Братья России по оружию: от индийского IT до бразильских ракет
Россия даже без специализации на дорогостоящем высокотехнологичном оружии способна сохранить своё место среди ведущих экспортёров продукции ВПК. Простые решения – так называемые value arms, – как наглядно показал «Октагон», достаточно популярны в мире. Но в отличие от поиска новых технологических решений поиском новых партнёров наша страна пренебрегать не может.
Индийская защита
Основные производители вооружения в Индии ежегодно зарабатывают свыше 6 млрд долларов, это более 1,2 процента от общего объёма мировой торговли. За пять лет индийский экспорт военной продукции вырос в шесть раз, превысив 1,5 млрд долларов. Этому способствовали, помимо благоприятной мировой конъюнктуры, активные действия властей по поддержке отрасли. В августе 2020 года правительство объявило о цели достичь к 2025 году экспорта в размере 5 млрд долларов в год, а стоимости продукции всего ВПК – в 25 млрд долларов.
Индия заглядывается на российские рынки – торгует с Индонезией, Вьетнамом, Филиппинами и даже с Арменией. Преувеличивать угрозу для нашего положения не стоит, ведь один из самых востребованных индийский военных товаров – сверхзвуковую крылатую ракету BrahMos – разрабатывает совместное индийско-российское предприятие. Некоторые эксперты называют это оружие революционным, отмечая, что в сочетании с истребителем Су-30МКИ BrahMos может поражать цели очень точно и на очень большом расстоянии.
Главный покупатель BrahMos – Филиппины – потратил на эту боевую платформу 300 млн долларов, что вызвало интерес у других покупателей в регионе. Это закономерно для локальных рынков вооружений, когда покупка какого-либо образца одной страной вынуждает делать заказы и её конкурентов.
Русско-индийская гроза кораблей «БраМос»
Создатели российско-индийской противокорабельной ракеты «БраМос» пообещали появление гиперзвукового варианта боеприпаса на рубеже 2027–2028 годов. Кроме того, содиректор компании BrahMos Aerospace с российской стороны, заместитель генерального директора «НПО машиностроения» Александр Максичев сообщил о готовности поставлять её для ВС РФ.
Перейти к материалу
Помимо ракеты BrahMos, популярностью пользуется индийская система ПВО Akash – самостоятельная разработка страны. Она не слишком революционная: может поражать воздушные цели на расстоянии до 30 километров, нейтрализовать истребители, крылатые ракеты и ракеты класса «воздух – поверхность», а также баллистические ракеты. Этим типом вооружений, одна единица которого стоит около 500 тыс. долларов, заинтересовались Саудовская Аравия и ОАЭ. Среди клиентов индийского ВПК называют 84 страны, которые также покупают усовершенствованные лёгкие вертолёты, морские патрульные суда, системы наблюдения за побережьем, пусковые установки и электронные системы.
России может быть интересно более тесное сотрудничество с индийскими военными разработчиками в сфере военных информационных технологий. Индия – высокоразвитая IT-держава, где занимаются созданием искусственного интеллекта, который можно применять на поле боя для анализа человеческого поведения и прогнозирования тактической обстановки. Кроме того, у индийских разработчиков есть компетенции в конструировании боевых роботов. В обмен на такое взаимодействие Россия могла бы помочь Индии в решении кадровой проблемы – у страны есть пробелы в подготовке высококвалифицированных учёных и инженеров. Их вполне могли бы заполнить выпускники Техуниверситета им. Н. Э. Баумана и Физтеха.
Оружие из пустыни
Объединённые Арабские Эмираты – один из крупнейших импортёров вооружений в мире, сейчас страна на третьем месте. ОАЭ нашли модель сотрудничества, которая позволила создать в стране и собственные экспортные технологии. Заключая очень выгодные для продавцов контракты на многие миллиарды долларов, Эмираты прописывали в них условие, что часть компонентов будет производиться внутри страны. Таким образом происходил трансфер технологий из США, стран Евросоюза, Канады и Бразилии. В сочетании с щедрым госфинансированием научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) и промышленности это позволило быстро нарастить экспортные возможности.
Крупнейший производитель боевых систем в ОАЭ – корпорация EDGE.
Компания ежегодно продаёт в страны Африки и Ближнего Востока оружие в среднем на 4,8 млрд долларов. По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира, EDGE стала первым ближневосточным игроком, вошедшим в число 25 крупнейших военных компаний мира.
На основе импортных технологий в Эмиратах собирают бронетехнику и ракеты из Южной Африки, корветы из Франции, а также боеприпасы и компоненты для вооружений, произведённых в других странах. Пока ОАЭ – это региональный поставщик, производящий ограниченный перечень военной продукции. Однако для РФ важно, что Эмираты занимают те же рынки, на которых работает Россия, экспортируя своё оружие в основном в страны Ближнего Востока (55 процентов от общего объёма) и Африки (35 процентов). Причём за 10 лет они увеличили свою долю в региональной торговле оружием почти в два раза.
Стоит учитывать, что около четверти всего военного экспорта ОАЭ составляли боевые самолёты, а это важнейшая статья и российских продаж. Эмираты торгуют авиационной техникой, часть которой произведена внутри страны, например БПЛА Yabhon, экспортированные в Алжир, а часть куплена ранее за рубежом и перепродана. Это, кстати, отличительная черта торговцев оружием из Эмиратов – они специализируются в том числе и на «секонд-хенде».
Арабы интересуются различными видами вооружений.Фото: Zoya Shu/Zuma/TASS
В последние годы ОАЭ наращивают компетенции в производстве высокотехнологичных систем ПВО. Например, Skyknight, которая стала первой полностью разработанной в Эмиратах всепогодной системой ПВО малой дальности (до 10 километров), предназначена для перехвата беспилотных аппаратов и вертолётов – очень актуальная задача в современных войнах.
Две трети продаж оружия ОАЭ в последние десятилетия приходились на бронетехнику. В их число входили бронеавтомобили Panthera T6 для Египта, включая производство по лицензии, и Камеруна. Кроме того, ОАЭ поставили бронемашины Cougar в Нигерию, Южный Судан, Йемен и Египет, а Nimr – в Алжир, Туркменистан и Йемен.
Турецкий гамбит
Турцию и Южную Корею Стокгольмский институт исследования проблем мира оценивает как игроков, стремительно наращивающих экспансию на оружейных рынках. Для российских экспортёров эти две страны представляют довольно серьёзный вызов, поскольку они не так открыты для тесной технологической кооперации. В Южной Корее это связано с зависимостью от Соединённых Штатов и НАТО, а взаимодействие с Турцией осложнено сильными геополитическими амбициями Анкары и многочисленными пересекающимися с Москвой геополитическими интересами.
БПЛА стали в последние годы визитной карточкой турецкого ВПК, во многом благодаря успешному применению тяжёлых беспилотников Bayraktar TB2, созданных корпорацией Baykar. Сейчас Bayraktar TB2, который экспортируется в 24 страны, – самый покупаемый боевой дрон в мире.
Турецкий Bayraktar – один из самых известных беспилотных летательных аппаратов.Фото: Bayhaluk/Wikimedia/CC BY-SA 4.0
Пока производство беспилотников Bayraktar TB2 сильно зависит от импортных комплектующих, что может ограничить возможности для продажи в некоторые страны. С аналогичными трудностями сталкивается и создание нового турецкого танка Altay и боевого самолёта TF-X. Оба проекта зависят от того, сможет ли Турция импортировать ключевые компоненты, например двигатели, или купить технологии для их производства.
Примерно половина от всего турецкого оружейного экспорта приходится на бронетехнику, самая совершенная из которых – колёсный бронетранспортёр Kirpi. 50 таких машин Анкара подарила Украине. Модель оснащена лебёдкой для самовытаскивания, переговорным устройством, системой слежения за местом выстрела и автоматической системой пожаротушения.
Турецкий ВПК демонстрирует хороший пример (в том числе и для России), как санкционное давление не мешает, а даже способствует развитию промышленности.
Сейчас Турция входит во вторую десятку продавцов вооружений и военной техники. Причём изначально этому содействовало американское эмбарго, введённое против Турции в середине 1970-х годов.
Оно вынудило правительство в ускоренном темпе развивать свой ВПК. В наши дни его продукция включает, кроме БПЛА, бронетехнику (около 50 процентов экспорта), артиллерию, тренировочные самолёты, различные системы электронной борьбы и боевые корабли разного класса до фрегата включительно (около 30 процентов), а также боеприпасы, ракеты и разнообразные радары, датчики, системы РЭБ и средства связи.
Турецкий экспорт вооружений начал быстро расти с начала 2000-х годов, а за последние 10 лет увеличился почти в два раза. Среди клиентов Анкары около 30 стран, а также сирийские повстанцы. В основном Турция работает на рынках Африки, Центральной и Южной Азии и Ближнего Востока.
От копии к оригиналу
Свою военную индустрию Южная Корея, как и КНР, начинала с копирования образцов иностранного вооружения. В отличие от Китая, у корейцев развитие ВПК происходило в жесточайшей конкуренции между чеболями – крупнейшими индустриальными конгломератами, принадлежащими влиятельным семьям. Следуя задаче обеспечить вооружённые силы и стать независимыми от партнёров, фирмы со знакомыми нам названиями, например Samsung Aerospace и Hyundai Heavy Industries, старались предложить оптимальные решения. Несправившиеся теряли оборонные заказы, зато отличившиеся получали поддержку государства и занимали места в рейтинге ведущих мировых поставщиков оружия. Южная Корея сейчас восьмая в списке ведущих экспортёров военных решений.
Сеул 46 процентов отправляет в страны Юго-Восточной Азии и Океании, где конкурирует с Индией, а также 29 процентов – на Ближний Восток, где южнокорейские интересы входят в противоречие с российскими. Другие импортёры южнокорейских военных технологий – страны ЕС (17 процентов) и Южной Америки (8 процентов). Интерес к ВПК Южной Кореи даже со стороны развитых стран Запада обусловлен высоким качеством производимой продукции.
Конфликт на Украине показал, насколько большое значение имеет артиллерия. В этом сегменте Южная Корея играет важную роль. Главный хит южнокорейского оружия – 155-миллиметровая самоходная установка K-9 Thunder, которая создавалась для внутреннего пользования – против Северной Кореи, однако пришлась по душе и покупателям за рубежом. Артиллерия даёт в среднем 24 процента всех доходов от экспорта вооружений. Кроме того, Южная Корея экспортирует по всему миру боевые корабли (47 процентов от общего объёма продаж оружия), а также самолёты (27 процентов). Правительство страны стимулирует вложения в НИОКР, а также вводит налоговые послабления для предприятий ВПК.
Самоходная установка K-9 Thunder существенно повышает возможности армейской артиллерии. Источник: War*68*/YouTube
Южнокорейская военная промышленность также производит передовое вооружение большинства категорий – от лёгкой бронетехники до танков, подводных лодок и крупных фрегатов, лёгких боевых самолётов, современных высокоточных ракет (баллистических и крылатых) и систем ПВО. Тем не менее в конструкции большинства видов вооружений очень много иностранных компонентов. США поставляют двигатели, авионику и программное обеспечение для управления полётом учебно-тренировочного самолёта Т-50 и его боевого варианта FA-5036. Хотя Южная Корея разрабатывает боевую систему для своих новейших кораблей, сейчас они по-прежнему зависят от импортных газовых турбин и дизельных двигателей.
Новая серия
Рынки сбыта оружия в Латинской Америке традиционно представляют интерес для России не только и не столько в плане получения прибыли, сколько с точки зрения распространения своего влияния на подбрюшье Соединённых Штатов. РФ была крупнейшим поставщиком оружия в латиноамериканские страны по крайней мере в прошлом десятилетии, когда регион получал сверхдоходы от продажи сырья. Тогда Россия намного опережала и Китай, и США. Это было связано в том числе и с особо благоприятными условиями, которые Москва предоставляла своим клиентам. Например, Венесуэле были выданы кредиты на покупку российского оружия в общей сложности на 20 млрд долларов.
В последние годы закупки вооружений странами региона сократились у всех поставщиков. России этот рынок теперь даёт лишь около 1 процента объёма оружейного экспорта, что отчасти обусловлено падением дохода у государств региона, повлёкшим снижение бюджетов на новое вооружение. Одновременно с этим российским поставщикам стало сложнее работать в Латинской Америке из-за смены правительств в странах континента на менее дружественные Москве.
И тем не менее списывать со счетов латиноамериканский рынок не следует. Правда, для работы на нём нужны новые подходы, включая партнёрство с региональными производителями. На такую роль может подойти Бразилия. Будучи одной из самых развитых и влиятельных стран Латинской Америки, она торгует оружием со своими соседями не слишком активно, работая прежде всего на рынки Ближнего Востока и Африки. А у России на континенте есть сильные связи.
Авиастроение относится к основным отраслям военной промышленности Бразилии.Фото: Eraldo Peres/AP/TASS
Сейчас боевые вертолёты и авиация – это основная статья военного экспорта Бразилии (более 80 процентов). Доля военно-воздушной техники в российском экспорте составляет около половины. Соединив свои компетенции, оружейники обеих стран могли бы предложить новые технические решения в большем числе регионов.
Тот факт, что Бразилия и Россия не соседствуют друг с другом, тоже положительно влияет на возможность углубления кооперации. Географическое расстояние, как ни странно, снижает взаимное недоверие, поскольку на такой дистанции страны не представляют друг для друга прямой угрозы. Этим фактором объясняется нежелание Бразилии торговать оружием и технологиями с соседями по континенту: в истории Латинской Америки было много региональных войн, так что недоверие уходит корнями в прошлое.
У Бразилии очень серьёзный экспортный потенциал. За последние 20 лет страна поднялась с 29-го на 24-е место в списке крупнейших экспортёров военных решений. При этом Бразилия сразу «затачивала» свой ВПК на внешние рынки, в отличие от Южной Кореи, которая развивала свой ВПК для обеспечения сначала собственных потребностей, а уже потом – для продажи военных решений за рубеж. Заслуживающие внимания поставки включали экспорт учебно-боевых самолётов EMB-314 в Афганистан и Индонезию. Хотя эти две страны лишь недавно начали получать бразильское оружие, вместе они составляли почти 40 процентов бразильского экспорта вооружений в 2010–2019 годах.
Лёгкий турбовинтовой штурмовик EMB-314 Super Tucano пользуется спросом на международном рынке вооружений.Фото: Staff Sgt. Larry Reid Jr./DVIDS
В конце прошлого века страна экспортировала бронемашины и тренировочные самолёты в основном в Ирак и Ливию, которым бразильские военные решения нужны были для использования во внутренних и внешних конфликтах. Сделав ставку на двух основных покупателей, ВПК Бразилии получил серьёзный удар после того, как в Ираке и Ливии настали более мирные времена. Экспорт ракетных установок и бронетехники упал до низкого уровня. Главный бразильский производитель бронетехники Engesa обанкротился.
А вот военно-воздушная промышленность смогла справиться с падением спроса. Авиапроизводитель Embraer продолжал экспортировать учебно-тренировочные самолёты EMB-312 Tucano в страны Европы и Южной Америки, одновременно с этим выпуская бизнес-джеты и среднемагистральные лайнеры, за счёт чего компенсировал потери от военных продаж.
В середине 2000-х годов правительство Бразилии приняло ряд мер, направленных на восстановление производства оружия в стране. В течение следующего десятилетия компаниям, занимающимся военным производством, предлагались многочисленные налоговые льготы и другие преференции. Также руководство развивает сотрудничество бразильского военного комплекса с небольшими фирмами по всему миру. Например, совместно с южноафриканскими партнёрами бразильцы производят для Африки ракету «воздух – воздух» A-Darter, а вместе с Airbus строят боевые вертолёты EC-725. Именно благодаря таким многочисленным партнёрствам, даже находясь далеко от основных горячих точек и воюющих стран, Бразилия всё равно принимает активное участие в мировой торговле оружием, а также получает новые технологии.
Рациональный подход
Наращивание взаимодействия с малыми производителями и продавцами оружия позволит, кроме всего прочего, купировать исходящие от них геополитические угрозы. Не слишком щепетильные Турция и ОАЭ поставляют своё оружие в регионы нестабильности, например в Ливию, Йемен, Азербайджан и Сирию (что должно беспокоить Россию). Также масштабная закупка турецкого вооружения Катаром увеличивает риски военного конфликта между этим крошечным государством и Саудовской Аравией, где применяется, к слову, и бразильское оружие.
Что касается турок и арабов из Эмиратов, то они используют экспорт вооружений не только как способ пополнить бюджет, но и для проецирования своего геополитического влияния. Как правило, купившие вооружение у той или иной страны вынуждены в дальнейшем взаимодействовать с ней по вопросам обслуживания, закупки боеприпасов и запчастей, а также обучения персонала. Анкара таким образом уже укрепила отношения с тюркоязычными государствами Средней Азии.
У КНР тоже есть политическое измерение торговли оружием, которое сильно тревожит американские власти.
До последнего времени Россия неохотно шла на передачу своих технологий, объективно оценивая вероятные риски. Другие страны Москва справедливо рассматривала сугубо как покупателей своей готовой продукции и услуг по её обслуживанию. На самом деле в этом нет ничего уникального: развитые в технологическом отношении державы обычно нехотя идут на сотрудничество в военной сфере, так как опасаются, что передача ноу-хау будет способствовать быстрому изменению в региональном или глобальном балансе сил. Учитывая такие соображения, руководители государств зачастую приходят к выводу, что конкуренция выгоднее кооперации.
Однако в настоящее время в таком максималистском подходе может быть больше вреда, чем от возможности получения другими странами наших технологий. Сейчас российские экспортёры могут снизить своё присутствие на мировых оружейных рынках, что связано с возрастанием конкуренции и концентрации усилий российского ВПК на нуждах СВО.
Именно поэтому кооперация, в том числе и с новыми региональными игроками, может дать импульс развитию нашего собственного ВПК, а также позволит прочнее закрепиться на рынках развивающихся стран. Конечно, ждать совместной работы от государств Запада (куда стоит включить и Южную Корею), работающих в сегменте премиальных военных решений, не стоит. Между тем многие новые продавцы в такой кооперации очень заинтересованы, в числе прочего и потому, что их экспансию сдерживает неполная технологическая суверенность. Они готовы многое отдать тем, кто поделится технологиями, производственными мощностями и квалифицированными кадрами. Это может стать новым этапом в развитии российского ВПК. Игроки, которые не считаются с финансовыми потерями и не боятся политических рисков, в современных условиях будут для России идеальными партнёрами.
модернизация техники СССР или новые образцы?
В течение последнего десятилетия военно-промышленный комплекс (ВПК) России начал активно работать в интересах собственных Вооруженных сил. Достаточно высокими темпами идёт перевооружение многих видов войск, в особенности это касается Ракетных войск стратегического назначения и Воздушно-космических сил (ВКС), в меньшей степени — Военно-морского флота (за исключением подводного флота).
На финальной стадии разработки находятся многие перспективные системы вооружений, процесс создания которых был начат уже после распада СССР. Тем не менее, реально в войска пока в основном поступает техника, являющаяся глубокой модернизацией советских разработок. Это стало возможным благодаря отличному модернизационному потенциалу многих видов вооружений, а также возможностям, которые открываются благодаря «оцифровке» советской техники (цифровое оборудование тогда применяли редко) с использование современной элементной базы. Тем не менее, представить себе ВПК России без наследия СССР невозможно — преемственность в этой области имеет важнейшей значение. Да и большинство предприятий остались с советских времен, в большинстве случаев сохранив свои названия. Это будет продемонстрировано на конкретных примерах из ключевых отраслей ВПК.
Военное авиастроение: советские платформы Су-27 и Ми-8 приносят России миллиардные прибыли
После начала российской военной кампании в Сирии в сентябре 2015 года в крупнейших мировых и российских СМИ постоянно появляются кадры применения фронтовых бомбардировщиков Су-34, а также многофункциональных истребителей Су-30СМ и Су-35С. На данный момент эти самолёты являются самыми современными и эффективными машинами в составе ВКС России, привлекая внимание многих покупателей на мировом рынке вооружений. И все они созданы на базе тяжелого истребителя четвёртого поколения Су-27, принятого на вооружении военно-воздушных сил СССР в 1985 году.
Что касается создания этих глубоких модернизаций Су-27 — то сделано это было, во многом, на средства иностранных заказчиков в инициативном порядке, так как до 2010-х годов гособоронзаказ на новые боевые самолёты практически отсутствовал. Особенно это касается двухместного многоцелевого истребителя Су-30СМ, который вряд ли бы появился без крупнейшего индийского заказа (на данный момент законтрактовано 272 машины, около 250 из них поставлены). Этот самолёт в скором времени принесёт еще до $8 млрд российскому ВПК — столько, вероятно, будет стоить контракт на модернизацию всего индийского авиапарка Су-30МКИ до уровня SuperSukhoi.
В итоге, на сегодняшний день, новые боевые самолеты, созданные на базе советской платформы, являются основой ВКС России, поступая в войска в большом количестве. Назвать полностью «самостоятельным» проектом можно только истребитель пятого поколения Т-50 ПАК ФА, который впервые поднялся в воздух 29 января 2010 года, а первые работы по его созданию начались в 2002 году. Хоть самолёт полностью создан уже в Российской Федерации, сами работы по созданию истребителей пятого поколения начались еще в начале 1980-х годов в СССР. Были выработаны технические требования к машинам этого класса, кроме того, традиционно конкурирующие опытно-конструкторские бюро (ОКБ) «МиГ» и «Сухой» начали работу над созданием своих самолётов. Строго говоря, изначально истребителем пятого поколения занималось только ОКБ «МиГ» с проектом МФИ (многофункциональный фронтовой истребитель), а «Сухой» получил проект нового палубного истребителя С-32 с крылом обратной стреловидности. Позже (уже после распада СССР), С-32 был переименован в С-37 или Су-47 «Беркут» и стал экспериментальным самолётом для отработки технологий истребителя пятого поколения. Судьба же МФИ оказалась достаточно печальной — единственный летный прототип МиГ 1.44 осуществил всего два полёта — в феврале и апреле 2000 года, после чего проект был закрыт, став «жертвой» дезорганизации и низкого государственного финансирования 1990-х годов. Затянувшаяся разработка машины привела к её существенному техническому отставанию от американского F-22 Raptor, который уже активно летал и в 2005 году был принят на вооружение ВВС США.
В итоге, было принято решение начать разработку истребителя пятого поколения «с нуля» — уже силами ОКБ «Сухого», сохранившего дееспособность, благодаря масштабным экспортным проектам. Собственно, речь уже идёт о Т-50 ПАК ФА, в создании которого использовали все те технические наработки, которые накопились при испытаниях С-37 и МФИ. На данный момент построено 9 прототипов Т-50, из которых 7 летных. К 2020 году ожидается поставка первой партии из 6 серийных машин.
Похожее положение дел сохраняется и в вертолётостроении — лучше всех на международном, да и на внутреннем рынке, реализуются военно-транспортные вертолёты Ми-8/Ми-17 в современных модификациях, например Ми-8АМТШ. Стоит отметить, что первые Ми-8 поступили в эксплуатацию еще в далеком 1965 году, тем не менее, машина актуальна и по сей день. Всего было выпущено более 16 000 Ми-8, что делает его самым распространенным двухдвигательным вертолётом в мире. Другие популярные современные российские военные вертолёты — ударные Ми-35М, Ми-28Н и Ка-52 также являются прямыми потомками советских машин. Первый полёт Ми-28 был совершен еще 10 ноября 1982 года, а Ка-52 является двухместной модификацией вертолёта Ка-50, совершившим первый полёт 17 июня 1982 года. Ми-35М же является модернизацией массового советского ударного вертолёта Ми-24, принятого на вооружение в 1972 году. «Исконно» российские проекты, такие как транспортные вертолёты Ми-38 и «Ансат» пока не вызывают уверенности в том, что они получат столь широкое распространение, как их советские предшественники, до сих пор пользующиеся большим спросом в мире.
Что касается военно-транспортной авиации — то в этой сфере и вовсе отмечается полная зависимость от самолётов советского производства. Новые машины постройки ГП «Антонов», по понятным причинам, для российской армии более недоступны, да и в целом дела украинской компании идут неважно. В итоге приходится поддерживать в летном состоянии огромный авиапарк из таких машин, как Ан-124, Ан-26, Ан-22 и т.п. Освоить же производство на территории России удалось пока только для машин «Ильюшина» (производство было перенесено из Ташкента в Ульяновск). В последние годы стартовало мелкосерийное производство Ил-76МД-90А, наиболее совершенной модификации советского военного транспортника Ил-76. Единственный российский проект лёгкого транспортного самолёта Ил-112, создаваемый на замену Ан-26, пока только готовится к своему первому полёту. Замены же Ан-124 и Ил-76 на горизонте пока совершенно не видно.
Серийно производящаяся российская сухопутная техника — прямое наследие СССР
На данный момент, Россия является безусловным лидером по количеству поставляемых на мировой рынок новых танков. Такой успех «Уралвагонзаводу» принесли основные боевые танки Т-90С. Танк Т-90 был принят на вооружение в 1992 году, а его разработка началась в конце 1980-х годов на базе Т-72, являющегося самым массовым танком второго поколения в мире (выпущено более 30 000 единиц). В 2001 году была создана экспортная модификация танка — Т-90С, которая стала пользоваться огромным спросом, благодаря отличному соотношению цена-качество. Во многом это было связано с тем, что российских, «рыночных» денег в стоимости разработки машины практически не было — базовые работы были сделаны в СССР, то же самое касается и создания производственных мощностей. В итоге, Индией законтрактовано более 2000 танков, более 300 машин приобрел Алжир и др.
Что же касается новшеств на бронетанковом рынке — то здесь надо отметить разработку перспективного танка нового поколения на универсальной тяжелой гусеничной платформе «Армата». Некоторое количество танков Т-14 уже находятся в опытной эксплуатации в Вооруженных силах России. Напрямую Т-14 с советскими разработками не связан, однако работы по танку с «необитаемой» башней, которая является главной особенностью «Арматы», велись и до распада СССР. Создание реальной машины с такой компоновкой, когда экипаж вынесен в изолированнуюбронекапсулу в нижней части танка, стало возможным только с развитием компьютерных технологий.
Похожая ситуация имеется и с боевыми бронированными машинами — боевыми машинами пехоты (БМП) и бронетранспортёрами (БТР). Пока перспективные изделия на базе средней гусеничной платформы «Курагнец-25» и средней колесной платформе «Бумеранг» только начинают проходить испытания и имеют не вполне ясные перспективы, российская армия вооружена еще советскими БМП-2, БМП-3, БТР-80 и т. п. Эти машины проходят различные модернизации, например, до уровня БТР-82А или БМП-3М, тем не менее, принципиального нового в них ничего нет. Эти же изделия и пополняют бюджет российских предприятий при экспортных поставках.
Мощная система ПВО России — наследие Советского Союза
Одной из самых известных российских систем вооружений является зенитно-ракетный комплекс (ЗРК) большой дальности действия С-400, поступивший на вооружение Вооруженных сил России в 2007 году. Однако разработка этого ЗРК, изначально именуемого С-300ПМ3, началась в 1987 году, на основе его предшественника — С-300ПМ. Несколько позже ЗРК был переименован в С-400 «Триумф», а разработка была доведена до конца уже в современной России, во многом благодаря финансовым средствам, поступавшим от экспорта ЗРК С-300 (большая часть изделий была приобретена Китаем — по некоторым данным, до 36 дивизионов).
Другие средства противовоздушной обороны (ПВО), активно поступающие на вооружение Воздушно-космических сил России, такие как зенитный пушечно-ракетный комплекс (ЗПРК) «Панцирь-С1», ЗРК малой дальности «Тор-М2», ЗРК средней дальности «Бук-М3» и др. являются модернизациями советских систем, что видно и из их названий. Все эти высокоэффективные средства ПВО, считающиеся одними из самых эффективных в мире, являются наследием СССР. Использование новой элементной базы и технологий в условиях современной России позволило в разы улучшить их характеристики — как по дальности действия и вероятности поражения, так и по количеству одновременно сопровождаемых и обстреливаемых целей.
Ядерное сдерживание обеспечивается вооружениями, являющимися развитием советских изделий
Пожалуй, самым важным компонентом российской армии являются стратегические ядерные силы (СЯС), обеспечивающие сдерживание от глобальных конфликтов. В них входят Ракетные войска стратегического назначения (РВСН), стратегический подводный флот и стратегическая авиация.
Что касается РВСН, представленных шахтными и мобильными межконтинентальными баллистическими ракетами (МБР) наземного базирования, то здесь все стоящие на вооружении образцы имеют прямую связь с советским ВПК. Тяжелые жидкостные ракеты Р-36М2 «Воевода», способные нести по 10 тяжелых ядерных боеголовок (мощностью 800 килотонн в тротиловом эквиваленте) индивидуального наведения, были построены в период с 1988 по 1992 год на предприятии «Южмаш» в Днепропетровске. Заменить этот важный компонент СЯС должна МБР РС-28 «Сармат», которая фактически является прямой ветвью эволюции «Воеводы». Правда, работы несколько осложнены тем, что производство ракет было налажено на «Южмаше», который остался на Украине, однако ГРЦ им. Макеева вполне способно разработать и освоить производство новой МБР. Кстати, еще одним важнейшим проектом является создание управляемого гиперзвукового планера-боеголовки для «Сармата» (такую боевую часть практически невозможно перехватить с помощью средств противоракетной обороны). По имеющимся данным, она носит название «изделие 4202», а над её предшественницей — проектом «Альбатрос», работали еще в конце 1980-х, однако из-за недофинансирования, или других проблем, программа была закрыта.
Есть и другая интересная стратегическая «реанимация» — система обороны шахт МБР «Мозырь». По данным некоторых источников, с 2012 года работы по её созданию возобновлены. Возможности современных радиолокационных станций дали возможность довести работы до конца, и обеспечить перехват боеголовок противника залпом облака металлических стрел и шариков на огромной скорости в сторону цели.
Что же касается легких твердотопливные МБР «Тополь-М» и, наиболее современных, РС-24 «Ярс», то они являются эволюцией МБР «Тополь», произведенных с 1980 по 1994 год. Тоже самое можно сказать и про сверхлёгкую МБР РС-26 «Рубеж».
Теперь обратимся к морскому компоненту ядерной триады России. Здесь мы встретим несколько больше российской «новизны», чем в РВСН. В первую очередь, речь о подводных лодках четвёртого поколения проекта 955 «Борей» и баллистических ракетах, которыми они оснащаются — Р-30 «Булава». Если разработка «Борея» в нынешнем облике началась в 1989 году, то ракета для подлодки разрабатывалась уже в современной России — с 1998 года. И получилась она очень неудачной — пока из 26 пусков 9 оказались аварийными, что составляет целых 34,6%. И это при том, что «Булава» не обладает какими-то выдающимися характеристиками: та же американская ракета TridentII, принятая на вооружение еще в 1990 году, забрасывает вдвое больший вес, а ее боеголовки наводятся на цель точнее. Такая ситуация сложилась из-за того, что проект Р-39УТТХ «Барк», разрабатываемый традиционным «морским» ракетостроительным КБ им. Макеева, был закрыт в связи с дороговизной, а в 1998 году создание твердотопливной ракеты для «Борея» доверили «Московскому институту теплотехники», не обладавшему никаким опытом создания ракет морского базирования.
В итоге, на данный момент, основой морского компонента ядерной триады России остаются произведенные еще в советское время атомные подлодки проекта 667БДРМ «Дельфин» с модернизированными в России жидкостными баллистическими ракетами Р-29РМУ2 «Синева» и Р-29РМУ2.1 «Лайнер».
Стратегическая же авиация России представлена бомбардировщиками исключительно советского производства — Ту-95МС и Ту-160. В современной России запущена программа модернизации существующих самолётов, а также созданы новые стратегические крылатые ракеты Х-101/102 (традиционная/ядерная боевая часть). К тому же, в начале 2020-х годов планируется восстановить производство бомбардировщиков Ту-160 в исполнении Ту-160М2 (кардинально обновлена бортовая электроника), однако создание нового самолёта под названием ПАК ДА (Перспективный авиационный комплекс дальней авиации), судя по всему, отложено на неопределенный срок.
Заключение
Естественно, мы поговорили далеко не обо всех отраслях российского и советского ВПК. Однако, приведенных примеров вполне достаточно для того, чтобы понять имеющиеся тенденции.
1. Основой российского ВПК остаются советские предприятия и советские наработки. Большая часть новой техники, которая принимается на вооружение, является модернизацией образцов, созданных в СССР, или же доводкой до уровня серийных изделий проектов, заложенных еще советскими конструкторами. В некоторых случаях, реанимируются закрытые в 1990-х проекты.
2. Техника, полностью разработанная в условиях современной России, только начинает свой путь — большинство этих изделий находятся на стадии испытаний и еще не приняты на вооружении российской армии. Некоторые из них имеют заметно более туманные перспективы, нежели глубокие модернизации проверенных временем советских образов.
3. Несмотря на свою эффективность и популярность, технику, созданную в 1970—1980-х годах в СССР, все же придется заменять. Имеющийся модернизационный потенциал многих изделий хоть и был огромен, но всё же подходит к концу. Именно поэтому российский ВПК оказывается перед серьезным вызовом — необходимо создать новое поколение техники почти во всех отраслях. Причем созданные вооружения должны стать основой для Вооруженных сил России на ближайшие полвека. Естественно, в процессе разработки важнейшую роль играет и советский опыт и школа — без них даже создание нового танка очень затруднено, а в таких отраслях как ракетостроение онии вовсе жизненно необходимы.
4. Смена поколений требует серьезных финансовых вложений, которые были заложены в государственную программу вооружений (ГПВ) 2011−2020. Однако экономический кризис, падение курса рубля и снижение нефтегазовых доходов, привели к некоторому падению темпов выполняемых работ. Теперь поспешное принятие на вооружение новых российских вооружений в срок до 2020 года стало маловероятным — в эти сроки упор будет сделан на модернизированную советскую технику. Более понятными перспективы станут после принятия ГПВ-2025, которое планируется в 2017 году.
Автор: Леонид Нерсисян
Источник: ИА REGNUM
Внутренняя работа Ростеха, российского военно-промышленного гиганта
АВТОР ПАВЕЛ ЛУЗИН
Павел Лузин — старший преподаватель факультета истории и политологии Пермского университета. Эта статья впервые появилась в Riddle и была слегка отредактирована здесь для придания стиля.
Военная промышленность России насчитывает более 1300 предприятий, в которых занято около двух миллионов человек. Эти сотрудники и их семьи составляют одну из ключевых опор Кремля. Крупным игроком в этой области является Ростех, российский военно-промышленный гигант, в который входят более 700 компаний и работает более полумиллиона человек. Эта государственная корпорация наблюдает за исследованиями и разработками в области военных технологий и владеет несколькими производственными предприятиями, которые играют важную роль в применении этих технологий на поле боя. Ростех и его дочерние компании производят ошеломляющий ассортимент военной техники, от вертолетов и боевых бронированных машин до автоматов Калашникова и приборов ночного видения. Если российские военные могут его использовать, то Ростех приложил руку к его созданию.
Это важные времена для бурно развивающегося военно-промышленного комплекса России. Угроза применения военной силы в будущем становится все более важным инструментом российской внешней политики; Только в этом году Москва тратит на закупку вооружений и военной техники около 1,5 млрд рублей. Поэтому развитие военно-промышленного комплекса оказывает огромное влияние на политическую эволюцию российского режима. И чтобы точно понять, что это значит, нам нужно глубже взглянуть на внутреннюю работу Ростеха.
Начальство Ростеха и новая российская номенклатура
Сергей Чемезов — генеральный директор Ростеха; более того, он бывший коллега и старый друг Владимира Путина. Фактически, он является ведущим членом ближайшего окружения своего покровителя. В 1999 году Чемезов стал главой государственного экспортера вооружений «Промэкспорт», а затем главой только что созданного «Рособоронэкспорта». Эта государственная компания быстро завоевала монополию на продажу российского оружия на международном рынке, а вскоре начала обзаводиться собственными производственными мощностями внутри России. В 2007 году этот рост завершился появлением еще одной государственной корпорации «Ростех», первоначально известной как «Ростехнологии». Чемезов явно приобрел большое политическое влияние; примечательно, что это влияние не произошло за счет причисления себя к какой-либо конкретной группе, даже к своим собственным партнерам.
Конечно, среди руководства Ростеха есть люди, которые много лет работали с Чемезовым. В число этих партнеров входят заместитель генерального директора Владимир Артяков и один из управляющих директоров компании Владимир Литвин. Еще одним близким соратником главного военного промышленника Путина является Михаил Шелков, которому сегодня принадлежит более 60 процентов титановой компании ВСМПО-Ависма. Среди других доверенных лиц команды Чемезова — исполнительный директор «Ростеха» Олег Евтушенко и еще один заместитель генерального директора корпорации Дмитрий Леликов. Однако даже этот парад влиятельных лиц не начинает намекать на влияние «чемезовского окружения» в российских залах власти.
При более глубоком рассмотрении руководства Ростеха и многих компаний под его крылом обнаруживается ряд людей, имеющих тесные связи с российскими спецслужбами или, по крайней мере, очень красочные биографии. У Сергея Абрамова, например, была неплохая карьера: он окончил университет в Ташкенте (Узбекистан) то ли в 1996, то ли в 2001 году, после чего работал в банковской сфере и даже был министром финансов и премьер-министром Чечни в начале 2000-х. . Затем Абрамов несколько лет работал начальником станции управления РЖД вместе с Владимиром Якуниным, бывшим тяжеловесом из ближайшего окружения Путина. В 2015 году Абрамов пришел в Ростех на должность индустриального директора, курируя разработку обычных вооружений.
Дениса Мантурова, нынешнего министра промышленности и торговли России, часто называют протеже Чемезова. Однако это мнение ошибочно. Хотя Мантуров действительно работал в «Оборонпроме», генеральным директором которого он в конечном итоге стал, его участие в военной промышленности (в частности, в производстве вертолетов) началось в начале 1990-х годов. Своим возвышением Мантуров обязан своему отцу, который занимал различные дипломатические посты, представляя Советский Союз в Индии, Шри-Ланке и в ООН.
Примеры этих лиц говорят о том, что руководство Ростеха формируется не по принципу близости к Чемезову или на основе профессиональной квалификации, а, за редким исключением, по номенклатурному принципу. По сути, решающую роль в продвижении по карьерной лестнице играют профессиональный опыт и происхождение, готовность в любой момент подчиняться приказам, кем бы ни было это начальство, и абсолютная лояльность к этому начальству и его решениям. Обладание всеми этими качествами вкупе со способностью быстро приспосабливаться к периодическим изменениям правил игры эвфемистически именуется «политической грамотностью». Таким образом, эта госкорпорация, в особенности роль функционеров, обеспечивающих ее бесперебойную работу, является хорошей иллюстрацией российской политической системы в целом.
Нынешняя российская номенклатура в ряде аспектов заметно отличается от номенклатуры советского периода. Это стабильная, достаточно закрытая и многоуровневая сеть, возникшая примерно в середине 2000-х годов. Слово «сеть» использовано намеренно: нынешнюю номенклатуру нельзя охарактеризовать как один из кремлевских «бастионов» или союз сплоченных «групп интересов» внутри российской элиты, ибо единственной полностью консолидированной политической группой на таком высоком уровне является представлено ближайшим окружением Путина. Поэтому, когда сегодняшняя номенклатура лоббирует свои интересы, она делает это в качестве управленческой стратегии, а также для использования более знакомой тактики борьбы за милости и ресурсы государства. То есть руководитель, например, такой государственной компании, как «Ростех», борется не только за свои личные интересы. Ему также приходится бороться за интересы своих подчиненных, чтобы не потерять над ними своего авторитета (что в итоге означало бы потерю собственного положения).
В этом смысле, хотя разные подразделения Ростеха вполне могут иметь конкурирующие интересы, Чемезов должен играть роль модератора, чтобы сохранить свое политически влиятельное положение. Он также должен учитывать интересы тех, чьи позиции зависят от госкомпании, таких как местные элиты в более чем пятидесяти регионах присутствия «Ростеха».
Иллюзорный рынок
Ростех изначально создавался как зонтичная организация для управления сотнями российских государственных оружейных компаний. Но очень быстро во имя «стратегических интересов России» она стала закреплять контроль и над некоторыми гражданскими отраслями. В их число вошли части автомобильных компаний АвтоВАЗ и КАМАЗ, несколько авиакомпаний, титановая компания ВСМПО-Ависма.
При создании компании в 2008 году Правительство РФ передало Ростеху 439 государственных предприятий. Общее количество сотрудников этих компаний на тот момент составляло 788 000 человек. Стремясь сделать все эти разнообразные предприятия максимально конкурентоспособными и эффективными, руководство Ростеха начало объединять новые приобретения в специализированные холдинги (от авиации до боеприпасов и радиоэлектроники). Следующим шагом было увольнение лишнего персонала. Так, в 2014 году, когда Ростеху принадлежало более 500 компаний, в нем работало всего 443 тысячи человек. В течение следующих трех лет холдинги «Ростеха» разрослись до более чем 700 компаний, но его руководители стали опасаться масштабных сокращений персонала в условиях экономического спада. На конец 2017 года в Ростехе работало 512 тысяч человек. После завершения поглощения Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) это число превысит 600 000 человек.
Состав рос и в других отношениях. С 2011 года компания является бенефициаром масштабной государственной программы разработки и закупки вооружений, которая была усилена политикой импортозамещения 2014 года. Если в 2009 году выручка всей корпорации Ростех, включая ее дочерние общества, составила до 511 млрд рублей ($16 млрд по среднегодовому курсу), с 2011 по 2017 год его общая выручка увеличилась с 817 млрд до 1 589 млрд рублей. Однако девальвация рубля привела к снижению долларовой выручки с 27,8 млрд долларов в 2011 году до 27,3 млрд долларов в 2017 году9.0003
Тем не менее, поскольку корпорация завершила 2009 год с чистым убытком, ее чистая прибыль с 2011 по 2017 год все же увеличилась с 46 млрд рублей (1,57 млрд долларов) до 121 млрд рублей (более 2 млрд долларов). доходов и приносила прибыль только из-за резкого роста закупок оружия государством, а росла только благодаря поглощению большого количества компаний.
Когда закупки вооружений стабилизировались (вероятно, временно) в 2017 году на уровне 1,5 трлн рублей в год, Ростеху пришлось соответствующим образом консолидировать военное производство. Итак, в конце 2018 года Путин издал указ о поглощении ОАК, которая была четырнадцатой по величине оборонной компанией в мире, хотя и далеко не самой рентабельной в мире (стоит помнить, что многие такие компании и заводы в России убыточны, несмотря на их размер). ).
Наряду с другими данными о выручке Ростех заявляет, что только в 2017 году монополист-экспортер вооружений «Рособоронэкспорт» поставил на международный рынок продукции военного назначения на сумму 13,4 млрд долларов. Трудно сказать, можно ли учесть всю эту цифру в собственном потоке доходов Ростеха, поскольку «Рособоронэкспорт» продает и продукцию других предприятий.
Однако с 2012 года Ростех также начал сокращать свои доли в ряде компаний. В 2014 году 49 процентов акций концерна «Калашников» были проданы компании «ТХ-Инвест», которой совместно владеют Алексей Криворучко (бывший сотрудник «Рособоронэкспорта», ныне замминистра обороны по вооружению) и бизнесмены Искандар Махмудов и Андрей Бокарев. В 2018 году они увеличили свою долю в бизнесе до 75 процентов минус одна акция.
В том же году Калашников приобрел у Ростеха 60 процентов акций НПО «Молния», производителя ракет и реактивных снарядов. В 2018 году Ростех и Marathon Group также объединили свои фармацевтические активы. Совладельцем Marathon Group является Александр Винокуров, зять министра иностранных дел России Сергея Лаврова.
Эти продажи и слияния продолжились и в 2019 году. Всего несколько месяцев назад банкир Виктор Григорьев приобрел 75% минус одна акция компании «Технодинамика», производителя авиационной, аэрокосмической и морской техники. НК Банк Григорьева работал с российской военной промышленностью с начала 19 века.90-х, а сам когда-то работал в «Оборонпроме» заместителем Мантурова. В 2019 году Ростех и Система объединили производство микроэлектроники. Также в планах продажа контрольного пакета акций Уралвагонзавода (УВЗ), производителя цистерн, железнодорожных локомотивов и вагонов, строительной техники (Ростех купил компанию в 2017 году, чтобы спасти ее от банкротства).
Все эти действия говорят о том, что у Ростеха есть несколько долгосрочных целей. Во-первых, корпорация хочет создать в ВСМПО-Ависме надежный источник прибыли. Во-вторых, руководство «Ростеха» хочет компенсировать убытки корпорации (например, спасение убыточных компаний) за счет более гибкого подхода к военному производству; это будет достигнуто благодаря условным инвестициям частных корпораций «Калашников» и «Технодинамика». Наконец, «Ростех» хочет сохранить монополию в тех секторах военной промышленности, которые российское правительство поддерживает посредством протекционистской политики. Эти отрасли, в том числе электроника и фармацевтика, в ближайшие годы получат гарантированный рост, обусловленный спросом, благодаря программам импортозамещения.
В нынешних экономических и политических условиях России наиболее вероятным сценарием является то, что правительство продолжит демонтировать то, что осталось от рыночной экономики. Кремль уже заявил о своем желании назначить некоторые оборонные предприятия эксклюзивными поставщиками оборудования для горнодобывающих и энергетических компаний и даже издал директиву, в которой говорится, что к 2030 году потребительские товары должны составлять 50 процентов доходов военной промышленности. отчет, напротив, ставит эту долю в 29,1 процента от выручки, или 462,4 млрд руб. Однако в том же отчете также утверждается, что продукция гражданской промышленности составила 548 миллиардов рублей. Без учета возможности введения в заблуждение данных это расхождение говорит о том, что в 2017 году гражданская продукция на 86 млрд рублей фактически не была продана вообще.
Все это оставляет у руководства и сотрудников Ростеха явную коллективную заинтересованность в продолжении протекционистских мер правительства России, выступая за принятие еще более жестких мер по защите как гражданской, так и военной промышленности России от конкуренции.
ИНФОРМАЦИОННЫЙ БЮЛЛЕТЕНЬ: Подрыв и унижение: один год санкций США в отношении России и ее пособников
Пресс-релизы
Fast Stats
- Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC) с февраля 2022 года добавило более 2500 объектов, связанных с Россией, в Список особо обозначенных граждан и заблокированных лиц (SDN)[1], в том числе около 2400 физических и юридических лиц, 115 судов и 19 самолетов.
- В список входят как высокопоставленные российские правительственные чиновники, в том числе президент Владимир Путин, так и состоятельные люди, чье богатство связано с российским государством, лидеры в приносящих доход секторах и сторонники военно-промышленного комплекса.
- Более 80% банковского сектора России по размеру активов находятся под санкциями США, включая 10 крупнейших российских банков.
- Под санкции попали все депутаты Государственной Думы РФ (450) и Совета Федерации (170), а также 47 губернаторов РФ.
- OFAC добавило в список SDN более 600 объектов, связанных с оборонно-промышленным комплексом России, включая крупные российские военные компании-производители, такие как Госкорпорация Ростех, АО «Корпорация тактического ракетного вооружения» и ОАО «НПК «Техмаш», а также поставщиков из третьих стран. ключевых входов.
- OFAC наложило пять раундов санкций на иранских производителей БПЛА, направленных против 28 физических и юридических лиц.
- OFAC наложило пять раундов санкций на иранских производителей БПЛА, направленных против 28 физических и юридических лиц.
- С 22 февраля 2022 года Министерство финансов и государство определили более 200 целей, связанных с уклонением России от санкций, в Европе, Африке и Азии, включая ключевые юрисдикции перевалки на Ближнем Востоке, в Евразийском экономическом союзе и Восточной Азии.
- Кроме того, в список включены более 60 членов семей российских элит. Перемещение или сокрытие денег через членов семьи — известная практика тех, кто пытается уйти от санкций.
- Действия Минфина, связанные с Россией, оказали значительное влияние на Беларусь, которая поддержала и способствовала российскому вторжению. Белорусская экономика сильно зависит от ключевых российских финансовых институтов и их дочерних компаний; OFAC наложило санкции почти на пятую часть финансового сектора Беларуси. Решение
- OFAC нацелено на злонамеренную деятельность России во всем мире, используя широкий спектр полномочий для введения санкций против юридических и физических лиц в более чем 40 юрисдикциях.
Это включает также использование санкционных органов, связанных с Беларусью, Центральноафриканской Республикой, Ираном, злонамеренной кибердеятельностью, нарушением прав человека и коррупцией (Global Magnitsky).
- OFAC определило почти дюжину секторов экономики Российской Федерации, что позволяет налагать санкции на любое физическое или юридическое лицо, решившее работать или работало в этих секторах, и расширяет возможности Соединенных Штатов быстро налагать дополнительные экономические издержки на Россию. за свою войну выбора в Украине. Секторы включают металлургию и горнодобывающую промышленность, квантовые вычисления, бухгалтерский учет, создание трастов и корпораций, управленческий консалтинг, аэрокосмическую промышленность, морское дело, электронику, финансовые услуги, технологии, оборону и сопутствующие материалы.
Частный сектор
- По сообщениям, более 1000 иностранных компаний прекратили или свернули свою деятельность в России с начала войны, что задушило инвестиции и промышленную деятельность.
- Чтобы помочь комплаенс-сообществу эффективно применять санкции США, OFAC опубликовало 134 новых и 104 измененных часто задаваемых вопроса.
- Чтобы свести к минимуму непреднамеренные негативные последствия санкций США в отношении России, при этом обеспечив высокую степень воздействия на Россию и, в частности, для защиты и сохранения сельскохозяйственных, гуманитарных и энергетических сделок, OFAC выдало 68 новых и 40 генеральных лицензий с поправками.
- Сеть Министерства финансов США по борьбе с финансовыми преступлениями (FinCEN) FinCEN выпустила четыре предупреждения, одно рекомендательное и анализ тенденций для финансовых учреждений США, определяя тенденции и тревожные сигналы, связанные с незаконным финансированием в России, включая коррупцию и клептократию, финансовую деятельность российских олигархов, санкции и экспорт контролирует уклонение и злоупотребление недвижимостью, предметами роскоши и другими ценными активами.
Ограничение цен
- Ограничение цен Группы семи+ на нефть и нефтепродукты российского происхождения являются важными инструментами для сокращения доходов, которые Россия получает для финансирования своей незаконной войны в Украине, а также для поддержания стабильности энергетического рынка, что особенно важно для страны с низким и средним уровнем доходов больше всего пострадали от последствий войны с Россией.
- В декабре 2022 года 27 государств-членов Европейского Союза (ЕС), членов Большой семерки (США, Канада, Франция, Германия, Италия, Япония и Великобритания) и Австралия – в совокупности Цена Коалиция по ограничениям – установила ограничение в 60 долларов за баррель для сырой нефти российского происхождения. В феврале 2023 года коалиция по ограничению цен установила ограничения на нефтепродукты. Эти предельные цены подлежат постоянному пересмотру.
- Политика ограничения цен позволяет поставщикам услуг, входящим в Коалицию, участвовать в торговле морской нефтью российского происхождения только в том случае, если нефть торгуется ниже предела, а также предоставляет импортерам, не входящим в Коалицию, возможность вести переговоры о значительных скидках на российскую нефть.
Многосторонние усилия
- Для продолжения тесного сотрудничества с партнерами и союзниками по санкциям, ценовому пределу и другим экономическим мерам, начиная с ноября 2021 года, высокопоставленные чиновники Министерства финансов совершили более 80 поездок в 31 страну для координации международных санкций.
.
- Многосторонняя рабочая группа по российским элитам, доверенным лицам и олигархам (РЕПО), состоящая из министров финансов, юстиции, внутренних дел и торговли Австралии, Канады, Франции, Германии, Италии, Японии, Великобритании, США , а Европейская комиссия заблокировала активы Центрального банка России на сумму около 300 миллиардов долларов.
- В совокупности участники РЕПО заблокировали или заморозили находящиеся под санкциями российские активы на финансовые счета и экономические ресурсы на сумму в десятки миллиардов долларов.
- Участники РЕПО арестовали, заблокировали или заморозили элитную недвижимость и другие активы класса люкс, принадлежащие, находящиеся во владении или под контролем россиян, находящихся под санкциями, на сумму во многие миллиарды долларов.
Основные последствия
Санкции и экспортный контроль стали ключевым фактором значительного снижения объемов производства, особенно в секторах военного назначения, включая автомобилестроение, аэрокосмическую промышленность и электронику. Несовершенные попытки создания механизмов параллельного импорта и замещения со стороны российских союзников не увенчались успехом и могут ограничить будущий рост.
Российский оборонно-промышленный комплекс и оборонные цепочки поставок значительно ухудшились из-за санкций и экспортного контроля.
Исчерпание военных запасов
- 9000 единиц военной техники были потеряны и их трудно заменить.
- Россия сталкивается с нехваткой основных компонентов для танков, самолетов и подводных лодок, а также исправных боеприпасов.
- Россия, вероятно, потеряла около 50% своих запасов танков и была вынуждена расконсервировать устаревшие советские танки Т-62.
- Чиновники рекламируют импортозамещение, но в оборонной промышленности зависимость фактически увеличилась с 2014 года.
Оборонное производство под давлением
- Произошла остановка производства на ключевых объектах оборонно-промышленного комплекса, в том числе танков и микроэлектроники.
- Доля дефектных микросхем, поставляемых из Китая, увеличилась с 2% до 40%.
Сокращение оборонного экспорта
- Клиенты отменяют или пересматривают сделки на сотни миллионов долларов из-за риска санкций или плохой работы оружия в Украине, а «Рособоронэкспорт», государственный оборонный конгломерат, находящийся под санкциями, столкнулся с проблемами цепочки поставок.
- До войны Россия была вторым по величине экспортером оружия в мире. Теперь Москва ожидает снижения выручки на 25% и более в 2022 году.
- Планы по продаже тяжелых истребителей-бомбардировщиков следующего поколения иностранным покупателям провалились.
Технологии
- Перед войной Россия планировала построить высокотехнологичную армию для будущих конфликтов, уделяя особое внимание технологиям искусственного интеллекта.
- Однако санкции и экспортный контроль отрезали Россию от большей части мировых поставок микрочипов, в том числе от TSMC, тайваньской компании, производившей микросхемы, разработанные для нужд высокотехнологичных отраслей промышленности и оборонного сектора России.
- Возможности местного производства значительно ограничены. Например, только 30% станков российского производства, а местная промышленность не в состоянии удовлетворить растущий спрос.
Зависимость от некачественных поставщиков
- Ограничения на чипы могут привести к тому, что российское оружие отстанет на поколение или больше из-за вынужденной зависимости от менее совершенных китайских или юго-восточноазиатских альтернатив.
- Россия была вынуждена покупать некачественное оружие в таких странах, как Иран, Северная Корея и Беларусь.
Объем промышленного производства в России сокращается девять месяцев подряд, что подчеркивает последствия западных санкций и нехватки рабочей силы. Передовые отрасли обрабатывающей промышленности России отстают из-за санкций и экспортного контроля и могут не восстановиться в течение многих лет или десятилетий.
Авиакомпания под давлением
- Российские авиакомпании, включая государственный Аэрофлот, были вынуждены разобрать самолеты на запчасти.
- Половина компонентов и технологий, используемых в авиастроении России в 2021 году, произведены в зарубежных странах. 95% российских пассажиров ранее летали на самолетах иностранного производства; отсутствие доступа к импортным деталям приведет к сокращению флота по мере выхода самолетов из эксплуатации.
- Россия была вынуждена отказаться от таких поставщиков критически важных деталей, как Иран, что подорвало жизнеспособность ее авиапарка в долгосрочной перспективе.
Автомобильное производство в упадке
- Производство автомобилей сократилось на 67% в 2022 году, что является самым низким уровнем с момента распада Советского Союза, отчасти из-за исхода мировых автопроизводителей.
- Продажи автомобилей упали на 59% в 2022 году.
В начале ценового предела российские нефтяные доходы упали до самого низкого уровня за два года, в то время как объемы экспорта нефти достигли новых максимумов.
- Чуть более чем через два месяца после введения ценового предела на российскую сырую нефть уже достигаются две цели: ограничение доходов России и предотвращение перебоев с поставками на мировых рынках.
- По данным Минфина России, в январе 2023 года доходы государства от продажи нефти были почти на 60% ниже, чем в марте 2022 года — сразу после вторжения, — несмотря на то, что экспорт нефти из России вырос более чем на 15%.
Стоимость российской нефти снизилась, так как ценовой потолок дает импортерам на развивающихся рынках возможность добиваться скидок.
- Россия вынуждена продавать свою флагманскую нефть марки Urals со все большими и большими скидками, поскольку покупатели во всем мире используют свою возросшую рыночную власть против российских экспортеров.
- С момента введения ценового предела 5 декабря дисконт Urals к мировым эталонам увеличился до более чем 30%.
Бюджетное положение России продолжает ухудшаться.
- Кремль стремился смягчить экономическое давление в 2022 году за счет увеличения государственных расходов, высоких доходов от экспорта энергоносителей и жесткого контроля за движением капитала.
- Однако уязвимость в экономике может усилиться в 2023 году, поскольку доходы от энергетики испытывают давление из-за западных ограничений, в то время как рост расходов на безопасность и слабость реальной экономики продолжают усугубляться.
- Дефицит бюджета России в 2022 году (2% ВВП) почти в 3 раза превысил довоенные ожидания.
- Действия «большой семерки» ограничили доступ России к сверхприбылям от энергетики, поскольку предельная цена сокращает доходы от экспорта нефти, а экспорт газа «Газпрома» находится на самом низком уровне за всю постсоветскую эпоху.
- В декабре и январе Россия полагалась на продажу валютных резервов из Фонда национального благосостояния для покрытия этого рекордного дефицита.
- Однако около половины валютных резервов России были иммобилизованы юрисдикциями G7, что ограничивает возможности Москвы таким образом поддерживать свою экономику и финансировать дефицит.
- Некоторые аналитики предполагают, что если ФНБ будет продолжать использоваться таким образом, Россия может исчерпать свои ликвидные активы в ближайшие 2-3 года.
- Финансовый сектор России, который непосредственно подвергся международным санкциям после вторжения в Украину, сообщил о снижении чистой прибыли на 90% в годовом исчислении в 2022 году.
[1] Для целей настоящего информационного бюллетеня итоговые суммы включают любые санкции, наложенные Государственным департаментом США, которые применяются OFAC и добавляются в Список граждан особых категорий и заблокированных лиц (SDN). Это не включает, например, визовые ограничения Государственного департамента или дополнения Министерства торговли к списку организаций.