Содержание

Новые виды вооружения в сухопутных войсках!

В Сухопутные войска (СВ) продолжают поступать новые системы вооружения. Главными новинками эксперты считают:

1) Новые реактивные системы залпового огня «Торнадо-Г».

Эти системы заменят уже устаревшие «Град».

Военные эксперты считают, что по своим техническим возможностям новейшая реактивная система «Торнадо-Г» намного эффективнее и лучше своих предшественников.

РСЗО «Торнадо-Г» предназначена для нанесения ударов по находящемуся на открытой местности так и в укрытии: живой силе, бронетехники, артиллерийским и минометным батареям, командным пунктам противника.

Новая 122 мм. РСЗО «Торнадо-Г» по своей боевой эффективности в 2,5 — 3 раза превосходит РСЗО «Град». А доработанная 300-мм РСЗО «Торнадо-С» по эффективности будет превосходить РСЗО «Смерч» в 3-4 раза.

Видел, как стреляет Град и Смерч, если эта штука правда такая мощная, просто нет слов..

2. 120-мм комбинированные самоходные орудия типа «Хоста»


120-мм самоходные орудия 2С34 «Хоста» из состава 21-й отдельной мотострелковой бригады Российской Армии (с) «Дембельфото» (via Wiedzmin/otvaga2004.mybb.ru )

2С34 «Хоста» (первоначально 2С1М) — российское 120-мм самоходное артиллерийское орудие.

Вооружение: пушка 2А80-1 с углом вертикального наведения от -2 до 80 градусов и 7,62 пулемёт ПКТ установленный на крыше башни.

«Хоста» заменяет «Гвоздику», которая была довольно неплохой, неприхотливой и надежной боевой машиной, однако на сегодняшний день уже устарела.

Стрельба может вестись без предшествующей подготовки, как с закрытых, полузакрытых и открытых позиций прямой или полупрямой наводкой к тому же «Хоста» способна уничтожать цели на обратных скатах высот, что является немаловажным фактором при ведении боевых действий в горной или холмистой местности.

И Хосту тоже видел в войсках, в одном из пресс-туров от Минобороны, жахает будь здоров, расстояние в 15 км не проблема.

3. Противотанковые самоходные ракетные комплексы типа «Хризантема-С».

Боевая машина 9П157-2 самоходного многоцелевого ПТРК «Хризантема-С» предназначена для уничтожения современной и перспективной бронетехники, в том числе танков, оснащенных динамической защитой, а также инженерных и фортификационных сооружений, надводных целей, малоскоростных воздушных целей и живой силы.

Отличительными особенностями «Хринзантемы» являются:
1) абсолютная всепогодность
2) автоматическая комбинированная система управления по радиолучу и полуавтоматическая по лучу лазера
3)возможность одновременного обстрела двух целей
4) высокая скорострельность

ТТХ «Хризантема-С»:
боевая масса — 20 тонн
экипаж — 2 человека
возимый боекомплект ракет — 15 шт.
мощность двигателя — 660 л.с.

скорость хода по шоссе — 70 км/ч.
скорость на плаву — 10 км/ч.
запас хода по шоссе — 600 км.

4. Оперативно-тактические ракетные комплексы «Искандер-М».

Оперативно-тактический ракетный комплекс «Искандер-М»

Ракетный комплекс «Искандер» был разработан в 80-х годах, но первый успешный запуск был осуществлен лишь в 1996 году. Баллистическая ракета весит 3,8 тонны, снабжена твердотопливным двигателем и обладает дальностью полета в пределах от 280 до 400 километров.

Понятнее всего о комплексе рассказывает инфографика от РИА Новости:


Вот такие новинки за последнее время в СВ, что скажете? По-моему направление правильное, это куда круче, чем танки делать, сейчас чем дальность больше, тем лучше. Согласны?

fagleyalonzo.livejournal.com

Новые виды вооружений – это всего лишь новые методы использования старого оружия

Зарубежный взгляд

В настоящее время идут очень интересные дебаты по поводу того, являются ли новые виды вооружений действительно новыми. Что это за вооружения? Насколько они эффективны? Меняют ли они природу и определение войны, так искусно описанной военным теоретиком Клаузевицем? В эксклюзивном интервью для Российского Совета по международным делам коммодор Стивен Джерми, военный летчик и кадровый офицер ВМФ, делится своими взглядами на новые способы ведения войны и новые виды вооружений.

Зарубежный взгляд

В настоящее время идут очень интересные дебаты по поводу того, являются ли новые виды вооружений действительно новыми. Что это за вооружения? Насколько они эффективны? Меняют ли они природу и определение войны, так искусно описанной военным теоретиком Клаузевицем? В эксклюзивном интервью для Российского Совета по международным делам коммодор Стивен Джерми, военный летчик и кадровый офицер ВМФ, делится своими взглядами на новые способы ведения войны и новые виды вооружений.

Собеседник: Стивен Джерми, профессор стратегии и лидерства Университета Плимута, Великобритания

Интервьюер: Мария Просвирякова

– По Клаузевицу, «война – это акт насилия, имеющий целью заставить противника выполнить нашу волю». Вообще в этом была цель традиционных видов вооружений. С появлением новых видов оружия меняется ли доктрина Клаузевица?

– Не думаю, что доктрина Клаузевица изменилась. На самом деле определение войны как «акта насилия, имеющего целью заставить противника выполнить нашу волю» остается неизменным. Вопрос состоит в применении силы и в использовании оружия. Если оружие используется в качестве силового метода – это одно и то же. А то, что изменилось, – это характер вооружений, методы силового воздействия.

– А меняется ли концепция традиционной войны, по Клаузевицу, войны как продолжения государственной политики иными средствами?

– Сегодня говорят о новых и старых войнах. При этом неправильно трактуется точка зрения Клаузевица на войну как использование силы в политических целях. И новые виды вооружений, как правило, используются в политических целях. В этом смысле они представляют собой «оружие Клаузевица», но несколько иной природы.

К примеру, интересно посмотреть, как развивались антиповстанческие действия и террористическая деятельность. Люди склонны думать о них как о войне нового типа. Но зададимся вопросом: для чего террористы используют свое оружие? Находятся ли на борту самолетов люди или самодельные взрывные устройства? Оружие все еще используется в политических целях. Политические цели «Аль-Каиды» очевидны – они хотят, чтобы Запад ушел с Аравийского полуострова. Они лишь используют различные средства для достижения своей цели, но это, несомненно, силовые средства, которые удовлетворяют критериям войны, предложенным Клаузевицем.

– Что представляют собой новые виды вооружений?

– Существуют 2–3 новых вида оружия. К простым новым видам оружия можно отнести беспилотные летательные аппараты (БЛА). Яркий пример их использования – Афганистан и Пакистан. В этих случаях силу применили люди, которые находились в Америке и оттуда руководили полетами БЛА над территорией Афганистана. Но в плане результатов это то же самое, что и бомбардировки с использованием стратегической авиации. Только это было сделано с расстояния 5000 миль, в отличие от дальности 150 миль или даже от бомб, которые пилоты сбрасывают с самолетов-бомбардировщиков. Не думаю, что само оружие кардинально изменилось – это все та же бомба – вопрос лишь в том, как она размещена.

Интерес представляет кибер-оружие. Оно начало проникать в некоторые очень сложные области, где встает вопрос, является ли кибер-атака силовой атакой? Можно сказать, что если она несет с собой ущерб и разрушение, то это действительно силовая атака, если же она приводит к каким-то другим результатам, то это еще более любопытное явление. Мы не знаем, должны ли мы называть их атаками. Например, ущерб, нанесенный информационной технологии и ядерному потенциалу Ирана, выглядит как атака, но вопрос, было ли это актом военных действий или актом применения силы или немного и тем и другим, остается открытым. На мой взгляд, война с использованием кибер-оружия может отличаться от войны, описанной Клаузевицем. Но об этом пока слишком рано говорить.

– Отличие кибер-атаки в том, что она не влечет за собой физический ущерб…

– Это один из интересных вопросов, поскольку война как акт насилия обычно приводит к физическому ущербу или к угрозе физического ущерба. Кибер-война не наносит физический ущерб. Физический ущерб, как правило, означает риск для жизни людей или значительное разрушение зданий и сооружений. Но у кибер-войны этого нет, и поэтому она немного более сложная.

– Можно ли сказать, что новые виды оружия предназначены для уменьшения кровопролития в противовес старым?

– Да, можно так сказать. Нет никаких сомнений в том, что новые виды оружия более точные. Это одна из их характерных черт. Я бы сказал, что они предназначены для уменьшения сопутствующего ущерба и позволяют быть уверенными в том, что военная сила направлена точно в цель. Боюсь, они, безусловно, не применяются для того, чтобы не вызывать смерть. Даже с учетом того, что они более целенаправленны, они все еще представляют собой силовой акт и приводят либо к смерти и ранениям, либо к некоторым другим побочным эффектам для противника с тем, чтобы принудить его или ее следовать нашей воле.

– Насколько эффективно применение этих новых видов оружия?

– Думаю, лучший пример – Ливия. В Ливии мы видели военные действия, которые велись, главным образом, с воздуха. При этом точные виды оружия использовались на основе переданной с земли информации для достижения поражающего эффекта. Полагаю, это пример только наступательных действий НАТО. Интерес представляют оборонительные действия НАТО, например, в Афганистане, где мы сегодня является свидетелями применения Талибаном всех видов оружия для ведения войны, причем с весьма значительным эффектом. Один из наиболее интересных видов оружия ведения войны – террористы-смертники. Они уже представляют собой весьма эффективное оружие, оказывающее поражающее действие на силы НАТО.

– Оправдывает ли эффективность применения этих новых видов оружия их стоимость?

– Все зависит от того, что вы пытаетесь достичь. Если вы вовлечены в такие войны, как в Афганистане, вы можете оправдать некоторую часть этой стоимости. Можно сказать, что новые виды вооружений являются дорогостоящими, но какой-либо «беспилотник», пролетающий над территорией Афганистана, возможно, в конечном счете, гораздо дешевле, чем пилотируемый боевой самолет. Роль таких самолетов снижается и будет и дальше снижаться. В пилотируемом боевом самолете одним из наиболее дорогостоящих элементов является пилот, мужчина или женщина, и в этом смысле это оружие более дешевое, но необязательно более эффективное.

– Какие преимущества и недостатки Вы видите в растущем использовании новых видов оружия для ведения войны?

– Преимущество, вероятно, заключается в точности действия. В настоящее время мы являемся свидетелями меньшего сопутствующего ущерба, чем это было раньше. Например, сопутствующий ущерб от бомбардировки Гамбурга силами союзников в 1940-х годах был колоссальным.

Что касается недостатков, то это оружие как-то обезличивает военные действия: конфликт становится менее кровавым, и его участники скорее будут использовать это оружие ведения войны.

Я не уверен в том, что силы НАТО, которые используют БЛА против Талибана и других террористических группировок, обязательно выигрывают политическую войну. Они могут устранять отдельных террористов, но с политической точки зрения это не всегда хороший результат. Талибан часто говорит, что «мы не совсем согласны с тем, чтобы противостоять им один на один». А это означает, что они имеют политическое преимущество. Итак, возвращаясь обратно к политике, можно сказать, что эти средства не так эффективны, как мы привыкли думать.

– Каковы преимущества и недостатки кибер-войны?

– Думаю, об этом очень трудно говорить, поскольку мы еще только начинаем с этим сталкиваться. Давайте в качестве примера обратимся к Ирану. Преимущество может состоять в том, что вы, возможно, достигнете эффекта без разрушения зданий и сооружений или людских потерь. Недостатком может быть то, что вы открываете новую область, где вы сами можете быть уязвимыми для контратак отовсюду. Военные действия с применением кибер-оружия ведутся там, где государства имеют в этом плане большой потенциал, так же, как и отдельные лица. Мы были свидетелями атак хакеров против банков. Следовательно, это открывает некую новую территорию, которую почти невозможно контролировать, и эта территория – не отдельная провинция государства, она открыта для каждого человека, хорошо владеющего Интернетом.

– Что появление новых видов оружия означает для будущего обычных войск, военно-морских сил?

– Есть два ответа на этот вопрос. Первый состоит в следующем: можете ли вы представить себе, что Запад проводит больше военных операций, подобных операции в Афганистане? Надеюсь, ответом будет «нет». Она дорогостоящая и, в конечном итоге, неудачная. Поэтому я думаю, что использование Западом крупных армий в военных операциях, подобных афганской, в будущем будет менее вероятным.

Что для меня трудно прогнозировать, так это будут ли войны «государство против государства». У меня вызывают беспокойство будущие войны за ресурсы, которые возможны в ситуации, когда некоторым странам не хватает ресурсов, а другие не испытывают недостатка в них. Если это станет вопросом выживания, тогда я мог бы представить себе такие войны, которые начнутся в будущем. Например, меня беспокоит Европа и утрата стабильности в странах, которые сталкиваются с крупными проблемами в экономике. Я предвижу это не в ближайшее время, а скорее в более отдаленном будущем. Надеюсь, мы научимся лучше распоряжаться нашими ресурсами.

– Какое будущее у новых видов оружия?

– На мой взгляд, наибольший интерес представляет область применения кибер-оружия. Еще одна интересная область – космос. Вероятно, мы станем свидетелями того, как оружие будет модернизироваться, становиться более точным и дешевым. Но пока трудно прогнозировать, чем это завершится.

– Г-н Джерми, большое спасибо Вам за это интервью.

russiancouncil.ru

Новые виды вооружения: чем Россия ответит на «мгновенный глобальный удар» США

Российская Федерация следит за развитием ядерными державами иных видов вооружения и будет готова создать новые оружейные системы в неядерном исполнении, заявил накануне президент РФ Владимир Путин. Корреспондент Федерального агентства новостей разбирался, чем Россия сможет ответить на «мгновенный глобальный удар» США.

Глава государства подчеркивает, что западные партнеры РФ развивают высокоточные виды вооружения, которые по своей разрушительной силе приближены к ядерному оружию. Именно по этой причине российской стороне так необходимы новые, высокотехнологичные разработки.

«В нашей стране будут появляться новые системы оружия в неядерном исполнении», — отметил Путин в ходе итоговой пленарной сессии Международного дискуссионного клуба «Валдай».

К слову, за неделю до выступления российского лидера, американское командование заявило, что США приступили к разработке перспективных комплексов, способных нанести «мгновенный глобальный удар». Сама концепция такой атаки подразумевает нанесение максимального ущерба гражданской и военной инфраструктуре противника неядерными средствами в предельно сжатые сроки. По замыслу аналитиков Пентагона, противник просто не успеет адекватно ответить на агрессию.

Для претворения в жизнь этой концепции в Соединенных Штатах предлагают использовать три вида вооружения: неядерные боевые блоки уже состоящих на вооружении межконтинентальных баллистических ракет, гиперзвуковые крылатые ракеты и кинетическое оружие. Последнее выглядит как вольфрамовые стержни длиной 5−10 м, их предлагается сбрасывать с орбиты. Мощность удара таких стержней о землю будет равняться взрыву 10−12 тонн тротила, чего будет достаточно для «вскрытия» пусковых шахт российских МБР.

Чем ответит Россия?

Российская Федерация не скрывает, что несколько конструкторских бюро (пока, правда, не сообщается каких именно) ведут разработку перспективных вооружений повышенной мощности. Одним из вариантов такого оружия могут стать межконтинентальные ракеты с неядерными боевыми блоками. Еще в 2012 году командующий РВСН Сергей Каракаев подчеркивал, что мощная жидкостная межконтинентальная ракета «позволила бы реализовать и такие возможности, как создание стратегического высокоточного оружия с практически глобальной досягаемостью».

Однако с реализацией этой идеи могут быть проблемы — точность таких снарядов далека от идеальной. Например, коэффициент отклонения боеголовки ракеты Р-36М2 «Воевода» составляет 220 метров, что просто неприемлемо для новых, неядерных типов вооружения.

Еще одной разработкой российского военного гения является гиперзвуковая противокорабельная ракета «Циркон-М», которая, как заявляют разработчики, способна развивать скорость в 6 Махов или 7350 километров в час. Правда, пока такие ракеты испытываются только для ВМФ России, но многие военные эксперты не видят проблем в том, чтобы создать ее многоцелевую версию.

Если же говорить об оружии на новых физических принципах, то тут стоило бы отдельно выделить лазерное вооружение. Правда, пока его нельзя использовать, так как оно не способно наносить какой-либо серьезный урон военной технике вероятного противника. Лазерные системы подошли бы больше для нужд противовоздушной и противоракетной обороны.

Рельсотрон или электромагнитный ускоритель масс — еще один пример перспективного вооружения, которое может прийти на замену ЯО. Рельсотрон разгоняет токопроводящий снаряд вдоль двух металлических направляющих с помощью силы Ампера. К слову, болванка, выпущенная такой пушкой, способна развивать немыслимые по меркам простой артиллерии скорости, что очень положительно сказывается на пробивной силе.

Ранее первый заместитель председателя комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Франц Клинцевич сообщал, что в России уже давно ведутся работы по созданию электромагнитной пушки. Изначально ее предполагалось использовать в ВКС РФ и в космосе, для выведения на орбиту полезных грузов. Однако если технология будет улучшена и российским ученым удастся решить проблему с элементами питания для такого оружия (пока нет мобильных и малогабаритных источников), в будущем оно может быть установлено на любые виды российской военной техники, вплоть до боевых спутников.

riafan.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.