Подводная лодка К-162 проекта 661 "Анчар"

Создание ядерной энергетической установки и первого отечественного подводного атомохода проекта 627  а также успешные пуски ракет с субмарин окрылили стратегов Военно-Морского флота. Дело в том, что противник СССР в «холодной войне» - США усиленно строили авианосцы и в 1960 г. располагали 18 ударными, 20 эскортными и 12 противолодочными. Они обладали средствами защиты от ударов с надводных кораблей и авиации, а скорость 30 узлов позволяла им уклоняться от атак дизель-электрических субмарин, которые могли долго идти под водой со скоростью 2-3 узла и лишь на короткое время развивать 18-20 Эффективным средством борьбы с авианосными соединениями были бы субмарины, развивавшие в подводном положении более 30 узлов и оснащенные оружием с дальностью действия в 2 - 3 раза больше нежели торпеды.

К 1958 г. у нас накопили опыт, позволивший приступить к разработке долгосрочного комплексного плана создания подводных атомоходов разного назначения с торпедами, баллистическими и крылатыми ракетами. К работе подключили сотни научно-исследовательских учреждений и предприятий, выдав им конкретные задания. Так, металлургам - получить высокопрочный нержавеющий материал для прочного корпуса, чтобы значительно увеличить глубину погружения, химикам - как с минимальными затратами энергии разлагать морскую воду, выделяя необходимый для дыхания кислород, и уничтожать выдыхаемую углекислоту, пищевикам - разработать рецептуру и технологию выделки хлеба, остающегося свежим месяцами.

В начале 1958 г. конструкторским бюро подводного кораблестроения ЦКБ-16, ЦКБ-18 и СКБ-143 поручили срочно выполнить проработки подводных атомоходов с торпедным и ракетным вооружением для определения разработчиков энергетических установок, новых материалов, вооружения, радиоэлектронного и другого оборудования. ЦКБ-16 (ныне СПМБМ «Малахит») поручили подготовить согласованные с участниками работ предложения для правительственного постановления и заказали создание проекта атомной субмарины. Он рассматривается как основное звено в решении проблемы подьема подводного кораблестроения. 28 августа 1958 г. вышло постановление правительства «О создании новой, скоростной атомной подводной лодки, энергетических установок ново о типа и развитии научно-исследовательских, опытно-конструкторских и проектных работ». Им предписывалось в 5 - 6 лет сделать все необходимое для создания атомных силовых установок с уменьшенной в 1,5 - 2 раза массой, обеспечивающих двойное повышение подводной скорости; материалов, позволяющих в 1,5 раза увеличить глубину погружения; малогабаритных, дальнобойных баллистических, крылатых ракет и торпед; гидроакустической и навигационной аппаратуры; приборов и автоматики для управления субмаринами на полных скоростях; технических средств для обеспечения обитаемости.

В том же году предписали приступить к проектированию опытной лодки проекта 661, предназначенной для борьбы с авианосными соединениями, развивающей в подводном положении более 30 узлов, погружающейся на 400 м и вооруженной баллистическими или крылатыми ракетами с подводным стартом. Главным конструктором назначили начальника ЦКБ-16 Н.Н. Исанина.

Этому бюро поручили до конца года выдать основные задания контрагентам и обеспечить ими исполнителей, с условием уменьшить массогабаритные характеристики создаваемой ими техники. При этом запрещалось использовать имеющуюся; на новом корабле все должно быть оригинальным.

Предстояло решить, каким будет его основное оружие, выбрать тип теплоносителя 1 -го контура (вода или металлический сплав), определить число и мощность реакторов, турбогенераторов, напряжение и частоту основного тока, для корпуса - подобрать высокопрочную сталь, алюминиевый либо титановый сплавы.

14 предэскизных вариантов проекта (из 18) в июле 1959 г. предоставили на рассмотрение командованию ВМФ и Государственному комитету по судостроению. Те образовали экспертные комиссии по кораблестроению, энергетике, электротехнике, материалам и т.д. Обсуждалась возможность изготовить корпус из титановых сплавов, создание и производство которых пребывали еще в зачаточном состоянии. Тем не менее, учли их преимущества - антикоррозийность, малый вес, немагнитность, и лодку проекта 661 решили делать из таких сплавов. Но только в январе 1960 г. главнокомандующий ВМФ адмирал С.Г. Горшков и председатель Государственного комитета Совета министров СССР по судостроению Б.Е. Буто-ма доложили правительству предложения ЦКБ-16 по тактико-техническим характеристикам лодки, которые 9 апреля были утверждены, а 26 января задание на ее проектирование утвердил министр обороны. Она предназначалась для уничтожения авианосцев крылатыми ракетами, проверки новых образцов вооружения и техники, материалов корпуса, устройств, систем и механизмов

Н.Н. Исанин умел работать с большим заделом: предэскизное проектирование начали до отправки проработок в Москву. В мае 1960 г., с опозданием всего в 4 месяца, правительству представили пять вариантов проекта, и 6 июля основной утвердили. В ЦНИИ 45 и ЦАГИ испытали модели будущей субмарины, в том числе самоходные. В других предприятиях уточняли массогабаритные и энергетические характеристики оборудования и вооружения. В общем, под контролем правительства над проектом 661 трудились 133 научно-исследовательских института, проектно-конструкторских бюро и завода, выполнивших 363 работы. В декабре 1960 г. бюро представило в Москву технический проект субмарины водоизмещением 5200 т, глубиной погружения 400 м, впервые в мире изготовленной из титановых сплавов. Эта подлодка была вооружена крылатыми ракетами комплекса «Аметист», оснащена мощной системой обнаружения гидроакустических сигналов и выдачи данных ракетному оружию, имела корость одводного хода более 40 узлов,

Легкий корпус выполнили в форме тела вращения с полусферической носовой оконечностью, кормовую оконечность сделали эллипсообразной, с переходом на раздвоенные «штаны» с гребными винтами. Вне носовой части прочного корпуса, по пять с бортов, разместили с наклоном 32,5' контейнеры для крылатых ракет, а прочный корпус около них сделали 8 виде «восьмерки» высотой 9 м. Прочный корпус разделили на 9 отсеков. Переборкой между 1-м и 2-м служила горизонтальная платформа. В верхнем, 1 -м отсеке, на верхне палубе, были 4 аппарата и стеллажи с запасными торпедами, на нижней палубе размещались пост управления стрельбой ракетами, медицинская часть, гальюн. В расположенном ниже 2-м отсеке находился гидроакустический комплекс, под ним - серебряно-цинковые аккумуляторы. 3-й отсек был тоже восьмеркой», но без горизонтальной платформы, в нем устроили каюты и кают-компании офицеров, кубрики и столовую старшин и матросов, камбуз, кладовые, под ними разместили аккумуляторы. 4-й отсек был цилиндрическим, диаметром 9 м, в нем устроили главный командный пост, управление энергетической установкой, рубки радиосвязи и радиоразведки, штурманскую выгородку, гиропост, жилье офицеров и главстаршин, гальюн, сушилку, кладовые. Поскольку в соседнем 5-м отсеке находились реакторы, вход в него оснастили тамбур-шлюзами с биологической защитой.

В 6-м отсеке побортно установили два главных турбозубчатых агрегата, а в 7-м- столько же ав ономных турбогенераторов с системами защиты и распределения электроэнергии и в городку водохимическои лаборатории. В аварийной ситуации 5-й, 6-й и 7-й отсеки вводились в особый режим. В 8-м отсеке поместили вспомогательное оборудование. Переходя из него в 7-й, следовало миновать санитарный шлюз для дезактивации. В нем же был люк на верхнюю палубу с комингс-площадкой для приема спасательного водолазного колокола. В 9-м, кормовом, отсеке имелись приводы больших и малых горизонтальных и вертикального рулей, дифферентные цистерны и трюмный пост.

Строительство субмарины поручили северодвинскому заводу № 402, который начал подготовку к нему в 1959 г. с обучения рабочих и создания опытного участка в цехе № 42 для освоения технологии сварки корпусных деталей из титанового сплава. В 1961 г. в ЦНИИ-48 создали такой сплав 48-ОТЗ с пределом текучести не менее 60 кГс/мм! и разработали технологию изготовления крупных листов толщиной 5-60 мм, профилей, поковок, фасонных отливок и - со специалистами ЦНИИ-138 - способы ручной, полуавтоматической и автоматической сварки. Тяжело шло создание уникального комплектующего оборудования, задерживались поставки сплава, вооружение предстояло еще испытать. К концу 1962 г. предприятия завершили 204 работы из 380, завод № 402 получил только 872 т листового и профильного металла для опытных конструкций. В 1963 г. строительство ускорилось, и 28 декабря в 42-м цехе состоялась официальная закладка корабля.

В 1964 г. Н.Н. Исанина перевели в СПМБМ, и в следующем году главным конструктором проекта 661 стал Н.Ф. Шульженко. Только 14 декабря 1968 г. лодку вывели из цеха, 21-го спустили на воду и 26-го предъявили на швартовные испытания. Еще при строительстве выявили низкое качество титанового сплава - в листах возникали трещины, и пришлось заменить около 20% обшивки легкого корпуса. При швартовных испытаниях, несмотря на стопроцентный люминесцентный контроль обшивки, обнаружили негерметич-ность 10 цистерн главного балласта, корабль пришлось завести в док, и лишь в декабре 1969 г. начались заводские ходовые испытания.

Зима в Белом море не лучшее время для этого, но откладыва ь испытания до весны было нельзя. Поэтому, вопреки присловью: «Флот в понедельник не воюет», именно в понедельник, да еще 13-го числа, субмарину «вытолкнули» в море. На ней находился штатный экипаж капитана 1-го ранга Ю.Ф. Голубкова, сдаточный - К.М. Палкина, специалисты-контрагенты и представители заказчика. Старшим был командир бригады строящихся кораблей капитан 1-го ранга В.В. Горонцов, 17 декабря, после роверки энергетической установки на полной мощности, К-162 развила в подводном положении 42 узла - такого еще не бывало!

19 декабря, в море, лодку предъявили Комиссии государственной приемки во главе с контр-адмиралом Ф.И. Масловым. В ходе испытаний, при скоростях выше 35 узлов, столкнулись с неизвестным дотоле явлением -сильным шумом, вроде гула реактивного самолета; громадным напором воды сорвало дверь в ограждении рубки, три лючка в носовой настройке, планки на входных решетках главных циркуляционных трасс и обтекатель кормового аварийного буя. В результате 25 декабря лодка вернулась на завод для починки, а на следующий день Ф.И. Маслов и Н.Ф. Шульженко вылетели в Москву. После их доклада командование ВМФ и руководство Мин-судпрома решило прекратить испытания и передать К-162 флоту для двухгодичной опытной эксплуатации. За первый год лодка 11 раз выходила в море, прошла 31410 миль под водой и 7673 на поверхности. В сентябре - декабре 1970 совершила поход в южные широты. В тот период лодка достигла в подводном положении скорости 44,7 узлов - это мировой рекорд, и он остается непревзойденным...

К-162 явилась своего рода лакмусовой бумажкой (правда, дорогой) при выполнении программы резкого подъема подводного флота. За 5 лет наладили добычу и переработку титановых руд, производство сплавов из них, испытали изделия из этих сплавов, что обеспечило развитие атомной и ракетно-космической отраслей и строительство атомоходов проектов 670, 705,685 и других технических средств. Спроектированная атомная энергетическая установка послужила прототипом подобных агрегатов следующего поколения, как и первые в мире крылатые ракеты П-70 с подводным стартом, радиоэлектроника, система воздуха высокого давления и другие устройства и агрегаты. А сама К-162 оставалась в строю до 1988 г. 

Основные тактико-технические характеристики подводной лодки К-162 проекта 661:

водоизмещение нормальное -5197 т; скорость надводная - 16 узлов; подводная - более 38 узлов; вооружение: 10 крылатых ракет комплекса «Аметист», 4 аппарата для торпед калибром 533 мм, 12 торпед, навигационный комплекс «Сигма-661», перископ ПЭНС-9, радиолокационная станция обнаружения надводных целей РЛК-101, ответчик радиолокационной станции опознавания «Нихром», гидроакустический комплекс «Рубин», гидроакустические станции МГ-509 т МГС-29; энергетическая установка - два реактора В-S мощностью 177 МВт, главный турбозубчатый агрегат 618 - два по 40 тыс. л.с., турбогенератор ОК-3 - два по 3 тыс. кВт; предельная глубина погружения - 400 м, автономность - 70 суток; длина - 106, 9 м, ширина наружного корпуса -11,5 м, ширина по стабилизаторам - 16,7 м, высота по крышу ограждения рубки -14,5м, осадка - 8м, экипаж-75 человек

На схеме атомной подводной лодки проекта 661 цифрами обозначены:

1- носовые торпедные аппараты, 2 - запасные торпеды, 3 - носовой отсек, 4 - 3-й отсек, 5 - прочная рубка, 6 - всплывающая спасательная камера, 7 - центральный пост, 6 - аварийно-погрузочный люк, 9 - главные турбозубчатые агрегаты, 10 - турбогенераторы, 11-отсек вспомогательных механизмов, 12 - отсек рулевых механизмов,13 - вертикальный руль, 14 - гребные винты, 15 -гиропост, 16 - гидроакустическая аппаратура, 17- выгородка гидроакустиков, 18 - ракетные контейнеры, 19 - носовые выдвижные горизонтальные рули.

 

 

 

 

 

Всеволод ЖАРКОВ,
заместитель главного конструктора
Федерального государственного унитарного предприятия
СПМБА "Малахит"

Техника-Молодёжи, №4'2003

 

 

 

techno-story.ru

Новости: К-162: самая быстрая подводная лодка в истории - Эксперт

Ровно полвека назад в списки кораблей Военно-морского флота СССР была зачислена подводная лодка К-162 (известная позднее также как К-222). Самой лодки как таковой на тот момент еще не было – она только строилась на стапелях «Севмаша». Однако, ни у военных, ни у отечественных корабелов не было ни малейшего сомнения в том, что К-162 через несколько лет будет достроена, сдана в эксплуатацию, и вступит в строй.

Эта уверенность, видимо, основывалась на том, что первая атомная подводная лодка проекта 661 «Анчар» должна была ознаменовать собой появление у Советского Союза совершенно нового класса подводных лодок, предназначенных для торпедно-ракетных ударов по авианосным соединениям противника.

Напомню, что к середине прошлого века в США окончательно сложилась новая военная стратегия, которая предусматривала создание тотального господства этой страны на просторах Мирового Океана. Основным инструментом для этого было выбрано наращивание мощности морских наступательных сил в виде авианосных ударных групп (АУГ). У СССР, который к тому времени еще не оправился от войны, денег на строительство авианосцев не было. И не было, по сути, и эффективных средств борьбы с ними в открытом океане. Дальность стрельбы торпедами советских субмарин того времени не превышала 3-4 км. А для того, чтобы произвести ракетный залп по американским АУГ, советским подлодкам пришлось бы сначала всплывать на поверхность, что лишало атаку на АУГ всякой внезапности. Поэтому политическое и военное руководство СССР поставили перед советскими конструкторами и инженерами задачу создать крылатую ракету, которая бы с подводного старта могла поражать крупные надводные корабли на расстояние несколько десятков километров, и соответствующий подводный носитель этого оружия.

Такой ракетный комплекс П-70 «Аметист» в ОКБ-52 под руководством Владимира Челомея был создан в конце 60-х годов прошлого века. Низколетящая противокорабельная ракета (ПКР) с подводным стартом, конечно, проигрывала ПКР, запускаемой с поверхности, по дальности (до 80 км) и по массе боевой части. Однако, на тот момент это был революционны шаг. Во – первых, ни у кого в мире такой ракеты еще не было, а во-вторых, советским корабелам удалось создать уникальный корабль для несения и запуска этих ракет.

Носитель П-70 - подводная лодка К-162, разработанная ЦКБ-16 (ныне – «Малахит») под руководством академика Николая Исанина, на тот момент представляла из себя, фактически, квинтэссеницию советской военной инженерной кораблестроительной мысли. В советской кораблестроительной школе как-то так повелось, что степень технической новизны при создании головного, а затем и серийного проекта не должна превышать 20-25% по сравнению с предыдущим поколением лодок. В случае же с опытно-экспериментальной лодкой пр.661 конструкторам было прямо запрещено использовать уже существующие решения. В итоге эту лодку проектировали и строили более 10 лет – с конца 50-х годов прошлого века по 31 декабря 1969 года, когда был подписан приемный акт и корабль вступил в строй. Но что это была за лодка!!!

В первом «Анчаре» были воплощены в жизнь почти 400 совершенно новых технических решений. Специально для него, например, была разработана двухвальная атомная пароэнергетическая установка мощностью по 40 тысяч л. с., на каждом валу (эта мощность вдвое превосходила на тот момент мощностью любых подлодок в мире). Эта установка включала в себя две автономные группы оборудования левого и правового бортов и состояла из двух реакторов, двух главных турбозубчатых агрегатов, двух автономных турбогенераторов и вспомогательного оборудования. Запасы ядерного горючего в реакторах могли обеспечить более четырех кругосветных плаваний полным подводным ходом без перезарядки активной зоны реактора. Управление пароэнергетической установкой осуществлялось оператором дистанционно из поста управления, путем задания необходимого режима с автоматическим выводом на мощность по заданному режиму хода с помощью автоматизированной системы управления защиты и контроля. Степень автоматизации и телеметрии на К-162 вообще на порядок превосходила ту, что применялась в тот момент на советских и зарубежных атомных подводных лодках. Степень комфорта для экипажа – тоже. К-162 даже внешне кардинально отличалась от советских атомных подводных лодок 1-го поколения - носителей крылатых ракет (пр.659, 675). Если первые были узкие и длинные, с заостренными носами, то корпус «Анчара» напоминал кита с большим закругленным носом.

Однако, главным отличием К-162 от всех существующих на тот момент подводных лодок мира являлся материал, из которого был изготовлен его прочный корпус – титан. В отличие от маломагнитных сталей, из которых строились и строятся сейчас корпуса всех подводных лодок мира, титановый сплав обладает более высокой прочностью, немагнитностью и стойкостью к коррозии. Правда, на тот момент не только в СССР, но и в мире не существовало технологий изготовления деталей из титана больших размеров и сварки их воедино с необходимыми прочностными характеристиками. Поэтому для строительства первой титановой подводной лодки длиной около 120 метров была радикальна преобразована вся советская титановая индустрия. В результате Запорожский и Березниковский титаномагниевые комбинаты смогли производить крупные слитки массой четыре – шесть тонн для подлодок, а на «Севмаше» было создано самое совершенное сварочное производство титановых сплавов с аргоногелиевой защитой.

Итогом все этих усилий стала атомная подводная лодка с 10 установками для подводного запуска крылатых ракет, которая на государственных испытаниях в конце 1969 года при мощности реактора 80% на глубине 100 метров развила скорость 42 узла (77 км в час). Годом позже новая советская подводная лодка официально установила мировой рекорд скорости движения под водой, разогнавшись на той же глубине до скорости 44,7 узла (почти 83 км в час). Что это значило для вероятного противника, российские военные моряки продемонстрировали в 1971 году, когда К-162 в Атлантическом океана «села на хвост» ударному авианосцу 6-го флота США «Саратога», возвращавшегося из Средиземного моря в Майами, и несколько часов преследовала его, периодически обгоняя под водой идущий «на всех парах» авианосец (его скорость в тот момент составляла 30 узлов).

Таким образом, благодаря ПЛ проекта «Анчар», Советский Союз получал мощное средство борьбы против подводных лодок и авианесущих соединений вероятного противника. Эти лодки могли стремительно приближаться к вражеским кораблям, эффективно атаковать их из-под воды, и столь же стремительно уходить из-под удара. «Анчар» на тот момент физически не могли догнать не только корабли противника, но и выпущенные им в сторону новых советских подводных лодок торпеды (скорость торпед в 70-е годы прошлого века не превышала 25 узлов в режиме поиска цели и 40 узлов в режиме сближения с нею).

Однако, в серию подводные лодки пр.661 «Анчар» так и не пошли. Прослужив почти 20 лет, в 1988 году К-162 была выведена из состава ВМФ и осенью 2010 года утилизирована.

Наиболее очевидной причиной того, что «Анчар» так и не пошел в серию, является стоимость лодки. Титановый корпус подводной лодки, по словам генерального директора «Малахита» Владимира Дорофеева, стоит в 5-6 дороже, нежели корпус из маломагнитной стали. И даже с учетом огромных мобилизационных возможностей советского времени, экономика СССР, очевидно, не могла потянуть серийное строительство ПЛ пр.661 «Анчар». По некоторым данным, стоимость первой лодки могла составить до 1% годового ВВП Советского Союза периода 60-х годов прошлого века. Второе обстоятельство, повлиявшее на судьбу проекта «Анчар» - акустическая заметность лодки. С одной стороны, титановый корпус делал эту лодку практически незаметной для гидролокаторов противника. Но только до скорости хода 35 узлов. Когда же лодка разгонялась свыше этой скорости, появлялся сильный внешний гидродинамический шум, созданный турбулентным потоком при обтекании корпуса ПЛА. Причем в районе центрального поста лодки этот шум достигал уровня 100 децибелл. Это равносильно шуму вагона метра, проходящего от вас в нескольких метрах, или недалеким раскатам грома. Причем, никто в мире об этом не знал – этот факт обнаружился как раз при эксплуатации К-162. И что с этим делать, до сих пор толком тоже никто не знает. Поэтому скорость всех крупных и российских, и американских подводных лодок третьего-четвертого поколения, построенных в последние полтора десятка лет, по открытым данным, не превышает 35 узлов.

В итоге, проект «Анчар» трансформировался по двум направлениям. Еще во времена строительства в Северодвинске К-162, в Нижнем Новгороде, на судостроительном заводе «Красное Сормово» по проекту ЦКБ «Лазурит» для несения новых крылатых ракет «Аметист» начали строить атомные лодки проекта 670 «Скат». За счет стального корпуса они были относительно дёшевы, обладали меньшим, чем «Анчар» водоизмещением (3580 тонн надводного водоизмещения против 5197 тонн), ходили под водой на скорости 25 узлов, но со своей задачей – караулить вражеские авианосцы, вполне справлялись. В 60-70-х годах прошлого века было построено, в общей сложности, 17 таких лодок, на каждой из которых стояло по 8 пусковых установок П-70 . Все «Скаты» были уничтожены с 1991 по 1994 годы.

Эстафету в скорости «Анчар» передал атомным подводным лодкам «Лира». У них тоже были титановые корпуса, и эти небольшие (надводным водоизмещением 2300 тонн) лодки могли развивать скорость до 41 узла. Ракет на них не было - только торпеды, поскольку лодки этой серии предназначались для поиска и уничтожения вражеских субмарин. При этом лодки получились чрезвычайно верткими – на разгон до полного хода им требовалось не более 1 минуты, а за 42 секунды лодка могла развернуться на 180 градусов. По открытым данным, с 1971 по 1981 год в Ленинграде и на «Севмаше» было построено 7 таких лодок. Все они были выведены из состава флота также в начале 90-х годов прошлого века. Вот так, по сути, закончилась история советских скоростных подводных лодок с титановыми корпусами. Далее конструкторы пошли по пути применения других технических решений для увеличения скорости подводных лодок до 35 узлов. При этом несколько подводных лодок с корпусами из титана, построенных в советское время, по-прежнему находятся в составе ВМФ России – две лодки проекта 945 «Барракуда» (одна из них сейчас модернизируется), две лодки проекта 945А «Кондор», и, предположительно, одна лодка пр.941 «Акула» (ее прочный корпус также сделан из титановых сплавов). Но это уже другая история.

expert.ru

К-162: самая быстрая подводная лодка в истории

50 лет назад советская военная подводная лодка К-162 установила мировой рекорд по скорости движения под водой – более 80 километров в час. Ни одна торпеда в те времена не могла угнаться за этим подводным ракетоносцем. Вслед за ним Советский Союз выпустил в Мировой Океан еще более десятка скоростных подводных «убийц авианосцев». Но сейчас ни одного из них уже нет. Кто и как торпедировал отечественный скоростной подводный флот?

Ровно полвека назад в списки кораблей Военно-морского флота СССР была зачислена подводная лодка К-162 (известная позднее также как К-222). Самой лодки как таковой на тот момент еще не было – она только строилась на стапелях «Севмаша». Однако, ни у военных, ни у отечественных корабелов не было ни малейшего сомнения в том, что К-162 через несколько лет будет достроена, сдана в эксплуатацию, и вступит в строй.

Эта уверенность, видимо, основывалась на том, что первая атомная подводная лодка проекта 661 «Анчар» должна была ознаменовать собой появление у Советского Союза совершенно нового класса подводных лодок, предназначенных для торпедно-ракетных ударов по авианосным соединениям противника.

Напомню, что к середине прошлого века в США окончательно сложилась новая военная стратегия, которая предусматривала создание тотального господства этой страны на просторах Мирового Океана. Основным инструментом для этого было выбрано наращивание мощности морских наступательных сил в виде авианосных ударных групп (АУГ). У СССР, который к тому времени еще не оправился от войны, денег на строительство авианосцев не было. И не было, по сути, и эффективных средств борьбы с ними в открытом океане. Дальность стрельбы торпедами советских субмарин того времени не превышала 3-4 км. А для того, чтобы произвести ракетный залп по американским АУГ, советским подлодкам пришлось бы сначала всплывать на поверхность, что лишало атаку на АУГ всякой внезапности. Поэтому политическое и военное руководство СССР поставили перед советскими конструкторами и инженерами задачу создать крылатую ракету, которая бы с подводного старта могла поражать крупные надводные корабли на расстояние несколько десятков километров, и соответствующий подводный носитель этого оружия.

Такой ракетный комплекс П-70 «Аметист» в ОКБ-52 под руководством Владимира Челомея был создан в конце 60-х годов прошлого века. Низколетящая противокорабельная ракета (ПКР) с подводным стартом, конечно, проигрывала ПКР, запускаемой с поверхности, по дальности (до 80 км) и по массе боевой части. Однако, на тот момент это был революционны шаг. Во – первых, ни у кого в мире такой ракеты еще не было, а во-вторых, советским корабелам удалось создать уникальный корабль для несения и запуска этих ракет.

Носитель П-70 — подводная лодка К-162, разработанная ЦКБ-16 (ныне – «Малахит») под руководством академика Николая Исанина, на тот момент представляла из себя, фактически, квинтэссеницию советской военной инженерной кораблестроительной мысли. В советской кораблестроительной школе как-то так повелось, что степень технической новизны при создании головного, а затем и серийного проекта не должна превышать 20-25% по сравнению с предыдущим поколением лодок. В случае же с опытно-экспериментальной лодкой пр.661 конструкторам было прямо запрещено использовать уже существующие решения. В итоге эту лодку проектировали и строили более 10 лет – с конца 50-х годов прошлого века по 31 декабря 1969 года, когда был подписан приемный акт и корабль вступил в строй. Но что это была за лодка!!!

В первом «Анчаре» были воплощены в жизнь почти 400 совершенно новых технических решений. Специально для него, например, была разработана двухвальная атомная пароэнергетическая установка мощностью по 40 тысяч л. с., на каждом валу (эта мощность вдвое превосходила на тот момент мощностью любых подлодок в мире). Эта установка включала в себя две автономные группы оборудования левого и правового бортов и состояла из двух реакторов, двух главных турбозубчатых агрегатов, двух автономных турбогенераторов и вспомогательного оборудования. Запасы ядерного горючего в реакторах могли обеспечить более четырех кругосветных плаваний полным подводным ходом без перезарядки активной зоны реактора. Управление пароэнергетической установкой осуществлялось оператором дистанционно из поста управления, путем задания необходимого режима с автоматическим выводом на мощность по заданному режиму хода с помощью автоматизированной системы управления защиты и контроля. Степень автоматизации и телеметрии на К-162 вообще на порядок превосходила ту, что применялась в тот момент на советских и зарубежных атомных подводных лодках. Степень комфорта для экипажа – тоже. К-162 даже внешне кардинально отличалась от советских атомных подводных лодок 1-го поколения — носителей крылатых ракет (пр.659, 675). Если первые были узкие и длинные, с заостренными носами, то корпус «Анчара» напоминал кита с большим закругленным носом.

Однако, главным отличием К-162 от всех существующих на тот момент подводных лодок мира являлся материал, из которого был изготовлен его прочный корпус – титан. В отличие от маломагнитных сталей, из которых строились и строятся сейчас корпуса всех подводных лодок мира, титановый сплав обладает более высокой прочностью, немагнитностью и стойкостью к коррозии. Правда, на тот момент не только в СССР, но и в мире не существовало технологий изготовления деталей из титана больших размеров и сварки их воедино с необходимыми прочностными характеристиками. Поэтому для строительства первой титановой подводной лодки длиной около 120 метров была радикальна преобразована вся советская титановая индустрия. В результате Запорожский и Березниковский титаномагниевые комбинаты смогли производить крупные слитки массой четыре – шесть тонн для подлодок, а на «Севмаше» было создано самое совершенное сварочное производство титановых сплавов с аргоногелиевой защитой.

Итогом все этих усилий стала атомная подводная лодка с 10 установками для подводного запуска крылатых ракет, которая на государственных испытаниях в конце 1969 года при мощности реактора 80% на глубине 100 метров развила скорость 42 узла (77 км в час). Годом позже новая советская подводная лодка официально установила мировой рекорд скорости движения под водой, разогнавшись на той же глубине до скорости 44,7 узла (почти 83 км в час). Что это значило для вероятного противника, российские военные моряки продемонстрировали в 1971 году, когда К-162 в Атлантическом океана «села на хвост» ударному авианосцу 6-го флота США «Саратога», возвращавшегося из Средиземного моря в Майами, и несколько часов преследовала его, периодически обгоняя под водой идущий «на всех парах» авианосец (его скорость в тот момент составляла 30 узлов).

Таким образом, благодаря ПЛ проекта «Анчар», Советский Союз получал мощное средство борьбы против подводных лодок и авианесущих соединений вероятного противника. Эти лодки могли стремительно приближаться к вражеским кораблям, эффективно атаковать их из-под воды, и столь же стремительно уходить из-под удара. «Анчар» на тот момент физически не могли догнать не только корабли противника, но и выпущенные им в сторону новых советских подводных лодок торпеды (скорость торпед в 70-е годы прошлого века не превышала 25 узлов в режиме поиска цели и 40 узлов в режиме сближения с нею).

Однако, в серию подводные лодки пр.661 «Анчар» так и не пошли. Прослужив почти 20 лет, в 1988 году К-162 была выведена из состава ВМФ и осенью 2010 года утилизирована.

Наиболее очевидной причиной того, что «Анчар» так и не пошел в серию, является стоимость лодки. Титановый корпус подводной лодки, по словам генерального директора «Малахита» Владимира Дорофеева, стоит в 5-6 дороже, нежели корпус из маломагнитной стали. И даже с учетом огромных мобилизационных возможностей советского времени, экономика СССР, очевидно, не могла потянуть серийное строительство ПЛ пр.661 «Анчар». По некоторым данным, стоимость первой лодки могла составить до 1% годового ВВП Советского Союза периода 60-х годов прошлого века. Второе обстоятельство, повлиявшее на судьбу проекта «Анчар» — акустическая заметность лодки. С одной стороны, титановый корпус делал эту лодку практически незаметной для гидролокаторов противника. Но только до скорости хода 35 узлов. Когда же лодка разгонялась свыше этой скорости, появлялся сильный внешний гидродинамический шум, созданный турбулентным потоком при обтекании корпуса ПЛА. Причем в районе центрального поста лодки этот шум достигал уровня 100 децибелл. Это равносильно шуму вагона метра, проходящего от вас в нескольких метрах, или недалеким раскатам грома. Причем, никто в мире об этом не знал – этот факт обнаружился как раз при эксплуатации К-162. И что с этим делать, до сих пор толком тоже никто не знает. Поэтому скорость всех крупных и российских, и американских подводных лодок третьего-четвертого поколения, построенных в последние полтора десятка лет, по открытым данным, не превышает 35 узлов.

my-cccp.ru

К-162: самая быстрая подводная лодка в истории: hmoka — LiveJournal

50 лет назад советская военная подводная лодка К-162 установила мировой рекорд по скорости движения под водой – более 80 километров в час. Ни одна торпеда в те времена не могла угнаться за этим подводным ракетоносцем. Вслед за ним Советский Союз выпустил в Мировой Океан еще более десятка скоростных подводных «убийц авианосцев». Но сейчас ни одного из них уже нет. Кто и как торпедировал отечественный скоростной подводный флот?

Ровно полвека назад в списки кораблей Военно-морского флота СССР была зачислена подводная лодка К-162 (известная позднее также как К-222). Самой лодки как таковой на тот момент еще не было – она только строилась на стапелях «Севмаша». Однако, ни у военных, ни у отечественных корабелов не было ни малейшего сомнения в том, что К-162 через несколько лет будет достроена, сдана в эксплуатацию, и вступит в строй.

Эта уверенность, видимо, основывалась на том, что первая атомная подводная лодка проекта 661 «Анчар» должна была ознаменовать собой появление у Советского Союза совершенно нового класса подводных лодок, предназначенных для торпедно-ракетных ударов по авианосным соединениям противника.

Напомню, что к середине прошлого века в США окончательно сложилась новая военная стратегия, которая предусматривала создание тотального господства этой страны на просторах Мирового Океана. Основным инструментом для этого было выбрано наращивание мощности морских наступательных сил в виде авианосных ударных групп (АУГ). У СССР, который к тому времени еще не оправился от войны, денег на строительство авианосцев не было. И не было, по сути, и эффективных средств борьбы с ними в открытом океане. Дальность стрельбы торпедами советских субмарин того времени не превышала 3-4 км. А для того, чтобы произвести ракетный залп по американским АУГ, советским подлодкам пришлось бы сначала всплывать на поверхность, что лишало атаку на АУГ всякой внезапности. Поэтому политическое и военное руководство СССР поставили перед советскими конструкторами и инженерами задачу создать крылатую ракету, которая бы с подводного старта могла поражать крупные надводные корабли на расстояние несколько десятков километров, и соответствующий подводный носитель этого оружия.

Такой ракетный комплекс П-70 «Аметист» в ОКБ-52 под руководством Владимира Челомея был создан в конце 60-х годов прошлого века. Низколетящая противокорабельная ракета (ПКР) с подводным стартом, конечно, проигрывала ПКР, запускаемой с поверхности, по дальности (до 80 км) и по массе боевой части. Однако, на тот момент это был революционны шаг. Во – первых, ни у кого в мире такой ракеты еще не было, а во-вторых, советским корабелам удалось создать уникальный корабль для несения и запуска этих ракет.

Носитель П-70 - подводная лодка К-162, разработанная ЦКБ-16 (ныне – «Малахит») под руководством академика Николая Исанина, на тот момент представляла из себя, фактически, квинтэссеницию советской военной инженерной кораблестроительной мысли. В советской кораблестроительной школе как-то так повелось, что степень технической новизны при создании головного, а затем и серийного проекта не должна превышать 20-25% по сравнению с предыдущим поколением лодок. В случае же с опытно-экспериментальной лодкой пр.661 конструкторам было прямо запрещено использовать уже существующие решения. В итоге эту лодку проектировали и строили более 10 лет – с конца 50-х годов прошлого века по 31 декабря 1969 года, когда был подписан приемный акт и корабль вступил в строй. Но что это была за лодка!!!

В первом «Анчаре» были воплощены в жизнь почти 400 совершенно новых технических решений. Специально для него, например, была разработана двухвальная атомная пароэнергетическая установка мощностью по 40 тысяч л. с., на каждом валу (эта мощность вдвое превосходила на тот момент мощностью любых подлодок в мире). Эта установка включала в себя две автономные группы оборудования левого и правового бортов и состояла из двух реакторов, двух главных турбозубчатых агрегатов, двух автономных турбогенераторов и вспомогательного оборудования. Запасы ядерного горючего в реакторах могли обеспечить более четырех кругосветных плаваний полным подводным ходом без перезарядки активной зоны реактора. Управление пароэнергетической установкой осуществлялось оператором дистанционно из поста управления, путем задания необходимого режима с автоматическим выводом на мощность по заданному режиму хода с помощью автоматизированной системы управления защиты и контроля. Степень автоматизации и телеметрии на К-162 вообще на порядок превосходила ту, что применялась в тот момент на советских и зарубежных атомных подводных лодках. Степень комфорта для экипажа – тоже. К-162 даже внешне кардинально отличалась от советских атомных подводных лодок 1-го поколения - носителей крылатых ракет (пр.659, 675). Если первые были узкие и длинные, с заостренными носами, то корпус «Анчара» напоминал кита с большим закругленным носом.

Однако, главным отличием К-162 от всех существующих на тот момент подводных лодок мира являлся материал, из которого был изготовлен его прочный корпус – титан. В отличие от маломагнитных сталей, из которых строились и строятся сейчас корпуса всех подводных лодок мира, титановый сплав обладает более высокой прочностью, немагнитностью и стойкостью к коррозии. Правда, на тот момент не только в СССР, но и в мире не существовало технологий изготовления деталей из титана больших размеров и сварки их воедино с необходимыми прочностными характеристиками. Поэтому для строительства первой титановой подводной лодки длиной около 120 метров была радикальна преобразована вся советская титановая индустрия. В результате Запорожский и Березниковский титаномагниевые комбинаты смогли производить крупные слитки массой четыре – шесть тонн для подлодок, а на «Севмаше» было создано самое совершенное сварочное производство титановых сплавов с аргоногелиевой защитой.

Итогом все этих усилий стала атомная подводная лодка с 10 установками для подводного запуска крылатых ракет, которая на государственных испытаниях в конце 1969 года при мощности реактора 80% на глубине 100 метров развила скорость 42 узла (77 км в час). Годом позже новая советская подводная лодка официально установила мировой рекорд скорости движения под водой, разогнавшись на той же глубине до скорости 44,7 узла (почти 83 км в час). Что это значило для вероятного противника, российские военные моряки продемонстрировали в 1971 году, когда К-162 в Атлантическом океана «села на хвост» ударному авианосцу 6-го флота США «Саратога», возвращавшегося из Средиземного моря в Майами, и несколько часов преследовала его, периодически обгоняя под водой идущий «на всех парах» авианосец (его скорость в тот момент составляла 30 узлов).

Таким образом, благодаря ПЛ проекта «Анчар», Советский Союз получал мощное средство борьбы против подводных лодок и авианесущих соединений вероятного противника. Эти лодки могли стремительно приближаться к вражеским кораблям, эффективно атаковать их из-под воды, и столь же стремительно уходить из-под удара. «Анчар» на тот момент физически не могли догнать не только корабли противника, но и выпущенные им в сторону новых советских подводных лодок торпеды (скорость торпед в 70-е годы прошлого века не превышала 25 узлов в режиме поиска цели и 40 узлов в режиме сближения с нею).

Однако, в серию подводные лодки пр.661 «Анчар» так и не пошли. Прослужив почти 20 лет, в 1988 году К-162 была выведена из состава ВМФ и осенью 2010 года утилизирована.

Наиболее очевидной причиной того, что «Анчар» так и не пошел в серию, является стоимость лодки. Титановый корпус подводной лодки, по словам генерального директора «Малахита» Владимира Дорофеева, стоит в 5-6 дороже, нежели корпус из маломагнитной стали. И даже с учетом огромных мобилизационных возможностей советского времени, экономика СССР, очевидно, не могла потянуть серийное строительство ПЛ пр.661 «Анчар». По некоторым данным, стоимость первой лодки могла составить до 1% годового ВВП Советского Союза периода 60-х годов прошлого века. Второе обстоятельство, повлиявшее на судьбу проекта «Анчар» - акустическая заметность лодки. С одной стороны, титановый корпус делал эту лодку практически незаметной для гидролокаторов противника. Но только до скорости хода 35 узлов. Когда же лодка разгонялась свыше этой скорости, появлялся сильный внешний гидродинамический шум, созданный турбулентным потоком при обтекании корпуса ПЛА. Причем в районе центрального поста лодки этот шум достигал уровня 100 децибелл. Это равносильно шуму вагона метра, проходящего от вас в нескольких метрах, или недалеким раскатам грома. Причем, никто в мире об этом не знал – этот факт обнаружился как раз при эксплуатации К-162. И что с этим делать, до сих пор толком тоже никто не знает. Поэтому скорость всех крупных и российских, и американских подводных лодок третьего-четвертого поколения, построенных в последние полтора десятка лет, по открытым данным, не превышает 35 узлов.

В итоге, проект «Анчар» трансформировался по двум направлениям. Еще во времена строительства в Северодвинске К-162, в Нижнем Новгороде, на судостроительном заводе «Красное Сормово» по проекту ЦКБ «Лазурит» для несения новых крылатых ракет «Аметист» начали строить атомные лодки проекта 670 «Скат». За счет стального корпуса они были относительно дёшевы, обладали меньшим, чем «Анчар» водоизмещением (3580 тонн надводного водоизмещения против 5197 тонн), ходили под водой на скорости 25 узлов, но со своей задачей – караулить вражеские авианосцы, вполне справлялись. В 60-70-х годах прошлого века было построено, в общей сложности, 17 таких лодок, на каждой из которых стояло по 8 пусковых установок П-70 . Все «Скаты» были уничтожены с 1991 по 1994 годы.

Эстафету в скорости «Анчар» передал атомным подводным лодкам «Лира». У них тоже были титановые корпуса, и эти небольшие (надводным водоизмещением 2300 тонн) лодки могли развивать скорость до 41 узла. Ракет на них не было - только торпеды, поскольку лодки этой серии предназначались для поиска и уничтожения вражеских субмарин. При этом лодки получились чрезвычайно верткими – на разгон до полного хода им требовалось не более 1 минуты, а за 42 секунды лодка могла развернуться на 180 градусов. По открытым данным, с 1971 по 1981 год в Ленинграде и на «Севмаше» было построено 7 таких лодок. Все они были выведены из состава флота также в начале 90-х годов прошлого века. Вот так, по сути, закончилась история советских скоростных подводных лодок с титановыми корпусами. Далее конструкторы пошли по пути применения других технических решений для увеличения скорости подводных лодок до 35 узлов. При этом несколько подводных лодок с корпусами из титана, построенных в советское время, по-прежнему находятся в составе ВМФ России – две лодки проекта 945 «Барракуда» (одна из них сейчас модернизируется), две лодки проекта 945А «Кондор», и, предположительно, одна лодка пр.941 «Акула» (ее прочный корпус также сделан из титановых сплавов). Но это уже другая история.

Подводная лодка К - 162 проекта 661. Документальный фильм 1975 года

via

hmoka.livejournal.com

Чудо российских инженеров. Атомная подводная лодка К-162 » Православный воин

«К-162 быстрее всех!» - говорили моряки о сверхскоростной атомной подводной лодке. Она чем-то похожа на фюзеляж воздушного лайнера - обтекаемая, с хорошо развитыми стабилизаторами, серебристая... Разве что сделана не из дюраля, а из титана. А вот подводная скорость у К-162 (первоначальный номер этой подводной лодки был К-222. - Прим. авт.) и в самом деле авиационная.

Контр-адмирал в отставке Николай Григорьевич Мормуль - один из тех моряков-инженеров, которые стояли у истоков отечественного атомного флота. Крупнейший практик в области корабельной ядерной энергетики, Мормуль принимал самое деятельное участие в испытаниях новейших подводных лодок, в том числе и головного ракетного подводного крейсера стратегического назначения, как член Правительственной комиссии. Бывший главный корабельный инженер Северного флота, затем начальник Технического управления КСФ Николай Мормуль выпустил ряд интереснейших книг по истории нашего атомного флота. Я не раз встречался с Николаем Григорьевичем и в Мурманске, и в Москве, и в Санкт-Петербурге. И, конечно же, речь не раз заходила об испытании самой скоростной в мире подводной лодки:

- К сожалению, от наших соотечественников скрывали не только подводные катастрофы, но и бесспорные победы в недрах океана. Ведь и о рекордном погружении на небывалую для подводных лодок глубину в 1000 метров страна узнала только после гибели уникальной подводной лодки К-278 (печально известного «Комсомольца»). Вот и об этом рекорде русские люди узнают только сейчас, когда рекордсмен скорости К-162 доживает свой век у последнего причала.

Но ведь это было! Впрочем, моряки об этой лодке хоть и понаслышке, но знают. Она известна им по кличке «Золотая рыбка».

Американцы называли ее «Серебряный кит», английский справочник Джейн присвоил необычной лодке необычное наименование - «Папа», по одной из букв морского международного семафора. Испытатели называли ее подводным самолетом.

С «Серебряным китом» все понятно - это за цвет титана. Но почему «Золотая рыбка»? Да потому, что создавалась и строилась ровно десять лет: с декабря 1959 по декабрь 1969-го. За это время титан, из которого был создан ее прочный корпус, воистину приблизился по себестоимости к цене золота. Надо еще учесть, что по ряду причин К-162 в серию не пошла и потому как головной опытовый корабль обошлась нашей промышленности и всем нам очень дорого.

Вспоминает один из первых членов экипажа рекордсменов, командир электротехнического дивизиона капитан 2-го ранга Константин Поляков:

- Наконец настал день, когда открылись ворота цеха и наш «заказ» вывели на слип. Это был большой праздник для экипажа, конструкторов, корабелов-строителей. Корабль, еще сухой, ни разу не «пробовавший вкуса» морской воды, возвышался громадой над заводским забором и был прекрасно виден в Северодвинске с улицы Первомайской. Тогда же нас посетил и главком ВМФ С. Г. Горшков.

Спускали подводную лодку на воду зимой. Лед, сковывавший заводскую гавань, пришлось разогревать паром, а потом разгонять буксирами.

Когда раздался крик: «Заказ коснулся воды!», из рук «крестной матери» - местной красавицы - полетела бутылка шампанского и носовой обтекатель корабля окрасился белой пеной. Но одной бутылкой дело не обошлось - слишком долго уж ждали мы этого момента. Наш минер Степняков разбил свою бутылку о крышки торпедных аппаратов, штурман Лаурайтис - о перо руля, я - в районе отсека электрогенераторов, другие тоже вспенивали шампанское в местах своих «заведований».

Уже при свете прожекторов буксиры прижали лодку к дебаркадеру. А потом пошли швартовые испытания, приемка всех видов снабжения, отработка курсовых задач...

«Первая титановая» вышла на ходовые испытания 13 декабря, завершились они через 13 суток. И сумма цифр номера проекта была тоже равна 13. Но все это нас не смущало. Главное, что лодка после испытаний была принята. Однако на этом дело не закончилось. К-162 еще долгое время находилась в опытовой эксплуатации. Мы пересекали экватор и Гринвич, ходили подо льдами и в теплых водах. Не все было гладко: трещал металл, случались разрывы в третьем контуре и в системе гидравлики. Но люди были воистину прочнее титана. Выдержали все.

Можно сказать, что «Серебряный кит» послужил испытательным полигоном для создания корабля XXI века - сверхглубоководной торпедной атомарины К-278, более известной как «Комсомолец». И все же именно на нем была достигнута небывалая подводная скорость - 44,7 узла (80,4 км/ч). Так что эпитет «золотая» надо понимать и как «счастливая рыбка», сорвавшая нам легендарную «Голубую ленту».

Несколько слов о том, как возник этот весьма лестный для кораблей и их капитанов приз - «Голубая лента». В 1840 году малотоннажный пароход «Британия» открыл эру регулярного трансатлантического судоходства между Европой и Америкой. С той поры все судоводители стремились как можно быстрее пересечь Атлантику. «Голубая лента» сначала чисто символически, а затем в виде серебряного кубка вручалась капитану-победителю с неменьшими почестями, чем олимпийскому чемпиону. На протяжении без малого полутораста лет именно для Атлантики строились самые быстрые лайнеры и самые скоростные крейсеры, способные их перехватывать в случае боевых действий. Злосчастный «Титаник» погиб именно в погоне за престижнейшим титулом.

Разумеется, К-162 сооружалась вовсе не для того, чтобы бить рекорды на трассе морского марафона Европа - Америка. Но строилась она прежде всего для Атлантического океана как подводный рейдер, способный догнать самую быстроходную надводную цель, например авианосец, и столь же проворно оторваться потом от преследователей. И если Хрущеву не удалось догнать и перегнать Америку в мирном соревновании, то в скорости подводных крейсеров американские ВМС мы обогнали и довольно ощутимо.

Я не случайно упомянул Хрущева, так как именно при нем и за его подписью вышло постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «О создании скоростной подводной лодки, новых типов энергетических установок и научно-исследовательских, опытно-конструкторских работ для подводных лодок».

- К-162 была еще на стадии эскизного проектирования, - продолжает свой рассказ контр-адмирал Николай Мормуль, - а для нее уже создавалась принципиально новая отрасль металлургической промышленности: технология титановых сплавов, невиданная доселе в мире. Проектирование уникальной титановой лодки было поручено ленинградскому ЦКБ-16. Главным конструктором проекта 661 назначили академика Н. Н. Исанина. Ему помогали заместители, хорошо известные в кругу специалистов кораблестроители: Н. Ф. Шульженко, В. В. Борисов, П. И. Семенов, В. А. Положенцев, А. П. Антонович и Е. С. Корсуков.

От Главного управления кораблестроения ВМФ СССР за ходом работ наблюдали капитан 1-го ранга Ю. Г. Ильинский, а затем капитан 2-го ранга В. Н. Марков. Все это уже история.

За несколько дней до начала нового, 1970 года все испытания, предусмотренные программой, были закончены. Все, кроме стрельбы ракетами. Подводный старт не позволял осуществить лед, сковавший море. Однако все думали о другом: о скорости, какую скорость покажет наша «Золотая рыбка».

Пасмурным декабрьским днем мы, члены Госкомиссии, отдав честь кормовому флагу, вступили на борт К-162. Первым шел председатель комиссии контр-адмирал Ф. И. Маслов, за ним - его заместитель, он же командир бригады АПЛ контр-адмирал В. В. Горонцов и ваш покорный слуга. Нас встретили командир лодки капитан 1-го ранга Ю. Ф. Голубков, командир БЧ-5 капитан 2-го ранга В. Н. Самохин.

Все немного волновались. Шутка ли: на такое дело идем - установление мирового рекорда. Но причина волнений была не только в спортивном ажиотаже. Испытание, тем более под водой, дело всегда рисковое.

Никто не мог сказать, как поведет себя на глубине стометровый стальной снаряд весом 6 тысяч тонн, несущийся со скоростью без малого 90 километров в час. Тем более что глубина нашего полигона не превышала 200 метров. Наверху - лед, внизу - грунт. Малейшая ошибка в управлении горизонтальными рулями или отказ авторулевого - и через 21 секунду нос атомохода врезается либо в лед, либо в ил.

Погрузились. Выбрали, разумеется, среднюю глубину - 100 метров. Дали ход. По мере увеличения оборотов все ощутили, что лодка движется с ускорением. Это было очень непривычно. Ведь обычно движение под водой замечаешь разве что по показаниям лага. А тут, как в электричке, - всех назад повело. Дальше, как говорится, больше. Мы услышали шум обтекающей лодку воды. Он нарастал вместе со скоростью корабля, и когда мы перевалили за 35 узлов, в ушах уже стоял гул самолета.

Наконец вышли на рекордную - сорокадвухузловую скорость! Еще ни один обитаемый подводный снаряд не разверзал морскую толщу столь стремительно. В центральном посту стоял уже не «гул самолета», а грохот дизельного отсека. По нашим оценкам, уровень шума достигал 100 децибел.

Мы не сводили глаз с двух приборов - с лага и глубиномера. Автомат, слава богу, держал «златосрединную» стометровую глубину. Но вот подошли к первой поворотной точке. Авторулевой переложил вертикальный руль всего на три градуса, а палуба под ногами накренилась так, что мы чуть не посыпались на правый борт. Схватились кто за что, лишь бы удержаться на ногах. Это был не крен поворота, это был самый настоящий авиационный вираж, и если бы руль переложили чуть больше, К-162 могла бы сорваться в «подводный штопор» со всеми печальными последствиями такого маневра. Ведь в запасе у нас на все про все, напомню, оставалась двадцать одна секунда!

Наверное, только летчики могут представить всю опасность слепого полета на сверхмалой высоте. В случае крайней нужды на него отваживаются на считаные минуты. Мы же шли в таком режиме двенадцать часов! А ведь запас безопасности нашей глубины не превышал длины самой лодки.

Почему испытания проводились в столь экстремальных условиях? Ведь можно было найти и более глубоководный район, к тому же свободный ото льда. Но на это требовалось время. А начальство торопилось преподнести свой подарок ко дню рождения генсека ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева. И какой подарок - «Голубую ленту» Атлантики для подводных лодок! Впрочем, о том человеке, чей портрет висел в кают-компании нашей атомарины, мы думали тогда меньше всего.

Командир корабля капитан 1-го ранга Юрий Голубков любовался точной работой прибора рулевой автоматики. Пояснял председателю Госкомиссии смысл пляшущих кривых на экране дисплея.

- Это все хорошо, - мудро заметил Маслов, - до первого отказа. Переходи-ка лучше на ручное управление. Так-то оно надежнее будет.

И боцман сел за манипуляторы рулей глубины. Удивительное дело: сорокадвухузловую скорость мы достигли, задействовав мощность реактора всего лишь на 80 процентов. По проекту нам обещалось 38.

ПЛАРК ПРОЕКТА 661 («АНЧАР») К-162

Проектирование атомной подводной лодки с крылатыми ракетами (ПЛАРК) проекта 661 осуществлялось под руководством главного конструктора Н. Н. Исанина, а затем - Н. Ф. Шульженко. Главным наблюдающим от ВМФ был Ю. Г. Ильинский, потом - В. Н. Марков. В создании опытной ПЛАРК К-162 участвовало свыше 400 организаций и предприятий. Основные тактико-технические элементы субмарины утверждены 9 апреля 1959 года. Технический проект разработан к концу 1961-го. ПЛАРК была заложена на Северном машиностроительном предприятии в Северодвинске 28 декабря 1963 года, закончена постройкой и принята в состав ВМФ 31 декабря 1969-го. Таким образом, от начала работ по созданию подводной лодки до их завершения прошло более 11 лет. Столь длительные сроки проектирования и строительства К-162 объясняются прежде всего новизной и сложностью ее оружия, вооружения, механизмов и новых корпусных материалов (титановых сплавов).

Основные ТТХ ПЛАРК К-162: наибольшая длина - 106,9 м, наибольшая ширина по стабилизаторам - 16,7 м, нормальное водоизмещение - 5200 куб. м, скорость длительного полного подводного хода - 37-38 узлов, глубина погружения (предельная/рабочая) - 550/400 м, автономность - 70 суток, экипаж - 82 человека, вооружение - 10 ПУ ракет П-120 «Аметист» (размещены в носовой части подводной лодки побортно вне прочного корпуса наклонно к горизонту), 4 торпедных аппарата калибра 533 мм при общем количестве принимаемых торпед 12 (из них 8 запасных). Торпедные аппараты обеспечивали беспузырную стрельбу торпедами с глубин погружения подводной лодки до 200 м.

Подводная лодка К-162 - двухкорпусного типа. Поперечное сечение наружного корпуса имело круговую форму. Кормовая оконечность - раздвоенной формы в виде двух осесимметричных конических обтекателей валов. Энергетическая установка ПЛАРК К-162 состояла из двух автономных групп правого и левого бортов. Каждая группа включала атомную паропроизводящую установку, турбозубчатый агрегат и автономный турбогенератор. Мощность ГТЗА на полном переднем ходу - 2х40 000 л. с., номинальная тепловая мощность водоводяных реакторов - 2х177,4 МВт, паропроизводительность ППУ при номинальной мощности реактора - 2х250 т пара в час, мощность турбогенератора переменного трехфазного электрического тока - 2х3000 кВт. Для питания основных потребителей электрической энергии принят переменный трехфазный ток напряжением 380 В, частотой 50 Гц. В качестве аварийного источника электрической энергии установлена аккумуляторная батарея, состоящая из двух групп серебряно-цинковых аккумуляторов по 152 элемента в каждой группе.

ПЛАРК К-162 - уникальная по своим скоростным и маневренным качествам подводная лодка. Мощная атомная энергетическая установка в сочетании с рядом новых конструктивных решений в части архитектурных форм корпуса позволила получить высокие скоростные характеристики, превосходившие в то время аналогичные показатели отечественных и зарубежных подводных лодок. При мощности реактора 90-92% на государственных испытаниях полная скорость составила 42 узла (вместо 37-38 узлов по проекту), а в период опытной эксплуатации была зафиксирована скорость 44,7 узла.

Высокие пропульсивные качества (повышение пропульсивного коэффициента) на двухвальной движительной схеме К-162 были достигнуты впервые в практике подводного кораблестроения. Это удалось осуществить за счет оптимизации формы кормовой оконечности путем ее удлинения с малыми углами схода ватерлинии в диаметральной плоскости и применения удлиненных гребных валов с обтекателями, допускающими размещение гребных винтов оптимального диаметра для заданной частоты вращения. Подобная архитектурная форма корпуса получила название «раздвоенная корма».

По многим позициям опытная АПЛ К-162 явилась важным этапом в развитии отечественного подводного кораблестроения. Тем не менее от серийного строительства лодок этого проекта по нескольким причинам отказались. К-162 имела существенный тактический недостаток. При массированном ракетном ударе по противнику для выпуска всего боекомплекта ракет требовалось произвести два раздельных залпа. Интервал между залпами составлял около трех минут, что резко снижало боевую эффективность ракетной атаки.

Кроме того, по уровню подводной шумности лодка не соответствовала и возросшим к тому времени требованиям скрытности. Основными источниками подводной шумности являлись ГТЗА, АТГ, маневровые устройства главных турбин, турбоциркуляционные насосы конденсаторов и другие механизмы. Турбулентный поток воды при обтекании корпуса К-162 создавал сильный гидродинамический шум, напоминавший гул турбореактивного самолета. К тому же ПЛАРК имела повышенные уровни акустических помех работе собственных гидроакустических комплексов. Ресурс работы ее основных механизмов уже не отвечал новым требованиям. Все это и обусловило отказ от серийного строительства подводных лодок проекта 661.

В 1978 году ПЛАРК К-162 переименовали в К-222. Она находилась в строю Северного флота до 1988 года, после чего была выведена в резерв, а в дальнейшем передана на утилизацию.

Даже сами проектанты недоучли рациональность найденной конструкции корпуса. А она была довольно оригинальной: носовая часть лодки выполнена в форме «восьмерки», то есть первый отсек располагался над вторым, в то время как на всех прочих субмаринах принято классическое линейное расположение отсеков - «цугом», друг за другом. По бокам «восьмерки» - в «пустотах» между верхним окружьем и нижним - размещались десять контейнеров с противокорабельными ракетами «Аметист». Такая мощная лобовая часть создавала обводы, близкие к форме тела кита. А если к этому прибавить и хорошо развитое оперение из стабилизаторов и рулей, как у самолета, то станет ясно, что абсолютный рекорд скорости был достигнут не только за счет мощи турбин и особой конструкции восьмилопастных гребных винтов.

После двенадцатичасового хода на максимальных режимах всплыли, перевели дух. Поздравили экипаж с рекордным показателем, поблагодарили сдаточную команду, представителей науки, проектантов, ответственного строителя П. В. Гололобова. После чего послали шифровку в адрес Л. И. Брежнева за подписями председателя комиссии и комбрига: «Докладываем! «Голубая лента» скорости в руках у советских подводников».

Глубокой декабрьской ночью 1969 года, насыщенные небывалыми впечатлениями, мы вернулись в базу. Несмотря на поздний час, нас радостно встречало высокое начальство. Правда, вид у рекордсменки был скорее боевой, чем парадный. Потоки воды ободрали краску до голого титана. Во время циркуляции гидродинамическим сопротивлением вырвало массивную рубочную дверь, а также многие лючки легкого корпуса. Кое-где были вмятины. Но все это ничуть не омрачало радость победы. После доклада о результатах испытаний сели за банкетный стол и пировали до утра.

Спустя несколько дней мы обновили свой рекорд: на мерной мили при развитии полной - стопроцентной - мощности энергоустановками обоих бортов мы достигли подводной скорости в 44,7 узла (82,8 км/ч). Не знаю, вписан ли этот рекорд в Книгу рекордов Гиннесса, но в историю нашего подводного флота он занесен золотыми буквами.

Николай ЧЕРКАШИН

pravoslav-voin.info

К-162: самая быстрая подводная лодка в истории


50 лет назад советская военная подводная лодка К-162 установила мировой рекорд по скорости движения под водой – более 80 километров в час. Ни одна торпеда в те времена не могла угнаться за этим подводным ракетоносцем. Вслед за ним Советский Союз выпустил в Мировой Океан еще более десятка скоростных подводных «убийц авианосцев». Но сейчас ни одного из них уже нет. Кто и как торпедировал отечественный скоростной подводный флот?

Ровно полвека назад в списки кораблей Военно-морского флота СССР была зачислена подводная лодка К-162 (известная позднее также как К-222). Самой лодки как таковой на тот момент еще не было – она только строилась на стапелях «Севмаша». Однако, ни у военных, ни у отечественных корабелов не было ни малейшего сомнения в том, что К-162 через несколько лет будет достроена, сдана в эксплуатацию, и вступит в строй.

Эта уверенность, видимо, основывалась на том, что первая атомная подводная лодка проекта 661 «Анчар» должна была ознаменовать собой появление у Советского Союза совершенно нового класса подводных лодок, предназначенных для торпедно-ракетных ударов по авианосным соединениям противника.

Напомню, что к середине прошлого века в США окончательно сложилась новая военная стратегия, которая предусматривала создание тотального господства этой страны на просторах Мирового Океана. Основным инструментом для этого было выбрано наращивание мощности морских наступательных сил в виде авианосных ударных групп (АУГ).

У СССР, который к тому времени еще не оправился от войны, денег на строительство авианосцев не было. И не было, по сути, и эффективных средств борьбы с ними в открытом океане. Дальность стрельбы торпедами советских субмарин того времени не превышала 3-4 км. А для того, чтобы произвести ракетный залп по американским АУГ, советским подлодкам пришлось бы сначала всплывать на поверхность, что лишало атаку на АУГ всякой внезапности. Поэтому политическое и военное руководство СССР поставили перед советскими конструкторами и инженерами задачу создать крылатую ракету, которая бы с подводного старта могла поражать крупные надводные корабли на расстояние несколько десятков километров, и соответствующий подводный носитель этого оружия.

Такой ракетный комплекс П-70 «Аметист» в ОКБ-52 под руководством Владимира Челомея был создан в конце 60-х годов прошлого века. Низколетящая противокорабельная ракета (ПКР) с подводным стартом, конечно, проигрывала ПКР, запускаемой с поверхности, по дальности (до 80 км) и по массе боевой части. Однако, на тот момент это был революционны шаг. Во – первых, ни у кого в мире такой ракеты еще не было, а во-вторых, советским корабелам удалось создать уникальный корабль для несения и запуска этих ракет.

Лодка пр. К-162

Носитель П-70 — подводная лодка К-162, разработанная ЦКБ-16 (ныне – «Малахит») под руководством академика Николая Исанина, на тот момент представляла из себя, фактически, квинтэссеницию советской военной инженерной кораблестроительной мысли. В советской кораблестроительной школе как-то так повелось, что степень технической новизны при создании головного, а затем и серийного проекта не должна превышать 20-25% по сравнению с предыдущим поколением лодок. В случае же с опытно-экспериментальной лодкой пр.661 конструкторам было прямо запрещено использовать уже существующие решения. В итоге эту лодку проектировали и строили более 10 лет – с конца 50-х годов прошлого века по 31 декабря 1969 года, когда был подписан приемный акт и корабль вступил в строй. Но что это была за лодка!!!

В первом «Анчаре» были воплощены в жизнь почти 400 совершенно новых технических решений. Специально для него, например, была разработана двухвальная атомная пароэнергетическая установка мощностью по 40 тысяч л. с., на каждом валу (эта мощность вдвое превосходила на тот момент мощностью любых подлодок в мире). Эта установка включала в себя две автономные группы оборудования левого и правового бортов и состояла из двух реакторов, двух главных турбозубчатых агрегатов, двух автономных турбогенераторов и вспомогательного оборудования. Запасы ядерного горючего в реакторах могли обеспечить более четырех кругосветных плаваний полным подводным ходом без перезарядки активной зоны реактора. Управление пароэнергетической установкой осуществлялось оператором дистанционно из поста управления, путем задания необходимого режима с автоматическим выводом на мощность по заданному режиму хода с помощью автоматизированной системы управления защиты и контроля. Степень автоматизации и телеметрии на К-162 вообще на порядок превосходила ту, что применялась в тот момент на советских и зарубежных атомных подводных лодках. Степень комфорта для экипажа – тоже. К-162 даже внешне кардинально отличалась от советских атомных подводных лодок 1-го поколения — носителей крылатых ракет (пр.659, 675). Если первые были узкие и длинные, с заостренными носами, то корпус «Анчара» напоминал кита с большим закругленным носом.

Однако, главным отличием К-162 от всех существующих на тот момент подводных лодок мира являлся материал, из которого был изготовлен его прочный корпус – титан. В отличие от маломагнитных сталей, из которых строились и строятся сейчас корпуса всех подводных лодок мира, титановый сплав обладает более высокой прочностью, немагнитностью и стойкостью к коррозии. Правда, на тот момент не только в СССР, но и в мире не существовало технологий изготовления деталей из титана больших размеров и сварки их воедино с необходимыми прочностными характеристиками. Поэтому для строительства первой титановой подводной лодки длиной около 120 метров была радикальна преобразована вся советская титановая индустрия. В результате Запорожский и Березниковский титаномагниевые комбинаты смогли производить крупные слитки массой четыре – шесть тонн для подлодок, а на «Севмаше» было создано самое совершенное сварочное производство титановых сплавов с аргоногелиевой защитой.

Итогом все этих усилий стала атомная подводная лодка с 10 установками для подводного запуска крылатых ракет, которая на государственных испытаниях в конце 1969 года при мощности реактора 80% на глубине 100 метров развила скорость 42 узла (77 км в час). Годом позже новая советская подводная лодка официально установила мировой рекорд скорости движения под водой, разогнавшись на той же глубине до скорости 44,7 узла (почти 83 км в час). Что это значило для вероятного противника, российские военные моряки продемонстрировали в 1971 году, когда К-162 в Атлантическом океана «села на хвост» ударному авианосцу 6-го флота США «Саратога», возвращавшегося из Средиземного моря в Майами, и несколько часов преследовала его, периодически обгоняя под водой идущий «на всех парах» авианосец (его скорость в тот момент составляла 30 узлов).

Таким образом, благодаря ПЛ проекта «Анчар», Советский Союз получал мощное средство борьбы против подводных лодок и авианесущих соединений вероятного противника. Эти лодки могли стремительно приближаться к вражеским кораблям, эффективно атаковать их из-под воды, и столь же стремительно уходить из-под удара. «Анчар» на тот момент физически не могли догнать не только корабли противника, но и выпущенные им в сторону новых советских подводных лодок торпеды (скорость торпед в 70-е годы прошлого века не превышала 25 узлов в режиме поиска цели и 40 узлов в режиме сближения с нею).

Однако, в серию подводные лодки пр.661 «Анчар» так и не пошли. Прослужив почти 20 лет, в 1988 году К-162 была выведена из состава ВМФ и осенью 2010 года утилизирована.

Лодка пр.661 «Анчар»

Наиболее очевидной причиной того, что «Анчар» так и не пошел в серию, является стоимость лодки. Титановый корпус подводной лодки, по словам генерального директора «Малахита» Владимира Дорофеева, стоит в 5-6 дороже, нежели корпус из маломагнитной стали. И даже с учетом огромных мобилизационных возможностей советского времени, экономика СССР, очевидно, не могла потянуть серийное строительство ПЛ пр.661 «Анчар». По некоторым данным, стоимость первой лодки могла составить до 1% годового ВВП Советского Союза периода 60-х годов прошлого века. Второе обстоятельство, повлиявшее на судьбу проекта «Анчар» — акустическая заметность лодки. С одной стороны, титановый корпус делал эту лодку практически незаметной для гидролокаторов противника. Но только до скорости хода 35 узлов. Когда же лодка разгонялась свыше этой скорости, появлялся сильный внешний гидродинамический шум, созданный турбулентным потоком при обтекании корпуса ПЛА. Причем в районе центрального поста лодки этот шум достигал уровня 100 децибелл. Это равносильно шуму вагона метра1, проходящего от вас в нескольких метрах, или недалеким раскатам грома. Причем, никто в мире об этом не знал – этот факт обнаружился как раз при эксплуатации К-162. И что с этим делать, до сих пор толком тоже никто не знает. Поэтому скорость всех крупных и российских, и американских подводных лодок третьего-четвертого поколения, построенных в последние полтора десятка лет, по открытым данным, не превышает 35 узлов.

В итоге, проект «Анчар» трансформировался по двум направлениям. Еще во времена строительства в Северодвинске К-162, в Нижнем Новгороде, на судостроительном заводе «Красное Сормово» по проекту ЦКБ «Лазурит» для несения новых крылатых ракет «Аметист» начали строить атомные лодки проекта 670 «Скат». За счет стального корпуса они были относительно дёшевы, обладали меньшим, чем «Анчар» водоизмещением (3580 тонн надводного водоизмещения против 5197 тонн), ходили под водой на скорости 25 узлов, но со своей задачей – караулить вражеские авианосцы, вполне справлялись. В 60-70-х годах прошлого века было построено, в общей сложности, 17 таких лодок, на каждой из которых стояло по 8 пусковых установок П-70 . Все «Скаты» были уничтожены с 1991 по 1994 годы.

Эстафету в скорости «Анчар» передал атомным подводным лодкам «Лира». У них тоже были титановые корпуса, и эти небольшие (надводным водоизмещением 2300 тонн) лодки могли развивать скорость до 41 узла. Ракет на них не было — только торпеды, поскольку лодки этой серии предназначались для поиска и уничтожения вражеских субмарин. При этом лодки получились чрезвычайно верткими – на разгон до полного хода им требовалось не более 1 минуты, а за 42 секунды лодка могла развернуться на 180 градусов. По открытым данным, с 1971 по 1981 год в Ленинграде и на «Севмаше» было построено 7 таких лодок. Все они были выведены из состава флота также в начале 90-х годов прошлого века. Вот так, по сути, закончилась история советских скоростных подводных лодок с титановыми корпусами. Далее конструкторы пошли по пути применения других технических решений для увеличения скорости подводных лодок до 35 узлов. При этом несколько подводных лодок с корпусами из титана, построенных в советское время, по-прежнему находятся в составе ВМФ России – две лодки проекта 945 «Барракуда» (одна из них сейчас модернизируется), две лодки проекта 945А «Кондор», и, предположительно, одна лодка пр.941 «Акула» (ее прочный корпус также сделан из титановых сплавов). Но это уже другая история.

Лодка пр.941 «Акула»

windowsuser.livejournal.com

«Золотая рыбка» советского ВМФ | Warspot.ru

Осень 1971 года. Авианосец ВМФ США «Саратога» на подходах к базе зафиксировал сигнал неизвестного преследователя. Корабль шел на полном ходу, на скорости около 30 узлов, но оторваться от погони не получалось. Более того, таинственная подводная лодка не только шла наравне с авианосцем, но и могла его спокойно обогнать…

В тот день Пентагон пришел в замешательство – гордость американского военного флота получила «звонкую пощечину», а ранее неоспоримое превосходство США на море оказалось под вопросом. Что же это была за субмарина, и какова ее история?

Плод советского инженерного гения, секретная разработка, которая вошла в историю ВМФ нашей страны и изменила представление о подводном кораблестроении, подводная лодка проекта 661 «Анчар», более известная как подводная лодка К-162 (в 1978 г. переименована в К-222), – вне всякого сомнения, чудо военной техники, которому принадлежит мировой рекорд подводной скорости. На испытаниях К-162 достигла скорости 44,7 узла, или 80,4 км/ч, что сопоставимо со скоростью торпеды! К сожалению, данный факт не попал в книгу рекордов Гиннеса по причине секретности проекта.

В середине XX века внешняя политика США постоянно менялась. Учитывая веяния времени и напряженные отношения с СССР, командованием ВС США была принята новая стратегия «реалистического устрашения», главным пунктом которой значилось достижение превосходства в океанском пространстве. Создание ударных морских сил происходило путем формирования групп авианосцев, которым Советскому Союзу нечего было противопоставить.

В те годы СССР не обладал достаточными средствами для разработки и строительства своих авианосных кораблей, но руководство страны не могло проигнорировать новый виток внешней политики Америки. Поэтому был найден компромисс – развитие и модернизация подводных лодок.

Как говорится, новое время рождает новые потребности, которые субмарины тех лет удовлетворить не могли. Основным пунктом технического задания на разработку новой подлодки значилась возможность производить ракетный залп без всплытия, на небольшой глубине. В конце 60-х годов уже был принят на вооружение ракетный комплекс «Аметист», имевший возможность подводного пуска, поэтому перед советскими конструкторами встала задача создания субмарины-носителя, которую можно было вооружить этим комплексом.

Эта проблема рождала новую – «Аметист» обладал небольшим радиусом действия, всего лишь около 80 км, поэтому разрабатываемая подлодка должна была обладать высокой скоростью и достаточной маневренностью, чтобы в кратчайшее время сблизиться с целью, произвести пуск и скрыться. Проект такой подводной лодки был разработан в 1960 году академиком Н. Н. Исаниным.

Макет подводной лодки К-162 в масштабе 1:350, автор В. Королев (http://scalemodels.ru)

Субмарину Исанина, вне всякого сомнения, можно назвать экспериментальной. Некоторые технические решения, примененные в конструкции К-162, по мерке тех лет считались прорывом в корабельной отрасли. Большинство систем лодки было автоматизировано, а их контроль осуществлялся при помощи телемеханических средств – еще ни одна военная разработка СССР не использовала такого количества электроники!

Энергетический вопрос также был решен на должном уровне – специально для К-162 разработали новый атомный реактор. Лодка оснащалась двумя такими реакторами, которые обеспечивали работу новейшей пароэнергетической атомной установки. Запаса хода субмарины хватало без малого на четыре кругосветных плавания! Этот показатель в разы превышал все известные зарубежные аналоги.

Своим внешним видом К-162 напоминала кита. Можно сказать, что это символизировало слияние морской биологии и кораблестроения. Может быть, именно поэтому военные стали называть ее «Подводная лодка золотая рыбка», хотя общепринятой версией появления этого неофициального названия является дороговизна проекта – общие затраты на разработку составили один процент бюджета всего государства!

Пожалуй, самым революционным решением в конструкции «Золотой рыбки» стал материал обшивки корпуса – впервые в мировой практике судно было изготовлено из титанового сплава. Высокая стоимость этого металла была полностью оправдана – лодка получила невероятную прочность, коррозийную стойкость и малый вес. Именно благодаря этому были достигнуты впечатляющие скоростные характеристики.

Окончание работ над новой субмариной планировали завершить к 17 декабря 1969 года, ко дню рождения Л. И. Брежнева, но советские корабелы справились гораздо раньше – уже 13 декабря был произведен торжественный спуск лодки на воду…

Рубка легендарной «Золотой рыбки» на судостроительном заводе «Звездочка» в Северодвинске.
К-222 была исключена из состава флота 14 марта 1989 г. и в 2008–2010 гг. разделана на металл.
Рубку предполагается использовать для монумента подводникам. (http://zvezdochka-ru.livejournal.com)

Глубина погружения на испытаниях составила 100 метров. Подлодка вела себя устойчиво и стабильно набирала скорость. Всего лишь на 80% мощности реактора субмарина разогналась до 42 узлов (77 км/ч), что является невероятным показателем для морской техники, обладающей массогабаритными характеристиками уровня подводной лодки. Это было оглушительное достижение, которое ясно давало понять – ни один американский эсминец не сможет поймать нашу «Золотую рыбку».

В сентябре 1971 года, находясь в составе ВМФ СССР, подлодка совершила первый боевой выход, во время которого и состоялась знаменательная встреча с авианосцем «Саратога». С тех прошло много лет, и военные технологии совершили большой скачок вперед, но проект 661 вошел в историю как начало нового этапа в подводном кораблестроении всего мира. Это памятное достижение научной мысли советских ученых.

warspot.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *