Советско-финская граница на картах 40-х годов: hutun

В финских архивах обнаружил несколько интересных карт времен советско-финской войны.

Пожалуй, самая интересная из них - уникальная карта, прилагавшаяся к мирному договору между СССР и Финляндией от 12 марта 1940 года. На карте можно увидеть установленную по договору границу между СССР и Финляндией, а также подписи утвердивших договор Ристо Рюти, Юхо Кусти Паасикиви, Рудольфа Вальдена, Вяйнё Войонмаа (от Финляндии) и Вячеслава Молотова, Андрея Жданова, Александра Василевского (от СССР).

Граница СССР и Финляндии по договору от 12 марта 1940 года

  • Кликните изображение для просмотра карты в деталях или здесь для сравнения этой карты с другими.
  • Кликните здесь для просмотра описания карты.



На следующей карте показана территория Финляндской Демократической Республики (Suomen kansanvaltainen Tasavalta). Карта была составлена Аэрографическим отделом ВВС РККА. Сиреневым цветом на ней показана граница между СССР и Финлянлской Демократической Республикой - марионеточным государством, созданным 1 декабря 1939 года на оккупированной Советским Союзом во время советско-финской войны 1939—1940 годов территории Карельского перешейка) согласно Договора о взаимопомощи и дружбе от 02 декабря 1939 года.

Новая республика была официально признана всего тремя странами мира (СССР, Монголия, Тува). Что-то это напоминает ситуацию с рядом современных стран.

Карта Финляндской Демократической Республики 1939 года

  • Кликните изображение для просмотра карты в деталях или здесь для сравнения этой карты с другими.
  • Кликните здесь для просмотра описания карты.


На следующей советской карте 1940 года, изданной массовым тиражом, уже показана граница между государствами по мирному договору между СССР и Финляндией от 12 марта 1940 года.

Карта Финляндии 1940 года

  • Кликните изображение для просмотра карты в деталях или здесь для сравнения этой карты с другими.
  • Кликните здесь для просмотра описания карты.


Но спокойная жизнь там продолжалсь недолго. И следующая карта показывает позиции группировки финских и германских частей на 27 июля 1941 года.

Карта Финляндии 1941 года

  • Кликните изображение для просмотра карты в деталях или здесь для сравнения этой карты с другими.
  • Кликните здесь для просмотра описания карты.


Хлопотное было время.

hutun.livejournal.com

Необычайные приключения советско-финской границы в 1939 году - 1

Вариант от 7 декабря 2010

В 1940 году совместными усилиями советского и финского руководства российская (в то время - советская) граница на Карельском перешейке была возвращена от реки Сестры на свое законное тысячелетнее место – туда, где она находится и в настоящее время. В процессе осуществления этого переноса во время переговоров и сумятицы 1938-40 годов советско-финская граница довольно забавным образом металась на картах, принимая последовательно десять разных положений. Эти нанесенные на карты проекты положения границы практического значения имели немного, ни одно из предполагаемых положений границы реальным не стало. Однако посмотреть на виртуальные перемещения границы достаточно любопытно, поскольку они отражают суть проблем, решавшихся в те годы, и еще в большей степени отражают понимание этих проблем сторонами, участвовавшими в процессе, иллюстрируют ход мыслей людей, принимавших решения в международных вопросах. Перемещениям умозрительных границ между СССР и Финляндией и посвящен дальнейший текст.


В обобщенном виде все эти предполагаемые несостоявшиеся границы показаны на рис.1.


Рис. 1. Предполагаемые советско-финские границы

Причиной неопределенности пограничного вопроса стал в первой половине прошлого века такой курьезный мимолетный исторический эпизод – советско-финская граница недолгое время проходила по реке Сестре. Ненормальность этого положения осознавалась всеми заинтересованными сторонами, однако вследствие пароксизма национализма новорожденная Финляндия в 1918 году хамским образом отхватила у России территорию Карельского перешейка. Вероятно, причиной такого нелепого поступка был тот факт, что в прошлые века Швеция имела Сестру границей с Россией, и, пытаясь походить на настоящую страну, Финляндия также заявила Сестру своей границей, действуя по принципу "куда конь с копытом – туда и рак с клешней". Финское руководство слабовато знало историю, иначе бы не упустило из виду, что Россия никогда не признавала шведский захват Карельского перешейка, и шведы были вынуждены отстаивать эту границу в многовековых войнах, и в результате все же вернули Карельский перешеек его истинному хозяину – России. Тем менее шансов было на аннексию этого участка российской территории у Финляндии, слабого и неопытного детища Октябрьской революции.

Как писал В. Таннер, "на первоначальном этапе независимого существования нашего государства финская внешняя политика была обречена путем проб и ошибок отыскивать свой верный курс" (1). Народная мудрость хорошо поясняет, кто учится на своих ошибках, кто – на чужих. Финны на былых шведских ошибках учиться оказались не способны.

За основной источник изложенного далее взяты мемуары Вяйне Таннера (1). Этот человек принимал непосредственное участие в описанных далее событиях, и оставил их любопытное описание, иногда умилительное в своей непосредственности.

Начались переговоры СССР и Финляндии после аншлюса Австрии в марте 1938 года. Тут надо заметить, что многие люди дебильного склада ума, иногда даже писатели книжек, любят представлять конфликт СССР и Финляндии как происходящий в вакууме, сопоставляя размеры и возможности двух стран, и делая из этого сопоставления довольно глупые выводы в стиле "Давид и Голиаф", или "борьба карлика с гигантом". На самом деле все, конечно, совсем не так, и взаимоотношения Финляндии и СССР разворачивались совсем не в вакууме, и рассматривать их в отрыве от процессов мировой и европейской политики как минимум глупо.

Итак, в марте 1938 года войска Германии вошли в Австрию, и это означало начало реального территориального расширения Германии. В СССР немедленно вспомнили известное место из "Майн Кампф", в котором Гитлер называл СССР главным объектом своей экспансии. После аншлюса это были уже не пустые слова и не беспочвенные фантазирования, Германия начала походы за пределы собственных границ, и чем это закончится, еще никто не знал. Но любой здравомыслящий руководитель СССР обязан был обеспокоиться обеспечением обороны страны.

На северо-западном направлении слабым местом была Финляндия, страна, крайне дикая и к России враждебная. Достаточно сказать, что в годы Гражданской войны и интервенции именно Финляндия дольше всех остальных внешних врагов вела военные действия против России, до 1922 года. В финском курортном поселке Терийоки, ныне Зеленогорск, базировались английские торпедные катера, совершавшие нападения на Кронштадт. На территории Финляндии в те же годы действовал немецкий экспедиционный корпус. Исторический опыт был очень неблагоприятен, территория Финляндии уже много раз служила плацдармом для нападения на Россию, и эта территория вполне могла снова стать плацдармом для нападения на СССР.

В таких условиях начался первый этап переговоров СССР и Финляндии. Первая встреча секретаря советского представительства в Финляндии Бориса Ярцева и министра иностранных дел Рудольфа Холсти состоялась 14 апреля 1938 года.
Ярцев честно обрисовал складывающуюся обстановку. Он сказал, что советское правительство всегда уважало независимость Финляндии и ее территориальную целостность, но в Москве убеждены в том, что Германия вынашивает агрессивные планы против СССР. В соответствии с этими планами перед левым флангом германских армий поставлена задача произвести высадку на территорию Финляндии и с этого плацдарма произвести вторжение в Россию. Если Германии будет позволено осуществить эти операции, то Россия не станет пассивно ожидать подхода немцев к своим границам, а введет свои вооруженные силы на территорию Финляндии. Если Финляндия воспротивится германской высадке, Россия может предложить Финляндии всю возможную экономическую и военную помощь, приняв на себя обязательства вывести все свои силы из Финляндии после войны. Ярцев отметил, что Россия готова предложить Финляндии очень выгодное экономическое соглашение.

18 августа Ярцев впервые в ходе переговоров затронул и территориальный вопрос – он сообщил о желании СССР устроить на острове Гогланд военно-морскую и военно-воздушную базу. Остров Гогланд, красивый большой остров, перегораживает Финский залив практически пополам, и способен стать важным звеном обороны Ленинграда с моря. Для Финляндии он как оборонительный пункт ценности не представляет, поскольку основные объекты Финляндии все равно находятся западнее этого острова.

Помимо Гогланда, речь на этих переговорах шла фактически о том, готова ли Финляндия защищаться в случае нападения на нее со стороны Германии. Если Финляндия выразила бы такую готовность, то СССР был бы рад предоставить свою помощь в этом благородном деле, и, кроме того, обещал Финляндии еще кучу пряников в виде выгодных для Финляндии торговых соглашений, согласия на вооружение Аландских островов и многого другого. Вообще в целом Финляндии со стороны СССР предлагалась дружба и сотрудничество.

Финская позиция на тех переговорах, равно как и в дальнейшем, состояла в том, что образно называется "запустить дурочку". Финны постоянно отвечали не на те вопросы, которые им задавали, тянули время, путали все, что можно напутать. Ярцев продолжал беседы с различными финскими официальными лицами, финская делегация ездила в Москву, но результата не было. Преобладала бестолковая болтовня, отсутствие как согласия, так и внятных возражений с финской стороны завели переговоры в полный тупик. Финны стремились заключить торговое соглашение, однако упорно делали вид, что не понимают значения военного соглашения. Финляндия, с одной стороны, выражала на словах как будто согласие с советскими предложениями, в частности, уверяла советских представителей, что в случае войны будет защищать свою территорию, однако упорно отказывалась подтвердить свою позицию каким-либо обязательством.

К концу 1938 года этот этап переговоров заглох без видимых последствий.

Если начало этого этапа переговоров было следствием аншлюса, то завершающий раунд стал результатом сдачи немцам Чехословакии. Теперь речь уже шла не об одном острове Гогланде, а о всех островах восточной части Финского залива. Новое обострение военно-политической обстановки в Европе вызвало новый интерес о вопросам безопасности СССР. За десять дней до ввода немецких войск в Чехословакию, 5 марта 1939 года Литвинов, народный комиссар иностранных дел, вызвал к себе финского посла Ирье-Коскинена и передал ему меморандум, содержание которого представляло собой следующее.

Два важных вопроса - улучшение торговых отношений и строительство оборонительных сооружений на Аландских островах - по-прежнему ждут своего решения. С целью создания благоприятной атмосферы Советский Союз предлагает Финляндии сдать в аренду СССР острова Гогланд и Лавенсари, архипелаг Тютерс и остров Сескар сроком на тридцать лет. Все эти острова расположены в восточной части Финского залива, Советский Союз не предполагает возводить на них оборонительные сооружения и будет использовать как прикрытие на подступах к Ленинграду. Если финское правительство даст свое согласие, то отношения между нашими странами значительно улучшатся, что скажется и на торговых отношениях.

Уже 8 марта Финляндия отказала в этой понятной просьбе. Литвинов был весьма разочарован таким ответом. Теперь он предложил обменять острова на соответствующую территорию в Восточной Карелии. Этот момент тоже достоин внимания. Впервые в ходе переговоров появляется вариант обмена территориями.

На новое предложение Финляндия, как несложно догадаться, снова дала отрицательный ответ. Это было 13 марта, таким образом весь обмен мнениями состоялся очень быстро, в течение одной недели.

Далее в процесс переговоров вступил посол СССР в Италии Штейн, бывший ранее посланником в Хельсинки, он специально приехал в Финляндию с целью обсудить эти вопросы с финским правительством. Штейн вступил в переговоры с министром иностранных дел Эркко и предложил заключить соглашение об аренде островов, в течение срока которой Финляндия будет иметь право разрабатывать лесные угодья в Восточной Карелии. Штейн показал на карте область, которую Советский Союз предлагал в обмен за острова, общая площадь которых тогда еще составляла только 183 квадратных километра.

Финны по привычке отказались понять нужды СССР и пойти навстречу. Дурные привычки быстро усваиваются, отказаться от них бывает сложнее. Маннергейм, как ни странно, один из всей финской верхушки правильно оценил предложения Штейна и пытался склонить руководство страны к тому, чтобы их принять.
Он пишет следующее: "Я разговаривал с министром иностранных дел Эркко о предложении Штейна, но уговорить его мне не удалось. Я также посетил президента и премьер-министра Каяндера, чтобы лично высказать свою точку зрения. Заметил, что острова не имеют для Финляндии значения, и, поскольку они нейтрализованы, у нас отсутствует возможность их защиты. Авторитет Финляндии, по моему мнению, также не пострадает, если мы согласимся на обмен. Для русских же эти острова, закрывающие доступ к их военно-морской базе, имеют огромное значение, и поэтому нам следовало бы попытаться извлечь пользу из тех редких козырей, которые имеются в нашем распоряжении.
Моя точка зрения понимания не встретила…"

Как следует из его мемуаров, именно Маннергейм, первым по хронологии событий, предложил отвести границу на Карельском перешейке. Это предложение он внес еще тогда, когда со стороны СССР подобных идей еще не поступало. "Я пошел еще дальше, заметив, что Финляндии было бы выгодно выступить с предложением об отводе от Ленинграда линии границы и получить за это хорошую компенсацию. Уже тогда, когда Выборгская губерния в 1811 году снова присоединилась к Финляндии, многие придерживались мнения, что граница проходит слишком близко к Петербургу….

Я серьезно предупредил, чтобы посол Штейн не уезжал в Москву с пустыми руками. Однако так и произошло. 6 апреля он покинул Хельсинки, не решив порученной ему задачи." (2)

Перед отъездом из Финляндии посол Штейн сказал Эркко, что Советский Союз не может принять отрицательный ответ Финляндии, как не может и отказаться от притязаний на острова в Финском заливе, поскольку они имеют громадное стратегическое значение для безопасности Советского Союза.

Это был последний раунд длившихся около года, с весны 1938 года до весны 1939 года переговоров об отношении Финляндии к СССР в свете назревающей войны. Переговоры о торговом соглашении также были прерваны, туповатые финны не могли понять, почему. Кроме того, Советский Союз не дал своего согласия на возведение оборонительных сооружений на Аландских островах.

Но все же переговоры имели вполне осознаваемый, хотя явно не высказанный вслух результат – СССР убедился, что Финляндия наотрез отказывается занять дружественную СССР позицию. В ситуации назревающей европейской войны недружественный сосед автоматически становился враждебным. Если бы у финского руководства хватило ума понять эту несложную закономерность, то, может быть, они вели бы себя более разумно. Однако случилось то, что случилось. Финское руководство к весне 1939 года убедительно доказало руководству СССР, что Финляндия для СССР – страна недружественная. В дальнейшем руководству СССР предстояло исходить их этого очевидного факта.

Второй этап советско-финских переговоров начался после завершения вооруженного конфликта на Халхин-Голе и завершения первой фазы Второй Мировой войны. Отчего-то конфликт на Халхин-Голе выпадает из сферы внимания большинства любителей и профессионалов, рассматривающих разные аспекты истории СССР 1939 года. Однако нельзя забывать, что с весны того года страна вела реальную войну, хоть и ограниченную, против японцев в Монголии, и никто не мог гарантировать, что этот конфликт не перерастет в войну полномасштабную. Разумное руководство СССР не могло, естественно, допустить ввязывания страны в войны на разных фронтах, тем более на столь территориально разнесенных фронтах, как Европа и Монголия. Поэтому, пока СССР был связан разборками с Японией, лимитрофы на западной границе имели возможность наглеть и провоцировать. Несомненно, в большом горе они встретили 15 сентября новость о советско-японском соглашении о перемирии, что развязывало руки СССР на западе. Первыми это осознали поляки, поскольку уже 17 сентября СССР ввел войска на территорию Западной Белоруссии и Западной Украины, захваченных одним из уродливых детищ Версальского договора в то время, когда Россия была ослаблена гражданской войной. Далее в очередь за причитающимися им порциями историческеой справедливости выстраивались прибалты, румыны и, конечно, финны.

Прибалты оказались довольно понятливыми, они срочно заключили договоры о дружбе и взаимопомощи с Советским Союзом (Эстония 28 сентября 1939 года, Латвия - 5 октября, Литва - 11 октября). Во время этих дипломатических действий 5 октября народный комиссар иностранных дел Молотов позвонил и Ирье-Коскинену, финскому послу в Москве, и сообщил, что советское правительство хотело бы обменяться взглядами с правительством Финляндии на некоторые политические вопросы. Он выразил надежду, что финский министр иностранных дел сможет посетить Москву для их обсуждения. Финский министр иностранных дел Эркко сам ехать в Москву отказался, он послал вместо себя государственного советника Паасикиви, который в то время был послом в Стокгольме, а позднее, после войны – президентом страны. Отказ министра Эркко ехать в Москву вполне показателен, финны принципиально не посылали на переговоры людей, имеющих право принимать решения.

Делегация Паасикиви выехала из Хельсинки 9 октября, приехала в Москву 11 октября.

Интересно заметить, что когда еще делегация была еще в пути, 10 октября, в Финляндии из резерва уже были призваны военнообязанные, то есть началась мобилизация, фактически безусловная подготовка к войне. Министр внутренних дел Кекконен сделал 10 октября заявление, в котором призвал городское население перебраться на жительство в сельскую местность для спасения от бомбежек. Тогда же начались учебные воздушные тревоги и затемнения в Хельсинки. Витрины магазинов крест-накрест заклеевали полосами бумаги, которые, как предполагалось, должны были предохранять стекла витрин от взрывной волны во время бомбардировок. Финляндия уже взяла решительный курс на войну, и населению стали старательно промывать мозги в нужном направлении, одновременно и запугивая, и подбадривая, в полном согласии с теорией пропаганды. Обезумевшие в шовинистическом угаре финны бряцали оружием и собирались всех врагов шапками закидать. В головы населения усиленно вколачивали мысль о неизбежности войны.

В начале августа 1939 года на Карельском перешейке проводились крупномасштабные военные игрища. В соответствии с планом учений, финны, естественно, победили вероятного противника, и сами себе показались грозным войском. Учения закончились показухой военного парада в Выборге, который весьма приободрил финскую обсчественность, как водится в таких случаях, женщины кричали "Ура" и бросали в воздух чепчики. (2)

Тем же летом 1939 года сведенные военной пропагандой с ума финские граждане участвовали в массовом добровольном движении по строительству укреплений Линии Маннергейма, жертвуя своими летними отпусками во имя обороны страны, и бесплатно работая на оборонительных сооружениях. (2)

Самым интересным в этом ассортименте мероприятий по развязыванию войны представляется этническая чистка на Карельском перешейке. В октябре 1939 года финская военщина провела массированную зачистку Карельского перешейка от мирного населения. (3) По этому поводу надо, вероятно, сказать несколько слов. Тремя столетиями раньше, в семнадцатом веке, шведские агрессоры осуществили на Карельском перешейке массовый геноцид местного карельского населения, (4) и заселили освобожденные территории послушными и трудолюбивыми таджи…, пардон, финнами. С тех пор Карельский перешеек стал действительно финским, этническое однообразие было достигнуто вследствие кровавых этнических чисток. С тех пор, с семнадцатого века, и топонимика Карельского перешейка стала на некоторое время преимущественно финской, это было естественное следствие заселения территории финнами. После освобождения финским правительством Карельского перешейка от финнов их непроизносимые и непонятные названия были естественным образом заменены на названия русские, трехвековой финский период на территории Карельского перешейка завершился.

Финская пропаганда усиленно замалчивает прискорбные подробности кровавого заселения финнами Карельского перешейка, однако сами местные жители не могли не знать об обстоятельствах появления здесь их предков, хотя бы из семейных преданий. Этим, вероятно, объясняется их покорная готовность освободить земли по первому же требованию финской военщины. Местные жители должны были испытывать исторический стыд за поведение своих предков, и осознавали, что на чужой крови счастья не построить, и они, финны, обязаны платить и каяться за свои исторические грехи. Как минимум, во искупление грехов требовалось освободить неправедным путем захваченные территории.

Для России это выселение финнов с Карельского перешейка оказалось очень выгодным обстоятельством. Финское правительство приготовило земли для возвращения в Россию в девственно чистом виде, без населения. России не пришлось тратить ресурсы на поднятие уровня местных дикарей после присоединения территории к СССР, дикарей тут уже не было. И выселило их само финское правительство, оказав тем самым СССР очень большую услугу. Еще более удачным надо признать то, что зачистку территории от населения финские власти провели еще до войны, что снимает с России всякую даже воображаемую моральную ответственность за это действие.

Все эти факты бешеной милитаризации, развязывания военного психоза у населения, учения и зачистка территории от мирного населения показывают, как усиленно вела финская правящая хунта свою страну к войне. После всех этих действий войны было уже не избежать, слишком много было вложено в подготовку к войне сил и средств. Так или иначе, финны войну бы все равно развязали.

Вернемся к делегации Паасикиви, которая тем временем все же приехала в Москву. Первая встреча в ходе этого этапа переговоров состоялась в кабинете Молотова в Кремле 12 октября. С финской стороны присутствовали Паасикиви, Ирье-Коскинен, Нюкопп и Паасонен; Советский Союз представляли Сталин, Молотов, Потемкин и Деревянский. Финские участники переговоров услышали устное заявление о том, чего Советский Союз ожидает от Финляндии. Советские представители сослались на состояние войны в Европе и заявили, что жизненные интересы Советского Союза требуют, чтобы никакой враг не мог проникнуть в Финский залив. На юге залива эти интересы Советского Союза обеспечены договором с Эстонией, но подобной гарантии на севере залива не существует. Было предложено, чтобы Финляндия согласилась заключить локальный договор о взаимопомощи в обеспечении безопасности Финского залива. Потом разговор коснулся необходимости военной базы на побережье Финляндии, в связи с чем был упомянут полуостров Ханко в качестве возможного места ее дислокации. Кроме того, на севере Финляндию призвали уступить полуостров Рыбачий. С целью защиты Ленинграда граница между странами должна быть отодвинута до линии Куолемаярви-Кююрола-Муолаа-Липола, то есть Пионерское - Красносельское – Правдино – Котово.


Рис. 2. Советское предложение 12 октября 1939 года.

Эта линия на схеме представлена прямыми линиями, хотя на самом деле она наверняка была более-менее извилистой. Но, к сожалению, Таннер дает всего четыре ориентира, а фактически три, поскольку Красносельское и Правдино находятся совсем рядом. В дальнейшем тексте не раз упоминается, что южный конец этой границы находился у Приморска, то есть несколько западнее, чем изображено на схеме (у Пионерского). Принципиального значения такое расхождение не имеет.

В книжке А. И. Козлова (7) имеется очень приблизительная линия этой предполагаемой границы (рис. 3).


Рис. 3. Схема из книжки Козлова.

На этой схеме линия предполагаемой границы изображена почти прямой, от Липпола к Койвисто, без изгиба в сторону Пионерского (не путайте с более жирной линией - это линия Маннергейма). Безразличие исследователей к этой линии кажется напрасным, ведь "у истории без географии случаетя претыкание", как любил повторять Л. Н. Гумилев. Если историки или просто любители истории даже не понимают, о чем собственно шли дискуссии осенью 1939 года, то вряд ли они смогут дать им верную оценку.

Безграмотные придурки, в том числе и из числа писателей руками книг и статей, нередко утверждают, что СССР потребовал от Финляндии Карельский перешеек, что вызвало необходимость обороны. Все такие утверждения, понятно, представляют собой либо ложь, либо глупость. Некоторые более осторожные или более подленькие сочинители уверяют, что советские территориальные претензии лишали Финляндию ее оборонительных сооружений - линии Маннергейма. Это тоже ложь, основные укрепления оставались на финской стороне. Хотя нельзя не признать, что в случае согласия Финлянди частично теряла бы предполье это линии, что несомненно уменьшало ее оборонительные возможности.

Финляндия также должна была уступить острова в Финском заливе, в том числе Гогланд и Березовые острова. В качестве компенсации Советский Союз был готов предоставить территорию в Восточной Карелии, по площади много большую, чем уступаемые районы. Чтобы избежать лишних трудностей, советская сторона решила не поднимать вопрос об Аландских островах.

Финские представители, как и раньше, заявили, что они категорически против заключения договора о взаимопомощи, и наотрез отвергли вариант обмена территориями.

С точки зрения СССР граница между странами проходила чересчур близко к городу Ленинграду: ее отделяли лишь тридцать два километра. У Красной армии уже были на вооружении орудия, стреляющие на расстояние от пятидесяти до шестидесяти километров; вполне возможно, что и Финляндия получит такие орудия, и Ленинград мог оказаться в пределах их досягаемости.
Ниже приводятся замечания Сталина, которые он сделал во время встречи. Их записал финский переводчик, присутствовавший при встрече.

"Никто из нас не виноват в том, что обстоятельства географического порядка таковы, как они есть. Мы должны иметь возможность перекрыть вход в Финский залив. Если бы фарватер, ведущий к Ленинграду, не проходил вдоль вашего побережья, у нас не было бы ни малейшей причины поднимать этот вопрос. Ваш меморандум односторонен и чересчур оптимистичен. Мы должны иметь в виду вероятность самого плохого развертывания событий. Царская Россия располагала крепостями Порккала и Найссаар с их двенадцатидюймовыми орудиями, а также военно-морской базой под Таллином. В то время врагу было невозможно пробить брешь в нашей обороне. Мы не претендуем ни на Порккала, ни на Найссаар, так как они расположены слишком близко к столицам Финляндии и Эстонии. С другой стороны, эффективный заслон может быть создан между Ханко и Палдиски.

В соответствии с законом морской стратегии этот проход в Финский залив может быть перекрыт перекрестным огнем батарей, находящихся на обоих берегах у входа в Финский залив. Ваш меморандум исходит из предположения, что враг не сможет проникнуть в Финский залив. Однако если вражеский флот уже находится в заливе, то залив не может быть защищен.

Вы спрашиваете, какая страна могла бы напасть на нас: Англия или Германия? Сейчас мы находимся в хороших отношениях с Германией, но в этом мире все может измениться. Юденич нападал на нас через Финский залив, позднее такую же атаку предприми ли британцы. Все это может случиться снова. Если вы боитесь предоставить нам базу на материке, мы можем прокопать канал через основание полуострова Ханко, и тогда наша база не будет находиться на материковой части Финляндии. При нынешнем раскладе сил как Англия, так и Германия могут послать крупные военно-морские силы в Финский залив. Я сомневаюсь, сможете ли вы противостоять нападению. Англия сейчас оказывает нажим на Швецию, чтобы та предоставила ей базы. Германия делает то же самое. Когда война между этими двумя странами закончится, флот страны-победителя войдет в залив.


Мы просим, чтобы расстояние от Ленинграда до линии границы было бы семьдесят километров. Таковы наши минимальные требования, и вы не должны думать, что мы уменьшим их. Мы не можем передвинуть Ленинград, поэтому линия границы должна быть перенесена. Относительно Койвисто: вы должны иметь в виду, что, если там были бы установлены шестнадцатидюймовые орудия, они могли бы прекратить любое передвижение нашего флота на всей акватории залива. Мы просим 2700 квадратных километров и предлагаем взамен более 5500 квадратных километров. Какое государство поступало таким образом? Такого государства нет".

Сталин поднял вопрос и о том, что Финляндия объявила мобилизацию и эвакуирует жителей. Такое положение не может продолжаться долго, необходимо прийти к какому-то решению. Финская делегация принимать решения права не имела, и должна была отправиться за дальнейшими указаниями в Хельсинки.

В заключение переговоров произошел следующий обмен мнениями. Финны, как и раньше, говорили пустыми лозунгами, советская сторона старалась ввести их в реальность.

Паасикиви. Мы хотим продолжать жить в мире, оставаясь в стороне от всех конфликтов.

Сталин. Это невозможно.

Паасикиви. Каким образом ваши предложения согласуются с вашим знаменитым лозунгом: "Чужой земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим"?

Сталин. Речь идет только об обмене. Так что мы ждем вас обратно двадцатого или двадцать первого.

Молотов. Мы подпишем соглашение двадцать первого, а на следующий день устроим обед по этому поводу.

Этот разговор происходил 14 октября, то есть Сталин и Молотов предложили финнам шесть-семь дней на поездку в Хельсинки и возвращение с хорошими новостями.

На самом деле, конечно, финны принципиально не торопятся. Финские участники переговоров 20 октября вовсе не вернулись в Москву, они в этот день только-только собрались у себя в Хельсинки на секретное совещание в кабинете премьер-министра Кайяндера.

В проекте ответа на советские предложения на этот раз была выражена готовность к большим уступкам. Важно то, что Финляндия согласилась на передвижение границы на Карельском перешейке. Были разработаны три альтернативы.

Альтернатива А: выступ у Куоккалы может быть выпрямлен, и тем самым граница будет отодвинута на расстояние сорок пять километров от Ленинграда. Этого будет достаточно, чтобы устранить теоретическую вероятность, что Ленинград может стать целью артиллерийского обстрела с территории Финляндии, показательно, что про безопасность Кронштадта они при этом начисто забыли.

В соответствии с этим проектом граница должна проходить от селения Раяйоки, к востоку от Хаапала, к Финскому заливу, восточнее церкви Келломяки.


Рис. 4. Граница по финскому предложению 20 октября 1939 года, вариант А.

В книге, судя по всему, присутствуют ошибка, вызванная, вероятно, двойным переводом с финского на английский и с английского на русский. Если всерьез принимать ориентир "селение Раяйоки", то линия границы получится примерно по линии 2-2, что имеет мало смысла. Скорее, надо понимать не "селение Раяйоки", а просто Раяйоки, то есть река Сестра. Тогда граница должна была проходить от Сестры "восточнее Хаапала" и к заливу "восточнее церкви". Где там была церковь, точно неясно, и насколько именно "восточнее" Хаапала, то есть Ленинского, предполагался пункт поворота границы, тоже неясно, но это и не очень важно. Понятно, что в целом граница предполагалась так, как изображено линией 3-3, может быть, чуть правее или чуть левее.

Альтернатива В: Ино может быть уступлен в качестве отдельно взятой крепости, тогда устраняется всякая опасность с моря.

Альтернатива С: если потребуются, чтобы Ино был присоединен к советской территории, это можно сделать посредством соединительного коридора, ограниченного линией Ино-Ваммельйоки-Линтуланйоки-Йеппинен и Финским заливом.


Рис. 5. Граница по финскому предложению 20 октября 1939 года, вариант С.

На рисунке 5 изображен вариант границы по финскому предложению, вариант С. Хотя этот вариант тоже изображен прямыми линиями, но на самом деле только этот вариант вполне ясен в подробностях своих извилин, поскольку граница должна была проходить по речке Рощинке и через озеро Красавица прямо в район Майнилы (Йеппинен, он же Яппиля, примерно соответствует нынешнему Симагино).

В инструкциях делегации на дальнейших переговорах разрешалось предложить СССР лишь устранение выступа у Куоккалы, то есть вариант А.

Во вторую поездку в Москву, вместе с Паасикиви, отправился и автор мемуаров Вяйне Таннер. Они выехали 21 октября на поезде. На вокзале делегацию провожала толпа с песнями и цветами, пиар был организован как надо. Знали бы эти танцоры, что провожают разжигателей войны, они бы принесли с собой не цветы, а гнилые помидоры. Таннер отмечает, что поезд двигался медленно, поскольку все пути были забиты военными эшелонами, белофинско-фашистская правящая клика уже полным ходом готовила Финляндию к войне, а не к миру.

23 октября состоялась первая встреча с представителями советского правительства, с советской стороны были Сталин и Молотов. Финны предложили свой вариант А, как им и было поручено.

Сталин сказал, что Финляндия предлагает слишком мало. Он несколько раз произнес, делая на этом упор, что советские требования были "минимальными", поэтому нет смысла пытаться торговаться. За этим снова последовало развернутое объяснение того, почему Советский Союз должен предъявить такие требования Финляндии. По его мнению, война, которая началась в Европе, может превратиться в мировую и оказаться долгой. Если так и произойдет, то некоторые государства могут предпринять нападение на Ленинград через Финский залив. Чтобы предотвратить подобное нападение, Советский Союз вынужден изыскивать средства, которые позволили бы ему перекрыть вход в Финский залив. Базы на побережье Эстонии, которые оказались в руках Советского Союза, не обеспечивают достаточной гарантии, поскольку финские территориальные воды оказываются вне досягаемости артиллерийского огня из Палдиски. По этой причине Ханко совершенно необходим, так как он расположен напротив Палдиски. Для обороны Ленинграда также необходимы и острова в заливе.

Более широкая дискуссия развернулась о территориях на Карельском перешейке. Финское предложение выпрямить "выступ у Куоккалы" было отвергнуто с ходу. Предложенный район был слишком ограничен, поскольку для развертывания своих сил советской стороне надо было иметь большее пространство. Сталин показал рукой на разложенной на столе карте Генерального штаба новую линию границы. Было ясно, что он свободно ориентируется в географии этой местности. Но у финской делегации не было полномочий принять новое предложение.

Сталин несколько раз напоминал, что в Первую мировую войну британский флот часто появлялся в районе Койвисто, а британские торпедные катера совершали рейд из этого района в гавань Петрограда, потопив несколько судов. Однако Таннер ясно осознавал, что на самом деле советские руководители опасаются не Англии, а Германии. Это государство тоже было названо во время обсуждения в качестве возможного агрессора.

В поддержку позиции Финляндии финская делегация постоянно ссылалась на мирный договор, заключенный в Тарту, а также на пакт о ненападении, заключенный в 1932 году и подтвержденный в 1936 году. Эти ссылки были бесполезными; их буквально пропускали мимо ушей, поскольку те соглашения были заключены при совершенно других обстоятельствах.

После дискуссии, продолжавшейся несколько часов, Сталин и Молотов попросили финнов еще раз обдумать их требования в отношении Ханко и Карельского перешейка. Финны ответили, что эти предложения неприемлемы.
Молотов выглядел удивленным таким результатом. Он произнес как бы между прочим: "Так вы намерены спровоцировать конфликт?" Для беспристрастного наблюдателя это намерение финнов давно очевидно.

В 20.00, после двухчасовых переговоров, финны ушли. Но в тот же вечер, несколько позднее, их снова пригласили. Таким образом, советская сторона сделала шаг для продолжения переговоров. Финнов снова принимали Сталин и Молотов. Разговор возобно

zdrager.livejournal.com

Путин: СССР в войне с Финляндией хотел исправить ошибки 1917 года

"Все-таки государственная граница была в 17-20 километрах от Петербурга - это, в общем и целом, достаточно большая угроза для пятимиллионного города. Думаю, что большевики того времени пытались исправить исторические ошибки, которые они наделали в 1917 году", - сказал Путин
Советская танковая колонна, разгромленная финской армией...
Артиллерия Красной Армии

Президент РФ Владимир Путин считает, что Советский Союз, начав в 1939 году войну с Финляндией, пытался исправить допущенные во время революции просчеты, и призывает чтить память погибших советских солдат, поскольку они выполняли свой долг.

Разговор о советско-финской войне 1939-1940 годов зашел на встрече президента с членами воссозданного Военно-исторического общества и поисковых отрядов. Один из участников беседы предложил создать мемориалы, чтобы "отметить гибель этих людей, так или иначе погибших за нашу страну".

"Вот эти слова лишние. Так или иначе — так не надо говорить. Это люди, которые выполняли воинский долг", — возразил ему Путин.

Глава государства сказал, что не намерен давать оценок того, правильно или неправильно действовало советское руководство в 1939 году с политической точки зрения. Однако затем все же вернулся к событиям тех лет.

"При самом беглом анализе можно сделать вывод о том, что все-таки государственная граница (с Финляндией) была в 17-20 километрах от Петербурга — это, в общем и целом, достаточно большая угроза для пятимиллионного города. Думаю, что большевики того времени пытались исправить исторические ошибки, которые они наделали в 1917 году. После того, как воспользовались вооруженной поддержкой со стороны финских вооруженных формирований, входивших тогда в Русскую армию и поддержавших, как известно, в значительной степени и оказавших влияние на исход Октябрьского восстания, переворота. Потом опомнились — граница рядом. Договориться уже не смогли и пошли на эту войну", — сказал Путин.

По его словам, первые месяцы этой войны были "кровавыми и малоэффективными с нашей стороны". "Потом все стало на свои места. Через несколько месяцев безрезультатных боев, достаточно кровопролитных, перестроились, начали действовать по-другому. Сосредоточили значительные силы, средства. Стало ясно, что силами только одного Ленинградского военного округа эту войну не выиграть, и начали действовать по-другому. И уже обратная сторона почувствовала на себе всю мощь российского, советского тогда государства", — добавил он.

На этой карте красным обозначена граница между СССР и Финляндией до войны (всего 20 км от Ленинграда), синим обозначена линия Маннергейма, а зеленым граница между СССР и Финляндией после войны (150 км от Ленинграда). Легко понять, глядя на эту карту, что именно это и спасло Ленинград во время Великой Отечественной. Будь граница ближе, как до советско-финской войны - город вряд ли удалось бы удержать...

На этой карте видно, что кроме финской территории в районе Ленинграда, к СССР отошли участки в районе северной Карелии и полуострова Рыбачий, а также часть островов Финского залива и район Ханко.

Впрочем, в конце Великой Отечественной войны войска Красной Армии снова пошли в атаку на Финляндию, которая отказалась добровольно передать под контроль СССР один из своих районов. Это наступление еще больше увеличило территорию СССР на финском направлении.

Потери сторон в 1939-40 гг.

Финляндия

* Убито — 48,3 тыс. чел.
* Ранено — 45 тыс. чел.
* Взято в плен — ок. 1000 чел.
Таким образом, общие безвозвратные потери в финских войсках за время войны — 49 тыс. чел. из 265 тыс. участвующих, то есть около 18 %. По умершим от ран сведений нет, поэтому будем считать, все 45 тыс. раненых выжили.

СССР

* Погибло и умерло от ран на этапах санитарной эвакуации — 65384
* Умерло в госпиталях от ран и болезней — 15921
* Пропало без вести — 14043
* Ранено, контужено, обожжено - 186584
Таким образом общие безвозвратные потери в советских войсках за время войны - 95 тыс. чел. из 425 тыс.участвующих то есть около 22 %.

Около 15 % из безвозвратных потерь составили потери от обморожений, то есть такие потери к боевым не относятся, а это почти 15 тыс. чел.

Материал подготовил Анатолий Бабушкин,
"КомпрИнфо.Ru" (Informacia.ru)

Использована также информация РИА "Новости"

pravdoiskatel77.livejournal.com

Необычайные приключения советско-финской границы в 1939 году - 3

Окончание

Дальнейшее развитие событий достаточно хорошо известно: "Ломят танки широкие просеки, самолеты кружат в облаках. Невысокое солнышко осени зажигает огни на штыках".

Рассказ о военных действиях не входит в задачи этой работы. По нашей теме полезно показать, как неторопливо входила в головы финских руководителей суровая реальность, как они постепенно приходили к осознанию сложившейся ситуации и приучались смотреть на мир без розовых очков.

3 декабря был заключен Договор о взаимопомощи и дружбе между Советским Союзом и Финляндской демократической республикой (6), в первой же статье которого говорилось, что

"Советский Союз выражает согласие передать Финляндской Демократической Республике районы Советской Карелии с преобладающим карельским населением - всего в размере 70 000 квадратных километров, со включением этой территории в состав государственной территории Финляндской Демократической Республики и установлением границы между СССР и Финляндской Демократической Республикой, согласно приложенной карте. В знак дружбы и глубокого доверия Финляндской Демократической Республики к СССР, идя навстречу пожеланиям Советского Союза об укреплении безопасности СССР, и особенно города Ленинграда, Финляндская Демократическая Республика выражает согласие на некоторую передвижку границы на Карельском перешейке в северном направлении от Ленинграда, с передачей Советскому Союзу территории в размере 3 970 квадратных километров, причем СССР считает себя обязанным возместить Финляндии стоимость железнодорожных участков на территории Карельского перешейка, переходящей к СССР, в размере 120 миллионов финских марок."

Карта, иллюстрирующая предполагаемое изменение границы по этому договору, изображена на рис. 7.


Рис. 7. Предполагаемое изменение границы на Карельском перешейке до договору с ФДР.

Этот вариант много шире первого советского предложения, территория, предлагаемая к передаче СССР, здесь состаляет 3970 кв. км, в отличе от 2700 кв.км по старому советскому предложению. Зато и компенсация предлагается совершенно фантастическая и невообразимая - 70000 кв.км, вместо предлагавшихся ранее 5500 кв.км.


Рис. 8. Предполагаемая территориальная компенсация по договору с ФДР.

Этот вариант несколько выпадает из общего контекста эмолюции идеи территориального преобразования, поскольку он возник в переговорах Советского правительства с правительством нереализованной демократической Финляндии, а не с правительством реальной фашистской Финляндии, но его следует привести для полноты картины. Главари белобандитской финской хунты несомненно знали про этот вариант, и он должен был оказать на их туповатые мозги какое-то воздействие. В частности, про него вспомнил в марте Таннер и фактически повторил его в своем проекте от 7 марта.

В январе 1940 года премьер-министр фашистской Финляндии Рюти посетил ставку Маннергейма, и затем рассказал своей шайке в Хельсинки, что вечно паникующий маршал высказал предложение о том, что "имеет смысл увеличить финские территориальные предложения за счет района к юго-западу от линии Липола-Сейвясте.



Рис. 9. Финское предложение 5 февраля 1940.

В тексте книги, несомненно, опечатка, надо читать "район к юго-востоку" от названной линии, поскольку высказывание "к юго-западу" в данном контексте смысла не имеет.

Смысл этого предложения неясен. Ко времени разговора советские войска продвинулись уже значительно далее этой лини, и надо быть дураком типа Маннергейма, чтобы допустить возможность их отхода. Таннер, впрочем, показал, что он не умнее маршала, поскольку этот же вариант пытался предложить на переговорах с Коллонтай 5 февраля.

Испуганные финские руководители к этому времени уже старательно искали возможности наладить контакты с советским руководством. Еще 29 января 1940 года до финского правительства через советского посла в Стокгольме Коллонтай дошла телеграмма Молотова, в которой финнов внятно предупреждали, что к этому времени "требования СССР не ограничиваются требованиями, предъявленными на переговорах в Москве с господами Танкером и Паасикиви, поскольку с тех пор с обеих сторон пролилась кровь. Эта кровь, которая была пролита вопреки нашим надеждам и не по нашей вине, взывает к расширенным гарантиям безопасности границ СССР". Интересно отметить туповатость финнов, которые в это время еще не поняли, что происходит, и все еще лелеяли надежду на обмен территориями, и даже нагло и жадно хотели получить от СССР какие-то деньги. В ответе на телеграмму Молотова говорилось, что "уступка территории может быть осуществлена только в форме обмена. Правительство считало обязательной выплату компенсации за собственность частных лиц в районах, отходящих к СССР". (1) В качестве компенсации финны еще облизывались на область Реполы и Пориярви. Они еще не поняли, что их поезд ушел, и платить в дальнейшем будет вовсе не СССР. Платить предстоит финнам. Вернее, расплачиваться за собственную глупость.

5 февраля, в ходе разговора с Коллонтай, Таннер предложил также передать СССР один из островов напротив эстонского Палдиски, возвращаясь фактически к старому предложению Сталина, но выдвигая его теперь от своего имени, и хамски забыв указать истинного автора предложения.
Уже 6 февраля финны получили закономерный ответ. Линия Липола-Сейвясте в качестве возможной границы СССР к настоящему времени уже совершенно не интересовала.

Далее Таннер пишет, что к 10 февраля кабинет министров Финляндии дозрел до мысли провести новую границу по линии Суванто-Сейвясте.

Рис. 10. Вариант кабинета министров от 10 февраля 1940 года.

Этот вариант уже более осмысленный, хотя бы потому, что он включает озеро Суходольское, о котором ранее речи не было ни в одном из вариантов границы. Дело, понятно, в том, что советские войска дошли до этого озера, и у финнов оставалось все меньше иллюзий на счет возможности вернуть себе те территории, которые фактически уже стали советскими. Вообще вариант, изображенный на рис. 7, просто примерно отражает положение линии фронта к этому времени, естественно, линия фронта на самом деле прямой не была, но, как уже говорилось, при отсутствии более подробных ориентиров все границы здесь условно изображаются прямыми линиями.

В тот же день, как сообщает Таннер, несколько вступая в противоречие сам с собой, Маннергейм изложил общее мнение "по результатам обсуждения", и это общее мнение состояло в том, что на Карельском перешейке Советскому Союзу может быть передана дополнительная полоса побережья между Ино и Сейвясте шириной в десять километров в глубь территории.



Рис. 11. "Общее мнение" от 10 февраля 1940 года.

Этот вариант можно рассматривать только как дополнение к старому варианту С (рис. 5), иначе он лишен смысла. В варианты "Суванто-Сейвясте" или "Липола-Сейвясте" эта территория и так входит, потому разница вариантов на рис. 9, 10 и 11 объясняется, вероятно, разногласиями внутри финского руководства. Кабинет министров предлагал вариант "Суванто-Сейвясте", Таннер несколько ранее выходил на СССР с предложением "Липола-Сейвясте", но все же преобладало "общее мнение Ино-Сейвясте", хотя это и было много меньше того, что уже предлагалось Советскому Союзу. Возможно, финнам внутренний голос уже подсказывал, что все равно их никто слушать не будет, все эти варианты останутся на бумаге, и поэтому не стоило труда их согласовывать между собой.

12 февраля заявление Совета обороны от имени Таннера было опубликовано в газетах. В нем лживо, что вообще своейственно для финской политической верхушки в целом и для Таннера в частности, отрицалась возможность мирных переговоров, утверждалось, что финская армия ведет успешную борьбу. Таннер уверял, что Финляндия будет и впредь отражать все атаки, и поэтому условия мира не могут ей быть продиктованы. Врал, конечно, не хуже сивого маршала Маннергейма, поскольку в тот же день на заседании комиссии по внешнеполитическим вопросам условия мира именно и обсуждались. Там честно прозвучала мысль, что мир уже не может быть заключен на условиях, предложенных Финляндией, и требуется обдумать вопрос дальнейших уступок. Они, как ни странно, все еще надеялись получить в качестве компенсации у Советского Союза Реполу и Пориярви, что могло бы означать для финнов достаточно почетный мир.

Впрочем, именно в этот день, 12 февраля, до финнов дошло известие из СССР, что Финляндии придется отдать Карельский перешеек полностью, а также восточное побережье Ладожского озера, не говоря уже о Ханко.
Только 12 февраля впервые прозвучало это требование. Ранее предложения СССР были намного более сдержанными. А 13 февраля до правящей финской клики долетело и известие о прорыве под Суммой.

Более подробно советские требования был доведены до финнов, что вполне символично, 23 февраля. В качестве минимальных условий для начала переговоров СССР предложил: 1) уступку Ханко; 2) передачу Карельского перешейка, включая Выборг; 3) передачи северо-восточного побережья Ладожского озера, включая Сортавалу. С другой стороны, Советский Союз был готов вывести свои войска с других территорий, включая Петсамо.

Кроме того, Советский Союз дал понять, что не придает никакого значения помощи, предложенной Западной Европой. Если предъявленные требования не будут теперь приняты, то позднее будут выдвинуты другие.

27 февраля в Стокгольме Таннер спросил у Коллонтай, есть ли возможность обсуждать требования СССР, Коллонтай ответила отрицательно.

Финны все же пытались торговаться и тянуть время. СССР потребовал дать внятный ответ 1 марта. Таннер честно пишет, что весь коллективный разум финского руководства был нацелен на то, чтобы дать неопределенный, но мотивированный ответ Советскому Союзу, то есть, по финскому обычаю, тянуть время и запускать дурочку даже в таких критических обстоятельствах.

3 марта Таннер через шведское правительство передал информацию для СССР. Он сообщил, что Финляндия немед¬ленно начнет переговоры, если Выборг и Сортавала будут исключены из состава условий. Глупый, он еще думал, что с ним кто-то будет торговаться.

На это сообщение ответ Молотова, также через шведов, поступил 5 марта. Как несложно было предположить, Молотов настаивал на передаче Советскому Союзу Выборга и Сортавалы. Советское правительство выразило готовность подождать ответ Финляндии еще несколько дней. Но Молотов высказал мысль, что, возможно, для них будет выгоднее вести переговоры и подписать соглашение с Куусиненом. Если условия советского правительства не будут немедленно приняты, то требования будут увеличены и Советский Союз заключит окончательное соглашение с Куусиненом.

В исторической и околоисторической литературе, и особенно в публицистике, разного рода шуты и писаки юродивые имеют привычку потешаться над правительством Куусинена, поскольку его создание, якобы, не имело никакого смысла. В действительности же уже только сама возможность для Молотова ссылаться на это правительство в ходе переговоров оправдывает создание правительства Куусинена. Когда финская хунта услышала, что СССР может предпочесть заключение соглашения не с ней, а с Куусиненом, хунте осталось сделать только две вещи – сменить штанишки и соглашаться с СССР во всем.
Тем более, что с начала марта лично Таннеру и вообще хельсинкскому начальству стал упорно названивать Маннергейм, и требовать поскорее заключать какое угодно соглашение, иначе будет полный разгром. Маршал вообще отличался паникерскими настроениями еще с довоенного периода.

7 марта Таннер в беседе с американским послом Шенфельдом сказал, что Финляндия готова уступить СССР полуостров Ханко и часть Карельского перешейка к востоку от линии Суванто-Койвисто.


Рис. 12. Вариант Таннера от 7 марта 1940 года.

Этот вариант сложно комментировать. После того, как СССР уже известил финнов, что им придется уступить Выборг, вариант, изображенный на рис. 9, не имел уже ни малейших шансов на реализацию, хотя предусмотренные им уступки и превышают начальные требования СССР. Возможно, Таннер просто хотел обмануть американцев ради каких-то своих мелких гешефтов, это уже неизвестно. Может быть и то, что Таннер слегка тронулся умом в результате непривычных для него мыслительных напряжений последних месяцев. Этот вариант Таннера будем считать девятым, хотя по хронологии он скорее десятый, так как он появился после советского извещения о Выборге и Сортавале.

Но по логике изложения и логике развития событий десятым вариантом будет именно советский вариант от 12 февраля. 11 марта Маннергейм еще выступил с безумной инициативой предложить СССР территории в Северной Финляндии взамен Ханко и Карельского перешейка, но даже Таннер понял, что эта глупость не имеет никаких перспектив.

Некоторой странностью кажется то, что, согласно Таннеру, этот вариант от 12 февраля оказался не окончательным, по крайней мере в представлении финского руководства. Последний вариант, то есть уже одиннадцатый, был оглашен на переговорах в Москве 9 марта 1940 года. Таннеру показалось, что новые требования советской стороны были сильно расширены, поскольку в первоначальном варианте речь шла о Карельском перешейке, включая Выборг и о северном побережье Ладожского озера, включая Сортавалу. Теперь же линия границы пройдет намного западнее. Кажется, финны полагали, что по советскому предложению от 12 февраля граница должна была проходить по западным окраинам Выборга и Сортавалы (это предполагаемое положение границы и можно несколько условно назвать десятым вариантом), на самом же деле СССР отодвинул границу чуть подальше.

На этом приключения советско-финской границы можно считать законченными. Окончательный вариант границы каждый может увидеть на современных картах.

Что можно сказать в заключение? Вполне очевидно, что Сталина, как и российских царей в прошлые века, Финляндия как таковая нисколько не интересовала. Финляндия не представляет для России ни малейшей ценности, кроме леса, там все равно ничего нет, а леса в России и так хватает.

В 1721 году Петр Первый, захвативший территорию Финляндии полностью, брезгливо скинул ее Швеции по Ништадтскаму миру. Последующие нападения Швеции на Россию с территории Финляндиии, в 1741-42 и в 1788-1790 годах, показали, что оставить финский плацдарм в руках шведских дикарей оказалось решением недостаточно обдуманным. Александр Первый разрубил этот гордиев узел в 1809 году, после очередной шведской провокации, приняв неожиданное для Швеции решение - захватив Финляндию в четвертый раз за сто лет, Россия решила больше оттуда не уходить. Решение с любой точки зрения было оправданным. Если эта территория, в двух шагах от столицы к тому же, раз за разом служит плацдармом для войн против России, то простые соображения безопасности требуют на будущее лишить агрессора возможности собирать на финской земле войска для войн против России. Собственно Финляндия как таковая Россию не интересовала - иначе зачем надо было трижды выводить оттуда войска после побед в трех предыдущих войнах?

Приняв Финляндию под свое покровительство, Россия немедленно стала готовить эту страну к независимости, создавать там необходимые для независимого государства институты. Россия фактически созадала даже финский язык в качестве языка государственного и литературного, ранее вся официальная деятельность велась там только на шведском языке, на шведском предпочитал общаться и высший образованный класс общества. Финский язык до включения Финляндии в состав России был только грубым языком рабов и плебеев. Деятельность по созданию финской администрации, финского общества и финской культуры велась Россией настолько успешно, что при первой возможности, в 1918 году, Россия безболезненно смогла сбросить эту финскую обузу со своей шеи и отравить Финляндию в независимое существование. К сожалению, финны оказались неспособны к проявлению простого человеческого чувства благодарности и под шумок сумели отхватить у России территорию Карельского перешейка.

Сталин действовал вполне согласно с логикой истории. Он очень успешно уклонился от оккупации Финляндии в 1940 и в 1944 годах, прекрасно понимая, что эта примитивная страна с диким населением для СССР не представляет никакой ценности, наоборот, будет нежелательной обузой. Значение имела только небольшая часть финской территории как возможный плацдарм для нападения на СССР.

Переговоры шли долго и трудно. Финны изо всех сил стремились запутать процесс переговоров, тянули время, присылали делегации, которые ничего не решали. Тем не менее, решение было близко. Стороны в процессе обсуждения почти пришли к взаимоприемлемому решению – передать Советскому Союзу, за многократную территориальные компенсации и много миллионов марок, территорию Терийоки с окрестностями, то есть территорию примерно нынешнего Курортного района, плюс несколько островков. Как это ни цинично звучит, но можно сказать, что советско-финскую войну финны развязали из-за Зеленогорска, а вовсе не из-за Выборга.

У финского руководства в 1939 году не хватило ума правильно оценить реальность. Вместо того, чтобы с огромной выгодой для себя продать Зеленогорск и приобрести в лице СССР дружественного соседа и союзника, они решили провести этническую чистку, выселить финское население с Карельского перешейка, убить на безнадежной войне 25 тысяч финнов и, после недолгого сопротивления, передать освобожденный от населения Карельский перешеек Советскому Союзу полностью. Так и случилось.

Источники

1. Таннер, В. Зимняя война. Дипломатическое противостояние Советского Союза и Финляндии. 1939-1940. - М.: ЗАО Центрполиграф, 2003. - 349 с.

2. Маннергейм К.Г. Мемуары. - М.: Вагриус, 1999.

3. http://terijoki.spb.ru/history/templ.php?page=evac1939-2&lang=ru

4. Про эти события много информации есть на карельских сайтах.

5. Зимняя война 1939–1940 гг. в документах НКВД: По материалам Архива Управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области. / Авт.-сост. Бернев С. К., Рупасов А. И. — СПб.: Лик, 2010. — 320 с.

6. Договор о взаимопомощи и дружбе между Советским Союзом и Финляндской демократической республикой // "Известия". - 1939. - № 279 (7049) от 3 декабря.

7. А. И. Козлов. Финская война. Взгляд с той стороны. - Рига, 1997.

8. Телеграмма Молотова Деревянскому, 28 октября 1939 года, http://www.histdoc.net/history/ru/NKID1939-10-28.htm.

Tags: География, История, Карельский перешеек, Советско-финская война, Чухноведение

zdrager.livejournal.com

Советско-финская граница на картах 40-х годов

Оригинал взят у hutun в Советско-финская граница на картах 40-х годовВ финских архивах обнаружил несколько интересных карт времен советско-финской войны.

Пожалуй, самая интересная из них - уникальная карта, прилагавшаяся к мирному договору между СССР и Финляндией от 12 марта 1940 года. На карте можно увидеть установленную по договору границу между СССР и Финляндией, а также подписи утвердивших договор Ристо Рюти, Юхо Кусти Паасикиви, Рудольфа Вальдена, Вяйнё Войонмаа (от Финляндии) и Вячеслава Молотова, Андрея Жданова, Александра Василевского (от СССР).

Граница СССР и Финляндии по договору от 12 марта 1940 года

  • Кликните изображение для просмотра карты в деталях или здесь для сравнения этой карты с другими.
  • Кликните здесь для просмотра описания карты.



На следующей карте показана территория Финляндской Демократической Республики (Suomen kansanvaltainen Tasavalta). Карта была составлена Аэрографическим отделом ВВС РККА. Сиреневым цветом на ней показана граница между СССР и Финлянлской Демократической Республикой - марионеточным государством, созданным 1 декабря 1939 года согласно Договору о взаимопомощи и дружбе от 02 декабря 1939 года.

Новая республика была официально признана всего тремя странами мира (СССР, Монголия, Тува). Что-то это напоминает ситуацию с рядом современных стран.

Карта Финляндской Демократической Республики 1939 года

  • Кликните изображение для просмотра карты в деталях или здесь для сравнения этой карты с другими.
  • Кликните здесь для просмотра описания карты.


На следующей советской карте 1940 года, изданной массовым тиражом, уже показана граница между государствами по мирному договору между СССР и Финляндией от 12 марта 1940 года.

Карта Финляндии 1940 года

  • Кликните изображение для просмотра карты в деталях или здесь для сравнения этой карты с другими.
  • Кликните здесь для просмотра описания карты.


Но спокойная жизнь там продолжалсь недолго. И следующая карта показывает позиции группировки финских и германских частей на 27 июля 1941 года.

Карта Финляндии 1941 года

  • Кликните изображение для просмотра карты в деталях или здесь для сравнения этой карты с другими.
  • Кликните здесь для просмотра описания карты.


Хлопотное было время.


ru-history.livejournal.com

Советско-финская война 1939 года: кто на кого напал?

Друг твоего врага

Сегодня мудрые и спокойные финны могут на кого-либо напасть разве что в анекдоте. Но три четверти века назад, когда на крыльях обретённой много позже других европейских наций независимости в Суоми продолжался форсированный нацбилдинг, вам было бы не до шуток.

В 1918 году Карл-Густав-Эмиль Маннергейм произносит широко известную «клятву меча», публично обещая присоединить Восточную (российскую) Карелию. В конце тридцатых годов Густав Карлович (как звали его во время службы в Русской императорской армии, где начинался путь будущего фельдмаршала) является самым влиятельным человеком в стране.

Разумеется, Финляндия не собиралась нападать на СССР. В смысле, она не собиралась делать этого в одиночку. Связи молодого государства с Германией были, пожалуй, даже более крепкими, чем со странами родной Скандинавии. В 1918 году, когда в только что обретшей независимость стране шли интенсивные дискуссии о форме государственного устройства, по решению финского Сената шурин императора Вильгельма, принц Фридрих-Карл Гессенский, был объявлен королём Финляндии; по разным причинам из суомского монархического проекта ничего не получилось, но кадровый выбор весьма показателен. Далее, сама победа «финской белогвардейщины» (как именовали северных соседей в советских газетах) во внутренней гражданской войне 1918 года также во многом, если не полностью, была обусловлена участием присланного кайзером экспедиционного корпуса (численностью до 15 тыс. чел., притом, что общее количество местных «красных» и «белых», значительно уступавших немцам по боевым качествам, не превышало 100 тыс. чел.).

Сотрудничество с Третьим Рейхом развивалось не менее успешно, нежели со Вторым. Корабли Кригсмарине свободно заходили в финские шхеры; немецкие станции в районе Турку, Хельсинки и Рованиеми занимались радиоразведкой; со второй половины тридцатых годов аэродромы «Страны тысячи озёр» модернизировались для принятия тяжёлых бомбардировщиков, которых у Маннергейма не было даже в проекте… Следует сказать, что впоследствии Германия уже в первые часы войны с СССР (к которой Финляндия официально присоединилась лишь 25 июня 1941 года) действительно использовала территорию и акваторию Суоми для постановки мин в Финском заливе и бомбардировок Ленинграда.

Да, на тот момент идея напасть на русских не казалось такой уж безумной. Советский союз образца 1939 года вовсе не выглядел грозным противником. В активе — успешная (для Хельсинки) Первая Советско-финская война. Жестокое поражение красноармейцев от Польши во время Западного похода в 1920-м. Конечно, можно вспомнить успешное отражение японской агрессии на Хасане и Халхин-голе, но, во-первых, то были локальные боестолкновения вдали от европейского театра, а, во-вторых, качества японской пехоты оценивались весьма невысоко. А в-третьих, Красная армия, как полагали западные аналитики, ослаблена репрессиями 37-го года. Разумеется, людские и экономические ресурсы империи и её бывшей провинции несопоставимы. Но Маннергейм, в отличие от Гитлера, и не собирался идти до Волги, чтобы бомбить Урал. Фельдмаршалу было достаточно одной Карелии.

russian7.ru

Военные противостояния на Северо-западе. Часть третья: XX век, войны с Финляндией

На северо-западных рубежах России покой наступил только на сто лет. Тяжёлые потрясения в России начались в 1917 году, когда произошла сперва Февральская, затем Октябрьская революция. Начался процесс распада Российской Империи. 6 (19) декабря 1917 года Финляндия провозгласила государственную независимость. Через 12 дней — 18 (31) декабря — В. И. Ленин подписал декрет СНК о признании независимости Финляндии. При этом граница официально установлена не была, хотя де-факто большевики признавали Финляндию именно в границах Великого Княжества Финляндского. В январе 1918 года в Финляндии вспыхнула социалистическая революция, и началась Гражданская война, в ходе которой финская Красная гвардия получала поддержку со стороны российских большевиков. На первом этапе финской гражданской войны под контролем красных финнов находилась южная часть Финляндии, в том числе столица страны — Хельсинки, где заседало правительство Финляндской Социалистической Рабочей Республики во главе с Куллерво Маннером. Ход войны изменило поражение красных в битве за Тампере в марте 1918 года, после которой финские белые (белофинны) под командованием Карла Густава Эмиля Маннергейма начали наступление на Южную Финляндию и в течение месяца, при поддержке экспедиционного корпуса кайзеровской Германии, взяли под контроль всю территорию страны, таким образом одержав победу.

Однако, как сказано выше, вопрос о границе Финляндии с Советской Россией оставался нерешённым. Финляндия стремилась к присоединению Карелии. В марте 1918 года, ещё до окончания финской гражданской войны, Маннергейм утвердил план Валлениуса, заключавшийся в захвате Карелии и Кольского полуострова. Обсуждалась возможность взятия Петрограда. В апреле 1919 года финские войска начинают наступление в Карелии, в июле они отступают от Петрозаводска, однако Северную Карелию удерживают ещё в течение полутора лет. Данные действия со стороны Финляндии фактически являлись интервенцией в российскую гражданскую войну. 14 октября 1920 года в эстонском городе Тарту был подписан советско-финский мирный договор, установивший границу между двумя государствами. Финляндия в целом осталась в границах Великого Княжества Финляндского, однако из состава РСФСР в Финляндию был передан посёлок Печенга (он же в финском варианте — Петсамо) с округом, а также западная часть полуострова Рыбачий, благодаря чему Финляндия стала страной "от моря до моря". Теперь выход к Балтийскому морю для России значительно сузился, и линия российского берега Финского залива совпала с таковой в период до 1583 года и в 1590-1617, поскольку Эстония также в тот период отделилась от России, и советско-эстонская граница совпала с русско-ливонской границей, правда с незначительным отклонением на восток, — к Эстонии отошёл Ивангород. После Тартуского мира Финляндия ещё единожды — осенью 1921 года, предприняла попытку завоевания Карелии, которая, однако, закончилась неудачно.

Карта в период с 1920 по 1940 год


В 1939 году в Европе разгорелась Вторая Мировая война. В крупномасштабных военных конфликтах, в которых оформляются противостоящие друг другу блоки государств, маленькие страны обычно не действуют самостоятельно, а оказываются вовлечёнными в ту или иную сторону военного противостояния. Руководство СССР стремится обезопасить северо-западные рубежи страны, вблизи от которых находился второй по величине город Ленинград, пытаясь сделать потенциальными союзниками бывшие западные окраины Российской Империи — Финляндию и страны Прибалтики. Весьма важной стратегической необходимостью для Советского Союза был контроль, во-первых, над входом в Финский залив, во-вторых, над наиболее крупными портами на Балтике. Приглядевшись к карте, можно увидеть, что функцию своего рода ворот в горловине Финского залива выполняли: с северной (финской) стороны — полуостров Ханко (тот самый мыс Гангут, где Балтийский флот в 1714 году одержал победу над шведами), а с южной (эстонской) — порт Палдиски и острова Хийумаа и Сааремаа. В сентябре-октябре 1939 года СССР по очереди заключает договоры о взаимопомощи с Эстонией, Латвией и Литвой, по условиям которых на территории этих стран размещаются советские военные базы и ограниченный контингент войск Красной армии. Тогда же были выдвинуты аналогичные предложения Финляндии. У финнов Советский Союз потребовал военную базу на полуострове Ханко, а также территориальный обмен: по требованиям Советского Союза, Финляндия должна была уступить половину Карельского перешейка и острова в Финском заливе, а СССР взамен обязался передать вдвое большую территорию в Карелии. Причиной данных требований была опасная близость границы к Ленинграду, которая, в случае превращения Финляндии в сателлита какой либо крупной европейской державы, могла обеспечить появление враждебных Советскому Союзу войск на расстоянии дальнобойного артиллерийского выстрела от Ленинграда. Однако по причине напряжённого характера советско-финляндских взаимоотношений, а также в связи с надеждой правящих кругов Финляндии на помощь со стороны Англии и Франции, переговоры заходят в тупик. Разрешить вопрос мирным путём не удаётся, и советское руководство ставить цель — военной силой принудить правительство Финляндии к территориальным уступкам. 30 ноября 1939 года Красная армия переходит границу с Финляндией.

Однако война приобрела затяжной характер, быстрого марша до Хельсинки не получилось. Красная армия обладала низкой боевой подготовкой, на Карельском перешейке наступление остановилось через две недели, когда советские войска оказались не в состоянии штурмовать линию Маннергейма — полосу долговременных оборонительных укреплений, терпя огромные потери при каждой атаке. В Северном Приладожье, где оборонительных сооружений не было, финны оборонялись в траншеях, Красной армии сломить оборону не удавалось. Воевать в сильные морозы и в глубоком снегу в труднопроходимой карельской тайге Красная армия была не в состоянии. Финские солдаты воевали преимущественно в привычном климате и потому обладали намного более высокой мобильностью. К тому же финны — прирождённые партизаны, что показали ещё предыдущие войны России со Швецией, в которых финны, кстати, воевали на обеих сторонах, — успешно осуществляли лыжные рейды в тыл советских войск. В Северной Карелии наступление велось исключительно по дорогам, уходящим вглубь Финляндии, и каждая советская дивизия растягивалась по дороге, будучи не в состоянии отходить в сторону, в связи с неспособностью вести боевые действия в лесу. Здесь финские отряды незаметно пробирались в тыл, а затем нападали с флангов и разрезали советскую дивизию на части, каждую из которых по отдельности уничтожали. Так сражение на Раатской дороге, близ села Суомуссалми, произошедшее 1-7 января 1940, стало одной из самых трагических страниц в истории Красной армии, — 44-я стрелковая дивизия была почти полностью уничтожена финскими войсками. Более успешно развивается наступление в Заполярье, где в первые десять дней войны советскими войсками был взят порт Печенга. Помимо потерь непосредственно в боях, советские солдаты в большом количестве погибали от обморожений.

Перелом в войне наступил в январе 1940 года, когда на должность командующего войсками Ленинградского военного округа был назначен командарм первого ранга, будущий маршал Советского Союза, С. К. Тимошенко. На Карельский перешеек были переброшены подкрепления, была проведена артподготовка, и 11 февраля 1940 года линия Маннергейма была прорвана в укрепрайоне Сумма-Ляхде, благодаря чему была открыта дорога на Выборг и затем на Хельсинки. Оборона финнов ослабевала, в начале марта Красная армия вышла к Выборгу, и правительство Финляндии решило подписать мир прежде чем, Красная армия войдёт в Хельсинки. Мирный договор был подписан в Москве 12 марта 1940 года, но уже на более жёстких условиях, — к Советскому Союзу отошёл весь Карельский перешеек с Выборгом и Кексгольмом (ныне Приозерск), а также Северное Приладожье, часть заполярной волости Салла-Куусамо и западная часть полуострова Рыбачий на Баренцевом море. Финляндия почти что вернулась к границам Великого Княжества Финляндского по состоянию на момент присоединения к России (1809 год). Новая граница СССР с Финляндией стала в целом близка к русско-шведской границе 1721 года по Ништадтскому миру. Советские вооружённые силы получили базу на полуострове Ханко.


Территориальные изменения по итогам Советско-финской войны. 1940 год. Территории, отошедшие к СССР, показаны серым

Победа в Советско-финской или, как её ещё называют, Зимней войне далась Красной армии очень тяжёлой ценой. Советские потери превысили финские в пять раз. Однако и для Финляндии условия мира были тяжёлыми. Финское государство стремилось к реваншу. Причём не только за Зимнюю войну, но и за Тартуский мир 1920 года. В апреле 1940 года — через месяц после Московского мирного договора, нацистская Германия оккупирует Норвегию, оказываясь таким образом у границы с Финляндией. Жажда реванша, а также опасность попасть под нацистскую оккупацию сподвигли финских руководителей на союз Финляндии с гитлеровской Германией. И в 1941 году Финляндия принимает участие в реализации плана "Барбаросса", ведя наступление на северо-западе и захватив половину Карелии. При этом в северной части Финляндии на аэродромах стоят самолёты Люфтваффе, осуществляющие налёты на Мурманскую область. В 1941-1944 годах финские войска удерживали большую часть Карелии, но летом 1944 года Карелия была освобождена Красной армией в результате Выборгско-петрозаводской наступательной операции. В сентябре 1944 года с Финляндией был заключён сепаратный мирный договор, по условиям которого Финляндия объявляла войну Германии, а также передавала Советскому Союзу порт Печенга с окрестностями. База на полуострове Ханко была заменена на полуостров Порккала — поблизости от Хельсинки.


Территориальные изменения после сепаратного мира с Финляндией. 1944 год

Таким образом оформились современные северо-западные границы России. В настоящий момент положение дел выглядит следующим образом:

Подводя итоги, я могу объяснить принцип, по которому я разделил "северо-западные" войны на три этапа. Первый этап заключался в войнах за Карельский перешеек, Неву и стратегическую позицию на Балтийском море. Второй этап — это попытки Швеции сыграть реванш за Северную войну и одновременно с тем стремление российских монархов отдалить русско-шведскую границу как можно дальше от столицы Российской Империи — Санкт-Петербурга. Северная война является здесь неким переходным элементом, поскольку Санкт-Петербург был основан тогда, когда до окончания Северной войны оставалось ещё 18 лет. И уже сразу после основания города можно видеть стремление Петра Первого к обеспечению его безопасности. В частности, о взятии Выборга в 1710 году Пётр говорил: "Чрез взятие града сего Санкт-Петербургу конечное безопасение получено". Наконец третий этап — совсем иной. Это "северо-западные" войны при советской власти. Они велись только с одним государством — Финляндией, которая, являясь бывшей частью Российской Империи, обрела после революции государственную независимость, при этом стремясь прирастить свою территорию Карелией. Однако и тут отчётливо видно стремление советских руководителей обеспечить безопасность Петрограда-Ленинграда. Об этом известно мало, но уже в 1920 году, перед подписанием Тартуского мирного договора, на переговорах сперва в Сестрорецке, затем в Тарту, советские представители требовали передачи Карельского перешейка, поскольку граница проходила в опасной близости от Петрограда, ведь Александр I, присоединив Финляндию к России, подарил ей Выборгскую губернию (правда напоминает ситуацию, как Хрущёв отдал Украине Крым?). Но эти требования не привели к каким либо результатам. Единственным условием Тартуского мира, которое соответствовало требованиям советской стороны, было разоружение форта Ино на берегу Финского залива. Затем в 1939-1940 годах СССР вёл с Финляндией войну за отдаление границы от Ленинграда, при этом также стремясь получить "конечное безопасение" для города. Ситуация, кстати, сходна с русско-шведской войной 1808-1809, когда Россия стремилась также отдалить границу от Санкт-Петербурга перед грядущей войной с наполеоновской Францией, опасаяь, что Швеция может стать союзником последней и начать наступление на Петербург. В Великую Отечественную войну СССР воевал против Финляндии уже как против союзника нацистской Германии. Эти действия трактуются зарубежными историками как "война-продолжение" (Jatkosota), хотя, на мой взгляд, данный термин является спекуляцией, так как предыдущая война была закончена, и продолжения, как следствие, быть не могло. Впрочем, сейчас главное, чтобы сохранялся покой как на северо-западных границах нашей страны, так и на всех остальных.

Военные противостояния на Северо-западе. Часть первая: до Великой Северной войны
Военные противостояния на Северо-западе. Часть вторая: Дальнейшее оттеснение Швеции на северо-запад
Военные противостояния на Северо-западе. Часть третья: XX век, войны с Финляндией

nord-ursus.livejournal.com

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *