бывает – дожди, постоянные туманы… Короче говоря – прохладно и сыро. И леса, растущие в этих условиях, отнюдь не тропические, а смешанные – из хвойных (в основном пихты) и листопадных пород, с густым подлеском из рододендрона и, особенно, бамбука. В этих-то лесах и обитает красная панда.

Лапы короткие, крепкие, с полувтяжными когтями, которые помогают панде легко забираться на деревья и спускаться с них. Firefox оправдывает свое название. Окрас панды ярко рыжий или даже красный с оранжевым. Мордочка панды вытянута и действительно смахивает на лисью.

Во внешнем виде действительно мало общего с “Большой пандой”. Археологические раскопки показали, что Малая панда является очень отдалённым родственником Большой панды (Ailuropoda melanoleuca). Их общий предок предположительно жил  миллионы лет назад. Он был широко распространён на территории Евразии.

Ископаемые останки Красных панд были найдены на территории от восточного Китая и до западной Великобритании. Археологи находили останки Малых панд даже на территории Северной Америки (в штатах Теннесси и Вашингтон) и предполагают, что это мог быть некий новый подвид Красной панды, живший в миоцене.

Обитает панда в  провинциях Юньнань и Сычуань в Китае, на севере  Бирмы, Бутане, Непале и северо-востоке Индии. Есть два подвида Малой панды, существующие в наши дни. Первый – западная Малая (красная) панда (Ailurus fulgens fulgens ) живёт в западной части вышеупомянутого региона (Непал, Бутан). Второй подвид – Малая (красная) панда Стайана (Ailurus fulgens) живёт на востоке или северо-востоке своего ареала обитания (южный Китай и северная Мьянма).

Малая панда Стайана предположительно чуть крупнее и значительно темнее, чем её западная родственница, хотя большое количество вариаций на тему «цвет-размер» существует и внутри подвидов малой панды. В связи с этим можно встретить много особей не красного цвета, а скорее желтовато-коричневого.

Малая панда модница и красотка. У нее пушистый хвост и очень длинные красивые когти на лапах.

Красные или Малые панды ведут преимущественно ночной, точнее сумеречно-вечерний образ жизни, а днем в большинстве случаев они спят. Кроватью для Firefox служит теплое и уютное  дупло, в котором панда спит, свернувшись калачиком и прикрыв глаза пушистым хвостом.

В общем  Малая панда в таком положении похожа на домашнюю кошку или лисицу. В обычном состоянии голос Малой панды – это короткие слабые крики, напоминающие птичье щебетание. Она может также издавать серии свистов и фыркает, когда пугается.

Несмотря на то что панда – представитель отряда хищных, молодые листья и побеги бамбука составляют 95% рациона этого вида. Остальные 5% – это различные плоды, ягоды, грибы, птичьи яйца или мелкие грызуны, если подвернутся, конечно.

Надо заметить, что бамбук, вообще-то, довольно малосъедобное растение. Помимо красной панды, известно только 4 вида зверей, специализированных на питании этим гигантским злаком, – это большая панда, две бамбуковых крысы (одна из которых распространена в Китае, а другая – в Бразилии) и один из видов мадагаскарских лемуров. Не следует забывать, что хищные выделяются в отдельный отряд не потому, что едят животную пищу – ею не брезгуют, например, и некоторые копытные, – а из-за наличия специальных приспособлений для ее добывания и, главное, усвоения. У них и зубы соответствующие, и желудок простой, а не многокамерный, как у жвачных, и кишечник короткий. И волокнистая растительная пища им обычно не впрок. С зубной системой у панд дело обстоит относительно хорошо: их коренные зубы имеют многочисленные бугорки, позволяющие хорошо перетирать и пережевывать растительные волокна. А вот пищеварительный тракт красной панды – это пищеварительный тракт обычного хищника. И потому, как показали специальные исследования, организм зверька усваивает не более одной четверти энергии, содержащейся в съеденных бамбуковых листьях.

Ситуация осложняется еще и тем, что малая панда, в отличие от своей «старшей сестры» – большой панды, – весьма избирательна в питании. Если «бамбуковый медведь» отправляет в пасть практически все части бамбука (кроме одревесневших стволов, естественно), то красная панда выискивает листочки и побеги понежнее. Их, конечно, легче переварить, но зато труднее отыскать. Наблюдения показали, что на кормежку красные панды тратят по 13 часов в сутки. А ведь поиски пищи – это затраченные силы, та же энергия. Получается замкнутый круг. Да еще климат отнюдь не жаркий – наверное, именно для того, чтобы не тратить дефицитную энергию на обогрев, и обзавелась красная панда такой роскошной шубой и удивительным мохнатым хвостом. Им, как шарфом, зверек оборачивается, когда ложится отдыхать, свернувшись плотным клубком где-нибудь в развилке веток.

Самцы редко принимают участие в воспитании детенышей, разве что речь идёт о малых пандах, живущих в паре (или в группе) постоянно.

Незадолго перед родами самка строит в дупле или расселине скалы гнездо из веток и листьев. В этом гнезде и появляются на свет маленькие панды — слепые и глухие, массой всего около 100 г, цвет которых больше походит на бежевый, чем на красный или оранжевый.

Обычно 1–2 детеныша, но иногда их родится сразу четыре, но до самостоятельной жизни редко доживает больше одного. Растут детеныши очень медленно. Примерно на 18-й день они открывают глаза. Только в возрасте трех месяцев их окраска приобретает характерный для взрослой особи цвет, они начинают выходить из гнезда и питаться твердой пищей. Немного позже, покинув гнездо, кочуют с матерью по ее участку — до середины зимы (а по другим сведениям, и целый год).

Именно поэтому Малый панды живут семьей, т.к. по одиночке детеныши просто не смогут выжить.  Ареал обитания Малой панды занимает очень большую территорию и естественных врагов у нее немного, но этот вид включен в списки Международной Красной книги со статусом «Подвергающийся опасности». Вид классифицировали как вымирающий, так как осталось всего 2 500 особей.

Дело в том, что плотность зверьков в природе очень невысока, и, кроме того, местообитания Красной панды легко могут быть разрушены. Основную опасность представляет постоянная вырубка лесов в этих регионах, а также браконьерство и охота на малую панду на территории Индии и юго-западе Китая из-за её красивого меха (из которого делают шапки).

Однако в отличие от Больших панд, которые отказываются размножатся в неволе, с Малыми пандами такой проблемы не существует. В настоящее время 350 этих зверьков содержится в 85 зоопарках мира и еще столько же родилось в неволе за последние два десятилетия.

Однако количество детёнышей малой панды в одном помёте обычно не больше двух особей, и рождаются они с периодичностью всего один раз в год. Поэтому популяция Малых панд всё ещё под угрозой, да и в естественных условиях обитания их смертность очень высока.

Но есть надежда, что мы люди, все-таки исправим свои же ошибки и сможем сохранить Малых панд, Больших панд и других животных для наших будущих поколений. Хотя не мешало бы задуматься над тем, что человечество занимается Сизифовым трудом тысячелетиями.

Систематическое положение этого животного до сих пор неясно. Большую панду в конце концов, после долгих споров и сложных исследований, сочли представителем семейства медвежьих. А малую? В разных справочниках о ней пишут то как о медведе, то как о еноте, то как о представителе отдельного семейства. Даже ее родственные связи с большой пандой отнюдь не доказаны. О близости этих животных ученые сделали вывод (еще во времена Пьера Давида) на основании сходства питания и строения зубов. Но ведь особенности зубной системы – приспособление к определенной пище, а то, что два вида живут по соседству и сходно питаются, еще ничего не доказывает. Так что этот вопрос еще ждет своих исследователей.

В свое время родственники нынешних панд, или, во всяком случае, животные, на них похожие, были распространены весьма широко – ископаемые остатки хищников со сходным строением зубной системы известны и из Восточной Европы, и из Северной Америки. Однако эти животные, как считают ученые, были приспособлены к определенному типу климата, с изменением которого резко сократился и ареал панд.

Красная панда – ночное, точнее сумеречное, животное. Она отлично лазает по деревьям и проводит много времени среди ветвей. Но в поисках корма обычно спускается на землю.

Живут красные панды поодиночке. «Личная» территория самки, как показывают наблюдения последних лет, занимает площадь около 2,5 км2, самца – вдвое больше. Это очень много для животного весом в 5 кг, тем более травоядного, – ведь бамбук в тех местах растет в изобилии.

Но не будем забывать, что в пищу красной панде годится не все растение бамбука, а только самые молодые побеги, которые приходится подолгу выискивать. Так что одиночный образ жизни зверьков вполне оправдан.

К счастью, малая панда неплохо размножается в неволе. В настоящее время около 300 этих зверьков содержатся в 85 зоопарках мира и еще столько же родилось в неволе за последние два десятилетия. Эти милые зверьки хорошо приручаются и радуют посетителей своим очаровательным видом. Правда, содержать их даже в зоопарках очень сложно, а в домашних условиях и просто невозможно: слишком специфическая диета нужна красной панде. А при неправильном кормлении эти животные быстро гибнут от кишечных заболеваний.

masterok.livejournal.com

Огненная кошка / Маруся

Маруся

Огненная кошка

Мягко ударив лапой по стеблю белоголовника, кошка зажмурилась, когда с шапки цветков осыпались брызги. Упав на рыжий ворс кошачьей шерсти, капли зашипели и мгновенно высохли. Кошке показалось мало. Длинным хвостом она повела по земле, стирая с короткой травы утреннюю росу. Легкая паутинка пара уплыла в небо. Кошке стало скучно. Она повалилась на бок и принялась кататься по траве, выгибаясь всем телом, перебирая лапами, запрокидывая голову. От соприкосновения шерсти с мокрой травой раздавалось легкое шипение, будто на раскаленную печь поставили запотевший чайник.

Наруму надоело сидеть в своем укрытии и наблюдать за странной кошкой. Тем более, мать уже должна скоро вернуться: с высокой ветки видно, как дед Арзув собрал стадо и погнал его за поселок. А вон и мать, закинув на плечо хворостину, шагает по дороге. Мать мало спит: рано встает, чтоб коз подоить, выгнать в стадо. И Наруму не спится: интересно бежать рядом с матерью, покрикивая на коз и стегая их прутиком по крутым бокам. Только мать не разрешает далеко уходить. В стаде Арзува не все козы смирные, того и гляди, пырнут острым рогом. Потому и дожидался Нарум мать, сидя на старой груше. На груше не скучно: вся улица на виду, и небо совсем близко. А еще под грушей родник бьет. Там вода такая холодная, такая вкусная, что даже те, у кого колодец во дворе есть, все равно с кувшинами к роднику приходят. Такой чай, как из этой воды, больше нигде не попьешь.

А сегодня эта кошка пожаловала. Никогда Нарум таких не видел. В поселке все больше черные или серые водятся. А эта — как пламя в печи. Местные кошки воды боятся. Эта же сама в мокрое лезет.

— Сейчас поймаю, маме покажу, — подумал Нарум.

Он ловко приземлился на пятки, спрыгнув с дерева. Услышав шум, кошка, все так же лежа на боку, выгнула шею, повернула голову, и Нарум увидел ее глаза. Это были не глаза — настоящие угли! Даже искорки сыпались.

— Кис-кис, — позвал Нарум, потихоньку приближаясь. Кошка не шевелилась, не сводя огненного взгляда с него.

Нарум резко прыгнул вперед, протянув руки, чтобы схватить кошку. Но едва ладони коснулись кошачьего бока, как Нарум закричал от боли: словно кипятком обдало кожу. Кошка же подскочила, выгнулась дугой, подскребывая передними лапами землю, протяжно зашипела. Ее голова находилась совсем близко от лица Нарума, и он почувствовал, что от кошки исходит настоящий жар. Вот кошка приготовилась к прыжку. Еще секунда — и опаляющая лавина шерсти упадет прямо на Нарума.

Вдруг послышался голос матери:

— Нарум, сынок! Где ты? Идем домой, чай пить пора!

Кошка попятилась назад, не переставая шипеть: «Сушшшшшь». Пятачок земли, где она лежала, походил теперь на место от костра. Выжженная дотла трава на черной почве. Вот кошка, уже перед самым родником, развернулась, небрежно прыгнула, ударив кончиком хвоста по водной глади, и скрылась в зарослях осоки.

— Сынок, ты что? — кинулась мать к плачущему Наруму. По привычке ухватила за запястья, чтобы поцеловать сыновьи ладошки, но замерла, так и не коснувшись рук губами: кожа покраснела, а кончики пальцев обуглились. От ладоней Нарума пахло паленым мясом.

К завтраку сестра Нарума, черноглазая Айсель, вернулась от родника с пустым кувшином.

— Где вода? — удивилась мать.

— Не знаю, — растерянно ответила Айсель.

Родник пересох. Как будто и не было час назад в нем воды. Только мелкая галька в небольшой ямке среди осоки напоминала о том, что здесь бил ключ.

А следующим утром дедушка Арзув рассказывал, как вышел ночью по нужде во двор и на колодце увидел чужую кошку. Бросил он в кошку камешком, а она вдруг искрами как посыпала — и пропала. На рассвете встал Арзув умыться — а колодец-то пуст. Так и ушел пастух, не умывшись.

На другой день еще у троих вода из колодцев ушла.

Переполошились в поселке. Собрались все у дома старосты.

— Что нам делать? Что за напасть?

Вышел староста на крыльцо. Борода у старосты седая, до колен. Сел он на скамеечку, задумчиво бороду пальцами заперебирал. Замолкли люди в ожидании, что староста им скажет. Он ведь мудрый, много за свои годы узнал. А лет ему никак не меньше, чем столетнему дубу в его саду. Но староста лишь покачал головой, ничего не ответив.

Испугались люди. По ночам стеречь колодцы стали. Да где там устережешь! Через семь дней только у старосты колодец с водой полный стоял. Потянулись к его дому люди с кувшинами.

А сын старосты, молодой Исках, недовольно ворчал:

— Устроили здесь водопой. К реке ходите, нечего здесь топтать.

Да только река далеко была от поселка, почти полдня надо, чтобы до реки дойти и обратно вернуться.

Тяжело матери Нарума к реке ходить, ноги уж не молодые. Айсель к реке пойдет — да много ли воды девушка принесет? А еще и коз поить нужно. А у Нарума руки обожжены, разве унесешь в искалеченных ладонях кувшин?

Дед Арзув отказался стадо гонять: куда ему по жаре весь день, по пыли.

Взялся было на лошади воду с реки возить Карим, зажиточный мужик. Да только жадность в нем сверх меры взыграла: стал воду продавать за такие деньги, что слезами напиться проще.

А больше лошади ни у кого в поселке и не было. Ишаки у старосты жили, но не менее жадный Исках говорил:

— Нашим ишакам не до ваших бед. Надо в город зерно, сыр возить. А ишаки ведь пьют больше, чем привезти могут.

И дождя как не бывало. Посохла трава, погиб урожай на полях. Сады желтизной на сухую землю осыпались.

Старики на коленях к старосте за кружкой воды ползли. Только Исках пригрозил старому отцу:

— Узнаю, что бесплатно воду раздаешь — запру в доме, на улицу не выйдешь.

А старику и самому стыдно выйти. Больно видеть, как люди мучаются.

Поползли слухи: «Старик знает, в чем дело. Нарочно прячется, творит, колдун, свои темные дела. Наслал порчу, чтоб на горе чужом нажиться. Где то видано: водой торговать!»

У Нарума мать заболела. Еле по двору передвигаться стала. Голову от зноя кружит, сил никаких не осталось. Бедная Айсель бегала на реку. Босиком по сухой пыли: в башмаках от пота ноги совсем кипятком шпарило. А вечером садилась на крыльце, сбитые до крови пятки салом мазала и плакала. Мать всегда берегла Айсель, чтобы белые руки дочери нежными оставались для будущего мужа. Только какие теперь свадьбы? Женихи на невест и не смотрят: желаннее красавиц кувшин воды стал. И вино давно выпито, а новый урожай солнце спалило. Не на праздники теперь люди собираются, а целыми семьями на реку с утра уходят: чем больше рук, тем больше воды принести можно.

Не вытерпел Нарум. Решил ночью в старостином колодце воду воровать. С вечера притворился, что спит. А когда мать с Айселью заснули, выбрался из дому. Дождался, когда огни по улице погаснут, и пошел к дому старосты.

Тихо у старосты во дворе. Даже псы, умаявшись от жары, не тявкнули. Через забор перелез, до колодца добрался. Только сдвинул тяжелую крышку, как почувствовал, что его над землей приподняло. Исках. Схватил за шиворот.

— Ах ты, воришка! Ну, я задам тебе!

И как треснул по уху, что у Нарума перед глазами искры закружились.

— Жадина, жадина! — закричал он сквозь слезы.

Исках занес было руку для новой затрещины, но вдруг как будто передумал. В темноте Наруму было видно даже, как заблестели у него глаза.

— А хочешь, воду давать тебе буду, сколько нужно?

Нарум недоверчиво цокнул языком:

— Врешь? Как?

— А так. В нашем колодце вода никогда не кончается! И кошка никакая не проберется: я ведь теперь по ночам совсем не сплю! И хоть по десять кувшинов давать стану, если сестра твоя ко мне в дом жить пойдет!

Удивился Нарум. Ничего не сказал. А Исках продолжил:

— У тебя красивая сестра. Будет мне жена — все, что в доме есть — все ваше станет! Ты беги пока, скажешь Айсели, чего я хочу.

Нарум долго еще не мог заснуть. А наутро, сидя за драгоценной чашкой чая, стараясь не расплескать ни капли, мать спросила:

— Сынок, что такой грустный?

Нарум все рассказал матери. Айсель, слушая разговор, то краснела, то бледнела, а потом и вовсе в слезы пустилась и выбежала во двор.

Солнце встало высоко, нестерпимо жаря. Дождя не было уже несколько недель. Айсель ушла к реке стирать белье. Мать не вставала с постели, страдая от зноя и боли в ногах. Нарум налил в миску немного воды, чтобы напоить коз.

Козы лежали в загоне: две белые и черная. Белые бока часто-часто вздымались в такт дыханию, а черные были неподвижны. Глаза козы стеклянно-безразлично смотрели в раскаленное небо.

— Мама, мама, коза умерла! — закричал Нарум, вбегая в дом.

Мать лишь глубоко вздохнула и отвернулась к стене.

Айсель вернулась вечером, сбросила с плеч тяжелую корзину с мокрым бельем, достала из нее небольшой кувшин с водой, поставила перед матерью:

— Попей, мама.

Мать с трудом подняла голову с подушки, нащупала кувшин рукой. Хотела поднести его ко рту, но кувшин выпал из слабой руки. Темной лужицей на соломенном коврике растекся дневной труд Айсели.

Мать отвернулась к стене, плечи ее задрожали в беззвучном плаче.

В тот же вечер Айсель ушла в дом старосты. Исках вскоре принес два больших запотевших кувшина. Это была вода.

 

…Урожай в полях сгорел.

По селу начал гибнуть скот. Трава пожухла под палящим солнцем, обеспечить животных питьем могли немногие. Старики резали скот, вялили мясо. Заколоть коз мать не могла — была слишком слаба. Молока они уже давно не давали. Только жалобно блеяли, требуя воды. Нарум прибежал к Арзуву:

— Дедушка, зарежь наших коз!

Арзув алчно улыбнулся:

— Одну козу мне, другую тебе, тогда и зарежу…

Нарум удивленно посмотрел на Арзува: тот ли это дедушка, что всегда раздавал просто так лепешки и моченые яблоки? А может быть, подменили пастуха, и не он это, а жадный Карим в дедушкиной одежде?

Но мать, глотая слезы, сказала:

— Сынок, нас теперь двое, куда нам столько мяса? Пускай Арзув козу забирает.

 

Мать теперь старалась не выходить из дому. Воды хватало: Исках исправно приносил в их дом кувшины. Сушеного мяса тоже было вдоволь. Но заканчивалась мука. Лепешки, которые по утрам пекла мать, становились все тоньше… Нарум с другими мальчишками обрывали в садах сморщенные яблоки, а у реки, где по-прежнему было все зеленое, рвали дикий лук.

— Надо уходить из этого проклятого места, — говорили люди. И те, кто мог, в самом деле, покидали дома, собрав пожитки, и уходили в другие села, к своим родственникам.

Старики же рыдали: расставаться с домом было тяжело. Наруму с матерью было некуда пойти. Родни не было. И денег, чтобы обустроиться на новом месте — тоже.

Айсель как ушла из дому, больше ни разу не приходила. Нарум видел ее за высокой оградой старосты. Но на его оклик Айсель скрылась в доме.

Старики и мужчины из тех, что остались в селе, решили:

— Давайте подвинем реку ближе к нам.

С кирками и лопатами с утра до ночи рыли они землю, пытаясь изменить речное русло. Сухая земля, словно камень, поддавалась с трудом. Тогда обезумевшие люди однажды ночью напали на дом старосты, пытаясь отвоевать колодец. Но Исках спустил на людей озлобленных псов.

А потом в дом старосты ушла жить Латифа — дочка башмачника. Айсель вернулась к матери, виновато пряча взгляд.

— Латифа красивее, — только и вздыхала Айсель. — Исках хочет стать богом этого места, он чувствует свою власть.

Мать ни словом не упрекала, лишь грустно поглядывала на растущий живот, который Айсель прятала под просторной накидкой.

Воду снова начали брать с реки. Нарум и Айсель по очереди приносили тяжелые кувшины. Теперь приходилось мыть мать: она уже совсем не поднималась с постели. Только плакала:

— Ах, когда родится ребенок, воды нужно будет куда больше.

Нестерпимый зной и приближающийся голод сводили людей с ума. Одна старуха умерла прямо по дороге к реке, не дойдя до воды всего несколько шагов. Перегрелся на солнце грудной внук Арзува и, промучив безутешную мать несколько ночей, в одно утро затих навсегда. Скоро смерть забрала и самого пастуха: объелся испорченного мяса, раздуло живот Арзува. Лекарь сказал потом, что лопнули у Арзува кишки, и старик задохнулся от собственной вони вперед, чем почувствовал боль.

Жадный Карим все так же возил на лошади воду тем, кто мог хоть что-то дать. Он много пил: винодел расплачивался за воду старым вином. А потом у Карима отнялись ноги, и он лежал в своем доме, и теперь уже сам отдавал то, что было ценного, за глоток воды. Лошадь его, привязанная за двором, несколько дней промаялась на солнцепеке, заживо поедаемая оводами. А когда вокруг, насколько хватало веревки, не осталось и пожелтевшей травинки, бедная лошадь стала грызть землю. Ночью, пока никто не видел, Нарум подкрался к ней, перерезал веревку и прогнал лошадь:

— Скачи, ты сильная! Живи у реки, не ходи обратно!

Только Исках был доволен. У него была вода. Люди несли ему самое дорогое за кувшин влаги, отцы даже отдавали своих дочерей: Латифу сменила Зара. Злые псы кидались на забор при приближении кого-то, и войти во двор старосты было невозможно.

Люди проклинали старосту за такого сына. Не выдержав этого, однажды ночью старик вышел из дома, и больше его никто не видел.

А огненная кошка появилась снова. Ее видели возле дома Искаха, но колодец был по-прежнему полон.

Люди говорили, что Исках — демон, а кошка — его посланник.

Нарум решил выследить кошку. Найти ее и попросить уйти из их поселка. День за днем блуждал он по окрестностям, заглядывая в самые потаенные местечки. Но только выжженная трава колола босые ноги да раскаленная пыль обжигала пятки — кошки не было видно.

Вскоре и Зара ушла из дома Искаха. Нарум сам видел, как, плача, выходила девушка из ворот, а на крыльце Исках обнимал младшую дочку кузнеца.

Отец Зары не смирился то ли с позором дочери, то ли — с отсутствием ежедневного кувшина воды, но однажды ночью он набросал через забор отравленной козлятины голодным и злым псам Искаха. А уже в полдень туча мух кружилась над двором Искаха, а он сам теперь боялся даже выйти на пустырь и закопать собак.

Обозленные и отчаявшиеся люди толпой хлынули в проломленные ворота, окружили дом Искаха. Отец Зары вытащил сына старосты из дома, принялся колотить его. А люди все шумели и шумели. Бросились к колодцу. Исках опередил их. Он запрыгнул на колодец и закричал:

— Безумцы! Опомнитесь! Одного колодца на всех все равно не хватит. И без моих собак огненная кошка доберется сюда ближайшей же ночью!

Но люди напирали. Кто-то вырвал крышку прямо из-под ног Искаха. Исках упал. Когда его вынули из воды — он уже не дышал.

Теперь в поселке была вода. Но обезумевшие от длительной жажды люди расходовали воду неразумно. К вечеру каждого дня колодец пустел почти полностью. Но наутро вода прибывала почти наполовину.

Нарум приходил к колодцу на рассвете, пока вода была еще чистой, не замутненной. Он набирал полные кувшины и уносил домой. Первым делом поил мать, потом грел чай для Айсели. Когда Айсель просыпалась — она умывала мать. А водой после умывания бережно поливала грядку, где посеяла немного семян проса.

Однажды, борясь с остатками дремоты, Нарум шел к колодцу. На рассвете дышалось легко, хотя за ночь земля даже не успевала остывать от дневного жара.

На колодце он увидел кошку. Размахивая длинным хвостом из стороны в сторону, кошка смотрела прямо на Нарума.

— Стой! Не смей! — крикнул Нарум, опуская на землю кувшин. — Я прошу тебя, не трогай воду!

Кошка слушала. Ее огненный взгляд, казалось, прожигал Нарума насквозь.

— Кошка! Уходи, ну пожалуйста, — взмолился Нарум.

Хвост кошки перестал болтаться.

— Ты и так забрала у нас дождь, урожай, деда Арзува, наших коз. Кошка! Уходи! Уходи! Оставь этот колодец ребенку Айсели. Он скоро родится, кошка! Ведь у тебя же тоже, наверное, были котята?

Кошка спрыгнула с колодца и приблизилась к Наруму. Ее шерсть походила на тлеющую солому. Нарум ощутил жар, исходящий от кошки. Ладони, которые зажили совсем недавно, заныли, когда Нарум вспомнил, как обжегся об огненную шерсть. Но он не пошевелился даже, когда кошка потерлась спиной о его ноги: странно, но только обычное тепло живого тела, а не раскаленные угли почувствовал Нарум. Кошка обвила хвостом его колени, замурлыкала. Чуть подалась вперед, маня за собой. Нарум шагнул в сторону колодца. Пальцы коснулись шершавого, остывшего за ночь камня колодезной кладки. Нарум опустился на колени, оперевшись грудью о невысокую каменную стену. Крышка была наполовину сдвинута, и поверхность воды полумесяцем отражала светлеющее небо. Мурлыканье кошки раздалось над самым ухом, ее теплое дыхание коснулось шеи. Наруму на мгновение стало страшно: а если, как Исках — в колодец?..

Он вгляделся в светлые пятна звезд на водной глади. Но тут вода подернулась рябью, будто от ветра, хотя воздух даже не шелохнуло. И вдруг Нарум ясно увидел в колодце, словно выглядывал в окно: фигура старика. С длинной белой бородой. Староста. Несет мешок. В мешке что-то шевелится. А за старостой бежит кошка. Она то забегает вперед, путаясь в ногах старика, то передними лапами сзади цепляется за ноги старосты, будто хочет остановить. А старик бредет вперед. Вот печь, что и поныне высится возле колодца. В печи горит огонь. На плите — котел, из которого вьется к небу густой пар. Старик сдвигает котел в сторону, чтобы пар не опалял лица, и вытряхивает мешок над огнем. В печь падают мохнатые комочки. Они несколько мгновений корчатся в огне, и Нарум различает маленькие лапки, треугольники ушей, раскрытые в беззвучном крике ротики котят… Кошка на воде бросается в огонь, лапы ее касаются углей, длинная шерсть вмиг обугливается. Но староста ногой отбрасывает кошку от печи, задевает локтем кипящий котел. Котел падает на землю, и вода, выплеснувшись, сразу же уходит в землю. Комочки в печи перестают шевелиться, а кошка, едва касаясь обожженными лапами земли, скрывается в травяных зарослях.

Вода снова подернулась рябью, а когда успокоилась — в ней лежало рассветное небо.

Словно очнувшись от страшного сна, Нарум потер глаза и встретился с взглядом огненной кошки. Только сейчас она смотрела не раскаленными углями: зеленые зрачки влажно переливались в сумеречном свете, и в уголках, возле носа скопились росинки слез.

— Бедная, — Нарум осторожно коснулся кончиками пальцев кошачьего лба.

Кошка доверчиво поднырнула головой под всю ладонь. Приятное тепло живого существа шелковисто щекотнуло кожу.

— Ты пришла за детьми? Ведь ты не виновата, это все мы, люди…

Мурлыча, кошка закинула передние лапы на плечо, потерлась мордой о щеку Нарума.

— Я бы стал твоим котенком, если мог, — Нарум задумчиво теребил кошачье ухо. — Только у меня уже есть мама. Она очень больна…

 

 

Утром пошел дождь. Мать проснулась от знакомого, но такого непривычного сейчас шума ливня по крыше. Дышать стало необычайно легко, словно безжалостные пальцы, сжимавшие так долго горло, оставили смертельную хватку. Мать встала. Покачиваясь на слабых ногах, отошла от постели. На полу, прижав колени к округлому животу, на боку спала Айсель. Черные косы змеями расползлись по ковру. Дочь не слышала небесной благодати, что щедро проливалась на иссохшую землю.

— Нарум! — тихо позвала мать. Сын не откликнулся.

«Должно быть, уже у колодца», — подумала мать, зная привычку сына вставать засветло, как сама приучила.

Она вышла во двор. Дождь мгновенно окутал ее исхудавшее тело. Ноги кольнуло болью. Мать упала на колени, подставляя лицо холодным струям.

Через дорогу скрипнула дверь у соседей. Древняя старуха выбралась из своей лачуги, и тоже упала на колени в жидкую смесь пыли и ливня. Подставив трясущиеся ладони к небу, она ловила дождь и жадно схлебывала воду из пригоршней.

Мать чувствовала, как холодные капли, смешиваясь с горячими слезами, стекали густыми дорожками по щекам. Она поднялась с колен. Грязный подол прилип к ногам, идти стало трудно.

У поваленной наземь ограды старосты лежал кувшин. Маленький кувшин, с которым Нарум ходил за водой. У колодца сына тоже не было.

— Нарум! — крикнула мать, стараясь перекричать шум дождя.

Вспугнутая ее криком, из-под навеса уличного очага выскочила кошка: крупная, со слипшейся от воды мокрой, словно ржавой шерстью. А за ней следом — котенок. Пугливо сверкнув глазенками, он следом за кошкой нырнул в пролом деревянного забора.

— Нарум! — повторила мать.

Но только дождь влажными пальцами гладил ее волосы, и жадно глотала воду изголодавшаяся земля под босыми ногами.

writercenter.ru

3 место — «Огненная кошка» / LevelUp — 2013

3 место — «Огненная кошка»

Мягко ударив лапой по стеблю белоголовника, кошка зажмурилась, когда с шапки цветков осыпались брызги. Упав на рыжий ворс кошачьей шерсти, капли зашипели и мгновенно высохли. Кошке показалось мало. Длинным хвостом она повела по земле, стирая с короткой травы утреннюю росу. Легкая паутинка пара уплыла в небо. Кошке стало скучно. Она повалилась на бок и принялась кататься по траве, выгибаясь всем телом, перебирая лапами, запрокидывая голову. От соприкосновения шерсти с мокрой травой раздавалось легкое шипение, будто на раскаленную печь поставили запотевший чайник.

Наруму надоело сидеть в своем укрытии и наблюдать за странной кошкой. Тем более, мать уже должна скоро вернуться: с высокой ветки видно, как дед Арзув собрал стадо и погнал его за поселок. А вон и мать, закинув на плечо хворостину, шагает по дороге. Мать мало спит: рано встает, чтоб коз подоить, выгнать в стадо. И Наруму не спится: интересно бежать рядом с матерью, покрикивая на коз и стегая их прутиком по крутым бокам. Только мать не разрешает далеко уходить. В стаде Арзува не все козы смирные, того и гляди, пырнут острым рогом. Потому и дожидался Нарум мать, сидя на старой груше. На груше не скучно: вся улица на виду, и небо совсем близко. А еще под грушей родник бьет. Там вода такая холодная, такая вкусная, что даже те, у кого колодец во дворе есть, все равно с кувшинами к роднику приходят. Такой чай, как из этой воды, больше нигде не попьешь.

А сегодня эта кошка пожаловала. Никогда Нарум таких не видел. В поселке все больше черные или серые водятся. А эта — как пламя в печи. Местные кошки воды боятся. Эта же сама в мокрое лезет.

— Сейчас поймаю, маме покажу, — подумал Нарум.

Он ловко приземлился на пятки, спрыгнув с дерева. Услышав шум, кошка, все так же лежа на боку, выгнула шею, повернула голову, и Нарум увидел ее глаза. Это были не глаза — настоящие угли! Даже искорки сыпались.

— Кис-кис, — позвал Нарум, потихоньку приближаясь. Кошка не шевелилась, не сводя огненного взгляда с него.

Нарум резко прыгнул вперед, протянув руки, чтобы схватить кошку. Но едва ладони коснулись кошачьего бока, как Нарум закричал от боли: словно кипятком обдало кожу. Кошка же подскочила, выгнулась дугой, подскребывая передними лапами землю, протяжно зашипела. Ее голова находилась совсем близко от лица Нарума, и он почувствовал, что от кошки исходит настоящий жар. Вот кошка приготовилась к прыжку. Еще секунда — и опаляющая лавина шерсти упадет прямо на Нарума.

Вдруг послышался голос матери:

— Нарум, сынок! Где ты? Идем домой, чай пить пора!

Кошка попятилась назад, не переставая шипеть: «Сушшшшшь». Пятачок земли, где она лежала, походил теперь на место от костра. Выжженная дотла трава на черной почве. Вот кошка, уже перед самым родником, развернулась, небрежно прыгнула, ударив кончиком хвоста по водной глади, и скрылась в зарослях осоки.

— Сынок, ты что? — кинулась мать к плачущему Наруму. По привычке ухватила за запястья, чтобы поцеловать сыновьи ладошки, но замерла, так и не коснувшись рук губами: кожа покраснела, а кончики пальцев обуглились. От ладоней Нарума пахло паленым мясом.

К завтраку сестра Нарума, черноглазая Айсель, вернулась от родника с пустым кувшином.

— Где вода? — удивилась мать.

— Не знаю, — растерянно ответила Айсель.

Родник пересох. Как будто и не было час назад в нем воды. Только мелкая галька в небольшой ямке среди осоки напоминала о том, что здесь бил ключ.

А следующим утром дедушка Арзув рассказывал, как вышел ночью по нужде во двор и на колодце увидел чужую кошку. Бросил он в кошку камешком, а она вдруг искрами как посыпала — и пропала. На рассвете встал Арзув умыться — а колодец-то пуст. Так и ушел пастух, не умывшись.

На другой день еще у троих вода из колодцев ушла.

Переполошились в поселке. Собрались все у дома старосты.

— Что нам делать? Что за напасть?

Вышел староста на крыльцо. Борода у старосты седая, до колен. Сел он на скамеечку, задумчиво бороду пальцами заперебирал. Замолкли люди в ожидании, что староста им скажет. Он ведь мудрый, много за свои годы узнал. А лет ему никак не меньше, чем столетнему дубу в его саду. Но староста лишь покачал головой, ничего не ответив.

Испугались люди. По ночам стеречь колодцы стали. Да где там устережешь! Через семь дней только у старосты колодец с водой полный стоял. Потянулись к его дому люди с кувшинами.

А сын старосты, молодой Исках, недовольно ворчал:

— Устроили здесь водопой. К реке ходите, нечего здесь топтать.

Да только река далеко была от поселка, почти полдня надо, чтобы до реки дойти и обратно вернуться.

Тяжело матери Нарума к реке ходить, ноги уж не молодые. Айсель к реке пойдет — да много ли воды девушка принесет? А еще и коз поить нужно. А у Нарума руки обожжены, разве унесешь в искалеченных ладонях кувшин?

Дед Арзув отказался стадо гонять: куда ему по жаре весь день, по пыли.

Взялся было на лошади воду с реки возить Карим, зажиточный мужик. Да только жадность в нем сверх меры взыграла: стал воду продавать за такие деньги, что слезами напиться проще.

А больше лошади ни у кого в поселке и не было. Ишаки у старосты жили, но не менее жадный Исках говорил:

— Нашим ишакам не до ваших бед. Надо в город зерно, сыр возить. А ишаки ведь пьют больше, чем привезти могут.

И дождя как не бывало. Посохла трава, погиб урожай на полях. Сады желтизной на сухую землю осыпались.

Старики на коленях к старосте за кружкой воды ползли. Только Исках пригрозил старому отцу:

— Узнаю, что бесплатно воду раздаешь — запру в доме, на улицу не выйдешь.

А старику и самому стыдно выйти. Больно видеть, как люди мучаются.

Поползли слухи: «Старик знает, в чем дело. Нарочно прячется, творит, колдун, свои темные дела. Наслал порчу, чтоб на горе чужом нажиться. Где то видано: водой торговать!»

У Нарума мать заболела. Еле по двору передвигаться стала. Голову от зноя кружит, сил никаких не осталось. Бедная Айсель бегала на реку. Босиком по сухой пыли: в башмаках от пота ноги совсем кипятком шпарило. А вечером садилась на крыльце, сбитые до крови пятки салом мазала и плакала. Мать всегда берегла Айсель, чтобы белые руки дочери нежными оставались для будущего мужа. Только какие теперь свадьбы? Женихи на невест и не смотрят: желаннее красавиц кувшин воды стал. И вино давно выпито, а новый урожай солнце спалило. Не на праздники теперь люди собираются, а целыми семьями на реку с утра уходят: чем больше рук, тем больше воды принести можно.

Не вытерпел Нарум. Решил ночью в старостином колодце воду воровать. С вечера притворился, что спит. А когда мать с Айселью заснули, выбрался из дому. Дождался, когда огни по улице погаснут, и пошел к дому старосты.

Тихо у старосты во дворе. Даже псы, умаявшись от жары, не тявкнули. Через забор перелез, до колодца добрался. Только сдвинул тяжелую крышку, как почувствовал, что его над землей приподняло. Исках. Схватил за шиворот.

— Ах ты, воришка! Ну, я задам тебе!

И как треснул по уху, что у Нарума перед глазами искры закружились.

— Жадина, жадина! — закричал он сквозь слезы.

Исках занес было руку для новой затрещины, но вдруг как будто передумал. В темноте Наруму было видно даже, как заблестели у него глаза.

— А хочешь, воду давать тебе буду, сколько нужно?

Нарум недоверчиво цокнул языком:

— Врешь? Как?

— А так. В нашем колодце вода никогда не кончается! И кошка никакая не проберется: я ведь теперь по ночам совсем не сплю! И хоть по десять кувшинов давать стану, если сестра твоя ко мне в дом жить пойдет!

Удивился Нарум. Ничего не сказал. А Исках продолжил:

— У тебя красивая сестра. Будет мне жена — все, что в доме есть — все ваше станет! Ты беги пока, скажешь Айсели, чего я хочу.

Нарум долго еще не мог заснуть. А наутро, сидя за драгоценной чашкой чая, стараясь не расплескать ни капли, мать спросила:

— Сынок, что такой грустный?

Нарум все рассказал матери. Айсель, слушая разговор, то краснела, то бледнела, а потом и вовсе в слезы пустилась и выбежала во двор.

Солнце встало высоко, нестерпимо жаря. Дождя не было уже несколько недель. Айсель ушла к реке стирать белье. Мать не вставала с постели, страдая от зноя и боли в ногах. Нарум налил в миску немного воды, чтобы напоить коз.

Козы лежали в загоне: две белые и черная. Белые бока часто-часто вздымались в такт дыханию, а черные были неподвижны. Глаза козы стеклянно-безразлично смотрели в раскаленное небо.

— Мама, мама, коза умерла! — закричал Нарум, вбегая в дом.

Мать лишь глубоко вздохнула и отвернулась к стене.

Айсель вернулась вечером, сбросила с плеч тяжелую корзину с мокрым бельем, достала из нее небольшой кувшин с водой, поставила перед матерью:

— Попей, мама.

Мать с трудом подняла голову с подушки, нащупала кувшин рукой. Хотела поднести его ко рту, но кувшин выпал из слабой руки. Темной лужицей на соломенном коврике растекся дневной труд Айсели.

Мать отвернулась к стене, плечи ее задрожали в беззвучном плаче.

В тот же вечер Айсель ушла в дом старосты. Исках вскоре принес два больших запотевших кувшина. Это была вода.

 

…Урожай в полях сгорел.

По селу начал гибнуть скот. Трава пожухла под палящим солнцем, обеспечить животных питьем могли немногие. Старики резали скот, вялили мясо. Заколоть коз мать не могла — была слишком слаба. Молока они уже давно не давали. Только жалобно блеяли, требуя воды. Нарум прибежал к Арзуву:

— Дедушка, зарежь наших коз!

Арзув алчно улыбнулся:

— Одну козу мне, другую тебе, тогда и зарежу…

Нарум удивленно посмотрел на Арзува: тот ли это дедушка, что всегда раздавал просто так лепешки и моченые яблоки? А может быть, подменили пастуха, и не он это, а жадный Карим в дедушкиной одежде?

Но мать, глотая слезы, сказала:

— Сынок, нас теперь двое, куда нам столько мяса? Пускай Арзув козу забирает.

 

Мать теперь старалась не выходить из дому. Воды хватало: Исках исправно приносил в их дом кувшины. Сушеного мяса тоже было вдоволь. Но заканчивалась мука. Лепешки, которые по утрам пекла мать, становились все тоньше… Нарум с другими мальчишками обрывали в садах сморщенные яблоки, а у реки, где по-прежнему было все зеленое, рвали дикий лук.

— Надо уходить из этого проклятого места, — говорили люди. И те, кто мог, в самом деле, покидали дома, собрав пожитки, и уходили в другие села, к своим родственникам.

Старики же рыдали: расставаться с домом было тяжело. Наруму с матерью было некуда пойти. Родни не было. И денег, чтобы обустроиться на новом месте — тоже.

Айсель как ушла из дому, больше ни разу не приходила. Нарум видел ее за высокой оградой старосты. Но на его оклик Айсель скрылась в доме.

Старики и мужчины из тех, что остались в селе, решили:

— Давайте подвинем реку ближе к нам.

С кирками и лопатами с утра до ночи рыли они землю, пытаясь изменить речное русло. Сухая земля, словно камень, поддавалась с трудом. Тогда обезумевшие люди однажды ночью напали на дом старосты, пытаясь отвоевать колодец. Но Исках спустил на людей озлобленных псов.

А потом в дом старосты ушла жить Латифа — дочка башмачника. Айсель вернулась к матери, виновато пряча взгляд.

— Латифа красивее, — только и вздыхала Айсель. — Исках хочет стать богом этого места, он чувствует свою власть.

Мать ни словом не упрекала, лишь грустно поглядывала на растущий живот, который Айсель прятала под просторной накидкой.

Воду снова начали брать с реки. Нарум и Айсель по очереди приносили тяжелые кувшины. Теперь приходилось мыть мать: она уже совсем не поднималась с постели. Только плакала:

— Ах, когда родится ребенок, воды нужно будет куда больше.

Нестерпимый зной и приближающийся голод сводили людей с ума. Одна старуха умерла прямо по дороге к реке, не дойдя до воды всего несколько шагов. Перегрелся на солнце грудной внук Арзува и, промучив безутешную мать несколько ночей, в одно утро затих навсегда. Скоро смерть забрала и самого пастуха: объелся испорченного мяса, раздуло живот Арзува. Лекарь сказал потом, что лопнули у Арзува кишки, и старик задохнулся от собственной вони вперед, чем почувствовал боль.

Жадный Карим все так же возил на лошади воду тем, кто мог хоть что-то дать. Он много пил: винодел расплачивался за воду старым вином. А потом у Карима отнялись ноги, и он лежал в своем доме, и теперь уже сам отдавал то, что было ценного, за глоток воды. Лошадь его, привязанная за двором, несколько дней промаялась на солнцепеке, заживо поедаемая оводами. А когда вокруг, насколько хватало веревки, не осталось и пожелтевшей травинки, бедная лошадь стала грызть землю. Ночью, пока никто не видел, Нарум подкрался к ней, перерезал веревку и прогнал лошадь:

— Скачи, ты сильная! Живи у реки, не ходи обратно!

Только Исках был доволен. У него была вода. Люди несли ему самое дорогое за кувшин влаги, отцы даже отдавали своих дочерей: Латифу сменила Зара. Злые псы кидались на забор при приближении кого-то, и войти во двор старосты было невозможно.

Люди проклинали старосту за такого сына. Не выдержав этого, однажды ночью старик вышел из дома, и больше его никто не видел.

А огненная кошка появилась снова. Ее видели возле дома Искаха, но колодец был по-прежнему полон.

Люди говорили, что Исках — демон, а кошка — его посланник.

Нарум решил выследить кошку. Найти ее и попросить уйти из их поселка. День за днем блуждал он по окрестностям, заглядывая в самые потаенные местечки. Но только выжженная трава колола босые ноги да раскаленная пыль обжигала пятки — кошки не было видно.

Вскоре и Зара ушла из дома Искаха. Нарум сам видел, как, плача, выходила девушка из ворот, а на крыльце Исках обнимал младшую дочку кузнеца.

Отец Зары не смирился то ли с позором дочери, то ли — с отсутствием ежедневного кувшина воды, но однажды ночью он набросал через забор отравленной козлятины голодным и злым псам Искаха. А уже в полдень туча мух кружилась над двором Искаха, а он сам теперь боялся даже выйти на пустырь и закопать собак.

Обозленные и отчаявшиеся люди толпой хлынули в проломленные ворота, окружили дом Искаха. Отец Зары вытащил сына старосты из дома, принялся колотить его. А люди все шумели и шумели. Бросились к колодцу. Исках опередил их. Он запрыгнул на колодец и закричал:

— Безумцы! Опомнитесь! Одного колодца на всех все равно не хватит. И без моих собак огненная кошка доберется сюда ближайшей же ночью!

Но люди напирали. Кто-то вырвал крышку прямо из-под ног Искаха. Исках упал. Когда его вынули из воды — он уже не дышал.

Теперь в поселке была вода. Но обезумевшие от длительной жажды люди расходовали воду неразумно. К вечеру каждого дня колодец пустел почти полностью. Но наутро вода прибывала почти наполовину.

Нарум приходил к колодцу на рассвете, пока вода была еще чистой, не замутненной. Он набирал полные кувшины и уносил домой. Первым делом поил мать, потом грел чай для Айсели. Когда Айсель просыпалась — она умывала мать. А водой после умывания бережно поливала грядку, где посеяла немного семян проса.

Однажды, борясь с остатками дремоты, Нарум шел к колодцу. На рассвете дышалось легко, хотя за ночь земля даже не успевала остывать от дневного жара.

На колодце он увидел кошку. Размахивая длинным хвостом из стороны в сторону, кошка смотрела прямо на Нарума.

— Стой! Не смей! — крикнул Нарум, опуская на землю кувшин. — Я прошу тебя, не трогай воду!

Кошка слушала. Ее огненный взгляд, казалось, прожигал Нарума насквозь.

— Кошка! Уходи, ну пожалуйста, — взмолился Нарум.

Хвост кошки перестал болтаться.

— Ты и так забрала у нас дождь, урожай, деда Арзува, наших коз. Кошка! Уходи! Уходи! Оставь этот колодец ребенку Айсели. Он скоро родится, кошка! Ведь у тебя же тоже, наверное, были котята?

Кошка спрыгнула с колодца и приблизилась к Наруму. Ее шерсть походила на тлеющую солому. Нарум ощутил жар, исходящий от кошки. Ладони, которые зажили совсем недавно, заныли, когда Нарум вспомнил, как обжегся об огненную шерсть. Но он не пошевелился даже, когда кошка потерлась спиной о его ноги: странно, но только обычное тепло живого тела, а не раскаленные угли почувствовал Нарум. Кошка обвила хвостом его колени, замурлыкала. Чуть подалась вперед, маня за собой. Нарум шагнул в сторону колодца. Пальцы коснулись шершавого, остывшего за ночь камня колодезной кладки. Нарум опустился на колени, оперевшись грудью о невысокую каменную стену. Крышка была наполовину сдвинута, и поверхность воды полумесяцем отражала светлеющее небо. Мурлыканье кошки раздалось над самым ухом, ее теплое дыхание коснулось шеи. Наруму на мгновение стало страшно: а если, как Исках — в колодец?..

Он вгляделся в светлые пятна звезд на водной глади. Но тут вода подернулась рябью, будто от ветра, хотя воздух даже не шелохнуло. И вдруг Нарум ясно увидел в колодце, словно выглядывал в окно: фигура старика. С длинной белой бородой. Староста. Несет мешок. В мешке что-то шевелится. А за старостой бежит кошка. Она то забегает вперед, путаясь в ногах старика, то передними лапами сзади цепляется за ноги старосты, будто хочет остановить. А старик бредет вперед. Вот печь, что и поныне высится возле колодца. В печи горит огонь. На плите — котел, из которого вьется к небу густой пар. Старик сдвигает котел в сторону, чтобы пар не опалял лица, и вытряхивает мешок над огнем. В печь падают мохнатые комочки. Они несколько мгновений корчатся в огне, и Нарум различает маленькие лапки, треугольники ушей, раскрытые в беззвучном крике ротики котят… Кошка на воде бросается в огонь, лапы ее касаются углей, длинная шерсть вмиг обугливается. Но староста ногой отбрасывает кошку от печи, задевает локтем кипящий котел. Котел падает на землю, и вода, выплеснувшись, сразу же уходит в землю. Комочки в печи перестают шевелиться, а кошка, едва касаясь обожженными лапами земли, скрывается в травяных зарослях.

Вода снова подернулась рябью, а когда успокоилась — в ней лежало рассветное небо.

Словно очнувшись от страшного сна, Нарум потер глаза и встретился с взглядом огненной кошки. Только сейчас она смотрела не раскаленными углями: зеленые зрачки влажно переливались в сумеречном свете, и в уголках, возле носа скопились росинки слез.

— Бедная, — Нарум осторожно коснулся кончиками пальцев кошачьего лба.

Кошка доверчиво поднырнула головой под всю ладонь. Приятное тепло живого существа шелковисто щекотнуло кожу.

— Ты пришла за детьми? Ведь ты не виновата, это все мы, люди…

Мурлыча, кошка закинула передние лапы на плечо, потерлась мордой о щеку Нарума.

— Я бы стал твоим котенком, если мог, — Нарум задумчиво теребил кошачье ухо. — Только у меня уже есть мама. Она очень больна…

 

 

Утром пошел дождь. Мать проснулась от знакомого, но такого непривычного сейчас шума ливня по крыше. Дышать стало необычайно легко, словно безжалостные пальцы, сжимавшие так долго горло, оставили смертельную хватку. Мать встала. Покачиваясь на слабых ногах, отошла от постели. На полу, прижав колени к округлому животу, на боку спала Айсель. Черные косы змеями расползлись по ковру. Дочь не слышала небесной благодати, что щедро проливалась на иссохшую землю.

— Нарум! — тихо позвала мать. Сын не откликнулся.

«Должно быть, уже у колодца», — подумала мать, зная привычку сына вставать засветло, как сама приучила.

Она вышла во двор. Дождь мгновенно окутал ее исхудавшее тело. Ноги кольнуло болью. Мать упала на колени, подставляя лицо холодным струям.

Через дорогу скрипнула дверь у соседей. Древняя старуха выбралась из своей лачуги, и тоже упала на колени в жидкую смесь пыли и ливня. Подставив трясущиеся ладони к небу, она ловила дождь и жадно схлебывала воду из пригоршней.

Мать чувствовала, как холодные капли, смешиваясь с горячими слезами, стекали густыми дорожками по щекам. Она поднялась с колен. Грязный подол прилип к ногам, идти стало трудно.

У поваленной наземь ограды старосты лежал кувшин. Маленький кувшин, с которым Нарум ходил за водой. У колодца сына тоже не было.

— Нарум! — крикнула мать, стараясь перекричать шум дождя.

Вспугнутая ее криком, из-под навеса уличного очага выскочила кошка: крупная, со слипшейся от воды мокрой, словно ржавой шерстью. А за ней следом — котенок. Пугливо сверкнув глазенками, он следом за кошкой нырнул в пролом деревянного забора.

— Нарум! — повторила мать.

Но только дождь влажными пальцами гладил ее волосы и жадно глотала воду изголодавшаяся земля под босыми ногами.

writercenter.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о