Содержание

Д. ВОИНСТВЕННЫЕ ПЛЕМЕНА АФРИКИ. Эволюция войн [litres]

Д. ВОИНСТВЕННЫЕ ПЛЕМЕНА АФРИКИ

Жизнь афаров и сомалийцев – это «постоянный вооруженный конфликт, в котором побеждает только тот, кто знает, как ловко и быстро пользоваться оружием… Быть невооруженным – это все равно что быть голым». Война и связанный с ней стресс играют важнейшую роль в общественной жизни Северо-Восточной Африки. Таким образом, гражданские войны (то есть войны против родственных племен) постоянно готовы разгореться «в Сомали и в стране народа галла (оромо)». Сомалийцы ведут войну на уничтожение против галла, а оба этих народа постоянно обороняются от нападений эфиопов амхара. У динка каждый клан находится в состоянии войны со всеми остальными, а агар, самый воинственный и многочисленный клан, наводит страх на всех своих соседей. Племена Судана столь расколоты на множество мелких враждебных групп, что члены каждой группы практически ничего не знают друг о друге. В своей работе о коренных жителях Ангус говорит: «Я выяснил, что эти люди воинственны и неутомимы, они живут, как и всегда, в состоянии постоянной войны с каким-нибудь другим племенем.

Короче, война – это их вторая натура». К северу Экваториальной Африки, там, где перемешалась кровь берберов и последователей Мухаммеда арабов, в районах, где на смену дикости пришло варварство, война до сих пор являлась естественным образом жизни. Кочевые, воинственные племена, которые живут в хроническом состоянии обороны от посягательств извне, до сих пор встречаются от Центральной Африки до восточного побережья континента.

Самый воинственный народ в Восточной Африке – это масаи, которые являлись настоящим бичом всех ближайших районов. Они запрещали проход через свою территорию, «помещая посередине тропы, где должны пройти люди или караван, ядро (разрывное, содержащее заряд пороха), замаскированное так, чтобы взорвалось в момент прохождения по тропе незваных гостей». Война обычно идет между племенами, ведущими первобытный образ жизни, и племенами, уже умеющими заниматься земледелием, в то время как пасторальные племена конфликтуют со всеми остальными. Также постоянная война идет между масаи и кикуйя.

Последние были столь ошеломлены и подавлены постоянными набегами воинов масаи, что осторожность стала их второй натурой. Чтобы защититься от врагов, они строили свои деревни на вершинах и склонах гор (хотя для того, чтобы жить в таких поселениях, необходимо обеспечить постоянный подвоз воды, дров и других жизненно важных продуктов). Страх перед вторжением врагов вынудил племя ва-тавета защищать свои деревни, строя укрепления, сложенные из переплетенных лесных деревьев. Они образуют столь прочные и непроходимые заграждения (засеки), что нападавшим практически невозможно добраться до самого поселения. Даже сами масаи вынуждены находиться в постоянном ожидании внезапного нападения. Они строят свои жилища на возвышенностях среди большой равнины, а на границах лагеря выставляют кордоны. Следует при этом иметь в виду, что воинственные терака столь ревностно охраняли свою территорию, что масаи ни разу не совершили набега на их территорию.

В районе озера Баринго (запад Кении) бесконечные набеги друг на друга, насильственная миграция и уничтожение целых племен были в порядке вещей. К югу от этого района, в Ньясаленде (Малави), все без исключения племена отличаются крайней воинственностью. В результате бесконечных войн их стали классифицировать на

а) господствующие племена (доминантные), которые увеличились и расширили свою территорию за счет других племен;

б) племена, которые в прошлом не отличались воинственностью, но сумели отстоять свое положение;

в) племена рабов, которые подчинились более сильным.

На северо-востоке Родезии (современная Замбия) и в Португальской Восточной Африке (Мозамбик) история коренных народов – это настоящая хроника войн, причем войн жестоких и кровопролитных.

На Мадагаскаре сакалава «вели постоянные войны со своими соседями, жившими на склонах гор, равно как и друг с другом. Их соседи испытывали такой страх перед их мужеством и военным искусством, что определили «ничейную территорию», то есть полосу земли 50 – 60 миль (80,4 – 96,5 км) шириной». Многие и многие годы сакалава враждовали со своими соседями из племени гова, и эти народы готовы в любой момент совершить набег на противника.

На юго-востоке Африки находилось королевство зулусов, которое возникло в результате многочисленных войн. Это королевство наводило ужас на все окружающие племена. В Бечуаналенде (современная Ботсвана), где война была в порядке вещей, самым воинственным племенем были басуто. В многочисленных исторических работах племя тарака (Кения) описывают как крайне вспыльчивых и легко возбудимых людей. Конфликты среди них возникают мгновенно и быстро перерастают в драку. «Даже старики и вожди быстро теряют самообладание по самым пустяковым поводам, и они ссорятся как маленькие дети». До периода умиротворения люди из племени бавенда или венда (Юго-Восточная Африка) жили в постоянном страхе перед войной, как гражданской, так и с внешними врагами. Особенно им докучали орды зулусов, которые регулярно вторгались на их территорию, но, как только угроза отступала, они начинали воевать между собой. Так случалось, в частности, после смерти вождя, когда за вакантное место начинали бороться противоборствующие кланы.

Иногда на помощь призывали буров, однако неумение и нежелание держать слово приводило к войнам и с ними, так что вся история бавенда так или иначе вертится вокруг войны.

Жители Бельгийского Конго (ныне Конго со столицей в Киншасе) представляют собой пять различных племен. Каждое племя держится обособленно от других, опираясь на свои собственные обряды и обычаи, а с соседями живет попеременно, то в состоянии мира, то в состоянии войны. Одно из этих племен – пигмеи, которых с полным основанием можно назвать профессиональными воинами.

Племена, живущие в районе дельты Нигера, также постоянно воюют между собой, хотя основной чертой ашанти, хауса и других является «их воинственность и желание отстоять свою независимость даже в борьбе против могущественных держав». Народы, говорящие на языке эве, особенно коренные жители Дагомеи, весьма склонны к войне. Благодаря постоянным войнам дагомейцы создали сильное милитаристское государство. Еще одной сильной монархией Западной Африки являлся Бенин. До разрушения это государство вело завоевательные войны, опустошавшие по соседству целые районы.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Крыша Африки

Крыша Африки Огромное плато Африканского Рога – несомненно, наиболее протяженный горный регион на всем континенте – ныне полностью вписывается в границы Эфиопской империи. Это нагорье дало Эфиопии ее особенный характер и предопределило естественное географическое

Глава 9. Воинственные танцы

Глава 9. Воинственные танцы Гитлер узнал о начавшемся греческом наступлении, выходя из своего кинозала, где он смотрел только что отснятый фильм «Дядюшка Крюгер». Суть фильма сводилась к тому, что с англичанами договориться невозможно.

Их нужно уничтожить, или любой народ

«Человекообезьяна из Южной Африки» и другие жители Земли

«Человекообезьяна из Южной Африки» и другие жители Земли Громкое заявление о том, что человек произошел от обезьяны, прозвучало задолго до того, когда были обнаружены первые реальные факты, подтверждающие или опровергающие это утверждение. История открытий останков

Глава 21. Приграничные племена захватывают Кабул: Надир-хан становится королем

Глава 21. Приграничные племена захватывают Кабул: Надир-хан становится королем Разгром сил Амануллы-хана под г. Газни и последовавшее бегство экс-эмира в Индию значительно укрепили позиции Бачаи Сакао. В связи с этим в одной из сводок советской военной разведки

Потери Эфиопии (Абиссинии, Итальянской Восточной Африки)

Потери Эфиопии (Абиссинии, Итальянской Восточной Африки) В 1935–1936 годах Эфиопия была оккупирована Италией и преобразована в колонию Итальянская Восточная Африка вместе с Итальянским Сомали и Эритреей.

Эта аннексия не была признана многими странами. После вступления

Племена Шинлунь в Восточной Индии и Бирме

Племена Шинлунь в Восточной Индии и Бирме «Манмаси» – «люди пещер» В конце 80-х годов ХХ века в поисках Потерянных колен уже упомянутый выше раввин Элиягу Авихайл вместе с американским историком Хилелем Халкином объездил всю Юго-Восточную Азию, включая Китай, Индокитай и

3. Скифские золотые племена

3. Скифские золотые племена Через тридцать лет практически одновременно с обнаружением сокровищ в Новочеркасске разыгралась «золотая лихорадка» в другой части Великой Степи.Скифские степные племена кочевали с VII века до нашей эры на обширных пространствах между Алтаем

Вокруг Африки

Вокруг Африки В самом начале VI века до нашей эры энергичный фараон Египта Нехо II приказал находящимся у него на службе финикийским морякам обогнуть Африку, о размерах и очертаниях берегов которой в то время не имели никакого представления даже самые просвещенные

Путешествие в сердце Африки

Путешествие в сердце Африки Благодаря целой плеяде отважных путешественников многие районы Африки были исследованы, но центральная ее часть до середины XIX века во многом оставалась для европейцев огромным белым пятном. В 1849 году британское правительство поручило

Герой Африки

Герой Африки Жизнь Генри Мортона Стэнли похожа на авантюрный роман. Этот удивительный человек создал новую страну, совершил ряд великих открытий, пережил невероятные приключения. Выпавшие на его долю тяжкие испытания могли бы составить честь и славу целому поколению

Вокруг Африки

Вокруг Африки Африка – родина самой великолепной и долговечной цивилизации древности. Именно этот континент был первым, который удалось людям обойти по морю. Это была одна из величайших экспедиций. У нее непростая предыстория.Непроходимые тропические леса

Очерк 5. ЖАНДАРМЫ В «ДУХОВКЕ АФРИКИ»

Очерк 5. ЖАНДАРМЫ В «ДУХОВКЕ АФРИКИ» ФРОНТ ОСВОБОЖДЕНИЯ СОМАЛИЙСКОГО БЕРЕГА Читателю наверняка знакомы очертания полуострова Сомали: на карте Африки он выступает далеко на восток — в синюю гладь Индийского океана. В конце XIX века, в апогее азартной битвы развитых стран

Глава I. Раздел Африки

Глава I. Раздел Африки Африка была известна еще древнему миру, но тогда, собственно, была известна только Северная Африка, которая еще в V–VII вв. была завоевана арабами, затем в XV–XVI вв. вошла в состав Турецкой империи. Остальная часть Африканского материка была занята

4.3. Страны Южной Америки, мусульманского Востока, Африки, Австралия, Индия

4.3. Страны Южной Америки, мусульманского Востока, Африки, Австралия, Индия Страны Южной и Центральной Америки (Куба, Мексика, Венесуэла, Бразилия, Аргентина и др.) хотя и входят в сферу влияния библейской концепции управления, но их интересы всё более вступают в

Кривичи и другие самые воинственные славянские племена

2 сентября 2018

Русская семерка

Античные авторы были уверены, что на землях, которые впоследствии заняло Древнерусское государство, проживали дикие и воинственные славянские племена, которые то и дело враждовали друг с другом и угрожали более цивилизованным народам.

Фото: Русская семеркаРусская семерка

Вятичи

Видео дня

Славянское племя вятичей (согласно летописи, его родоначальником был Вятко) обитало на огромной территории, на которой сегодня располагаются Смоленская, Калужская, Московская, Рязанская, Тульская, Воронежская, Орловская и Липецкая области. По мнению антропологов, внешне вятичи были похожи на своих соседей северян, но отличались от них более высоко расположенной переносицей и тем, что большинство их представителей обладали русыми волосами.

Некоторые ученые, разбирая этоним этого племени, считают, что он происходит от индоевропейского корня «vent» (влажный), другие полагают — что от древнеславянского «vęt» (большой). Часть историков видят родство вятичей с германским племенным союзом вандалов, существует также версия, связывающая их с племенной группой венедов.[С-BLOCK]

Известно, что вятичи были хорошими охотниками и умелыми воинами, однако это не мешало им заниматься собирательством, скотоводством и подсечным земледелием. Нестор Летописец пишет, что вятичи преимущественно жили в лесах и отличались «зверинским» нравом. Они дольше других славянских племен противились внедрению христианства, сохраняя языческие традиции, в числе которых – «умыкание невест».

Наиболее активно вятичи боролись с новгородскими и киевскими князьями. Только с приходом к власти Святослава Игоревича, победителя хазар, вятичи вынуждены были умерить свой воинственный пыл. Впрочем, ненадолго. Его сыну Владимиру (Святому) вновь пришлось завоевывать строптивых вятичей, окончательно же это племя в XI веке покорил Владимир Мономах.

Словене

Самое северное славянское племя – словене – обитало на берегах Ильмень-озера, а также на реке Мологе. История его происхождения до сих пор не выяснена. Согласно распространенной легенде, родоначальниками словен были братья Словен и Рус; Нестор Летописец называет их основателями Великого Новгорода и Старой Руссы.

После Словена, как повествует предание, власть наследовал князь Вандал, взявший в жены варяжскую деву Адвинду. Скандинавская сага нам рассказывает, что Вандал как правитель словен ходил на север, восток и запад, морем и сушей, завоевав все окрестные народы.[С-BLOCK]

Историки подтверждают, что словене воевали со многими соседними народами, в том числе и с варягами. Расширив свои владения, они продолжали осваивать новые территории как земледельцы, попутно вступая в торговые отношения с германцами, Готландом, Швецией и даже с арабами.

Из Иоакимовской летописи (которой, правда, не все доверяют) мы узнаем, что в первой половине IX века словенский князь Буривой потерпел поражение от варяг, которые обложили его народ данью. Однако уже сын Буривого Гостомысл вернул утраченное положение, вновь подчинив своему влиянию соседние земли. Именно словене, по мнению историков, впоследствии стали основой населения вольной Новгородской республики.

Кривичи

Под именем «кривичей» ученые подразумевают племенной союз восточных славян, ареал которого в VII-X веках распространялся на верховья Западной Двины, Волги и Днепра. Кривичи известны, прежде всего, как создатели протяженных воинских курганов, при раскопках которых археологи были поражены разнообразием и богатством вооружения, амуниции и предметов обихода. Кривичи считаются родственным племенем лютичей, характеризующимся агрессивным и свирепым нравом.

Городища кривичей располагались всегда на берегах рек, по которым шел знаменитый путь «из варяг в греки». Историки установили, что кривичи довольно тесно взаимодействовали с варягами. Так, византийский император Константин VII Багрянородный писал, что кривичи изготавливают суда, на которых русы ходят в Царьград.[С-BLOCK]

По дошедшим до нас сведениям, кривичи были активными участниками многих варяжских экспедиций, как торговых, так и военных. В сражениях они мало чем уступали своим воинственным соратникам – норманнам.

После вхождения в состав Киевского княжества кривичи принимали деятельное участие в колонизации обширных северных и восточных территорий, известных сегодня как Костромская, Тверская, Ярославская, Владимирская, Рязанская и Вологодская области. На севере они отчасти были ассимилированы финскими племенами.

Древляне

Территории расселения восточнославянского племени древлян – преимущественно современные Житомирская область и западная часть Киевской области. На востоке их владения ограничивал Днепр, на севере – река Припять. В частности, припятские болота, по мнению историков, создавали естественный барьер, отделявший древлян от их соседей дреговичей.

Не сложно догадаться, что среда обитания древлян – леса. Там они чувствовали себя полноправными хозяевами. По словам летописца Нестора, древляне заметно отличались от обитавших восточнее кротких полян: «Древляне живяху звѣриньскимъ образомъ, живуще скотьски: убиваху другъ друга, ядяху вся нечисто, и брака у нихъ не бываше, но умыкиваху у воды дѣвиця».[С-BLOCK]

Возможно, какое-то время поляне даже были данниками древлян, которые имели свое княжение. В конце IX века древлян подчинил Олег. По свидетельству Нестора, они входили в состав войска, с которым киевский князь «ходил на греков». После смерти Олега попытки древлян освободиться из-под власти Киева участились, но в итоге они получили лишь увеличенный размер дани, наложенной на них Игорем Рюриковичем.

Приехав к древлянам за очередной порцией дани, князь Игорь был убит. По словам византийского историка Льва Диакона, его схватили и казнили, разорвав надвое (привязали за руки и за ноги к стволам двух деревьев, один из которых был перед этим сильно согнут, а потом отпущен). За страшное и дерзкое убийство древляне жестоко поплатились. Движимая жаждой мести, супруга погибшего князя Ольга уничтожила приехавших свататься к ней древлянских послов, заживо закопав их в землю. При княгине Ольге древляне окончательно покорились, и в 946 году вошли в состав Киевской Руси.

Другое,

Убивают любого. Самые враждебные народы планеты

https://ria.ru/20181205/1543449523.html

Убивают любого. Самые враждебные народы планеты

Убивают любого. Самые враждебные народы планеты — РИА Новости, 05.12.2018

Убивают любого. Самые враждебные народы планеты

В середине ноября на Андаманских островах погиб американец от рук племени сентинельцев. Этот коренной народ не жалует чужаков и нападает на каждого, кто посмеет РИА Новости, 05.12.2018

2018-12-05T08:00

2018-12-05T08:00

2018-12-05T10:37

наука

индия

бразилия

эквадор

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/154322/20/1543222083_0:260:4992:3068_1920x0_80_0_0_3ade9fb8b712c7392ef18d1ebcfe15f7.jpg

МОСКВА, 5 дек — РИА Новости, Альфия Еникеева. В середине ноября на Андаманских островах погиб американец от рук племени сентинельцев. Этот коренной народ не жалует чужаков и нападает на каждого, кто посмеет ступить на их территорию. Подобных обществ, не желающих идти на контакт с внешним миром, на Земле около сотни. Некоторые из них — крайне воинственны.Чужакам — лук и стрелыБольшинство антропологов признают, что коренное население Северного Сентинельского острова в Индийском океане — единственное, по-настоящему изолированное от мира. Никто не знает, на каком языке они говорят, что у них за социальный строй и какова численность. Все контакты — а их за полтора века было не больше десятка — проходили на расстоянии выстрела из лука. Тех, кто пытался подойти ближе, сентинельцы убивали.Последняя жертва — проповедник Джон Аллен Чо, решивший обратить туземцев в христианство. По свидетельствам рыбаков, доставивших американца к дикарям, представители племени напали на него с луком и стрелами, а затем закопали его тело в песке на пляже. Власти островных союзных территорий Индии направили на поиски вертолеты, но те не смогли приземлиться на остров, так как его обитатели выказывали крайнюю враждебность.Ученые во избежание подобных инцидентов предпочитают общаться с сентинельцами на расстоянии — с лодки или вертолета. Выяснилось, что туземцы все еще живут в каменном веке. Занимаются охотой и собирательством, с сельским хозяйством не знакомы, огонь добывать не умеют. Исследователи считают, что они пользуются случайными возгораниями, а потом хранят тлеющие угли в специальных сосудах.Микробы цивилизацииВ каменном веке живет и ближайший сосед сентинельцев — племя джарава на западном побережье островов Южный и Средний Андаман (Индия). Исследователи полагают, что за 55 тысяч лет полной изоляции от внешнего мира их образ жизни практически не изменился. Джарава охотятся на диких свиней и черепах, ловят рыбу, собирают фрукты, коренья и мед диких пчел. Их диету исследователи называют оптимальной — в рационе аборигенов более 150 видов растений и около 350 — животных.До недавнего времени джарава категорически отказывались общаться с чужаками, встречая их стрелами. В конце 1970-х годов через их земли провели дорогу, соединившую администрацию островов с отдаленными поселениями. Несмотря на запрет правительства Индии выходить из машины и строгую организацию движения на трассе, туристы часто контактируют с аборигенами. Дают им пищу и различные безделушки за возможность посмотреть на «танцы дикарей».Самый печальный результат этих встреч — распространение среди туземцев инфекций, к которым у них нет иммунитета. С 1999 по 2006 год почти половина популяции джарава погибла от эпидемии кори. Консерваторы и максималистыНа востоке Эквадора, на территории национального парка Ясуни живет самый малочисленный и скрытный народ в мире — индейцы тагаери. Когда-то они были частью большого племени ваорани, но после того, как в 1968 году их сородичи вошли в контакт с протестантскими миссионерами, ушли в леса и оборвали все связи с внешним миром.Последнюю попытку общения с тагаери предприняли проповедники в 1987 году. Все они погибли.О самом племени практически ничего неизвестно. Считается, что их осталось не более тридцати человек. Занимаются тагаери в основном охотой и собирательством, сельского хозяйства не знают. В последние десять лет молодых представителей этого народа иногда видят около деревень ваорани, куда они приходят обменять охотничью добычу на одежду и оружие.Индейцы-призракиВ долине южноамериканской Амазонки обитают почти восемь десятков племен, не пользующихся благами цивилизации. Самое необщительное и воинственное из них — кавахива, проживающее в бразильском штате Мату-Гросу.О народе и его языке известно мало. Более того, самих индейцев почти никто не видел. Есть несколько фотографий, сделанных в 2005 году, и небольшое видео, снятое сотрудником Государственного департамента по делам индейцев Бразилии (FUNAI). На этих кадрах кавахива разговаривают друг с другом.Вся информация об образе жизни кавахива и их обычаях получена от соседних племен, которые называют их красноголовыми (Cabeças vermelhas), или по оставленным ими следам. Люди из племени тупи утверждают, что видели силуэты мужчин кавахива ночью в окрестностях своей деревни и слышали, как чужаки имитировали голоса птиц и диких зверей.Лесорубы и антропологи часто находят заброшенные деревни этого народа. В домах обнаруживается оружие (обычно копья, луки и стрелы), кухонная утварь, плетеные корзины с орехами, гамаки. Судя по этим предметам, индейцы ведут кочевой образ жизни — постоянно переезжают с места на место, занимаются охотой и собирательством и не знакомы с земледелием.

https://ria.ru/20181121/1533214399.html

https://ria.ru/20140731/1018240365.html

https://ria.ru/20161223/1484490401.html

https://ria.ru/20180220/1515017324.html

https://ria.ru/20171029/1507636821.html

индия

бразилия

эквадор

РИА Новости

1

5

4.7

96

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2018

РИА Новости

1

5

4.7

96

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og. xn--p1ai/

РИА Новости

1

5

4.7

96

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

1920

1080

true

1920

1440

true

https://cdnn21.img.ria.ru/images/154322/20/1543222083_278:0:4715:3328_1920x0_80_0_0_a17b95fa35115ee8bf2e28bf79b377b9.jpg

1920

1920

true

РИА Новости

1

5

4.7

96

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

1

5

4.7

96

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

индия, бразилия, эквадор

Наука, Индия, Бразилия, Эквадор

МОСКВА, 5 дек — РИА Новости, Альфия Еникеева. В середине ноября на Андаманских островах погиб американец от рук племени сентинельцев. Этот коренной народ не жалует чужаков и нападает на каждого, кто посмеет ступить на их территорию. Подобных обществ, не желающих идти на контакт с внешним миром, на Земле около сотни. Некоторые из них — крайне воинственны.

Чужакам — лук и стрелы

Большинство антропологов признают, что коренное население Северного Сентинельского острова в Индийском океане — единственное, по-настоящему изолированное от мира. Никто не знает, на каком языке они говорят, что у них за социальный строй и какова численность. Все контакты — а их за полтора века было не больше десятка — проходили на расстоянии выстрела из лука. Тех, кто пытался подойти ближе, сентинельцы убивали.

Последняя жертва — проповедник Джон Аллен Чо, решивший обратить туземцев в христианство. По свидетельствам рыбаков, доставивших американца к дикарям, представители племени напали на него с луком и стрелами, а затем закопали его тело в песке на пляже. Власти островных союзных территорий Индии направили на поиски вертолеты, но те не смогли приземлиться на остров, так как его обитатели выказывали крайнюю враждебность.

Ученые во избежание подобных инцидентов предпочитают общаться с сентинельцами на расстоянии — с лодки или вертолета. Выяснилось, что туземцы все еще живут в каменном веке. Занимаются охотой и собирательством, с сельским хозяйством не знакомы, огонь добывать не умеют. Исследователи считают, что они пользуются случайными возгораниями, а потом хранят тлеющие угли в специальных сосудах.

© CC0 / http://www.oldindianphotos.in/2011_10_10_archive.htmlНарод, проживающий на Андаманских островах

© CC0 / http://www.oldindianphotos.in/2011_10_10_archive.html

Микробы цивилизации

В каменном веке живет и ближайший сосед сентинельцев — племя джарава на западном побережье островов Южный и Средний Андаман (Индия). Исследователи полагают, что за 55 тысяч лет полной изоляции от внешнего мира их образ жизни практически не изменился.

Джарава охотятся на диких свиней и черепах, ловят рыбу, собирают фрукты, коренья и мед диких пчел. Их диету исследователи называют оптимальной — в рационе аборигенов более 150 видов растений и около 350 — животных.

До недавнего времени джарава категорически отказывались общаться с чужаками, встречая их стрелами. В конце 1970-х годов через их земли провели дорогу, соединившую администрацию островов с отдаленными поселениями. Несмотря на запрет правительства Индии выходить из машины и строгую организацию движения на трассе, туристы часто контактируют с аборигенами. Дают им пищу и различные безделушки за возможность посмотреть на «танцы дикарей».

Самый печальный результат этих встреч — распространение среди туземцев инфекций, к которым у них нет иммунитета. С 1999 по 2006 год почти половина популяции джарава погибла от эпидемии кори.

© CC BY 2.0 / Jeremy WeateПредставитель племени джарава

© CC BY 2.0 / Jeremy Weate

Консерваторы и максималисты

На востоке Эквадора, на территории национального парка Ясуни живет самый малочисленный и скрытный народ в мире — индейцы тагаери.

Когда-то они были частью большого племени ваорани, но после того, как в 1968 году их сородичи вошли в контакт с протестантскими миссионерами, ушли в леса и оборвали все связи с внешним миром.

Последнюю попытку общения с тагаери предприняли проповедники в 1987 году. Все они погибли.

О самом племени практически ничего неизвестно. Считается, что их осталось не более тридцати человек. Занимаются тагаери в основном охотой и собирательством, сельского хозяйства не знают. В последние десять лет молодых представителей этого народа иногда видят около деревень ваорани, куда они приходят обменять охотничью добычу на одежду и оружие.

© Depositphotos / ammmitОхотник племени тагаери

© Depositphotos / ammmit

Индейцы-призраки

В долине южноамериканской Амазонки обитают почти восемь десятков племен, не пользующихся благами цивилизации. Самое необщительное и воинственное из них — кавахива, проживающее в бразильском штате Мату-Гросу.

О народе и его языке известно мало. Более того, самих индейцев почти никто не видел. Есть несколько фотографий, сделанных в 2005 году, и небольшое видео, снятое сотрудником Государственного департамента по делам индейцев Бразилии (FUNAI). На этих кадрах кавахива разговаривают друг с другом.

Вся информация об образе жизни кавахива и их обычаях получена от соседних племен, которые называют их красноголовыми (Cabeças vermelhas), или по оставленным ими следам. Люди из племени тупи утверждают, что видели силуэты мужчин кавахива ночью в окрестностях своей деревни и слышали, как чужаки имитировали голоса птиц и диких зверей.

Лесорубы и антропологи часто находят заброшенные деревни этого народа. В домах обнаруживается оружие (обычно копья, луки и стрелы), кухонная утварь, плетеные корзины с орехами, гамаки. Судя по этим предметам, индейцы ведут кочевой образ жизни — постоянно переезжают с места на место, занимаются охотой и собирательством и не знакомы с земледелием.

Читайте также:

Официальный сайт Президента Кыргызской Республики

Древний период

Первые следы человеческой деятельности на территории Кыргызстана уходят в эпоху раннего или нижнего палеолита. Памятником этого времени было каменное орудие,  найденное А.П.Окладниковым в 1953 году  в Центральном Тянь-Шане, на левом берегу реки Он-Арча. Техника обработка каменного орудия позволяет датировать время его изготовления как 300 тысяча лет тому назад. Аналогичное изготовленное орудие выявлено в Ходжа-Бакырган-Сае на юге Кыргызстана.

 Эпоха энеолита представлена только древнейшей частью рисунков, выбитых на камнях урочища Саймалы-Таш. Это грандиозный культовый центр эпохи энеолита и бронзы до средневековья.

Скотоводческие народы Средней Азии середины I тысячалетия до н.э. в источниках именовались – «саками». Это были воинственные племена, игравшие активную роль в политических событиях Центральной Азии  I тысячалетии до н.э. 

В III веке до н.э. на территории Центральной Азии господствовала империя гуннов. В 201 году до н.э. Модэ (Маодунь) подчинил владение Гэгунь (Кыргыз), которое располагалось тогда в Восточном  Тянь-Шане. Правление Маодуня стало важной изначальной вехой в истории кыргызского народа: в китайской летописи в 201 г. был впервые упомянут этноним «кыргыз». 

Преемниками саков стали усуни. Заняв Семиречье, Джунгарию и Центральный Тянь-Шань, они создали здесь один из древнейших государств. Усунский правитель кюнбаг в 71 году до н.э., в союзе с Ханской империей, нанес гуннам сокрушительное     поражение.   В то время часть Кыргызстана входила в состав государства Давань в Ферганской долине. Давань (по древнеперсидским источникам – Паркана) был густонаселенной страной. Особенно славились ферганские кони, которых Китай стремился заполучить их для своей конницы. В 104–99 годах до н.э. Давань отстояло независимость в борьбе с Ханской империей.

В середине VI века на Алтае образовался Тюркский каганат (551-744). В 70-х годах VI века он достиг вершины могущества, территория его простиралась от Хингана до северокавказских равнин, от верховьев Енисея до верховьев Аму-Дарьи. В 603 году произошел официальный раздел  Тюркской державы на  Восточный и Западный  каганаты.

Западнотюркский каганат (603–704) занимал обширную территорию – от Восточного Туркестана, предгорья Тянь-Шаня и Семиречья до Северного Кавказа. Админстративно-политическим и главным торговым центром  был г.Суяб (развалины Ак-Бешим близ г.Токмак).

С распадом западнотюркского каганата на территории Кыргызстана существовал Тюргешский каганат (704–746), в 746 году в него вторгаются карлуки. Государство карлуков состояло из сильного союза кочевых племен.VIII– IX вв. ознаменовался господством Карлукского каганата на Семиречье и Тянь-Шане. В этот период в Южной Сибири начало возвышаться государство Енисейских кыргызов. В результате 20-летней войны с уйгурами (820–841), кыргызы разгромили их. Разгром Уйгурского каганата  и завоевание обширных территорий Центральной Азии  привело к созданию Великого Кыргызского каганата.

С образованием Караханидского каганата (X– нач. XIII в.в.) на территории Кыргызстана начала распространяться исламская культура. Это означало бурный подъем городской культуры, письменности, литературы и истории. Великие мыслители Жусуп Баласагуни и Махмуд Кашгари творили свои бесценные произведения.

С завоеванием Чингиз ханом Средней Азии образовался улус Чагатая. За ним следовала государство Хайду и Моголистан. В период существования Моголистана на историческую арену вышли кыргызы. Моголистанский историк Мухаммед Хайдар  назвал их «дикими львами Моголистана», что свидетельствует об их политическом превосходстве в названном  регионе.

Во второй половине XV–XVI  вв. кыргызы окончательно обрели свой нынешний этнический облик и в основном занимали территории  Тянь-Шаня и Памиро-Алая.

Начиная с середины XVII до середины –XVIII вв. кыргызы отстаивали свою независимость в связи нашествием Джунгарского ханства.   

В середине 60-х годов XVIII в. южные кыргызы, а затем в 20–30-е годы  XIX в. северные кыргызы,  попадают под влияние Кокандского ханства. В конце XVIII и начале XIX вв. северокыргызские племена начали самостоятельно установливать контакт с Россией. В 1785 г. первых представителей в Россию отправил сарыбагышский бий Атаке баатыр.     1855 году племя бугу приняло Российское подданство, что означало начало процесса присоединения Кыргызстана. В 1868 году северная часть Кыргызстана окончательно присоединилась к России, а южная была завоевана после подавления антикокандского восстания 1876 г.

В 1867 г. в Кыргызстане начало действовать админстративно-территориальное управление России. Переселенческая и налоговая политика царизма усиливала национальный и экономический гнёт. Первое антиколониальное выступление  народов Средней Азии произошло в Ферганской долине в 1898 г. в г. Андижане. 

Процесс присоединения привел к постепенному изменению экономического и хозяйственного уклада кыргызов. Началось изучение географии, природы, истории и культуры кыргызского народа, что является прогрессивным явлением.  Однако колониальная политика царизма привела к восстанию 1916 г. закончившегося трагедией.

Советский период

Октябрьская революция (1917г.) в России, утверждение социалистического строя, права народов на самоопределение и образование СССР, стали переломным историческим этапом в истории Кыргызстана.

С образованием Кара-Киргизской автономной области (14 октября 1924 г.) началось развитие кыргызской государственности  советского типа, что позволило без политических осложнений приобрести полный суверенитет  в 1991 году.

Эпоха социализма преобразила Кыргызстан, сделала его  индустриально-аграрным. Многоотраслевая промышленность, строительная индустрия и строительство, транспорт, связь, технически оснащенное сельское хозяйство, торговля и другие виды услуг стали органичными составными частями единого народнохозяйственного комплекса республики. В целом успешно решалась проблема занятости трудовых ресурсов, поднялся материальный уровень жизни населения.

Особенно развивался топливно-энергетический комплекс, в котором на долю угольной промышленности в 80-е годы приходилось до 40% добываемого в Средней Азии угля. Успешно развивались энергетический комплекс, цветная металлургия, ведущее место в которой заняло производство сурьмы, ртути, редкоземельных и других цветных металлов. Сурьма Кадамжайского комбината являлась эталоном качества на международном рынке. Продукция Хайдарканского ртутного комбината поставлялась более чем в 40 стран мира. Ведущую роль в сельском хозяйстве играло животноводство. Кыргызстан занимал третье место в СССР по абсолютным показателям производства продукции овцеводства, уступая только РСФСР и Казахстану.

По темпам роста произведенного национального дохода Кыргызстан опережал такие союзные республики, как Украина, Казахстан, Литва, Молдова, Туркмения и Эстония. Возникали и благоустраивались города и населенные пункты, а научно-техническая революция стала элементом не только индустриального развития, но и социальной составляющей.

Следует отметить и тот факт, что в победу в Великой Отечественной войне свой достойный вклад внес и народ Кыргызстана; в действующую армию было направлено 360 тыс. кыргызстанцев. Они мужественно сражались на всех фронтах, 73 были удостоены звания Героя Советского Союза, 21 награжден орденом Славы трех степеней. Кыргызстан стал надежным бастионом единого военно-хозяйственного организма страны, эвакуированные предприятия не только восстановились, но и расширили свою производственную мощь.

Одним из главных направлений культурного строительства стала ликвидация неграмотности, создание новой системы образования, успешно функционировали вузы и средне-специальные учебные заведения, готовившие квалифицированные кадры. В становлении и развитии науки большую роль сыграл Киргизский филиал АН СССР (1943), получивший статус Академии наук республики в декабре 1954 года.

Национальная профессиональная литература начинается с создания письменности на кыргызском языке. Особое место в национальной и мировой литературе принадлежит Ч.Айтматову, произведения которого переведены на более чем 80 языков народов мира. Успешное развитие получило профессиональное кыргызское искусство – театральное, музыкальное, изобразительное и кинематография.

Вместе с несомненными позитивами, советский период отмечен негативами тоталитарного режима, приведшего к трагедии многих человеческих судеб.

Независимый Кыргызстан

С 1991 года, после распада СССР, открывается новая страница в многовековой истории кыргызского народа. 31 августа Кыргызстан объявил себя суверенным государством и начался этап реформирования. Прежний тоталитарно-авторитарный режим КПСС был заменен авторитарно-демократическим. Внедрялись принципы демократического управления, вместо так называемой общенародной собственности (государственной) были внедрены разные формы собственности с приоритетом частной. Плановая экономика заменена рыночной, прежде социально однородное общество резко дифференцировалось. Коммунистическая идеология уступила буржуазно-либеральной, коллективистское сознание вытеснилось индивидуалистским.

В общественно-политическом плане республика приобрела все атрибуты государственности, стала равноправным членом мирового сообщества. Однако разрыв хозяйственных связей бывшего СССР негативно отразился на социально-экономическом положении республики. В связи с нарастанием инфляционного процесса в 1993 году вводится национальная валюта (сом), что позволило ей вести самостоятельную финансовую и денежно-кредитную политику. В том же году принимается первая Конституция суверенного Кыргызстана. Однако недоработки рыночных реформ привели к высокому дефициту государственного бюджета и республика становится аграрно-индустриальной, а около половины населения находится за чертой бедности.

Высокая степень коррупции, резкая дифференциация общества, криминализация, авторитаризм власти дважды приводит Кыргызстан к свержению существующего режима власти (24 марта 2005 и 7 апреля 2010 гг.). После переходного Временного правительства в Кыргызстане устанавливается парламентская  республика; Жогорку Кенешу предоставляется широкие полномочия.

Сложная социально-экономическая ситуация заставляет Кыргызстан проводить многовекторную политику, он налаживает необходимые контакты с целью притока в республику соответствующих инвестиций. Он становится членом Организации Объединенных Наций (ООН), Всемирной Торговой Организации, Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), ЮНЕСКО, Содружества Независимых Государств (СНГ), Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), Шанхайской Организации Сотрудничества (ШОС), Организации Исламского Сотрдуничества (ОИС), Организации Экономического Сотрудничества (ОЭС), Совета Сотрудничества Тюркоязычных Государств (ССТГ), предпринимает интеграционные шаги в Таможенный союз, Евразийское экономическое сообщество, налаживает связи не только со странами ближнего, но и дальнего зарубежья.

В духовной жизни суверенного Кыргызстана также произошли значительные изменения, вызванные процессом демократизации. В связи с этим принимается ряд законов в сфере образования для адаптации ее к рыночным отношениям. Негативные последствия экономического кризиса отразились на деятельности научных  учреждений, но они, в том числе и Академия наук, все же пытаются адаптироваться в этих сложных условиях и концентрируются на решении приоритетных направлений развития науки. Для духовного возрождения общества огромное значение имеет бережное отношение к культурному наследию, в частности, к шедевру устного народного творчества – эпосу «Манас».

Однако нельзя не отметить того факта, что негативные процессы особенно коснулись сферы культуры, которая практически выживает за счет спонсорства международных организаций. Тем не менее государство, несмотря на определенные трудности, все же приняло ряд мер по созданию ее нормативно-правовой базы.

Что мы знаем об амазонском племени, убившем приехавшего к ним ученого?

Подпишитесь на нашу рассылку ”Контекст”: она поможет вам разобраться в событиях.

Автор фото, Ricardo Stuckert

Подпись к фото,

Так называемые неконтактные племена аборигенов не общаются с внешним миром на протяжении многих поколений

Из всей череды событий 9 сентября, завершившихся трагедией, Мозесу Кампе больше всего запомнился глухой стук падения тела. Спустя секунду он осознал, что случилось нечто ужасное.

Начальник Кампе, знаменитый исследователь первобытных племен Амазонии Риели Францискато лежал на земле без движения. Из его груди торчала стрела. Врачи в больнице, куда доставили 56-летнего ученого, уже были бессильны что-то сделать.

Стрелу, по всей вероятности, выпустил воин из группы аборигенов, ранее замеченной на ферме возле Серингейроса — 13-тысячного поселка в штате Рондония — одном из девяти в Бразилии, занятых знаменитой амазонской сельвой.

  • Исследователь диких племен Амазонии убит стрелой аборигена
  • Дикие аборигены убили американца на Андаманских островах

До ближайшего более-менее крупного города, Порто-Вельо, оттуда около 500 км.

Серингейрос и еще несколько деревень располагаются на границе резервации Уру-Эу-Вау-Вау площадью около 18 тыс. кв км, где живут девять племен. Пять из них относятся к категории «неконтактных». Их численность, по оценочным данным, не превышает нескольких сотен человек.

«Эти люди не знали и, возможно, никогда не узнают, что Риели был одним из главных их защитников во всей Бразилии», — сказал Би-би-си Мозес Кампе.

Как до Колумба

Автор фото, Funai

Подпись к фото,

56-летний Риели Францискато был сотрудником Национального фонда индейцев Бразилии и почти всю свою карьеру посвятил изучению жизни и защите неконтактных народов региона

В отличие от США и Мексики, в Бразилии и некоторых других странах Южной Америки часть коренных жителей остаются неконтактными — отказываются от всякого сообщения с внешним миром. Это могут быть целые племена, или мелкие группы, отделившиеся от племен, которые в большинстве в контакт вступают.

По данным ученых, на Земле имеется свыше ста подобных групп, и более половины из них живут в Амазонии.

Естественно, известно о них крайне мало, включая численность и языки, на которых они говорят.

В общей сложности, в Бразилии насчитывается 305 индейских племен, использующих 274 языка.

Аборигены, предположительно убившие Риеле Францискато, проходят в документах Национального фонда индейцев Бразилии как «неконтактные с реки Гаутарио».

Конфликт цивилизаций

Утром 9 сентября 18-летняя дочь фермеров из Серингейроса Дулиана Перейра заметила нескольких аборигенов на заднем дворе их соседа и позвала родителей.

Автор фото, Ricardo Stuckert

Подпись к фото,

Считается, что в бассейне Амазонки проживает абсолютное большинство неконтактных племен аборигенов, сохранившихся на планете

«Мои родители живут тут уже больше 25 лет, и никогда не видели никого из неконтактных, — рассказала она Би-би-си. — Мы закричали на них, чтобы они уходили. От других людей им могло бы достаться».

Дулиана и ее отец сообщили властям. Риеле Францискано приехал на место, чтобы попробовать разобраться в причинах странного поведения аборигенов и предотвратить конфликт. Это была его обычная работа в качестве координатора программы защиты неконтактных племен Национального фонда индейцев.

Францискано дружил со многими жителями Серингейроса, в том числе с семьей Дулианы. Смерть ученого потрясла девушку. Волнует ее и то, что будет дальше.

«Только что-то по-настоящему драматичное для них могло заставить неконтактных выйти из леса. Если такое повторится, наши соседи увидят в этом просто вторжение на свою собственность», — говорит она.

Агроном Роберто де Баррос Оссак, друживший в Риели Францискано и некоторое время назад предпринявший с ним совместную вылазку на индейскую территорию, считает, что аборигенов погнал к людям голод.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Отдаленные племена аборигенов Амазонии очень подвержены любым заболеваниям, принесенным извне. Даже самый незначительный вирус может стоить жизни членам племени

«Они не обрабатывают землю, живут охотой и собирательством, постоянно перемещаясь в поисках дичи, орехов, меда и ягод. Видимо, в глубине их территории пищи стало не хватать», — заявил он местным СМИ.

Власти обратились к жителям Серингейроса с просьбой не трогать аборигенов, если они появятся.

По бразильским законам, представители неконтактных групп не подлежат уголовной ответственности.

«Эти люди нередко имеют негативный опыт общения с охотниками, лесорубами и фермерами. Они не в состоянии понять, кто угрожает им, а кто нет. Должно быть, они приняли нас за агрессоров. Их нельзя винить», — говорит Мозес Кампе.

«Человек ямы»

Посчитать неконтактных аборигенов по понятным причинам невозможно, но эксперты полагают, что их численность сокращается.

В качестве примера в Бразилии часто вспоминают «Человека ямы», которого ученые считали последним представителем вымершего племени. СМИ прозвали его так за ловкость, с какой он выкапывал ямы-ловушки для животных. С 1996 года он периодически попадался людям на глаза, всегда в одиночку.

Главную причину защитники аборигенов видят в сокращении площади лесов и, следовательно, охотничьих угодий.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Фактически с 1980 года в Бразилии действует закон, запрещающий вступать в прямой контакт с отдаленными племенами. На фото: аборигены племени Корубо во время редкой встречи с другими людьми, 1996 год

В 2014 году племя Мачо-Пиро добровольно вышло из изоляции и объяснило это исчезновением диких кабанов, служивших им главным источником пропитания.

«Неконтактные племена — самые уязвимые люди на Земле», — говорит исследователь международной некоммерческой организации Survival International Сара Шенкер.

Бабушкины сказки

Мозес Кампе, как и покойный Риеле Францискано, работает в Национальном фонде индейцев Бразилии.

Он сам индеец, но из племени, давно приобщившегося к цивилизации. С Би-би-си он общался через онлайн-мессенджер на чистом португальском языке.

Фамилия «Кампе» — название его родного племени.

Автор фото, Family album

Подпись к фото,

Мозес Кампе сопровождал Риели Францискато в последней экспедиции, когда тот был убит

Неконтактных Кампе не видел ни разу в жизни, даже в день гибели начальника: стрела прилетела из густых зарослей. Для него это полумифические существа, о которых бабушка в детстве рассказывала ему перед сном.

По данным последней переписи, индейцы составляют около 900 тысяч из 209-миллионного населения Бразилии. 20% из них статистика относит к крайне бедным. В среднем по стране этот показатель составляет 6%.

Два подхода

Еще один собеседник Би-би-си — 80-летний Сидней Поссуэло, бывший президент Национального фонда индейцев, легендарный «сертаниста»- так в Бразилии называют людей, посвятивших себя аборигенам и сочетающих в одном лице антрополога, искателя приключений и правозащитника.

В свое время Поссуэло установил рекорд: лично наладил отношения с семью племенами, прежде избегавшими белых людей. Но именно с его подачи государство в конце 1980-х годов приняло новую политику в отношении неконтактных, отказавшись от попыток втянуть их в общение.

По словам Поссуэло, полностью изменить взгляды его заставил случай, имевший место в 1979 году. После контакта с экспедицией, в которой он участвовал, несмотря на все меры предосторожности, несколько аборигенов умерли, заразившись обычным гриппом, — некоторые в течение 24 часов.

«Я понял, что мы представляем опасность для них сами по себе. Я также пришел к выводу, что у нас нет права менять их привычную жизнь, — заявил он. — Нужно, чтобы они просто были. Мы постепенно отучили общество видеть в контактах повод для гордости».

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Сидней Поссуэло, бывший президент Национального фонда индейцев, сочетает в себе антрополога, искателя приключений и правозащитника

Теперь стратегия фонда состоит в том, чтобы получить максимум информации об индейцах без прямого взаимодействия, если только аборигены сами не проявляют инициативу.

Разрешено только оставлять в местах их обитания подарки — топоры и мачете. Для людей, живущих охотой, собирательством и примитивным земледелием, это большая ценность.

Еще один аргумент в пользу консервации образа жизни неконтактных состоит в том, что они самим своим существованием препятствуют вырубке амазонской сельвы.

«Они стоят на страже природы, и это полезно для всей планеты», — убеждена Сара Шенкер.

«Неконтактным племенам требуется защита, а не колонизация», — заявила Би-би-си Джоэнья Вапиксана, единственная индианка в Конгрессе депутатов Бразилии.

Президент Бразилии Жаир Болсонару придерживается противоположного мнения. Он считает, что племена неэффективно используют землю, их территории следует включить в хозяйственный оборот, самих аборигенов — в современную жизнь, и чем скорее это произойдет, тем для них же лучше.

Вступая в должность, он обещал, что, по крайней мере, новых резерваций при нем не возникнет.

Президент постановил передать решение всех вопросов, связанных с аборигенами и их землями, из ведения министерства юстиции министерству сельского хозяйства — правда, попытку заблокировал Верховный суд Бразилии.

Зато поборники невмешательства в жизнь аборигенов не смогли помешать Болсонару поставить во главе Национального фонда индейцев евангелического миссионера Рикардо Лопеса Диаса, проповедовавшего индейцам христианство при поддержке американских НКО.

Скифы. Что мы знаем о них

В мировой истории довольно часто встречаются не только племена, но и народы, вся родословная которых исчерпывается двумя-тремя фразами, записанными древними летописцами. Это — «народы-призраки». Что известно нам о них? Разве только диковинное имя да несколько фактов из их истории — порой полулегендарной. Для Восточной Европы I тысячелетия до н.э. одним из первых среди таких загадочных народов древности остаются скифы.
История их изучения (а в текущем году ей насчитывается ровно 250 лет) служит наглядной иллюстрацией и успехов современной науки, и её неудач. Несмотря на огромную работу археологов, раскопавших тысячи скифских курганов, десятки поселений и городищ, несмотря на прорывы историков и лингвистов, изучающих письменные источники, несмотря на значительный вклад в скифоведение представителей таких наук, как антропология, палеоботаника, палеозоология, палеогеография и другие, у нас нет пока ответа даже на основные вопросы, касающиеся истории скифов.
Не известно во многом происхождение скифов и их культуры. До сих пор ожесточённо спорят об уровне развития этого народа, о том, создал ли он своё государство и если да, то когда и в какой именно форме это произошло. (Однако надо заметить: в истории ещё с XVIII века скифских вождей стали называть царями. Это некая условность, принятая наукой.) Нет однозначного ответа и на вопрос: что стало причиной внезапной гибели Великой Скифии?…

Наука и жизнь // Иллюстрации

Золотая диадема VII века до н.э. (крупнее показана её деталь). Мельгуновский (Литой) курган, Северное Причерноморье. (Раскопки А. П. Мельгунова 1763 года.)

Наука и жизнь // Иллюстрации

Такими скифы показаны на электровой вазе из кургана Куль-Оба, расположенного в Крыму. IV век до н.э.

Меч в золотых ножнах и с золотой рукояткой VII века до н.э., найденный в Мельгуновском кургане.

И нижняя часть ножен.

Ножны этого меча украшают золотые пластины с изображением оленя и крылатых чудовищ с луками.

Наука и жизнь // Иллюстрации

Серебряный с позолотой сосуд со сценами охоты скифских всадников на льва и на фантастическое существо — рогатую львицу.

На фрагменте: один из действующих лиц этой охоты. Начало IV века до н.э. (Курган Солоха, раскопки Н. И. Веселовского 1913 года.)

Бородатый скифский вождь с луком и молодой скиф изображены на серебряном сосуде, найденном в 1911 году (раскопки С. Е. Зверева) в кургане № 3 из группы «Частых курганов» под Воронежем. IV век до н.э.

Парадная секира с золотой обкладкой, в оформлении которой уже видны и скифские, и ближневосточные элементы. Золотая обкладка секиры с фигурой вождя или жреца явно восточного типа.

Наука и жизнь // Иллюстрации

Золотая рукоять персидского (ахеменидского) меча конца VI — начала V века до н.э. Приднеп-ровье. Возможно, это трофей, полученный скифами после разгрома войск Дария I. «Царский» курган Чертомлык. (Раскопки И. Е. Забелина 1863 года.)

Открыть в полном размере

Какими они были

Мы — те, об ком шептали в старину,
С невольной дрожью, эллинские мифы:
Народ, взлюбивший буйство и войну,
Сыны Геракла и Эхидны, — скифы.

А. Я. Брюсов, 1916 год

Скифы внезапно появляются на исторической арене Европы в VII веке до н.э., придя откуда-то «из глубин Азии». Эти воинственные и многочисленные кочевые племена быстро захватывают всё Северное Причерноморье — степные и лесостепные области между Дунаем на западе и Доном на востоке. Пройдя через горы Кавказа, победоносная скифская конница громит древние государства Передней Азии — Мидию, Ассирию, Вавилонию, угрожает даже Египту…

Но также внезапно и таинственно этот многочисленный и воинственный народ, непобедимый на протяжении почти четырёх столетий (VII—IV века до н. э.), сходит с исторической арены Европы, оставив после себя легенды о храбрости и жестокости да бесчисленные курганы с захоронениями рядовых воинов и могущественных царей.

Известный российский скифолог А. Ю. Алексеев пишет: «Скифы, этот азиатский по происхождению, но ставший европейским народ, оказывали на протяжении нескольких столетий значительное воздействие на культуру и историю своих близких и дальних соседей. Они оказались первыми в длинной цепочке известных нам кочевых племён, которые с периодичностью в 200—400 лет накатывались волнами по Великому степному коридору в Европу (последней такой волной были монголы в XIII веке). Тем не менее культура скифов не имеет, пожалуй, равных себе среди степных культур всех эпох ни по присущей ей яркой самобытности, ни по произведённому ею резонансу».

Первые официальные раскопки большого скифского кургана были произведены в 1763 году по поручению генерал-поручика Алексея Петровича Мельгунова — губернатора Новороссийского края. С этого момента отсчитывается время полевой скифской археологии. Тогда исследовали Литой курган, находившийся в 60 км от Елисаветграда (ныне Кировоград). Вскрытое захоронение (Червонная Могила) оказалось погребением знатного скифа, о чём свидетельствовали великолепные золотые изделия конца VII — начала VI века до н.э.

И в наши дни, как в России, так и в главной хранительнице древностей европейских скифов — Украине, продолжаются скифские изыскания (после распада СССР и появления на политической карте мира суверенной Украины основная часть скифских памятников осталась в её границах). А в России скифские курганы и поселения встречаются только на Среднем и Нижнем Дону* (Воронежская, Белгородская, Ростовская области), в Ставропольском и Краснодарском краях. Сравнительно недавно скифские захоронения найдены на юге Сибири, в Туве.

От горных хребтов Алтая и Тувы до полноводного Дуная широкой полосой раскинулись бескрайние евразийские степи. В начале I тысячелетия до н. э. здесь обитали многочисленные кочевые племена скотоводов, — они принадлежали к индо-европейской семье народов и говорили на различных диалектах древнеиранского языка.

По мнению уже цитированного А. Ю.Алексеева, «скифы» — общее название многих близких по культуре, по хозяйственному укладу, образу жизни и идеологическим представлениям кочевых племён Евразии. Название скифам дали греки, впервые столкнувшиеся с ними в Малой Азии, а затем и в Северном Причерноморье, где первые греческие колонии возникли во второй половине VII века до н.э. Благодаря дошедшим до нас сведениям античных историков, в том числе и жившего в V веке до н.э. Геродота Галикарнасского, наибольшую известность приобрели так называемые европейские скифы, обитавшие в степных и лесостепных областях Северного Причерноморья (между Дунаем на западе и Доном на востоке) с VII по III век до н.э.

Появление скифов на исторической арене по времени совпало с двумя эпохальными событиями, сыгравшими огромную роль в мировой истории. Первое из них: было освоено и стало широко распространяться железо — теперь основной материал для изготовления орудий труда и оружия. (Предшественники скифов — среди них и киммерийцы — пользовались ещё бронзовыми инструментами и предметами вооружения.) Второе важнейшее историческое событие: возникновение кочевого скотоводства. Господствовавшие в скифском обществе кочевники, прежде всего «скифы царские», подчинили себе земледельческие нескифские племена степной Скифии и лесостепи. Кочуя, скифы завязывали торговые, политические и культурные отношения с греческими городами-колониями Северного Причерноморья.

Сегодня уже довольно хорошо известен внешний облик скифов-кочевников: эллинские мастера этнографически точно изображали их на золотых и серебряных сосудах и ювелирных изделиях, во множестве найденных в курганах высшей скифской знати. Ценную информацию даёт и антропологическая реконструкция, проводимая по костным останкам и черепам из скифских захоронений. «Да, скифы мы, да, азиаты мы с раскосыми и жадными очами. ..» — этот поэтический образ, созданный Александром Блоком, не отвечает действительности. Никаких раскосых глаз и иных монголоидных черт у скифов не было. Они — типичные европеоиды среднего роста и крепкого телосложения. По языку скифы принадлежали к североиранской группе (из ныне существующих народов ближе всех к ним по языку осетины — потомки родственных скифам сарматов).

А вот к славянам скифы не имеют никакого отношения, да и не было между ними непосредственного контакта. Если последние скифы окончательно исчезают в Восточной Европе в III веке уже новой эры, после готского набега и погрома, то первые упоминания о славянах появляются в письменных источниках не ранее середины I тысячелетия от Рождества Христова.

Скифы одевались в кожаную, льняную, шерстяную и меховую одежду. Мужской костюм состоял из длинных узких штанов, которые носили заправленными в мягкие кожаные сапоги либо навыпуск, и курток (или кафтанов), подпоясанных кожаным поясом. Дополняли костюм кожаная шапка конической формы и войлочный башлык. О женской одежде известно гораздо меньше. Знаем только, что она состояла из длинного платья и верхней накидки. Мужчины отпускали длинные волосы, имели усы и бороду.

Правда, внешняя благостность дошедших до наших дней скифских мужских изображений не должна вводить в заблуждение. Из сообщений ассирийцев, иудеев, греков и римлян известно: то был необузданный и жестокий народ, получавший удовольствие от войн, набегов и грабежей, его воины снимали скальпы с поверженных врагов.

Происхождение

Где искать прародину скифов? Это один из главных вопросов в их истории. Обилие и противоречивость существующих точек зрения поражают. Однако большинство учёных так или иначе склоняются к одной из двух традиционно противопоставляемых гипотез. Первая из них — так называемая автохтонная — наиболее подробно обоснована известным российским скифологом Б. Н. Граковым. Он считал: прямыми предками скифов были племена срубной культуры эпохи бронзы, проникшие в Северное Причерноморье из Поволжья, в том числе и киммерийцы. Такое проникновение происходило очень медленно с середины II тысячелетия до н.э. А упоминаемая Геродотом миграция скифов «из Азии» (для античных географов «Азия» начиналась сразу же за Доном-Танаисом) — лишь одна из волн этого проникновения, скорее всего последняя**.

Мигранты-«срубники» в степях Восточной Европы встретились с более ранними переселенцами из тех же областей, и слияние этих родственных друг другу групп сложилось в этнически однородное население скифского времени, говорившее на одном из диалектов североиранского языка. Именно культура срубных племён, испытавшая значительные изменения при переходе от эпохи бронзы к железному веку и от полуоседлого образа жизни к подлинному кочевому, легла, по мысли Б. Н. Гракова, в основу собственно скифской культуры.

Совершенно иначе подходит к проблеме А. И. Тереножкин — признанный лидер группы специалистов, отстаивающих центральноазиатское происхождение скифской культуры. По его мнению, между населением доскифского и скифского времени в Северном Причерноморье не существует ни этнической, ни культурной преемственности. Скифы приходят в VII веке до н.э. в указанный регион из глубин Азии и приносят с собой уже вполне сформировавшуюся культуру в виде знаменитой скифской триады: характерный тип вооружения, конской сбруи и искусство звериного стиля.

Представленные гипотезы по-разному трактуют и вопрос о киммерийцах — предшественниках скифов в северопричерноморских степях, о которых сообщают древневосточные и греческие письменные источники. Тереножкин настаивает на полном культурном и этническом отличии скифов от киммерийцев, которым, по его мнению, и принадлежали самые поздние памятники местной срубной культуры. (По Б. Н. Гракову, напомню, и скифы и киммерийцы — прямые потомки «срубников» и поэтому имеют общую культуру. Скорее всего, они родственны этнически.)

По-разному говорят о происхождении скифов и античные авторы. Здесь и «первочеловек» Таргитай, сын Зевса и дочери реки Борисфена (Днепра), прародитель всех скифов. И Геракл, сотворивший от связи с местной змееногой богиней, жившей в устье Днепра (Гилее), трёх сыновей — Скифа, Агафирса и Гелона. Однако «отец истории» Геродот замечает: «Есть, впрочем, и иной рассказ, которому я сам наиболее доверяю. По этому рассказу, кочевые скифы, жившие в Азии, будучи теснимы войною со стороны массагетов, перешли Аракс (Сыр-Дарью) и удалились в Киммерийскую землю».

Важным для решения проблемы происхождения скифов стало открытие кургана Аржан*** в Туве, в котором нашли погребение вождя IX—VIII веков до н.э. «В этом погребальном памятнике <…>, — пишет историк В. Ю. Мурзин, — были обнаружены вполне развитые образцы материальной культуры скифского типа, а также изделия, выполненные по канонам скифского звериного стиля. Эти находки вполне укладываются в схему А. И. Тереножкина, согласно которой сложение собственно скифской культуры происходило в глубинных районах Азии несколько ранее VII века до н.э.».

Сегодня, с учётом всей имеющейся на данный момент информации, логично признать, что центральноазиатская гипотеза происхождения скифов предпочтительнее автохтонной. А чтобы подкрепить эту позицию фактами, необходимо выделить характерные черты скифской культуры и доказать, что их уже в готовом, сложившемся виде принесли в Северное Причерноморье орды ираноязычных кочевников-скифов именно из Азии.

Лицо скифской культуры определяет, прежде всего, названная триада. К этой триаде некоторые учёные ныне добавляют ещё два признака: бронзовые литые котлы на конической ножке и бронзовые дисковидные зеркала с ручкой в виде двух вертикальных столбиков.

А. Ю. Алексеев, подвергнув тщательному анализу весь список черт архаической скифской культуры, приходит к интересным выводам:

1. «Оленные камни» (каменные стелы) имеют, несомненно, центральноазиатское происхождение (в Восточной Европе они появляются на рубеже VIII—VII веков до н.э.).

2. Аналоги антропоморфным изваяниям раннескифской эпохи можно найти в археологических комплексах 1200—700 годов до н.э. в Синьцзяне (Северный Китай).

3. Бронзовые литые котлы также явно азиатского происхождения — их ранние образцы находили в Минусинской котловине и в Казахстане. А в Северном Причерноморье они впервые появляются не ранее середины VII века до н.э. (Келермесский могильник в Прикубанье).

4. Прототипы дисковидных бронзовых зеркал с вертикальной ручкой известны в Центральной Азии и Северном Китае ещё с XII—VIII веков до н.э.; анализ состава бронзы некоторых зеркал, найденных в Восточной Европе, например в кургане Перепятиха на Украине, выявил в нём сплав, характерный для Монголии и Северного Казахстана.

5. Прорезные бронзовые навершия от погребальных повозок также имеют центральноазиатские аналогии (например, Корсуковский клад в Прибайкалье VIII века до н.э.).

6. Бронзовые шлемы «кубанского» типа были распространены в Восточной Европе в VII — начале VI века до н.э., а источник их происхождения находился в Средней Азии и в Северном Китае эпохи Чжоу.

7. Биметаллические клевцы (то есть сделанные из сплава железа и бронзы) хорошо известны с VII века до н. э. в Средней Азии и в Южной Сибири.

То же самое можно сказать и о прочих характерных чертах скифской архаики: каменные блюда, конская узда, зооморфное искусство — все эти предметы имеют явственные центральноазиатские корни.

Итак, в многолетнем споре двух гипотез о происхождении скифов и их культуры чаша весов всё больше склоняется в пользу «азиатчиков». Скорее всего, скифская прародина находилась где-то в пределах обширной азиатской территории: между Тувой, Северной Монголией, Алтаем, Средней Азией и Казахстаном. Там они жили в окружении родственных им по культуре и языку племён: саков, массагетов, «пазырыкцев» (жителей Алтая).

Скифы и мировая история

Скифы появились в Восточной Европе, если верить письменным источникам, в VII веке до н.э. В то время главная арена мировой истории находилась совсем в ином месте — на Ближнем Востоке и в Греции. И останься скифы в своих диких восточноевропейских степях, о них бы ещё не скоро узнали в тогдашнем цивилизованном мире. Но конные скифские орды из завоёванных земель Северного Причерноморья вскоре двинулись на юг, в центры древневосточных цивилизаций. В богатых царствах их ждала сказочная добыча.

Пройдя через перевалы Главного Кавказского хребта, они вторглись в VII веке до н.э. в Закавказье, разгромили могучее государство Урарту и, словно грозная буря, обрушились на цветущие города Мидии, Ассирии, Вавилонии, Финикии и Палестины.

Восстановить историю скифов в Передней Азии довольно трудно, поскольку имеющиеся письменные документы дают о том лишь отрывочные сведения. Обычно это наиболее яркие эпизоды войн или военные столкновения, связанные со взаимоотношениями «цивилизованных» народов древности с «варварами». Из них известно, что в 70-х годах VII века до н.э. скифы во главе с царём Ишпакаем объединились с мидийцами и маннеями и выступили против Ассирии. Однако ассирийский царь Асархаддон (680—669 годы до н.э.) сумел заключить со скифами сепаратный мир. Более того, он даже согласился отдать за другого царя скифов свою дочь. Чтобы в полной мере оценить этот шаг, следует помнить, что Ассирия в то время была крупнейшей и сильнейшей державой Ближнего Востока.

Вскоре после этих событий скифы двинулись дальше на юг и, достигнув Сирии и Палестины, собирались вторгнуться в Египет. Но фараон Псамметих I опередил их: вышел навстречу скифам с богатыми дарами и отговорил от намерения разорить древнюю страну. По сообщению Геродота, северные кочевники оставались в Передней Азии 28 лет и всё опустошили своим буйством и насилием.

И тем не менее скифские походы на юг надо признать крупномасштабным явлением, оказавшим разностороннее влияние на судьбы и культуру народов Кавказа и Передней Азии. Прежде всего, участвуя в политической борьбе и в войнах древневосточных государств, скифы склоняли чашу весов то в одну, то в другую сторону. А нарушая своими опустошительными набегами и тяжёлой данью местную экономическую жизнь, они выступали как некая непредвиденная разрушительная сила, «кара божия». (Не о том ли повествуют и библейские пророки?) Однако с активными военными действиями скифы повсюду распространяли передовые формы скифского вооружения — луки и стрелы, мечи и копья, боевые топоры и конское снаряжение.

Принесли скифы с собой и своё искусство звериного стиля, заставив работать на себя искусных мастеров Передней Азии. Так произошло слияние двух художественных начал. Во второй половине VII века до н.э. появилось новое направление в искусстве, вобравшее скифские и восточные элементы. Скифские звериные мотивы — орлы, олени, хищники из семейства кошачьих — появились в украшениях предметов восточного типа — налобных лентах, диадемах, нагрудных украшениях-пекторалях. Но и образы местного искусства стали использовать при отделке скифских вещей, пример того — меч и секира, обнаруженные в Келермесском кургане на Северном Кавказе.

Однако скифы вели себя на Ближнем Востоке как грабители и насильники. Тысячи бронзовых наконечников их стрел, найденные при раскопках древних ближневосточных городов, следы пожарищ и разрушений в них подтверждают сообщения древних письменных источников об опустошительных набегах скифской конницы на цветущие области Передней Азии.

Со временем общая политическая ситуация на Ближнем Востоке складывается для «северных варваров» крайне неблагоприятно. Грабежи и насилия скифов начинают вызывать возмущение у покорённых, и они то и дело выступают с оружием в руках против захватчиков. Заметно усиливаются Мидия и Вавилония. В 612 году до н.э. их объединённая армия штурмом берёт ассирийскую столицу Ниневию и дотла разрушает её. Ассирия пала и навсегда исчезла с арены мировой истории.

Затем пришёл черёд рассчитаться со скифами за все прошлые обиды. И мидийский царь Киаксар, как сообщают античные авторы, пригласил многих скифских вождей и военачальников к себе во дворец на «дружеский» пир и, напоив их до беспамятства, приказал всех перебить. Лишившись высшего руководства и находясь под угрозой полного разгрома мидийскими войсками, скифы вынуждены были вернуться в свои северопричерноморские владения. И с конца VII века до н.э. основные события скифской истории уже связаны только со степными и лесостепными областями Восточной Европы.

Дарий I: его поход в Скифию

Следующий пласт информации о прошлом Скифии связан с драматическими событиями конца VI века до н.э. Тогда персидский царь Дарий I Гистасп из династии Ахеменидов решил во главе огромной армии вторгнуться с запада, через Дунай, в Северное Причерноморье. Цель — «наказать» воинственных кочевников-скифов за прошлые (почти двухвековой давности) «грехи», то есть за бесчинства в Мидии и в других ближневосточных областях, о которых говорилось. Во всяком случае, именно такой повод для начала войны выбрал, согласно свидетельству Геродота, владыка Персидской империи.

Современные историки, однако, считают, что персидский монарх преследовал более реальные причины для развязывания широкомасштабной военной кампании. Попытка Дария I покорить воинственных скифов, видимо, стала подготовкой к тотальной войне с материковой Грецией. К тому времени персы уже овладели эллинскими городами в Малой Азии, частью островов Эгейского моря и планировали вторжение на Балканский полуостров, включая греческий Пелопонесс. Напомню, что европейская Скифия раскинулась по Северному Причерноморью от Дуная до Дона.

Ход скифо-персидской войны подробно описан в IV книге Геродотовой «Истории». Накануне решающего поединка с вольнолюбивой Элладой персидский царь — опытный политик и полководец — решил отрезать греков от их сырьевого «тыла», Северного Причерноморья, откуда широким потоком в эллинские владения шли зерно, солёная и вяленая рыба, мёд, кожи и многое другое, столь необходимое на каменистых холмах их родины.

Дарий собрал огромное войско в 700 тысяч человек — пёстрое и многоязыкое, состоявшее из представителей 80 народов. С этим войском персидский монарх прошёл Малую Азию, переправился на европейскую сторону через пролив Босфор, пересёк Фракию. И наконец, перебравшись через Дунай по мосту из кораблей, построенному для него наёмниками (малоазийскими греками), вступил в Северное Причерноморье — в пределы Скифии. Поход был рассчитан на два месяца.

Скифы, хорошо осведомлённые о действиях противника, знали и о его колоссальной численности. Сами они, вместе с союзными племенами, могли выставить не более 200 тысяч воинов. Осознав всю глубину нависшей над ними опасности, скифы тем не менее решили бороться до конца. Для этого они выработали общий стратегический план кампании: избегать больших сражений; заманивать врага в глубь своей территории; нападать на его пути снабжения; уничтожать атаками подвижные конные отряды и небольшие группы персов, отделяющихся от основных сил в поисках пищи и воды. Отступая, скифы засыпали колодцы и родники и сжигали растительность — степные травы, служившие кормом для скота.

Армия Дария с её громадным обозом, преследуя скифов, сумела, по словам Геродота, достигнуть за короткий срок Танаиса (Дона) и Меотиды (Азовского моря), после чего повернула назад. От голода, лишений, болезней и непрерывных атак скифской конницы персы понесли огромные потери, не выиграв ни одного сражения и не захватив никакой добычи. К счастью для Дария, греки-наёмники через условленные 60 дней не разобрали мост на Дунае, и остатки его войск и сам он, избежав гибели, вернулись в Персию. Эта война не только принесла скифам славу непобедимого народа, но и небывало повысила авторитет Скифии в окружающем мире.

Сам факт персидского похода на скифские земли в 512 году до н.э. вряд ли подлежит сомнению, — это событие потрясло весь тогдашний мир. Но есть ли у нас помимо рассказа Геродота какие-нибудь материальные доказательства пребывания армии Дария в Северном Причерноморье? Оказывается, есть.

Украинский археолог Е. В. Черненко предполагает, например, что найденный в «царском» кургане Чертомлык уникальный меч ахеменидского типа с золотой рукояткой (сам курган датируется 340—320 годами до н.э.) — это трофей, добытый в конце VI века до н.э. на полях сражений с персами и хранившийся долгие годы в сокровищнице скифских царей. А харьковский археолог А. В. Бандуровский упоминает о персидском бронзовом шлеме, случайно обнаруженном в Алешкинских песках на Херсонщине. Он очень близок по форме шлему из Олимпии, попавшему в Грецию в качестве трофея после победы эллинов над персами в битве при Марафоне.

(Окончание следует.)

Комментарии к статье

* В журнале «Наука и жизнь» № 7, 2007 г. опубликована моя статья «Скифы на Среднем Дону: новые находки и открытия». В ней речь шла о великолепных находках Донской археологической экспедиции Института археологии Российской академии наук за 15 лет полевых исследований.

** Культура оседлых земледельческо-скотоводческих племён степной и лесостепной зон Евразии — от Урала до Днепра, живших в эпоху позднего бронзового века (середина — конец II тысячелетия до н.э.). Названа по типу захоронений в курганах: могилу часто облицовывали деревом, словно делая «сруб».

*** См. «Наука и жизнь» № 5, 2010 г., статья Н. Домриной «Прикосновение к источнику. В диалоге с археологами — любителем и профессионалом…».

Путешествие с чувством вины в День Благодарения: насколько воинственными были коренные американцы до того, как появились европейцы?

Приближение Дня благодарения, типичного американского праздника, заставило меня задуматься над недавними научными изображениями коренных американцев как воинственных животных. Когда я учился в начальной школе, мы с одноклассниками носили бумажные индейские головные уборы и шляпы пилигримов и разыгрывали «первый День Благодарения», когда якобы дружелюбные коренные американцы присоединились к пилигримам на осеннем празднике индейки, оленины, тыквы и кукурузы. Этот эпизод, казалось, подтверждал мнение, которое часто (очевидно ошибочно) приписывают философу 18-го века Жан-Жаку Руссо, о коренных американцах и других догосударственных людях как о мирных «благородных дикарях».

Как я уже говорил ранее, выдающиеся ученые теперь высмеивают изображение догосударственных людей как миролюбивых. «Против левых антропологов, превозносящих благородных дикарей, — писал гарвардский психолог Стивен Пинкер в 2007 году, — количественные подсчеты тел, такие как доля доисторических скелетов со следами топора и врезанными наконечниками стрел, или доля умерших мужчин в современном собирательном племени. от рук других людей — предполагают, что догосударственные общества были гораздо более жестокими, чем наши». По словам Пинкера, философ XVII века Томас Гоббс «правильно понял», когда назвал догосударственную жизнь «войной всех против всех».

Пинкер основывал свое мнение на таких книгах, как « Война до цивилизации: миф о мирном дикаре » (Oxford University Press, 1996) антрополога Лоуренса Кили из Университета Иллинойса и « Постоянные битвы: миф о мирном , Noble Savage (Saint Martin’s Press, 2003) археолога Стивена Леблана из Гарварда. «Псы войны редко были на поводке» в доколумбовом Новом Свете, писал Кили.

Популярная культура усилила эти научные утверждения. В документальной драме HBO 9 2007 г.0007 Похороните мое сердце в Вундед-Ни, Вождь Сидящий Бык жалуется полковнику армии США на жестокое обращение белых с индейцами. Полковник возражает: «Вы убивали друг друга сотни лун, прежде чем первый белый ступил на этот континент».

Коренные американцы определенно вели войну задолго до появления европейцев. Доказательства особенно убедительны на юго-западе Америки, где археологи нашли множество скелетов с врезанными в них наконечниками снарядов и другими следами насилия; война, похоже, обострялась в периоды засухи. Но такие ученые, как Пинкер, Кили и Леблан, заменили миф о благородном дикаре мифом о диком дикаре.

Во время двух знаменательных ранних встреч коренные американцы приветствовали европейцев с добротой и щедростью. Вот как Христофор Колумб описал араваков, племенной народ, живший на Багамах, когда он высадился там в 1492 году: «Они… принесли нам попугаев, хлопчатобумажные мотки, копья и многие другие вещи, которые они обменяли на стеклянные бусы и ястребов. ‘ колокольчики. Они охотно продали все, что имели…. Оружия не носят и не знают его, ибо я показал им меч, они взяли его за острие и по неведению зарубились…. С 50 человек мы могли бы поработить их всех и заставить делать все, что мы хотим».

Как этот отрывок, который я нашел в «Народной истории Соединенных Штатов» историка Говарда Зинна (Harper Collins, 2003), описывает всю грязную историю колониализма! Колумб сдержал свое слово. За несколько десятилетий испанцы вырезали почти всех араваков и других аборигенов Новой Индии, а немногих уцелевших поработили. «Жестокая политика, начатая Колумбом и проводимая его преемниками, привела к полному геноциду», — писал обожавший Колумба историк Сэмюэл Морисон.

Аналогичная картина наблюдалась в Новой Англии в начале 17 века. После того, как пилигримы прибыли в Плимут в 1620 году на корабле Mayflower, , они чуть не умерли от голода. Члены местного племени вампаноаг помогали новичкам, показывая им, как сажать кукурузу и другие местные продукты. Осенью 1621 года паломники отпраздновали свой первый успешный урожай трехдневным пиром с вампаноагами. Событие, которое мы с одноклассниками воспроизвели в начальной школе, действительно произошло!

Дружелюбие вампаноагов было необычайным, потому что они недавно были опустошены болезнями, подхваченными предыдущими европейскими исследователями. Европейцы также убивали, похищали и порабощали коренных американцев в этом регионе. Согласно статье в Википедии о колонии Плимут, поселенцы Плимута в свой отчаянный первый год даже украли зерно и другие товары у вампаноагов.

Хорошее настроение праздника 1621 года скоро рассеялось. По мере того, как в Новую Англию прибывало все больше английских поселенцев, они захватывали все больше и больше земель у вампаноагов и других племен, которые в конце концов сопротивлялись насилием, но тщетно. Чем закончилась эта история, мы все знаем. «Индийское население в 10 миллионов человек, которое проживало к северу от Мексики, когда пришел Колумб, в конечном итоге сократилось до менее миллиона», — писал Зинн.

Араваки и вампаноаги были добры к нам, и под нами я подразумеваю людей европейского происхождения. Мы выражали нашу благодарность, вызывая отвращение, подчиняя и убивая их. И мы имеем наглость называть их более дикими, чем мы.

С Днем Благодарения!

Изображение предоставлено: Картина Жана Леона Жерома Ферриса, изображающая пир в Плимуте в 1621 году, любезно предоставлено Wiki Commons.

ОБ АВТОРАХ

    Джон Хорган руководит Центром научных публикаций при Технологическом институте Стивенса. Его книги включают «Конец науки», «Конец войны» и «Проблемы разума и тела», , доступные бесплатно на сайте mindbodyproblems.com. Много лет он вел популярный блог Cross Check для Scientific American.

    Взлет и падение Империи команчей: NPR

    Империя Летней Луны
    By S. C. Gwynne
    Мягкая обложка, 384 страницы
    Scribner
    Цена по прейскуранту: $16

    Война нового типа и скрип снаряжения всадников в рядах, их старая ротная песня разносится по ветру: «Возвращайся домой, Джон! Не задерживайся долго. Возвращайся скорее домой к своей цыпочке!»

    Дата была 3 октября 1871 года. Шестьсот солдат и двадцать разведчиков тонкава расположились лагерем на прекрасном изгибе Ясной развилки Бразоса, в холмистой, покрытой шрамами прерии, заросшей травой грама, кустарниковым дубом, шалфеем и чапаралем, примерно в сто пятьдесят миль к западу от Форт-Уэрта, штат Техас. Теперь они разбивали лагерь и двигались длинной извилистой цепью через высокие обрывы и зыбучие песчаные ручьи. Хотя в то время они этого не знали — эта идея показалась бы нелепой, — стук «сапог и седла» в то утро ознаменовал собой начало конца индейских войн в Америке, полных двухсот пятидесяти лет кровавых сражений, которые началось почти с первой высадки первого корабля на первый роковой берег в Вирджинии. Окончательное уничтожение последнего из враждебных племен произойдет лишь через несколько лет. Потребуется еще время, чтобы собрать их всех, или заморить голодом, или уничтожить их источники пищи, или загнать их в неглубокие каньоны, или убить на месте.

    На данный момент речь шла о твердой, беспримесной воле. Короткие приступы официальной мести и возмездия случались и раньше: примерами были жестокие убийства шайенов Дж. М. Чивингтоном и Джорджем Армстронгом Кастером в 1864 и 1868 годах. Но в те времена не было реальных попыток уничтожить племена в большем масштабе, не хватило на это смелости. Ситуация изменилась, и 3 октября это изменение приняло форму приказа, отданного по линиям командования людям 4-го кавалерийского и 11-го пехотного полков, идти вперед и убивать команчей. Это был конец терпимости, начало окончательного решения.

    Белые люди были пехотинцами, синими мундирами, кавалерией и драгунами; в основном это ветераны Войны между штатами, которые теперь оказались на краю известной вселенной, поднимаясь к каменным башням с башенками, которые окружали легендарный Льяно-Эстакадо — термин Коронадо, означающий «окаймленные частоколом равнины» Западного Техаса, страны, населенной исключительно самыми враждебно настроенными индейцами на континенте, где раньше не было ни одного американского солдата. Льяно был местом крайнего запустения, огромным, бездорожным и безликим океаном травы, где белые люди терялись, дезориентировались и умирали от жажды; место, где имперские испанцы когда-то уверенно выступили вперед, чтобы охотиться на команчей, только чтобы обнаружить, что они сами были преследуемыми, теми, кого нужно убить. В 1864 году Кит Карсон возглавил большой отряд федеральных войск из Санта-Фе и напал на банду команчей на торговом посту под названием Adobe Walls, к северу от современного Амарилло. Он выжил, но чуть было не увидел, как его три роты кавалерии и пехоты уничтожены.

    Теперь войска отступали, потому что этого было достаточно, потому что хваленая «политика мира» президента Гранта по отношению к оставшимся индейцам, которой руководили его кроткие назначенцы-квакеры, совершенно не привела к миру, и, наконец, потому что раздраженный главнокомандующий так приказала армия, Уильям Текумсе Шерман. Выбранным Шерманом агентом разрушения был герой гражданской войны по имени Рэнальд Слайделл Маккензи, трудный, угрюмый и неумолимый молодой человек, который первым в своем классе окончил Вест-Пойнт в 1862 году и закончил Гражданскую войну, что примечательно, в звании бригадного генерала. . Поскольку его рука была ужасно изуродована военными ранами, индейцы прозвали его Вождем без пальцев или Плохой рукой. Его ждала сложная судьба. В течение четырех лет он доказал, что является самым жестоким и эффективным борцом с индейцами в американской истории. Примерно в тот же период времени, когда генерал Джордж Армстронг Кастер добился мировой славы благодаря неудачам и катастрофам, победа Маккензи стала безвестной. Но именно Маккензи, а не Кастер, научил остальную армию сражаться с индейцами. Когда он вел своих людей по разбитой, пересекаемой ручьями местности, мимо огромных стад бизонов и луговых собачек, простиравшихся до самого горизонта, полковник Маккензи не имел четкого представления о том, что он делает, куда именно он направляется. или как бороться с индейцами равнин на их родине. Он также не имел ни малейшего представления о том, что он будет в значительной степени ответственен за победу над последним из враждебных индейцев. Он был новичком в такого рода индейских боях и в ближайшие недели совершит много ошибок. Он будет учиться у них.

    На данный момент Маккензи была орудием возмездия. Его послали убивать команчей на их оплоте Великих Равнин, потому что через шесть лет после окончания Гражданской войны западная граница представляла собой открытую и кровоточащую рану, дымящиеся руины, усеянные трупами и обугленными трубами, место, где царили анархия и пытки. убийства заменили верховенство закона, когда индейцы и особенно команчи совершали набеги по своему желанию. Победоносный в войне, впервые в своей истории не встретивший сопротивления со стороны иностранных врагов в Северной Америке, Союз теперь оказался не в состоянии иметь дело с горсткой оставшихся индейских племен, которые не были уничтожены, ассимилированы или вынуждены смиренно отступить в резервации, где они быстро усвоили значение жалкого порабощения и голодной смерти. Все враги были жителями Великих равнин; все были верхом, хорошо вооружены и теперь движимы смесью мести и политического отчаяния. Это были команчи, кайова, арапахо, шайены и западные сиу. Для Маккензи на южных равнинах команчи были очевидной мишенью: ни одно племя в истории испанской, французской, мексиканской, техасской и американской оккупации этой земли никогда не причиняло столько опустошения и смерти. Никто не был даже близко вторым.

    О том, насколько плохи были дела в 1871 году на этой острие цивилизации, можно судить по количеству поселенцев, покинувших свои земли. Граница, пронесенная на запад с таким трудом, кровью и потом, теперь катилась назад, отступала. Полковник Рэндольф Марси, который весной сопровождал Шермана в поездке на Запад и хорошо знал эту страну на протяжении десятилетий, был потрясен, обнаружив, что во многих местах людей меньше, чем восемнадцать лет назад. «Если индейские мародеры не будут наказаны, — писал он, — вся страна окажется на пути к полному обезлюдению»3. Это явление не было совершенно неизвестным в истории Нового Света. Команчи также остановили продвижение на север Испанской империи в восемнадцатом веке — империи, которая до этого момента легко покоряла и убивала миллионы индейцев в Мексике и перемещалась по континенту по своему желанию. Теперь, после более чем столетия неустанного движения на запад, они снова отбрасывали назад прогресс цивилизации, только в гораздо большем масштабе. Целые районы пограничья просто пустели, растворяясь на востоке, в безопасных лесах. В одном графстве — Уайзе — население сократилось с 3160 человек в 1860 году до 1450 человек в 1870 году. В некоторых местах линия поселений была отброшена на сто миль назад. поездка с Марси избавила его от сомнений. Той весной они едва не были убиты отрядом индейцев, совершавших набеги. Индейцы, в основном кайова, обошли их из-за шаманских суеверий и вместо этого напали на ближайший обоз. То, что произошло, было типичным для жестоких, движимых местью нападений команчей и кайова в Техасе в послевоенные годы. Что было нетипичным, так это близость Шермана и его личное и смертное ощущение, что он тоже мог быть жертвой. Из-за этого рейд стал известен, войдя в историю как резня в Солт-Крик.

    Семь человек были убиты во время рейда, хотя это не описывает ужас того, что Маккензи обнаружила на месте происшествия. По словам капитана Роберта Г. Картера, подчиненного Маккензи, который был свидетелем его последствий, жертв раздели, сняли скальп и изувечили. Некоторым обезглавили, другим вырезали мозги. «Их пальцы рук, ног и интимные части были отрезаны и засунуты в рот, — писал Картер, — а их тела, теперь лежащие в нескольких дюймах воды и распухшие или раздутые до неузнаваемости, были полны стрел, что делало их похожими на дикобразов». Их тоже явно пытали. «На каждый обнаженный живот была положена масса тлеющих углей… Один несчастный человек, Сэмюэл Эллиотт, который упорно сражался до последнего и, по-видимому, был ранен, был найден прикованным цепью между двумя колесами телеги, и огонь был сделанный из столба фургона, он был медленно зажарен до смерти — «сожжен дотла».

    Таким образом, поселенцы стремительно бегут на восток, особенно на границе с Техасом, где такие набеги были в самом разгаре. После стольких долгих и успешных войн за завоевание и господство казалось невероятным, что устремление англо-европейской цивилизации на запад остановится в прериях центрального Техаса. Ни одному племени не удавалось долгое время сопротивляться наплыву зарождающейся американской цивилизации с ее аркебузами, мушкетонами, мушкетами и, в конечном счете, смертоносным многозарядным оружием и ее бесконечными запасами нетерпеливых, жадных до земли поселенцев, ее элегантными моральными двойными стандартами и ее полным пренебрежением к интересам туземцев. . Начиная с подчинения атлантических прибрежных племен (пекоты, пенобскоты, паманки, вампаноаги и др.), сотни племен и банд либо исчезли с лица земли, были изгнаны на запад на территории, либо насильственно ассимилированы. Сюда входили ирокезы и их огромная воинственная конфедерация, правившая территорией современного Нью-Йорка; некогда могущественные делавары, изгнанные на запад, в земли своих врагов; ирокезов, затем еще дальше на запад к еще более кровожадным врагам на равнинах. Шауни из страны Огайо вели отчаянные арьергардные бои, начиная с 1750-х годов. У великих южных народов — чикасо, чероки, семинолов, криков и чокто — земли их резерваций были экспроприированы, несмотря на ряд договоров; они были вытеснены на запад в земли, предоставленные им по еще большему количеству договоров, которые были нарушены еще до того, как они были подписаны; преследовали по тропе слез, пока они тоже не приземлились на «Индейской территории» (современная Оклахома), земле, контролируемой команчами, кайова, арафо и шайенами.

    Еще более странным было то, что ошеломляющий успех команчей происходил на фоне феноменальных технологических и социальных изменений на западе. В 1869 году была построена Трансконтинентальная железная дорога, соединившая индустриализирующийся восток с развивающимся западом и сделавшая старые пути — Орегон, Санта-Фе и притоки — мгновенно устаревшими. Вместе с рельсами прибыл скот, который техасцы гнали на север в эпических гонках к железнодорожным станциям, которые могли быстро нажить состояние, доставляя его на рынки Чикаго. С рельсами также прибыли охотники на бизонов, вооруженные смертоносными и точными винтовками Sharps 50-го калибра, которые могли эффективно убивать на дальних дистанциях, — мрачные, жестокие, оппортунистические люди, благословленные теперь как рынком на востоке для буйволиной кожи, так и средствами ее получения. там. В 1871 году буйволы все еще бродили по равнинам: ранее в том же году у реки Арканзас в современном южном Канзасе было замечено четырехмиллионное стадо. Основные силы были пятьдесят миль в глубину и двадцать пять миль в ширину. Но резня уже началась. Вскоре это станет величайшим массовым уничтожением теплокровных животных в истории человечества. Только в Канзасе в период с 1868 по 1881 год кости тридцати одного миллиона буйволов были проданы на удобрения. Все эти глубокие изменения происходили, когда рейдеры Маккензи покидали свои лагеря на Клир-Форк. Нация процветала; железная дорога, наконец, сшила его вместе. Оставалось только одно препятствие: воинственные и невосстановленные индейские племена, населявшие физические пустоши Великих равнин.

    Из них самой отдаленной, примитивной и крайне враждебной была банда команчей, известная как квахади. Как и все индейцы равнин, они были кочевниками. Они охотились главным образом в самой южной части высоких равнин, в месте, известном испанцам, которые были изгнаны оттуда, как Команчерия. Льяно-Эстакадо, расположенный в пределах Команчерии, представлял собой совершенно плоское плоскогорье, превышающее по размерам Новую Англию и возвышавшееся в своих самых высоких точках более чем на пять тысяч футов. Для европейцев земля была похожа на дурную галлюцинацию. «Хотя я проехал по ним более 300 лиг, — писал Коронадо в письме королю Испании от 20 октября 1541 года, — [было] не больше ориентиров, чем если бы нас поглотило море… не было ни камня, ни выступа, ни дерева, ни куста, ничего, что могло бы пройти».Канадская река образовала его северную границу. На востоке находился отвесный уступ Капрок, утес высотой где-то между двумястами и одной тысячей футов, который отделяет высокие равнины от нижних пермских равнин внизу, давая квахадцам что-то вроде гигантской, почти неприступной крепости. В отличие от почти всех других племенных групп на равнинах, квахади всегда избегали контактов с англичанами. Они, как правило, даже не торговали с ними, предпочитая мексиканских торговцев из Санта-Фе, известных как команчерос. Они были настолько отчужденными, что в многочисленных индейских этнографах, составленных с 1758 года и далее и описывающих различные группы команчей (их было целых тринадцать), они даже не появляются до 1872 года. 10 По этой причине они в значительной степени избежали эпидемий холеры 1816 и 1849 годов.который опустошил западные племена и полностью уничтожил половину всех команчей. Практически единственные среди всех банд всех племен Северной Америки, они никогда не подписывали договора. Квахади были самой жесткой, самой свирепой и наименее уступчивой частью племени, которое долгое время имело репутацию самого жестокого и воинственного на континенте; Известно, что если у них заканчивалась вода, они, как известно, выпивали содержимое желудка мертвой лошади, чего не сделал бы даже самый стойкий техасский рейнджер. Их боялись даже другие команчи. Они были самыми богатыми из всех равнинных племен в валюте, которой индейцы измеряли свое богатство, — лошадях, — и в годы после Гражданской войны содержали стадо примерно в пятнадцать тысяч человек. Они также владели «техасским скотом без числа».

    В тот ясный осенний день 1871 года войска Маккензи охотились на квахади. Поскольку они были кочевниками, определить их местонахождение было невозможно. Можно было знать только их общие ареалы, их охотничьи угодья, возможно, места старых стоянок. Известно, что они охотились на Ллано Эстакадо; они любили разбивать лагерь в глубинах каньона Пало-Дуро, второго по величине каньона в Северной Америке после Гранд-Каньона; они часто останавливались у истоков реки Пиз и ручья Макклеллана; и в каньоне Бланко, все в радиусе примерно ста миль от современного Амарилло в верхнем Техасе Панхандл. Если вы преследовали их, как Маккензи, ваши разведчики-тонкава располагались веером далеко впереди колонны. Тонки, как их называли, члены индейского племени, иногда склонного к каннибализму, которое было почти истреблено команчами и чьи оставшиеся члены жаждали мести, искали знаки, пытались проложить тропы, а затем шли по тропам к хижинам. Без них у армии не было бы и тени шанса против этих или любых других индейцев на открытых равнинах.

    К полудню второго дня Тонки нашли след. Они сообщили Маккензи, что выслеживают группу квахади под предводительством блестящего молодого военачальника по имени Куана — слово на языке команчей, означающее «запах» или «аромат». Идея заключалась в том, чтобы найти и уничтожить деревню Куаны. У Маккензи было определенное преимущество в том, что ни один белый человек никогда раньше не осмеливался на подобное; не на нищенских равнинах, не против квахади.

    Маккензи и его люди мало что знали о Куане. Никто этого не сделал. Хотя информация на границе была интимной — противоборствующие стороны часто имели на удивление детальное понимание друг друга, несмотря на огромные физические расстояния между ними и тот факт, что они пытались убить друг друга — Куана был просто слишком молод для этого. кто-нибудь, кто еще много знает о нем, где он был или что он сделал. Хотя никто не смог бы даже оценить дату его рождения до тех пор, пока много лет спустя, наиболее вероятно, что это был 1848 год, то есть в том году ему было двадцать три года, и он был на восемь лет моложе Маккензи, который также был так молод, что немногие люди в Техасе , индеец или белый, много знали о нем в то время. Оба мужчины добились своей известности только в последних жестоких войнах с индейцами середины 1870-х годов. Куана был исключительно молод для должности вождя. Он слыл безжалостным, умным и бесстрашным в бою.

    Но было в Куане и еще кое-что. Он был полукровкой, сыном вождя команчей и белой женщины. Люди на границе с Техасом скоро узнают о нем, отчасти потому, что этот факт был исключительным. Воины-команчи веками брали в плен женщин — индианок, француженок, англичанок, испанок, мексиканок и американок — и рожали от них детей, которые воспитывались как команчи. Но нет никаких записей о каком-либо выдающемся военачальнике команчей-полубелом. К тому времени, когда Маккензи охотилась за ним в 1871 году, мать Куаны уже давно была известна. Она была самой известной из всех индейских пленниц того времени, и в гостиных Нью-Йорка и Лондона ее называли «белой скво», потому что она неоднократно отказывалась вернуться к своему народу, тем самым бросая вызов одному из самых фундаментальных Европоцентристские предположения об обычаях индейцев: при наличии выбора между изощренной, промышленно развитой, христианской культурой Европы и дикими, кровавыми и морально отсталыми обычаями индейцев ни один здравомыслящий человек никогда не выберет последнее. Немногие, кроме матери Куаны, сделали это. Ее звали Синтия Энн Паркер. Она была дочерью одной из самых известных семей раннего Техаса, в которую входили капитаны техасских рейнджеров, политики и известные баптисты, основавшие первую в штате протестантскую церковь. В 1836 году, в возрасте девяти лет, она была похищена во время рейда команчей в форте Паркерс, в девяноста милях к югу от нынешнего Далласа. Вскоре она забыла свой родной язык, выучила индейские обычаи и стала полноправным членом племени. Она вышла замуж за Пету Нокону, известного военачальника, и родила от него троих детей, из которых Куана был старшим. В 1860 году, когда Куане было двенадцать, Синтия Энн была снова схвачена во время нападения техасских рейнджеров на ее деревню, во время которого были убиты все, кроме нее и ее маленькой дочери Цветок Прерии. Маккензи и его солдаты, скорее всего, знали историю Синтии Энн Паркер — почти все на границе знали, — но они понятия не имели, что ее кровь текла в жилах Куаны. Они не узнают об этом до 1875 года. Сейчас они знали только то, что он был целью крупнейшей антииндийской экспедиции, предпринятой с 1865 года, одной из самых крупных из когда-либо предпринятых.

    Четвертая кавалерийская дивизия Маккензи, которую он вскоре превратит в чрезвычайно эффективную мобильную штурмовую силу, на данный момент состояла в основном из временщиков, которые не были готовы столкнуться с такими, как Куана, и его закаленными равнинными воинами. Солдаты действовали далеко за пределами цивилизации, за пределами всего, что они могли следовать, или каких-либо ориентиров, которые они могли распознать. Они были встревожены, узнав, что их основными источниками воды были норы бизонов, которые, по словам Картера, были «застойными, теплыми, тошнотворными, пахучими и покрытыми зеленой слизью, которую нужно было отодвинуть». Их неопытность была очевидна в первую же ночь на тропе. Где-то около полуночи, сквозь грохот урагана в Западном Техасе, люди услышали «ужасный топот и безошибочное фырканье и рев». Этот звук, как они вскоре обнаружили, издавал панически бегущий бизон. Солдаты совершили ужасную ошибку, разбив лагерь между большим стадом бизонов и источником воды. В панике люди вышли из своих палаток в темноте, крича, размахивая одеялами и отчаянно пытаясь повернуть бегущих в панике животных. Им это удалось, но с минимальным перевесом. «Огромные стада коричневых монстров были разогнаны, и они неслись влево от нас с головокружительной скоростью, — писал Картер, — мчались и толкались, но смяли только край одного из наших конских табунов… что могло быть результатом этого ночного визита, ибо, хотя лошади были сильно «напуганы», «поставлены кольями» или «пикетированы», ничто не могло спасти их от ужаса, который неизбежно вызвала бы эта стремительная атака, если бы мы не услышал их как раз вовремя, чтобы повернуть ведущие стада».

    Чудом избежав последствий собственного невежества, синие мундиры собрали бездомных лошадей, разбили лагерь на рассвете и провели день верхом на западе по холмистым мескитовым прериям, усеянным городками луговых собачек. Последние были обычным явлением в Техасском Панхандле и чрезвычайно опасны для лошадей и мулов. Представьте себе огромные муравейники, населенные огромными грызунами, простирающиеся на многие мили. Солдаты миновали новые стада буйволов, огромных и пахучих, и реки, воду с гипсом в которых было невозможно пить. Они миновали странные на вид торговые станции, ныне заброшенные, состоящие из пещер, встроенных в скалы и укрепленных столбами, похожими на тюремные решетки.

    На второй день они столкнулись с большими неприятностями. Маккензи приказал совершить ночной марш, надеясь застать врага врасплох в его лагерях. Его люди пробивались через крутую местность, густые заросли, овраги и арройо. После нескольких часов того, что Картер описал как «испытания и невзгоды, много жестких разговоров, граничащих с ненормативной лексикой» и «множество довольно комичных сцен», они оказались в синяках и побоях в тупике небольшого каньона, и им пришлось дожидаться рассвета, чтобы найти свое место. выход. Через несколько часов они достигли Пресноводной развилки Бразоса, глубоко на территории Индии, в широкой неглубокой долине длиной в тридцать миль, шириной в среднем в полторы тысячи футов и изрезанной боковыми каньонами поменьше. Это место было известно как каньон Бланко и располагалось к востоку от современного Лаббока, одного из любимых кемпингов квахади.

    Какой бы сюрприз Маккензи ни надеялся, он исчез. На третий день разведчики тонкава поняли, что их преследует группа из четырех воинов-команчей, которые следили за каждым их движением, предположительно включая то, что им должно было показаться комичными ошибками ночного марша. Тонки бросились в погоню, но «враги, будучи лучше оседланными, вскоре отдалились от преследователей и скрылись в холмах». В этом не было ничего удивительного: за двести лет вражды тонкава так и не приблизились к искусству верховой езды команчей. Они всегда теряется. В результате, в то время как кавалеристы и драгуны понятия не имели, где расположились лагеря команчей, Куана точно знал, что делает Маккензи и где он находится. На следующую ночь Маккензи усугубила ошибку, позволив мужчинам снисходительно разводить костры, что было равносильно рисованию большой стрелы в каньоне, указывающей на их лагерь. Некоторые компании в очередной раз допустили ошибку, не разместив «спальных групп» среди лошадей.

    Около полуночи полк разбудил череда неземных пронзительных криков. За этим последовали выстрелы и новые крики, и внезапно лагерь ожил от команчей, скачущих на полном скаку. Вскоре стало ясно, что именно делали индейцы: к крикам, выстрелам и общему хаосу в лагере примешивался еще один звук, едва слышный поначалу, а затем быстро переросший в что-то вроде раскаты грома. Мужчины быстро поняли, к своему ужасу, что это был звук мчащихся лошадей. Их лошадей. Среди криков «Каждый к своему лариату!» шестьсот испуганных лошадей пронеслись через лагерь, вздымаясь, прыгая и ныряя на полной скорости. Со звуками пистолетных выстрелов лопнули лариаты; железные штыри, которые несколько минут назад использовались для привязывания лошадей, теперь вертелись и щелкали у них на шее, как летающие сабли. Мужчины пытались схватить их, но их бросали на землю и тащили среди лошадей с израненными и окровавленными руками.

    Когда все было кончено, солдаты обнаружили, что Куана и его воины удрали с семьюдесятью своими лучшими лошадьми и мулами, включая великолепного серого иноходца полковника Маккензи. В западном Техасе в 1871 году кража чьей-то лошади часто приравнивалась к смертному приговору. Это была старая тактика индейцев, особенно на высоких равнинах, просто украсть лошадей белых людей и оставить их умирать от жажды или голода. Команчи использовали его для поражения испанцев в начале восемнадцатого века. В любом случае, пеший регулярный армейский отряд имел мало шансов против конного команча.

    Этот полуночный рейд был визитной карточкой Куаны, явным сигналом того, что охота на него и его воинов-команчей на их родине будет трудным и коварным делом. Так началось то, что вошло в историю как битва при каньоне Бланко, которая, в свою очередь, стала первым залпом в кровавой войне с индейцами в высокогорьях западного Техаса, которая продлится четыре года и завершится окончательным уничтожением нации команчей. Каньон Бланко также позволит армии США впервые взглянуть на Куану. Капитан Картер, который получил Почетную медаль Конгресса за храбрость в каньоне Бланко, дал следующее описание молодого военачальника в битве на следующий день после полуночной давки:0003

    Крупный и крепко сложенный вождь вел группу на угольно-черном гоночном пони. Наклонившись вперед на своей гриве, его пятки нервно работали в боку животного, с шестизарядным револьвером в воздухе, он казался воплощением дикой, жестокой радости. Его лицо было перемазано черной боевой раскраской, что придавало его чертам сатанинское выражение. . . . Полноразмерный головной убор или боевой головной убор из орлиных перьев, распустившийся во время езды и спускавшийся со лба, через голову и спину к хвосту пони, почти подметал землю. В ушах у него были большие медные кольца; он был обнажен до пояса, в одних леггинсах, мокасинах и набедренной повязке. На шее у него висело ожерелье из медвежьих когтей. . . . Звенели колокольчики, когда он мчался с головокружительной скоростью, за ним следовали ведущие воины, все стремившиеся опередить его в гонке. Это был Куана, главный вождь Куа-ха-дас.

    Несколько мгновений спустя Куана направил свою лошадь в сторону несчастного рядового по имени Сеандер Грегг и на глазах у Картера и его людей вышиб ему мозги.

    Отрывок из книги Empire of the Summer Moon автора SC Gwynne. Авторские права принадлежат SC Gwynne, 2010 г. С разрешения Scribner, подразделения Simon & Schuster Inc.0131

    S.C. Gwynne

    Ваша покупка помогает поддерживать программы NPR. Как?

    Конфликт между племенами

    На Великих равнинах проживало множество индейских племен, конкурирующих за скудные ресурсы. Конечно, различные племена вступали в конфликты друг с другом.

    Лакота (или сиу) на самом деле представляет собой широкую группу людей, включающую семь групп западных (или тетон) лакота, дакота (янктон и янктони) и накота (санти). Эта группа племен жила на равнинах только часть своей известной истории. Лакота изначально жили в северных лесах. Они боролись с анишнабе (которых лакота называли чиппева). Анишнабе были вооружены ружьями, полученными от торговли с охотниками.

    Лакота медленно мигрировали на юг и запад и оттеснили племя омаха в ходе этой ранней миграции. Сначала у них не было лошадей, но лошади распространялись по равнинам из испанских поселений на юго-западе. К 1742 году у тетонов появились лошади, и они все больше и больше становились похожими на кочевников, занимающихся верховой ездой. На Центральных равнинах лакота вступили в конфликт с пауни, деревенским племенем, которое владело богатыми охотничьими угодьями в долине республиканской реки, пока лакота не вошли в этот регион. Военные отряды пауни обычно совершали свои походы пешком, в отличие от других племен. Поскольку лакота были верхом на лошадях, у них было преимущество.

    Военные отряды Омахи насчитывали от восьми до ста воинов. Все члены партии были добровольцами. Вождем обычно был известный воин, продемонстрировавший свое мастерство в бою. Говорят, что воины носили на голове белое покрытие из мягкой выделанной кожи. Рубашки не было, но халат был подпоясан на талии и завязан на груди. В это время нельзя было носить перья или украшения. В реальном бою воины носили только мокасины и набедренные повязки.

    Иногда жены нескольких мужчин сопровождали большой военный отряд, помогая ухаживать за их одеждой и готовить еду. Священная боевая стая, хранившаяся в Палатке войны, была важна в любых военных действиях. Считалось, что содержимое пакета защищает племя от вреда. Возвращающийся военный отряд со скальпом врага устраивал специальный скальп или танец победы. Мужчинам, завоевавшим особые почести на тропе войны, разрешалось носить орлиное перо в волосах головы. Некоторые воины также могли носить головной убор с хвостом оленя. Только важные мужчины носили большой головной убор с перьями, который видели в кино, и только в светских случаях. Только мужчины носили перья в волосах, а женщины могли носить их на одежде.

    Конфликт с европейскими поселенцами

    Спустя годы после Закона о приусадебных участках европейцы все чаще переселялись на территорию коренных американцев. В 1860-х и 70-х годах армия Соединенных Штатов вела войну с племенами сиу, шайеннов и арапахо. Племя пауни годами сражалось с другими племенами, и поэтому армия обратилась к пауни за помощью против общего врага.

    У лакота (сиу) было гораздо больше проблем с первыми эмигрантами, чем у других племен. Их опыт определил историю усадьбы. Проблемы с белыми начались с золотой лихорадки в Калифорнии. В 1850 году около 50 000 искателей золота путешествовали по Сухопутной тропе через самое сердце страны Лакота. Лакота не любили, когда эти пришельцы пересекали их землю, соревнуясь за ресурсы. Правительство пыталось вмешаться мирным путем.

    фут. Договор Ларами от 1851 года

    В 1851 году правительственные чиновники встретились с членами племен шайеннов, кроу, черноногих, арапахо, ассинибойнов, дакота, лакота и накота в форте Ларами, штат Вайоминг, к западу от того, что впоследствии станет Небраской. Приблизительно 10 000 коренных американцев разбили лагерь и разговаривали с представителями США. Племена и правительство заключили договор, в котором было несколько основных пунктов:

    • Договор призывал к миру и дружбе между соперничающими племенами.
    • Каждому племени было обещано по 50 000 долларов в год в течение 10 лет.
    • Взамен договор признавал право правительства США строить дороги и форты, а также права иммигрантов на мирное путешествие по Сухопутной тропе.
    • Договор провел линии на карте, где племенам разрешалось охотиться и ловить рыбу; более поздние договоры создали фактические оговорки.
    • Договор позволял правительству удерживать деньги, если племена нарушали условия соглашения.

    Договор Форт-Ларами проложил путь к тому, чтобы США предоставили племенам право на самоуправление. Это также положило начало нескольким десятилетиям переговоров по договорам и соглашениям, которые в конечном итоге передали почти все племенные земли США

    К сожалению, мир длился недолго. В 1854 году — за восемь лет до Закона о приусадебных участках — некоторые лакота недалеко от форта Ларами зарезали корову эмигранта, которую они считали брошенной. Лейтенант Джон Граттан и 29 солдат были отправлены для расследования. Граттан открыл огонь по лагерю индейцев. Индейцы сопротивлялись, убив всех солдат.

    В следующем году генералу Уильяму Харни было приказано восстановить мир на тропе. Он нашел лагерь лакота у Блю-Уотер-Крик в округе Гарден и напал на него, хотя жители лагеря не имели никакого отношения к бойне Граттана. Войска Харни убили 136 мужчин, женщин и детей. Хотя мир был восстановлен, давление продолжало нарастать, и в 1863 году снова разразилась война с нападениями на путешественников по Сухопутной тропе. В 1867 году лакота двинулись на восток и напали на железнодорожный поезд Union Pacific в округе Доусон, штат Небраска. Попытки мирного урегулирования привели к выплате лакота еды, оружия и других товаров.

    В годы, прошедшие после Закона о усадьбах 1862 года, больше европейцев переселилось на территорию коренных американцев. Закон о приусадебных участках предоставил бесплатную землю поселенцам, которые жили на ней в течение пяти лет. В 1860-х и 70-х годах армия Соединенных Штатов вела войну с племенами сиу, шайеннов и арапахо. Племя пауни много лет сражалось с другими племенами, и поэтому армия обратилась к пауни за помощью против общего врага.

    Пауни стали разведчиками. Они очень успешно помогали защищать железную дорогу, когда она строилась через Небраску, и сопровождали несколько экспедиций американской армии против воюющих сиу, шайеннов и арапахо. Но к концу 1870-х годов скауты Пауни были распущены. Правительство США выселило большинство членов племени пауни из Небраски на индейскую территорию к югу от Небраски.

    В ранний период поместья было больше конфликтов с бандой шайеннов в долине реки Республикан на юге центральной части Небраски. Опять же, в 1869 году была отправлена ​​​​военная экспедиция, чтобы покорить шайеннов. В походе погибло 50 воинов.

    Для иммигрантов угроза, которую они чувствовали со стороны коренных американцев, вероятно, была больше, чем реальная история. Был конфликт — кражи, драки и убийства с обеих сторон. Но были также сотни договорных переговоров по всему континенту. Эти договоры уменьшили конфликт и, что более важно, передали право собственности на землю, на которой коренные племена жили и на которой веками охотились, США9.0003

    Племенные войны и «этнические» конфликты

    Антропологи, изучающие военные действия, расходятся во мнениях относительно количества войн, как далеко они ведут и почему они происходят. Конечно, в этнографических источниках много войн, хотя и далеко не всеобщих. Десятки народов никогда не посылали групп людей с намерением убить других. Многие из них имеют сложные ценностные и институциональные системы, которые предотвращают организованное насилие. Тем не менее, более 90 процентов известных народов воевали, некоторые часто и весьма жестоко. У некоторых народов нередко 25% взрослых мужчин заканчивают свою жизнь в бою.

    Существование стольких воинственных народов веками питало слухи о человеческой природе. Но археология говорит о другом. В конце предыстории — до того, как возникли и начали писать древние государства или до того, как среди негосударственных народов появились грамотные землепроходцы, — признаков войны было предостаточно. Тем не менее в ранних археологических записях многих регионов нет следов войны, даже в тех местах, где у нас хорошо сохранились скелеты и поселения, которые свидетельствовали бы о войне, если бы она произошла. В более поздних археологических находках признаки войны появляются, распространяются и со временем становятся гораздо более распространенными.

    Глубокое миролюбивое прошлое человечества противоречит распространенному представлению о том, что война является результатом человеческой природы или эволюционного импульса сблизиться с себе подобными и убить членов других групп. Этнография еще больше подрывает эту позицию. Конечно, на войне должно быть деление на «своих» и «чужих», иначе не было бы известно, в кого стрелять. Но конфликт вызывает не групповая лояльность. Скорее именно конфликт создает групповую лояльность. Такие случаи, как военные действия между австралийскими племенами или кланами Новой Гвинеи, показывают, что границы между «нами» и «ними» гибки и изменчивы до тех пор, пока смерть не выковает их, а иногда и тогда. Врожденная ксенофобия и другие биологические объяснения не объясняют, почему происходят войны.

    Так чем же объясняется появление войны? Археологические объяснения включают более многочисленное региональное население, которое усилило конкуренцию; более привязанный образ жизни, который не позволял людям уйти от конфликта; социальные структуры, такие как кланы, обеспечивающие гибкие рамки для разделения на «своих» и «чужих»; появление отчетливой политической элиты со своими интересами; торговля товарами, из-за которых можно было сражаться; и экологические неудачи, такие как засухи или вымирание крупной дичи. По мере того как эти факторы становились все более распространенными во всем мире, росла и война. Войны были частыми в Анатолии примерно к 5500 г. до н.э., в Центральной Европе к 4300 г. до н.э. и в северном Китае к 2500 г. до н.э. Древние государства поощряли усиление милитаризма вдоль своих «варварских» границ и торговых путей. Европейская колониальная экспансия с 1500 г. н. э. и далее породила гораздо больше войн — не только сопротивление колониальным державам, но и между народами, поскольку они были вытеснены на чужие земли, вовлечены в колониальное соперничество, отправлены в качестве налетчиков рабов или получили новые товары для борьбы или оружие, которым можно сражаться. Это объясняет, почему коренные народы более поздней доисторической эпохи и те коренные народы, которые наблюдались со времен Колумба до наших дней, пережили гораздо больше войн, чем их далекие предки.

    Опыт народа яномами в Венесуэле иллюстрирует некоторые из этих моментов. Хотя яномами археологически не исследованы, в Венесуэле первые признаки войны появляются около 550 г. н.э. в вождествах в густонаселенных речных землях вдоль основных торговых путей (около 500 километров от исконных земель яномами). Археологические данные свидетельствуют о том, что в течение следующей тысячи лет война распространялась и усиливалась в районе Ориноко. Ко времени контактов с европейцами вожди могли выставить многотысячные армии. Эти милитаристские вождества вскоре были уничтожены болезнями и войнами, но, прежде чем истечь, они увели европейцев в рабство в высокогорные районы яномами. Репутация свирепых яномами началась с историй, рассказанных работорговцами, и укрепилась, когда яномами начали нападать на других коренных американцев, которые были лучше снабжены стальными инструментами. В 20-м веке большая часть войн яномами была результатом антагонизма из-за неравномерно распределенных торговых товаров, особенно стали.

    Приняв решение сражаться, лидеры яномами обратились к воинственным ценностям, чтобы убедить других и оправдать личные интересы. Со временем и войной такие ценности стали настолько сложными и могущественными, что сделали насилие в будущем более вероятным. Даже сегодня яномами в отдаленных высокогорьях Паримы убивают друг друга из дробовиков в драках, начавшихся из-за кражи западных товаров, хотя они говорят об этом с точки зрения взаимности, мести и колдовства.

    Мораль этой истории в том, что война даже самых изолированных коренных народов не является «традиционной». В то время как решение начать войну принимается местными игроками, бои происходят в ответ на изменения, происходящие из внешнего мира. То же самое касается недавнего крупномасштабного «племенного» и «этнического» насилия в Африке, Центральной Азии, бывшей Югославии и других местах. Во всех этих случаях конфликт был сформирован внешними глобальными процессами, от колониальной политики, которая заморозила ранее неустойчивые этнические группы, а затем использовала искусственные границы для их разделения, до краха международных товарных рынков, который сделал бедные страны еще беднее, до благонамеренных неправительственных организаций. организации, оказывавшие помощь, незаконно присвоенную вооруженными людьми. В то же время насилие было локальным, включая контроль над ценными ресурсами, существующими социальными разногласиями и местными политическими институтами и лидерами. Комментарий, обвиняющий в современном крупномасштабном насилии «слабые» или «несостоявшиеся» государства, упускает из виду критический момент, согласно которому борьба ведется за то, кто контролирует государство, а также кого и что контролирует государство. Простое вливание ресурсов в оспариваемое правительство штата без учета неравенства в том, как действуют режимы, только делает контроль над правительством более ценным призом для претендентов.

    Лидеры, конечно, играют ключевую роль. Они принимают решения, ведущие к войне. Независимо от того, преследуют ли они политическую власть или просто грабеж, они являются главными потенциальными бенефициарами насилия. Делают ли они это из жадности или из чувства обиды, они разыгрывают недовольство и взывают к местным ценностям, символам и исторической виктимизации, чтобы мобилизовать последователей присоединиться к их воюющему предприятию. Последователи, в свою очередь, вынуждены ожидать материальных и символических выгод и иногда подталкивают лидеров вперед. Поскольку нет более фундаментального личного интереса, чем самосохранение, лидеры выдумывают или преувеличивают угрозы и провоцируют насилие, чтобы заставить людей выбирать сторону и следовать их приказам. Часто лидеры одобряют войну, потому что война благоволит лидерам.

    Хорошим, хотя и ужасающим примером является геноцид в Руанде. Противостояние тутси и хуту создавалось, формировалось и использовалось сменяющими друг друга колониальными администраторами, и враждебность между ними накалялась на пути к независимости. Хуту и ​​тутси — культурно идентичные, а не отдельные этнические группы. Никогда они не были двумя организованными племенами. Это политические категории, которые постоянно перерабатывались до, во время и после колониальной эпохи. Эта искусственно созданная линия разлома стала более напряженной и нестабильной в годы, предшествовавшие геноциду, когда рухнул рынок основного экспорта Руанды (кофе), хлынула иностранная военная помощь, усилилась региональная напряженность и усилился контроль международных агентств. Достигнутые договоренности о разделении власти между тутси и хуту были на грани исключения северных кланов хуту, которые ранее были главными бенефициарами государственной власти. Лидеры хуту развязали свирепую пропагандистскую кампанию, обвиняя тутси во всем. При этом они задействовали глубокие культурные темы и символы и вызвали панику по поводу воображаемого заговора тутси с целью убить и поработить хуту. Когда начались убийства, армия и милиция получили приказы, но многие другие хуту были завербованы с помощью угроз, взяток и пропаганды. Геноцид в Руанде был связан не только с убийством тутси хуту. Многие хуту (особенно южные) также были преданы смерти. Многие хуту не убивали, а защищали тутси.

    Называть эту трагедию «племенным» или «этническим» насилием становится труднее понять. То же самое верно и во многих других конфликтах по всему миру, называемых религиозными, племенными, клановыми или этническими. Эти ярлыки предполагают, что борьба ведется между давними группами из-за давних обид. Они также подразумевают, что боевые действия «иррациональны» (по сравнению с «цивилизованной войной»). Такие предложения затемняют рассчитанные интересы, которые поставлены на карту. И они не оставляют подходящего способа говорить о всемирном множестве таких смертельных ссор. Таким образом, «этнический конфликт» стал универсальным выражением, применимым даже к конфликтам, где культурные различия незначительны или отсутствуют вовсе, как, например, в Северной Ирландии или некоторых частях бывшей Югославии.

    Необходимо отказаться от этих вводящих в заблуждение ярлыков. Если мы хотим найти решение широкомасштабному насилию, мы должны понять его происхождение. Это начинается с признания того, что существует множество различных оснований идентичности. Географический регион, социальный класс и место на континууме от городской столицы до сельской деревни — все это влияет на то, как люди выигрывают или проигрывают в результате государственной политики и национальных тенденций. То же самое можно сказать и о религии, этнической принадлежности, расе или языке, хотя они также обеспечивают широкие и символически нагруженные основания для объединения людей. Касты, кланы и племена имеют свои структуры и лидеров. Пол и поколение являются основными фильтрами, через которые более широкие социальные тенденции переводятся в жизненный опыт. Эти различные факторы складываются в калейдоскопические комбинации. И в этих различных сочетаниях тождество и интерес не разъединяются, а сливаются воедино. То, кто вы есть, во многом определяет ваши дела, а то, как вы справляетесь, во многом определяет вашу восприимчивость к призывам лидеров к насильственным действиям.

    Выходя за рамки простых ярлыков, можно обнаружить основные группы убежденных милитаристов и второстепенные круги последователей, которых сколачивают политические дельцы, стремящиеся к собственной выгоде. Я называю эти политически мобилизованные фракции «самостоятельными группами», термин, который обращает внимание на ключевые факты, которые часто игнорируются общественностью и политиками. Во-первых, в недавних конфликтах по всему миру задействовано множество различных типов идентичности. Во-вторых, разные виды идентичностей объединяются в групповые и индивидуальные композиции. В-третьих, группы, берущие на себя инициативу в конфликте, — это не пережитки прошлого, а недавние творения. В-четвертых, эти группы существуют не просто благодаря взаимодействию с другими группами, а благодаря процессу взаимодействия между лидерами и последователями, которые могут иметь различные интересы в любой ситуации. В-пятых, в этих ситуациях идентичность обретает силу, потому что идентичность тесно связана с опытом и практическими интересами.

    Новая терминология помогает пролить свет на эти факты, вместо общеупотребительных терминов, которые предполагают вековую лояльность и антагонизм. Имея лучшее представление о сложном процессе, посредством которого объединяются группы с одинаковыми интересами, мы можем лучше представить себе альтернативы. Поскольку убийство, когда оно уже началось, остановить гораздо труднее, лучшее понимание того, как происходит беспристрастное насилие, могло бы укрепить нашу способность предотвратить его.


    Р. Брайан Фергюсон работает на кафедре социологии и антропологии Университета Рутгерса в Ньюарке, штат Нью-Джерси. Его работа была сосредоточена в основном на войне, включая этноисторические реконструкции и анализ военных действий на северо-западном побережье Тихого океана и среди яномами.

    Ссылки и дополнительная литература

    Ferguson, RB (2001). Материалистические, культурные и биологические теории о том, почему яномами ведут войну. Антропологическая теория 1(1). стр. 99-116.

    Ferguson, RB (в печати). От межплеменных войн, через конфликты «идентификационных интересов», до терроризма и войны в Ираке, в психологии и войне. Фитцдафф, М. и Стаут, К., ред. Вестпорт, Коннектикут: Прагер.

    Фергюсон, Р. Б. (2003 г., июль). Рождение войны. Естественная история, стр. 28-35.

    Фергюсон Р.Б. и Уайтхед Н.Л., ред. (2000). Война в зоне племен: расширяющиеся государства и война с коренными народами. Санта-Фе, Нью-Мексико: Школа американской исследовательской прессы.

    Фергюсон, Р. Б. (1995). Война яномами: политическая история. Санта-Фе, Нью-Мексико: Школа американской исследовательской прессы.

    Фергюсон, Р.Б., изд. (2003). Введение: Насильственный конфликт и контроль государства. В книге «Государство, идентичность и насилие: политическая дезинтеграция в мире после холодной войны». Оксфорд, Великобритания: Рутледж.

    На нашем веб-сайте размещено около пяти десятилетий контента и публикаций. Любой контент старше 10 лет является архивным, и «Культурное выживание» не обязательно согласуется с сегодняшним содержанием и выбором слов.

    Археологические тропы MS — специальные темы

    Между 1500 и 1800 годами на территории современной Миссисипи проживало двадцать одно известное индейское племя. сотни, а многие не пережили территориальных конфликтов между французскими и английскими союзными группировками 18 века. Есть некоторая загадка относительно что стало с более ранними вождествами периода Де Сото в начале 1500-х годов во время перерыва в исследованиях между тем и более поздним французским и английским вторжения в этот район в конце 1600-х годов. Некоторые остатки, возможно, присоединились к некоторым племенам, описанным ниже, или дали им начало.

    В результате основное внимание здесь будет уделено племенам, зарегистрированным в период с конца 1600-х до конца 1700-х годов, когда движения, конфликты, союзы и культурные разложение большинства племен достигло своего динамического пика. Описания в данном документе являются сжатыми из описаний, данных Фредериком Уэббом Ходжесом в Справочнике американских Индейцы к северу от Мексики, 1905 г., Бюро американской этнологии Смитсоновского института, Бюллетень 30, и Джон Р. Суонтонс. Индейцы Юго-Востока Соединенных Штатов. Штаты, 1946, Бюро американской этнологии Смитсоновского института, бюллетень 137, и индейские племена Нижней долины Миссисипи и прилегающего побережья Мексиканский залив, 1911 г., Бюро американской этнологии Смитсоновского института, Бюллетень 43. Последний справочник содержит наиболее подробные описания большинства эти племена.

    Обратите внимание, что границы штата Миссисипи не существовали в период времени, представленный для этих племен. Ассоциации с потоками и реки обычно указываются как места проживания племен в разное время, а некоторые группы лишь незначительно приближались к границам Миссисипи или ненадолго находились в пределах границ Миссисипи, упоминаются здесь как маргинальные племена. Кроме того, оценки населения сильно различаются в зависимости от времени, места и регистратора, поэтому приведенные здесь оценки являются довольно общими.

    Аколаписсы, мускогское имя, означающее «те, кто слушают и видят», были небольшим маргинальным племенем, жившим в низовьях Жемчужной реки в 1699 году. около 300 человек и в то время занимали до семи деревень. К 1702 году они перебрались на северный берег озера Пончартрейн, а к 1722 году жили на Миссисипи. Река в 13 лигах к северу от Нового Орлеана. Примерно в 1739 году они постепенно объединились сначала с Байогулой, а затем с Хума, название, которое сохранилось до наших дней. в Луизиане.

    Жемчужины, обнаруженные в реке, где они жили, были отмечены Ибервилем, и позже она стала известна как Жемчужная река из-за этого события, хотя это неясно. есть ли у племени жемчуг или нет. Пнико заметил, что и мужчины, и женщины полностью татуировали свое тело, и описывает их религию в круглой форме. храм, эшафот и вторичный стиль захоронения связок, кулинарные привычки, еда и охота, а также методы разведения огня.

    Билокси, небольшое племя, говорящее на языке сиу, название которого означает «первые люди», жили вокруг побережья Мексиканского залива и залива Билокси в 1699 году, а затем переселились на западный берег. Мобил-Бей к 1702 году. В 1722 году они были зарегистрированы в старой деревне Аколаписса на Жемчужной реке, но к 1730 году вернулись в район реки Паскагула. В 1763 году некоторые из них переехали в Луизиану, а в конце концов некоторые были найдены в восточном Техасе. Первоначально они были связаны с Паскагулой и Моктоби в заливе Билокси. и районы реки Паскагула, вместе насчитывающие от 20 до 40 хижин, или около 100 семей в 1702 году. По оценкам, в 1650 году их было до 1000, что, вероятно, слишком много, 420 с Моктоби в 1698 и уменьшилось до 105 в 1805 году.

    До контакта мужчины предположительно носили набедренные повязки, пояс, леггинсы, мокасины, подвязки, кожаный халат, головные уборы из перьев, костяные ожерелья, кольца в носу и серьгах, и ограниченное количество татуировок. Дома напоминали низкие шатры. Делали глиняную посуду, деревянные чаши, орудия из рога и кости, корзины. Сложная система родства включала матрилинейное происхождение. Вероятно, в конце концов они были поглощены Хоума.

    Капинаны, возможно, то же самое, что и моктоби, небольшое племя, известное Ибервилю в 169 г.9, которые жили на реке Паскагула недалеко от побережья Мексиканского залива, были связаны с племенами билокси и паскагула и, как считается, принадлежал к сиуанскому языковому происхождению. У этих двух других племен их деревни насчитывали всего около 20 хижин, или, возможно, около 100 семей. Мало что известно о них, их происхождении, значении их имени или о том, что с ними стало. Capinans или Capinas упоминаются Бьенвиль в 1725 году, живший в деревне примерно в 12 лигах вверх по реке Паскагула. Предполагается, что они, билокси и офо, возможно, изначально пришли из верхней части долины Огайо, и их численность сократилась из-за различных бедствий на пути на юг.

    Чакчиума, мускхский термин, означающий красных раков, был небольшим племенем, живущим в районе верхнего Язу вокруг нижнего Таллахатчи и Ялобуши. Реки и, возможно, простирающиеся на восток до района Лайонс-Блафф, между территориями чикасо и чокто. По словам Ибервиля, в 1699 г. находилось между тапосами внизу и ибитупа наверху и было самым большим племенем в этом районе. В 1540-х годах они были важной группой и, как говорят, раскололись. от чикасо и чокто, когда они первоначально переехали в Миссисипи. Де Сото, находясь среди чикасо в 1540–1541 годах, отправил против них экспедицию. но вернулись, обнаружив, что их деревня уже горит. Позже они вступили в союз с французами против чикасо, что привело к ряду слухов о великих сражения, вероятно, лишь эпизодические для борьбы 18 века между чикасо и чокто и англичанами и французами. Это завершилось в 1763 году, когда Франция уступила свои американские территории.

    По оценкам, их население колеблется от 750 в 1650 г. до 70 хижин, с тапосами в 1699 г., до 400 семей в 1702 г. и сокращено в результате военных действий до 80, или около 50 хижин, к 1704 году. К 1722 году их было около 150, но к тому времени многие, возможно, уже присоединились к чикасо. По другой оценке 1761 года, на реке Язу было 50 хижин. Недавний исследования показывают, что они жили вдоль обрывистых вершин Ялобуши и в верховьях реки Язу в конце 1600-х и начале 1700-х годов, возможно, в лучшем оборонительные позиции. В 1700-х годах они участвовали во многих войнах против других племен, таких как чикасо, короа и язу, в качестве союзников Франции. это думал, что в конечном итоге их истребленное число объединилось с чикасо и, возможно, с чокто.

    Чикасо, мускогское имя, означающее «сидеть», были большим, сильным, воинственным племенем, занимавшим территорию на северо-востоке Миссисипи вокруг голов Томбигби. и реки Таллахатчи. Они претендовали на территории на севере до слияния рек Огайо и Теннесси и к северу от этого места между реками Дак и реки Камберленд, на восток до реки Саванна в Джорджии и на запад до Миссисипи в районе Мемфиса. Они постоянно вели бои с соседними племена, а также французы, укрывая остатки натчезов после того, как они были уничтожены французами к 1731 году. Они никогда не были побеждены как племя и только по договору 1832 г. они отказались от своих земель в штате Миссисипи и переселились на индейскую территорию в Оклахоме между 1837 и 1847 гг.

    Оценки населения варьируются от 8000 в 1650 г., 2000 воинов в 1693 г., всего 3000–3500 человек в 1700 г., 2000 семей в 1702 г., всего 1900 человек к 1715 г., до 3625 человек. к 1817 г., с последующим увеличением. Ранний набросок воина показан римлянами (1775 г.) в его «Краткой естественной истории Восточной и Западной Флориды», том 1. Их общество было разделено на 12 родов, объединенных в две фратрии, с матрилинейным происхождением и наследственными вождями по женской линии. Легендарное происхождение, как Крик и Чокто, находился к западу от реки Миссисипи.

    Чокто были одним из крупнейших племен на юго-востоке, с численностью населения от 15 000 в 1650 г. до 8 000 в 1702 г., 21 500 в 1764 г., 13 423 человека. в 1780 г. до 15 000 к 1814 г. Их язык — мусхогский, очень похожий на язык чикасо и некоторых более мелких племен Язу, но значение их имени непонятно. Впервые с ними столкнулся Де Сото в 1540 году, хотя и не как племя. В период войн 18 века они сражались против англичан, Чикасо и Крикс в пользу своих французских союзников. Их территория находится в восточно-центральной части Миссисипи в верховьях рек Чикасауэй, Перл и Большие реки Блэк и части Томбигби, но ранее включали районы дальше на юг и восток до Джорджии. В 1675 году епископ Кальдерн сообщил о 107 городах в их провинция. Многие мигрировали на территорию Индии в Оклахоме после заключения договора Танцующего Кроличьего ручья в 1830 году, в то время как другие остались по сей день в Миссисипи.

    В отличие от воинственных чикасо, они в основном занимались земледелием, а война в основном носила оборонительный характер. Тренировки включали игры в чанки и стикбол; леса и очистка и перезахоронение костей умерших в костяных домах или захоронение с украшенными жердями вокруг новых могил; и искусственное уплощение головы. Их общество был разделен на две фратрии, в каждой из которых было по 4 рода, а родословная была матрилинейной. Зарисовки де Батца 1732-1735 гг. (Суэнтон 1946, табл. 19) изображают воинов чокто, одетых набедренные повязки, длинные волосы, головные уборы из перьев, раскрашенные или татуированные лица, серьги, нож и рожок для порохов, а также шесты, на которых свисает что-то похожее на скальпы. их. Также на фото изображены играющие обнаженные дети.

    Чула или Чула были очень маленьким, малоизвестным племенем, возможно, группой ибитупа, которая отделилась от них, когда они двинулись дальше вверх по реке Язу. Они были Говорящие на мусульманском языке, их имя означает лиса. Единственное сообщение о них было сделано в 1722 году Лагарпом, который заявил, что всего около 40 из них живут в 25-30 лигах. (примерно от 65 до 85 миль) над нижними племенами язу и ниже Чакчиума на реке Язу в окрестностях современного города Чула в округе Холмс. Они вероятно, объединились с чикасо, но поскольку имеется только одно сообщение, они, вероятно, воссоединились с ибитупа вскоре после 1722 г.

    Название григра, данное им французами, было основано на их частом использовании термина григра в своей речи. Их язык и этнические связи неизвестны, но они могли быть носителями мускогского языка или туникского происхождения, или могли отличаться от других наличием буквы r в их языке. Сообщено только в 1720-1725 годах отрядом около 60 воинов, они к тому времени уже обосновались в деревне натчез, активно противостояли французам, а впоследствии потеряли свою идентичность после войны натчез, слившись с остатками натчез. О них мало что известно.

    Хоума, мускхское слово, означающее красный цвет, возможно, ответвление Чакчиума, были расположены в 1682 году на восточном берегу реки Миссисипи напротив устья. Красной реки, или, согласно одному отчету, на 7 лиг выше, и Ла Саль впервые посетил его в том же году. Это поместит их в общую область между ртами. рек Хомочитто и Буффало на юго-западе Миссисипи. В 1650 г. их насчитывалось около 1000 человек. Ибервиль посетил их в 169 г.9 и описал их деревня из 140 хижин, 350 воинов и всего населения 600-700 человек, в некоторых деталях, и снова в 1700 году, когда он обнаружил, что половина была уничтожена какой-то болезнью. Деревня находилась в 2 лигах от реки на холмах, с возделываемыми полями в долинах. Отец Гравье сказал в 1700 году, что они полагались прежде всего на на их кукурузе и кабачках или тыквах и редко охотились. Они выращивали, но не убивали и не ели цыплят, без сомнения завезенных французами. Они заплели волосы, татуировали лица и черняли зубы. В 1700 г. было 70-80 хижин, в 1718 г. — 60 хижин. Туники поселились среди них в 1706 г., но позже многих вырезали, после чего остатки перебрались в Луизиану. В 1739 г.по сообщениям, они сливались с байогулой и аколаписсой, всего около 270-300 взрослых особей.

    Ибитупа, маленькое, малоизвестное мускхоязычное племя, располагалось на реке Язу в начале 18 века между ручьями Абиака и Чикопа. предположительно между Чакчиума на севере и Тиу на юге. Утверждается, что ибитупа, чакчиума и тапоса объединились в одну деревню на р. верхний Язу на 1798 и, вероятно, в конечном итоге были поглощены чикасо. Их название означает людей, живущих у истока ручья, хотя к чему это относится непонятно. До 1722 года они переместились на 3 лиги выше Чакчиумы мимо устья Ялобуши, где Типпо Байу предположительно сохраняет свое имя. Чула может были группой этой группы, которая осталась позади, когда они переехали. В 1722 году они жили в 6 хижинах, предполагая небольшую группу менее 40 человек, население родственной Choula в том же году.

    Короа, которые, как считается, говорили на туникском языке, возможно, впервые были встречены Де Сото в 1541 году, жившим недалеко от центра Арканзаса, и названы Колигуа или Колигоа. Маркетт называл их Акороа, которые жили к западу от кваапо. В 1682 году ЛаСаль сообщил о двух группах, одна на Язу, а другая на Миссисипи. к югу от Натчез, который на самом деле мог быть Тиу. Некоторое время они жили вдоль Миссисипи и окончательно поселились в 1704 году, после поражений от кваапо и Иллинойс, на реке Язу рядом с родственным племенем язу. Вместе с язу они вырезали французов в форте Сен-Пьер в 1729 году., но впоследствии были атакованы Чакчиума и чокто, союзники Франции. В 1731 году они помогли натчезам атаковать Тунику, после чего исчезли из записей, возможно, будучи поглощены чикасо. как и некоторые остатки натчез. Другой источник говорит, что они жили с язу на реке Язу в 1742 году, в союзе с чикасо, но позже слились с чокто. и исчез.

    Ибервиль оценил их население в 1702 году как часть 300 семей туники, язу и офо, всего около 250 к 1722 году и, наконец, около 40 хижин и 40 воинов к 1730 году. Ла Саль сказал, что их хижины были сделаны в основном из тростника, без окон, в форме купола и около 15 футов в высоту. Говорят, что они были жестокими и коварными и было известно, что они убили нескольких французов, нанявших их для поездки. Говорят, что их обычаи похожи на натчез и таенса, хотя их язык отличается.

    Натчез, говорящие на мусхогском диалекте, были одним из самых известных племен в Миссисипи из-за того, что французы поселились на их территории вокруг ручья Сент-Кэтрин в юго-западная часть современного государства. Их считали относительно мирными, оседлыми земледельцами, с крайней формой экзогамных социальных различий, дворянство и простолюдины с подклассами в последних, а также поклонение солнцу. Их вождь, Великое Солнце, имел абсолютную власть над своей землей и подданными. Они построили храм курганы, были искусными гончарами и тканями из коры тутового дерева, а также практиковали выравнивание голов.

    По оценкам, их численность около 1682 года, когда французы впервые столкнулись с ними, составляла около 6000 человек, из них примерно 1000-1200 воинов. Ибервиль перечисляет 1500 семей в 1702 году. Муни оценил в общей сложности 4500 человек в 1650 году, а Свантонов — около 4000 человек. Было три войны с французами в 1716, 1722 и 1729 годах, последняя из которых привела к победе над натчезами. которые к 1730 году покинули свои города и разделились на три группы, некоторые бежали в Луизиану и большинство поселились у чикасо, а некоторые позже присоединились к чероки. Они не были истреблены французами, но в конечном итоге потеряли свою идентичность и особый язык из-за слияния с другими племенами.

    Офо или офогула, принадлежащие к сиуанской лингвистической группе, их название означает «люди-собаки», представляли собой небольшое племя, жившее на реке Язу, примерно в 12 милях от ее устья, недалеко от реки Язу. Короа и Туника. Их имя было записано в 1699 году Ибервилем и посетило в 1699 и 1700 годах несколько французов. Отец Гравье оценил 10-12 кают и Дю Прац в 1729 году. дает 60. Объединенные Офо, Язу и Короа насчитывали около 300 семей в 1702 г., а общая численность населения к 1722 г. составляла 250 человек. французы и поселились у туников, и в 1784 году у них была деревня на западном берегу Миссисипи в Луизиане, после чего они продолжают уходить в безвестность, последний выживший умирает около 1915.

    Название Мосопелия произошло от маргинального племени, которое, как считается, проживало в районе южного Огайо до 1673 г., затем было изгнано оттуда ирокезами и обнаружило, что году у Маркетта ниже устья реки Огайо и у Ла Саль в 1682 году. Ла Саль, вернувшись позже вверх по реке, нашел некоторых из них, вождя и пять хижин людей, поселился с таэнсами на озере Сент-Джозеф, штат Луизиана. Считается, что это могут быть те же люди, что и офо, поселившиеся на реке Язу к 169 г.0.

    Паскагулы, говорящие на мускугском языке, чье имя означает «хлебные люди», были маргинальным племенем, которое посетили Бьенвиль в 1699 году и Ибервиль в 1700 году. Река Паскагула, переходящая позже к побережью Мексиканского залива. В 1764 году они и Билокси покинули побережье Мексиканского залива. В 1784 году сообщалось, что они жили на восточном берегу Миссисипи. примерно в 10 милях выше Туники, и до 1791 г. они двинулись вверх по Ред-Ривер в Луизиану и к 179 г.5 поселились недалеко от Билокси. В 1699 году в их деревне было менее 20 кают и 120 воинов, или около 100 семей. В 1700 году Ибервиль сообщил о 20 семьях, но несколько лет спустя Дю Прац перечисляет 30 хижин. Их число уменьшалось с годами после того, как они двинулись к западу от Миссисипи, в конечном итоге, вероятно, присоединившись к племенам билокси и чокто.

    Пенсакола, маргинальное племя, чье мускогское название означает волосатые люди, потому что их мужчины носили длинные волосы, жили в районе нынешней Пенсаколы на западе. Флорида. Считалось, что они были уничтожены племенными войнами до того, как испанцы основали там поселения в 169 г.6, но позже о них сообщил Бьенвиль в 1725 г. жить на Жемчужной реке недалеко от Билокси, у которых вместе было около 40 воинов. Они, вероятно, первоначально встречались вдоль побережья Персидского залива в начале Испанские исследователи Кабеса де Вака и Тристан де Луна до 1560 года. Первое упоминание о них по имени было в 1677 году, а Баррото посетил их в 1686 году, когда они воевали с Мобильный. В конце концов они, вероятно, были поглощены чокто. О них мало что известно.

    Куапау , большое маргинальное племя говорящих на сиу, чье имя означает людей, живущих ниже по течению от их очевидного перемещения в район Арканзаса от реки Огайо. области, были также по-разному известны как Аканса, Арканзас, Капа, Пакаха и многие другие произношения, и были основными жителями нижнего района реки Арканзас. до 1673 года, когда Маркетт встретил их у устья реки Арканзас. Считается, что это, возможно, Пакаха или Капаха, которых Де Сото встретил, когда пересек границу. Миссисипи. Во всяком случае, они лишь случайно оккупировали часть Миссисипи, причем одна из их деревень, о которой Маркетт сообщил в 1673 году, находилась на восточном берегу реки. к северу от устья Арканзаса, также отмеченного Ласаллем в 1682 году. По оценке Муни, их население в 1650 году составляло около 2500 человек, хотя на востоке никогда не было много реки, за исключением боевых отрядов. Они были искусными мастерами гончарного дела и раскрашивали шкуры животных, строили курганы, занимались земледелием и жили в домах с длинными куполами. дома.

    Савокли, говорящие на мускогском языке, чье имя означает «люди енота», были небольшим, малоизвестным маргинальным племенем, в основном проживавшим в районе от Флориды до Алабамы на разное время. Их единственная претензия на место жительства в Миссисипи содержится на французской карте 1697 года, на которой изображена Сабула на реке Язу с нынешним притоком реки Ялобуша. и почтовое отделение с таким названием, свидетельствующее об их присутствии когда-то. На карте Даниэля Кокса они обозначены как Самбукия. Возможно, это было смещенное ответвление основного племени, но неизвестно, как и почему они попали в Миссисипи или как изменилось или исказилось их название.

    Говорят, что тапоса, небольшое, малоизвестное племя, говорящее на мускоге, располагалось выше Чакчиума на реке Язу, хотя Ибервиль помещает их ниже. в 1699 году, между Чакчиума и Офогула. Возможно, это ветвь Чакчиума или Чикасо, они, вероятно, присоединились к Чакчиума как единое целое, как предположил де Лозирес. в 1802 году как тапучи в деревне с чакчиума и ибитупа в верхнем Язу. Они показаны рядом с Chakchiuma на карте De Crenay. По словам дю Праца, их деревня в 1730 г. насчитывала 25 хижин.

    Тиу, маленькое, малоизвестное племя туникского языкового происхождения, жили на реке Язу ниже Ибитупы, но выше Туники, Язу и Короа, в месте 25. лье от Миссисипи, по словам Тонти. Предположительно побежденные чикасо, многие из них перебрались в район Натчез около 1682 года и впоследствии стали частью Племя натчез с тех пор, с собственной деревней недалеко от натчез. Шарлевуа заявил, что они были уничтожены кваапо в 1731 году, заявление необоснованное, но после этого о них больше не было слышно. Карта Шарлевуа называет Большую Блэк рекой Тиу, а карта Росса дает название реке Хомочитто. Население Численность тиу вместе с тремя другими племенами в 1650 г. оценивалась от 1000 до 1200 человек9.0003

    Туника, племя туниканского лингвистического происхождения, чье имя означает «народ», как говорят, занимало северо-запад Миссисипи и простиралось на запад до реки Уашита в Арканзасе. но к 1682 г. они были сосредоточены на реке Язу у ее устья. Они переселились в 1706 г. в деревни Хоума напротив устья Красной реки, позже восстали и убили или убежать от Хоумы. Они были союзниками Франции во время войн с натчезами, а между 1784 и 1803 годами перебрались в Луизиану вдоль Красной реки, где одни остаются сегодня, другие уехав в Оклахому. Их население вместе с язу, короа и офо, по оценкам, составляло от 2000 до 2450 человек в 1650 г. и 460 человек в 1719 г., и только 50-60 к 1803 году.

    Де Бац нарисовал в 1732 году вождя Туники, женщину и ребенка (Swanton 1946, Plate 48). Изображенный вождь удивительно похож на воина чокто, которого он изображал. (Swanton 1946, Plate 19) с раскрашенным или татуированным лицом, набедренной повязкой, ножом, порохом и посохом с висящими скальпами. Дети в двух зарисовках также имеют одинаковые прически. Мужчины выполняли все сельскохозяйственные обязанности, рубили дрова, охотились и выделывали шкуры. Женщины изготавливали глиняную посуду и ткани из тутового дерева, выполняли обязанности по дому.

    Язу, маленькое племя туниканской языковой группы, располагалось на одноименной реке Язу и было тесно связано с короа, с которыми они нападали и уничтожали французский форт Святого Петра на нижнем Язу в 1729 году. Впоследствии они потерпели поражение и, вероятно, в конечном итоге были поглощены чикасо и чокто. Шарлевуа говорит, что они, Тиу, и Короа были уничтожены союзными французами кваапо. В 1700 году Гравье говорит, что у них было около 30 хижин, а Дю Пратц оценивает около 100 в 1725-1730 годах. Лаарп подсчитал, что всего из 250 вместе взятых язу, короа и офо в 1722 г. и около 40 воинов язу и короа в 1730 г.

    «О, Рейнджер!» («Смотрите! Настоящие индейцы!»)


    «Смотрите! Настоящие индейцы!»
    (продолжение)

    Индейцы занимали видное место в истории Йеллоустоун. Косвенно они были причиной его открытия, и более непосредственно они были ответственны за его изоляцию почти на полвека. столетие после открытия гейзеров, горячих источников и Каньон и озеро. Путешественники и исследователи не решались совершить поездку в Йеллоустон, опасаясь уничтожения враждебными индейцами. На двоих поколений территорию, на которой сейчас расположен парк, посещали только бесстрашные ловцы.

    Четыре великих племени индейцев жили около территории Йеллоустона. Они не жили в том, что сейчас Йеллоустон, опасаясь навлечь на себя гнев «Злого духа», который должен был обитать среди гейзеров и горячих источников, а также потому что страна была недоступна и охота была лучше в долины ниже парковой зоны. Индийское название Йеллоустона было «Пылающие горы», и их суеверия легко понять. Только когда их преследовали и они искали убежища, чтобы спасти свою жизнь, группы индейцев входят в Пылающие горы. Есть еще реликвии их вигвамов вдоль дороги от лагеря Рузвельта до Мамонта и в Галлатинской части парка. Эти вигвамы были лишь временными дела, спрятанные в лесах и воздвигнутые, без сомнения, с целью скрывая свой дым от врагов. Йеллоустоун был чем-то вроде поле боя для четырех племен, которые жили вокруг него, Вороны, Черноногие, банноки и шошоны.

    Вороны, или Абсарока, как они себя называли, жили в районе между реками Йеллоустоун и Биг-Хорн и в долине Биг-Хорн и одноименных горах, к востоку от того, что сейчас Йеллоустонский Национальный Парк. Они были великими кочевниками и мародерами. Когда белые поселенцы впервые пришли в район Монтаны, Вороны украли много лошадей и другое имущество, которое они могли унести под покров ночи. Они были опытными наездниками, и это было почти невозможно поймать их, особенно если они укрылись за хребтом Абсарока на территории нынешнего Йеллоустона. Тем не менее они считались дружил с белыми и никогда не воевал против поселенцев. Они помогал Джону Колтеру, первому исследователю, а разведчики Кроу были проводниками для армии Кастера и были с ним в 1876 году, когда он и его войска были убит на Литтл-Биг-Хорне Сидящим Быком и сиу.

    Традиционными врагами Ворон были черноногие, индейцы Глейшер-парка. Всякий раз, когда бродячие группы Ворон и Встречались черноногие, неизменно завязывалась битва, в которой черноногие были обычно побеждает. Черноногие считались врагами белые, хотя они никогда не шли на тропу войны, как сиу. Черноногие, стреляя в каждого белого человека, которого они могли найти, вероятно, убили больше поселенцев, чем любое из племен, вышедших на тропу войны. Отношение воронов и черноногих к белым людям было восходит к сравнительно небольшому происшествию в жизни Иоанна Колтер.

    Когда экспедиция Льюиса и Кларка вернулась из Тихоокеанское побережье в 1806 году, проходящее в ста милях от Йеллоустона. Парк, Колтер, один из разведчиков, попросил разрешения остаться в Скалистые горы и сопровождать двух других торговцев мехом, работающих в Миссури. Река. Он был вдали от цивилизации четыре года, но был готов для большего количества дикой природы и лишений, чтобы исследовать девственную страна. В 1807 году Колтер, нанятый испанским торговцем мехом по имени Мануэль Лиза толкнул вверх по реке Йеллоустоун в поисках друзей. с соседними индейцами для торговца мехом. Он попал в группу Ворон и сопровождал их на юг в охотничьей экспедиции. Вороны встретил банду черноногих, и последовала битва. Колтер вполне естественно сражался на стороне своих друзей, Воронов, и на этот раз, вопреки как обычно исход сражений ворона и черноногих, вороны одержали победу. Это увеличило враждебность черноногих к белым людям, но помогло установить дружеские отношения с Воронами. Спустя годы Вороны стали хорошими друзьями белых торговцев, продвигающихся в Йеллоустоун.

    Третье племя индейцев было известно как шошоны. Этот великий народ жил к югу и юго-востоку от парка. Шошоны племена, жившие на границе Йеллоустона, были миролюбивыми индейцами. Они были насмешливо известны воронами и черноногими как «рыбоеды» и «корнекопатели» из-за того, как они добывали себе пищу. Они выкапывали свои корни, сушили их и перемалывали в муку, из которой они делали выпечку, известную как «кислое тесто». Шошоны любили рыбу, пища, которую вороны и черноногие презирали и ели только тогда, когда столкнулись с голодом. Ветвь шошонов под названием Тукуарика, но прозванные белыми «овцеедами», на самом деле жили в Йеллоустонском парке. в северной, восточной и южной частях. Они были боязливым народом, маленького роста, лишенный ума и инициативы. Они часто были видели в парке в первые дни.

    Четвертая нация индейцев, которая, вероятно, видела больше парк, чем любой другой в первые дни, были Bannocks. Эти жил к западу от парка на территории нынешнего Айдахо. Эти Бэнноки были мирное племя, которое каждое лето пересекало Йеллоустоун, чтобы добраться до страна буйволов. Они боялись этой переправы и предпочитали держаться подальше от владения Злого Духа, но их страх перед черноногими и Ворон было еще больше. Следовательно, Бэнноки выдержали Йеллоустоуне каждое лето, чтобы избежать драк и получить запас сушеных мясо буйвола.

    Еще один индийский эпизод, который занимает видное место в В анналах Йеллоустона запечатлен памятный полет вождя Джозефа и его Неза. Индейцы персе через парк в 1877 году. первых французских торговцев, потому что это племя прокалывало носы и носило кольца в носу, жили в западном Айдахо и восточном Орегоне, далеко за пределами Йеллоустонская территория. Они были обнаружены Льюисом и Кларком. Экспедиция и подружилась с белым человеком сразу. миссионеры и среди них жили торговцы и звероловы, превратившие нез-персе в Христианство. Одним из этих новообращенных был вождь Джозеф, индеец из выдающиеся способности, честность и интеллект. В конце концов он стал вождь племени.

    Нез-персе по ряду договоров уступили белые поселенцы важные участки сельскохозяйственных угодий в пределах их охоты основания. Многое из этого было сделано по совету вождя Джозефа, вопреки к пожеланиям других и старших советников племени, которые смотрели с большой тревогой посягательство на земли не персе. Наконец в 1877 год, когда золотая лихорадка заставила горняков поселиться в самом сердце Неза. Персе приземляется независимо от договорных прав, молодые храбрецы племени восстание, и несколько белых мужчин были убиты. Боевые действия велись против совет вождя Джозефа, призывавшего к терпению и миру; но однажды белый человек были убиты он понял, что правительство потребует мести на его племя. Это было началом одного из самых запоминающихся Индейские войны в американской истории.

    Вождь Джозеф решил, что единственный шанс для его племени было бегство в Канаду. Соответственно, обремененные женщинами, детьми, и имущество племени, он вывел нез-персе из Валлоуа Долина в восточном Орегоне, через Айдахо, в твердыни Йеллоустон, через парк и почти через Монтану, сражаясь со всеми путь, пока в пределах тридцати миль от его цели большинство индейцев не оказались пойман и захвачен. Вначале вождя Джозефа преследовали солдаты с запада. Он отбивался от них, перехитрил партии, посланные в преградить ему путь, перехитрить войска, посланные ему навстречу в Йеллоустоун и Монтане, и, несмотря на его большие недостатки и недостаток припасов, держался его группа вместе. Находясь в Йеллоустоне, нез-персе столкнулись с две отдельные группы туристов обменяли своих уставших лошадей на свежие у посетителей, конфисковали часть припасов и толкнули на, с женщинами и детьми, всегда ускользая от войск. В этом выдающейся хиджры, вождь Жозеф возглавил нез-персе более полудюжины горные хребты, через перевалы, считавшиеся непроходимыми, все время в чужой стране, пока он не достиг северной Монтаны, старый охотничьи угодья индейцев не персе на буйволов.

    Вождь Иосиф и его измученные соплеменники были в окружении двух отрядов ополченцев на Змеином ручье в Медвежьей Лапе Горы, в пределах видимости почти свободы. Генерал Майлз, чей восхищение было вызвано доблестным бегством вождя Джозефа, убежденного не-персе сдаться при условии, что они будут возвращены в их старый дом. Добросовестное соглашение генерала Майлза было игнорировалось правительством, которое относилось к не-персе как к преступникам и отправил большинство из них в тюрьму Ливенворт, а затем на Индийскую территорию, где многие погибли; но в 1885 году вождь Джозеф и остатки его племени были отправлены в резервацию в Вашингтоне. Здесь жил старый воин в течение двадцати лет, помогая и советуя своему народу. Однажды он сделал долгая поездка в Вашингтон, округ Колумбия, с визитом к президенту Рузвельту и генералу Майлз. Однако история вождя Джозефа является частью истории Йеллоустона. его люди никогда не жили в парке, кроме как в течение короткого периода когда они искали убежища там. Когда старый индеец умер в 1904, там ушел из жизни, пожалуй, самый выдающийся человек, произведенный его расой, в наши дни лет по крайней мере.

    Подобно тому, как черноногие являются частью Glacier National Парк, Вороны будут ассоциироваться с Йеллоустонским парком. В В 1925 году группе Ворон разрешили прийти в Йеллоустонский парк и помочь поймать большое стадо буйволов. Они носили свои древние охотничьи костюмы и ехали без седла, когда они преследовали буйволов по холмам Страна реки Ламар. Толпы полыни каждый день выходили посмотреть на Индейцы валят буйволов с гор. Однажды буйвол был убит случайно и отдан индейцам. Один старый индеец вспомнил, как подготовить его к сушке, и всю ночь Над этим буйволом работали индейцы, разрезая мясо на мелкие кусочки и раскатывая его на тонкие листы, которые вешают сушиться на веревке. Следующий дня издалека казалось, что индейцы устроили большой стирке, так как бизониное мясо занимало множество длинных очередей, натянутых между деревья. Индейцы не стали бы есть мясо в парке. Они сказали, что собирались отнести его обратно в резервацию со шкурой и головой и есть большой танец.


    (из издательства Стэнфордского университета) выпуск)

    Конкурсы национальных парков, большинство из которых разработан покойным Гарнетом Холмом, бывшим мастером театрализованного представления Служба национальных парков, сохраните большую часть наших индийских знаний. Теная, театрализованное представление Йосемити, названное в честь индейского вождя, правившего Йосмитом Долина, когда пришли белые люди, изображает вырывание знаменитого долины от индейцев. Урса из Красного леса разыгрывает легенды гигантских красных деревьев в Национальном парке Секвойя. Каса Гранде изображает церемонии, с помощью которых индейцы пустыни Аризоны и Нью-Йорка Мексика направила свои молитвы богам дождя. Во всех этих открытых драмов, мистер Холм углубился в историю и попытался сохранить легенды и правдивые истории индейцев настолько близко, насколько это возможно. Еще одно прекрасное театрализованное представление — Маска Абсароки, 9.0248 представлен жители Бозмана, штат Монтана, хранят легенды о Воронах. Служба национальных парков поощряла эти конкурсы как средство возрождение живописных и интересных индийских церемоний, одной из первые черты индийской жизни исчезают, когда туземец принимает образ жизни белого человека.


    Район, который сейчас называется парком Роки-Маунтин, был излюбленное место охоты индейцев арапахо и шайеннов. Они посетили этой стране во все времена года, но возвышенности только в лето и осень. Индийские имена были даны многим чертам территории парка, а их переводы давно использовались белые, но, к сожалению, почти все исчезли. Сражения были воевали на территории, которая сейчас является парком, согласно доказательствам, обнаруженным каменные нагромождения и другие, по-видимому, человеческие вмешательства в естественные условия, которые нельзя отнести к белым поселенцам. Скалистая гора Район парка, особенно открытая местность Эстес-парка, должно быть, был рай для индейской охоты в определенное время года, и можно представьте сегодня большие деревни вигвамов среди красных и желтых осин осенние листья, когда олени и лоси спускаются с возвышенностей с первыми бурями.

    к западу от Скалистых гор, несомненно, шошоны, юты и другие племена Вайоминга и Юты, возможно, пришли охотиться на то, что сейчас Район Гранд-Лейк в парке Роки-Маунтин и, возможно, в этих отдаленных регионов возникали конфликты между сторонами, круглогодично территории находились по разные стороны континентального водораздела.

    Индейцами страны Сион-Парка были пиуты, племя, населявшее большую часть Юты, почти всю Неваду и восточная Калифорния, за Сьеррой. В долине Оуэнс были пиюты в Сьерра-Неваде, а в шестидесятых годах они были такими свирепыми и воинственными, что Соединенным Штатам пришлось ввести войска, чтобы подавить их. Форт Независимость была построена как база для этих войск. Сегодня эти индейцы можно увидеть в коротких поездках из парка Йосемити.

    Пиуты доставили неприятности первым эмигрантам, сначала мормонам, затем калифорнийским золотоискателям. Строка ранние мормонские форты были построены в штате Юта для защиты от этих краснокожие. Один из этих фортов находится в Пайп-Спринг в северной Аризоне. сейчас находится в национальном памятнике, охраняемом Службой национальных парков. Однако этот форт использовался в основном для защиты первых поселенцев. от мародерствующих банд навахо с юго-востока.

    Одна из самых страшных массовых убийств, зарегистрированных в Америке истории была резня на Маунтин-Медоуз в южной части штата Юта, совершенная Пиутесом и возглавлявшими их белыми ренегатами. Это произошло недалеко из Zion Park по дороге в Калифорнию. Целый эмигрантский эшелон был догнали эти индейцы и их белые лидеры, и большинство члены пионерского отряда были убиты.

    Солт-Лейк-Сити был гаванью безопасности и мира, Сион первых поселенцев мормонов. В южной части штата Юта каньон Ручей Мукунтуип, рукав реки Вирджинии, был местом, где Мормонские пионеры южной части территории могли укрыться от индейцы во время опасности. Они назвали этот каньон Малым Сионом. сегодня этот каньон является главной достопримечательностью Национального парка Зайон. В нем и в соседнем каньоне Парунувип много признаков доисторического народы. В этих каньонах, как и в других, были скальные жилища. постройки на скалах и в долине.

    В национальных парках Калифорнии можно найти следы совершенно другой тип индейца. Туземцы, проживающие в г. предгорья Сьерра-Невады известны как индейцы копателей. Они есть оценивается низко в классификации индийцев. Жизнь была для них проста. В благоухающем климате им не нужно было убежища, и они питались орехами, корнями, растениями и такими мелкими животными, как могли стрелять, добавляя к этому рациону деликатесы кузнечиков. Они были из того же общего типа индейцев, что и те, кого францисканские священники собрались в калифорнийских миссиях. Под руководством миссионеров, калифорнийские индейцы были честными работниками, но в в естественном состоянии они не развили никакого другого искусства, кроме плетения корзин.

    В Национальном парке Секвойя племя Потвиша Копатели жили и процветали. Разделительная линия между их территорией а следующее племя, Ватчумна, жило на Холме печи для обжига известняка, недалеко от Лимонная бухта. Самый ранний посетитель региона, который сейчас является парком Секвойя. был Хейл Д. Тарп, приехавший в эту страну в 1856 году. Он сказал судье Фрай, много лет проработавший рейнджером и управляющим парком, когда он первым вошел в долину реки Кавеа, там было две тысячи Индейцы вдоль главной реки и ее ответвлений над Лемон-Коув.

    В долине Йосемити жил выдающийся и замечательная группа индейцев, ветвь племени мивок. Они позвонили себя йосемиты, в честь гризли, имя, выбранное в честь битве, в которой один из их храбрецов победил большого медведя. Йосемиты в долине Ахвахни, «мирной травянистой долине», как они называли Долина Йосемити, все, что индейское племя может просить у своих богов. Это было хорошее охотничье угодье. Много было в желудях, от которых Йосемитес приготовил еду. Здесь был прекрасный климат, а лучше всего было настолько уединенный, что индейцы были уверены, что до него никогда не доберутся белый мужчина.

    Под руководством способного вождя Теная Йосемиты превратились в воинственную нацию. Они приняли в свои племени беженцы из других калифорнийских племен, многие из них разыскиваются за грабежи белых поселенцев внизу. Таким образом, Теная построила силу его боевой силы, и он также стал ответственным за действия индейцев, которых он не мог контролировать. Когда золотоискатели начали продвигаться вверх по реке Мерсед, пока не оказались в опасной близости от крепость йосемитов, некоторые храбрецы Тенайи отправились на тропе войны, убивали шахтеров, совершали набеги и сжигали магазины и сеяли хаос до тех пор, пока белые в отместку посылали различные экспедиции, чтобы наказать индейцы. В один из таких случаев Теная и его храбрецы с женами и детей, бежали через горы в землю моносов, племени индейцев Невады, у которых йосемиты обменивали желудевую муку на сосну орехи и обсидиан, из которого делали наконечники стрел. Моно были относящийся к пиютам. От пустынных племен дальше на восток они приобрел лошадей и научился на них искусно ездить. Моно были гордятся своими лошадьми.

    В час нужды монос дали йосемитам кров и еда. Теная с благодарностью приняла его. Он остался с Моноса до тех пор, пока белые люди не отошли от его крепости, затем он повел свой люди возвращаются в долину Йосемити. Йосемиты отплатили за гостеприимство Моно, украв часть их лошадей. Не катаясь на индейцах, Йосемиты ценили лошадей только как пищу. Когда разгневанный Монос настигли йосемитов, последние наелись конина. В последовавшей битве им не ровня Монос, практически уничтоживший племя йосемитов, включая Теная. сам.

    Вулканический национальный парк Лассен, на севере Калифорния, это историческая земля. Одна из старых эмигрантских троп проходит через северную часть парка и сегодня является одним из самых интересные особенности региона. На северо-востоке лежат лавовые пласты. где в 1872 и 1873 годах происходили знаменитые Модокские войны. горький, и многие поселенцы и солдаты, а также индейцы были убит. Модоки все еще населяют страну Лассен, и их можно найти вплоть до Орегона, где были установлены их древние контакты с Кламаты; но они редко заходят в парк и посетитель этого региона следует искать индейцев в более северных долинах.

    Национальный парк Кратер-Лейк находится в самом сердце Страна индейцев Кламат. Когда человек идет на юг или восток входы в этот парк он проходит через индейский кламат заповедник, в котором много широких горных лугов и роскошных лесов. Кламаты доставили немало хлопот, когда белые впервые вошли в их территории, и правительству пришлось построить форт Кламат и станцию там войска, чтобы заставить индейцев замолчать; но это было незадолго до того, как они попал под влияние миссионеров и перешел к мирным занятия. Старый форт Кламат был живописным напоминанием о первых днях штата Орегон и стоял у дороги, ведущей в Кратер-Лейк-Парк, до самого совсем недавно. Парк Кратер-Лейк фигурировал в легендах Кламаты.

    Индейцы к западу от Ренье-Парка и в Олимпийском были диггеры, во многом похожие на тех из племен Калифорнийское побережье и внутренние долины. Это были Нисквалли, Пуяллап и племена Каулиц, все низкорослые, плосколицые, непривлекательные. индейцы, которые доставляли белым поселенцам очень мало хлопот и не сильно ссорятся между собой. Они ловили рыбу, в основном лосося, выкапывал моллюсков в песках Пьюджет-Саунд, а летом собирал ягоды и корни в горах.

    Совсем другие характеристики Якимы и кликитаты, жившие за территорией парка на востоке. Они напоминали индейцев равнин. Они были высокими, гибкими и обладали сильным Особенности. Они владели лошадьми и были отличными наездниками. Они были охотниками, и каждый год приходили на великую гору, чтобы выследить дикую природу. козел, олень, медведь и большой лось, который раньше бродил по этой стране в большие полосы.

    Многие из этих племен поклонялись горе Ренье, которая из-за их религиозного почитания автор Джон Х. Уильямс под названием «Гора, которая есть Бог», в названии одной из лучших книг, было написано в парке, в котором он находится. Индейцы смотрели с вызывают тревогу попытки белых людей взобраться на гору Рейнир. Рекорды различных партий, взявшихся взобраться на гору, рассказывают о трудности с поиском индийских гидов. В записях сохранилось стороны Стивенса искреннее предостережение, высказанное Слуискиным, индийским проводник экспедиции, отказавшийся выходить за пределы Райской долины. Сказал он своим белым друзьям:

    «Послушайте меня, мои хорошие друзья. Я должен поговорить с вами. Ваш план восхождения на Тахому (одно из индийских названий горы Ренье) это все глупость. Никто не может сделать это и жить. Могучий вождь обитает на вершине в огненном озере. Он не терпит злоумышленников. Много лет назад мой дедушка, величайший и храбрейший вождь всех Якима, поднялся почти до вершины. Там он увидел огненное озеро и адский демон пришел, чтобы уничтожить его, и он бежал вниз по гора, рад спасти свою жизнь. Где он потерпел неудачу, ни один другой индеец когда-либо осмеливался сделать попытку. Сначала путь легкий, задача кажется легкий. Широкие снежные поля, по которым я часто охотился на горный козел, предложите манящий путь. Но над ними вам придется карабкаться по крутым скалам, нависающим над глубокими ущельями, где оплошность могла бы швырнуть вас далеко вниз, на верную смерть. Вы должны ползти по крутому снегу берега и пересекают глубокие расщелины, где горный козел с трудом удерживался его опора. Вы должны подняться по крутым скалам, где скалы постоянно падает, чтобы раздавить вас или сбить с ног в бездонную глубины. И если вам удастся избежать этих опасностей и добраться до великого снежного купол, там лютый холод и яростная буря унесет вас в пространство, как увядший лист.