Русские подводные лодки в Порт-Артуре » Военное обозрение
Русско-японская война стала первым военным конфликтом в мировой истории, участие в котором приняли подводные лодки — новый тип боевых кораблей. Отдельные случаи и попытки применения подлодок в военных целях были зафиксированы и ранее, но лишь к концу XIX века развитие науки и техники позволило разработать полноценную подводную лодку. К 1900 году ни в одном военно-морском флоте мира еще не было на вооружении боевых подводных лодок. К их постройке главные мировые державы приступили практически одновременно в 1900-1903 годах.Именно в начале XX века подлодки наконец-то начали рассматривать как оружие, которое давало возможность защищаться на море даже против более сильного противника. Развитию подводного флота в эти годы способствовало отчасти и то, что флотоводцы начала прошлого века рассматривали их как разновидность миноносцев, полагая, что подлодки в будущем смогут заменить отмирающий класс надводных миноносцев. Все дело было в том, что распространение и развитие современной скорострельной артиллерии и прожекторов, которые ставились на боевые корабли, существенно уменьшало возможности применения миноносцев — их действия, по большей части, ограничивались теперь только ночными часами. В то же время подлодки могли действовать и ночью, и днем. И хотя новые подводные боевые корабли было еще далеки от совершенства, их освоение сулило странам громадные тактические преимущества.
Почти с самого момента атаки миноносцев японского флота 27 января (9 февраля) 1904 года на русскую эскадру в Порт-Артуре российская крепость подверглась достаточно плотной морской блокаде. Неэффективность обыкновенных способов преодоления данной осады заставляла офицеров искать нестандартные решения. Главную роль в этом процессе, как и всегда, играли энтузиасты, которые предлагали командованию флота собственные проекты в самых различных отраслях военной техники: заградительные боны, оригинальные противоминные тралы, и, наконец, подлодки.
Ставший в будущем достаточно известным кораблестроителем М. П. Налетов (1869-1938 годы) при поддержке высших офицеров флота занимался строительством подводной лодки — минного заградителя по собственному проекту, работа кипела в мастерских Невского завода, расположенного на полуострове Тигровый Хвост, ранее здесь собирались миноносцы. Скрытно, в подводном положении, лодка должна была выйти на внешний рейд и выставить минные заграждения на пути следования японской эскадры. Идея постройки подводного минного заградителя появилась у Налетова в день гибели российского броненосца «Петропавловск», однако к постройке подводной лодки он приступил только в мае 1904 года.
Закончив строительство корпуса лодки (это был стальной клепаный цилиндр с коническими оконечностями водоизмещением 25 тонн), М. П. Налетов прекратил на этом работы — в Порт-Артуре не было подходящего двигателя. Назначенный командиром недостроенной лодки мичман Б. А. Вилькицкий (в будущем полярный исследователь, в 1913-14 годах он открыл и описал архипелаг Северная Земля), потеряв веру в успех данного проекта, вскоре отказался от командования лодкой. Дальнейшая судьба этого необычного проекта остается неизвестной: по одним сведениям, М. П. Налетов перед самой сдачей крепости приказал разобрать внутреннее оборудование лодки, а корпус подлодки был взорван, по другим сведениям — подводная лодка погибла, находясь в сухом доке Порт-Артура, во время очередного обстрела японской артиллерии. Уже позднее свою идею подводного минного заградителя Налетов смог реализовать в подводной лодке «Краб», которая вошла в состав российского флота в 1915 году и успела принять активное участие в Первой мировой войне на Черном море.
Второй проект субмарины, который был предложен в Порт-Артуре, был связан с попыткой модернизировать старую подлодку Джевецкого, которая штатно находилась на вооружении морских крепостей России еще с конца XIX века. Подлодка была найдена в марте 1904 года на одном из складов крепости, нашел ее подполковник А. П. Меллер, который прибыл в крепость вместе с адмиралом Макаровым для оказания помощи по ремонту поврежденных кораблей. Эта субмарина была достаточно архаична даже по тем временам. Она имела педальный ножной привод, на лодке не было перископа, а также минного вооружения. Однако корпус лодки, рулевые приспособления и остойчивость в полуподводном положении признавались удовлетворительными. Подполковник Меллер проявил к подлодке интерес и решил взяться за ее восстановление. При этом из-за сильной занятости в связи с ремонтом боевых кораблей русской эскадры Меллер не мог уделять достаточно времени работе с лодкой. По этой причине работы по модернизации субмарины продлились до 28 июля (10 августа) 1904 года. До тех пор, пока Меллер после выхода эскадры для прорыва во Владивосток, не покинул осажденную крепость (на миноносце «Решительный» через Чифу).
С отъездом из Порт-Артура Меллера ремонт подлодки остановился на два месяца, работы вновь возобновились только в октябре 1904 года, когда младший инженер-механик броненосца «Пересвет» П. Н. Тихобаев принял решение установить на подлодку бензиновый двигатель. Контр-адмирал Лощинский для содействия Тихобаеву в работе назначил в качестве командира подводной лодки мичмана Б. П. Дудорова. По ходатайству последнего командовавший русской эскадрой Р. Н. Вирен отдал для переоборудования подлодки двигатель со своего катера. Корпус подводной лодки был разделен на два герметичных отсека: передний отсек управления, в котором располагались машинист и командир лодки, и задний отсек — машинный. По бортам субмарины были смонтированы два решетчатых минных (торпедных) аппарата с катеров броненосцев «Пересвет» и «Победа», также был изготовлен самодельный перископ. Лодка строилась в Минном городке на Тигровом хвосте: здесь находились мастерские, к тому же данное место очень редко подвергалось японским обстрелам.
В начале ноября 1904 года в Западном бассейне прошли первые ходовые испытания подводной лодки, которые, впрочем, завершились неудачно: отработанные газы проникли в отсек управления лодкой, по этой причине Дудоров и машинист лодки потеряли сознание, а сама субмарина затонула на небольшой глубине. Но благодаря распорядительности Тихобаева, который сопровождал подлодку на катере (сам он из-за полноты и своего высокого роста не мог поместиться в лодке), субмарину удалось спасти вместе с экипажем. Для предотвращения попадания отработанных газов работающего двигателя в отсек управления П. Н. Тихобаев придумал конструкцию специального насоса. При этом после занятия горы Высокая 22 ноября (5 декабря) японцы приступили к ежедневным обстрелам внутренних гаваней российской крепости. По этой причине субмарину решено было перевести на внешний рейд, где под Золотой Горой, в бухточке, которая была образована двумя приткнувшимися к берегу японскими брандерами, работы по модернизации лодки были продолжены.
При этом на одном из брандеров оборудовали жилые помещения и мастерскую. При сильном волнении на море подводную лодку на талях поднимали на борт брандера. Все работы были закончены к вечеру 19 декабря 1904 года (1 января 1905). На следующий день планировалось провести новые испытания подлодки. Но в ночь на 20 декабря (2 января) произошла сдача Порт-Артура японцам. Утром того дня по приказанию контр-адмирала Лощинского Дудоров вывел субмарину на глубину и затопил ее на внешнем рейде крепости. Основные тактико-технические характеристики данной порт-артурской лодки остаются неясными до сих пор. Так как на подводной лодке был установлен бензиновый двигатель, то она была, по сути, полуподводным судном (подобно катеру «Кета» лейтенанта С. А. Яновича), либо непосредственно перед проведением атаки «ныряла» на несколько минут под воду.
Однако, не выполнив своего прямого предназначения, эти порт-артурские подводные лодки сыграли свою роль в психологической войне против японцев. Пресса в России несколько раз публиковала статьи, которые сегодня назвали бы «утками», о наличии в Порт-Артуре российских подлодок. При этом наличие в крепости русских субмарин японцами предполагалось. На составленной японцами после сдачи Порт-Артура схеме расположения затопленных русских кораблей была обозначена подлодка или то, что японцы тогда приняли за нее. При тогдашнем примитивизме конструкции лодок, их очень небольшом водоизмещении и болезненном воображении за останки корпуса субмарины можно было принять цистерну или какие-то части портовых сооружений.
Следует отметить, что на начало XX века подавляющее большинство офицеров российского военно-морского флота считало излишним вводить в его состав подлодки и тратить денежные средства на их постройку. Некоторые офицеры высказывали мнение, что подводная лодка под водой ничего не увидит или увидит очень мало, поэтому ей придется атаковать неприятельские корабли «ощупью», выпуская имеющиеся на борту торпеды вслепую, не имея шансов поразить цель. Другие офицеры, которые привыкли к комфорту кают надводных боевых кораблей, говорили о том, что подлодки не боевые корабли, а только лишь аппараты, остроумные по конструкции приборы для подводного плавания и прототипы будущих подводных миноносцев.
Лишь некоторые из флотских офицеров уже тогда понимали перспективы и силу нового морского оружия. Так, Вильгельм Карлович Витгефт очень высоко ценил зарождающееся подводное оружие. Еще в 1889 году, будучи в чине капитана 2-го ранга, он отправился в длительную командировку за границу, для того чтобы изучить минное оружие и подводный флот. В 1900 году уже контр-адмирал Витгефт обращался к командующему морскими силами на Тихом океане с докладной запиской. В записке он писал: «Вопрос о подлодках на данный момент времени настолько продвинулся вперед, к кратчайшему решению, что начал обращать на себя внимание всех флотов мира. Не предоставляя еще достаточно удовлетворительного решения в боевом отношении, субмарины, однако, уже считаются оружием, которое в состоянии произвести сильное нравственное воздействие на противника, раз он в курсе того, что подобное оружие может быть использовано против него. В этом вопросе русский флот шел впереди других флотов мира и, к сожалению, по различным причинам остановился после завершения первых более или менее удачных опытов и экспериментов в этой области».
В порядке опыта контр-адмирал просил установить торпедные аппараты на старых подводных лодках Джевецкого 1881 года, обладающих педальным приводом, и просил прислать лодки на Дальний Восток. При этом доставку он предлагал осуществить на пароходе Добровольного флота с обязательным посещением японских портов, так чтобы подлодки гарантировано были замечены японцами. В итоге пароход «Дагмар» доставил «посылку» в крепость, а расчет контр-адмирала себя оправдал. Когда в апреле 1904 года возле Порт-Артура на минах подорвались японские броненосцы «Хацусе» и «Ясима», японцы посчитали, что они были атакованы русскими подводными лодками, при этом вся японская эскадра яростно и долго стреляла в воду. Японцы были осведомлены о наличии в Порт-Артуре российских подлодок. Слухи о них печатались и в прессе. Верный своей идее о моральном значении нового подводного оружия, Вильгельм Витгефт приказал при подрыве японских броненосцев на минах дать радиограмму, что адмирал благодарит подводные лодки за удачное дело. Японцы благополучно перехватили эту радиограмму и «приняли информацию к сведению».
В определенной мере у японского командования были все основания опасаться действий русских подводных лодок. Еще до начала военного конфликта со страной восходящего солнца, командование русского флота пробовало создать в крепости Порт-Артур собственные подводные силы. Помимо уже упомянутой подлодки Джевецкого в крепость была доставлено, вероятно, еще в 1903 году лодка французского конструктора Т. Губэ, ее привезли на борту броненосца «Цесаревич». Водоизмещение лодки составляло 10 тонн, экипаж 3 человека. Она могла в течение 6-7 часов поддерживать скорость хода в 5 узлов, вооружение лодки составляли 2 торпеды. В первые же дни войны вместе со специальным эшелоном на Дальний Восток был отправлен и начальник рабочего отряда Балтийского завода Н. Н. Кутейников. Он являлся строителем подлодки «Петр Кошка» и, скорее всего, в числе прочих грузов по железной дороги на Дальний Восток России двигалась и эта подводная лодка. Она обладала в те годы очень важным преимуществом — ее можно было разобрать на 9 частей, после чего ее легко можно было транспортировать обыкновенными железнодорожными вагонами.
Думали российские моряки и о возможном использовании подводных лодок противником. Так, адмирал С. О. Макаров, который был одним из инициаторов использования торпедного оружия, отлично представлял себе степень подводной угрозы для боевых кораблей. Уже 28 февраля 1904 года он в приказном порядке потребовал на каждом боевом корабле нарисовать силуэты подлодок в надводном, позиционном положении, а также под перископом. Помимо этого были выделены специальные сигнальщики, которые должны были вести наблюдение за морем и опознавать подводные лодки. Кораблям вменялось в обязанности вести огонь по обнаруженным подводным лодкам, а миноносцам и катерам идти на таран субмарин.
К концу лета 1905 года во Владивостоке удалось собрать 13 подлодок, но качества этих субмарин не отвечали условиям дальневосточного театра военных действий, а общим их недостатком была малая дальность плавания. Наспех построенные и отправленные на Дальний Восток с плохо подготовленными или вовсе необученными командами они использовались крайне плохо. Подлодки не были объединены единым руководством, отсутствовали и необходимые для них базы. Помимо слабо оборудованной базы в самом Владивостоке, в других местах побережья, какие-либо пристани и пункты, в которых подводные лодки могли пополнить свои запасы, отсутствовали. Большое количество дефектов и недоделок, а также различных технических проблем мешало командирам-подводникам обучать экипажи. Вместе этого личный состав много своего времени тратил на ремонт и работы производственного характера. Все это вкупе с отсутствующей организацией боевого использования субмарин свело их участие в Русско-японской войне к минимуму, однако впереди зарождающийся подводный флот ждало большое будущее.
Источники информации:
http://www.adfontes.veles.lv/warriors_trad/submarines/rus_submarine.htm
http://flot.com/users/lapin/Imperial/ru_jap_war.htm
http://warspot.ru/41-russkie-submariny-v-port-arture
http://coollib.com/b/291274/read
topwar.ru
Первые подводные лодки Российской Империи
Российскому подводному флоту исполнилось 110 лет.На рубеже XIX-XX вв. в руководстве Российской империи начали отчетливо понимать необходимость создания собственного военного подводного флота.
Необходимость эта была вызвана успешным развитием подобной кораблестроительной отрасли в странах Европы и в США. И уже в январе 1901 года по предложению главного инспектора кораблестроения России генерал-лейтенанта Е.Н.Кутейникова в Санкт-Петербурге началось профессиональное проектирование отечественных боевых подводных лодок. К этому времени уже было освоено промышленное производство электродвигателей и электрических аккумуляторов, позволяющих обеспечить движение подводной лодки в подводном положении, двигателей внутреннего сгорания, в том числе дизелей, которые обладали высокой экономичностью и оказались наиболее пригодными в качестве двигателей надводного хода. В качестве подводного оружия для подводных лодок наиболее эффективными оказались торпеды, которые позволяли им атаковать надводные суда стоящие как на якоре, так и движущиеся в открытом море.
4 января 1901 года морское министерство утвердило «Строительную комиссию подводных лодок», которую возглавил талантливый инженер-кораблестроитель И.Г.Бубнов. Комиссия разработала проект 1-ой отечественной боеспособной подводной лодки «Дельфин». В 1901 г. И.Г.Бубнов был назначен её строителем при Балтийском заводе, руководил её испытаниями и сдачей флоту в эксплуатацию.
29 августа 1903 года практически полностью готовую и стоявшую у достроечной стенки завода первую подводную лодку «Дельфин» посетил император Николай II. Государь остался доволен, и лодка была принята на вооружение. Так было положено начало созданию подводных сил Российского флота. Надо отметить, что постройка подводной лодки «Дельфин» носила явно экспериментальный характер и большой боевой ценности она не имела. Это был первенец наших подводных сил.
Император Николай II принимает доклад командира подводной лодки «Дельфин» капитана II ранга М.К. Беклемишева на Балтийском судостроительном заводе.
В связи с началом строительства подводных лодок остро встал вопрос о подготовке кадров: команд и офицеров-специалистов для службы на них: они комплектовались исключительно из добровольцев. Обучение проходило на подводной лодке «Дельфин», которая была и первой учебной подводной лодкой по подготовке специалистов-подводников, а капитан 2 ранга М.Н.Беклемишев их первым командиром-наставником и учителем.
Не обошлось и без потерь. Так 29 (16) июня 1904 г. во время 18-го учебного погружения на Неве подводная лодка «Дельфин» затонула. Командовал «Дельфином» в этот выход лейтенант А.Н.Черкасов. На лодке кроме него находились два офицера и 34 нижних чина, из которых только четверо принадлежало к команде «Дельфина», остальные осваивали азы подводного плавания «с целью приучения их к нахождению на лодке в подводном положении». А.Черкасов очевидно не учел перегрузку лодки (24 человека весят около 2 т) и, как следствие этого, большую, чем обычно, скорость погружения.
Нештатную ситуацию усугубили конструктивные недостатки лодки. Спаслось только 2 офицера и 10 матросов. Лейтенант А.Н.Черкасов и 24 матроса выйти не успели и погибли. Через трое суток подводную лодку подняли. Подводников похоронили на Смоленском кладбище. На надгробии выгравированы 24 фамилии погибших. Рядом в отдельной могиле захоронен лейтенант А.Н.Черкасов. На его надгробии имеется надпись: «Здесь покоится тело лейтенанта Анатолия Ниловича Черкасова погибшего на миноносце «Дельфин» 16 июня 1904 г. вместе с командою 24 чел. Нижних чинов». Это были первые потери первой боевой подводной лодки Российского флота.
«Дельфин» во Владивостоке
Русско-японская война 1904-1905 гг. стала первой в мировой истории, в которой приняли участие подводные лодки – корабли нового типа, которые к этому времени еще только начинали занимать свое место в составе военных флотов ведущих морских держав мира.
В апреле 1904 года у Порт-Артура на минах подорвались броненосцы «Ясима» и «Хацусе», японцы же посчитали, что их атаковали подводные лодки, и вся эскадра долго и яростно стреляла в воду. Командующий 1-й Тихоокеанской эскадрой контр-адмирал В.К.Витгефт приказал при подрыве японских броненосцев дать радиограмму, что адмирал благодарит подводные лодки за удачное дело. Конечно, японцы перехватили это сообщение и «приняли его к сведению». В 1904 году во Владивосток по железной дороге начали отправлять подводные лодки.
В конце декабря 1904 года там уже находились восемь подводных лодок. 14 (1) января 1905 г. приказом командира Владивостокского порта все эти лодки организационно вошли в Отдельный отряд миноносцев, который, в свою очередь, подчинялся начальнику Владивостокского отряда крейсеров контр-адмиралу К. Я. Иессену. Непосредственное руководство действиями Отдельного отряда возложили на командира подводной лодки «Касатки» лейтенанта А.В. Плотто, а его заместителем был назначен лейтенант И.И.Ризнич, командовавший подводной лодкой «Щука». А.Плотто был первый командир первого тактического Отдельного отряда подводных лодок (Родился А.В. Плотто 12 марта 1869 г., впоследствии вице-адмирал, военно-морской деятель, теоретик и практик подводного плавания. Умер в 1948 г. в возрасте 79 лет, похоронен в Пирее (Греция)). К концу 1905 года во Владивостоке находилось 13 единиц подводных лодок.
Ни в одной из стран мира к началу русско-японской войны еще не было выработано осмысленных взглядов на роль подводных лодок в составе их флотов. Поэтому Морскому ведомству России приходилось разрабатывать планы использования своих подводных лодок в войне на море, не имея никакого опыта. Никто реально не представлял, на что способны подводные лодки и как они должны действовать.
Командир «Сома» лейтенант князь Владимир Владимирович Трубецкой писал, что «…лодками, по существу, никто не руководил, а тем командирам, которые хотели что-либо сделать, инициативы не давали…». И далее: «…Все приходилось делать впервые, даже придумывать командные слова для управления лодкой. В основном их разработал командир «Ската» лейтенант Михаил Тьедер и командир «Щуки» лейтенант Ризнич» (многие из этих «командных слов» сохранились и до нашего времени: «По местам стоять. К всплытию», «По местам стоять. К погружению», «Продуть балласт», «Осмотреться в отсеках» и другие). Их боевая деятельность свелась к несению дозорной службы, ведению ближней разведки и охране побережья в районе Владивостока.
Только в одном случае русским подводным лодкам при несении дозорной службы и ведении разведки удалось обнаружить японские корабли. Впервые в практике боевых действий русский офицер-подводник командир «Сома» — лейтенант князь В. В. Трубецкой видел в перископ не учебный щит-цель, а корабли врага. Он принял решение атаковать противника. «Сом» погрузилась и начала маневрирование с целью занятия удобной позиции для залпа, но японские корабли обнаружили её, открыли огонь и пошли на таран. «Сом» погрузилась на 12 метров и произвела маневр уклонения с целью снова занять удобную позицию для производства торпедного залпа. Но внезапно опустившийся на море туман позволил кораблям противника скрыться. Хотя боевого столкновения не произошло, и эта атака не была успешной, но она сыграла положительную роль.
Этот случай стал попыткой первой подводной атаки в истории отечественного подводного флота и совершил ее лейтенант князь В.В. Трубецкой. Впервые в мировой истории встретились новые противники — надводные корабли и подводная лодка, начав в тот далекий день противостояние, неоконченное и по настоящее время.
Поначалу подводные лодки относились к классу миноносцев. К 1906 году Россия имела 20 таких подводных миноносцев. Это обстоятельство привело к тому, что 11.03.1906 года по Морскому ведомству морским Министром вице-адмиралом А.А.Бирилевым был подписан приказ №52, в котором государь император учредил новый флот в России — подводный.
С этого времени и началась история подводных сил России как рода сил Военно-Морского Флота. Уже через три недели после приказа №52 был официально создан первый в России учебный отряд подводного плавания. Целью отряда была подготовка кадров подводников, приемка подводных лодок от промышленности, их укомплектование, ввод в строй.
«Форель»
Эта лодка была построена Круппом в 1902-1903 гг на свои средства, чтобы привлечь внимание германского правительства к подводным лодкам, строительство которых приняло широкие масштабы в главнейших морских государствах. Таким образом, «Форель» была зародышем германского подводного флота. Лодка строилась под большим секретом, но не имела боевого значения.
Водоизмещение «Форели» составляло 17/18 т. Батарея электрических аккумуляторов и электродвигатель обеспечивали лодке скорость хода не более 4-5 узла и дальность плавания около 20 миль при скорости 3.5 узла. Вооружение лодки состояло из 2 торпедных аппаратов, установленных вне корпуса 2.
Эта лодка по прибытии во Владивосток вызывала недоверие у русских моряков, среди которых не находилось желающих плавать на ней. Только после плавания на «Форели» самого Беклемишева нашлись матросы, изъявившие желание служить на этой лодке. Однако в море она не выходила, отстаиваясь в гавани «в состоянии готовности» с сентября 1904 г.
«Сом»
Подводная лодка «Сом» (б. «Фультон») – одна из первых боевых подводных лодок, построенных фирмой Голланда, намеревавшейся продать ее правительству США. В связи с началом войны с Японией приобрела эту лодку Россия. Лодка была собрана окончательно в Петербурге на Невском заводе и отправлена во Владивосток. 1 февраля 1905 г. лодка была готова к выходам в море, но на ней отсутствовали торпеды, оставшиеся в Петербурге (они прибыли только в конце марта). Первую практическую стрельбу на «Соме» произвели 13 апреля.
Мореходные качества этой лодки были невысоки. Часто выходил из строя бензиновый мотор. Командир лодки докладывал: «В цилиндрах бензиномотора, по окончании плавания под водой, всегда оказывается вода; принятые меры не привели к желаемым результатам». Кроме того, была ненадежной батарея аккумуляторов.
«Щука»
Эта лодка типа «Сом» была построена Невским заводом в 1904 г. по проекту Голланда, отправлена из Петербурга на Дальний Восток летом 1905 г. и собрана окончательно во Владивостоке 4 ноября 1905 г. Задержка в готовности лодки произошла из-за множества переделок, в частности, переделок воздухопровода.
На «Щуке» условия обитаемости личного состава были значительно хуже из-за применения более длинных торпед, занимавших в носовом отделении, где помешалась команда, много места. Командир лодки доносил, что жизнь команды в походах «становится невыносимой».
«Касатка»
Четыре лодки этого типа прибыли во Владивосток в середине декабря 1904 г.; из них лишь одна «Касатка» до отправки на Дальний Восток была испытана в Финском заливе на погружение и подводный ход. По окончании монтажа во Владивостоке, в марте 1905 г. «Касатка» ходила под водой.
9 апреля «Касатка» вышла к корейским берегам и прошла южнее залива Гишкевича. Пробыв в походе 7 дней, лодка вернулась из-за оборжавления торпед. Командир доносил, что стальные торпеды непригодны для активных действий (на самом же деле виновато было только отсутствие смазки торпед).
«Скат»
Лодка прибыла во Владивосток с большими недоделками. Окончательно была собрана 29 марта 1905 г. и с 3 апреля начала выходить в море с целью учебно-боевой подготовки. Стрельба торпедами началась 13 июня; из 10 выстрелов 6 были удачными, 3 торпеды сошли с курса и одна зарылась.
Во время плавания выяснилось много недостатков. В отзывах командира лодки отмечалась медленность погружения: «цистерны удавалось заполнить в течение 5-6 минут». Кроме того, отмечалась трудность управления вертикальным рулем: «Чтобы переложить с борта на борт руль, требуется 140 оборотов штурвала… рулевой сильно утомляется… отсюда следует запоздание действия рулем и большая циркуляция под водой». Наряду с этим командир доносил о вертикальной неустойчивости лодки на подводном ходу и предлагал увеличить площадь горизонтальных рулей, сделав их более сбалансированными. В отчете особо отмечался конструктивный недостаток рубки: в штормовую погоду вода попадала в лодку через входной люк. который нельзя было закрывать при работе бензиновых моторов.
«Фельдмаршал граф Шереметев»
Эта лодка была собрана окончательно во Владивостоке и начала плавать в первых числах мая 1905 г. 9 мая было повреждено динамо, которое исправляли 10 дней. Затем лодка приступила к торпедным стрельбам: первые три выстрела были хорошими, остальные – неудачными вследствие задержки хвостовой части торпеды «щипцами» решетчатого аппарата. При обследовании обнаружилось оборжавление пружин, раскрывающих «щипцы» при выходе торпеды из аппарата.
«Налим»
Подводная лодка «Налим» была окончательно собрана во Владивостоке 7 мая 1905 г. Уже 9 мая взорвался один из аккумуляторов — от искры при смене предохранителя. Плавание лодки вначале проходило очень неудачно из-за того, что техника была плохо освоена личным составом. В течение лета 1905 г. лодка несколько раз внезапно и с большим дифферентом уходила на глубину до 55 м.
«Осетр»
Эту подводную лодку Лэка вследствие переделки транспортера удалось отправить из Петербурга только в марте 1905 г. 12 мая лодка «Осетр» была спущена на воду и приступила к погружениям в гавани. 14 июня при первой зарядке аккумуляторов обнаружилось, что все они испорчены.
«Судак»
Эта лодка только 2 августа начала тренироваться в плавании под водой и 21 сентября произвела первую стрельбу торпедами, которые при выходе из аппарата шли хорошо по направлению к цели.
«Кефаль»
Эта лодка (также Лэка) была спущена на воду 5 августа. Первое погружение состоялось 12 октября. С 14 октября выходила в море для разведки по бухтам; 15 ноября сломался зубец шестерни помпы вследствие попадания постороннего предмета. 21 ноября повреждение было исправлено.
Другие лодки Лэка так и не были закончены до конца 1905 г. В последнее время стали известны материалы об участии в военных действиях лодки «Кета». В 1904 г. лейтенант Янович-2-й переделал одну из лодок Джевецкого по своему проекту. Был установлен бензиновый мотор; лодку вооружили торпедным аппаратом, корпус лодки удлинили, и в результате переоборудования получился совершенно новый полуподводный корабль.
Ссылка.
sozero.livejournal.com
Найдена подводная лодка Русского Императорского флота «Сом»
У берегов Аландских островов шведские водолазы обнаружили российскую подводную лодку. О том, кто и как искал субмарину «Сом», какую роль в этом сыграли россияне и почему судно времен Первой мировой поначалу приняли за современное, рассказывает шведский журналист, публицист, кинопродюсер Малькольм Дикселиус.
По кириллическим буквам на борту поисковики из шведской компании Ocean X-team определили российскую принадлежность находки. Журналистам тут же вспомнились безуспешные поиски иностранной подводной лодки, якобы побывавшей у берегов Швеции осенью 2014 года. Позже выяснилось, что найденная подлодка гораздо старше — это пропавшее во время Первой мировой войны судно «Сом». Эта подлодка погибла 10 мая 1916 года после столкновения со шведским пароходом “Ингерманландия”. На борту «Сома» находился экипаж из 18 человек, все они погибли.
– Почему обнаруженную подводную лодку сначала приняли за современное российское судно?
– Сначала так решили, потому что эта подводная лодка очень хорошо сохранилась. Но, по размерам и названию на борту, быстро выяснили истину. Это, возможно, самая старая российская подводная лодка. По записи, которая сделана водолазами, можно судить, что лодка лежит на глубине свыше 40 метров, потому что на такой глубине объекты не зарастают водорослями.
– Какие-то дополнительные снимки и видеозаписи есть?
– Нет. Мы знаем только то, что есть в Интернете. Но немного странно то, что шведские водолазы, которые нашли «Сом», видимо, даже не знали, что именно они ищут. Очевидно, им сообщили координаты, где именно надо искать.
Характерный колпак-крышка рубочного люка и расположенный перед ним перископ подводной лодки “Сом” типа Holland VIIR (с) кадр из видео Ocean X Team / www.expressen.se
Хорошо различимый фрагмент “…МЪ” названия подводной лодки. Обращает внимание также расположение шпигатного отверстия рядом (с) кадр из видео Ocean X Team / www.expressen.se
– А какова предыстория этой находки? Велась какая-то архивная работа?
– История самой подводной лодки хорошо известна. Это одна из небольшой серии очень ранних подводных лодок, которые использовались Российским флотом во время Первой мировой войны. И это единственный сохранившийся до наших дней экземпляр. Известный факт, что «Сом» столкнулся со шведским пароходом, но сами координаты этого места нашли недавно.
– А кто передал водолазам координаты?
– Это исландская фирма eXplorer, занимается поиском затонувших кораблей. Такими поисками люди занимаются с двумя целями: поиск затонувших кораблей ради исторического интереса и поиск сокровищ, которые могут находиться на этих кораблях. В случае с подводной лодкой «Сом» интерес может быть только исторический, там ничего ценного, кроме самого корабля, нет. Наверняка eXplorer сотрудничает с российскими водолазами. Но подробности неизвестны.
– А какую ценность может представлять сам корабль?
– Это самая старая подводная лодка в истории Российского флота. Она может представлять интерес не только для специалистов, но и для общественности, и ее можно использовать каким-то образом.
– Но чтобы ее использовать, надо ее сначала поднять на поверхность. Что говорит шведское законодательство по этому поводу, ведь экипаж остался внутри подлодки?
– Корабль находится в шведских территориальных водах. Но если встанет вопрос о поднятии корабля, то решать его должны две стороны: шведская и российская.
– По российскому законодательству, если на старинном затонувшем корабле есть погибшие, то он получает статус братской могилы, и тревожить их нельзя. Как этот вопрос решается в Швеции?
– В шведских территориальных водах есть 2 или 3 советские подводные лодки. Они как раз имеют этот статус. И Минобороны России имело доступ к этим местам и там были торжественные прощания с погибшими. Но «Сом» настолько старая подводная лодка, что близких родственников членов экипажа, скорее всего, в живых нет.
– Возможна ли передача подлодки «Сом» российской стороне?
– Об этом можно говорить. Со шведской стороны, наверное, никаких претензий не будет. Это результат столкновения двух судов, никакой конфликтной истории не было.
– Каковы могут быть условия договоренности?
– Через год исполнится 100 лет с момента гибели этого корабля, а это значит, что он получит особый статус исторического объекта. По этой причине потребуется согласование с соответствующими ведомствами в Швеции.
– Можно ли оценить эту историческую ценность в денежном эквиваленте?
– Думаю, что это очень трудно. Там нет ничего отдельного, что можно было бы продать на международном рынке. Это целый корабль, который является памятником военной истории России… и немножко США, потому что там он был изначально построен.
– Поисковики из Ocean X-Team — известные авантюристы, которые ничего не делают просто так. Какие достижения у них были раньше?
– Главное их достижение было около 20 лет назад, когда они нашли корабль, затонувший в 1915 году с грузом шампанского для императора Николая II. На продаже шампанского они сильно разбогатели, но потратили все деньги на то, чтобы поднять и царский коньяк, найденный на дне моря. В результате они все потеряли. Это рискованный бизнес.
– Когда в Швеции начали обсуждать поиски подводной лодки «Сом»?
– В узких кругах знали о том, что поиски идут, на протяжении нескольких месяцев. Я узнал об этом несколько недель назад. Но общественности это стало известно только вчера.
– Пытались ли разыграть эту подводную лодку как политическую карту?
– Поскольку водолазы не знали, что именно они нашли, первым делом они обратились к нашему министерству обороны. И там, конечно, изучали эти съемки, но достаточно быстро пришли к выводу, что это старый объект, а не современный.
– Есть ли в Швеции индустрия, связанная с затонувшими кораблями, возможно, экскурсии для дайверов в места, где есть такие корабли?
– Сейчас она появляется. Нам известно, что Балтийское море — это удивительное место, где много сокровищ затонувших кораблей. Я — продюсер фильмов о таких кораблях. В моих кругах идет активное обсуждение того, как сделать затонувшие корабли доступнее для человечества с помощью современной техники. Но это очень сложно, потому что глубокие погружения в Балтийское море осложняют низкие температуры. Так что пока это делается в ограниченных масштабах.
Подводная лодка “Сом” русского флота, погибшая на Балтике в 1916 году
Подводная лодка “Сом” была построена в 1901-1902 годах на верфи Crescent Shipyard в Элизабет (штат Нью-Джерси, США) как Fulton в качестве экспериментальной подводной лодки по проекту Holland VIIR Джона Филипа Голланда, став одной из успешных “отработочных” конструкций этого “отца” подводного кораблестроения. В мае 1904 года Fulton при посредничестве Невского судостроительного завода был куплен Русским флотом и зачислен в списки как “Сом”. Лодка была доставлена в Кронштадт из США пароходом в июле 1904 года и закончена сборкой на Невском заводе в сентябре. Затем “Сом”по железной дороге был отправлен во Владивосток, куда прибыл 29 декабря 1904 года (по ст. ст.) и в феврале 1905 года был приведен в боевую готовность, совершив до окончания Русско-японской войны несколько выходов в окрестности Владивостока.
В декабре 1914 года “Сом” по железной дороге был перевезен из Владивостока в Севастополь, а в июле 1915 года из Севастополя – в Петроград. На Балтийском флоте “Сом” базировался на Мариенхам на Аландских островах, откуда совершил несколько боевых походов, в том числе к шведскому побережью.
По образцу “Сома” по лицензии купленной у компании Electrc Boat Джона Голланда Невский завод построил для Русского флота еще шесть подводных лодок, сданных в 1905-1907 годах.
.
Широко известные фотографии подводной лодки “Сом”, на которых хорошо видна характерная конструкция колпака-крышки рубочного люка
10 мая 1916 года в 4 часа утра подводная лодка «Сом» во время патрулирования в районе Аландских островов со стороны Швеции погибла, столкнувшись со шведским пароходом «Ингерманланд». Весь экипаж – 2 офицера и 16 нижних чинов — погиб.
Члены экипажа подводной лодки «Сом»:
Бугураев Хрисанф Константинович, лейтенант, командир подводной лодки
Андрианов Иван Антонович, рулевой боцманмат
Безматерных Дмитрий Петрович, моторный унтер-офицер 1 статьи
Гусев Михаил Михайлович, матрос 2 статьи, и.д. минного машиниста
Завадский Дмитрий Макарович, минно-машинный унтер-офицер 1 статьи
Захарченко Дмитрий Борисович, старший электрик
Истратов Николай Иванович, машинист 1 статьи
Кирейчук Лука Маркович, электрик унтер-офицер 1 статьи
Климачев Алексей Львович, электрик
Корнев Дмитрий Александрович, минный машинист 1 статьи
Кривчиков Захар Степанович, рулевой боцманмат
Лунин Даниил Семенович, рулевой
Романов Николай Андреевич, моторный унтер-офицер 1 статьи
Саско Борис Владимирович, лейтенант, старший офицер подводной лодки
Сидоров Иван Васильевич, электрик
Сорокин Николай Иванович, машинист 1 статьи
Цвелодуб Алексей Михайлович, моторный унтер-офицер 1 статьи
Шевенок Илларион Демидович, артиллерийский унтер-офицер 2 статьи
Поделитесь с друзьями:
Find more like this: НОВОСТИ
klin-demianovo.ru