Содержание

Линейные корабли типа Советский Союз — история создания и службы линкоров СССР

Исторические данные

15 июля 1938 г Заложен
не был Спущен на воду

Общие данные

58240 / 64500 т. Водоизмещение
(стандартное/полное)
269.4 / 38.9 / 10.19 м. Размерения
(длина/ширина/осадка)

ЭУ

0

6440 т. т. Запас топлива

1

/ Главная ЭУ
(тип/мощность)
/ Вспомогательная ЭУ
(тип/мощность)
3 ед. Количество валов
28 (29) / 14.5 узл. Скорость хода
(полная/экономичная)
2305 / зимний период 7260 миль, летний период 7680 миль Дальность плавания
(полным/экономичным ходом)
6440 т. т. Запас топлива

Экипаж

1784 чел. Общая численность
117 чел. Офицеры
317 чел. Мичманы
1350 чел. Матросы

Бронирование

380-420 / 380 мм. Пояс/борт
155-50 мм. Палуба
325 / 400 мм. Траверз
(носовой/кормовой)
425 мм. Барбеты
495 / 230 / 410 / 230 мм. Башни ГК
(лоб/бок/тыл/крыша)
50-40 мм. Румпельное отделение

Вооружение

Главный калибр

  • 3х3 406,4-мм орудийные башни, получившие шифр МК-1 (Морская корабельная № 1).

Противоминная артиллерия

Зенитный калибр дальнего боя

  • 6х2 100-мм орудия Б-54.

Зенитный калибр ближнего действия

  • 8х4 37-мм автоматов 46-К в специальных бронированных (25-мм) гнездах.

Авиационное вооружение

  • 4 гидросамолета-разведчика-корректировщика;
  • 2 катапульты.

Однотипные корабли

«Советский Союз», «Советская Украина», «Советская Белоруссия», «Советская Россия»

Линейные корабли проекта 23 (тип «Советский Союз») — проект линейных кораблей, строившихся для Военно-Морского Флота СССР в конце 1930-х — начале 1940-х годов в рамках программы строительства «Большого морского и океанского флота». Ни один из заложенных кораблей проекта не удалось достроить и включить в состав советского флота.

Так в романе «Вариант «Бис» Сергей Анисимов описывает чувства вражеского адмирала, заметившего на горизонте эскадру во главе с линейным кораблем «Советский Союз»: «Тонкие черты вынырнувших из темноты силуэтов были непередаваемо прекрасны той жестокой красотой архитектуры, которая могла восхитить только профессионального моряка классической линкорной школы. Детали невозможно было разглядеть, расстояние скрадывало их черты, но сердце замирало от красоты хищных созданий человеческого гения»

Общие сведения

История создания

В середине 30-х годов советское руководство приняло решение о создании в кратчайшие сроки сильного военно-морского флота, ядром которого должны были стать многочисленные линейные корабли (ЛК) и тяжелые крейсера (КРТ).

В соответствии с утвержденной 16 июля 1936 г. программой «Крупного морского судостроения», за семь лет (1937—1943 гг.) намечалось построить восемь линейных кораблей типа «А» с 406-мм артиллерией главного калибра (ГК) и 16 кораблей типа «Б» с 305-мм ГК. При этом строительство первых восьми кораблей (по четыре каждого из типов) должно было начаться в 1937 г. Их надлежало спустить на воду в 1939 г. и ввести в строй в 1941 г.

В итоге были заложены только четыре линкора проекта 23: в 1938 г. «Советский Союз» на Балтийском заводе в Ленинграде и «Советская Украина» на заводе им. А. Марти в Николаеве, оба на еще незаконченных стапелях, а в 1939—1940 гг. — «Советская Белоруссия» и «Советская Россия» в строительных доках-эллингах недостроенного завода № 402 в Молотовске.

В соответствии с «Планом строительства кораблей ВМФ на 3-е и 4-е пятилетия» расчетная продолжительность постройки линкоров (головного — 63 мес, серийного — 50 мес) принималась на основе иностранного опыта. Первые линкоры проекта 23 должны были быть сданы в 1943 г. Однако план не был утвержден правительством и также оказался неисполнимым даже по количеству закладок из-за неготовности стапелей.

Предпосылки к созданию

В середине 1930-х годов морская доктрина СССР резко изменилась, т.к. окончились "вашингтонские линкорные каникулы" и все мировые державы принялись лихорадочно наверстывать упущенное и приступили к созданию кораблей-левиафанов. Сталин не захотел оставаться в стороне.

К концу 1936 г. были разработаны эскизные проекты новых линкоров и начато их техническое проектирование. 23 января 1937 г. вышло постановление Совета Труда и Обороны (СТО) при Совете Народных Комиссаров (СНК) СССР «О развертывании строительства линкоров», в котором подтверждались намеченные ранее сроки закладки и сдачи кораблей, а также указывалось, что «…строительство линейного флота в кратчайшие сроки и усиленными темпами является для наркоматов тяжелой и оборонной промышленности центральной оборонной задачей на ближайшие годы».

Проектирование

Рассматривая эти проекты ретроспективно, приходится только удивляться оптимизму составителей в отношении сроков их реализации. Ведь было хорошо известно, что проектирование и строительство первых четырех русских линкоров-дредноутов типа «Севастополь» заняло почти восемь лет (1907—1914 гг.), причем в условиях непрерывного строительства все более крупных броненосцев и наличия безотказной иностранной технической помощи.

Постройка и испытания

Трудности при строительстве этих кораблей были обусловлены недостаточностью производственного потенциала страны в целом. До войны ученым и проектантам корабля удалось завершить основной объем намеченных научно-исследовательских работ, разработать практически всю проектную документацию и выпустить 69 % рабочих чертежей для головного корабля. До I квартала 1939 г. постройка двух первых линкоров, заложенных еще до завершения окончательного технического проекта, сдерживалась выпуском рабочих чертежей.

В 1939—1940 гг. строительство линкоров отставало от плановых сроков прежде всего из-за задержек с поставками металла, а также вследствие его частичной недоброкачественности (несоответствия техническим условиям). Кроме того, из-за недопоставки металла заводами Наркомата черной металлургии по распоряжению наркома судостроительной промышленности И. Ф. Тевосяна корпусная сталь направлялась прежде всего на заложенные в 1939 г. легкие крейсера пр. 68 и только потом — на головной линкор «Советский Союз» и первый серийный «Советская Украина».

Описание конструкции

Корпус

Корпус корабля представлял собой клепаную конструкцию. Вопрос о сварке отдельных его элементов еще только рассматривался. Так, Ю. А. Шиманский считал целесообразной сварку 25-мм листов палубы и бортов полубака, а также гомогенной брони толщиной до 30 мм. Тем не менее, при постройке кораблей сварка наружной обшивки и настила второго дна в наиболее нагруженной средней части корпуса не допускалась.

С самых ранних стадий разработки линкора проекта 23 КБ-4 отдавало предпочтение использованию на нем противоминной защиты (ПМЗ по терминологии того времени) в виде бортовой конструктивной подводной защиты (БКПЗ) системы «Пульезе». Эта система была принята на новейших по тому времени итальянских линкорах типа Littorio и по ее конструкции у проектантов имелась полученная из Италии практически исчерпывающая информация.

Днищевая защита (кроме двойного дна) на корабле практически отсутствовала и фактически заключалась лишь в том, что носовые погреба боезапаса были удалены от второго дна на одно междудонное пространство, а остальные на одно междупалубное.

Бронирование

Протяженность цитадели, ограниченной вертикальными броневыми траверзами (носовой — 230 мм, кормовой: 365 мм между верхней и средней палубами, а ниже — 75 мм), составляла 148,4 м или 57 % длины корабля по KBЛ.

Особенностью местного бронирования корабля явилась четырехугольная (с разваленными наружу стенками) форма боевой рубки — ГКП (стенки — 425, крыша — 250—125 мм, пол — 70 мм, труба защиты проводов — 400 мм), принятая несмотря на возражения председателя «броневой» комиссии Ю. А. Шиманского.

В «Объяснительной записке» по окончательному техническому проекту 23 говорится, что такая форма дает «значительные преимущества при бое на острых курсовых углах по сравнению с круглой формой, недостатки которой отмечены выше в связи с вопросом о барбетах главного калибра» и, кроме того, более технологична. ГКП, таким образом, защищался от 406-мм бронебойных снарядов, тогда как у ЗКП (220 мм) их «держала» только крыша, а стенки были защищены лишь от таких же фугасных.

Выполненные расчеты показали, что главный пояс, цитадели по всей своей длине на курсовых углах 40-50°, а носовой траверз на всех курсовых углах не пробиваются 406-мм бронебойным снарядом (масса — 1000 кг, начальная скорость 880 м/с) на дистанциях более 84-88 каб, а барбеты на дистанциях 135 каб и более.

Горизонтальное бронирование цитадели обеспечивало непроникновение через него такого же снаряда на дистанциях до 170 каб и, кроме того, должно было защищать от 500-кг фугасных авиабомб. Хотя конструкции горизонтального бронирования, полностью соответствующие принятым в проекте и не прошли натурной проверки бомбометанием, однако упоминавшиеся выше эксперименты с «сухогрузом» позволили считать назначенные толщины горизонтальной брони достаточными.

Энергетическая установка и ходовые качества

Главная энергетическая установка (ГЭУ) корабля включала три ГТЗА мощностью по 67000 л.с. (максимальная — 77000 л.с.) и шесть водотрубных котлов треугольного типа с естественной циркуляцией паропроизводительностью по 162 т/час (максимальная — 185 т/час), вырабатывавшими пар давлением 37 кг/см² при температуре 370° С. ГТЗА линкора были унифицированы с агрегатами тяжелого крейсера проекта 69. Машин столь высокой агрегатной мощности в то время не предусматривалось ни на одном корабле мира.

Вспомогательная котельная установка состояла из трех треугольных водотрубных котлов с воздухоподогревателями паропроизводительностью по 25 т/час (давление пара — 18 кг/см²). Испарительная установка предусматривалась в составе четырех аппаратов (общая производительность 230 т/сутки), один их которых имел дополнительное оборудование и использовался в качестве опреснителя. Вес по разделу «Механизмы» по состоянию нагрузки масс на июль 1939 г. составлял 3727 т, а удельная масса установки, приготовленной к действию — 18,54 кг/л.с. (в сухом состоянии −17,19 кг/л.с.).

По экономичности (по удельному расходу топлива — 0,389 кг/л.с. час на полном и 0,684 кг/л.с. час на экономическом ходу) ГЭУ проекта 23 уступала лучшим зарубежным образцам того времени, особенно американским с электроприводом основных вспомогательных механизмов, а также германским (соответственно — 0,325 и 0,5 кг/л.с.час) и французским (0,36 и 0,47 кг/л.с. час.)кораблям, но предусматривалась даже не сколько лучшей, чем на японских линкорах типа Yamato (0,41 кг/л.с. час — на полном ходу). При сравнении этих цифр следует иметь в виду, что если у иностранных кораблей они были получены фактически, то на нашем корабле — лишь теоретически.

Экипаж и обитаемость

По штату 1939 г. экипаж корабля должен был состоять из 49 лиц командного состава (строевые командиры), 68 лиц начальствующего состава (политработники, инженеры, врачи и т. п.), 317 младших командиров и 1350 краснофлотцев (рядовых), то есть включал 1784 человека. Кроме того, на корабле предусматривалось размещение штаба соединения (17 лиц командного и начальствующего состава, несколько младших командиров). Таким образом, общая численность личного состава линкора проекта 23 должна была превысить 2000 человек.

В целом условия размещения экипажа были несравненно комфортнее, нежели на старых линкорах типа «Марат». Они были несоизмеримо лучше, чем и на крупнейших в мире японских линкорах типа Yamato, где допускались многоместные офицерские каюты, а большая часть рядовых имела подвесные койки.

Вооружение

Артиллерийское вооружение линкоров проекта 23 в части ГК и ПМК вполне соответствовало мировой практике того времени, однако, даже после восстановления числа стволов 100-мм артиллерии до 12, ЗКДБ наших кораблей был заметно слабее, чем у новых линкоров Германии, Англии и США.

Главный калибр

Разрез 406-мм башенной артустановки МК-1: 1-башенный центральный пост; 2-дальномер ДМ-12; 3-лебедка зарядника; 4-шары для вращения башни; 5-зарядник на три места (нижнее — для снаряда, среднее и верхнее — для полузарядов).

Заложенная в основу проекта 23 идея создания сильнейшего в мире линкора получила воплощение в вооружении его тремя 406,4-мм орудийными башнями, получившими шифр МК-1 (Морская корабельная № 1). Выбор этого калибра был обусловлен, прежде всего, наличием 406-мм орудий на наиболее мощных иностранных линкорах, тогда как имевшие место попытки повысить его (в частности, до 457-мм на английских легких линейных крейсерах в период Первой мировой войны) окончились неудачей и развития не получили. Сведения же о намерениях повысить калибр перспективных иностранных линкоров сверх 406-мм в 1936 г. отсутствовали.

В нашей стране наибольшим освоенным промышленностью для морских орудий был калибр 356 мм (недостроенные линейные крейсера типа «Измаил»). Выполненные ВМА исследования показали, что при водоизмещении линкора 50000 т 3 х 4 — 356-мм башни будут менее эффективными, нежели 3 x 3 — 406-мм, а 2 х 3 — 457-мм не имеют явного преимущества перед последними. Кроме того, против применения 457-мм орудий существовали и аргументы чисто технического характера. Памятуя трудности с изготовлением стальных шаров для шаровых погонов трехорудийных 356-мм башен, возникшие еще перед первой мировой войной, производственники и артиллеристы опасались, что трехорудийные 457-мм башни с массой вращающейся части до 3000 т при уровне нашей техники середины 30-х годов могут оказаться вообще практически нереализуемыми.

Для линкоров, строившихся в Николаеве и Молотовске, башни предполагалось изготовлять самими заводами-строителями кораблей, для чего на них создавались специальные башенные цеха. Ни одна из башен МК-1 так и не была полностью изготовлена.

Система ПУС ГК включала центральный автомат стрельбы ЦАС-0, преобразователь координат ПК-3, ряд специальных вычислительных приборов, оптические визиры различного назначения и дальномеры, а также целый ряд выдающих и принимающих приборов целеуказания, сигналов и докладов, обратного контроля положения оружия и т. п. Предусматривалась возможность управления стрельбой группы кораблей по одной цели с передачей команд по специальной радиолинии.

Главный калибр линкора обеспечивался тремя командно-дальномерными постами (КДП) с двумя 8-м стереодальномерами ДМ-8-1 и стабилизированным визиром ВМЦ-4 на каждом. При этом носовой КДП2-8-1 должен был иметь более сильное бронирование (стенки — 45, крыша 37, пол — 200 мм), чем кормовой и расположенный на формарсе КДП2-8-П (соответственно 20, 25 и 25 мм).

Заводскими шифрами этих КДП были Б-41-1 и Б-41-2. Из КДП данные о курсовых углах своих и цели, а также о дистанции до цели должны были поступать в два (носовой и кормовой) одинаковых по приборному оснащению центральных артиллерийских поста (ЦАП), основным элементом которых являлся ЦАС-0. Носовой ЦАП ГК размещался на платформе между носовыми турбинными отделениями, а кормовой — в трюме, в корму от 3-го котельного отделения.

Разработка системы ПУС велась КБ Ленинградского завода № 212 «Электроприбор» под руководством С. Ф. Фармаковского. КДП проектировались заводом № 232, а их изготовление велось Старо-Краматорским машиностроительным заводом (СКМЗ). Дальномеры и оптическая часть визиров разрабатывали ГОМЗ, ЛОМЗ, завод «Прогресс». К началу войны все эти системы и устройства как ГК, так и других калибров существовали, в лучшем случае, в опытных образцах.

Вспомогательная/зенитная артиллерия

Разрез 100-мм универсальной башенной артустановки МК-14

Зенитный калибр дальнего боя кораблей проекта 23 по состоянию на весну 1941 г. должен был состоять из шести спаренных артустановок (со 100-мм орудиями Б-54), объединенных попарно в три батареи: две бортовые с двумя башнями МЗ-14 (МК-14) в каждой и кормовую — с двумя палубно-башенными артустановками Б-54 (того же типа, что и на легких крейсерах проекта 68). При этом боекомплект бортовых установок МЗ-14 принимался по 300 выстрелов на ствол, а кормовых — только по 50 (в кранцах первых выстрелов), что должно было обеспечить участие в отражении двух атак авиации (после чего кранцы могли быть пополнены из погребов бортовых башен).

Управление стрельбой батарей ЗКДБ должно было осуществляться системой морских приборов управления артиллерийским зенитным огнем (МПУАЗО) «Мотив-3», получающей данные о целях от трех стабилизированных постов наводки СПН-300 с 4-м дальномером ДМ-4 (два располагались побортно, а кормовой в ДП). Система обеспечивала:

  • стрельбу с центральной наводкой башен на дистанциях до 18 км по воздушным целям, идущим со скоростью 150 м/ с на высотах до 10 км в условиях хорошей и средней видимости;
  • стрельбу с центральной наводкой по морским целям на дистанциях до 16 км в условиях хорошей и средней видимости и до 40 каб при плохой.
Зенитный 37-мм автомат 46-К Зенитный калибр ближнего действия линкора включал восемь 37-мм счетверенных автоматов 46-К в специальных бронированных (25-мм) гнездах. Разработка автомата была осуществлена КБ Ленинградского завода — № 8 им. М. И. Калинина, где главным конструктором был М. Н. Логинов.

Противолодочное и противоминное вооружение

Противоминная артиллерия линкора состояла из 12 — 152,4-мм орудий Б-38, размещенных попарно в шести башнях МК-4. Орудие Б-38, окончательное ТТЗ на которое было утверждено лишь в сентябре 1938 г., разрабатывалось КБ завода № 232 («Большевик») под руководством Е. Г. Рудяка. Первый его образец был изготовлен этим заводом (с опытной качающейся частью завода № 232) в начале 1940 г. и проходил в июне — сентябре испытание на НИМАПе. Лейнированное орудие имело длину — 57 калибров, при которой 23-кг заряд придавал снаряду массой 55 кг начальную скорость 950 м/с, обеспечивая дальность стрельбы до 155 каб.

По баллистическим характеристикам Б-38 оказалось в своем калибре лучшим в мире. Оно должно было использоваться также на тяжелых крейсерах проекта 69, легких крейсерах проекта 68 и на проектировавшихся канонерских лодках проекта 61. Серийный выпуск орудий Б-38 был освоен до начала войны.

Башня МК-4 разрабатывалась КБ завода № 371 (ЛМЗ) под руководством Г. И. Апокина. Ее эскизный проект был утвержден в марте 1938 г., а технический — в октябре того же года. Производство башен было поручено Старокраматорскому машиностроительному им. Серго Орджоникидзе заводу, однако ни одну из башен МК-4 изготовить не удалось.

Авиационное вооружение

Авиационное вооружение корабля предназначалось, прежде всего, для обеспечения ведения разведки над морем и корректировки артиллерийского огня. В соответствии с ТТЗ на корабле предусматривалось базирование четырех гидросамолетов-разведчиков-корректировщиков (имелось в виду размещение их в ангаре) и установка двух катапульт, а также устройства для быстрого подъема самолетов с воды. Такой состав авиационного вооружения принимался во всех последовательно разрабатывавшихся вариантах эскизного и технического проектов, вплоть до конца 1938 г.

Ангар располагался в кормовой части полубака и состоял из двух разделенных тамбуром секций (по два самолета КОР-1 в каждой). Секции ангара имели потолочные люки с закрытиями, через которые самолеты при помощи подъемных кранов правого и левого бортов должны были подаваться на катапульты. Такая схема надежно обеспечивала сохранность всех летательных аппаратов при стрельбе кормовой башни ГК. Краны предполагалось использовать и для подъема самолетов с воды.

Средства связи, обнаружения, вспомогательное оборудование

Корабль должен был иметь четыре 90-см боевых прожектора с управлением от четырех манипуляторных колонок, на которые поступало целеуказание из боевой рубки (от ночных визиров и механически связанных с ними визиров боевой рубки). Существовало намерение заменить 90-мм боевые прожектора на более мощные 120-см ПЭ-Э 12,0-1 с силой света 490 млн свечей. Сигнальных прожекторов намечалось установить четыре диаметром по 45 см.

Средства радиосвязи в соответствии с ТТЗ 1936 г. должны были включать аппаратуру типов «Ураган-М-1», «Шторм-М-1», «Бриз-М-1», «Скат-1», «Рейд-3». В окончательном техническом проекте предусматривался ряд приемников, передатчиков и радиостанций системы «Блокада-2», характеризовавшейся широким использованием коротковолнового диапазона частот (ранее в наших связных системах использовались главным образом длинноволновый и средний диапазоны, что ограничивало дальность их действия). Новая система позволяла поддерживать радиосвязь на расстояниях до 6000 миль. По ТТЗ корабль должен был иметь и «подводно-звуковую связь с подводными лодками». Средства внутрикорабельной связи включили командно-трансляционную систему, прямую громкоговорящую связь мостиков, телефон, звонковую сигнализацию и пневмопочту.

Для наблюдения за надводной обстановкой ночью первоначально предусматривалась установка теплопеленгаторов (или «спецпрожекторов», как их тогда называли) типа «Уран», однако по состоянию на 30 июля 1940 г. эта система в проекте 23 отсутствовала. В ТТЗ 1936 г. указывались и другие «специальные средства»: приборы «Хризолит», «Рым», «Марс-фрегат». Однако в материалах окончательного технического проекта 23 какие-либо упоминания о размещении на корабле радиолокационных средств отсутствовали. Не исключено, что это явилось просто следствием высокой секретности работ в данной области. Ведь первая наша корабельная РЛС «Редут-К» была установлена на легком крейсере Молотов (проект 26бис) еще до начала войны.

Для обнаружения подводных лодок на корабле предполагалось разместить гидроакустическую станцию «Полярис» (в нагрузке масс на нее отводилось 6,2 т).

В состав штурманского вооружения корабля входили три гирокомпаса «Полюс», три магнитных компаса, два лага, два эхолота ЭМС-23 (разработаны в 1939 г. специально для проекта 23), два радиопеленгатора, три автоматических прокладчика. Кроме штурманской рубки предусматривались два (носовой и кормовой) центральных штурманских поста. Оба они располагались в трюме: носовой между турбинными отделениями, а кормовой — под погребами боезапаса третьей башни ГК.

В соответствии с ТТЗ 1936 г. химическое вооружение корабля должно было включать кормовую универсальную, носовую маскирующую и нефтяную (включая черную) дымаппаратуру. В процессе проектирования состав химического вооружения изменялся в сторону сокращения. Так из проекта были исключены носовая и мачтовая (на грот-мачте) дымаппаратура. В окончательном техническом проекте (1939 г.) на корабле предполагалось установить два комплекта химической дымаппаратуры ДА-10 и один клмплект паронефтяной ДА-1, а по постановлению КО от 4 июля 1940 г. — два комплекта типа ДА и один комплект унифицированной дымаппаратуры № 2Б для постановки «нейтральных» завес.

Для защиты от якорных мин на ходу на корабль принимались четыре пары параванов охранителей К-1 (две основные и две запасные), а для их постановки и уборки на верхней палубе, в носовой и средней части устанавливались четыре параван-крана (носовые использовались также для подъема и опускания шлюпок).

Закладка и строительство кораблей

Головной линкор ("Советский Союз") заложили на ленинградском Балтийском заводе 15 июля 1938 года. За ним последовали "Советская Украина" (г. Николаев), "Советская Россия" и "Советская Белоруссия" (г. Молотовск, ныне Северодвинск) Строительство отставало от графика и к 22 июня 1941 года готовность первых двух кораблей была 21% и 17,5% соответственно. Вместо кораблей "Советская Россия" и "Советская Белоруссия" были решено строить один, все равно его готовность к началу ВОВ достигла всего лишь 5%.

Остановка строительства

Постановлением правительства от 10 июля 1941 года строительство линкоров прекратили. Для выработки предложений по дальнейшей судьбе недостроенных кораблей в августе 1946 г. была образована комиссия под председательством заместителя министра судостроительной промышленности И. И. Носенко. ЦКБ-17, куда были переданы работы по пр. 23, в своем заключении отметило, что линкоры даже после модернизации будут уступать по своим боевым качествам значительному числу уже построенных иностранных линкоров, то есть, по сути, высказалось против достройки. Тем не менее в части линкоров заключение комиссии не было окончательным «ввиду сложности вопроса» (ведь И. В. Сталин высказался за достройку одного корабля). Если в отношении корпусов «Советской Украины» и «Советской России» рекомендация была однозначной — разобрать, то по головному линкору «Советский Союз» комиссия предложила два варианта: разобрать и достроить по корректированному проекту, — сопроводив каждый из них соответствующими пояснениями.

Руководство МСП было категорически против достройки линкора. Эту точку зрения поддержало и Главное управление кораблестроения ВМФ. Его начальник инженер вице-адмирал Н. В. Исаченков в марте 1946 г. докладывал в Генеральный штаб: «В случае достройки „Советского Союза“ пришлось бы провести серьезную переработку проекта, что займет не менее 2-3 лет. При этом мы все равно не получили бы современного ЛК. Считаю целесообразным достройку ЛК „Советский Союз“ не проводить и разобрать его».

Судьбы кораблей

В годы войны попавший в руки немцев корпус «Советской Украины» был частично разобран (снято около 4000 т металла), а при отступлении из Николаева немцы приложили немало усилий к приведению корабля в состояние, исключающее возможность достройки. Корпус был подорван в районе 162—190 шп., ряд отсеков заполнен водой, а строительные леса подожжены. В итоге в 1944 г. техническая готовность корабля снизилась более чем в 2 раза. У двух других строившихся линкоров она за годы войны уменьшилась очень незначительно.

24 марта 1947 г. вышло постановление Совета Министров (СМ) СССР «О недостроенных кораблях предвоенной и военной постройки». Из линкоров оно касалось только «Советской Украины» и «Советской России», которые предписывалось разобрать на стапелях. Согласно постановлению СМ СССР от 29 мая 1948 г по ЛК «Советский Союз», его корпус был разобран в 1949 г., а один отсек (район 108-1 14 шп.) спущен на воду и оборудован для натурных испытаний подводной защиты, которые так и не состоялись.

Интересные факты

Броневые плиты "Советкого Союза" использовали под Ленинградом для сооружения дотов. Опытные орудия Б-37 там же вело огонь по врагу.

Этот корабль в искусстве

«Советский Союз» представлен в игре World of Warships в качестве линкора IX уровня.

См. также

Литература

  1. А. М. Васильев, канд. техн. наук (ГНЦ ЦНИИ им. академика А. Н. Крылова) // "Судостроение", №5'2000 г.
  2. А. М. ВАсильев, канд. техн. наук (ГНЦ ЦНИИ им. академика А. Н. Крылова) // "Линейные корабли типа Советский Союз", 2006 г.

Галерея изображений

  • Линейные корабли типа «Советский Союз»

wiki.wargaming.net

ПЯТЬ ЗНАМЕНИТЫХ СОВЕТСКИХ КОРАБЛЕЙ | Историк

Лёгкий крейсер «Киров»


Готовясь к проектированию для флота серии лёгких крейсеров, советские конструкторы самым внимательным образом изучили итальянский опыт в этой области. В качестве исходного образца избрали «Раймондо Монтекукколи», а также купили у фирмы «Ансальдо» полный пакет технической документации на механизмы крейсера «Эудженио ди Савойя». Первоначально корабль планировали вооружить шестью 180-мм орудиями главного калибра с размещением их в трёх двухорудийных башнях, но в 1934 году родилась достаточно смелая идея установить в имеющихся габаритах по три орудия. К недостаткам такого решения можно отнести расположение всех стволов в одной люльке, то есть с единственным приводом вертикального наведения, поэтому одно удачное попадание неприятельского снаряда могло вывести из строя одновременно всю башню. Однако возможность увеличить на 50% число стволов главного калибра всё же перевесила.

Строительство начали 11 июля 1934 года, а 7 августа 1937 года корабль совершил первый выход в море. 28 сентября 1938 года комиссия под председательством капитана 2-го ранга Д.Д. Долина подписала акт о приёмке.

Во время советско-финской войны «Киров», базируясь на Лиепае, выходил в море для обстрела береговой батареи противника на острове Руссарэ.

Великую Отечественную войну крейсер встретил на рейде Риги. В ходе обороны Таллина с 22 по 27 августа 1941 года провёл 36 стрельб по скоплениям войск противника.

Во время таллинского перехода «Киров» был флагманским кораблём главных сил. На его борту находились эвакуируемые Военный совет Краснознамённого Балтийского флота и члены правительства Эстонии.

С 30 августа крейсер неоднократно обстреливал рвущиеся к Ленинграду немецкие войска. Авиация противника неоднократно бомбила «Киров», но, несмотря на то что периодически добивалась попаданий, потопить корабль так и не смогла. 27 февраля 1943 года крейсер «Киров» наградили орденом Красного Знамени.

Кроме «Кирова» в составе Черноморского флота находился построенный по тому же проекту «Ворошилов».

Эсминец «Гремящий»


Во второй пол. 1930-х годов в СССР по разработанному под руководством Владимира Никитина и Павла Трахтенберга «Проекту 7» построили 28 однотипных эскадренных миноносцев. Корабли отличались мощным вооружением из четырёх 130-мм орудий главного калибра и двух трёхтрубных торпедных аппаратов.

Самым известным в серии стал построенный на ленинградском заводе № 190 «Гремящий». Он вступил в строй 28 августа 1939 года, а уже в сентябре отправился на север по Беломоро-Балтийскому каналу. 8 ноября 1939 года корабль прибыл в Полярный и был включён в состав Северного флота.

Во время советско-финской войны «Гремящий» нёс дозорную и конвойную службу и непосредственно в боевых действиях участия не принимал.

С началом Великой Отечественной войны эсминец перешёл в Ваенгу и уже 24 июня отправился в свой первый боевой поход, охраняя транспорты «Циолковский» и «Моссовет» на переходе из Мурманска в Титовку.

В ночь с 24 на 25 ноября 1941 года совместно с однотипным «Громким» и британским лёгким крейсером «Кения» «Гремящий» участвовал в обстреле норвежского порта Вардё, по которому выпустил 89 снарядов главного калибра.

29 марта 1942 года, находясь в охранении конвоя PQ-13, «Гремящий» и однотипный «Сокрушительный» приняли участие в отражении атаки немецких эсминцев.

1 марта 1943 года кораблю присвоили гвардейское звание. В дальнейшем командование продолжало использовать «Гремящий» в основном для охраны конвоев. Кроме этого, в 1944 году корабль участвовал в двух набеговых операциях: в Мотовском заливе (9 октября) и обстреле порта Вардё (26 октября). 14 декабря 1944 года сильно изношенный непрерывной боевой службой корабль поставили на капитальный ремонт на заводе № 402 в Молотовске, после завершения которого до 1954 года он прослужил в составе Беломорской военной флотилии. Уже в качестве опытного судна он принимал участие в ядерных испытаниях, после чего был затоплен в губе Чёрная на Новой Земле.

Сторожевой корабль «Сметливый»


В настоящее время «Сметливый» является единственным остающимся в строю кораблём «Проекта 61», которым выпало сыграть выдающуюся роль в эпоху «холодной  войны». Начавшаяся в 1950-х годах разработка проекта была связана в первую очередь с появлением ядерных ракет морского базирования, превративших подводные лодки в стратегическое оружие. В качестве контрмеры приступили к созданию нового ракетного оружия, предназначенного для уничтожения субмарин противника, а к началу 1960-х годов — кораблей специальной постройки — нового класса, за которым в СССР закрепилось название «Большой противолодочный корабль» (БПК).

Дело в том, что состоящие в то время на вооружении флотов НАТО ядерные ракеты морского базирования не отличались большой дальностью, вынуждая подводные лодки перед пуском практически вплотную приближаться к границам противника. Поэтому эффективной мерой противодействия становилось создание эшелонированных противолодочных заслонов. Предполагалось, что в дальней зоне вражеские субмарины будут перехватываться вертолётоносцами и базовой противолодочной авиацией, а в ближней — большими противолодочными кораблями.

В качестве энергетической установки предпочли газотурбинный вариант, к положительным сторонам которого следует отнести более низкую удельную массу и быстрый запуск (5–10 минут) из холодного состояния. Именно за мелодичный свист газовых турбин БПК «Проекта 61» на флоте прозвали «поющими фрегатами». Учитывая, что кораблям предстояло действовать в том числе и в условиях применения противником оружия массового поражения, конструкция корпуса и надстроек обеспечивала возможность ведения боевых действий без присутствия личного состава на верхней палубе и мостиках. Вооружение состояло из двух зенитно-ракетных комплексов, двух спаренных 76-мм башенных артиллерийских установок, пятитрубного торпедного аппарата, двух реактивных бомбомётов и противолодочного вертолёта.

На момент постройки БПК «Проекта 61» по своим боевым возможностям были практически равноценны современным им американским ракетоносным эсминцам. В течение нескольких десятилетий, неоднократно проходя модернизации, они несли службу на всех океанах, обеспечивая стратегический паритет. Однако постепенно корабли этого типа, начиная с 1990-х годов, стали выводить из состава флота. Иная судьба выпала «Сметливому», переведённому в 1992 году в класс сторожевых кораблей. И сейчас  он продолжает нести боевую службу в составе Черноморского флота, выполняя задачи в том числе и у побережья Сирии.

Ракетный крейсер «Москва» (бывший «Слава»)


Датой начала работы над «Проектом 1164» принято считать 1972 год, когда сформулировали тактико-технические требования к новым ракетным крейсерам, предназначенным для придания боевой устойчивости силам флота на отдалённых морских театрах и уничтожения крупных надводных кораблей противника. Главным конструктором назначили директора Северного ОКБ Александра Перькова. Предполагалось, что каждый корабль будет нести 12 пусковых установок противокорабельных ракет «Базальт», зенитные ракеты типа С-300Ф и «Оса», артиллерийские установки калибром 100 и 30 мм, а также два пятитрубных торпедных аппарата.

Первоначально планировали построить десять кораблей этого типа, но позже заказ сократили до шести единиц. В итоге заложили только четыре крейсера, а достроили три.  Головным стал вступивший в строй в 1983 году «Слава». В 1989 году корабль принял участие в обеспечении встречи Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачёва и президента США Джорджа Буша, а в 1990 году на его борту прошла Ялтинская международная конференция по контролю за ядерным вооружением.

Новое имя «Москва» корабль получил 16 мая 1996 года после списания названного в честь столицы устаревшего противолодочного крейсера.

С 9 по 12 августа 2008 года участвовал в вооружённом конфликте с Грузией, выполняя задачи по обеспечению действий российской группировки. С 30 сентября 2015 года «Москва» возглавляет постоянное оперативное соединение ВМФ России, осуществляющее прикрытие действий российской авиационной группировки в Сирии.

Малый ракетный корабль «Бора»


Вступивший в строй в 1997 году малый ракетный корабль на воздушной подушке «Бора» стал крупнейшим в практике мирового кораблестроения катамараном с аэростатической воздушной подушкой. Он предназначен для уничтожения боевых кораблей и транспортов противника, обеспечения прикрытия быстроходных десантных соединений и конвоев, а также ведения разведки и дозорной службы в операционной зоне наших сил.

Именно синтез катамарана и воздушной подушки позволил совместить в конструкции одного корабля две практически взаимоисключающих характеристики: установку мощного вооружения и обеспечение высокой скорости полного хода. В итоге на сравнительно небольшой по размерам платформе удалось разместить восемь противокорабельных ракет «Москит», а скорость достигает 55 узлов (101,9 км/ч).

В настоящее время находящиеся в составе Черноморского флота «Бора» и однотипный «Самум» продолжают оставаться уникальными кораблями, не имеющими аналогов в мире.

О легендах российского императорского флота читайте в следующем материале 


Андрей ЧАПЛЫГИН

xn--h1aagokeh.xn--p1ai

Линкоры типа «Советский Союз» - 1937 год

Линкор «Советский Союз»

В середине 30-х годов стало понятно, что мировые морские державы активно наращивают свои силы. Начался очередной виток дредноутного строительства. Советский Союз не мог оставаться в стороне, поэтому также начал производство огромных линкоров, превосходящих по своей мощи все предыдущие броненосцы.

Начавшаяся Вторая мировая война не позволила достроить ни один из четырех заложенных кораблей. Однако их проектные модели навсегда вошли в историю, как одни из самых мощных и защищенных кораблей СССР и мира.

Предпосылки к созданию

Самая большая страна в мире, имеющая выход к океану в разных частях Евразии, нуждалась в обновлении флота. В 30-х годах 20 века Сталин принял решение построить «Большой советский флот». Это был сложный период в истории страны, когда многие видные конструкторы и инженеры кораблестроения были репрессированы. Не всем из оставшихся на свободе генералиссимус доверял. Поэтому он проводил консультации с ограниченным количеством людей. Тем не менее в 1936 году была разработана программа «крупного морского судостроения». Согласно нее необходимо построить 8 больших линкоров класса А, а также малые линкоры, легкие крейсеры, эсминцы и подводные лодки. В случае выполнения поставленных планов к 1942 году флот СССР должен был стать мировым лидером.

Первые проблемы начались на этапе планирования. Большие линкоры с необходимым вооружением и бронированием никак не укладывались в согласованные мировым сообществом 35 000 тонн. Тогда Сталин вопреки международным ограничениям позволил увеличить проектные параметры линкоров.

В 1937 году репрессии достигли своего пика. За следующие два года командование всех флотов меняло руководство пять раз. Высшие чины были запуганы и боялись высказывать свое мнение, чтобы не случилось возможных трагических последствий. В таких непростых условиях продолжалось техническое конструирование самых мощных дредноутов Советского Союза.

Согласно подписанным планам, новые линейные корабли должны были построиться за срок, не превышающий 63 месяца. Период был определен исходя их западноевропейского и американского опыта. Никто не посмел напомнить Сталину, что собственные линкоры типа «Севастополь» производились долгих 7 лет, и это при поддержке со стороны европейских государств и отсутствия политических гонений.

[flat_ab id=”1″]

Начало строительства

Проект 23, известный под названием «Советский Союз», начали воплощать в реальность 15 июля 1938 года. Головной корабль серии с одноименным названием был заложен в Ленинграде. В течение года началось строительство еще трех линкоров: «Советская Украина» (Николаев Украинская ССР), «Советская Россия» и «Советская Белоруссия» (Молотовск/Северодвинск Архангельская область).

Уже в 1939 году стало очевидным отставание в строительстве. Металлургические заводы подводили с поставками металла. Поступившее на верфи сырье не всегда отвечало стандартам качества. Осенью 1940 года было решено приостановить производство трех дредноутов, оставив в приоритете только «Советский Союз».

Конструкция и бронирование

В начале 40-х годов СССР с недоверием относился к сварочному методу, поэтому большая часть корпуса скреплялась при помощи заклепок, расположенных в шахматном порядке. Лишь 25-мм пластины стали на палубе и бортах полубака соединялись путем сваривания.

Для подводной защиты судна использовалась итальянская система Пульезе. Днище представляло собой два условных цилиндра, между которыми располагалась полость, необходимая для подавления энергии в случае поражения линкора торпедой или миной.

Главный броневой пояс имел протяженность 148 метров и по проекту должен был обшиваться 375-420-мм сталью. Орудийные башни закрывались 495-мм листами, рубка была накрыта 425-мм металлическими пластинами.

Энергетическая система включала три турбозубчатых агрегата (каждый имел максимальную производительность 77 000 л.с.) и 6 котлов. На момент строительства подобной корабельной мощности в мире не существовало. Однако по расходу топлива советская установка уступала американским и немецким энергетическим системам. У японских «Ямато» показатели расхода были хуже, чем у советского проекта 23. Но не стоит забывать, что дредноут «Советский Союз» не был достроен, следовательно, все данные отображались исключительно на бумаге. Подтвердить расчеты опытным путем так и не удалось.

Согласно проекту максимальная скорость линейного корабля должна была достигать 29 узлов. Дальность плавания равнялась 7 200 морским милям. В автономном режиме линкор мог находиться 30 суток. Экипаж включал 1 226 матросов и 66 офицеров.

[flat_ab id=”2″]

Вооружение дредноутов «Советский Союз»

  • Главный калибр был представлен 3 трехорудийными башенными установками, состоящими из 406-мм морских пушек Б-37. Их разработка началась еще в 20-х годах, однако страна находилась в тяжелом положении и строительство экспериментальных образцов было приостановлено. После того, как в мире начала появляться техника аналогичного размера было решено возобновить производство. Так, трехорудийное оборудование создавалось специально для линкоров проекта «Советский Союз». Одна установка находилась на корме, две другие располагались по линейно-возвышенной схеме в носовой части.
  • Вспомогательный калибр состоял из 6 спаренных 152-мм установок (152,4-мм Б-38 АУ МК-4) – баллистические характеристики делали эту технику одной из лучших в мире;
  • Зенитная артиллерия включала 6 пар 100-мм пушек Б-54 и 10 четырехорудийных 37-мм автоматических зенитных установок 46-К;
  • Авиационное вооружение предусматривало 4 палубных катапультных поплавковых гидросамолёта КОР-1 (Бе-2) и 2 катапульты. Авиация была необходима для проведения разведки и корректировки огня в случае боевых действий. На корме располагался ангар, вмещающий все 4 воздушных судна, и кран, поднимающий самолеты из воды.

Для обеспечения работы техники дредноут был оснащен:

  • Четырьмя боевыми прожекторами;
  • Средствами радиосвязи;
  • Теплогенераторами – для обнаружения надводных кораблей в ночное время;
  • Гидроакустической станцией – для поиска вражеских субмарин;
  • Гирокомпасами;
  • Эхолотами ЭМС-23;
  • Радиопеленгаторами.

Также на судне была установлена система, которая в случае необходимости обеспечивала дымовую завесу.

Судьба линкоров

С конца 1940 года продолжалось строительство только одного судна. В соседствующей Европе происходили активные военные действия, необходимо было обеспечить себя хотя бы одним мощным дредноутом.

Через 18 дней после вступления СССР в войну производство единственного дредноута проекта 23 было также приостановлено. В этот момент «Советский Союз» был готов на 19%. О дальнейшей судьбе заговорили только в 1946 году. Иосиф Сталин высказывался за завершение строительства одного линкора из запланированных ранее четырех. Однако командование ВМФ было категорически против – ведь характеристики корабля были устаревшими. Для создания современного дредноута необходимо было полностью менять конструкцию и вооружение.

В годы Второй мировой войны недостроенный корпус «Советской Украины» попал в руки немецких захватчиков. Неприятель снял более 4000 тонн металла и серьезно повредил конструкцию судна – его восстановление было невозможным. В конце 40-х годов все корабли проекта 23 были разобраны.

Оценка статьи:

(голосов: 1, средняя оценка: 4,00 из 5)

Загрузка...

vmflot.ru

Линкоры СССР периода Второй мировой войны (фото)

Линейные корабли представляют собой бронированные артиллерийские военные корабли, которые обладают большим водоизмещением и хорошим вооружением. Линкоры СССР широко использовались в самых разных сражениях, так как они легко справляются с уничтожением врага в морском бою посредством нанесения артиллерийских ударов по объектам, расположенным на берегу.

Особенности

Линкоры являются мощными артиллерийскими бронированными кораблями. На момент начала Великой Отечественной войны на вооружении страны их было очень много. Линкоры СССР имели качественное вооружение в виде различных орудий, которые постоянно модернизировались. Чаще всего вооружение состояло из крупнокалиберных пулеметов, торпедных аппаратов. Данные корабли обеспечивали оборону Ленинграда, Севастополя и других приморских городов.

Класс «Севастополь»

Линкоры этого класса имели корпус мониторной формы, в котором площадь надводного борта и форштевень ледокольной формы были минимизированы. При небольшой длине корпуса водоизмещение корабля составляло 23 000 тонн, но на деле достигало порядка 26 000 тонн. В качестве топлива использовался уголь, а если требовался форсированный режим работы, то нефть. Эти линкоры ВМФ СССР оснащались силовой установкой в 42 000 л. с. при скорости в 23 узла и дальности плавания в 4000 миль.

В качестве вооружения линейный корабль оснащался нарезными орудиями, которые располагались линейно и отличались технической скорострельностью в 1,8 выстрела за одну минуту. В качестве противоминного вооружения использовались 16 орудий 120 мм, скорострельность которых составляла 7 выстрелов в минуту, причем все орудия располагались на средней палубе. Такое размещение артиллерии приводило к низкой эффективности стрельбы, что в сочетании с низкой мореходностью самого линкора делало их управление сложнее.

Эти линкоры СССР были подвергнуты модернизации еще перед Второй мировой войной, что сказалось на улучшении силуэта кораблей: у них появилась баковая надстройка, которая плотно сцеплялась с корпусом, а сверху закрывалась прочным настилом. Изменения коснулись носовой оконечности, энергетических установок и улучшения бытовых условий для команды.

«Парижская коммуна»

Этот линкор проходил модернизацию самым последним. В ходе совершенствования его водоизмещение стало больше, мощность двигателя стала выше и составила 61 000 л.с., корабль развивал максимальную скорость в 23,5 узлов. Большое внимание при модернизации было уделено усилению противовоздушного вооружения: на носу и корме появились 6 зенитных пушек 76 мм, 16 артиллерийских орудий и 14 пулеметов. Эти линкоры СССР Второй мировой войны применялись при обороне Севастополя. За все время боевых действий во время Великой Отечественной войны линкор участвовал в 15 боевых походах, выполнил 10 артиллерийских стрельб, отразил больше 20 налетов вражеской авиации и сбил три самолета врага.

Во время Второй мировой войны корабль оборонял Севастополь и Керченский пролив. Первые боевые действия пришлись на 8 ноября 1941 года, и только за первое время боев было уничтожено большое количество танков, орудий, военных машин, перевозивших определенные грузы.

«Марат»

Эти линкоры СССР защищали подступы к Ленинграду, ведя 8 дней защиту города. Во время одной из вражеских атак в корабль попали сразу две бомбы, которые разрушили носовую часть судна и привели к детонации снарядных погребов. В результате этого трагического события погибли 326 человек – членов экипажа. Спустя полгода кораблю была возвращена частичная плавучесть, кормовая часть, которая затонула, всплыла. Немцы долгое время пытались уничтожить поврежденный линкор, который использовался нашими военными как форт.

Однако спустя некоторое время линкор был отремонтирован и частично восстановлен, но даже это позволило ему сопротивляться артиллерийскому огню противника: после восстановления кораблем были уничтожены самолеты, батареи и личный состав противника. В 1943 году этот линкор СССР был переименован в "Петропавловск", а еще спустя 7 лет и вовсе снят с вооружения и переведен в учебный центр.

«Октябрьская революция»

Этот линкор изначально базировался в Таллинне, но с началом Второй мировой был перебазирован в Кронштадт, как только к городу стали подступать немцы. «Октябрьская революция» стала надежной артиллерийской обороной города, так как все попытки немецкой армии потопить линкор остались безуспешными. За годы войны этот самый большой линкор СССР показал себя как надежный противник на воде.

От "Гангута" к "Революции"

Первоначальное название линкора было «Гангут». Именно под этим названием судно принимало участие еще в Первой мировой войне: под его прикрытием ставились минные заграждения, на котором впоследствии подорвался не один немецкий крейсер. Уже после присвоения кораблю нового имени он выступал во время Второй мировой войны, причем все попытки немцев справиться с ним были провальными. Линкоры СССР Второй мировой войны вообще отличались надежностью: так, «Октябрьская революция» подвергалась многочисленным авиационным и артиллерийским атакам, и все равно устояла. Сам же линкор за годы войны выпустил порядка 1500 снарядов, отразил многочисленные авиационные налеты, сбил 13 самолетов и еще большое количество повредил.

Основные походы «Гангута» («Октябрьской революции»)

Интересен тот факт, что грозные корабли нашей армии ни разу за время двух мировых войн – первой и второй – не встретились в бою именно с линкорами противника. Единственный бой был проведен «Севастополем» еще в Гражданскую войну, когда судно прикрывало эсминец «Азард» и отразило нападение целых семи британских эсминцев.

В общем и целом «Гангут» побывал в трех боевых походах на Балтику, где он обеспечивал минные постановки, затем на вооружении Красной Армии он получил новое название и был включен в состав Морских сил Балтийского моря. Принимал участие линкор и в советско-финской войне как огневая поддержка сухопутным войскам. Самой ответственной задачей линкора была защита Ленинграда.

В 1941 году, 27 сентября, в судно попала бомба весом в 500 кг, которая пробила палубы, разорвала башню.

«Архангельск»

Не все линкоры СССР периода Второй мировой войны изначально были на вооружении нашей страны. Так, линейный корабль «Архангельск» сначала был в составе военно-морского флота Великобритании, затем был передан Советскому Союзу. Примечательно, но данное судно было переоборудовано в США, оснащено современными радиолокационными системами для любых видов вооружения. Именно поэтому «Архангельск» известен еще и как HMS Royal Sovereign.

В межвоенные годы линкор неоднократно модернизировался, причем серьезно. И изменения касались в основном дополнительного оснащения орудиями. Ко Второй мировой войне этот линкор уже был устаревшим, но, несмотря на это, все-таки его включили во флот страны. Но его роль была не столь доблестна, как у других линкоров: «Архангельск» большей частью стоял у берегов Кольского залива, где обеспечивал огневое наступление советских войск и срывал эвакуацию немцев. В январе 1949 года корабль был сдан в Великобританию.

Проекты линкоров СССР

Линкоры СССР, проекты которых разрабатывались самыми разными инженерами, всегда считались одними из самых надежных во всем мире. Так, инженер Бубнов предложил проект сверхдредноута, который привлекал внимание проработанностью деталей, мощностью артиллерии, высокой скоростью хода и достаточным уровнем бронирования. Проектирование началось еще в 1914 году, причем главной задачей инженеров было разместить три четырехорудийные башни на небольшом корпусе, которого было мало для подобного вооружения. Получалось, что корабль при таком раскладе оставался без надежной противоторпедной защиты. К основным средствам вооружения на данном корабле выступали:

  • главный броневой пояс, который распространялся на 2/3 длины судна;
  • горизонтальное бронирование на четырех уровнях;
  • круговое бронирование башен;
  • 12 орудий в башнях и 24 орудия противоминного калибра, которые располагались в казематах.

Специалисты говорили о том, что данный линкор – это мощная боевая единица, которая по сравнению с зарубежными аналогами была способна развивать скорость хода в 25 узлов. Правда, бронирования было недостаточно уже на момент Первой мировой войны, а модернизации кораблей не планировалось…

Проект инженера Костенко

Совершенные линкоры России и СССР не раз выручали советские войска. Одной из разработок был корабль Костенко, который считается самым поздним. К его отличительным особенностям относились сбалансированные характеристики вооружения, отличная скорость и качественное бронирование. В основе проекта лежал англо-германский опыт Ютландского сражения, поэтому инженер заранее отказался от предельного артиллерийского оснащения суден. А акцент делался на сбалансированности бронезащиты и подвижности.

Данный корабль разрабатывался аж в четырех версиях, причем самым быстрым оказался именно первый вариант. Как и в версии Бубнова, линейный корабль имел главный боевой пояс, который дополнялся переборкой из двух плит. Горизонтальное бронирование коснулось нескольких палуб, которая сама по себе выступала как броневая настилка. Бронирование выполнялось в башне, рубки, по кругу судна, кроме того, внимательно отнесся инженер к противоторпедной защите, которая раньше на линкорах выступала в виде простой продольной переборки.

В качестве вооружения инженер предлагал использовать орудия главного калибра 406 мм и орудия 130 мм. Первые располагались в башнях, что обеспечивало хорошую дальность стрельбы. Проекты данного судна, как уже говорилось, были разными, что сказывалось и на количестве пушек.

Проект инженера Гаврилова

Гаврилов предлагал построить самые мощные, так называемые предельные линкоры СССР. Фото показывает, что такие модели были небольшим по размерам, зато по техническим и эксплуатационным характеристикам были более эффективными. Согласно общей концепции, линкор представлял собой предельный корабль, технические характеристики которого были на грани достижимого уровня. Проект учитывал только самые мощные параметры вооружения:

  • 16 орудий главного калибра 406 мм в четырех башнях;
  • 24 орудия 152 мм противоминного калибра в казематах.

Такое вооружение вполне отвечало концепции русского кораблестроения, когда отмечалось удивительное сочетание максимально возможного артиллерийского насыщения с высокой скоростью при ущербе бронированию. Оно, кстати, было не самым удачным на большинстве советских линкоров. Зато двигательная установка корабля была одной из самых мощных, так как ее действие основывалось на турбинах-трансформаторах.

Особенности оснащения

Линкоры СССР периода Второй мировой войны (фото подтверждает их мощь), согласно проекты Гаврилова, оснащались самыми совершенными на тот момент системами. Как и предыдущие инженеры, он уделил внимание бронированию, причем толщина бронирования была несколько больше. Но специалисты отмечали, что даже при мощной артиллерии, большой скорости хода и огромных размерах данный линкор был бы достаточно уязвимым при встрече с противником.

Итоги

Как отмечают специалисты, Вторая мировая война стала определенным этапом для проверки состояния линейных кораблей СССР к готовности. Как оказалось, линейный флот не был готов к разрушительной силе и мощи атомных бомб и высокоточного управляемого оружия. Именно поэтому уже ближе к концу войны линейные корабли перестали считаться мощной боевой силой, а развитию палубной авиации уже не уделялось столько внимания. Сталин приказал исключить линкоры из планов военного кораблестроения, так как они не отвечали требованиям времени.

Как следствие, из действующего флота были выведены такие корабли, как «Октябрьская революция» и «Парижская коммуна», какие-то модели были выведены в резерв. Впоследствии Хрущев оставил на вооружении страны буквально несколько тяжелых артиллерийских кораблей, считая их эффективными в боях. А 29 октября 1955 года в Северной бухте Севастополя затонул флагман черноморской эскадры - последний линкор СССР "Новороссийск". После этого события наша страна распростилась с идеей наличия в составе своего флота линейных кораблей.

fb.ru

Самый большой военный корабль СССР, который проходил испытания в Севастополе

В послевоенные годы развитие военно-морского флота СССР постоянно велось в условиях технического единоборства с США. Ко времени начала постройки советского тяжелого авианесущего крейсера, США имели 16 авианосцев, в том числе и с атомными двигателями. ВМС США создавались как мощная ударная единица, способная в кратчайшие сроки присутствовать в любой точке Мирового океана. Политика, проводимая США с времен Первой Мировой войны, была направлена на расширение своего влияния во всем мире. Этому способствовали её экономические возможности. Страна с огромным экономическим потенциалом, от двух войн ХХ века имела такие дивиденды, что смогла создать мощные мобильные вооруженные силы и мощную базу производства вооружений. Советский Союз, переживший две тяжелейшие войны, имел технический и экономический потенциал на порядок меньший американского. Правда, в некоторых областях, в качестве вооружения, СССР был впереди. Но в количественном отношении он намного уступал США.
Это можно видеть на примере развития ВМС СССР.
С 50-х годов основным направлением развития флота была задача наращивания средств доставки атомных бомб и борьба с этими средствами противника. Интенсивно строились подводные лодки и противолодочные корабли. Все это сопровождалось резким наращиванием научно-технического потенциала ВПК. Новые разработки приводили к созданию новой техники, а её отработка стимулировала дальнейший рост НИЭКР.
Одним из главных кораблей по боевой мощи в первой половине  ХХ века стал авианосец. И хотя три страны мира имели авианосцы, в СССР их не было. Поэтому понятно стремление руководителей СССР создать свой авианосец. Но это требовало огромных научно-технических наработок.
Активное участие вертолетов в борьбе с подводными лодками, стимулировало создание противолодочных крейсеров, или вертолетоносцев «Ленинград» и «Москва», за ними создаются большие противолодочные крейсера (или «короткопалубные» авианосцы) «Киев» и «Минск». Эти корабли могли нести кроме вертолетов, еще и самолеты с вертикальным взлетом. И снова, колоссальные научно-технические усилия по их доводке. При этом накапливался опыт, мастерство, что в конце концов привело к решению о строительства полноразмерного авианосца ТАВКР.
Головной корабль был заложен в 1982 году. История создания самого большого в СССР военного корабля необычна.


Закладная секция корабля, имевшего первоначально название "Рига" была установлена на стапель Черноморского судостроительного завода осенью 1982 года, однако работы на нем практически не велись и 22 февраля 1983 года корабль был перезаложен под наименованием "Леонид Брежнев", спущен на воду 4 декабря 1985 года. В августе 1987 года корабль был переименован в "Тбилиси", а в 10 октября 1990 года получил название "Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов".
Корабль был сдан ВМФ 25 декабря 1990 года и проходил доводку и испытания в Севастополе.
Пойти на создание корабля такого класса может далеко не каждое государство, ибо для этого требуются мощный научно-технический потенциал, развитая промышленность и колоссальные материальные затраты, что было под силу только великой морской державе, обладающей к тому же колоссальными природными ресурсами и развитым научно-техническим потенциалом - СССР.
Тяжелый авианесущий крейсер - это плавающий многоэтажный дом, в создании которого принимали участие 169 министерств и ведомств и свыше трех с половиной тысяч основных предприятий, из них добрые 10-15% по материальным затратам, приходилось на НИЭКР .Однако, с 90-х годов, с распадом СССР весь научный потенциал «расползся» по национальным квартирам СНГ и частью пополнил научный потенциал США и других «дальних» стран. Более трех лет корабль находился на стапеле, в декабре 1985 г. его спустили на воду для достройки на плаву. Осенью 1989 г. началось «заселение» крейсера. Первым его командиром стал капитан 1 ранга Ярыгин Виктор Степанович.


ТАВКР «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» стал гордостью отечественного кораблестроения. Корабль предназначен для придания боевой устойчивости ракетным подводным лодкам стратегического назначения, группировкам надводных кораблей, подводных лодок и морской ракетоносной авиации в районах боевого предназначения.
Вот что писал в восьмом номере за 1988 г. журнал ВМС США «Просидингс» о корабле: «Возможности кораблей подобного типа позволяют СССР оказывать поддержку действиям подводных лодок. В Средиземноморье авианосец предоставит значительные возможности по контролю за определенными районами. Отличительной особенностью корабля является установка на нем БИРС, которая по своим характеристикам близка к американской системе.
1 ноября 1989 г. произошло событие, значение которого трудно переоценить: впервые в истории ВМФ самолет СУ-27, пилотируемый заслуженным летчиком-испытателем СССР Виктором Пугачевым, совершил посадку на палубу крейсера. В тот же день впервые на самолете МИГ-29 с борта корабля поднялся в воздух летчик-испытатель СССР Тахтар Аубакиров. Этим была поставлена точка в длительной работе тысяч и тысяч людей.
В конце 1990 г. корабль был передан в состав ВМФ. А в декабре 1991 г. он вышел в свой первый межфлотский переход с целью проверки работы его механизмов и систем в условиях океанского плавания и длительного отрыва от баз. Когда же, менее чем через три недели, успешно пройдя запланированные испытания, крейсер подошел к Мотовскому заливу, погода устроила дополнительный экзамен и технике, и экипажу. Из-за ветра пришлось целые сутки штормовать, и лишь на следующий день «Кузнецов» благополучно ошвартовался у нового, построенного специально для крейсера, причала.


С момента постройки и с учетом последнего выхода с палубы корабля 214 раз взлетали самолеты СУ-27К, 60 — МиГ29К и 34 СУ-25УТГ, вертолеты поднимались в воздух более 900 раз, и при этом корабль прошел более 37 тыс. миль. Распад СССР разорвал немало связей между флотом и промышленными предприятиями — в результате чего прекратились поставки многих видов запасного имущества и материалов. А некоторые, находящиеся на гарантии сложные системы и приборы, не могут быть полностю настроены, поскольку изготовлены в «ближнем» зарубежье. (Там оказались крупные экономические и промышленные центры, потенциал которых для России ныне недоступен.) Это можно сказать, например, в отношении корабельного навигационного комплекса «Бейсур» и НПО «Норд», расположенного в г.Баку.
На корабле 27 «этажей», на которых расположены 3857 помещений. В их числе: 387 кают четырех классов, 445 тамбуров, 370 вентиляторных, 134 кубрика, 120 кладовых, 50 душевых, 6 столовых.
Более б тыс. м сплошных коридоров, площадь полетной палубы 14700 м2, около 12 тыс. км трубопроводов хозяйственного и производственного назначения, 138 тыс.км приведенной длины электрокабелей, более 80 тыс.м переходного пути.
Якорь-цепь длинной 350 м весит 3200 т, т.е. равен весу фрегата. Калибр каждого звена, сделанного из стального прута особой прочности, 82 миллиметра, вес — 30 кг.
Если, например, для сравнения объем внутренних помещений тральщика и крейсера разделить на количество личного состава, то на «Кузнецове» полученная величина будет в 12 раз больше. Размеры корабля (даже если в каждом из помещений находится всего по одной минуте, чтобы осмотреть корабль, понадобится более двух с половиной суток чистого времени!), количество помещений, отсутствие средств механизации вызывает необходимость, например, значительно увеличить время приборок для ухода за корпусом корабля, бытовых и служебных помещений. Ведь только на организованный вынос мусора необходимо 25 мин!
Командование видит выход из положения в создании специальных подразделений, которые решали бы второстепенные вопросы, например, обслуживания, как это практикуется на многих флотах мира.
Кстати, из-за удаленности базирования и сложности доставки расходных материалов к причалу, из-за большого их объема и количества наименований, из-за отсутствия собственной автотранспортной техники снабжение ТАВКРа «Кузнецов» целесообразно было бы организовать контейнерным способом.


ТТД корабля:
Водоизмещение 75 000 т., длина 320 м, ширина 79 м, осадка 10,5 м, скорость 30 уз. Дальность плавания 3850 км при скорости 29 узлов и 8500 км при скорости 18 узлов. Экипаж составляет 2590 человек Вооружение: самолеты Су - 27К, МиГ - 29К, Як-44РЛДН, (всего 70 самолетов) Ракетные комплексы: "Гранит" 12 х 1 (12), 4 "Кинжал" 24 х 1 (192) 8 "Кортик".
Попутно следует отметить трудности, постигшие ТАВКР, попавшего в «разлом» флота. Все, что планировалось и создавалось, не учитывало развал СССР и это отражается на корабле и его судьбе. После перехода из Севастополя на Северный флот корреспондент флотской газеты Северного флота  писал:
«Когда мне наконец-то удалось добраться до губы Ура места дислокации тяжелого авианесущего крейсера «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» — первое, что я там увидел, была вереница матросов, несущих мешки, ящики и другую поклажу от стоящих на берегу машин к борту корабля: шла погрузка продовольствия. Руководил ею помощник командира корабля капитан 3 ранга А.Цеховской.
— То, что вы видите — только часть проблем, связанных со снабжением корабля расходным имуществом, объяснял Александр Георгиевич. — Отсутствие средств механизации, специфика конструкции корабля, наличие единственного корабельного крана требует ежедневного выделения большого количества личного состава, что отрицательно сказывается на качестве его подготовки. А сколько других проблем возникает у экипажа и у флота в связи с приходом такого корабля?
Представить это, стоя у борта корабля, подавляющего своей громадой, было несложно. Снующие туда-сюда матросы, сбитая кое-где на борту краска, пустая полетная палуба — вся эта картина невольно рождала мысль о том, что говорить сейчас о планомерном использовании нового авианесущего крейсера (о чем первоначально предполагалось сделать материал), преждевременно. Как подтвердило впоследствии командование, сегодня для экипажа главное — отработка всех положенных мероприятий и ввод корабля в состав сил постоянной готовности. Но решить эту задачу в нынешних условиях и Северному флоту, и даже всему ВМФ думается, будет очень и очень сложно...
Моряки знают, что одним из условий качественного приема корабля от промышленности является наличие опытного, сплоченного экипажа. Причем практика показывает, что забота о людях, которым поручена ответственейшая задача,— прежде всего. Причем она должна прослеживаться не только у флота или даже всего ВМФ, а и у самого государства. Ибо решение о строительстве военного корабля принимается правительством и является задачей довольно сложной.
Что значит быть в первом экипаже и принимать от промышленности сложный современный корабль — знают только люди, прошедшие через новостройки.
— Для офицеров данный период в жизни корабля является одним из самых сложных, — делился своими мыслями капитан 1 ранга В. Чаплыгин. — Это и непривычный ритм службы, и оторванность от базы, и, конечно же, от семей. Поэтому те моряки, которые прошли вместе с кораблем через все трудности, связанные с его созданием, заслуживают, по-моему, какого-то специального отличия. Почему бы на этот период не ввести для офицеров звания на ступень выше штатной категории или не повысить должностные оклады, например, за счет «строительного» коэффициента.
Виктор Леонидович знает, что говорит. Ему довелось служить на крейсере с момента формирования экипажа, да еще в такой должности, как старший помощник командира. Правда, нельзя сказать, что моряки этого корабля не были отмечены командованием и руководством страны. За освоение новой для ВМФ техники ряд офицеров удостоен правительственных наград и очередных воинских званий досрочно.
Говоря о научных исследованиях, разработках, экспериментальных работах, следует помнить, что в ХХ веке НИЭКР на флоте – это колоссальная индустрия науки и техники.

Иванов В. Б.

ivb.com.ua

Линейные корабли типа «Советская Россия»

Проектирование первых (и как оказалось последних) линкоров Советского ВМФ началось в 1934 году, одновременно с работами по проекту модернизации тяжелых крейсеров проекта 11 (проект 11-бис). Первоначально планировалось создание двух типов ЛК: больших, проекта 27 для Тихого океана и «малых», проекта 28, для Балтийского и Черноморского флотов. В окончательном варианте программы решено было строить один тип линейного корабля, промежуточного типа, в основу проекта которого были положены наработки по обеим предыдущим разработкам. Особо оговаривалось уменьшение осадки линейных кораблей, при полном водоизмещении, до 8,8 м, с одновременным увеличением их ширины. При создании нового проекта было проведено тщательное изучении возможностей кораблестроительных, артиллерийских, броневых и турбинных производств, с целью минимализировать их перестройку. Важным в этом отношении был отказ от строительства новых стапелей на Балтийском заводе и заводе им. Марти.

Еще одним из важнейших выводов было принятие стандартного типа турбозубчатого агрегата, мощностью в 55000 л.с., для установки на всех проектируемых кораблях (линкорах проекта 35, авианосцах проекта 54 и тяжелых крейсерах проекта 55).

Особые трудности вызвало создание башенных установок. Единственная, чудом сохранившаяся башенная мастерская, предназначенная для сборки трехорудийных 406-мм башен, находившаяся на заводе «Большевик» (в начале 30-х гг. под предлогом расширения производства чуть не уничтоженная дирекцией завода), не могла обеспечить сборку всех девяти башен в приемлемые сроки. Пришлось пойти на крупные затраты, закупая в США оборудование для новой башенной мастерской строящейся в Николаеве. В конечном итоге строительство башен было распределено следующим образом: 6 башен изготовлялись в Ленинграде, а 3 в Николаеве. Благодаря уменьшению длинны орудий, с первоначальных 50 калибров до 47, удалось уменьшить ширину погонных кругов башен до 11 метров, что надо считать большим успехом конструкторов, позволившим облегчить постройку башенных установок.

ЦНИИМС обещал создание броневых плит на 30% превосходящие крупповские, однако в реальночти удалось достичь лишь 20-25% у разных партий плит.

К весне 1936 г, проектно-конструкторские работы по проекту 35 были в основном завершены, и летом того же года в Ленинграде на Балтийском заводе был заложен головной корабль «Советская Россия», а в Николаеве на заводе им. Марти однотипный «Советская Украина». Осенью 1937 года, в Северодвинске был заложен третий корпус, получивший название «Советская Белоруссия». В 1940 году на освободившихся стапелях были заложены, соответственно: «Советская Латвия», «Советская Грузия» и «Советская Эстония», однако работы на этих кораблях велись очень медленно и с началом Великой Отечественной Войны были прекращены, а выставленный на стапеля металл разобран.

Стандартное водоизмещение новых кораблей составляло 40000 т, полное – 47300 т, при размерениях по КВЛ  240,0 х 37,4 х 8,8 м. Скорость предполагалась 28 узлов при мощности МКО 165000 л.с. Шесть главных котлов располагались в трех продольных котельных отделениях, а три турбозубчатых агрегата в трех поперечных машинных. Для ликвидации крена, в случае затопления одного из бортовых турбинных отделений была разработана система контрзатопления отсеков противоположного борта.

Проектное вооружение составляли 3х3 406-мм, 6х2 152-мм, 4х2 102-мм башенные установки и 6х4 37-мм автоматических установок в стабилизированных башнях. Главный броневой пояс в районе цитадели имел толщину 356 мм в районе артпогребов и 330 мм в районе машинно-котельных отделений. Толщина броневой палубы составляла 150 мм, с утолщением над погребами до 195 мм, лобовых плит башен – 450 мм. Ширина противоминной защиты, выполненной по американской схеме, составляла на миделе 7,4 м.

 

Уже при достройке двух первых кораблей, выяснилась полная неготовность башен зенитных орудий обеих калибров (к изготовлению 37-мм башен даже не приступили), что вызвало необходимость временного вооружения линкоров четырьмя спаренными 102-мм универсальными установками со щитами и десятью щитовыми же спаренными 37-мм автоматами, разработанными для вооружения тяжелых крейсеров и лидеров. С таким вооружением  они и вступили в строй. Сверхрасчетная строительная перегрузка составила около 2000 т.

 

 

Проектное изображение линейного корабля проекта 34.

Линейный корабль «Советская Россия» был спущен осенью 1939 года и к началу войны заканчивал швартовые испытания. Запроектированные кормовая катапульта и краны, предназначенные для подъема гидросамолетов, так не были установлены. До лета 1944 года стоял в Кронштадте, включенный в систему артиллерийской обороны Ленинграда и ПВО Кронштадта. Зенитное вооружение линкора постоянно усиливалось, в первую очередь поставляемыми по Ленд-лизу автоматами «Эрликон» и крупнокалиберными пулеметами. Было установлено так же новейшее радиолокационное оборудование. Считается, что во время налета немецкой авиации 23 сентября 1941 года, именно зенитчиками «Советской России» был сбит самолет германского аса Руделя.

 

Осенью 1944 года линкор «Советская Россия» дважды выходил в море в составе эскадры Балтийского флота, в первый раз им был произведен обстрел порта Пиллау, второй выход был обусловлен необходимостью демонстрации у границы шведских территориальных вод.

В 1946 году линкор был переведен на Дальний Восток, где вошел в состав Тихоокеанского флота,в составе которого оставался до 1957 года, а затем был выведен в резерв. В 1963 году линейный корабль «Советская Россия» был исключен из списков ВМФ СССР.

 

Линейный корабль «Советская Украина» был спущен на воду осенью 1939 года и к 22 июня 1941 года находился в высокой степени готовности. Наступление немецко-фашистских войск заставило перевести почти достроенный линейный корабль в Севастополь, а затем в Новороссийск, где он завершил ходовые испытания.

В сентябре 1942 года линкор участвовал в обстреле румынского порта Констанца, в результате которого порт надолго был выведен из строя, что создало значительные трудности для снабжения топливом германских войск. Однако при отходе, в результате нескольких налетов немецкой авиации, линкор получил значительные повреждения и был фактически выведен из строя до конца войны. Летом 1943 года линкор был переведен из Поти в Новороссийск, где с него были сняты все орудия главного калибра, четыре из которых были отправлены в Северодвинск.

В строй восстановленная «Советская Украина» вступила только в 1949 году, вновь войдя в состав Черноморского флота. В 1955 году, находясь в Севастопольской бухте, линкор подорвался на немецкой донной мине и вновь надолго вышел из строя. Ремонтные работы велись очень медленно, и в 1961 году так и не восстановленный корабль был выведен из боевого состава ВМФ СССР.

 

Линейный корабль «Советская Белоруссия» был выведен из цеха №50 Северодвинского завода весной 1940 года. К началу войны корабль находился примерно в 95% готовности, но после начала блокады Ленинграда, на заводах которого осталась часть необходимых комплектующих, постройка линкора почти замерла. Для окончания постройки не хватало двух башен противоминного калибра и четырех орудий главного, 406-мм калибра. Только в 1943 году орудия были доставлены из Новороссийска и летом 1944 года линейный корабль «Советская Белоруссия» вошел в боевой состав Северного флота. Вместо средних башен 152-мм калибра, на их барбетах были установлены две дополнительные спаренные 102-мм щитовые универсальные артустановки. На четырех барбетах, предназначенных для так и не изготовленных счетверенных 37-мм автоматов, были установлены счетверенные установки «Бофорс».

В 1948 году, линкор совершил переход на Дальний Восток, где вошел в состав Тихоокеанского флота, в 1957 он был выведен в резерв, а в 1962 году исключен из списков Советского Военно-Морского Флота.

 

alternathistory.com

Последний линкор Советского Союза. | Военная история

29 октября 1955 года в Северной бухте Севастополя затонул флагман черноморской эскадры советского военно-морского флота линкор "Новороссийск". Погибли более 600 моряков. Существует несколько версий происшедшего. Наиболее популярна версия, согласно которой под днищем корабля взорвалась старая донная немецкая мина. Но существуют и другие версии, весьма активно обсуждаемые до сих пор - якобы ответственность за гибель "Новороссийска" несут итальянские, английские и даже советские диверсанты.

Гибель «Новороссийска» стала неким переломным моментом в истории отечественного флота. После этого события наша страна распростилась с идеей наличия в составе ВМФ линейных кораблей. Формально, линкор «Севастополь» разобран на металл только в 1957 году, а «Октябрьская революция» - даже в 1959. Оба линкора выведены из состава флота в 1956 году, после гибели «Новороссийска». Но с июля 1954 года оба указанных корабля были переквалифицированы в учебные. Таким образом, к моменту своей гибели «Новороссийск» оставался единственным линкором в составе ВМФ СССР. Последний в СССР проект мощного артиллерийского корабля также был остановлен в апреле 1953 года…

Вернемся к «Новороссийску». Еще один парадокс! Этот корабль был построен не в СССР и не в России и для нашего флота не предназначался!

Посмотрим на историю корабля.

На момент гибели линейному кораблю "Новороссийск" исполнилось 44 года - срок для корабля прямо скажем – «пенсионный». Большую часть своей жизни линкор носил другое имя - "Джулио Чезаре" ("Юлий Цезарь"), и две мировые войны он проплавал (правда практически не воевал!) под итальянским флагом.

27 июня 1909 года Италия приняла Морской закон, предусматривавший постройку 4 дредноутов, 3 крейсеров-разведчиков, 12 подводных лодок, 12 эсминцев и 34 миноносцев. Закон одобрили 2 декабря и тогда же санкционировали постройку трёх линкоров по проекту 1908 года — будущих «Джулио Чезаре», «Леонардо да Винчи» и «Конте ди Кавур» («Данте Алигьери» уже строился).

Новизна проекта, его постоянные улучшения, трудности с производством броневых плит, механизмов, орудий главного калибра и башен для них сильно затянули строительство кораблей.

В процессе постройки «Джулио Чезаре» был перегружен на 2000 тонн, что увеличило его осадку на 0,9 м. Это привело к уменьшению полной скорости хода по сравнению с проектной на 1 узел; кроме того, из 2,5 м высоты главного броневого пояса над ватерлинией осталось лишь 0,75 м.

 

Джулио Чезаре в 1914 году

 

Итальянские кораблестроители переоценили свои возможности — их первые серийные дредноуты строились целых пять лет. Спроектированные как чуть ли не самые мощные в мире по вооружению, они вступили в строй, уже безнадёжно уступая новым кораблям этого класса с 343—381-мм артиллерией. Времени на существенное изменение проекта 1908 года уже не было, поэтому заложенные в 1912 году «Андреа Дориа»(«Andrea Doria») и «Кайо Дуилио» («Caio Duilio») отличались от предшественников только расположением средней башни — на палубу ниже (для лучшей остойчивости) и увеличенным до152 ммкалибром средней артиллерии с более мощной защитой. 152-мм орудия разнесли из центрального каземата к оконечностям, что увеличило их эффективность при отражении торпедных атак.

На момент вступления Италии в войну (24 мая 1915 года) «Джулио Чезаре» находился в главной ВМБ Таранто. Линкоры в Таранто находились в трехчасовой готовности, проводя в заливе эволюции и стрельбы. Их главной задачей был бой с дредноутами противника. Ни в каком другом случае рисковать ими не разрешалось.

За все время боевых действий он провел 31 час на боевых заданиях и 387 часов на учениях, ни разу не встретившись с противником.

К 1922 году линкор прошёл первую модернизацию: была изменена форма фок-мачты. В 1925 году претерпел более значительную модернизацию: замена системы управления артогнем, установка катапульты для запуска гидросамолета типа «Макки» М18. Для подъема самолета с воды и установки его на катапульту на верхней палубе появился кран.

В 1928 году стал учебным артиллерийским кораблём.

В 1933—1937 годах претерпел коренную модернизацию.

Проект предусматривал рассверловку стволов 305-мм орудий до320 мм, замену станков для повышения дальности стрельбы, усиление бронирования и противоторпедной защиты, замену котлов и механизмов, удлинение корпуса с изменением обводов. «Чезаре» проходил модернизацию на верфи Кантиери дель Тиррено в Генуе с 25 октября 1933 года по 1 октября 1937 года.

 

Джулио Чезаре в 1938 году

 

6 июля 1940, после вступления Италии во Вторую мировую войну линкор вышел в стратегическом прикрытии конвоя из Неаполя в Бенгази. 9 июля, на обратном пути из Бенгази в Таранто, эскадра встретилась у мыса Пунта Стило с английским Средиземноморским флотом. В английской литературе эта стычка получила название «бой у Калабрии». Сражение особой активностью сторон не отличалось. В 15:59 381-мм снаряд с английского линкора «Уорспайт» попал в середину корпуса «Чезаре» и вызвал пожар. Дым вентиляторами засосало в котельные отделения, и четыре котла вышли из строя, вызвав падение скорости до 18 узлов. Под прикрытием дымовой завесы и эсминцев флагману в 16:45 удалось оторваться от противника, т.к., судя по отчету о бое, «Уорспайт» мог «дать» только 17 узлов хода. Бой, в общем-то, закончился «вничью», но «Чезаре» вынужден был стать на ремонт в Таранто: были разрушены легкие орудия, часть надстроек, требовали починки четыре котла. 115 членов экипажа были убиты или ранены.

После ремонта, 30 августа в составе мощного соединения вышел в море на перехват очередного английского конвоя в Александрию. Однако британская авиаразведка сумела обнаружить противника, и конвой отвернул на юг. Сильный шторм и нехватка топлива у эсминцев заставили итальянцев вернуться в Таранто.

В ночь с 11 на 12 ноября 1940 года около 20 самолетов с британского авианосца «Илластриес» атаковали итальянские линейные корабли в гавани ВМБ Таранто. Уцелевший «Чезаре» ушёл в Неаполь, а потом в Сицилию.

27 ноября – бой у мыса Теулада (Спартивенте в англоязычной литературе), где линкору ни разу не удалось выстрелить.

Ночью 8—9 января 1941 года английская авиация с Мальты и греческих баз произвела налет на Неаполь. Стоявший там «Чезаре» получил повреждения от близких разрывов трех бомб и в сопровождении «Витторио Венето» ушёл в Специю на месячный ремонт.

9 февраля 1941 года «Чезаре» в составе эскадры вышел на перехват британского флота, обстрелявшего Геную, но безрезультатно.

В 1941 году в Италии начались перебои с поставкой топлива, и к операциям на море стали привлекать только новые линкоры. Возможно поэтому «Чезаре» не принимал участие в знаменитом бою при мысе Матапан, где гордые потомки римлян серьезно «получили на орехи». Однако к концу 1941 года, когда кораблей для прикрытия конвоев стало не хватать, «Чезаре» пришлось совершить два выхода в море.

3—5 января 1942 года «Чезаре» вышел в последний боевой поход, прикрывая конвой в Северную Африку, после чего был выведен из действующего флота. Помимо нехватки топлива выяснилось, что из-за недостатков конструкции линкор мог погибнуть от одного торпедного попадания. Использовать его в условиях господства союзной авиации в воздухе было рискованно. Большую часть экипажа списали на другие корабли и в штабы эскортных конвойных групп.

До конца 1942 года «Чезаре» стоял в Таранто, а в январе 1943 года перешёл в Полу, где был до конца войны превращен в плавучую казарму. Всего за кампанию 1940—1943 гг. «Чезаре» совершил 38 боевых выходов в море, пройдя16 947 мильза 912 ходовых часов, израсходовав 12 697 т нефти.

После заключения перемирия «Чезаре» вернулся в Таранто, а 12 сентября под командованием капитана 2-го ранга В. Карминати последним из итальянских линкоров прибыл на Мальту. Во время перехода на корабле не было части экипажа, не все повреждения были устранены, почти весь путь был проделан без эскорта. В условиях постоянной угрозы нападения немецких торпедных катеров и авиации этот переход можно считать единственной героической страницей в истории «Чезаре». Сначала союзное командование решило оставить итальянские линкоры на Мальте под своим прямым контролем, но в июне 1944 года трем самым старым, включая «Чезаре», разрешили вернуться в итальянский порт Аугуста для использования в учебных целях.

В 1943 году Италия капитулировала. До 1948 года "Джулио Чезаре" находился на стоянке, не будучи законсервированным, с минимальным количеством команды и без надлежащего технического обслуживания.

Согласно специальному соглашению, итальянский флот должен был быть поделен между союзниками по антигитлеровской коалиции. На долю СССР пришлись линейный корабль, легкий крейсер, 9 эсминцев и 4 подлодки, не считая мелких кораблей. 10 января 1947 года в Совете министров иностранных дел союзных держав было достигнуто соглашение о распределении передаваемых итальянских кораблей между СССР, США, Великобританией и другими странами, пострадавшими от агрессии Италии. Так, например, Франции были выделены четыре крейсера, четыре эсминца и две подводные лодки, а Греции - один крейсер. Линейные корабли вошли в состав групп "A", "B" и "C", предназначенных для трех главных держав.

Советская сторона претендовала на один из двух новых линкоров. Но поскольку к этому времени между недавними союзниками уже начиналась Холодная война, то ни США, ни Англия не стремились усиливать ВМФ СССР мощными кораблями. Пришлось кидать жребий, и СССР получил группу "C". Новые линкоры достались США и Англии (позже эти линкоры были возвращены Италии в рамках партнерства по НАТО). По решению Тройственной комиссии 1948 года СССР получил линкор "Джулио Чезаре", легкий крейсер "Эммануэле Филиберто Дюка Д'Аоста", эсминцы "Артильери", "Фучильере", миноносцы "Анимозо", "Ардиментозо", "Фортунале" и подводные лодки "Мареа" и "Ничелио".

9 декабря 1948 года "Джулио Чезаре" покинул порт Таранто и 15 декабря прибыл в албанский порт Влера. 3 февраля 1949 года в этом порту состоялась передача линкора советской комиссии, возглавляемой контр-адмиралом Левченко. 6 февраля над кораблем подняли военно-морской флаг СССР, а еще через две недели он вышел в Севастополь, прибыв на свою новую базу 26 февраля. Приказом по Черноморскому флоту от 5 марта 1949 года линкору присвоили название "Новороссийск".

Как отмечают практически все исследователи, корабль был передан итальянцами советским морякам в запущенном состоянии. В относительно удовлетворительном виде находилась основная часть вооружения, главная энергетическая установка и основные корпусные конструкции - обшивка, набор, главные поперечные переборки ниже броневой палубы. А вот общекорабельные системы: трубопроводы, арматура, обслуживающие механизмы, - требовали серьезного ремонта или замены. Радиолокационных средств на корабле не было вообще, парк средств радиосвязи был скуден, полностью отсутствовала зенитная артиллерия малого калибра. Надо отметить, что непосредственно перед передачей СССР линкор прошел небольшой ремонт, касавшийся в основном электромеханической части.

Когда "Новороссийск" обосновался в Севастополе, командование Черноморским флотом отдало приказ - в кратчайшие сроки превратить корабль в полноценную боевую единицу. Дело осложнялось тем, что часть документации отсутствовала, да и военно-морских специалистов, владевших итальянским языком, в СССР практически не было.

В августе 1949 года "Новороссийск" принял участие в маневрах эскадры в качестве флагмана. Впрочем, его участие было скорее номинальным, поскольку за три отпущенных месяца привести линкор в порядок не успели (да и не могли успеть). Однако политическая обстановка требовала продемонстрировать успехи советских моряков в освоении итальянских кораблей. В итоге эскадры вышла в море, а разведка НАТО убедилась, что "Новороссийск" плавает.

С 1949 по 1955 год линкор восемь раз находился в заводском ремонте. На нем установили 24 спаренные установки советских 37-мм зенитных автоматов, новые радиолокационные станции, средства радиосвязи и внутрикорабельной связи. Также заменили итальянские турбины на новые, изготовленные на Харьковском заводе. В мае 1955 года "Новороссийск" вошел в строй ЧФ и до конца октября несколько раз выходил в море, отрабатывая задачи по боевой подготовке.

 

28 октября 1955 года линкор вернулся из последнего похода и занял место в Северной бухте на "линкорной бочке" в районе Морского Госпиталя, примерно в 110 метрах от берега. Глубина воды там составляла 17 метров воды и еще около 30 метров вязкого ила.

Командир линкора капитан 1 ранга Кухта находился в отпуске. Обязанности его исполнял старший помощник капитан 2 ранга Хуршудов. Согласно штатному расписанию, на линкоре находились 68 офицеров, 243 старшины, 1231 матрос. После того как "Новороссийск" ошвартовался, часть экипажа съехала в увольнение. На борту оставались более полутора тысяч человек: часть экипажа и новое пополнение (200 человек), курсанты морских училищ и солдаты, накануне прибывшие на линкор.

 

29 октября в 01:31 по московскому времени под корпусом корабля с правого борта в носу раздался мощный взрыв. По оценкам специалистов, его сила была эквивалентна взрыву 1000-1200 килограммовтринитротолуола. С правого борта в подводной части корпуса образовалась пробоина площадью более 150 квадратных метров, а с левого борта и вдоль киля - вмятина со стрелкой прогиба от 2-х до 3-х метров. Общая площадь повреждений подводной части корпуса составляла около 340 квадратных метров на участке длиной22 метра. В образовавшуюся пробоину хлынула забортная вода.

 

Вот хронометраж событий той ночи.

01 ч 30 мин 48.5 с

Взрыв под линкором. Погас свет.

 01 ч 31 мин

Объявлена (голосом) «Аварийная тревога». Появился дифферент на нос и крен 1-2 градуса правого борта.

 01 ч 32 мин

На кораблях эскадры ЧФ и рейдовых постах объявлена «Боевая тревога». Дана команда аварийным партиям приготовиться к переброске на линкор.

 01 ч 33 мин

На линкоре ударами в рынду продублирован сигнал аварийной тревоги. Началась эвакуация раненых с района взрыва. Первый доклад с корабля в штаб ЧФ о причине взрыва («очевидно, взорвался бензосклад»).

 01 ч 34 мин

Дифферент на нос увеличился до 3-4 градусов (осадка носом – до5 м, «до полуклюзов»), крен 1-2 градуса правого борта.

 01 ч 35 мин

Вода выступила через пробоину выше броневой (средней) палубы. ОД штаба флота доложил о взрыве начальнику штаба флота.

 01 ч 36 мин

На линкоре запустили кормовые дизели и подали электропитание на освещение и трансляцию. Объявлена «Боевая тревога» по трансляции. Даны семафоры «Нуждаюсь в помощи», «Нуждаюсь в медицинской помощи». И.о. командира корабля Сербулов прибыл на место взрыва и принял решение на ГКП не идти. Носовая оконечность погружается, над водой осталась 1.75 м верхней части форштевня.

 01 ч 37 мин

Приступили к работе аварийные партии корабля. Запущены насосы пожарной магистрали и водоотливной системы на откачку воды. Начали спрямление корабля.

 01 ч 39 мин

Началась погрузка раненых на барказы.

 01 ч 40 мин

Крен на правый борт достиг 3 градуса. Дифферент увеличился, верхняя часть форштевня находилась от воды в1.5 м. Оповещены о взрыве командующий флотом и член Военного совета. С кораблей эскадры и УВСГ началась отправка аварийных партий, медицинского персонала и буксиров к линкору.

 01 ч 41 мин

И.о. командира корабля вызвал на полубак из ПЭЖа и.о. командира БЧ-5, который доложил о затоплении кубриков № 29 и 30 на 1-ой платформе (карапасная, нижняя палуба), поступлении воды в кубрик № 14 на броневой палубе. Доклад и.о. командира БЧ-5 о поступлении воды снизу в погреб № 1 1-й башни ГК. Доклады в ПЭЖ и ГКП о прогреве вспомогательных механизмов и готовности к прогреву котлов и турбин. Носовая оконечность корабля продолжала погружаться.

 01 ч 43 мин

На линкор прибыла аварийная партия с крейсера «Михаил Кутузов» - 95 человек. Дифферент на нос до уровня палубы полубака. Якорная цепь с глагольгаком ушла под воду. Затоплены трассовая и другие помещения в носовой оконечности корабля. Раненые отправлены на берег.

 01 ч 46 мин

Броневая палуба в районе пробоины (14-й кубрик) ушла под воду. Из кубрика № 14 вода стала проникать через деформировавшуюся дверь в переборке на 51-м шпангоуте в кубрик № 15 и через незакрытые иллюминаторы в помещения носовой части корабля. ОД эскадры на линкоре передал семафор: «Нуждаюсь в помощи АСС». К линкору отошли буксиры и катера, на корабль прибыла аварийная партия с крейсера «Фрунзе» - 56 человек.

 01 ч 50 мин

Начата откачка воды буксиром МБ-131 из аварийных помещений через пробоину в палубе корабля, но фактически «из моря в море». Прибыли аварийные партии с крейсеров «Керчь» и «Молотов». В штаб флота прибыли командующий флотом, начальник штаба флота, член военного совета и начальник оперативного управления штаба ЧФ.

 01 ч 51 мин

Носовая оконечность корабля погрузилась до0.25 мверхней части форштевня. Затоплен снарядный погреб № 1, в погреб № 2 начала просачиваться вода. Вода затопила кубрик № 1 и стала распространяться по батарейной (верхней) палубе в кубрик № 4, проникать сверху и через сальники электропроводки в зарядный погреб № 2.

Личный состав продолжает ставить подпоры на переборки и конопатить щели.

 02 ч 00 мин

Крен на правый борт уменьшился до 1-1.25 градуса в результате спрямления корабля. Дифферент на нос увеличился, гюйсшток начал уходить основанием под воду. ОД штаба флота приказал дежурному по кораблю буксировать линкор на мелкое место. Буксир начал разворачивать корму линкора к берегу. На корабль прибыли командующий флотом Пархоменко, начальник штаба флота Чурсин и член Военного совета Кулаков и заслушали доклад дежурного по кораблю. Всего 7 адмиралов, 28 старших офицеров и 40 младших офицеров прибыло на линкор.

 02 ч 01 мин

Командующий флотом приказал прекратить буксировку кормы к берегу и вызвал из ПЭЖа и.о. командира БЧ-5. Матусевич доложил, что корабль принял 1500-2000 т воды (фактически 3200 т. – Б.К.), метацентрическая высота уменьшилась до1 м, вода поступает с нижних помещений. Ведётся борьба за непотопляемость корабля.

02 ч 03 мин

Крен корабля на правый борт ликвидирован, корабль спрямлён перекачкой топлива. Вода фонтанировала на палубы через сточную систему и шпигаты., через вентиляционную систему начала поступать сверху в забашенное отделение и в погреба 2-й башни.

 02 ч 05 мин

На линкор прибыли и.о. командующего эскадрой контр-адмирал Никольский и получил приказание от командующего флотом вступить в исполнении обязанностей командира корабля. Однако он посчитал, что вступил в исполнение обязанностей командующего эскадрой, и остался на шкафуте.

 02 ч 10 мин

Вода затопила батарейную палубу в районе взрыва, в носовых гальюнах. Личный состав ставил подпоры на переборки и двери между кубриками № 15, 17 и 18 и в других помещениях. Распространение воды по верхним палубам корабля приостановлено.

 02 ч 11 мин

Спасательному судну «Карабах» приказано следовать к линкору с начальником АСС флота.

 02 ч 15 мин

Носовая оконечность линкора продолжала погружаться.

 02 ч 17 мин

Спасательное судно «Карабах» отошло к линкору. По прибытии к кораблю ему было дано приказание откачивать воду из погреба № 1, а не из сквозной пробоины.

 02 ч 20 мин

Линкор находится на ровном киле, носовая часть корабля полностью погрузилась в воду, нижняя часть носовой оконечности стала уходить в ил на дне бухты. Корма поднялась. Командующий флотом отдал приказание буксировать корабль на мелкое место. Начата буксировка кормы к берегу со стороны левого борта. Отдана команда перерезать бридель на носовой бочке № 3 с правого борта. С левого борта якорная цепь ушла под воду. Вызван второй буксир для буксировки кормы линкора.

 02 ч 30 мин

Корма линкора начала разворачиваться влево к берегу.

 02 ч 32 мин

Появился крен на левый борт.

 02 ч 35 мин

На корабль прибыл и.о. командира корабля, старший помощник капитан 2 ранга Хуршудов и получил приказание от Никольского вступить в командование кораблем. Хуршудов поднялся на ГКП и получил информацию: крен на левыё борт 6 градусов, вода на полубаке дошла до 2-й башни главного калибра, продолжает поступать в 16-й и фильтруется из 17-ого в 20-й кубрик. Буксир тянет корму левым бортом к берегу. Вода блокируется на броневой палубе в районе кормовой переборки 15-ого кубрика и по батарейной в 4-м кубрике. Приняв информацию, Хуршудов убыл в кубрик № 7 (над ПЭЖем) для выяснения обстановки, посчитав, что ему приказано возглавить борьбу за живучесть корабля, а не вступить в командование линкором.

В результате грубого нарушения устава корабельной службы на линкоре оказались одновременно 4 командира корабля. Ни один и них не находился на ГКП и не согласовывал свои действия с ПЭЖом.

 02 ч 37 мин

Линкор развернут перпендикулярно к берегу.

 02 ч 38 мин

Крен на левый борт достиг 5-6 градусов. Вода начала распространяться по броневой палубе через кубрики № 6 и 8 в корму корабля по левому борту поверх  цитадели линкора.

 02 ч 42 мин

Вода на броневой палубе начала поступать из кубрика № 18 и люка в кубрик № 20, поднялась до комингса. Появились большие массы воды со свободной поверхностью на верхних палубах цитадели корабля.

 02 ч 58 мин

Вода через кубрик № 18 стала подниматься вверх в кубрик № 4 на батарейной палубе

 02 ч 59 мин

Крен на левый борт увеличивался, носовая оконечность продолжала опускаться.

 03 ч 00 мин

Носовая оконечность погрузилась до 2-й башни главного калибра, левый борт опустился в воду до кормовой башни. При дифференте на нос затопило броневую и батарейную палубы до 75-100 шп, крен достиг 6 градусов левого борта. Вода начала распространяться по броневой палубе левого борта через открытые отверстия для монорельса погрузки и перемещения боезапаса под батарейной палубой. Заделка их производилась подушками и простынями. Начали заполнять кормовые креновые отсеки правого борта водой посредством насосов. Ставятся подпоры между кубриками № 18 и 20, 19 и 21. Крен задержан на 6 градусов левого борта.

 03 ч 15 мин

Переборка между кубриками № 14 и 15 не выдержала, вода пошла в кубрик № 16 и через нештатное отверстие в переборке для КАТС на 74-м шп в кубрик № 18 по левому борту, продолжала распространяться через лючки для монорельса и открытые иллюминаторы офицерских кают по палубам левого борта. Дана команда по трансляции: «Задраить иллюминаторы». Остановлен генератор 2-й электростанции, вода начала поступать через неплотности в сварке кренового отсека № 2 во 2-ю электростанцию, а также сверху через шахту вентиляции с верхней палубы и через люк с броневой палубы.

03 ч 20 мин

Носовая оконечность погрузилась в воду до середины гюйсштока. В кубрик № 20 вода поступает фонтанами через шпигаты, в кубрике № 22 лопнула палуба и снизу в кубрик стала поступать вода. И.о. командира БЧ-5 Матусевич и пришедший в ПЭЖ на помощь начальник техуправления ЧФ капитан 1 ранга Иванов приняли решение затопить 4-ю электростанцию и румпельное отделение, но оно не было принято командованием флота. Продолжали заполнять водой креновые отсеки.

 03 ч 30 мин

Крен 6 градусов левого борта, носовая оконечность продолжала погружаться, гюйсшток над водой0.5 м. На юте построены 800-1000 человек личного состава корабля из затопленных помещений, не занятых борьбой за живучесть.

03 ч 45 мин

Носовая часть затоплена до 57 шп, включая погреба 1-й башни главного калибра, и продолжает медленно опускаться. Вода на палубе полубака дошла до 1-й башни. Контр-адмирал Никольский попросил разрешения у командующего флотом снять с корабля личный состав, не занятый борьбой за живучесть и стоящий на юте. Командующий отказал.

 03 ч 49 мин

Предпринята попытка буксировать линкор за носовую оконечность корабля. Попытка окончилась безрезультатно, так как носовая часть была погружена в воду, опустилась в ил, а якорь и якорная цепь не были отданы.

Вновь начата буксировка кормы линкора к берегу по приказаниям Чурсина, Никольского и Сербулова.

 03 ч 50 мин

Дифферент на нос увеличился, за кормой корабля из воды показался руль. СС «Карабах» и буксир МБ-39 тянули корабль буксирными концами, заведенными за боковые кнехты линкора, к берегу. От этого корабль наклонялся сверху вниз, все более заваливаясь на левый борт. Корабль подтянули к берегу всего лишь на10 м, далее он не двигался, но буксиры продолжали тащить его.

03 ч 55 мин

Резкий толчок на левый борт. Крен достиг 10-12 градусов левого борта и начал непрерывно увеличиваться. Большие массы воды со свободной поверхностью начали распространяться по палубам корабля над машинными и котельными отделениями.

 03 ч 59 мин

Командир дивизиона живучести БЧ-5 инженер-капитан-лейтенант Городецкий послал трюмного на клапана затопления 4-й башни главного калибра и приказал одновременно затопить 4-ю электростанцию. Эти приказания не были выполнены.

Дифферент на нос увеличился. Буксировка кормы к берегу продолжалась, что только способствовало увеличению крена.

Связь по УКВ линкора с ОД штаба флота прекратилась. Обязанности флагманского корабля эскадры были возложены на крейсер «Фрунзе».

 04 ч 00 мин

В ПЭЖе по кренометру отмечен крен 17 градусов левого борта. Капитан-лейтенант Ходов спустился в ПЭЖ и предложил Матусевичу и Городецкому покинуть ПЭЖ. Они отказались.

Никольский вновь просит разрешения у командующего флотом и члена Военного совета снять с корабля личный состав, построенный на юте, они вновь отказали. Однако в связи с возрастанием крена приказали буксирам подходить к борту для посадки на них личного состава, свободного от борьбы за живучесть корабля. На буксиры сходят несколько десятков человек.

 04 ч 04 мин

Городецкий отдал команду затопить креновые отсеки № 9, 11 и 13.

 04 ч 05 мин

Начальник Технического управления флота инженер-капитан 1 ранга Иванов, поднявшись из ПЭЖа на ют, доложил командующему флотом, что крен – 20 градусов и что принято решение топить креновые отсеки. Командующий флотом приказал: «Действуйте». Иванов вновь ушел в ПЭЖ. Флагманский инженер-механик дивизии крейсеров Бабенко доложил члену Военного совета вице-адмиралу Кулакову о серьезном положении корабля. Вода появилась в кубриках № 8 и 12.

 04 ч 08 мин

Корабль продолжает непрерывно крениться на левый борт, носовая часть погружается, кормовая поднимается, над водой виднелась 0.33 высоты руля.

 04 ч 10 мин

Крен на левый борт стал резко увеличиваться. На корабле погас свет. ОД штаба флота приказал кораблям эскадры освещать линкор и послать катера к его борту для спасения личного состава. Аварийные партии линкора продолжали борьбу за живучесть корабля, аварийные партии других кораблей продолжали покидать линкор.

 04 ч 12 мин

Корабль сильно накренился на левый борт. И.о. командира БЧ-5 старший лейтенант Астафьев приказал своему личному составу покинуть командный пункт связи, но сам остался. На линкоре выключились флагманские огни. Кто-то из офицеров прокричал команду: «Открыть кингстоны!» Старшина трюмных машинистов Касилов попрощался с товарищами на юте и пошел вниз.

04 ч 13 мин

И.о. командира корабля Хуршудов доложил командующему флотом, что до критического крена осталось 2-3 градуса. Командующий приказал быстрее топить креновые отсеки. Аварийная партия крейсера «Михаил Кутузов» во главе с замполитом командира дивизиона движения БЧ-5 крейсера ст.лейтенантом Дмитриевым стала сходить с покрытой водой палубы левого борта в свой барказ.

 04 ч 14 мин

Линкор угрожающе накренился. Крен 20 градусов левого борта, осадка носом19.5 м, кормой –6 м, корабль принял 7100 тонн воды и имел отрицательную метацентрическую высоту (-0.5 м). Отдана команда личному составу на юте перейти на правый борт и держаться за леера. Предметы на палубе начали срываться и катиться вниз к левому борту. На СС «Карабах», стоявшему в корме по правому борту, подали команду: «Отдать кормовой буксир» и перерубили буксирный трос. Линкор дернулся и стал опрокидываться. Из группы адмиралов на юте послышалась команда: «В воду!».

04 ч 15 мин

Линкор «Новороссийск» опрокинулся, перевернувшись вверх килем через левый борт на 172 градуса.

Когда "Новороссийск" стал опрокидываться кверху днищем, несколько десятков человек успели перебраться в шлюпки и на соседние корабли, но сотни моряков посыпались с палубы в воду. Многие остались внутри гибнущего линкора. Как потом объяснял адмирал Пархоменко, он "не счел возможным заблаговременно приказать личному составу оставить корабль, так как до последних минут надеялся, что корабль будет спасен, и не было мысли, что он погибнет". Эта надежда стоила жизни сотням людей, которые, упав в воду, были накрыты корпусом линкора.

По материалам комиссии, в результате взрыва и при опрокидывании корабля погибло 603 человека матросов, старшин и офицеров, из них 545 человек с линкора «Новороссийск» и 58 человек с других кораблей, принимавших участие в спасательных работах, а из числа спасенных 139 человек было ранено 30.  Непосредственно в результате взрыва и затопления носовых отсеков погибли от 50 до 100 человек. Остальные погибли при опрокидывании линкора и после него. Своевременной эвакуации личного состава организовано не было. Многие моряки остались внутри корпуса. Часть из них длительное время держались в воздушных подушках отсеков, но спасти удалось лишь девять человек: семь вышли через прорезанную в кормовой части днища горловину спустя пять часов после опрокидывания, и еще двух вывели через 50 часов водолазы. По воспоминаниям водолазов, замурованные и обреченные на смерть моряки пели "Варяга". Только к 1 ноября водолазы перестали слышать стуки.

Летом 1956 года экспедиция особого назначения "ЭОН-35" приступила к подъему линкора методом продувания. Подготовка к подъему была полностью завершена к концу апреля 1957 года. Генеральную продувку начали с утра 4 мая и в тот же день завершили подъем. Корабль всплыл кверху килем 4 мая 1957 года, а 14 мая его отвели в Казачью бухту, где и перевернули. При подъеме корабля вывалилась третья башня главного калибра, которую пришлось поднимать отдельно. Корабль был разобран на металл и передан на завод "Запорожсталь".

 

«Новороссийск» после подъема.

 

Гибель линкора, естественно, привела к «визиту» комиссии, которой было поручено выяснить все обстоятельства трагедии и установить ее причину. 17 ноября 1955 года в а

maxpark.com

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *