Содержание

Дивизионная пушка ЗИС-3 76-мм Фото. Видео. Скорострельность

 

Советские солдаты у пушки ЗиС-3 на улице Берлина.

 76-мм ЗИС-3 (ее настоящий калибр равен 76,2 мм), появившаяся в 1942 году, была призвана со временем сменить большое количество различных артиллерийских систем, стоявших в то время на вооружении Красной Армии, а также восполнить огромные потери, понесенные в результате наступления немецкой армии. Поэтому ЗИС-3 — это простая выносливая пушка без каких-либо излишеств, которую можно было выпускать в больших количествах, измеряемых тысячами.

Дивизионная пушка ЗИС-3 — видео

Пушка ЗИС-3 больше не защищает рубежи государств Восточного блока, но она до сих пор состоит на вооружении армий многих стран «третьего мира», в том числе в Китае, где модификация местного производства имеет обозначение 76-мм пушка Тип 54. В
этих странах ЗИС-3 остается важной многоцелевой артиллерийской системой, но наследники прежней Красной Армии сохранили ее только в качестве стража парадных ворот и орудия для салютов. В некоторых странах, в частности, в Румынии, продолжается выпуск 76-мм боеприпасов для ЗИС-3, хотя потенциальный рынок постоянно сжимается.

 

Установленная на лафет с раздвижными трубчатыми станинами, оснащенная большим щитом и имеющая длинный тонкий ствол, пушка ЗИС-3 помимо выполнения задач полевой артиллерии должна была выполнять функцию противотанкового орудия — в частности, одной модификацией была появившаяся в 1943 году 57-мм противотанковая пушка ЗИС-2, установленная на том же лафете, что и ЗИС-3. Еще одной модификацией была самоходная артиллерийская установка СУ-76, выпускавшаяся в больших количествах, но в настоящее время повсеместно снятая с вооружения.
Поскольку ЗИС-3 была самой распространенной артиллерийской системой в государствах Восточного блока, за долгие годы была достигнута высокая степень стандартизации боеприпасов, сохранившаяся и по сей день. В самых больших количествах выпускался осколочно-фугасный снаряд, но в числе других типов — бронебойный снаряд, а также появившийся впоследствии кумулятивный снаряд, способный на дальности прямого выстрела пробить броню толщиной 194 мм. Максимальная дальность выстрела составляет 13 290 метров.

Боеприпасы пушки ЗИС-3

Тактико-технические характеристики пушки ЗИС-3

— Главный конструктор: В.Г. Грабин
— Годы выпуска: 1941
— Выпущено, шт.: 48 016

Боевой расчет: 6 человек

Калибр, мм: 76,2

Размеры ЗИС-3

— Длина ствола, клб: 40 (с учётом дульного тормоза), по др. данным 39,3 (без учёта дульного тормоза)
— Общая длина орудия в походном положении: 6,095 м
— Ширина орудия в походном положении: 1,645 м

Вес ЗИС-3

— Масса в боевом положении, кг: 1200
— Масса в походном положении, кг: 1850

Углы обстрела

— Возвышения (макс.), °: 37
— Снижения (мин.), °: -5
— Горизонтальный, °: 54

Дальность стрельбы ЗИС-3

— Максимальная дальность стрельбы, км: 13,29

Скорострельность ЗИС-3

— до 25 выстр./мин

 

Фото пушки ЗИС-3

 

Расчет советской 76-мм дивизионной пушки ЗиС-3 на позиции у завода «Красный Октябрь» в Сталинграде.

 

Советские артиллеристы вытягивают провалившуюся в воду 76,2-мм дивизионную пушку ЗиС-3. Фотография сделана на равнине под названием «Одербрух» (Oderbruch) в Бранденбурге.

 

Советский танк Т-34 с десантом на броне проезжает рядом с 76,2-мм дивизионной пушкой ЗиС-3.

 

Артиллерийский расчет 76,2-мм пушки ЗиС-3 ведет огонь по врагу на Северном Кавказе.

 

Красноармейцы во время боя перекатывают пушку ЗиС-3 возле подбитого и горящего немецкого танка Pz.Kpfw. V «Пантера» в Восточной Пруссии. 3-й Белорусский фронт.

 

Красноармейцы транспортируют пушку ЗиС-3 по селу Солдатское Курской области.

 

Советская 76,2-мм пушка ЗиС-3 захваченная немецкими войсками в Житомире. Пушку буксировал автомобиль, остав которого, виден позади орудия. На дальнем плане запечатлен еще один разбитый автомобиль ГАЗ-АА. Житомир был оставлен советскими войсками под давлением немецкого контр-наступления 20 ноября 1943 года из-за возникновения угрозы окружения сил 60-й армии 1-го Украинского фронта.

 

Расчет советской 76,2-мм пушки ЗиС-3 ведет огонь по гитлеровцам на улице Берлина.

 

Расчеты советских 76-мм дивизионных пушек ЗИС-3 ведут артподготовку в районе Зееловских высот.

 

Расчет советской 76-мм пушки ЗиС-3 ведет огонь по противнику в Данциге (ныне Гданьск, Польша).

 

76,2-мм дивизионное орудие обр. 1942 г. (ЗиС-3) 82-го отдельного гвардейского истребительно-противотанкового дивизиона 74-й гвардейской стрелковой дивизии гвардии младшего сержанта Р.А. Акулича (1900 г.р.) ведет огонь прямой наводкой по укреплениям немцев в Познани. В боях за Познань орудие под командованием гвардии младшего сержанта Акулича Романа Архиповича огнем и колесами сопровождало пехоту, расчищая ей путь, уничтожив 6 огневых точек и до 12 гитлеровцев.

 

Расчет советской 76-мм пушки ЗиС-3 меняет позицию на Сахалине у танка Т-34-85.

 

Советские солдаты в Берлине по окончанию боев. На переднем плане и позади, за автомобилем — орудия ЗиС-3 образца 1943 года.

 

Пехотинцы из 3-й гвардейской танковой армии атакуют противника в Берлине при поддержке пушки ЗиС-3. Восемь нарисованных звезд на внутренней стороне щита пушки, вероятно, обозначают количество уничтоженной бронетехники противника.

 

Орудийный расчет пушки ЗиС-3 лейтенанта Сухачева ведет огонь по врагу. Осень 1942 г., Сталинград.

 

Советские солдаты в бою на Мольтке-штрассе (ныне улица Ротко) в Берлине. Слева видна пушка ЗиС-3, за которой стоит артиллерист, далее подбитый советский танк Т-34-85. Впереди, правее, видна еще одна пушка.

 

Советский солдат идет мимо убитого гауптштурмффюрера СС  на улице Фридрихштрассе около станции метро «Ораниенбургер Тор» в Берлине. На заднем плане 76-мм дивизионная пушка ЗиС-3.

Добавить комментарий

oruzhie.info

биография рекордсмена » Военное обозрение

Как конструктору Василию Грабину удалось создать орудие, ставшее самым массовым в истории мировой артиллерии



Советские солдаты, прежде всего артиллеристы дивизионных и противотанковых артполков, за простоту, послушность и надежность называли ее ласково — «Зося». В других частях за скорострельность и высокие боевые характеристики она была известна под народным вариантом расшифровки аббревиатуры в названии — «Залп имени Сталина». Именно ее называли чаще всего просто «пушкой Грабина» — и никому не нужно было пояснять, о каком конкретно орудии идет речь. А солдаты вермахта, среди которых трудно было найти такого, кто не знал бы эту пушку по звуку выстрела и разрыва и не боялся бы ее скорострельности, это орудие называли «Ratsch-Bumm» — «Трещотка».

В официальных же документах это орудие именовалось «76-мм дивизионная пушка образца 1942 года». Именно эта пушка была самой массовой в Красной армии, и, пожалуй, единственной, которая с одинаковым успехом применялась как в дивизионной, так и в противотанковой артиллерии. А еще это было первое в мире артиллерийское орудие, производство которого было поставлено на конвейер. За счет этого оно стало и самой массовой пушкой в истории мировой артиллерии. В общей сложности в СССР было выпущено 48 016 орудий в варианте дивизионной пушки и еще 18 601 — в модификации орудия самоходки СУ-76 и СУ-76М. Никогда больше — ни до, ни после — в мире не выпускалось столько единиц одного и того же орудия.

Эта пушка — ЗИС-3, получила название по месту своего рождения и производства, заводу имени Сталина (он же завод № 92, он же «Новое Сормово») в Горьком. Она стала одним из самых узнаваемых символов Великой Отечественной войны. Ее силуэт настолько известен, что любой русский человек, едва увидевший его, сразу поймет, о какой эпохе идет речь. Это пушка чаще любых других советских артиллерийских орудий встречается в качестве памятников героям Великой Отечественной. А ведь ничего этого могло бы и не быть, если бы не упрямство и вера в собственную правоту создателя ЗИС-3 артиллерийского конструктора Василия Грабина.

«Ваши пушки не нужны!»

ЗИС-3 справедливо называют легендарной — в том числе и потому, что история ее создания овеяна множеством легенд. Одна из них гласит, что первый экземпляр ЗИС-3 вышел за ворота завода № 92 день начала войны, 22 июня 1941 года. Но, к сожалению, найти документального подтверждения этого не удалось. И совсем уж удивительно, что о таком символическом совпадении в судьбе своего самого знаменитого орудия ни слова не говорит сам Василий Грабин. В книге воспоминаний «Оружие победы» он пишет, что в день начала войны был в Москве, где из радиообращения Молотова и узнал трагическую новость. И ни слова о том, что в тот же день что-то значительное произошло в судьбе пушки ЗИС-3. А ведь выход первого орудия за ворота завода — не то событие, которое могло бы произойти втайне от главного конструктора.


Василий Грабин. Фото: РИА Новости


Зато совершенно точно известно, что ровно через месяц после нападения Германии, 22 июля 1941 года, дивизионная пушка ЗИС-3 была представлена во дворе Наркомата обороны заместителю наркома, бывшему начальнику Главного артиллерийского управления маршалу Григорию Кулику. И это именно он чуть не поставил крест на судьбе будущей легенды.

Вот что вспоминал об этом показе сам Василий Грабин: «Учитывая, что постановка каждой новой пушки на валовое производство и перевооружение Красной армии — процесс сложный, длительный и дорогой, я подчеркнул, что применительно к ЗИС-3 все решается просто и быстро, потому что она представляет собой 76-миллиметровый ствол, наложенный на лафет 57-миллиметровой противотанковой пушки ЗИС-2, которая находится у нас на валовом производстве. Поэтому постановка на производство ЗИС-3 не только не обременит завод, но, наоборот, облегчит дело тем, что вместо двух пушек Ф-22 УСВ и ЗИС-2 в производство будет идти одна, но с двумя разными трубами ствола. К тому же ЗИС-3 обойдется заводу втрое дешевле, чем Ф-22 УСВ. Все это вместе взятое позволит заводу сразу увеличить выпуск дивизионных пушек, которые будут не только проще в изготовлении, но удобнее в обслуживании и надежнее. Заканчивая, я предложил принять на вооружение дивизионную пушку ЗИС-3 взамен дивизионной пушки Ф-22 УСВ.

Маршал Кулик захотел посмотреть ЗИС-3 в действии. Горшков подал команду: «Расчет, к орудию!». Люди быстро заняли свои места. Последовали новые различные команды. Их выполняли так же четко и быстро. Кулик приказал выкатить орудие на открытую позицию и начать условную «стрельбу по танкам». В считанные минуты пушка была готова к бою. Кулик указывал появление танков с разных направлений. Звучали команды Горшкова (Иван Горшков — один из ведущих конструкторов грабинского КБ в Горьком. — РП): «Танки слева… спереди», «танки справа… сзади». Орудийный расчет работал, как хорошо отлаженный механизм. Я подумал: «Труд Горшкова себя оправдал».

Маршал похвалил расчет за четкость и быстроту. Горшков подал команду: «Отбой!», ЗИС-3 установили на исходной позиции. После этого многие генералы и офицеры подходили к орудию, брались за маховики механизмов наведения и работали ими, поворачивая ствол в разных направлениях по азимуту и в вертикальной плоскости».

Тем удивительнее, невозможнее оказалась для конструктора реакция маршала Кулика на результаты демонстрации. Хотя, наверное, ее можно было предсказать, памятуя о том, что еще в марте того же года тот же Кулик, когда Грабин осторожно зондировал почву по поводу возможности начать выпуск ЗИС-3, решительно заявлял, что РККА не нуждается в новых или дополнительных дивизионных пушках. Но начало войны, видимо, затерло мартовский разговор. И вот в кабинете маршала происходит следующая сцена, которую Василий Грабин дословно приводит в своей книге воспоминаний «Оружие победы»:

«Поднялся Кулик. Слегка улыбнулся, обвел взглядом присутствующих и остановил его на мне. Это я оценил как положительный признак. Кулик немного помолчал, готовясь высказать свое решение, и высказал:

— Вы хотите заводу легкой жизни, в то время как на фронте льется кровь. Ваши пушки не нужны.

Он замолчал. Мне показалось, что я ослышался или он оговорился. Я сумел только произнести:

— Как?

— А вот так, не нужны! Поезжайте на завод и давайте больше тех пушек, которые на производстве.

Маршал продолжал стоять с тем же победоносным видом.

Я встал из-за стола и пошел к выходу. Меня никто не остановил, никто мне ничего не сказал».

Шесть лет и одна ночь

Возможно, все было бы гораздо проще, будь ЗИС-3 орудием, разработанным грабинским КБ по заданию военных. Но эта пушка была создана в порядке инициативы снизу. И главной причиной ее появления, насколько можно судить, было категорическое мнение Василия Грабина, что Красной армии не хватает качественных дивизионных пушек, удобных и простых в изготовлении и применении. Мнение, которое полностью подтвердилось уже в первые месяцы войны.

Как и все гениальное, ЗИС-3 родилась, можно сказать, просто. «Какой-то художник (эту фразу приписывают английскому живописцу Уильяму Тернеру. — РП) на вопрос, сколько времени он писал картину, ответил: «Всю жизнь и еще два часа», — писал потом Василий Грабин. — Точно так же и мы могли бы сказать, что над пушкой ЗИС-3 работали шесть лет (с момента образования нашего КБ) и еще одну ночь».


Производство ЗиС-3 на военном заводе. Фото: Фотохроника ТАСС


Ночь, о которой пишет Грабин, была ночью первых испытаний новой пушки на заводском полигоне. Образно говоря, ее собрали, как конструктор, из деталей других орудий, уже выпускавшихся горьковским заводом. Лафет — от 57-миллиметровой противотанковой пушки ЗИС-2, принятой на вооружение в марте 1941 года. Ствол — от стоящей на вооружении дивизионной пушки Ф-22 УСВ: полуфабрикат доработали под новые задачи. Совершенно новым был только дульный тормоз, который с нуля за несколько дней разработал конструктор КБ Иван Грибань. За вечер все эти части были собраны воедино, пушка отстрелялась на полигоне — и заводчане единодушно решили, что новому орудию, которое получило заводской индекс ЗИС-3, быть!

После этого судьбоносного решения в КБ принялись за доводку новинки: предстояло превратить набор разнородных частей в единый организм, после чего разработать документацию для производства орудия. Этот процесс растянулся до лета 1941 года. А дальше свое слово в пользу выпуска нового орудия сказала война.

Достучаться до Сталина

До конца 1941 года Красная армия потеряла в боях с вермахтом почти 36,5 тыс. полевых орудий, из которых шестую часть — 6463 единицы — составляли 76-мм дивизионные пушки всех моделей. «Больше пушек, больше пушек!» — требовали Наркомат обороны, Генштаб и Кремль. Ситуация становилась катастрофической. С одной стороны, завод имени Сталина, он же № 92, не мог обеспечить резкий рост производства уже стоящих на вооружении орудий — оно было весьма трудозатратным и сложным. С другой стороны, была готова технологически простая и пригодная к массовому производству ЗИС-3, но военное руководство не хотело и слышать о запуске новой пушки вместо уже выпускающихся.

Тут необходимо маленькое отступление, посвященное личности самого Василия Грабина. Сын артиллериста Русской императорской армии, выпускник-отличник Военно-технической академии РККА в Ленинграде, он в конце 1933 года возглавил КБ, созданное по его инициативе на базе горьковского завода № 92 «Новое Сормово». Именно это бюро в предвоенные годы разработало несколько уникальных орудий — как полевых, так и танковых, — которые были приняты на вооружение. Среди них была противотанковая пушка ЗИС-2, танковые пушки Ф-34, стоявшие на Т-34-76, С-50, которой вооружались танки Т-34-85, и множество других систем.

Слово «множество» здесь ключевое: грабинское КБ, как ни одно другое, разрабатывало новые орудия в сроки, в десять раз меньшие, чем это было тогда принято: три месяца вместо тридцати! Причиной всему был принцип унификации и сокращения количества деталей и узлов орудий — тот самый, что ярче всего воплотился в легендарной ЗИС-3. Сам Василий Грабин сформулировал этот подход так: «Наш тезис был таков: пушка, в том числе каждый ее агрегат и механизм, должна быть малозвенной, должна состоять из наименьшего числа деталей, но не за счет их усложнения, а за счет наиболее рациональной конструктивной схемы, обеспечивающей простоту и наименьшую трудоемкость при механической обработке и сборке. Конструкция деталей должна быть настолько проста, чтобы их можно было обрабатывать с помощью простейших приспособлений и несложным инструментом. И еще одно условие: механизмы и агрегаты должны собираться каждый в отдельности и состоять из узлов, в свою очередь собирающихся каждый самостоятельно. Главным фактором во всей работе стали экономические требования при безусловном сохранении служебно-эксплуатационных качеств пушки».

Уникальные возможности грабинского КБ вкупе с упорством Грабина (конкуренты, которых у него хватало, называли это упрямством) в отстаивании своей позиции позволили конструктору быстро завоевать доверие в высших эшелонах власти. Сам Грабин вспоминал, что Сталин несколько раз обращался к нему напрямую, привлекая в качестве главного консультанта по сложным вопросам артиллерии. Недоброжелатели же Грабина утверждали, что он просто умел вовремя подать «отцу народов» нужные реплики — вот, дескать, и вся причина сталинской любви.

Так или иначе, но особые отношения с всесильным генсеком Грабин, насколько известно, использовал не ради удовлетворения собственных амбиций, а ради того, чтобы дать армии те пушки, которые, как он был убежден, были ей действительно нужны. И в судьбе легендарной ЗИС-3 это упорство, или упрямство, Грабина и его отношения со Сталиным сыграли решающую роль.

«Вашу пушку мы примем»

4 января 1942 года на заседании Госкомитета по обороне Грабина ждал настоящий разгром. Все его аргументы в пользу замены в производстве довоенных 76-миллиметровых дивизионных пушек на новинку ЗИС-3 генсеком отметались резко и безоговорочно. Дошло до того, что, как вспоминал конструктор, Сталин схватил за спинку стул и грохнул ножками об пол: «У вас конструкторский зуд, вы все хотите менять и менять! Работайте, как работали раньше!». А на следующий день председатель ГКО позвонил Грабину со словами: «Вы правы… То, что вы сделали, сразу не понять и по достоинству не оценить. Больше того, поймут ли вас в ближайшее время? Ведь то, что вы сделали, это революция в технике. ЦК, ГКО и я высоко ценим ваши достижения. Спокойно заканчивайте начатое дело». И тогда набравшийся наглости конструктор еще раз рассказал Сталину о новой пушке и попросил разрешения показать ему орудие. Тот, как вспоминает Грабин, неохотно, но согласился.

Показ состоялся на следующий день в Кремле. О том, как он происходил, лучше всего рассказал сам Василий Грабин в своей книге «Оружие победы»:

«На осмотр пришли Сталин, Молотов, Ворошилов и другие члены ГКО в сопровождении маршалов, генералов, ответственных работников Наркомата обороны и Наркомата вооружения. Все были одеты тепло, кроме Сталина. Он вышел налегке — в фуражке, шинели и ботинках. А день был на редкость морозный. Меня это обеспокоило: в трескучий мороз невозможно в такой легкой одежке внимательно ознакомиться с новой пушкой.

Докладывали о пушке все, кроме меня. Я лишь следил за тем, чтобы кто-нибудь что-либо не напутал. Время шло, а конца объяснениям не было видно. Но вот Сталин отошел от остальных и остановился у щита пушки. Я приблизился к нему, но не успел произнести ни слова, как он попросил Воронова (генерал-полковник Николай Воронов, начальник артиллерии РККА. — РП) поработать на механизмах наведения. Воронов взялся за рукоятки маховиков и начал усердно вращать ими. Верхушка его папахи виднелась над щитом. «Да, щит не для роста Воронова»,— подумал я. В это время Сталин приподнял руку с вытянутыми пальцами, кроме большого и мизинца, которые были прижаты к ладони, и обратился ко мне:

— Товарищ Грабин, жизнь бойцов надо беречь. Увеличьте высоту щита.

Он не успел сказать, на сколько надо увеличить, как тут же нашелся «добрый советчик»:

— На сорок сантиметров.

— Да нет, всего лишь на три пальца, это Грабин и сам хорошо видит.

Закончив осмотр, который длился несколько часов — за это время все ознакомились не только с механизмами, но даже и с некоторыми деталями,— Сталин сказал:

— Эта пушка — шедевр в проектировании артиллерийских систем. Почему вы раньше не дали такую прекрасную пушку?

— Мы еще не были подготовлены, чтобы так решать конструктивные вопросы,— ответил я.

— Да, это правильно… Вашу пушку мы примем, пусть военные ее испытают.

Многие из присутствовавших хорошо знали, что на фронте находится не меньше тысячи пушек ЗИС-3 и что армия оценивает их высоко, но об этом никто не сказал. Умолчал и я».

Триумф воли по-советски

После такого триумфа и недвусмысленно выраженной воли вождя испытания превратились в простую формальность. Через месяц, 12 февраля, ЗИС-3 приняли на вооружение. Формально именно с этого дня и началась ее фронтовая служба. Но Грабин не случайно вспоминал о «тысяче пушек ЗИС-3», которые уже воевали к тому времени. Эти пушки были собраны, можно сказать, контрабандой: о том, что в сборке находятся не серийные образцы, а нечто новое, на заводе № 92 знали считанные люди. Единственную «предательскую» деталь — дульный тормоз, которого не имели другие выпускавшиеся пушки — делали в опытном цеху, что никого не удивляло. А на готовые стволы, почти ничем не отличавшиеся от стволов к другим орудиям и лежащие на лафетах от ЗИС-2, их ставили поздно вечером, при минимальном количестве свидетелей.

Но когда орудие уже официально встало на вооружение, нужно было выполнить обещание, данное руководством КБ и завода: увеличить выпуск орудий в 18 раз! И, как ни странно слышать это сегодня, свое слово конструктор и директор завода сдержали. Уже в 1942 году выпуск орудий вырос в 15 раз и продолжал увеличиваться. Лучше всего об этом судить по сухим цифрам статистики. В 1942 году завод имени Сталина выпустил 10 139 пушек ЗИС-3, в 1943-м — 12 269, в 1944-м — 13 215, а в победном 1945-м — 6005 орудий.


ЗиС-3 во время боя на территории завода «Красный Октябрь» в Сталинграде. Фото: Фотохроника ТАСС


О том, за счет чего оказалось возможно такое производственное чудо, можно судить по двум эпизодам. Каждый из них очень ярко демонстрирует возможности и энтузиазм работников КБ и завода.

Как вспоминал Грабин, одной из самых сложных операций в производстве ЗИС-3 была разделка окна под клин затвора — на пушке стоял более скоростной клиновой затвор. Делалось это на долбежных станках рабочими самой высокой квалификации, как правило, уже седоволосыми мастерами золотые руки, у которых уже и брак-то не фиксировался. Но станков и мастеров не хватало, чтобы нарастить выпуск орудия. И тогда решено было заменить долбежку протяжкой, причем протяжные станки на заводе разработали сами и в кратчайшие сроки. «Для протяжного станка начали готовить работницу третьего разряда, в недавнем прошлом домашнюю хозяйку, — вспоминал потом Василий Грабин. — Подготовка была чисто теоретическая, потому что сам станок еще не действовал. Старички долбежники, пока станок отлаживали и осваивали, посматривали на него иронически и втихомолку посмеивались. Но недолго пришлось им посмеиваться. Как только были получены первые годные казенники, они всполошились не на шутку. А когда бывшая домашняя хозяйка стала выдавать один казенник за другим, и без брака, это их окончательно потрясло. Они удвоили выработку, но все равно угнаться за протяжкой не могли. Старички долбежники с восхищением смотрели на протяжку, несмотря на то что она их «съела»».

А второй эпизод касается фирменного отличия ЗИС-3 — характерного дульного тормоза. Традиционно эта деталь, испытывающая колоссальные нагрузки в момент выстрела, делали так: заготовку ковали, а потом высококвалифицированные рабочие обрабатывали ее в течение 30 (!) часов. Но осенью 1942 года только что назначенный на должность замдиректора завода № 92 по металлургическому производству профессор Михаил Струсельба предложил отливать заготовку дульного тормоза с помощью кокиля — раскрывающейся многоразовой формы. Обработка такой отливки занимала всего 30 минут — в 60 раз меньше времени! В Германии этот метод до конца войны так и не освоили, продолжая по старинке ковать дульные тормоза.

Навечно в строю

В российских военных музеях стоит не один десяток экземпляров легендарной пушки ЗИС-3. На счету некоторых из них — по 6–9 тысяч километров, пройденных по дорогам России, Украины, Белоруссии и стран Европы, десятки уничтоженных танков и дотов, сотни солдат и офицеров вермахта. И это совершенно не удивительно, учитывая надежность и неприхотливость этих пушек.


Подбитая пушка ЗиС-3. Фото: dishmodels.ru


И еще о роли 76-миллиметровой дивизионной пушки ЗИС-3 в Великой Отечественной войне. В 1943 году это орудие стало основным как в дивизионной артиллерии, так и в истребительно-противотанковых артиллерийских полках, где оно являлось штатной пушкой. Достаточно сказать, что в 1942 и 1943 годах в противотанковую артиллерию было поставлено 8143 и 8993 пушки, а в дивизионную — 2005 и 4931 пушка соответственно, и только в 1944 году соотношение становится примерно равным.

Удивительно долгой оказалась и послевоенная судьба ЗИС-3. Ее выпуск был прекращен сразу после Победы, а год спустя на вооружение была принята 85-миллиметровая дивизионная пушка Д-44, пришедшая ей на смену. Но, несмотря на появление новой пушки, зарекомендовавшая себя на фронтах Великой Отечественной «Зося» была на вооружении еще не один десяток лет — правда, уже не на родине, а за ее пределами. Немалая часть этих орудий была передана армиям «братских социалистических стран», которые использовали их сами (например, в Югославии это орудие воевало вплоть до конца балканских войн нового времени) и продавали третьим странам, нуждавшимся в дешевом, но надежном оружии. Так что даже сегодня в видеохронике боевых действий где-нибудь в Азии или Африке можно нет-нет, да и заметить характерный силуэт ЗИС-3. Но для России эта пушка была и останется одним из главных символов Победы. Победы, доставшейся ценой небывалого напряжения сил и мужества как на фронте, так и в тылу, где ковалось оружие победителей.

topwar.ru

Лучшая пушка Великой Отечественной зис-3 / Назад в СССР / Back in USSR

Ровно 75 лет назад, 12 февраля 1942 года, постановлением Государственного комитета обороны СССР на вооружение Красной Армии было принято самое массовое орудие Второй мировой войны – 76-мм дивизионная пушка ЗИС-3, ставшая грозой бронетанковых войск и пехоты противника.

Главное – выбивать немецкие танки.

В художественном фильме «Горячий снег» по одноименному роману Юрия Бондарева герой Георгия Жженова, генерал Бессонов, вручая ордена оставшимся в живых артиллеристам, которые не пропустили танки Манштейна к окруженным в Сталинграде войскам 6-й армии Паулюса, говорит: «Главное было выбить у них танки. Это было главное».

Действительно, основная тяжесть борьбы с ударной силой вермахта, панцерфаффе, с первых же дней войны легла на плечи артиллеристов. В 1941 году наиболее массовым противотанковым советским орудием являлась полуавтоматическая 45-мм пушка образца 1937 года.
Она уверенно поражала с 500 метров 50-милиметровую броню вражеских машин, из-за легкого веса и небольшого размера была маневренна и малозаметна для неприятельских танкистов.
При этом первые же бои показали, что ее расчет очень уязвим как от минометного обстрела, так и от снарядов неприятельской артиллерии. Не случайно солдаты наградили сорокопятку прозвищами «Прощай, Родина!» и «До первого выстрела».

У 57-мм противотанковой пушки образца 1941 года были проблемы другого характера. Орудие, которое изготавливалось на горьковском артиллерийском заводе имени Сталина и получило наименование ЗИС-2, признали излишне мощным в связи с избыточной пробиваемостью. Это было весьма затратно в изготовлении, а потому ее сняли с производства.
Позже, когда у немцев появились тяжелые танки и самоходные установки, производство ЗИС-2 было возобновлено. При этом пушку ставили, как правило, на танки и самоходки.

Новаторский метод конструктора Грабина.


Дивизионной и противотанковой артиллерии требовалось же что-то более дешевое и при этом технологичное. К тому же, более 36 тысяч орудий было потеряно в первый год войны, и их надо было быстро заменить.

Конструктивно ЗИС-3 была продолжением ЗИС-2. Конструктор Василий Грабин начал работать над ней еще до войны. К тому времени за плечами у 42-летнего Грабина был артиллерийский факультет Военно-технической академии имени Дзержинского и многолетняя работа на артиллерийских заводах, где он занимался разработкой перспективных образцов ствольной артиллерии.
Еще в 30-х годах Грабин разработал на заводе имени Сталина эргономический метод скоростного проектирования пушечных систем, что давало возможность создавать новые виды орудий в считанные месяцы, а иногда и недели. Передовой метод помогал конструкторам и технологам производить пушки с большой экономией трудозатрат, энергии и металла.

Быстрее, дешевле, легче.



При проектировании 76-мм дивизионки Грабин сразу нацелился на ее массовое производство. Для этого снижалось количество технологических операций – в частности, за счет качественной отливки крупных деталей, вводилась унификация и поточное производство узлов. Количество деталей с 2080 снизили до 1306. Всё это позволяло производить новое орудие куда быстрее и дешевле, не теряя качества.
Сила отдачи при выстреле на ЗИС-3 была на 30% компенсирована дульным тормозом, был устранен важный недостаток предыдущей модели в виде размещения рукояток наводки по разные стороны ствола пушки. Последнее позволяло орудийному расчету выполнять только свои непосредственные функции в бою. Кроме того, орудие было легче на 420 килограмм, чем предыдущая модель, и имело больший клиренс.
Опытная партия ЗИС-3 в декабре 1941 года в составе двух артиллерийских дивизионов была направлена на фронт, где новая пушка продемонстрировала высокие боевые качества. Это позволило Грабину в январе 1942-го лично представить свою разработку народному комиссару обороны Иосифу Сталину, который дал официальное разрешение на промышленное производство орудия.

Орудие с женским именем.


Спектр задач ЗИС-3 был весьма обширен. Пушка предназначалась для уничтожения пехоты противника, его пулеметов и артиллерии, танков и бронемашин, разрушения долговременных огневых точек врага. По всем этим целям орудие стреляло разнообразным ассортиментом пушечных снарядов – от осколочно-фугасных гранат, пробивавших 75-сантиметровую кирпичную стену, до кумулятивных снарядов, прожигавших броню немецких танков толщиной до 90 миллиметров.
Попав вскоре в действующую армию, орудие ЗИС-3 получило от артиллеристов разнообразные прозвища. Одни ласково называли пушку за надежность и простоту женским именем «Зося», другие – за скорострельность и отличные боевые характеристики — величали ее «Залп имени Сталина».
Немцы тоже наградили советскую дивизионку прозвищем – Ratsch-bumm —из-за того, что звук снаряда, пролетающего со сверхзвуковой скоростью, слышался чуть раньше, чем долетал грохот выстрела.

Немецкий взгляд на советскую пушку.


С первых же дней появления ЗИС-3 на поле боя солдаты вермахта испытали на себе поражающее действие его осколочных и шрапнельных снарядов, которое превосходило аналогичный параметр иностранных орудий похожих калибров. Благо советская дивизионная артиллерия вела огонь, как правило, с небольшой дистанции в 3-5 километров.
Что же касается танков, то до начала Курской Дуги ЗИС-3 с расстояния в 700-900 метров свободно поражала в лоб почти все бронемашины противника.
Немецкие артиллерийские конструкторы, сравнивая технический уровень ЗИС-3 со своими 75-мм пушками, пришли к выводу о несомненном преимуществе советского орудия. Оно превосходило неприятельскую артиллерию в ряде параметров. В частности, по соотношению дульной энергии к весу пушки в боевом положении и в максимальной дальности стрельбы, причем, посылаемый снаряд был на 13% тяжелее немецкого.

Бить «танки» и «пантеры» из засад.


Кроме того, ЗИС-3 имело весьма важное преимущество при противотанковом применении – орудие не зарывалось при стрельбе в грунт, как многие немецкие пушки. Это позволяло расчету оперативно реагировать на опасность со всех сторон, и при случае быстро перекатывать артиллерийскую установку вслед за своей наступающей пехотой.
С появлением в 1943 году на поле боя «тигров», «пантер» и тяжелых самоходных артустановок эти немецкие бронемашины оказались неуязвимыми для огня ЗИС-3 при стрельбе по лобовой броне. Однако советские артиллеристы стали активно применять тактику засад, расстреливая врага выстрелами в менее защищенные борта.
После появления у Красной Армии подкалиберных и кумулятивных снарядов противотанковые свойства ЗИС-3 улучшились, позволив пушке на дистанциях ближе 500 метров уверенно пробивать 80-мм лобовую броню. Впрочем, тяжелых танков у немцев было не так много, а с остальной неприятельской бронетехникой 76-мм орудие прекрасно расправлялось до конца войны.

Яркий символ Победы.


В 1943 году к производству дивизионки активно подключились еще два завода — № 235 в Воткинске и № 13 в Усть-Катаве. Это произошло после того, как в ходе боев стало понятной необходимость создания самоходной артиллерии, которая бы поддерживала танковые войска. ЗИС-3 стали ставить на разработанную самоходку СУ-76.
Ее боевой дебют состоялся на Курской Дуге, где советские артиллеристы пожгли немало вражеских танков. Модификация же данного САУ в виде СУ-76М стала самым массовым советским самоходным орудием. В годы войны было выпущено 11 тысяч 494 машин.

Что же касается самой ЗИС-3, то всего было произведено 48 016 орудий, что является больше, чем выпуск какой-либо другой пушки за всю историю человечества. Наряду с танком Т-34 и самолетом Ил-2, 76-мм дивизионная пушка образца 1942 года стала одним из ярких символов победы Красной Армии в Великой Отечественной войне.

back-in-ussr.com

ДИВИЗИОННАЯ ПУШКА ЗИС-3….. КРАСИВАЯ, ЛЕГЕНДАРНАЯ И НИ КОМУ НЕ НУЖНАЯ? » ВОЕННОЕ ОБОЗРЕНИЕ

Дивизионная пушка ЗИС — 3 была самым массовым орудием в нашей армии. К концу тысяча девятьсот сорок третьего года её «вылизали» в плане технологичности конструкции. В конструкции дивизионной пушки ЗИС — 3 не было ни одной лишней детали. Внешне она выглядела очень гармонично. Наверно именно по этому её чаще других орудий ставили на пьедесталы после войны. Что касается её боевого применения и распространения во всём мире то она не сильно уступает автомату Калашникова. По крайней мере в Анголе ей повоевать пришлось. При всём этом меня и многих других специалистов мучает вопрос. Была ли дивизионная пушка ЗИС — 3 артиллерийской системой имеющей какие то уникальные боевые возможности, или её слава просто стечение обстоятельств? Понятно что эффективность любой системы надо рассматривать применительно к конкретным условиям. Поэтому ЗИС — 3 я буду оценивать исходя из реалий Великой Отечественной Войны.

Боевые возможности дивизионной пушки ЗИС-3

Самое простое разобрать ПРОТИВОТАНКОВЫЕ возможности дивизионной пушки ЗИС-3. Да, безусловно, она была мощнее (и одновременно значительно тяжелее) сорока пяти миллиметровой противотанковой пушки образца тридцать седьмого года. Но не могла идти ни в какое сравнение со своей младшей сестрой противотанковой пушкой ЗИС- 2. Последняя имела почти в двое большую толщину пробиваемой брони по сравнению с ЗИС-3 при одинаковом с нею весе. Немецкая семидесяти пяти миллиметровая противотанковая пушка значительно превосходила дивизионную пушку ЗИС-3 по броне пробиваемости. На этом противотанковую тему можно закрыть сделав вывод — дивизионная пушка ЗИС-3 является средненьким противотанковым орудием.

Действие дивизионной пушки ЗИС-3 по пехоте расположенной открыто

Исторически калибр 76.2 мм разрабатывался (не знаю насколько обосновано) для поражения пехоты расположенной открыто шрапнельными снарядами. Во время второй Мировой Войны использование шрапнельных снарядов сошло на нет. А что касается осколочных снарядов, то многочисленные исследования показали — наивысший осколочный эффект наблюдается у снарядов калибра сто двадцать миллиметров. Справедливости ради надо учитывать разную СКОРОСТРЕЛЬНОСТЬ орудий разных калибров. Орудие калибра сто двадцать два миллиметра имеет скорострельность примерно в два с половиной раза ниже чем орудие калибра 76.2 миллиметров. Учитывая зону поражения осколками и скорострельность обоих орудий понимаешь — оба калибра НЕ ОПТИМАЛЬНЫ. Поиск оптимального калибра дивизионной пушки привёл меня к написанию статьи — «Идеальная дивизионная артиллерия для стрелковой дивизии образца 1941 года». Вывод по дивизионной пушке ЗИС-3 можно сделать следующий — действие по пехоте расположенной открыто не идеально, но учитывая высокую скорострельность приближается к восьмидесяти процентам от идеала. Здесь надо опять вспомнить противотанковую пушку ЗИС-2. На сколько сильно она отставала по эффективности борьбы с пехотой от своей старшей сестры? В реальности отставала сильно. Осколочный снаряд был спроектирован крайне не удачно. Но самое главное маленький калибр. В сорок третьем году модернизированный осколочный снаряд калибра пятьдесят семь миллиметров давал четыреста осколков и радиус сплошного поражения десять метров. Снаряд калибра 76.2 мм давал почти девятьсот осколков, при радиусе поражения пятнадцать метров метров.

Действие дивизионной пушки ЗИС-3 по укреплённым позициям равно нулю.

Ещё во время войны с Японией возник вопрос о малой эффективности снаряда калибра 76.2 миллиметра при обстреле пехоты укрывшейся в окопах. При обстреле укреплённого пункта зоной сто процентного поражения является площадь воронки. Какую воронку делает снаряд дивизионной пушки ЗИС-3 в грунте средней плотности видно на фотографии.

Почему не самая оптимальная по сумме характеристик дивизионная пушка ЗИС-3 стала самым массовым орудием красной армии?

Так получилось что «гениальные» военные специалисты вроде Тухачевского на самом деле были мало образованные (три — четыре класса церковно приходской школы) и не очень умные в основной массе люди. Они не представляли ни какой будет будущая война ни какое оружие для этой войны нужно. На первом месте была экономия, иногда доходившая до абсурда. Переход на новый размер гильзы, это расходы, поэтому в нашей армии до сих пор стреляют позорным патроном с закраиной времён царя батюшки. При Тухачевском и речи не возникало о замене 76.2 миллиметровой гильзы. После его смерти началось суматошное проектирование дивизионных пушек различных калибров. Осмысленного в этом проектировании было весьма мало, дивизионные пушки проектировались под имеющиеся снаряды, а их было ровно два восьмидесяти пяти миллиметровый от зенитной пушки и древний сто семи миллиметровый. С первым снарядом получилась прекрасная противотанковая пушка, со вторым получилось что то тяжелое под обозначением М-60, весом в четыре тонны, не понятного назначения. Была попытка создать новый девяносто пяти миллиметровый ствол и снаряд. Пока думали и чесали в затылке началась война с её огромными потерями. Вопрос встал так — дайте хоть что нибудь. И тут Грабин, который был не только конструктором но и отличным технологом дал план по валу. Надо признать, что Грабину сильно повезло — он работал на самом крупном артиллерийском заводе страны. Не известно как бы сложилась судьба дивизионной пушки ЗИС-3 если бы её начали выпускать на малюсеньком артиллерийском заводе номер 352 расположенном в Новочеркаске. Кстати на этом заводе выпускали дивизионную пушку М-60 под сто семи миллиметровый снаряд. В сорок первом году сумели выпустить всего сто три орудия. Признайтесь уважаемые читатели — слышали вы про неё хоть что нибудь? За годы войны дивизионную пушку ЗИС- 3 выпустили в количестве сорок восемь тысяч экземпляров. Хочу подчеркнуть, что количество выпущенных экземпляров дивизионной пушки ЗИС-3 ни в коей мере не говорит о её полезности. В сорок третьем году выпустили шестнадцать тысяч абсолютно бесполезных к тому времени сорока пяти миллиметровых противотанковых пушек образца тридцать седьмого года. Естественно что самая массовая дивизионная пушка победившей стороны, да ещё красивая внешне должна была стать самой лучшей и легендарной. И она ей стала, иначе пришлось бы объяснять для чего сделали столько не очень эффективных орудий. В заключении хочу ещё раз подчеркнуть — у меня нет претензий к конструкции дивизионной пушки ЗИС-3, но калибр 76.2 миллиметра не соответствовал задачам дивизионной артиллерии времён Великой Отечественной войны.

На фотографиях показана пушка М-60, которую сватали в дивизионные.

voennoe-obozrenie.ru

100-мм полевая пушка образца 1944 года (БС-3) » Военное обозрение

Весной 1943 года В.Г. Грабин в своей докладной записке на имя Сталина предложил наряду с возобновлением производства 57-мм противотанковой ЗИС-2 начать проектирование 100-мм пушки с унитарным выстрелом, который применялся в морских орудиях Б-34.



Интересно, что «предком» советских морских и сухопутных орудий калибра 100-мм была итальянская морская универсальная артсистема Минизини.

100-мм АУ Минизини крейсера «Красный Кавказ»

В середине 30-х годов СССР для вооружения крейсеров типа «Светлана»: «Красный Кавказ», «Красный Крым» и «Червона Украина» закупил в Италии 10 100-мм двуствольных установок разработанных инженером-генералом Эудженио Минизини.

Необходимость создания 100-мм буксируемого орудия мотивировалась появлением у немцев в 1942 году тяжелых танков Panzerkampfwagen VI «Tiger I» Ausf E, с толщиной лобовой брони 100 мм, а также возможным появлением ещё более защищённых танков и САУ.

Помимо противотанковых задач, такое орудие при переходе РККА к наступательным операциям было необходимо для разрушения полевых укреплений и ведения контрбатарейной стрельбы. Так как имеющаяся 107-мм дивизионная пушка образца 1940 года (М-60) была снята с производства, а 122-мм корпусная пушка образца 1931/37 годов (А-19) слишком тяжела и имела низкую скорострельность.

В сентябре 1943 года первый опытный образец был отправлен на полигон. Предварительные испытания показали, что новое 100-мм орудие не удовлетворяет требованиям надёжности и небезопасно в эксплуатации. После внесения ряда доработок и изменений в апреле 1944 года начались войсковые испытания четырёх пушек. Они закончились 2 мая, приёмная комиссия рекомендовала принять орудие на вооружение при условии устранения ряда недостатков.

100-мм орудие БС-3

Постановлением ГКО от 7 мая 1944 года орудие было принято на вооружение под наименованием «100-мм полевая пушка обр. 1944 г.», её заводским индексом стал БС-3. Именно под таким обозначением это орудие и стало широко известно.

Словосочетание «полевая пушка» появилось впервые в обозначении орудия, созданного в советское время. Служащие Главного артиллерийского управления долго решали, как назвать новую пушку. В качестве дивизионной 100-мм пушка оказалась слишком тяжела. А как противотанковая, она не удовлетворяла ряду тогдашних условий. Более того, создатель этого орудия В.Г. Грабин никогда не считал БС-3 противотанковой системой, что, видимо, и нашло отражение в названии.

При создании БС-3 конструкторы КБ под руководством В.Г. Грабина широко использовали накопленный ими опыт создания полевых и противотанковых пушек, а также внедрили ряд новых технических решений.

Для обеспечения большой мощности, снижения веса, компактности и высокой скорострельности на орудии такого калибра были впервые применены клиновой полуавтоматический затвор и двухкамерный дульный тормоз с эффективностью 60%.

Оригинально была решена проблема колеса, для более легких орудий обычно применялись колёса от ГАЗ-АА или ЗИС-5. Но для нового орудия они не подходили. Колёса от пятитонки ЯАЗ оказались слишком тяжелыми и большими. Тогда была взята спарка колёс от ГАЗ-АА, что позволило вписаться в заданные массу и габариты. Колеса от грузовика ГАЗ-АА имели усиленную резиновую шину, и специальную ступицу колес. Снабженные такими колесами пушки могли транспортироваться механической тягой с достаточно большими скоростями.

Весной 1944 года БС-3 было запущено в серийное производство. Но темпы выпуска в связи с загруженностью заводов оказались не высокими. До конца Великой Отечественной войны промышленностью было поставлено Красной Армии всего лишь около 400 пушек.

Благодаря наличию клинового затвора с вертикально перемещающимся клином с полуавтоматикой, расположению механизмов вертикальной и горизонтальной наводки с одной стороны орудия, а также применению унитарных выстрелов скорострельность пушки составляет 8-10 выстрелов в минуту. Стрельба из пушки велась унитарными выстрелами с бронебойно-трассирующими снарядами и осколочно-фугасными гранатами.

Технические характеристики 100-миллиметровой полевой пушки БС-3:
Масса пушки в боевом положении — 3650 кг.
Калибр ствола — 100 мм.
Длина ствола — 5960 мм/59,6 калибров.
Высота линии огня — 1010 мм.
Число нарезов — 40.
Габариты пушки в походном положении:
— длина — 9370 мм;
— высота — 1500 мм;
— ширина — 2150 мм;
Дальность стрельбы:
— ОФ-412 и ОФС — 20 тыс. м;
— ОФ-32 — 20,6 тыс. м;
— прямого выстрела — 1080 м.
Скорострельность — до 10 выстрелов в минуту.
Угол горизонтального наведения — 58 градусов.
Угол вертикального наведения — от -5 до +45 градусов.
Боеприпасы — БС, ДС, ОС, ОФС.
Заряжание — унитарное.
Прицельные приспособления:
— ОП1-5 — оптический прицел;
— С71А-5 — механический прицел (панорама).
Максимальная скорость буксировки — 50 км/ч.
Расчет — 6 чел.

100-мм БС-3 оказалось весьма эффективным противотанковым средством, что было продемонстрировано стрельбой на полигоне по трофейным танкам «Тигр» и «Пантера». За отличную бронепробиваемость, обеспечивающую поражение любого танка противника, солдаты-фронтовики присвоили ей имя «Зверобой».

Бронебойно-трассирующий снаряд с начальной скоростью 895 м/с на дальности 500 м при угле встречи 90° пробивал броню толщиной 160 мм. Дальность прямого выстрела составляла 1080 м.

Однако роль этого орудия в борьбе с танками противника сильно преувеличена. К моменту её появления немцы практически не применяли танки массировано. Выпущена БС-3 во время войны была в небольших количествах и заметной роли сыграть не могла. Кроме того большая часть поставленных в войска орудий как правило находилась далеко от «переднего края» являясь «особым противотанковым резервом» на случай прорыва больших групп тяжелых танков противника. Более того, на орудиях первого выпуска имелись только прицельные приспособления для стрельбы с закрытых позиций — панорама С-71А-5. Оптический прицел ОП1-5 для ведения огня прямой наводкой стали монтировать только через пару месяцев после начала серийного производства орудий. Впрочем, вскоре все орудия прицелами «прямой наводки» были укомплектованы.

На завершающем этапе войны 98 БС-3 были приданы как средство усиления пяти танковым армиям. Пушка состояла на вооружении легких артиллерийских бригад 3-х полкового состава (сорок восемь 76-мм и двадцать 100-мм пушек).

В артиллерии РВГК по состоянию на 1 января 1945 года находилось 87 пушек БС-3. В начале 1945 года в 9-й Гвардейской армии в составе трёх стрелковых корпусов было сформировано по одному пушечному артиллерийскому полку по 20 БС-3.

Для сравнения ПТ САУ СУ-100 с орудием аналогичного калибра Д-10С было выпущено в военное время в количестве около 2000. Естественно, что у СУ-100 действующих на поле боя в одном боевом порядке с танками, шансов встретить танки противника были намного выше и эти самоходки внесли гораздо больший вклад в дело борьбы с вражескими танками.

БС-3 имело ряд недостатков, которые затрудняли её использование в качестве противотанковой. При стрельбе орудие сильно прыгало, что делало небезопасной работу наводчика и сбивало прицельные установки, что, в свою очередь, приводило к уменьшению практического темпа прицельной стрельбы — качества для полевого противотанкового орудия очень важного.

Наличие мощного дульного тормоза при небольшой высоте линии огня и настильных траекториях, характерных для стрельбы по бронецелям, приводило к образованию значительного дымопылевого облака, демаскировавшего позицию и ослеплявшего расчет.

Подвижность орудия с массой более 3500 кг оставляла желать лучшего, транспортировка силами расчёта на поле боя была практически невозможна.

Если буксировка 45-мм, 57-мм и 76-мм орудий осуществлялась конными упряжками, автомобилями ГАЗ-64, ГАЗ-67, ГАЗ-АА, ГАЗ-ААА, ЗИС-5 или поставляемыми с середины войны по ленд-лизу автомобили Dodge WC-51 («Додж 3/4»), то для буксировки БС-3 требовались гусеничные тягачи, в крайнем случае полноприводные грузовые автомобили Studebaker US6.

В ходе боевых действий на завершающем этапе войны БС-3 применялось в основном как корпусная пушка для стрельбы с закрытых позиций и для контрбатарейной борьбы благодаря своей высокой дальности огня.

Иногда она вела огонь прямой наводкой по укреплениям противника. Случаи же использования 100-мм орудий БС-3 против бронетехники были очень редкими.

Дать однозначную оценку этому орудию достаточно сложно. С одной стороны БС-3 уверенно поражала любой тяжелый германский танк, и было достаточно эффективно при стрельбе с закрытых позиций. С другой стороны, необходимость в таком орудии была неочевидной. К моменту принятия на вооружение БС-3 хребет «панцерваффе» был сломан, в РККА уже имелись достаточно эффективные 57-мм противотанковые орудия ЗИС-2, САУ СУ-100 и танки Т-34-85. В крайнем случае, для борьбы с немногочисленными тяжелыми танками противника могли быть привлечены 122-мм пушки А-19 и 152-мм гаубицы-пушки МЛ-20, а также тяжелые САУ ИСУ-122 и ИСУ-152.

Более востребованной в годы войны была бы 85-мм противотанковая пушка, которая могла перекатываться на поле боя силами расчёта, была компактней, проще и дешевле в производстве. А в случае применения бронебойно-подкалиберного снаряда, по характеристикам бронепробиваемости не уступало 100-мм БС-3.

85-мм орудие Д-44

Но разработка такого орудия затянулась, и оно поступило на вооружение уже после войны. Это было созданное под руководством главного конструктора Ф. Ф. Петрова 85-мм орудие Д-44, принятое на вооружение в 1946 году. Впоследствии было решено использовать 85-мм Д-44 в качестве дивизионной для замены ЗИС-3, а борьбу с танками возложить на более мощные артсистемы и ПТУР.

В этом качестве орудие Д-44 применялось во многих конфликтах, в том числе на просторах СНГ. Последний случай боевого применения отмечен на Северном Кавказе, в ходе «контртеррористической операции». В войсках Д-44 намного пережило БС-3. Уступая последнему по могуществу действия снаряда и дальности стрельбы, 85-мм орудие было более чем в 2 раза легче, проще в обслуживании и удобней.

До прекращения производства в 1951 году промышленностью было поставлено в войска 3816 орудий БС-3.

В послевоенные годы пушку БС-3 подвергли небольшой модернизации, которая в первую очередь касалась боеприпасов и прицелов.

В первые послевоенные годы для буксировки орудия обычно использовались тягач АТ-Л и автомобиль ЗИС-151. В середине 50-х основным средством тяги стал лёгкий полубронированный гусеничный артиллерийский тягач АТ-П. В качестве тягача использовался так же МТ-ЛБ.

До начала 1960-х пушки БС-3 могли бороться с любыми западными танками. Однако позже ситуация изменилась: бронебойные снаряды пушки БС-3 были неспособны пробивать лобовую броню башни а также верхнюю лобовую броню британских танков «Чифтен» и американских М-48А2 и М-60. Поэтому в срочном порядке были разработаны и приняты на вооружение оперенные кумулятивные и подкалиберные снаряды. Подкалиберные снаряды были способны пробивать любую броню танка М-48А2, а также башни танков «Чифтена» и М-60, однако не пробивали верхнюю лобовую броню данных танков. Кумулятивные снаряды были способны пробивать любую броню всех трех танков.

Однако после появления новых противотанковых орудий: 85-мм Д-48 и 100-мм гладкоствольных Т-12 и МТ-12, орудие БС-3 стало постепенно изыматься из войск и передаваться «на хранение». Значительное количество БС-3 было поставлено за рубеж, где они пользовались популярностью благодаря унификации по боеприпасам с орудиями широко распространенных советских танков Т-54/Т-55.

В боекомплект 100-мм орудия БС-3 входили следующие боеприпасы:
Осколочно-фугасный снаряд ОФ-412:
Выстрелы — 3УОФ412/3УОФ412У.
Масса снаряда — 15,6 кг.
Масса взрывчатого вещества — 1,46 кг.
Начальная скорость — 900 м/с.
Дальность прямого выстрела — 1100 м.
Максимальная дальность стрельбы — 20 тыс. м.


100-мм унитарные выстрелы с осколочно-фугасными снарядами ОФ-412: а — с полным зарядом; б — с уменьшенным зарядом

Осколочная граната О-412:
Выстрел — УО-412.
Вес снаряда — 15,94 кг.
Начальная скорость — 898 м/с.
Максимальная дальность стрельбы — 21,36 тыс. м.
Дальность прямого выстрела — 1,2 тыс. м.

Бронебойные снаряды БР-412, БР-412Б, БР-412Д:
Выстрелы — УБР-412/3УБР3/3УБР412Д.
Вес снаряда — 15,088 кг.
Вес взрывчатого вещества — 0,06 кг.
Начальная скорость — 895 м/с.
Дальность прямого выстрела — 1040/1070 м.
Максимальная дальность стрельбы — 4 тыс. м.


100-мм унитарные выстрелы с бронебойно-трассирующими снарядами: а — со снарядом БР-412Д с бронебойным и баллистическим наконечником, б — со снарядом БР-412Б с баллистическим наконечником

Бронебойные подкалиберные снаряды 3БМ25 и 3БМ8:
Выстрел — 3УБМ11 и 3УБМ6.
Масса снаряда — 5,7 кг.

Кумулятивные бронебойные снаряды 3БК17, 3БК5:
Выстрел — 3УБК9 и 3УБК4.

Осколочно-фугасный снаряд ОФ-32 (1980-е годы):
Выстрел — 3УОФ10/3УОФ11.
Масса снаряда — 15,6 кг.
Масса взрывчатого вещества — 1,7кг.
Дальность стрельбы прямого выстрела — 1100 м.
Максимальная дальность стрельбы — 20600 м.

Управляемая противотанковая ракета 9М117 комплекса «Бастион»:
Выстрел — 3УБК10-1.
Дальность стрельбы — 100-4000 метров.
Бронепробиваемость: под 60 градусов — 275 мм, под углом 90 градусов — 550 мм.

В 80-х годах орудие прошло последнюю, на мой взгляд, совершенно неоправданную для этой явно безнадёжно устаревшей артсистемы к тому времени модернизацию. В боекомплект 100-миллиметровой пушки БС-3 поступил управляемый противотанковый снаряд 9М117 (ракетный комплекс «Бастион»), его эффективная дальность стрельбы оставляла до 4000 метров и пробивавший по нормали 550-миллиметровую броню. Но к тому моменту в войсках орудий БС-3 оставалось уже немного, и можно сказать, что средства на опытно-конструкторские работы по модернизации были потрачены зря.

В настоящее время 100-мм орудия БС-3 в большинстве стран, куда они поставлялись, уже сняты с вооружения строевых частей. В России пушки БС-3 по состоянию на 2011 год состояли в качестве орудия береговой обороны на вооружении 18-й пулеметно-артиллерийской дивизии, дислоцированной на Курильских островах, а некоторое количество их имеется на хранении.

По материалам:
http://www.militaryfactory.com
Широкорад А. Б. Гений советской артиллерии. Триумф и трагедия В. Грабина. М.: АСТ, 2003.

topwar.ru

Дивизионная пушка ЗИС-3: биография рекордсмена

Как конструктору Василию Грабину удалось создать орудие, ставшее самым массовым в истории мировой артиллерии

Советские солдаты, прежде всего артиллеристы дивизионных и противотанковых артполков, за простоту, послушность и надежность называли ее ласково — «Зося». В других частях за скорострельность и высокие боевые характеристики она была известна под народным вариантом расшифровки аббревиатуры в названии — «Залп имени Сталина».

Именно ее называли чаще всего просто «пушкой Грабина» — и никому не нужно было пояснять, о каком конкретно орудии идет речь. А солдаты вермахта, среди которых трудно было найти такого, кто не знал бы эту пушку по звуку выстрела и разрыва и не боялся бы ее скорострельности, это орудие называли «Ratsch-Bumm» — «Трещотка».

В официальных же документах это орудие именовалось «76-мм дивизионная пушка образца 1942 года». Именно эта пушка была самой массовой в Красной армии, и, пожалуй, единственной, которая с одинаковым успехом применялась как в дивизионной, так и в противотанковой артиллерии.

А еще это было первое в мире артиллерийское орудие, производство которого было поставлено на конвейер. За счет этого оно стало и самой массовой пушкой в истории мировой артиллерии. В общей сложности в СССР было выпущено 48 016 орудий в варианте дивизионной пушки и еще 18 601 — в модификации орудия самоходки СУ-76 и СУ-76М. Никогда больше — ни до, ни после — в мире не выпускалось столько единиц одного и того же орудия.

Эта пушка — ЗИС-3, получила название по месту своего рождения и производства, заводу имени Сталина (он же завод № 92, он же «Новое Сормово») в Горьком. Она стала одним из самых узнаваемых символов Великой Отечественной войны. Ее силуэт настолько известен, что любой русский человек, едва увидевший его, сразу поймет, о какой эпохе идет речь. Это пушка чаще любых других советских артиллерийских орудий встречается в качестве памятников героям Великой Отечественной. А ведь ничего этого могло бы и не быть, если бы не упрямство и вера в собственную правоту создателя ЗИС-3 артиллерийского конструктора Василия Грабина.

«Ваши пушки не нужны!»

ЗИС-3 справедливо называют легендарной — в том числе и потому, что история ее создания овеяна множеством легенд. Одна из них гласит, что первый экземпляр ЗИС-3 вышел за ворота завода № 92 день начала войны, 22 июня 1941 года. Но, к сожалению, найти документального подтверждения этого не удалось. И совсем уж удивительно, что о таком символическом совпадении в судьбе своего самого знаменитого орудия ни слова не говорит сам Василий Грабин.

В книге воспоминаний «Оружие победы» он пишет, что в день начала войны был в Москве, где из радиообращения Молотова и узнал трагическую новость. И ни слова о том, что в тот же день что-то значительное произошло в судьбе пушки ЗИС-3. А ведь выход первого орудия за ворота завода — не то событие, которое могло бы произойти втайне от главного конструктора.

Василий Грабин

Зато совершенно точно известно, что ровно через месяц после нападения Германии, 22 июля 1941 года, дивизионная пушка ЗИС-3 была представлена во дворе Наркомата обороны заместителю наркома, бывшему начальнику Главного артиллерийского управления маршалу Григорию Кулику. И это именно он чуть не поставил крест на судьбе будущей легенды.

Вот что вспоминал об этом показе сам Василий Грабин: «Учитывая, что постановка каждой новой пушки на валовое производство и перевооружение Красной армии — процесс сложный, длительный и дорогой, я подчеркнул, что применительно к ЗИС-3 все решается просто и быстро, потому что она представляет собой 76-миллиметровый ствол, наложенный на лафет 57-миллиметровой противотанковой пушки ЗИС-2, которая находится у нас на валовом производстве. Поэтому постановка на производство ЗИС-3 не только не обременит завод, но, наоборот, облегчит дело тем, что вместо двух пушек Ф-22 УСВ и ЗИС-2 в производство будет идти одна, но с двумя разными трубами ствола.

К тому же ЗИС-3 обойдется заводу втрое дешевле, чем Ф-22 УСВ. Все это вместе взятое позволит заводу сразу увеличить выпуск дивизионных пушек, которые будут не только проще в изготовлении, но удобнее в обслуживании и надежнее. Заканчивая, я предложил принять на вооружение дивизионную пушку ЗИС-3 взамен дивизионной пушки Ф-22 УСВ.

Маршал Кулик захотел посмотреть ЗИС-3 в действии. Горшков подал команду: «Расчет, к орудию!». Люди быстро заняли свои места. Последовали новые различные команды. Их выполняли так же четко и быстро. Кулик приказал выкатить орудие на открытую позицию и начать условную «стрельбу по танкам». В считанные минуты пушка была готова к бою. Кулик указывал появление танков с разных направлений. Звучали команды Горшкова (Иван Горшков — один из ведущих конструкторов грабинского КБ в Горьком): «Танки слева… спереди», «танки справа… сзади». Орудийный расчет работал, как хорошо отлаженный механизм. Я подумал: «Труд Горшкова себя оправдал».

Маршал похвалил расчет за четкость и быстроту. Горшков подал команду: «Отбой!», ЗИС-3 установили на исходной позиции. После этого многие генералы и офицеры подходили к орудию, брались за маховики механизмов наведения и работали ими, поворачивая ствол в разных направлениях по азимуту и в вертикальной плоскости».

Тем удивительнее, невозможнее оказалась для конструктора реакция маршала Кулика на результаты демонстрации. Хотя, наверное, ее можно было предсказать, памятуя о том, что еще в марте того же года тот же Кулик, когда Грабин осторожно зондировал почву по поводу возможности начать выпуск ЗИС-3, решительно заявлял, что РККА не нуждается в новых или дополнительных дивизионных пушках. Но начало войны, видимо, затерло мартовский разговор. И вот в кабинете маршала происходит следующая сцена, которую Василий Грабин дословно приводит в своей книге воспоминаний «Оружие победы»:

«Поднялся Кулик. Слегка улыбнулся, обвел взглядом присутствующих и остановил его на мне. Это я оценил как положительный признак. Кулик немного помолчал, готовясь высказать свое решение, и высказал:

— Вы хотите заводу легкой жизни, в то время как на фронте льется кровь. Ваши пушки не нужны.

Он замолчал. Мне показалось, что я ослышался или он оговорился. Я сумел только произнести:

— Как?

— А вот так, не нужны! Поезжайте на завод и давайте больше тех пушек, которые на производстве.

Маршал продолжал стоять с тем же победоносным видом.

Я встал из-за стола и пошел к выходу. Меня никто не остановил, никто мне ничего не сказал».

Шесть лет и одна ночь

Возможно, все было бы гораздо проще, будь ЗИС-3 орудием, разработанным грабинским КБ по заданию военных. Но эта пушка была создана в порядке инициативы снизу. И главной причиной ее появления, насколько можно судить, было категорическое мнение Василия Грабина, что Красной армии не хватает качественных дивизионных пушек, удобных и простых в изготовлении и применении. Мнение, которое полностью подтвердилось уже в первые месяцы войны.

Как и все гениальное, ЗИС-3 родилась, можно сказать, просто. «Какой-то художник (эту фразу приписывают английскому живописцу Уильяму Тернеру) на вопрос, сколько времени он писал картину, ответил: «Всю жизнь и еще два часа», — писал потом Василий Грабин. — Точно так же и мы могли бы сказать, что над пушкой ЗИС-3 работали шесть лет (с момента образования нашего КБ) и еще одну ночь».

Производство ЗиС-3 на военном заводе

Ночь, о которой пишет Грабин, была ночью первых испытаний новой пушки на заводском полигоне. Образно говоря, ее собрали, как конструктор, из деталей других орудий, уже выпускавшихся горьковским заводом. Лафет — от 57-миллиметровой противотанковой пушки ЗИС-2, принятой на вооружение в марте 1941 года. Ствол — от стоящей на вооружении дивизионной пушки Ф-22 УСВ: полуфабрикат доработали под новые задачи.

Совершенно новым был только дульный тормоз, который с нуля за несколько дней разработал конструктор КБ Иван Грибань. За вечер все эти части были собраны воедино, пушка отстрелялась на полигоне — и заводчане единодушно решили, что новому орудию, которое получило заводской индекс ЗИС-3, быть!

После этого судьбоносного решения в КБ принялись за доводку новинки: предстояло превратить набор разнородных частей в единый организм, после чего разработать документацию для производства орудия. Этот процесс растянулся до лета 1941 года. А дальше свое слово в пользу выпуска нового орудия сказала война.

Достучаться до Сталина

До конца 1941 года Красная армия потеряла в боях с вермахтом почти 36,5 тыс. полевых орудий, из которых шестую часть — 6463 единицы — составляли 76-мм дивизионные пушки всех моделей. «Больше пушек, больше пушек!» — требовали Наркомат обороны, Генштаб и Кремль. Ситуация становилась катастрофической.

С одной стороны, завод имени Сталина, он же № 92, не мог обеспечить резкий рост производства уже стоящих на вооружении орудий — оно было весьма трудозатратным и сложным. С другой стороны, была готова технологически простая и пригодная к массовому производству ЗИС-3, но военное руководство не хотело и слышать о запуске новой пушки вместо уже выпускающихся.

Тут необходимо маленькое отступление, посвященное личности самого Василия Грабина. Сын артиллериста Русской императорской армии, выпускник-отличник Военно-технической академии РККА в Ленинграде, он в конце 1933 года возглавил КБ, созданное по его инициативе на базе горьковского завода № 92 «Новое Сормово». Именно это бюро в предвоенные годы разработало несколько уникальных орудий — как полевых, так и танковых, — которые были приняты на вооружение. Среди них была противотанковая пушка ЗИС-2, танковые пушки Ф-34, стоявшие на Т-34-76, С-50, которой вооружались танки Т-34-85, и множество других систем.

Слово «множество» здесь ключевое: грабинское КБ, как ни одно другое, разрабатывало новые орудия в сроки, в десять раз меньшие, чем это было тогда принято: три месяца вместо тридцати! Причиной всему был принцип унификации и сокращения количества деталей и узлов орудий — тот самый, что ярче всего воплотился в легендарной ЗИС-3. Сам Василий Грабин сформулировал этот подход так:

«Наш тезис был таков: пушка, в том числе каждый ее агрегат и механизм, должна быть малозвенной, должна состоять из наименьшего числа деталей, но не за счет их усложнения, а за счет наиболее рациональной конструктивной схемы, обеспечивающей простоту и наименьшую трудоемкость при механической обработке и сборке. Конструкция деталей должна быть настолько проста, чтобы их можно было обрабатывать с помощью простейших приспособлений и несложным инструментом.

И еще одно условие: механизмы и агрегаты должны собираться каждый в отдельности и состоять из узлов, в свою очередь собирающихся каждый самостоятельно. Главным фактором во всей работе стали экономические требования при безусловном сохранении служебно-эксплуатационных качеств пушки».

Уникальные возможности грабинского КБ вкупе с упорством Грабина (конкуренты, которых у него хватало, называли это упрямством) в отстаивании своей позиции позволили конструктору быстро завоевать доверие в высших эшелонах власти. Сам Грабин вспоминал, что Сталин несколько раз обращался к нему напрямую, привлекая в качестве главного консультанта по сложным вопросам артиллерии. Недоброжелатели же Грабина утверждали, что он просто умел вовремя подать «отцу народов» нужные реплики — вот, дескать, и вся причина сталинской любви.

Так или иначе, но особые отношения с всесильным генсеком Грабин, насколько известно, использовал не ради удовлетворения собственных амбиций, а ради того, чтобы дать армии те пушки, которые, как он был убежден, были ей действительно нужны. И в судьбе легендарной ЗИС-3 это упорство, или упрямство, Грабина и его отношения со Сталиным сыграли решающую роль.

«Вашу пушку мы примем»

4 января 1942 года на заседании Госкомитета по обороне Грабина ждал настоящий разгром. Все его аргументы в пользу замены в производстве довоенных 76-миллиметровых дивизионных пушек на новинку ЗИС-3 генсеком отметались резко и безоговорочно. Дошло до того, что, как вспоминал конструктор, Сталин схватил за спинку стул и грохнул ножками об пол: «У вас конструкторский зуд, вы все хотите менять и менять! Работайте, как работали раньше!».

А на следующий день председатель ГКО позвонил Грабину со словами: «Вы правы… То, что вы сделали, сразу не понять и по достоинству не оценить. Больше того, поймут ли вас в ближайшее время? Ведь то, что вы сделали, это революция в технике. ЦК, ГКО и я высоко ценим ваши достижения. Спокойно заканчивайте начатое дело». И тогда набравшийся наглости конструктор еще раз рассказал Сталину о новой пушке и попросил разрешения показать ему орудие. Тот, как вспоминает Грабин, неохотно, но согласился.

Показ состоялся на следующий день в Кремле. О том, как он происходил, лучше всего рассказал сам Василий Грабин в своей книге «Оружие победы»:

«На осмотр пришли Сталин, Молотов, Ворошилов и другие члены ГКО в сопровождении маршалов, генералов, ответственных работников Наркомата обороны и Наркомата вооружения. Все были одеты тепло, кроме Сталина. Он вышел налегке — в фуражке, шинели и ботинках. А день был на редкость морозный. Меня это обеспокоило: в трескучий мороз невозможно в такой легкой одежке внимательно ознакомиться с новой пушкой.

Докладывали о пушке все, кроме меня. Я лишь следил за тем, чтобы кто-нибудь что-либо не напутал. Время шло, а конца объяснениям не было видно. Но вот Сталин отошел от остальных и остановился у щита пушки. Я приблизился к нему, но не успел произнести ни слова, как он попросил Воронова (генерал-полковник Николай Воронов, начальник артиллерии РККА. — РП) поработать на механизмах наведения. Воронов взялся за рукоятки маховиков и начал усердно вращать ими. Верхушка его папахи виднелась над щитом. «Да, щит не для роста Воронова»,— подумал я. В это время Сталин приподнял руку с вытянутыми пальцами, кроме большого и мизинца, которые были прижаты к ладони, и обратился ко мне:

— Товарищ Грабин, жизнь бойцов надо беречь. Увеличьте высоту щита.

Он не успел сказать, на сколько надо увеличить, как тут же нашелся «добрый советчик»:

— На сорок сантиметров.

— Да нет, всего лишь на три пальца, это Грабин и сам хорошо видит.

Закончив осмотр, который длился несколько часов — за это время все ознакомились не только с механизмами, но даже и с некоторыми деталями,— Сталин сказал:

— Эта пушка — шедевр в проектировании артиллерийских систем. Почему вы раньше не дали такую прекрасную пушку?

— Мы еще не были подготовлены, чтобы так решать конструктивные вопросы,— ответил я.

— Да, это правильно… Вашу пушку мы примем, пусть военные ее испытают.

Многие из присутствовавших хорошо знали, что на фронте находится не меньше тысячи пушек ЗИС-3 и что армия оценивает их высоко, но об этом никто не сказал. Умолчал и я».

Триумф воли по-советски

После такого триумфа и недвусмысленно выраженной воли вождя испытания превратились в простую формальность. Через месяц, 12 февраля, ЗИС-3 приняли на вооружение. Формально именно с этого дня и началась ее фронтовая служба. Но Грабин не случайно вспоминал о «тысяче пушек ЗИС-3», которые уже воевали к тому времени.

Эти пушки были собраны, можно сказать, контрабандой: о том, что в сборке находятся не серийные образцы, а нечто новое, на заводе № 92 знали считанные люди. Единственную «предательскую» деталь — дульный тормоз, которого не имели другие выпускавшиеся пушки — делали в опытном цеху, что никого не удивляло. А на готовые стволы, почти ничем не отличавшиеся от стволов к другим орудиям и лежащие на лафетах от ЗИС-2, их ставили поздно вечером, при минимальном количестве свидетелей.

Но когда орудие уже официально встало на вооружение, нужно было выполнить обещание, данное руководством КБ и завода: увеличить выпуск орудий в 18 раз! И, как ни странно слышать это сегодня, свое слово конструктор и директор завода сдержали. Уже в 1942 году выпуск орудий вырос в 15 раз и продолжал увеличиваться. Лучше всего об этом судить по сухим цифрам статистики. В 1942 году завод имени Сталина выпустил 10 139 пушек ЗИС-3, в 1943-м — 12 269, в 1944-м — 13 215, а в победном 1945-м — 6005 орудий.

ЗиС-3 во время боя на территории завода «Красный Октябрь» в Сталинграде

О том, за счет чего оказалось возможно такое производственное чудо, можно судить по двум эпизодам. Каждый из них очень ярко демонстрирует возможности и энтузиазм работников КБ и завода.

Как вспоминал Грабин, одной из самых сложных операций в производстве ЗИС-3 была разделка окна под клин затвора — на пушке стоял более скоростной клиновой затвор. Делалось это на долбежных станках рабочими самой высокой квалификации, как правило, уже седоволосыми мастерами золотые руки, у которых уже и брак-то не фиксировался. Но станков и мастеров не хватало, чтобы нарастить выпуск орудия. И тогда решено было заменить долбежку протяжкой, причем протяжные станки на заводе разработали сами и в кратчайшие сроки.

«Для протяжного станка начали готовить работницу третьего разряда, в недавнем прошлом домашнюю хозяйку, — вспоминал потом Василий Грабин. — Подготовка была чисто теоретическая, потому что сам станок еще не действовал. Старички долбежники, пока станок отлаживали и осваивали, посматривали на него иронически и втихомолку посмеивались. Но недолго пришлось им посмеиваться. Как только были получены первые годные казенники, они всполошились не на шутку. А когда бывшая домашняя хозяйка стала выдавать один казенник за другим, и без брака, это их окончательно потрясло. Они удвоили выработку, но все равно угнаться за протяжкой не могли. Старички долбежники с восхищением смотрели на протяжку, несмотря на то, что она их «съела»».

А второй эпизод касается фирменного отличия ЗИС-3 — характерного дульного тормоза. Традиционно эта деталь, испытывающая колоссальные нагрузки в момент выстрела, делали так: заготовку ковали, а потом высококвалифицированные рабочие обрабатывали ее в течение 30 (!) часов. Но осенью 1942 года только что назначенный на должность замдиректора завода № 92 по металлургическому производству профессор Михаил Струсельба предложил отливать заготовку дульного тормоза с помощью кокиля — раскрывающейся многоразовой формы. Обработка такой отливки занимала всего 30 минут — в 60 раз меньше времени! В Германии этот метод до конца войны так и не освоили, продолжая по старинке ковать дульные тормоза.

Навечно в строю

В российских военных музеях стоит не один десяток экземпляров легендарной пушки ЗИС-3. На счету некоторых из них — по 6–9 тысяч километров, пройденных по дорогам России, Украины, Белоруссии и стран Европы, десятки уничтоженных танков и дотов, сотни солдат и офицеров вермахта. И это совершенно не удивительно, учитывая надежность и неприхотливость этих пушек.

И еще о роли 76-миллиметровой дивизионной пушки ЗИС-3 в Великой Отечественной войне. В 1943 году это орудие стало основным как в дивизионной артиллерии, так и в истребительно-противотанковых артиллерийских полках, где оно являлось штатной пушкой. Достаточно сказать, что в 1942 и 1943 годах в противотанковую артиллерию было поставлено 8143 и 8993 пушки, а в дивизионную — 2005 и 4931 пушка соответственно, и только в 1944 году соотношение становится примерно равным.

Удивительно долгой оказалась и послевоенная судьба ЗИС-3. Ее выпуск был прекращен сразу после Победы, а год спустя на вооружение была принята 85-миллиметровая дивизионная пушка Д-44, пришедшая ей на смену. Но, несмотря на появление новой пушки, зарекомендовавшая себя на фронтах Великой Отечественной «Зося» была на вооружении еще не один десяток лет — правда, уже не на родине, а за ее пределами.

Немалая часть этих орудий была передана армиям «братских социалистических стран», которые использовали их сами (например, в Югославии это орудие воевало вплоть до конца балканских войн нового времени) и продавали третьим странам, нуждавшимся в дешевом, но надежном оружии. Так что даже сегодня в видеохронике боевых действий где-нибудь в Азии или Африке можно нет-нет, да и заметить характерный силуэт ЗИС-3.

Но для России эта пушка была и останется одним из главных символов Победы. Победы, доставшейся ценой небывалого напряжения сил и мужества как на фронте, так и в тылу, где ковалось оружие победителей.

/Сергей Антонов, rusplt.ru/

army-news.ru

Б-3 (пушка) Википедия

37-мм танковая пушка образца 1930 года
Танк БТ-2 с пушкой Б-3
Общая информация
Страна СССР
Годы выпуска 1931-1943
Выпущено, шт.
Массогабаритные характеристики
Калибр, мм 37
Длина ствола, клб 45
Масса в боевом положении, кг
Масса в походном положении, кг
Углы обстрела
Возвышения (макс.), ° 25
Снижения (мин.), ° -8
Горизонтальный, °
Огневые возможности
Макс. дальность стрельбы, км 5,7
Скорострельность, выстр./мин 10-15

37-мм танковая пушка образца 1930 года Б-3 (заводской индекс — ) — советская пушка, предназначенная для установки на бронетехнику. [1]

История создания

Параллельно c модернизацией и производством пушки Гочкиса, в 1925–1930 годах разработано несколько отечественных проектов 37-мм танковых пушек, некоторые из которых дошли до полигонных испытаний опытных образцов.
28 августа 1930 года заключен договор с германской фирмой «Бютаст», являвшейся подставной конторой фирмы «Рейнметалл», на поставку в СССР шести опытных образцов артсистем и технологической документации к ним. Среди этих систем 37-мм противотанковая пушка (в СССР доставлено 12), принятая на вооружение Красной Армии приказом Реввоенсовета от 13 февраля 1931 года под обозначением «37-мм противотанковая пушка обр.1930 года». Эта же пушка принята в Германии под обозначением 3,7 cm Tak. Изготовление пушки шло на заводе № 8, где она обозначена 1-К. Всего в 1931–1933 гг. произведено 509 пушек 1-К. На базе пушки 1-К разработан вариант 37-мм танкового орудия, обозначенный Б-3 (заводской индекс 5К). [2]

Характеристики

По устройству и баллистике танковая пушка Б-3 идентична противотанковой пушке «Рейнметалл». Затвор горизонтальный клиновой с полуавтоматикой.

И в последующем при проектировании большинства довоенных советских танковых пушек за основу бралась какая-либо полевая пушка-аналог. Танковая пушка могла иметь иной казенник, противооткатные устройства, подъемный механизм, но внутреннее устройство ствола, баллистика и боеприпасы обычно идентичны пушке-аналогу.
Пушку Б-3 устанавливали в серийных двухбашенные танки Т-26 выпуска 1932 года и танки БТ-2. На 1 ноября 1936 года в РККА 187 боевых и 36 учебных пушек Б-3. Противотанковая пушка 1-К и танковая Б-3 одинакового устройства и баллистики. [3]

Бронепробиваемость пушки Б-3 (5К) [4]

угол/дальность 100 м 500 м 1000 м 1500м
90° 42 35 28 23
30° 34 28 23 19

Таблица стрельбы [5]

Снаряд Масса, кг Нач. скорость, м/с Дальность, м
Б-160 0,66 820 5600
0-160 0,645 825 5750

Примечания

Ссылки

wikiredia.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о