Новости дня: 5 фактов о ядерном полигоне Новая Земля — Свободная Пресса

31 июля 1954 года вышло закрытое постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 1559−699 о создании Северного испытательного полигона на островах Новой Земли. Полигон прославился на весь мир благодаря испытаниям самой мощной в истории человечества бомбы. И поныне «Объект 700» поддерживается в работоспособном состоянии.

1. Размером с Нидерланды

Первый советский ядерный полигон был открыт в 1949 году в Семипалатинской области Казахстана. На нем длительное время проводились испытания ядерных и термоядерных зарядов, мощность которых была не столь велика, чтобы вызвать серьезные катаклизмы по части разрушений и радиоактивного заражения за пределами полигона, площадь которого составляла 18500 кв. км.

Но советским ядерщикам необходимо было испытывать куда более мощное оружие, которое могло разворотить половину братской республики. Поэтому к новому полигону предъявлялся целый ряд требований по обеспечению безопасности «окружающего мира»: максимальное удаление от крупных населенных пунктов и коммуникаций, минимальное влияние на последующую хозяйственно-экономическую деятельность региона после закрытия полигона. Также требовалось проводить исследование влияния ядерного взрыва на корабли и подводные лодки, чего Семипалатинские степи обеспечить не могли.

Острова Новой Земли наилучшим образом удовлетворяли этим и ряду другим требованиям. Их площадь была более чем в четыре раза больше Семипалатинского полигона и равнялась 85 тыс. кв. км., что примерно равно площади Нидерландов.

Проблему населения, которое может пострадать от взрывов, решили радикально: 298 коренных ненцев выселили с архипелага, предоставив им жилье в Архангельске, а также в поселке Амдерма и на острове Колгуев. При этом переселенцев трудоустроили, а пожилым назначили пенсию, несмотря на то, что никакого трудового стажа у них не имелось.

Им на смену пришли строители.

2. Зимовье на Черной Губе

Ядерный полигон — это отнюдь не чистое поле, на которое бомбардировщики сбрасывают свой смертоносный груз, а целый комплекс сложных инженерных сооружений и административно-хозяйственных служб. К ним относятся опытно-научная и инженерная служба, службы энерго- и водоснабжения, истребительный авиационный полк, транспортный авиационный отряд, дивизион кораблей и судов специального назначения, отряд аварийно-спасательной службы, узел связи, части тылового обеспечения, жилые помещения.

На полигоне были созданы три испытательных площадки: Черная Губа, Маточкин Шар и Сухой Нос.

Летом 1954 года на архипелаг были доставлены 10 строительных батальонов, которые начали возводить первую площадку — Черную Губу. Строители провели арктическую зиму в брезентовых палатках, подготавливая Губу к намеченному на сентябрь 1955 года подводному взрыву — первому в СССР.

3. Испытания — дело непредсказуемое

С 21 сентября 1955 года по 24 октября 1990 года, когда вступил в действие мораторий на ядерные испытания, на Новой Земле было проведено 132 ядерных взрыва: 87 атмосферных, 3 подводных и 42 подземных. Это совсем немного по сравнению с семипалатинской статистикой, где испытаний было 468. На них были взорваны 616 ядерных и термоядерных зарядов.

Однако суммарная мощность всех северных взрывов составляет 94% от мощности всех испытательных взрывов, проведенных в Советском Союзе.

Но при этом вреда окружающей природе было нанесено существенно меньше, поскольку первые семипалатинские взрывы были чрезвычайно грязными. В то время сильно торопились с выпуском бомбы и на такие «мелочи», как заражение почвы, атмосферы, водоемов и поражение не только участвовавших в испытаниях военнослужащих, но и жителей окрестных деревень, внимания не обращали. Точнее, считали это «делом десятым».

Сравнительная радиационная безопасность северных взрывов объясняется тем, что подавляющая их часть была термоядерная, они не рассеивали в окружающее пространство тяжелые радиоактивные изотопы.

Однако без аварий такие сложные технические мероприятия, к которым относятся испытания новейших видов вооружения, не обходится. В октябре 1969 года во время проведения двух подземных ядерных взрывов произошел выброс радиоактивного облака на высоту до 150 метров. При этом в штольне аппаратура сразу же после взрыва зафиксировала уровень радиации в десятки тысяч рентген.

Облако двинулось в сторону пришвартованного малого десантного корабля. Был получен приказ о срочном его отходе. Но на берегу оставались люди, которые не могли вернуться на судно в связи с тем, что были отрезаны от него радиоактивным облаком. Их экстренно эвакуировали, на максимальной скорости проскочив радиоактивный слой воздуха, в центре которого радиоактивность превышала 500 рентген в час. Спасенных, получив при этом изрядную дозу, спасатели вывели в тундру. А корабль, отойдя от берега, не мог целых 40 минут оторваться от преследовавшего его радиоактивного облака. Выйдя в безопасную зону, моряки, охваченные паникой, сбрасывали с себя верхнюю одежду и бросали ее в воду.

Люди получили до 70 бэр. В качестве компенсации им, военнослужащим, предоставили 30-дневный отпуск.

4. Явление Кузькиной матери народу

Полигон прославился испытанием супербомбы мощностью 58 мегатонн, которое состоялось 30 октября 1961 года. Бомбу называют и «Кузькиной матерью», и «Царь-бомбой», в то время как разработчики в НИИ 1011 именовали ее РН202.

И разработчики, и военные специалисты в связи с уникальной мощностью бомбы могли лишь с определенной долей вероятности предсказать результаты испытаний. Потому что даже в отношении того, какой силы будет взрыв, ясной картины не было. Расчетная мощность равнялась 51,5 Мт. Но после взрыва бомбы 8-метровой длины, которая еле влезла в бомбоотсек Ту-95, выяснилось, что она рванула с мощностью 58,6 Мт.

Большим откровением для испытателей стал эффект, при котором ударная волна, отразившись от поверхности земли, не дала опуститься на землю гигантскому шару раскаленной плазмы.

Разнообразные эффекты были чудовищными. Сейсмическая волна трижды обогнула земной шар. Световое излучение было способно вызвать ожоги третьей степени на расстоянии 100 км. Грохот от взрыва был слышен в радиусе 800 км. Из-за ионизирующего воздействия в Европе наблюдались помехи при радиосвязи в течение 40 минут.

При этом испытание оказалось на удивление чистым. Радиоактивное излучение в радиусе трех километров от эпицентра через два часа после взрыва составляло всего лишь 1 миллирентген в час.

О разрушении объектов ничего не сообщалось. Известно лишь, что Ту-95, сбросивший бомбу на парашюте с высоты 10500 метров, успел уйти от места ее взрыва, высотность которого составила 3700 метров, на 39 километров. Ударной волной его сбросило в пике, и пилот смог восстановить управление самолета, лишь потеряв 800 метров высоты. Бомбардировщик был покрашен белой светоотражающей краской. При его осмотре после посадки было установлено, что планер обгорел, а некоторые элементы конструкции оплавились и деформировались.

5. Попытка поспорить с природой

После 1990 года в соответствие с мораторием никаких ядерных взрывов на полигоне не производится. Однако Объект 700 продолжает поддерживаться в боеспособном состоянии. И это отнюдь не консервация «до лучших времен». (Хотя, глядя на развитие мировой политики, кажется, что они не за горами). На полигоне производятся неядерные эксперименты для обеспечения надёжности, боеспособности и безопасности хранения российских ядерных боеприпасов. О чем заявил в 2004 году руководитель российского Федерального агентства по атомной энергии Александр Румянцев.

Правда, судя по количеству хранящихся на Новой Земле ядерных отходов такого рода эксперименты должны распространяться на методы утилизации «отбросов ядерного производства».

Необходимо отметить, что и прежде, когда на испытательных площадках архипелага вовсю грохотали взрывы, не все они были ядерными.

Капитан первого ранга Е.М.Ломовцев, служивший в 60-е годы на Новой Земле, вспоминает об одном проекте, который назывался «Лавина». После испытания 58-мегатонной бомбы стали высказываться идеи о том, что взрыв нескольких таких зарядов у побережья Северной Америки может вызвать мощную волну типа цунами, которая будет способна затопить большую часть побережья США.

Эта идея понравилась Хрущеву, в связи с чем было принято решение о моделировании цунами при помощи тротилового заряда весом 10 тонн.

В 1964 году было проведено 8 экспериментов. На первом присутствовал Главнокомандующий ВМФ С.Г.Горшков.

Вот как описывает первый эксперимент Ломовцев:

«Внешне развитие взрыва было необычайно красиво. Над эпицентром взрыва образовался купол из воды. Из купола вертикально вверх вырвался светлый султан, на вершине которого стало образовываться грибовидное облако. У основания купола из воды образовалась базисная волна и к берегу пошла поверхностная волна.

Главнокомандующему ВМФ очень понравился короткий и чёткий доклад и организация работ по проведению опыта. В этот приезд он выделил деньги на строительство на полигоне спортивного комплекса».

Однако после восьмого моделирующего взрыва стало понятно, что при помощи подводных ядерных взрывов зародить цунами невозможно. И, следовательно, США крупно повезло.

Снимок в открытие статьи: /Фото Владимир Веленгурин / Фотохроника ТАСС

svpressa.ru

Новости дня: 5 фактов о ядерном полигоне Новая Земля — Свободная Пресса

31 июля 1954 года вышло закрытое постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 1559−699 о создании Северного испытательного полигона на островах Новой Земли. Полигон прославился на весь мир благодаря испытаниям самой мощной в истории человечества бомбы. И поныне «Объект 700» поддерживается в работоспособном состоянии.

1. Размером с Нидерланды

Первый советский ядерный полигон был открыт в 1949 году в Семипалатинской области Казахстана. На нем длительное время проводились испытания ядерных и термоядерных зарядов, мощность которых была не столь велика, чтобы вызвать серьезные катаклизмы по части разрушений и радиоактивного заражения за пределами полигона, площадь которого составляла 18500 кв. км.

Но советским ядерщикам необходимо было испытывать куда более мощное оружие, которое могло разворотить половину братской республики. Поэтому к новому полигону предъявлялся целый ряд требований по обеспечению безопасности «окружающего мира»: максимальное удаление от крупных населенных пунктов и коммуникаций, минимальное влияние на последующую хозяйственно-экономическую деятельность региона после закрытия полигона. Также требовалось проводить исследование влияния ядерного взрыва на корабли и подводные лодки, чего Семипалатинские степи обеспечить не могли.

Острова Новой Земли наилучшим образом удовлетворяли этим и ряду другим требованиям. Их площадь была более чем в четыре раза больше Семипалатинского полигона и равнялась 85 тыс. кв. км., что примерно равно площади Нидерландов.

Проблему населения, которое может пострадать от взрывов, решили радикально: 298 коренных ненцев выселили с архипелага, предоставив им жилье в Архангельске, а также в поселке Амдерма и на острове Колгуев. При этом переселенцев трудоустроили, а пожилым назначили пенсию, несмотря на то, что никакого трудового стажа у них не имелось.

Им на смену пришли строители.

2. Зимовье на Черной Губе

Ядерный полигон — это отнюдь не чистое поле, на которое бомбардировщики сбрасывают свой смертоносный груз, а целый комплекс сложных инженерных сооружений и административно-хозяйственных служб. К ним относятся опытно-научная и инженерная служба, службы энерго- и водоснабжения, истребительный авиационный полк, транспортный авиационный отряд, дивизион кораблей и судов специального назначения, отряд аварийно-спасательной службы, узел связи, части тылового обеспечения, жилые помещения.

На полигоне были созданы три испытательных площадки: Черная Губа, Маточкин Шар и Сухой Нос.

Летом 1954 года на архипелаг были доставлены 10 строительных батальонов, которые начали возводить первую площадку — Черную Губу. Строители провели арктическую зиму в брезентовых палатках, подготавливая Губу к намеченному на сентябрь 1955 года подводному взрыву — первому в СССР.

3. Испытания — дело непредсказуемое

С 21 сентября 1955 года по 24 октября 1990 года, когда вступил в действие мораторий на ядерные испытания, на Новой Земле было проведено 132 ядерных взрыва: 87 атмосферных, 3 подводных и 42 подземных. Это совсем немного по сравнению с семипалатинской статистикой, где испытаний было 468. На них были взорваны 616 ядерных и термоядерных зарядов.

Однако суммарная мощность всех северных взрывов составляет 94% от мощности всех испытательных взрывов, проведенных в Советском Союзе.

Но при этом вреда окружающей природе было нанесено существенно меньше, поскольку первые семипалатинские взрывы были чрезвычайно грязными. В то время сильно торопились с выпуском бомбы и на такие «мелочи», как заражение почвы, атмосферы, водоемов и поражение не только участвовавших в испытаниях военнослужащих, но и жителей окрестных деревень, внимания не обращали. Точнее, считали это «делом десятым».

Сравнительная радиационная безопасность северных взрывов объясняется тем, что подавляющая их часть была термоядерная, они не рассеивали в окружающее пространство тяжелые радиоактивные изотопы.

Однако без аварий такие сложные технические мероприятия, к которым относятся испытания новейших видов вооружения, не обходится. В октябре 1969 года во время проведения двух подземных ядерных взрывов произошел выброс радиоактивного облака на высоту до 150 метров. При этом в штольне аппаратура сразу же после взрыва зафиксировала уровень радиации в десятки тысяч рентген.

Облако двинулось в сторону пришвартованного малого десантного корабля. Был получен приказ о срочном его отходе. Но на берегу оставались люди, которые не могли вернуться на судно в связи с тем, что были отрезаны от него радиоактивным облаком. Их экстренно эвакуировали, на максимальной скорости проскочив радиоактивный слой воздуха, в центре которого радиоактивность превышала 500 рентген в час. Спасенных, получив при этом изрядную дозу, спасатели вывели в тундру. А корабль, отойдя от берега, не мог целых 40 минут оторваться от преследовавшего его радиоактивного облака. Выйдя в безопасную зону, моряки, охваченные паникой, сбрасывали с себя верхнюю одежду и бросали ее в воду.

Люди получили до 70 бэр. В качестве компенсации им, военнослужащим, предоставили 30-дневный отпуск.

4. Явление Кузькиной матери народу

Полигон прославился испытанием супербомбы мощностью 58 мегатонн, которое состоялось 30 октября 1961 года. Бомбу называют и «Кузькиной матерью», и «Царь-бомбой», в то время как разработчики в НИИ 1011 именовали ее РН202.

И разработчики, и военные специалисты в связи с уникальной мощностью бомбы могли лишь с определенной долей вероятности предсказать результаты испытаний. Потому что даже в отношении того, какой силы будет взрыв, ясной картины не было. Расчетная мощность равнялась 51,5 Мт. Но после взрыва бомбы 8-метровой длины, которая еле влезла в бомбоотсек Ту-95, выяснилось, что она рванула с мощностью 58,6 Мт.

Большим откровением для испытателей стал эффект, при котором ударная волна, отразившись от поверхности земли, не дала опуститься на землю гигантскому шару раскаленной плазмы.

Разнообразные эффекты были чудовищными. Сейсмическая волна трижды обогнула земной шар. Световое излучение было способно вызвать ожоги третьей степени на расстоянии 100 км. Грохот от взрыва был слышен в радиусе 800 км. Из-за ионизирующего воздействия в Европе наблюдались помехи при радиосвязи в течение 40 минут.

При этом испытание оказалось на удивление чистым. Радиоактивное излучение в радиусе трех километров от эпицентра через два часа после взрыва составляло всего лишь 1 миллирентген в час.

О разрушении объектов ничего не сообщалось. Известно лишь, что Ту-95, сбросивший бомбу на парашюте с высоты 10500 метров, успел уйти от места ее взрыва, высотность которого составила 3700 метров, на 39 километров. Ударной волной его сбросило в пике, и пилот смог восстановить управление самолета, лишь потеряв 800 метров высоты. Бомбардировщик был покрашен белой светоотражающей краской. При его осмотре после посадки было установлено, что планер обгорел, а некоторые элементы конструкции оплавились и деформировались.

5. Попытка поспорить с природой

После 1990 года в соответствие с мораторием никаких ядерных взрывов на полигоне не производится. Однако Объект 700 продолжает поддерживаться в боеспособном состоянии. И это отнюдь не консервация «до лучших времен». (Хотя, глядя на развитие мировой политики, кажется, что они не за горами). На полигоне производятся неядерные эксперименты для обеспечения надёжности, боеспособности и безопасности хранения российских ядерных боеприпасов. О чем заявил в 2004 году руководитель российского Федерального агентства по атомной энергии Александр Румянцев.

Правда, судя по количеству хранящихся на Новой Земле ядерных отходов такого рода эксперименты должны распространяться на методы утилизации «отбросов ядерного производства».

Необходимо отметить, что и прежде, когда на испытательных площадках архипелага вовсю грохотали взрывы, не все они были ядерными.

Капитан первого ранга Е.М.Ломовцев, служивший в 60-е годы на Новой Земле, вспоминает об одном проекте, который назывался «Лавина». После испытания 58-мегатонной бомбы стали высказываться идеи о том, что взрыв нескольких таких зарядов у побережья Северной Америки может вызвать мощную волну типа цунами, которая будет способна затопить большую часть побережья США.

Эта идея понравилась Хрущеву, в связи с чем было принято решение о моделировании цунами при помощи тротилового заряда весом 10 тонн.

В 1964 году было проведено 8 экспериментов. На первом присутствовал Главнокомандующий ВМФ С.Г.Горшков.

Вот как описывает первый эксперимент Ломовцев:

«Внешне развитие взрыва было необычайно красиво. Над эпицентром взрыва образовался купол из воды. Из купола вертикально вверх вырвался светлый султан, на вершине которого стало образовываться грибовидное облако. У основания купола из воды образовалась базисная волна и к берегу пошла поверхностная волна.

Главнокомандующему ВМФ очень понравился короткий и чёткий доклад и организация работ по проведению опыта. В этот приезд он выделил деньги на строительство на полигоне спортивного комплекса».

Однако после восьмого моделирующего взрыва стало понятно, что при помощи подводных ядерных взрывов зародить цунами невозможно. И, следовательно, США крупно повезло.

Снимок в открытие статьи: /Фото Владимир Веленгурин / Фотохроника ТАСС

svpressa.ru

Выявились серьёзные последствия ядерных взрывов на Новой Земле

Выявились серьёзные последствия ядерных взрывов на Новой Земле

15 ноября 2016 | 09:55 Центр ФОБОС

Отечественные учёные зафиксировали следы радионуклидов у западного побережья Новой Земли, которые осели в почве и на поверхности острова после ядерных испытаний в прошлом веке, постепенно проникают в арктические воды, сообщает РИА Новости.

С сентября 1955 года архипелаг стал ядерным полигоном Советского Союза, где за все время испытаний произвели 224 взрыва: в большей степени воздушных и подземных и по несколько случаев наземного, надводного и подводного, в том числе и знаменитый термоядерный. В 1961 году здесь взорвали самую колоссальную в истории человечества водородную бомбу − «Царь-бомбу», мощность которой превзошла 265 мегатонн тротилового эквивалента. Ощутимая сейсмическая волна, возникшая в результате взрыва, три раза обогнула земной шар, а звуковая волна, порождённая взрывом, добежала до Диксона (800 км). Сведений о разрушениях в прессе не было.

РИА НОВОСТИ

В августе 1963 года СССР и США подписали договор о запрещении ядерных испытаний в трёх средах: атмосфере, космосе и под водой. Подземные же взрывы осуществлялись до 1990 года. В настоящее время здесь занимаются лишь неядерными испытаниями и экспериментами в области ядерных систем вооружений.

В прошлом году группа учёных уже организовывала экспедицию на острова на борту научно-исследовательского судна «Академик Мстислав Келдыш». В числе прочих задач специалисты изучали, как ядерные испытания отразились на состоянии ледников региона, поверхности почв и донных отложений. Анализ проб выявил неприятный факт − Северный ледниковый купол, ледник, который покрывает северо-западную часть архипелага, хранит признаки радиоактивного загрязнения, оставшиеся со времен 50 и 60 годов XX века. В образцах почвы у самого края ледового массива отмечались очень высокие уровни цезия-137, доходящие до 420-650 Бк/кг (Бк — беккерель – активность нуклида в радиоактивном источнике), что явилось бесспорным аргументом того, что льды Новой Земли в наше время стали освобождаться от радиоактивного загрязнения прошлого столетия. Для сравнения, максимально допустимый уровень радиоактивности для образцов воды по нормам ЕС составляет 370 Бк/кг, а по нормам Японии – 10 Бк/кг.

Ещё больше радионуклидов российские специалисты нашли в пыли на поверхности ледника Голубой (на расстоянии 300 км к югу от Северного ледового купола) – уровень радиоактивности в каждом килограмме льда или почвы зашкаливал до 1230 Бк/кг. По мнению учёных, источником данного участка с высокой радиоактивностью могли быть только ядерные испытания, проводимые в атмосфере.

Хотите видеть наши новости в своей ленте социальной сети? Присоединяйтесь к нам в Facebook, Вконтакте, Одноклассниках, Twitter, Instagram. Вы также можете настроить RSS-фид и подписаться на регулярное получение новостей и погоды в Telegram.

Новости по теме

Выбор редакции

www.meteovesti.ru

Первые морские атомные испытания на Новой Земле » Военное обозрение

Послевоенное перевооружение, вызванное появлением ядерного оружия, широким внедрением ракет различного назначения, прогрессом радиоэлектроники и автоматики, вновь привело к переоценке руководством СССР роли военного флота в обеспечении безопасности страны. В результате этого была резко сокращена корабельная программа, планы оснащения ВМФ авиационной техникой и т.п. Однако наше явное отставание от США в деле совершенствования атомного оружия, в том числе морского, потребовало расширения и форсирования работ в этой области, чему в немалой степени способствовало функционирование полигона на Новой Земле.

Широко распространено мнение, что данный полигон создавался прежде всего для испытаний атомных и термоядерных зарядов большой мощности. Это не совсем верно. Полигон на Новой Земле предназначался в первую очередь для испытаний морского оружия и изучения стойкости кораблей к поражающим факторам атомного взрыва. Поэтому и назвали его «Морской научно-исследовательский полигон МО СССР», а район испытаний выбрали только в южной части архипелага Новая Земля. При этом местных жителей (ненцев и русских поморов) переселили в специально построенный для них, удаленный от полигона поселок.

Лишь спустя несколько лет, когда возникла необходимость испытать заряды большой мощности, пришлось расширить зону полигона и определить места новых боевых полей. Так как такие поля выбрали севернее, потребовалось вторичное переселение местных жителей, и теперь уже на Большую землю. Тогда же, в марте 1958 года, правительственным постановлением полигон переформировали из морского в Государственный центральный полигон для испытаний опытных зарядов и ядерного оружия всех видов ВС.

В те годы управлением Главного штаба ВМФ готовились тактико-технические задания на атомные заряды для артиллерийских снарядов крупных калибров, а также для торпед калибра 533 мм и самолета-снаряда «Комета». Однако следует заметить, что на том этапе развития ядерного оружия для образования надкритической массы делящихся материалов создавали обжимной заряд обычного взрывчатого вещества достаточно большого диаметра. Поэтому конструкторы этого оружия не могли еще реализовать все заказы военных моряков.

Однако они взялись за заряды для торпед. При этом Министерство среднего машиностроения (МСМ) с привлечением НИИ-400 Минсудпрома, по собственной инициативе, начало проектирование атомных боевых частей для торпед калибров 1550 и 533-мм. Гигантской торпедой предполагалось оснастить проектируемую атомную подводную лодку проекта 627, а торпедой стандартного калибра — дизельные подлодки. Однако при рассмотрении эскизного проекта 627 флот категорически отказался от размещения на этой лодке большой торпеды, которая предназначалась, главным образом, для поражения береговых объектов, и настоял на вооружении ее торпедами общепринятого калибра.

О трудностях создания в то время атомного боевого заряда в калибре 533 мм можно судить по тому факту, что в августе 1955 года, всего за полтора месяца до назначенного срока проверки этой боевой части взрывом, заместитель министра Б.Л. Ванников предложил перенести испытания на следующий год. Согласно прогнозу, возможный разброс мощностей при взрыве заряда представлял десятикратное различие между его верхним и нижним пределами. Тем не менее, адмирал С.Г. Горшков заявил, что считает невозможным перенос испытания, так как из-за отсутствия данных по влиянию подводного атомного взрыва на корабли, задерживается решение принципиально важных вопросов в военном кораблестроении.

К тому времени завершилось формирование и перебазирование на Новую Землю бригады опытовых кораблей (БОК). Она была пополнена кораблями Северного и Балтийского флотов и насчитывала 6 эсминцев, 10 больших охотников, 7 подводных лодок, в том числе и немецкой постройки, 14 тральщиков различных проектов, в также два сухогрузных транспорта. Кроме того, бригада имела штабной корабль, а полигон располагал танкодесантным кораблем, буксирами и другими вспомогательными судами.

В техническом отношении корабли и суда бригады, за исключением трех устаревших эсминцев типа «Новик», были в удовлетворительном состоянии. Эти-то корабли и были использованы в трех крупномасштабных опытах, проведенных для изучения воздействия поражающих факторов ядерного взрыва на корабли и суда.

Первый опыт был проведен 21 сентября 1955 года. Целью испытаний являлась проверка атомного заряда разработанного для торпеды калибра 533-мм и получение данных по воздействию подводного ядерного взрыва на корабли для выработки предварительных рекомендаций по их защите. В данном эксперименте торпеда с атомным зарядом опускалась на тросе со специально оборудованного малого тральщика, проекта 253-Л («стотонника»), на глубину в 12 метров. Корабли-мишени без личного состава во всех трех опытах устанавливались на бочках и якорях. Подрыв заряда и запуск регистрирующего оборудования производился со штабного корабля. Измерительное оборудование размещалась как на кораблях, так и на 20 плавучих стендах специальной постройки.

Проведение испытаний было возложено на Министерство обороны (ВМФ) и Министерство среднего машиностроения, а также Академию наук СССР. В Государственную комиссию входили: руководитель испытаний генерал-майор Н.И. Павлов (МСМ), первые заместители руководителя контр-адмирал П.Ф. Фомин (ВМФ) и академик Н.Н. Семенов (АН СССР), заместитель руководителя по военно-морской технике капитан 1 ранга А.К. Попов. Контр-адмирал Н.Д. Сергеев, являясь заместителем руководителя, отвечал за морское обеспечение и охрану района испытаний. Общее руководство испытаниями возлагалось на Главкома ВМФ Н.Г. Кузнецова. Однако ввиду его болезни эти обязанности исполнял адмирал С.Г. Горшков. Подготовку испытаний непосредственно курировал адмирал И.Е. Басистый.

Интерес к испытаниям был настолько велик, что Академия наук и Академия медицинских наук направили на них более 120 ученых. Согласно плану корабли-мишени размещались на удалении от 300 м до 3000 м от эпицентра подрыва. Результаты испытаний первого подводного атомного взрыва были таковы: на расстоянии 500 м и ближе, корабли были полностью выведены из строя (один, эсминец «Реут», затонул), подводная лодка Б-9, находившаяся на расстоянии 600 м на перископной глубине, стала медленно терять плавучесть, но после возвращения личного состава она была приведена в эксплуатационное состояние. На остальных кораблях, расположенных на испытательном поле на больших расстояниях, повреждения были незначительные, устранимые личным составом.



Трудности возникли с определением мощности взрыва. Существовавшие тогда методы базировались, главным образом, на оценке параметров огненного шара, но применить их для подводного взрыва было невозможно. С другой стороны, использовать параметры ударной волны тоже было затруднительно, так как образовались и подводная и воздушная ударные волны.

Взрыв используемого в торпеде заряда РДС-9 ожидался небольшой мощности. И действительно султан оказался полым, а его излучение даже более слабым, чем прогнозировалось. Однако после его разрушения образовалась базисная волна, которая, в случае накрытия ею корабля, являлась сильным поражающим фактором для личного состава, так как несла до 80% радиоактивных продуктов атомного взрыва. В испытаниях на кораблях было размещено 75 собак, из которых лучевая болезнь развилась лишь у 12 животных. Остальные же не пострадали, кроме тех, что погибли на кораблях ближнего радиуса.

Испытания показали высокую степень поражения данным оружием кораблей в случае их сосредоточенного базирования, но достаточно ограниченные его возможности в условиях рассредоточения и в походных ордерах. Хотя торпеда с ядерной боевой частью и обладала большой мощностью взрыва, но в противоатомном ордере она была способна потопить лишь один корабль. Для сокращения же дистанции между кораблями в боевых порядках считали необходимым повысить взрывостойкость отдельных более слабых корабельных устройств. Надо помнить, что тогда еще не знали всех отрицательных последствий воздействия радиации.

Данный опыт, в ходе которого получили полуподводный, полувоздушный взрыв, привел к еще одному выводу. Капитан-лейтенант Б.В. Замышляев оперативно провел исследование, показывающее, что в случае заглублении этого же заряда РДС-9 на глубину более 50 м (вместо 12 м), поражающий эффект должен возрасти в 1,5-1,7 раза. Обобщение результатов опыта и дальнейшие исследования явлений подводного атомного взрыва позволили вице-адмиралу Ю.С. Яковлеву и его сотрудникам создать законченную теорию этого раздела прикладной гидродинамики.

Второй опыт был проведен 7 сентября 1957 года. Постановлением правительства предусматривалось в 1956 году провести взрыв атомного боезаряда в воздухе над кораблями-мишенями. Для этого ВМФ должен был осуществить испытания с использованием специально подготовленных Министерством судостроительной промышленности (МСП) 17 кораблей-мишеней. Научную сторону эксперимента возложили на АН СССР (ответственные — И.В. Курчатов. Н.Н. Семенов). К тому времени НИИ ВМФ, МСП и АН СССР стали настаивать на том, чтобы в испытаниях участвовали корабли новых проектов, в связи с чем, в июле 1955 года появилась директива командования ВМФ о подготовке к испытаниям пары эсминцев проекта 56, такого же количества подводных лодок проекта 613 и сторожевиков проекта 50. Спустя год состав испытываемых кораблей был уточнен. Из новых кораблей в него включили только эсминцы пр. 30-к и 30-бис, а также подводные лодки пр. 613. Кроме них выделялся крейсер «Адмирал Макаров» (трофейный «Нюрнберг»), однако Главком ВМФ С.Г. Горшков счел недопустимым выводить из строя современные корабли и настаивал на использовании только кораблей БОК.

Зарядное устройство разместили на металлической вышке у среза воды. В этих испытаниях произошло неприятное происшествие. В ходе подготовки опыта ровно 20 раз были повторены контрольные программы для автоматики управления подрывом и пуска измерительного оборудования. Ни одного сбоя не было, а на 21-м, уже боевом включении, произошел сбой, и взрыва не последовало. Для выяснения причин к заряду направили трех специалистов, которые установили сгорело два предохранителя. Первый на приемнике, а второй на передатчике. Это был первый и последний случай подобного отказа за всю историю советских испытаний ядерного оружия. Установив причину, перезарядили все пленки на регистрирующей аппаратуре, заново провели серию проверок, завершив их репетицией. Со второй попытки зарядное устройство взорвалось. Зарегистрированные данные соответствовали взрыву боеприпаса средней мощности. Такая величина в тротиловом эквиваленте была в дальнейшем принята за «стандартную» для выполнения мероприятий по противоатомной защите корабля.

Корабли были установлены на шести разных удалениях. При этом две подводные лодки (Б-20 и Б-22) находились на грунте на глубине 30 м, а остальные — в надводном положении. Как и в первом опыте, на «Гремящем» работал котел и некоторая часть вспомогательных механизмов. На нем и на Т-218 были установлены секции кораблей новых проектов.

После взрыва одну из подводных лодок, находившихся на грунте, не смогли поднять килектором. Так как корпус оказался наполнен водой. Ее подняли двумя 400-тонными понтонами и поставили на мель. Осмотр водолазами не выявил никаких видимых повреждений. Вероятной причиной затопления стало нарушение герметичности части забортной арматуры.

Вторая подлодка была поднята 75-тонным килектором, продуты цистерны главного балласта. Каких-либо повреждений обнаружено не было, лодка полностью сохранила боеспособность.

Результаты воздействия атомного взрыва на субмарины, находившиеся в надводном положении, также оказались разными. Подводная лодка С-84 полностью потеряла боеспособность. Она не могла ни погрузиться, ни всплыть, хотя ее прочный корпус и не получил никаких повреждений. С-20 имела незначительные повреждения легкого корпуса, которые ни в коей мере не снизили боеспособности и вполне могли быть на плаву устранены личным составом. На подводной лодке С-19 повреждения отсутствовали. Он полностью сохранила боеспособность.

На эсминцах были отмечены различные повреждения надстроек, котельных кожухов, дымовых труб, шахт вентиляции, антенных устройств и т.п. Задействованные на «Гремящем» механизмы работали нормально. Вообще, разницы в результатах воздействия поражающих факторов взрыва на работающие и неработающие агрегаты и механизмы не наблюдалось.

Несмотря на то, что тральщики были установлены на одном удалении от эпицентра, повреждения они получили разные. На «Федоре Митрофанове» стоявшем бортом к взрыву, была сильно деформирована надстройка. А на Т-219, обращенном носом к взрыву, пострадала только ходовая рубка. Т-219 -получил небольшие повреждения; «Павлин Виноградов» — остался в строю неповрежденным.

В результате проведенного ЦНИИ им. А.Н. Крылова сравнения расчетов радиусов безопасности, с полученными опытным путем данными выявило их различие: по эсминцам — до 30%, по тральщикам — 150-200%. Объясняется это большой неравноправностью корабельных конструкций.

Воздушная ударная волна являлась основной причиной повреждений кораблей. Воздействие радиации на корабли и личный состав обнаружилось в достаточно ограниченном районе. К сожалению, подводные лодки, способные выдерживать ударную волну, находясь в надводном положении, оказались не способны защитить личный состав от воздействия радиации (вплоть до второй степени), хотя внутри кораблей происходило ее ослабление в 2-10 раз. Результаты воздействия светового излучения на корабли были слабее ожидаемых — обгорала только относительно темная краска.

Третий опыт был проведен 10 октября 1957 г. Его особенность была в том, что он проводился параллельно с госиспытаниями торпеды Т-5, в ходе нанесения ядерного удара торпедой с подводной лодки. Председателем комиссии являлся адмирал Н.Е. Басистый. Начальником полигона в этот период был контр-адмирал Н.Л. Луцкий. Стреляла подводная лодка С-144 (проекта 613) Северного флота с дистанции 10 км. Отличием этой программы испытаний кораблей-мишеней было в том, что проводился взрыв атомного боеприпаса на глубине 35 м. Увеличить глубину было нельзя из-за относительно мелководной акватории.

Торпеда Т-5 доставила испытателям много хлопот своей недостаточной надежностью и сложностью системы запуска регистрирующей аппаратуры, которая должна была фиксировать быстротекущие процессы. Еще на этапе ее заводских испытаний, из 15 запусков в 4 случаях преждевременно срабатывал гидростатический замыкатель, выдававший команду на подрыв боезаряда, когда торпеда проходила примерно 2/3 установленной дистанции. Причина заключалась в нестабильном ее ходе по глубине, что требовало надежного устранения этого недостатка.

У торпеды при достижении заданной точки рули перекладывались на погружение, отключая одновременно двигатель, это-то и фиксировал ПГН. Кроме того, проведенные предварительные испытания этой системы позволяли довольно точно определять время ухода торпеды на заданную глубину, а значит, рассчитать момент взрыва, чтобы своевременно включит регистрирующую аппаратуру.

Программа испытаний предусматривала три пристрелочных и контрольных торпедных выстрела. Два без специальной боевой части и один с БЧ, но не содержащей делящихся материалов. Вес обжимного заряда снизили, чтобы не повредить ПГН.

В ходе пристрелочных выстрелов был сделан ряд замечаний, но комиссия тем не менее решила боевую стрельбу проводить. Невысокая надежность торпеды компенсировалась хорошей надежностью системы предохранения боевой части, базирующейся на использовании проверенных эксплуатацией конструкций. Так что при нештатной ситуации (до снятия предохранения) на траектории торпеды взрыва не произошло бы.

Боевой выстрел Т-5 прошел нормально, отклонение от цели было порядка 130 м (точность оптического метода определения эпицентра взрыва достигала до 20 м). Тротиловый эквивалент, определенный по давлениям во фронте ударной волны, оценен как эквивалент примерно того же порядка, что и в первом опыте.

Результаты воздействия по подводным лодкам были следующие: С-84 (в надводном положении на расстоянии 250 м от места взрыва) — затонула менее чем через минуту из-за серьезных повреждений прочного корпуса; С-20 (на перископной глубине на удалении от эпицентра в 310 м) — повреждения вызвали постепенное заполнение кормовых отсеков, лодка затонула через 4 часа с дифферентом в 90°; С-19 (находилась в позиционном положении на дальности в 520 м) — осталась на плаву, получила сильные повреждения механизмов и вооружения, которые сделали лодку полностью небоеспособной; Б-22 (находилась на глубине 30 м в 700 метрах от эпицентра) — повреждений не обнаружено, лодка сохранила боеспособность.

Результаты опыта по эскадренным миноносцам также были различными. «Грозный» (на удалении 240 м от места взрыва) — быстро затонул, еще до того момента, как рассеялась базисная волна. Эсминец «Разъяренный» (удаленный на 450 м от эпицентра) — получил серьезные повреждения корпуса, продержался на плаву 4 часа. «Гремящий» (на удалении 650 м) — единственный не затонувший эсминец, однако он принял значительный объем воды и получил дифферент на нос с креном на левый борт. После отбуксировки на мель, водолазы отметили сильное повреждение корпуса.

Интересен итог по опытной секции идентичной эсминцу проекта 56, которая размещалась в корпусе «Гремящего». Несмотря на наличие остаточной деформации, секция сохранила водонепроницаемость, что продемонстрировало преимущества сварных конструкций перед клепаными.

Результаты эксперимента по тральщикам: Т-218 (удаленный на 280 м от эпицентра) — затонул в течение нескольких десятков секунд; «Павлин Виноградов» (на дальности в 620 м) — корпус заметных повреждений не получил, но вышло из строя вооружение; Т-219 (на удалении 950 м) — повреждений не имел, но попал в зону воздействия базисной волны. Имея ход, он мог бы уклониться и избежать радиационного поражения. Любой корабль, обладающий скоростью не менее 15 узлов, всегда может уклониться от базисной волны.

Больше натурных испытаний такого масштаба на Новоземельском полигоне не проводилось. В итоге они позволили установить безопасные и критические размеры радиусов удаления для боевых кораблей трех классов. Приобретенные надежные экспериментальные данные были положены в основу расчетов по улучшению взрывостойкости кораблей, которые строились по программе военного судостроения тех лет.

Источники:
Дьяченко А. Опаленные в борьбе при создании ядерного щита Родины. М.: Полиграф-Сервис, 2008. С. 404-407.
Думик В. Испытания в Арктике // Атом-пресса. 2009. №36. С. 1, 4.
Шитиков Е. Испытания кораблей на Новой Земле // Морской сборник. 1994. № 6. С.74-77.
Шитиков Е. В интересах флота: Новая Земля… // Морской сборник. 1994. № 9. С.70-73.
Полигон «Новая Земля». 50 лет. Документальный фильм. 2004 г.

topwar.ru

Штольни полигона ядерных испытаний на Новой Земле

Пара слов
Это небольшое виртуальное путешествие по ядерному полигону на Новой Земле предпринято при помощи программы Google Earth (ее сильно упрощенная версия в интернете — Google Maps) и различных статей в Интернете. Здесь отобрана только самая интересная информация по полигону (как мне показалось) и взята она из открытых источников 😉
Следует отметить, что речь идет не о всем полигоне на Новой Земле, а лишь о его Северной площадке, зоне B. Расположена она на южном берегу пролива Маточкин Шар (разделяющим Новою Землю на две части) в долине реки Шумилиха. Испытания здесь проводились в штольнях, т.е. в горизонтальных выработках, в отличие от Южной площадки, где использовались скважины. Штолен было построено много, но использовано только 36. В зоне B было проведено 33 испытания, в которых часто использовалось по несколько взрывных устройств. Впрочем, все это не секрет и подробно расписано в статьях (например: ОБЗОР СОВЕТСКИХ ЯДЕРНЫХ ИСПЫТАНИЙ НА НОВОЙ ЗЕМЛЕ в 1955–1990 годах, ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПОЛИГОНА НА АРХИПЕЛАГЕ НОВАЯ ЗЕМЛЯ).
Я же предлагаю перейти к интересностям 🙂 Лучше это делать вместе с Google Earth, тогда все можно рассмотреть в мельчайших подробностях, вплоть до отдельно лежащей бочки. Разрешение снимка Зоны B (естественно! 🙂 очень хорошее.
Примечание. Не стоит особо доверять буржуинским меткам координат взрывов. В большинсте своем они стоят явно не там, либо перепутаны даты. Оно и понятно: попробуй с точностью до десятка метров определи эпицентр за несколько тысяч километров.

                                                           Общий вид на полигон.



Зона В. Поселок Северный был построен на южном берегу пролива Маточкин Шар вблизи устья реки Шумилиха. Гористая местность на южном берегу пролива была выбрана для проведения подземных ядерных взрывов (ПЯИ). Много штолен было построено между 1960 и 1990 гг. и в 36 из них было проведено 33 ПЯИ. Две основные экспериментальные площадки расположены в этом районе: площадка D-9 в районе, где ПЯИ проводились в штольнях – сюда же относится и поселок Северный. Другой район – площадка D-11 – содержит новые штольни, которые не были использованы.

Типичная штольня на семипалатинском и новоземельском испытательных полигонах имела площадь поперечного сечения около 10–12 кв. м и уклон порядка 0,25–0,3 градуса по направлению к выходу. Стандартная скорость сооружения штольни составляла около 100 м в месяц.

Самое мощное подземное ядерное испытание 12.09.73

Два самых мощных советских ПЯИ были проведены на НЗИП осенью 1973 г. 12 Сентября 1973 г. четыре ядерные устройства с полной мощностью 4.2 Мт были взорваны на северном участке. 27 октября одиночный заряд (3.5 Мт) был взорван на южном участке почти через месяц после первого успешного ПЯИ в этом новом районе. Его произвели в стандартной скважине.



Северное испытание включало в себя четыре отдельные ядерные устройства, взорванные почти одновременно, но в сложной конфигурации под горой Черная. При безопасной приведенной глубине 100 м/кт1/3 (или больше) мощность 4,2 Мт требует, по крайней мере, 1600 м для длины линии наименьшего сопротивления (ЛНС) до свободной поверхности. Но высота горы Черная составляет всего 900 м и ее рельеф не мог обеспечить ЛНС более 650 м при использовании только горизонтальной штольни. Поэтому был спроектирован уникальный гибрид штольни и шахты внутри горы. Сначала вырыли штольню длиной 1223 м. В конце штольни В-1 построили крупную камеру ВК-1. Затем была прорыта на дополнительную глубину 500 м вертикальная шахта диаметром 3 м, а на ее дне сооружена камера ВК-4. Упоминаются также камеры ВК-2 и ВК-3 в связи с этим ядерным испытанием, но их положение неизвестно. Они были расположены где-то вдоль штольни неподалеку от ВК-1 (возможно, даже вместе).

Самое крупное ПЯИ на северном участке привело к серьезному дроблению породы со сходом большого ее объема и со значительными изменениями поверхностного рельефа. Более 80 миллионов кубометров породы были сброшены вниз в виде массивной лавины. Сход грунта заблокировал вход в долину и два ледниковых ручья. За обломками лавины образовалось озеро длиной 2 км.. Размен разрушенного участка равен 800 x 1700 м2. А размер площади, покрытой обломками породы равен 1600 x 2200 м2 с толщиной 20–50 м.

падение вертолета

…20 августа я вместе со старшим инженером-испытателем В. Маслениковым и матросом (жаль, фамилию запамятовал) вылетел на гору для доставки и установки нескольких шашек. Расстояние от вертолётной площадки до горы 15-20 км. Погода идеальная. Вертолёт быстро набрал высоту и через несколько минут начал снижение. Техник вертолёта пустил сигнальную ракету для определения направления ветра и командир начал посадку на горе. Я заметил крен вертолёта, но был уверен, что всё будет в порядке. Но, увы. Вертолёт ударился о поверхность горы со значительным креном, подпрыгнул и замер. Мы и шашки покатились кубарем. Дверь удалось открыть и мы выскочили из машины. Увидели, что из баков вытекает бензин. Несущие лопасти задели поверхность горы, балка разрушилась, а хвостовой винт оторвался и отлетел в сторону. Пилоты легко выбрались из кабины. Некоторые из нас были легко травмированы. У Масленикова была рассечена кожа на голове и текла кровь. Кровотечение мы остановили снегом. Среда кругом стерильная. У меня болело бедро. Ударился о трап. Состояние было полу шоковое. Придя в себя, приняли решение двигаться вниз. Мне пришлось идти, опираясь на какую-то деталь от вертолёта. Боль была острой. С горы мы увидели у устья штольни автомобиль. Наш матрос при падении не пострадал. Я приказал ему быстро спуститься вниз и сообщить водителю о нашей беде. Спускались мы с горы строем уступа, чтобы не сбить случайно скатившимся камнем впереди идущего. Перешли вброд речушку. Подошла автомашина и мы поехали в посёлок…

…Название свое гора оправдала и дальше. Во время подготовки эксперимента вертолет, который обычно облетал гору и если позволял профиль вершины, то там и садился (для установки датчиков регистрации начала возможного выхода радиоактивных газов с поверхности горы), при посадке на нее в этот раз рухнул метров с двадцати в ложбину на плоской вершине. Летчики потом объяснили, что на высоте вершины горы они обнаружили сильное течение воздуха вдоль ее поверхности, но для подъема было уже поздно. К счастью, все обошлось ушибами, и многие из нас наблюдали, как вертолетчики с трудом спускались с шестисотметровой высоты. Падение вертолета не было видно, и мы все были удивлены, приняв спускавшихся с отвесных скал людей за туристов, и только когда они, окровавленные, подошли к нам, мы осознали всю трагедию, разыгравшуюся там на высоте. Я отдал летчикам свой газик, и он отвез их в поселок. Долго мы стояли у устья штольни и смотрели вверх: что еще преподнесёт нам Черная?..

…О боже, что же мы увидели дальше! Над горой поднялись вверх на высоту нескольких километров три свечи белого радиоактивного пара, как будто злой дух вознесся в небо. А лавина из мерзлого грунта в пятьдесят миллионов кубических метров, шириной около полукилометра и высотой этак метров шестьдесят, как цунами, прошла всю долину, снесла наши трейлеры и взобралась на противоположное предгорье. Потом, когда смотрели фильм, снятый вертолетом-разведчиком, мы с затаенным дыханием несколько раз повторяли эти кадры, где передвижные электростанции, стоявшие несколько в стороне от наших трейлеров, вспыхивали как спички, когда лавина накрывала их. Трейлеры всплыли в этой невероятной смеси грунта со льдом и опрокинутые были выброшены лавиной на ее край. Их слоеные корпуса из алюминия и пенопласта были во многих местах разорваны. Когда спустя два часа после взрыва мы вернулись на место их стоянки, то увидели все это своими глазами. Я мигом пролез через рваное отверстие в один из них, и радости моей не было конца – внутренности трейлера не пострадали, и вся система регистрации сработала по заданной программе задолго до прихода лавины. Информация была получена полностью. Вот так гора Черная выпустила злого духа вверх, куда от штольни гонит ветер облака. Мы молча смотрели в небо – жаль ту голубую даль, куда плывут они в объятиях циклона и где радиоактивный выход в течение трех суток будет контролироваться самолетом «Ан-24», специально оборудованным системой воздухозабора и обработки данных по радиоактивным изотопам. С грустью мы смотрели на искаженный облик долины. На следующий год перед завалом образовалось неглубокое озеро, а ручей пробил-таки себе дорогу из-под завала…

…После взрыва с гор сошла большая лавина камней и щебня и завалила железные сооружения с диагностической аппаратурой у входа в штольню. Хотя у нас была телеметрия основных данных на безопасное расстояние на КП, однако встал вопрос о раскопке из завала диагностических приборов. Для оценки реальной обстановки по возможному извлечению аппаратуры руководитель Государственной комиссии попросил меня и еще двух офицеров полигона по возможности обследовать завал на месте. Приблизившись на вертолете к завалу, где радиационная обстановки была почти нормальная, мы вышли втроем из вертолета, взяв с собой дозиметры, и медленно направились к лавине. На месте расположения диагностической аппаратуры нашему взору предстали громадные камни весьма так тонн десять-пятьдесят с мелкой щебенкой между ними. Взбираясь на эти громады, с трудом поднялись наверх лавины около десяти метров высотой, затем стали осторожно спускаться. Мы давно уже перестали смотреть на индикаторы дозиметров, так поразила окружающая нас картина, и молча спускались с гребня лавины, однако глубокая тишина, темные глыбы камней создавали ощущение застывшей и затаенной опасности. Чувство не подвело. Мгновенно все трое разом увидели нежно-голубое свечение выходящего из расщелины прозрачного газа. Это было свечение радиации, или так называемое черенковское излучение проникающих через воздух частиц от продуктов ядерного взрыва. Не сговариваясь, мигом слетели вниз, вскочили в вертолет и – на корабль…

Разминирование невзорвавшейся 07.11.68 мегатонной бомбы

…Штольня А-3 была пройдена в горе Шелудивая, входящей в горный массив, образующий южный берег пролива Маточкин Шар. Она имела два штрека, в которых так же, как и в окончании основного ствола, оборудовались концевые боксы, то есть камеры подрыва ядерных зарядов. В камеру подрыва в окончании основного ствола штольни была введена стальная труба большого диаметра, в которой в момент взрыва поддерживался глубокий вакуум. Два других заряда испытывались по стандартным методикам и также были большой мощности…

…Вокруг результатов взрывов в штольне А-3 шли бурные дискуссии, закончившиеся уже упомянутым трудным для Е.П. Славского решением о вскрытии этой штольни и проходки в ее концевой бокс для установления причины несрабатывания ядерного заряда, ставшего мегатонной «затайкой». Трудным потому, что предстояло провести горнопроходческие работы в условиях радиоактивного заражения в непосредственной близости от мест недавно проведенных ядерных взрывов. Трудным еще и потому, что на ядерный заряд во время испытаний в 1968 году были выданы команды, снимающие все ступени защиты. Заряд был подготовлен к взрыву. Через неделю первый участок в 120 метров был приведен в рабочее состояние, а горноспасатели В. Проскурня и А. Бабкин взорвали гермостену, обеспечив дальнейшее ведение работ на участке штольни длиной 180 метров. Затем, взорвав вторую гермостенку, открыли возможность восстановления участка в 300 метров. Однако поверхность этого участка оказалась загрязненной изотопами цезия-137 и стронция-89 и – 90 при гамма-фоне в 1-2 мР/ч. Дальнейшее восстановление старого ствола штольни А-3 было признано нецелесообразным, поэтому было решено осуществить проходку в обход второго участка забивки с врезкой в штольню А-3 в районе окончания вакуумной трубы, проложенной в теле забивки, примыкающей к концевому боксу.

На следующий день Владимир Карякин дал разрешение специалистам ВНИИТФ снять с вакуумной трубы заглушку, а затем вместе с Владиславом Верниковским по трубе прополз до её вхождения в концевой бокс. По работавшей трансляции мы услышали, что сам заряд и другие конструкции, подвешенные на растяжках в концевом блоке, видимых повреждений не имеют. В.И. Карякин вновь приказал всем покинуть штольню. После доклада в Москву он получил разрешение на работу в концевом боксе для определения причины отказа заряда.

Войдя в концевой бокс вместе с Владиславом Верниковским, Николаем Костецким, Вячеславом Никитиным и Михаилом Кодинцевым, он отстыковал от заряда аккумуляторы, исключив тем самым возможность ядерного взрыва. Затем достаточно быстро было обнаружено отсутствие контакта в одном из электрических разъемов цепи подрыва. Таким образом, основная задача была решена: причина отказа выяснена.

Владимир Карякин, Владислав Верниковский и другие специалисты считали возможным частичную разборку и извлечение заряда из штольни. С этой целью в концевом боксе был установлен заранее подготовленный настил, на который под ядерный заряд с целью ослабления нагрузки на его подвески положили несколько обыкновенных спальных матрасов. Закончив эту работу, испытатели покинули штольню.

В.И. Карякин шифром обстоятельно доложил министру Е.П. Славскому результаты обследования заряда, причину его отказа, состояние концевого бокса и предложения по дальнейшим действиям. К нашему удивлению, из Москвы последовало указание все работы немедленно прекратить, фамилии матросов и причину случившегося доложить подробно, а Карякину вылететь в Белушью Губу для прямых закрытых переговоров со Славским.

Позже выяснилось, что девушка-шифровальщица в слове «матрасы» изменила вторую букву «а» на «о», чем вызвала естественное беспокойство в Москве. Этот комический эпизод лишний раз подчеркнул, как много нервных клеток затратили все причастные к работе в горе Шелудивая как непосредственно на полигоне, так и в Москве…

Нештатная ситуация 14.10.69

…Первая авария произошла 14 октября 1969 г., когда два ядерные заряда общей мощностью 540 кт (заявленная величина) были подорваны в двух разных штольнях в районе пролива Маточкин Шар (А-7 и А-9). Это был самый серьезный несчастный случай во всей программе ПЯИ на НЗИП. Струя газа и пара вырвалась на поверхность через час после испытания из-за тектонического повреждения на горном склоне на некотором расстоянии от штольни А-9. Уровень гамма-излучения подскочил до нескольких сотен рентген/ч. В течение 40–50 минут значительная часть персонала, обслуживавшего испытание, подвергалась радиационной опасности. Многие получили дозу около 40–80 рентген. Плана действий в чрезвычайных ситуациях не было, и похоже, что начальство впало в панику, немедленно покинув испытательную площадку и бросив оставшихся несколько сотен людей. Только через 40–60 минут персонал был эвакуирован в безопасное место. Через 10 дней те, кто пострадал от облучения, были перевезены в московский госпиталь (кораблями и поездами), чтобы пройти первое медицинское обследование примерно через три недели после аварии. Более 80 человек получили дозу около 40 рентген, а 344 участника испытания пострадали от высокого уровня радиации. Радиация в этом районе сейчас характеризуется как близкая к уровню фона…

…В это время дозиметристы во главе с прекрасным специалистом капитаном Вячеславом Прониным проводили перезарядку регистрирующей аппаратуры, прямые измерения радиационной обстановки и параметров газовой среды в различных участках штолен. Если в штольне А-7 регистрирующая аппаратура показывала отсутствие радиоактивности, то в приустьевом участке штольни А-9 мощность дозы составляла десятки тысяч рентген в час и наблюдался рост давления и температуры. Вертолет-дозиметрист подал сигнал об обнаружении радиоактивности и, резко набрав высоту, скрылся за горой. На приустьевой площадке и в районе металлических сооружений начался рост уровней радиации. Мы срочно покинули приустьевую площадку при уровнях радиации на дневной поверхности около 5 рентген в час.

…Когда я передал указание В.К. Стешенко, адмирал показал в сторону высоты, где бегало около десятка полураздетых людей, отрезанных от берега слоем серого радиоактивного тумана. Стало понятно, что адмирал не мог принять решение об отходе корабля, оставив этих людей в опасной зоне. Я предложил ему снять этих людей, прорвавшись на высоту на ГТТ, и уйти с ними в безопасный район тундры. Адмирал дал «добро». Взбежал на корабль и, доложив Цыркову о решении адмирала, я дал своим дозиметристам команду покинуть корабль. В считанные секунды все они были уже в ГТТ. Последний взгляд на корабль запечатлел пробирающегося к мостику адмирала и стоящего на нем, рядом с командиром МДК, капитана 1 ранга Б. Замышляева, действовавшего, как подобает флотскому офицеру, смело и решительно. Ныне Б.В. Замышляев – генерал-лейтенант в отставке, член-корреспондент Российской академии наук. В тот момент уровень радиации составлял около 50 рентген в час. Нам необходимо было пересечь полосу радиоактивного смога и, выскочив на высоту, снять людей. Теперь все зависело от водителя ГТТ Миколы Кобелева и его машины. И Коля не подвел. Полосу смога мы пересекли примерно за 10 минут. Дозиметристы матросы Володя Смирнов и Миша Гельдт постоянно докладывали уровни радиации: «100…, 150…, 250 рентген в час…» Далее рентгенометры зашкалило, и я приказал их выключить, чтобы не смущали … Вскоре мы выскочили из полосы смога и к неописуемой радости забытых и перепуганных испытателей поднялись на высоту. Обстановка там была относительно нормальная, слегка попахивало сероводородом, а уровни радиации составляли несколько миллирентген в час.

Нештатная ситуация 02.08.87

…Совершенно другая ситуации наблюдалась при проведении 02.08.1987 г. второго подземного ядерного испытания в штольне А-37, после чего эта штольня получила индекс А-37А. В этом испытании было одновременно взорвано пять зарядов мощностью от 0,001 до 150 кт. Примерно через 1,5 мин после взрыва произошел прорыв парогазовой смеси по трещине естественного разлома подтаявшего ледника на склоне горы. В день этого испытания также была штилевая погода, поэтому радиоактивное облако на длительное время зависло над технологической площадкой, создавая на земле гамма-поле с МЭД около 500 Р/ч…



…В 90-е годы в районе штольни А-37А, где уровни радиации достигали 50-60 мкР/ч, была создана санитарно-защитная зона (С33). Технологическая площадка штольни А-37А является единственным участком, где после проведения подземных ядерных испытаний целесообразно выполнить работы по рекультивации местности. Руководство полигона планировало на территории этого участка, площадь которого составляет немногим более 0,3 км2 , проведение работ по дезактивации путем снятия верхнего 5-10 см слоя почвы и засыпки участка слоем щебня. Пока эта работа не проводилась…

Другие интересности.

                                                                            Геликоптер.

                                                                        Разрушенный мост.



                                                                           Мост целый.


                                                                Поселок Северный.


                                                        Половодье на реке Шумилиха.


                                         Типичный вход в штольню (это А-13, 24.10.90).


                                                            Арочный вход в штольню.


                                                              Еще один вход в штольню.


                                                                     Красивая Новая Земля.


                                                     Место взрыва Царь-Бомбы (50 Мт).


                                                Жизнь на северном берегу Новой Земли.


                                                                   Аэродром Рогачево.

rusblog31.blogspot.com

Архипелаг Новая Земля

И тем же утром в 11 ч. 32 мин. над Новой Землей на высоте 4000 м над поверхностью суши была взорвана бомба мощностью в 50 млн. т. тротила.
Световая вспышка была настолько яркой, что, несмотря на сплошную облачность, была видна даже на тысячекилометровом удалении. Клубящийся гигантский гриб вырос до высоты 67 км. К моменту взрыва, пока на огромном парашюте бомба медленно опускалась с высоты 10500 м до расчетной точки подрыва, самолет-носитель Ту-95 с экипажем и его командиром майором Андреем Егоровичем Дурновцевым уже был в безопасной зоне. Командир возвращался на свой аэродром подполковником, Героем Советского Союза.

Славский и Москаленко, будучи делегатами съезда, специально ранним утром в день эксперимента прилетали на северный полигон, чтобы наблюдать за подготовкой и осуществлением взрыва. С расстояния в несколько сотен километров от эпицентра, находясь на борту самолета Ил-14, они увидели фантастическую картину. Впечатление довершила встряска от настигнувшей их самолет ударной волны.

Одна из групп участников эксперимента с расстояния в 270 км от точки взрыва увидела не только яркую вспышку через защитные затемненные очки, но даже почувствовала воздействие светового импульса. В заброшенном поселке — 400 км от эпицентра — были порушены деревянные дома, а каменные лишились крыш, окон и дверей.

На многие сотни километров от полигона в результате взрыва почти на час изменились условия прохождения радиоволн и прекратилась радиосвязь. Находившиеся на аэродроме на Кольском полуострове под Оленьей создатели бомбы и руководители эксперимента во главе с председателем Государственной комиссии генерал-майором Н. И. Павловым в течение 40 мин.не имели ясного представления о том, что же произошло и в каком состоянии экипажи самолета-носителя и сопровождавшего его самолета-лаборатории Ту-16. И только когда появились первые признаки радиосвязи с Новой Землей, с командного пункта под Оленьей запросили открытым текстом информацию о высоте подъема облака. В ответ сообщили: около 60 км. Стало ясно, что конструкция бомбы не подвела.

Тем временем экипажи двух самолетов, вылетавших на задание, и кинодокументалисты, находившиеся снимиив других пунктах, переживали по воле обстоятельств наиболее яркие и сильные впечатления. Кинооператоры вспоминали: «Жутковато лететь, можно сказать, верхом на водородной бомбе! Вдруг сработает? Хотя и на предохранителях она, а все же… И молекулы не останется! Необузданная сила в ней, и какая! Время перелета к цели не очень большое, а тянется… Мы на боевом курсе. Створки бомболюка открыты. За силуэтом бомбы — сплошная вата облаков… А бомба? Предохранители сняты? Или при сбросе их снимут? Сброс! Бомба пошла и утонула в серобелом месиве. Тут же захлопнулись створки. Пилоты на форсаже уходят от места сброса… Ноль! Под самолетом снизу и где-то вдали облака озаряются мощнейшей вспышкой. Вот это иллюминация! За люком просто разлился свет-море, океан света, и даже слои облаков высветились, проявились… В этот момент наш самолет вышел между двух слоев облачности, а там, в этом прогале, снизу, появляется громаднейший шарпузырь светло-оранжевого цвета! Он, как Юпитер, — мощный, уверенный, самодовольный, — медленно, беззвучно ползет вверх… Разорвав беспросветную, казалось бы, облачность, он рос, все увеличивался. За ним, как в воронку, казалось, втянется вся Земля. Зрелище было фантастическое, нереальное… во всяком случае неземное»

fishki.net

Глава 5. Репортаж с Новой Земли: жизнь после ядерных взрывов.

Ядерных полигонов
на планете меньше, чем космодромов.
Когда-то у нашей страны было три ядерных
полигона. Но от Семипалатинска России
пришлось отказаться, а Капустин Яр под
Астраханью перестал использоваться,
поскольку жителей стало жалко. Теперь
у России остался последний ядерный
полигон на Новой Земле в Ледовитом
океане.

Ядерных полигонов
на планете меньше, чем космодромов.
Когда-то у нашей страны было три ядерных
полигона. Но от Семипалатинска России
пришлось отказаться, а Капустин Яр под
Астраханью перестал использоваться,
поскольку жителей стало жалко. Теперь
у России остался последний ядерный
полигон на Новой Земле в Ледовитом
океане. Эти острова, которые по площади
в 2 раза больше Голландии, открыл голландец
Баренц. Капитан нашел на архипелаге
вечный упокой, потому что человеку здесь
невыносимо. Архипелаг заселяли лишь
белые медведи и олени. Когда в 1954 году
в СССР было решено создать полигон для
особо крупных бомб, недостатки Новой
Земли превратились в достоинства.
Атомная бомба принесла на архипелаг
цивилизацию.

Остров Свободы
в Ледовитом океане

— Нас за границу
никогда не выпустят, но мне кажется, что
Новая Земля похожа на Кубу, — говорит
заместитель командира полигона капитан
1-го ранга Игорь Семушин. — На нашем
острове социальное равенство, нет
расслоения, мы живем общими интересами
и убеждениями. Жизнь стабильная,
обеспеченная и мы спокойно смотрим в
завтрашний день. У вас на Большой Земле
кризисы, политические войны, атомизация
общества и торжество криминала. Для нас
это, как телевизор.

Капитану Семушину
41 год. На сдаче нормативов он подтянулся
на перекладине 41 раз. Его привычная
норма 54 раза, но он оставил резерв, чтобы
каждый год до увольнения прибавлять. В
6 утра капитан в бассейне, с 7 на работе,
домой возвращается после 22. В отпуске
был год назад, ездил в Севастополь к
сыну. На острове Свободы ни один человек
не выдержал бы режима, в который
добровольно загоняют себя Семушин и
многие его сослуживцы. Может быть,
помогает то, что большинство офицеров
на Новой Земле — потомственные военные,
выросли в гарнизонах, у многих отцы
прошли войну. Отец Семушина, к примеру,
учился вместе с Пикулем в школе юнг на
Соловках. И наверняка бодрость отважного
капитана подпитывает регулярное чтение
нашей газеты. Он единственный подписчик
«Известий» на Новой Земле, где кроме
«Красной Звезды» в красном уголке
других изданий не сыщешь.

Зачем эти люди
истязают себя, ведь уже 20 лет действует
мораторий на ядерные испытания? С 1995
года на полигоне проводятся испытания
в безъядерном варианте в подземных
штольнях. Всяческих хитрых схем, помимо
ядерного заряда, в ядерном оружии великое
множество, но размах работ не сравнить
со славным прошлым. Полигон погрузился
в состояние анабиоза. Когда-то гарнизон
достигал 15 тысяч, сейчас сократился в
несколько раз. Сохранился лишь один
научно-испытательный отдел, он занимается
мониторингом радиационной обстановки.
В жилом поселке Белушья Губа фон лучше,
чем в Москве. На первый план выходят не
испытательные службы, а коммунальные,
которые в жутком климате сохраняют
полигон. Он находится не в замороженном,
но в законсервированном состоянии и
ждет команды, если стране понадобится
вновь испытывать ядерное оружие. Полигон,
без сомнения, готов воскреснуть и, как
птица Феникс, жаждет обновления, но на
реанимацию потребуется срок, только
назвать его нельзя, ибо это великая
тайна.

А люди на Новой
Земле особенные. Вроде как из Красной
книги. Чтобы служить современной России,
эти люди должны жить идеалами ушедшей
страны. Если они станут такими, как
оставшиеся на Большой Земле, полигон
своей задачи не выполнит. Не могу
представить, как люди с Новой Земли
могут устроиться в привычной для других
жизни. Им сложнее, чем римскому легионеру
в современной Италии. Некоторые, получив
квартиру в большом городе, возвращаются
на Новую Землю на гражданские должности,
как председатель исполкома военный
летчик Жиганша Мусин. Однажды полковник
Мусин во главе эскадрильи вертолетов
спас 300 человек из зоны ядерного поражения.
Даже здешний священник отец Гавриил —
бывший морской лейтенант. Гарнизон
Новой Земли напоминает старую гвардию
исчезнувшей империи.

— Деньги надо
горбом зарабатывать, а в России только
торгуют и воруют, — рассуждает подполковник
Владимир Васильев, начальник последнего
научно-испытательного отдела на последнем
российском полигоне. — Откуда взялась
проституция? На Новой Земле все честно
вкалывают — и проституции нет. Почему в
нашем ЦСКА играют негры и иностранцы?
Должны играть военнослужащие — задачи
сложнее футбола мы выполняли. Зачем
русскому человеку свобода? От чего
свобода? Надо Россию крепить и охранять,
потому что вокруг все хотят нашими
богатствами поживиться. Когда понимаешь
это, служится на Новой Земле хорошо.

Вдруг вспомнились
победоносные стихи Сергея Михалкова:
«Подтвердил товарищ Сталин, Что мы
бомбу испытали. Бомба атомная есть, Это
надо всем учесть». Чтобы сменить тему,
решил испытать собеседника задачей,
которую задавал докторам наук, — многие
путались и виляли. В каком случае чай
будет горячее — если сразу сахар положить
и съесть котлету или сначала съесть
котлету, а потом сахар положить?
Подполковник Васильев тянул лямку на
всех полигонах, и времени на диссертации
у него не было, но он дал четкий ответ
влет, хотя мы уже хорошо расслабились
за разговорами о смысле жизни. И я
совершенно убедился, что ядерный полигон
в надежных руках. В этом году подполковник
Васильев проявил всестороннюю
подкованность — занял 2 место по офицерской
подготовке в частях своего рода войск.

Новая «Капитанская
дочка»

10 лет назад на
ядерном полигоне случился захват
заложников. Несколько матросов, призванных
с Кавказа, за неуставные отношения были
посажены на гауптвахту. На губе им не
понравилось, они ломом убили часового
и в школе захватили 69 заложников.
Потребовали миллион денег, оружие,
самолет. Начальник полигона контр-адмирал
Виктор Шевченко предложил себя в обмен
хотя бы на первоклассников. Заложника
взяли, но никого не отпустили. Адмирал
проявил себя тонким психологом, террористы
потеряли бдительность — и спецназ всех
повязал. Как говорят, больше года в
тюрьме никто не протянул — на зоне
специфическое отношение к тем, кто берет
в заложники детей.

Теперь призыв
собирают в Архангельской области, чтобы
климат людей не ломал. Казармы на Новой
Земле — как палаты в хорошем пионерском
лагере. С переходом на год службы ушла
дедовщина, хотя даже Макаренко затруднился
бы так быстро вырастить толкового
специалиста. Но все же не исключено, что
скоро поморы в массовом порядке
переквалифицируются из рыбаков в
ядерщики. Больше всего жаль, что Ломоносов
наших времен не дождался — какой бы дуэт
с Сахаровым составили бы!

— На северах всю
жизнь служу, на Новой Земле — больше
десяти лет, — говорит начальник полигона
генерал-майор Юрий Соколов. — Лучшие
годы, самый плодотворный период. Это
моя жизнь, хотя даже Иван Грозный не
додумался в эти края людей ссылать.
Значит, надо здесь жизнь наладить. Меня
на должность назначает президент России.
Таких должностей немного — это доверие.
Как бы ни было тяжело, на теплые места
не прошусь.

Генерал Соколов
— олицетворение ответственности. Обычно
начальник выдерживает на полигоне
два-три года, Соколов служит намного
дольше любого из предшественников. Хотя
родом он из самых сухопутных краев — из
тверской деревни. И фамилия у него, если
идти до корней, не Соколов, а Миронов.
Отец, младший сын в крестьянской семье,
был известный на всю округу сорванец,
и в школе по недоразумению прозвище
превратилось в фамилию, из-за этого при
поступлении в военное училище пришлось
месяц в НКВД провести. Отец фамилию
оправдал — начал войну в 1941-м в Белостоке,
закончил в 1945-м в Чехословакии. Сейчас
ему 91 год, ум ясный, память твердая,
политически активен, не дает спуска
скинхедам-неонацистам, срывает вредные
плакаты. Мне показалось, что генерал
Соколов куда больше, чем инспекций
начальства, опасается упреков
отца-фронтовика.

После того, как
был объявлен ядерный мораторий и гарнизон
сократился, в поселке Белушья Губа
опустело множество благоустроенных
домов. Я спросил у генерала, не лучше
ли, чтобы сберечь средства, вовсе закрыть
Белушью Губу и перейти, по примеру
газовиков, на вахтовый метод, перебрасывать
их к месту безъядерных испытаний?

— Человек без
левой руки может управиться, и длинный
кишечник ему не нужен, — генерал пришел
в негодование. — Но никто из экономии
рук не рубит и кишечник не укорачивает.
Вредная логика и ложная экономия. Жилой
поселок полигону необходим, потому что
в будущее не заглянешь, а обживаться на
Севере безумно тяжело и дорого. Что
касается безъядерных экспериментов,
то без них при модернизации ядерного
оружия не обойтись. Новые образцы в
России постоянно создаются, только не
принято об этом кричать.

Генерал Соколов
мыслит о своей службе, как капитан
Миронов из «Капитанской дочки»,
который превыше всего ставил честь и
долг. Русские офицеры разных эпох, как
выяснилось, однофамильцы, и ядерный
полигон можно считать современной
Белогорской крепостью, отрезанной от
мира. Кто же тогда на полигоне Василиса
Егоровна? Есть армейская мудрость: жена
генерала сначала должна выйти замуж за
лейтенанта. Так вот, Людмила Витальевна
эту мудрость опровергла — с будущим
генералом она училась в начальной школе.
В русской армии женщины не служили, а
жена российского генерала дослужилась
до звания старшего прапорщика, как и
многие другие жены в гарнизоне. Генерал
Соколов держит в узде воинские службы,
но его Василиса Егоровна не менее искусно
регулирует внеслужебные отношения. Ей
открыты сокровенные тайны обитателей
гарнизона, но берет она не строгостью,
а участием и теплом. «Все было хорошо
и сейчас хорошо, — я стал свидетелем
разговора прапорщика с печальным
полковником. — Значит, и будет хорошо. А
иначе не может быть». Новоземельская
Василиса Егоровна открыла мне свое
кредо: «Любовница — хорошее слово, но
покамест нет семьи. Семья — это святое.
Такие романы я презираю, с ними надо
бороться».

Можно считать,
что Людмила Витальевна возглавляет на
полигоне службу тыла и одновременно
является главным психотерапевтом. Без
надежного дома и ровного душевного
состояния выжить на Новой Земле не
представляется возможным.

Людоеды у
ядерной кнопки

«Белый медведь
— это идеальная машина для убийства
человека», — такую сентенцию на ядерном
полигоне слышать забавно. Белый медведь,
коренной обитатель Новой Земли, является
единственным хищником на планете,
который целенаправленно охотится на
человека. Может быть, причина в том, что
с человеком белый медведь познакомился
недавно и в его генах не засела мысль,
что с царем природы лучше не связываться.
К тому же на Крайнем Севере царь нередко
оказывается неуклюжим, да еще занес
идеальную машину на четырех лапах в
Красную книгу и дал зверю, фактически,
вольную. Чуть не каждый год на Новой
Земле белые медведи задирают человека.
Пару лет назад насмерть загрызли
полковника, командира части, который
уже готовился в запас и пошел вдоль
трубопровода с последней проверкой. В
этом году покалечили матроса, который
чистил снег на крыльце. Матрос стал
инвалидом первой группы, но просится
обратно на Новую Землю, потому что в его
деревне никакой жизни. Родственники
пропили деньги, которые всем полигоном
собирали. Парню подыскивают гражданскую
должность — Людмила Витальевна взяла
дело под контроль.

В последние
десятилетия белые медведи стали
агрессивнее — есть гипотеза, что влияет
радиация и вредная экология. Белые
медведи кучкуются на свалке у обочины
поселка. Людоедов — как кошек на помойке.
Я ездил их фотографировать, и сопровождавший
офицер кричал истошно: «Товарищ
корреспондент, не отходите от машины!»
Прыжок белого медведя — до пяти метров.
Плавает он, как Фелпс, стометровка —
быстрее минуты. Некоторые особи достигают
жутких размеров — от фотовспышек главарь
пришел в ярость, встал и дико затряс
лапами. Вылитый Валуев. Белые медведи
производят отталкивающее впечатление
— хуже крыс, от тех хотя бы лабораторная
польза имеется.

Между прочим,
первый президент в нашей стране появился
на Новой Земле. В 1877 году на архипелаг
завезли несколько семей самоедов, чтобы
закрепить землю за Россией. С начала ХХ
столетия до эпохи ядерных взрывов
местным главой был Тыко Вылка — ненцы
называли его «наш президент». В
молодости он занимался живописью, имел
персональные выставки в Москве, дружил
с Васнецовым, ходил в котелке и в золотом
пенсне, но, следуя обычаям, вернулся
домой и женился на вдове брата с шестью
детьми. У Тыко Вылки был зоркий глаз. Во
время войны он убил немецкого летчика
и получил боевой орден: «Я чайку влет
беру, а летчик, однако, больше чайки».

Ненцев выселили
с полигона. Тыко Вылка на прощание учил
ядерщиков, что увидеть трех белых
медведей — к счастью. Сейчас при желании
можно наблюдать трех медведей каждый
день. Но представления о счастье на
Новой Земле изменились.

Архипелаг для
«Кузькиной матери»

Всего в мире
проведено 1771 ядерное испытание с
суммарным выделением энергии 460 Мегатонн.
Более половины — 265 Мт — выделено на Новой
Земле. Взрывов здесь было относительно
немного — 132 (в Семипалатинске — 456), но
взрывы на Новой Земле были самыми мощными
на Земле. Общее выделение энергии
оказалось больше, чем при всех 1056 ядерных
испытаниях США (193 Мт). 30 октября 1961 года
на Новой Земле была взорвана самая
мощная бомба, построенная человеком.
Имя этого человека — академик Сахаров,
хотя сам он на Новой Земле из соображений
безопасности не был. Мощность бомбы
Сахарова — 100 Мегатонн, но при испытаниях
ее снизили и иностранные эксперты дали
оценку в 60 Мт. Именно этой бомбой, назвав
ее «Кузькина мать» Хрущев пугал
Америку, хотя за пару лет до испытаний
с трибуны ООН предлагал прекратить
испытания и уничтожить все ядерное
оружие. Ударная волна от «Кузькиной
матери» два раза обошла Землю. «Кузькина
мать» напрочь разрушает город размером
с Москву, ожоги третьей степени получают
жители Серпухова, Клина и Сергиева
Посада. В зоне испытания «Кузькиной
матери», где, кстати, много веков назад
умер Виллем Баренц, до сих пор радиационный
фон повышен.

Заключение

Радиоэкологическая
обстановка на архипелаге Новая Земля
и прилегающих акваториях обусловлена
последствиями ядерных взрывов (ЯВ) и
сбросами в воду радиоактивных продуктов.
Новоземельский полигон для испытаний
ядерного оружия был создан в 1954 г. В
условиях холодной войны и проведения
к этому времени США ядерных взрывов на
Тихом океане необходимо было исследовать
поражающее действие взрывов на объекты
ВМФ и разрабатывать средства и способы
их защиты. Испытания осуществлялись на
трех технологических площадках (рис.1):

• зона А (в районе
губы Черной): проведение подводных и
надводных испытаний, наземного ЯВ и 6
подземных ядерных испытаний в скважинах;

• зона В (в районе
пролива Маточкин Шар): проведение 36
подземных ЯВ в штольнях;

• зона С (полуостров
Сухой Нос): проведение воздушных ЯВ.

Практически для
всех затопленных радиационно-опасных
объектов основным индикатором утечки
является обнаружение в воде долгоживущих
гамма-излучающих радионуклидов: продукта
деления ядерного топлива 137Cs и продукта
нейтронной активации 60Co. Для надежного
обнаружения этих радионуклидов в морской
среде использовался спектрометрический
метод, т.к. в состав воды и донных отложений
входят интенсивные природные источники
гамма-излучения: 40К и дочерние продукты
распада

радиоактивных
семейств U и Th. Из-за излучений этих
природных радионуклидов мощность дозы
в море при приближении к донному грунту
может естественным образом увеличиться
более чем в 10 раз.

Измерение донных
отложений даже на небольшом удалении
порядка 1 м не отличаются от средних по
заливу.

Анализ вклада
различных источников в радиоактивное
загрязнение арктических морей Российской
Федерации показывает, что основными
источниками, формирующим уровень
радиоактивного загрязнения морской
среды, являются глобальные радиоактивные
выпадения и поступление радионуклидов
с морскими течениями в результате сброса
радиоактивных отходов в Великобритании
и во Франции. В районах открытого моря
воздействие операций по сбросу и
захоронению радиоактивных отходов
незаметно на фоне, обусловленном другими
источниками радиоактивного загрязнения.
В открытых районах исследуемых морей
наблюдались наиболее низкие за весь
период наблюдений уровни радиоактивного
загрязнения морской воды. Последствия
операций по захоронению радиоактивных
отходов в морях арктического региона
Российской Федерации могут иметь лишь
локальный характер, то есть проявляться
лишь в районах захоронений. Локальное
воздействие захоронений на уровень
радиоактивного загрязнения морской
воды выявлено лишь в одном районе
захоронения РАО – заливе Степового –
в виде небольшого увеличения уровня
радиоактивного загрязнения 137Cs и 90Sr
придонных вод во внутренней его части.
Объемная активность 137Cs в Карском море
в 90-х годах была сопоставима с характерной
для Средиземного моря, в несколько раз
ниже, чем в Черном море и в десятки раз
ниже, чем в Балтийском и Ирландском
морях.

Сравнение данных
первого (1994 г.) и повторного (2002 г.)
обследований радиоактивного загрязнения
морской среды в заливе Абросимова
позволяет заключить, что радиационная
обстановка на основной части акватории
залива улучшилась. За 8 лет не было
заметного поступления радиоактивности
в морскую среду из затопленных в заливе
объектов. Содержание 137Cs в воде залива
снизилось примерно вдвое и составляло
0.003 Бк/л и менее. Концентрации в воде
залива 90Sr (0.005 Бк/л) и 239Pu (< 0.006 мБк/л) в
2002 г. практически не изменились по
сравнению с 1994 г. На основной части
акватории залива Абросимова и прилегающей
к заливу части Карского моря наблюдаются
меньшие уровни удельной активности
137Cs и 60Со в поверхностном слое донных
отложений. Таким образом, радиоэкологическая
обстановка на архипелаге Новая Земля
и прилегающих акваторий находится в
пределах естественных флуктуаций и не
вызывает опасений. Об этом свидетельствует
и состояние флоры и фауны региона. По
мнению специалистов, архипелаг Новая
Земля представляет уникальный природный
регион. Фауна Новой Земли все еще
сохраняет естественное состояние как
результат малонаселенности и малого
техногенного вмешательства. Регион
обладает большим разнообразием
биологических видов, как бентоса (флоры
и фауны морского дна), так и рыбы,
сравнительно с аналогичными заселенными
регионами. Новая Земля является граничной
зоной между холодным арктическим Карским
морем и теплым субарктическим Баренцевым.
Северо-восточные берега Северного
острова являются важным регионом
обитания белых медведей. Белухи (белые
киты), моржи и другие морские млекопитающие
проводят лето в Карском море, мигрируя
через три довольно узких «канала» в
места зимовки в Баренцевом море: Карские
ворота, Маточкин шар и вокруг м. Желания
на севере.

Несколько колоний
морских птиц обнаружено на крутом
восточном побережье Новой Земли, но
наибольшее их количество – на Южном
острове. Только две колонии содержат
более 100 000 пар, высиживающих птенцов,
но некоторые гораздо больше. Воды в
юго-западной части острова являются
важным источником пищи для гагарок,
казарок и других редких птиц.

Мониторинг
радиоэкологической обстановки в
арктическом регионе продолжается. 21
июля 2011 г. из Архангельска стартовала
высокоширотная экспедиция под руководством
МЧС России по маршруту Архангельск –
Анадырь – Архангельск. В задачи
экспедиции, в частности, входит мониторинг
радиоэкологического состояния архипелага
Новая Земля.

Список литературы.

  1. Сосновский И. В..
    Всеподданнейший отчёт о состоянии
    Архангельской губернии за 1909 год.
    Архангельск, 1911. Проект «Электронная
    память Арктики». emaproject.com. Проверено 30
    января 2013. Архивировано из первоисточника
    1 февраля 2013.

  2. Новая Земля —
    история заселения. arhangelsk.allnw.ru. Проверено
    30 января 2013. Архивировано из первоисточника
    1 февраля 2013.

  3. Географическая
    характеристика Новой земли.
    arhangelsk.allnw.ru. Проверено 30 января 2013.
    Архивировано из первоисточника 1 февраля
    2013.

  4. Музыкина В. Отец
    Иннокентий, монах-полярник. Житие на
    Новой Земле. pravda.ru (31 декабря 2004). Проверено
    30 января 2013. Архивировано из первоисточника
    7 февраля 2013.

  5. Численность
    населения населённых пунктов Архангельской
    области по результатам Всероссийской
    переписи населения (2010), Архангельскстат].
    Архангельскстат (arhangelskstat.ru). Проверено
    30 января 2013. Архивировано из первоисточника
    1 февраля 2013.

  6. Экосистемы полярных
    пустынь, тундр и лесотундр. Информационные
    ресурсы BioDat. biodat.ru. Проверено 30 января
    2013. Архивировано из первоисточника 1
    февраля 2013.

  7. Идем на Новую
    Землю. Часть I

  8. Идем на Новую
    Землю.. Часть II

  9. А. А. Саркисов, В.
    Л. Высоцкий, Ю. В. Сивинцев, В. С. Никитин.
    «Проблемы радиационной реабилитации
    арктических морей, способы и пути их
    решения».

  10. Радиоактивный
    след «Ленина»

  11. На ледоколе «Ленин»
    случилось как минимум две аварии

  12. МЧС России —
    Федеральное государственное казенное
    учреждение «Аварийно-спасательная
    служба по проведению подводных работ
    специального назначения» (ГОСАКВАСПАС)

  13. Российско-норвежская
    экспедиция изучит радиацию в Карском
    море

  14. http://izvestia.ru/news/355448.
    Газета «Известия».

43

studfiles.net

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о