«Хороший император» Траян — Статьи

Император из провинции

Марк Ульпий Нерва Траян стал первым императором, появившимся на свет за пределами Рима. Его родина — колония Италика, находившаяся неподалеку от современной испанской Севильи. Да и предки Траяна были испанцами.

Первых успехов Траян добился в римской армии — он был уважаем и популярен среди солдат. Император Нерва, предшественник Траяна, заметил это и усыновил юношу, сделал тем самым его своим преемником. Кстати, именно Нерва стал первым среди «пяти хороших императоров», Траян же в этом списке оказался вторым. Продолжили их дело Адриан, Антонин Пий и Марк Аврелий.

Император Траян. Изображение первой трети XIX века. (Library of Congress)

Николо Маккиавели писал о «хороших императорах» так: «Кроме того, прочтя историю римских императоров, государь увидит, как можно образовать хорошую монархию, ибо все императоры, получившие власть по наследству, за исключением Тита, были плохими; те же из них, кто получил власть в силу усыновления, оказались хорошими; пример тому — пять императоров от Нервы до Марка; когда императорская власть стала наследственной, она пришла в упадок».

Обаятельный и привлекательный

Римские историки отзывались о Траяне в один голос положительно, практически не отмечая недостатков правителя. И внешность у него была приятная, и телосложение ладное, а что уж говорить о храбрости и справедливости… Впрочем, пишет Аврелий Виктор, была у Траяна слабость: он любил крепко выпить. Однако и это пагубное пристрастие имело благородные черты. «Он не разрешал исполнять приказы, данные после долго затянувшихся пиров», — также сообщал Аврелий Виктор.

Хвалил Траяна и Дион Кассий, обращая при этом внимание на недостаток образования у императора: «Он был рядом с людьми не только на охоте и пирах, но и в их трудах и намерениях… Он любил запросто входить в дома горожан, порою без стражи. Ему недоставало образования в строгом смысле этого слова, но по сути он многое знал и умел».

Слезы папы римского

Существует предание, будто папа римский Григорий Великий, живший на рубеже VI — VII веков, однажды посмотрел на Траянову колонну и представил, как же страдает в аду справедливый и благородный правитель. Согласно христианской традиции, Траян, несомненно, мог быть только аду — все его заслуги затмевал тот факт, что император был язычником. Однако папа посочувствовал Траяну, заплакал и начал молиться за него. Считается, что таким образом Григорий Великий освободил Траяна от мук ада.

Колонна Траяна на фотографии XIX века. (iknigi.net)

При этом известно, что без гонений на христиан во время правления Траяна не обошлось: по приказанию императора был привязан к якорю и утоплен в Херсонесе святой Климент.

Триумфальная колонна

Колонна Траяна была возведена еще при его жизни — в честь победы над даками. Когда Траян в 117 году скончался, урну с его прахом поместили в основание колонны.

К колонне трепетно относились во все времена — вероятно, именно поэтому она стоит в Риме и поныне. В 1162 году, например, был издан указ, согласно которому должны были казнить любого, кто осмелится повредить колонну. Во время Наполеоновских войн французы хотели перевезти колонну в Париж в качестве военного трофея, однако благоразумно отказались от этого дорогостоящего мероприятия.

diletant.media

Траян, император, крещенный посмертно - Марка

Год издания: 1975

Страна: Румыния

Траян стал императором в 45 лет. Свалившаяся на него власть мало изменила взгляды на жизнь опытного воина, привыкшего к тяготам и лишениям гарнизонной службы в далекой Германии. Он отказывался передвигаться по Вечному городу в носилках, как подобало императорам. «Я боюсь разучиться ходить», — шутил Траян и разгуливал по Риму пешком, запросто заглядывая в гости к друзьям. Баснословную добычу с покоренных территорий Траян направлял на строительство дорог и портов, а также на социальную помощь малоимущим. Помимо этого император заставил богатейших сенаторов финансировать фонды помощи бедным. Тысячи римлян стали получать пенсию. Для всех юных граждан были учреждены стипендии: мальчики ежемесячно получали по 16 сестерциев, а девочки по 12.


В Риме существовало наказание за шутки и анекдоты про императоров. Шутника казнили, а тот, кто донес на него, получал до половины его имущества. Придя к власти, Траян приказал собрать всех стукачей, посадил их на несколько ветхих кораблей и отправил в море: «Если они не утонут, пусть высадятся где-нибудь на скалах и там пишут доносы друг на друга». Стукачество Траян запретил, а анонимные доносы повелел сжигать, не читая. После этого, как писал Тацит, римляне стали бояться не доносчиков, а закона.

Траян и себя не ставил выше закона. Назначая на должность очередного Префекта Претория, то есть начальника личной гвардии, и вручая ему символический кинжал, император сказал: «Даю тебе это оружие для охраны меня, если я буду действовать правильно, если же нет, то против меня». Траян не скрывал от сограждан и своих грешков. Он любил выпить, но трезво приказал не выполнять своих распоряжений, отданных сразу после пиршеств.

Неудивительно, что одного из лучших императоров жители Рима по-доброму вспоминали на протяжении веков. Через 500 лет после смерти Траяна папа Георгий I так молился о спасении души императора-язычника и так лил слезы по поводу его мучений в Аду, что явившийся ангел сообщил ему о крещении Траяна в папских слезах и переводе экс-императора в более подобающие его добродетелям райские условия. Тем не менее еще через тысячу лет статую Траяна на вершине колонны, посвященной его завоеваниям, заменили на изображение св. Петра. Но современные туристы, разглядывающие многометровый бронзовый комикс о покорении Траяном Дакии, по спирали обвивающий колонну, уверены, что этот монумент венчает статуя славного и справедливого императора.

diletant.media

Император Траян - Игорь Князький

Новая античная библиотека - Исследования

«После Домициана римляне провозгласили императором Нерву Кокцея. Из ненависти к Домициану его изображения, в большом количестве изготовленные как из серебра, так и из золота, были пущены в переплавку, благодаря чему получили большие суммы денег. Также и арки, огромное множество которых возведено было в честь одного человека, были разрушены. Нерва освободил всех, кто обвинялся в оскорблении величества и возвратил изгнанников; более того, он предал смерти всех рабов и вольноотпущенников, которые строили козни против своих господ, и лицам рабского состояния воспретил подавать какие бы то ни было жалобы на своих хозяев, а всем прочим — выдвигать обвинения как в оскорблении величества, так и в приверженности иудейским обычаям.

 

Многие доносчики были осуждены на смерть. В их числе был и философ Сера. Когда в результате того, что теперь все обвиняли всех, возникла немалая сумятица, говорят, консул Фронтон заметил, что плохо иметь такого императора, при котором никому не позволено ничего делать, но ещё хуже — такого, при котором каждому можно делать всё, и Нерва, услышав эти слова, потребовал впредь исключить такое положение дел» — пишет Дион Кассий о начале правления нового императора.

 

Современник и участник этих событий Плиний Младший свидетельствует: «В первые дни после возвращения свободы, каждый за себя, с нестройным и беспорядочным криком, привлекал к суду и карал своих недругов, по крайней мере, таких, которые не пользовались влиянием». Получается, что знаменитые доносчики Валерий Катул Мессалин и Фабриций Вейентон, будучи людьми влиятельными, возмездия избежали. А вот Пальфурий Сура, неточно Дионом Кассием поименованный Серой, некогда упомянутый в сатире славного Ювенала — «Если мы в чём-либо верим Пальфурию иль Армиллату» — не будучи достаточно влиятельным, погиб.

 

Князький Игорь - Император Траян

СПб.: Алетейя, 2016. 160 с.

(Серия «Новая античная библиотека. Исследования»)

ISBN 978-5-906823-02-1

 

Князький Игорь - Император Траян - Содержание

  • Глава I. Юные годы в воинском стане
  • Глава И. Под «орлами» Флавиев
  • Глава III. Безупречный путь к трону
  • Глава IV. Траян и Децебал — первая схватка
  • Глава V. Истребление даков
  • Глава VI. «Человек меча» «человеку тоги»
  • Глава VII. По завету Цезаря, по пути Александра

Примечания 

Хронология

Рекомендуемая литература

 

Князький Игорь - Император Траян - Траян и Децебал — первая схватка

 

Несколько десятилетий в правление семи цезарей — Нерона, Гальбы, Отона, Вителлия, Веспасиана, Тита, Домициана — Римская держава не вела больших завоевательных войн. Последним успешным завоеванием был поход в Британию при Клавдии в 43 г. Правда, сам император играл в этой кампании роль, скорее, представительскую, да и вторгались на остров лишь четыре легиона (40 тыс. человек). Теперь же, в 101 г., стотысячное римское войско возглавлял достойнейший император-полководец. Потому дакийский поход воспринимался римлянами как возрождение великой военной славы Империи, о каковой в последние десятилетия доблестные потомки Ромула стали как-то забывать. Поражения от тех же даков, сарматов и германцев при Домициане были обидными воспоминаниями. Тяжёлая, пусть и победная кампания по укрощению маленькой Иудеи, при Веспасиане Титом завершённая, поводов для особой гордости не давала. Потому справедливыми представляются слова Луция Аннея Флора, что «лишь при Траяне народ империи вновь напряг свои мускулы, и вспыхнули надежды, что вопреки всеобщему ожиданию старость империи зазеленела возвращённой юностью».

 

Понимая значение этой войны, Траян написал воспоминания о ней. Его личный врач Критон также описал дакийские кампании своего великого пациента. Но, увы, обе эти книги для потомков не сохранились, канув в Лету, очевидно, во времена гибели Римской империи. Сохранилось, правда, описание войн Рима с Дакией Диона Кассия, написанное век спустя после их завершения. Но, «как ни странно, но нет другого события в античности, о котором у нас было бы так мало письменных свидетельств, но так много его изображений». Бесценным источником здесь стала знаменитая колонна Траяна, воздвигнутая в честь победного завершения завоевания Дакии, барельефы которой замечательно иллюстрируют походы римлян за Дунай. Вкупе письменные и изобразительные источники позволяют историкам достаточно подробно описывать ход дальнейших кампаний Траяна.

 

Готовая к походу римская армия сосредоточилась в провинции Верхняя Мёзия близ городка Виминаций на Дунае (совр. г. Костолац в Сербии). Здесь же сосредоточился речной флот. Когда к войску прибыл император, всё уже было готово к вторжению. К походу Траян, что было совершенно естественно, привлёк ряд видных римских военачальников с большим боевым опытом и, понятное дело, лично ему преданных. Среди таковых должно выделить Луция Лициния Суру. Этот пожилой уже человек сыграл в жизни Траяна совершенно особую роль. Будучи близок к императору Нерве, именно он посоветовал принцепсу усыновить Марка Ульпия Траяна. Многоопытным полк&водцем был Гней Пинарий Эмилий Цикатрикула Помпей Лонгин. Некогда он, будучи войсковым трибуном, был стойким сторонником императора Гальбы, побывал консулом, достойно проявил себя в наместничестивах в Иудее в 86 г., Верхней Мёзии в 93-96 гг., Паннонии — в 97-98 гг. Помпей Лонгин имел опыт войны с даками. Ему довелось сражаться в победном бою при Тапе в 88 г. Испытанным военачальником был Манлий Либерий Максим, легат Нижней Мёзии в 100-102 гг. Особо должно упомянуть Лузия Квиета, славного предводителя мавританской конницы. Он начинал службу ещё при Домициане и был тогда префектом кавалерийской алы (300 всадников), сформированной из своих соотечественников. Служба его при последнем Флавии сложилась не лучшим образом. Согласно сообщению Диона Кассия, «осуждённый за негодное поведение он был уволен со службы и подвергнут бесчестию. Однако позже, когда началась война с даками и Траяну понадобилась военная помощь мавров, он по собственному почину явился к нему и отличился великими подвигами». Нам неизвестно, насколько действительно провинился Лузий Квиет перед Домицианом и справедливо ли был он наказан, но для Траяна он стал бесценным соратником. Спустя почти три столетия последний великий римский историк Аммиан Марцеллин назовёт Лузия Квиета наряду с Гнеем Домицием Корбулоном одним из недосягаемых образцов воинской доблести.

 

Помимо этих наиболее выдающихся полководцев, бывших ближайшими соратниками Траяна в начинающейся кампании, обратим внимание на 25-летнего квестора Публия Элия Адриана. Квестором Траян сделал его в 100 г., тогда же в жизни молодого человека произошло ещё одно немаловажное событие. Он стал супругом Вибии Сабины, внучатой племянницы Траяна. Матерью Сабины была Матидия Старшая, дочь сестры Траяна Марцианы. Известно, что Адриан всегда с большим уважением относился к своей тёще. Брак сей, однако, был заключён при совсем не простых обстоятельствах. Траян первоначально согласия на него не давал. Решающая роль в соединении судеб двух молодых людей принадлежала супруге императора Помпее Плотине. Такое покровительство августейшей особы молодому человеку с учётом известных нетрадиционных пристрастий Траяна не может не навести на не самые лестные для императорской семьи мысли. Да, Плотина замечательно достойно исполняла обязанности императрицы в публичной жизни. В этом не дают усомниться римские историки. И современник Плиний Секунд, и позднеримский автор Аврелий Виктор, чьи глубоко почтительные характеристики Плотины уже приводились. В то же время не могла быть жена Траяна счастлива в интимной жизни как раз из-за тех самых особенностей любовных предпочтений мужа. А тут Адриан, молодой красавец, блестяще образованный, пользующийся исключительным успехом у женщин. Один из его биографов даже эффектно сравнил молодого Адриана с Арамисом. Плотина — сама человек интеллектуальный, и молодой родственник ей неизбежно ближе по-военному грубоватого, пусть и почитаемого мужа. Мужские достоинства Адриана также не могли не быть замечены ею. К тому же, Адриан был лишь на шесть лет моложе Плотины. Потому мысль о том, что отнюдь не квазиматеринская или квазисестринская забота руководила покровительством Помпеи Сабины Публию Элию Адриану, вовсе не представляется крамольной.

 

Как относился Траян к столь трогательному покровительству своей супруги молодому красавцу — нам неизвестно. Возможно, его устраивало соблюдение Плотиной и Адрианом внешних приличий, что не позволяло бросить тень на императорскую семью. Тем более что новоявленный квестор, приступив к военной службе, в начавшемся походе проявил себя самым достойным образом, обнаружив немалые организаторские таланты. Тем временем на Дунае прошли весенние разливы, и переброска понтонных мостов стала возможной. Барельефы колонны Траяна иллюстрируют переход римских легионов через пограничную реку. По двум мостам легионы устремляются в Дакию. Весть о вторжении римской стотысячной армии в пределы Дакии, разумеется, быстро достигла столицы царства и потрясла Децебала, осознавшего нешуточность намерений Траяна. Пишет об этих днях Дион Кассий: «Децебал, узнав о его наступлении, испугался, так как хорошо понимал, что прежде он победил не римлян, а Домициана, тогда как теперь ему предстоит воевать л против римлян, и против императора Траяна». Впрочем, Децебал не принадлежал к тем политикам и воинам, которые готовы заранее смириться с поражением. Он немедленно созвал все свои наличные военные силы, обратился за помощью к соседям. Даки вполне могли рассчитывать на поддержку иранцев-сарматов, германцев-бастарнов, родственных фракийцев-карпов и костобоков, кельтов. Надеждам на помощь соседей не могла не способствовать пестрота населения самой Дакии, где наверняка среди подданных Децебала были представители всех перечисленных племён. Есть и версия, что само имя Децебал не было дакийским, что совсем не мешало ему успешно царствовать в Дакии.

 

Чтобы отразить римское вторжение Децебал попытался использовать все доступные ему средства. Он спешно собирал многочисленное войско, основу которого составляли испытанные бойцы, многие из которых уже сражались с римлянами. Их, конечно же, вдохновляла память о победе над Фуском, а также желание отомстить за неудачу под Тапой, когда легионы вёл Теттий Юлиан. Послы Децебала были направлены к соседним с Дакией племенам сарматов, бывшим наиболее враждебными Риму. Пытаясь выиграть время, дакийский царь прибег и к помощи дипломатии. В римский стан один за другим стали прибывать послы даков. Первыми прибыли посланцы не самого высокого ранга — так называемые «длинноволосые», к высшей знати не принадлежавшие. Столь непочтенное посольство, скорее всего, должно было выполнить функции разведывательные — доложить Децебалу о видимой мощи римского войска и о направлении его движения, выяснив заодно, расположены ли вообще римляне к переговорам. Несложно догадаться, что по всем вопросам посланцы доставили Децебалу сведения неутешительные.

 

Тем временем римские войска продвигались вглубь Дакии. Сам Траян шёл в авангарде. В начале похода к нему присоединились Помпея Плотина и Марциана. Присутствие в воинском стане императора членов его семьи, в данном случае жены и сестры, было явлением новым в военной практике римлян. До сих пор ни один из цезарей, предшественников Траяна, так не поступал. Можно, правда, вспомнить Германика и Агриппину Старшую. Та сопутствовала мужу в пограничных лагерях, встречала на мосту через Рейн возвращавшиеся из похода легионы и была замечательно популярна в армии. Но Германик не был императором. Думается, Траян таким образом очередной раз публично подчёркивал свою приверженность традиционным семейным ценностям. Престиж августейшей семьи присутствие в войске жены и сестры только укрепляло. Переправившись за Дунай, римское войско поначалу двигалось в северном направлении. Сохранилось несколько слов из походного сообщения Траяна об этой стадии похода: «Мы выступили оттуда в Берзаб, а потом в Айзы». Далее римляне повернули на восток, а затем вновь на север, в направлении хорошо памятной и римским легионам, и дакийским войскам Тапы.

 

Децебал теперь попытался начать переговоры всерьёз. В стан Траяна прибыли так называемые дакийские «пилофоры» — представители высшей знати, носившие специальные войлочные шапки — знаки их высокого достоинства. «Они, отбросив в сторону оружие и распростёршись ниц на земле, умоляли Траяна, если возможно, позволить Децебалу лично предстать перед ним для переговоров, заверяя, что он выполнит всё, что будет приказано; если же нет, то послать кого-нибудь для встречи с ним». Это посольство и высказанную послами готовность Децебала покориться Риму Траян, похоже, воспринял всерьёз. Ответное римское посольство возглавили также знатнейшие из римлян: ближайший друг Траяна Луций Лициний Сура и префект претория Клавдий Ливиан. Децебал, однако, от встречи с Сурой и Ливианом уклонился, вновь выслав к римлянам очередное посольство. У Траяна не осталось сомнений, что царь даков просто пытается выиграть время, надеясь собрать больше сил и привлечь больше союзников. Потому наступление римских легионов в Дакии неумолимо продолжалось. Вскоре «Траян захватил несколько укреплённых высот и на них нашёл оружие, захваченные [у римлян] военные машины и знак легиона, в своё время отбитый у Фуска». Это был орёл V легиона Жаворонков, некогда бесславно утраченный римлянами во время злосчастного похода в Карпаты префекта претория Корнелия Фуска в 86 г. в правление Домициана. Невольно вспоминается эпизод из похода Германика за Рейн в начале правления Тиберия, когда римляне возвратили изображение орла одного из погибших в Тевтобургском лесу легионов Квинтилия Вара.

 

Последним средством остановить продвижение Траяна вглубь Дакии стало поднесение римскому императору странного послания: большого гриба, «на котором латинскими буквами было написано, что буры и другие союзники советуют Траяну вернуться назад и заключить мир». Буры — одно из германских племён, союзных дакам. Грибное послание, пусть и на латыни, сердце Траяна нисколько не тронуло. Вскоре близ Тапы развернулось генеральное сражение кампании. Стоял сентябрь 101 г. Во время битвы разразилась гроза. «Около 200 ысяч человек сражались здесь в горной долине при Тапе при проливном дожде и среди вспышек молнии и грохота грома. У даков не было римской организованности, но на их стороне было численное превосходство, а также и физическое: худощавые варвары были выше среднего римского легионера» — так написал об этой битве австралийский антиковед Стивен Дандо-Коллинз.

 

Особо опасными в бою для римлян, что показали предыдущие столкновения с даками, были серповидные мечи варваров на длинных рукоятках. Сами даки называли их «sica», римляне дали вражескому оружию имя «falx». Виртуозно владея этими мечами, даки наносили немалые потери противникам в рукопашном бою. Противоядие рим¬

ляне нашли в навязывании варварам ближнего боя. В этом случае короткий римский меч — гладиус, которым можно было не только рубить, но и наносить колющие раны врагу, получал явное преимущество. На одном из римских монументов, посвящённом дакийским войнам Траяна, есть такое изображение: дак занёс над римским легионером свой falx, собираясь двумя руками обрушить его на голову противника, но римлянин ловко первым вонзает гладиус в тело врага и убивает его. Учитывая, сколь усердно перед этой кампанией легионеры под водительством Траяна совершенствовали свою боевую подготовку, что обязательно предполагало учёт всех сильных сторон вражеского воинства, к решающей битве римляне подошли во всеоружии. Стоит отметить и такую немаловажную деталь: своим длинным серповидным мечом даки могли наносить римлянам раны на расстоянии. Наиболее опасной представлялась рана в незащищённую доспехами и щитом правую руку, держащую меч. Перед дакийским походом легионеры получили новое защитное приспособление из металлических пластин на нижней части правой руки.

 

Жестокая непогода не остановила сражения, которое, в конце концов, принесло армии Траяна желанную победу. Яростный, отчаянный натиск полчищ варваров разбился о железный строй римских легионов, ведомых испытанным и решительным полководцем. Децебал мог окончательно убедиться, что Таян совсем не чета Домициану. Поражение даков было полным. Тапская битва, что неизбежно вытекало из её крайне ожесточённого характера, была очень кровопролитной. Дион Кассий пишет о ней: «Траян вступил с варварами в сражение, в котором со стороны римлян было множество раненых, а среди врагов множество убитых; и, когда иссяк запас перевязочных средств, он, говорят, не пожалел и собственных одежд, но распорядился разорвать их на бинты. В честь солдат, погибших на поле боя, он приказал соорудить алтарь и ежегодно совершать поминальные жертвоприношения». Такой поступок Траяна, отдавшего собственную одежду на бинты, напоминает подобное по сути поведение на войне другого великого римского полководца — Тиберия. По свидетельству Веллея Патеркула, непосредственного участника описываемых им событий, «За всю Германскую и Паннонскую войну никто из нас, будь он выше или ниже по положению, в случае болезни не оказывался без заботы Цезаря (Тиберия — И.К.) об излечении и поправки здоровья, словно все его помыслы были совершенно свободны от бремени великих дел и нацелены на одно это. Была наготове запряжённая повозка; находилась в общем пользовании его лектика — применение её довелось испытать подобно другим и мне. Не было никого, кому не сослужили бы службу для поправки здоровья и лекари, и кухонные принадлежности, и переносная баня, предназначенная лишь для него одного». Что ж, Траян был достойным продолжателем славных традиций заботы о солдате, заложенных великим предшественником.

 

Битва при Тапе завершилась победой римлян, что очевидно обозначало, каков будет итог всей войны. Но до окончательного торжества над Дакией было ещё далеко. Наступали осенние и зимние месяцы, обещавшие плохую погоду в горах, предгорьях и на внутрикарпатском плато и, соответственно, скверные условия для быстрого завершения кампании. Полководческий опыт Траяна диктовал ему необходимость отложить решительные военные действия до следующей весны. Траян достаточно вознаградил успешно проведшую весенне-осеннюю кампанию армию. Все легионы удостоились императорской похвалы, а отличившиеся в боях воины получили заслуженные награды. Немалой была и военная добыча. Барельеф колонны Траяна, посвящённый событиям осени 101 г., изображает римских солдат, уходящих с мешками на спинах. Можно предположить, что в мешках этих было и золото, каковым, как известно, была богата Дакия, но, скорее всего, там превалировала соль. Ведь именно в этой области Южных Карпат её даки добывали. Соль же во все времена была ценным продуктом и ходовым предметом торговли. Итак, римская армия вернулась к Дунаю, где расположилась в построенных и полностью оборудованных зимних лагерях, ожидая наступления времени весенней кампании следующего года. Печальной оказалась судьба римских пленников, пусть и немногочисленных. Даки, вымещая на них все свои обиды за вторжение и за поражение при Тапе, обращались с ними предельно жестоко. На барельефе колонны изображено, что во время отхода легионоэ к Дунаю дакийские женщины пытают обнажённых пленных римлян.

 

Избежать военных действий зимой римлянам всё же не удалось. Обращения Децебала к соседним племенам за помощью против Рима принесли не только нелепое грибное послание германцев, но и вторжение в пределы Империи номадов. Многочисленное конное войско сарматов, перейдя по льду замёрзший Дунай, вторглось в Мёзию. Одновременно Децебал, взбодрённый военной поддержкой союзников, начал свою зимнюю кампанию. Даки атаковали римские пограничные укрепления по Дунаю. Любопытно, что эта часть течения Дуная то ли не замёрзла, то ли лёд ушёл из-за резкой оттепели, но Траяну пришлось в помощь осаждённым крепостям пехоту переправлять на лодках, а самому с конницей перейти реку по двум понтонным мостам. Даки не ожидали столь быстрой реакции римского полководца и, соответственно, стремительного движения его войск. Траян углубился в пределы Дакии, зайдя в тыл атаковавшим римские укрепления дакам. Более того, римлянам удалось окружить и уничтожить огромный дакийский обоз. Большинство даков было перебито, немногие уцелевшие попали в плен. Среди них оказалось несколько «пилофоров» — дакийских аристократов в символизирующих их знатность войлочных шапочках.

 

В Мёзии местные легионы справились с сарматским вторжением собственными силами. Десять тысяч римлян встретили пятнадцатитысячную сарматскую армию близ деревни Никополь (плато Адамклиси в долине Урлуя современной румынской Добруджи). Сарматы потерпели полное поражение и с немногими уцелевшими силами вернулись за Дунай. Лёд на реке был непрочен и несколько сарматов в тяжёлых доспехах утонули, когда лёд проломился под копытами их коней. Очень тяжёлыми оказались и римские потери. В бою погибло до четырёх тьЛяч воинов. Даже с помощью сарматов Децебалу не удалось перехватить инициативу. Более того, у сарматов после жестокой неудачи похода в Мёзию пропало желание поддерживать даков. Остатки войск Децебала, безуспешно атаковавших римские укрепления, удалились в Карпаты. Но желание сопротивляться римскому вторжению у варваров вовсе не пропало. Децебал собирал все наличные силы для отражения грядущего римского весеннего похода, понимая, что целью его будет столица его царства — Сармизегетуза. Главной надеждой даков становились теперь их горные крепости и густые карпатские леса, затруднявшие движение колонн римских легионеров. Траян тем временем поздравил свои победоносные войска с победами в не ожидавшейся, но, тем не менее, весьма успешной зимней кампании.

 

Весной 102 г. война возобновилась. В канун похода Траян обратился к армии с речью, вдохновляя её на победные свершения, долженствующие привести войну к единственно возможному финалу — покорению Дакии. Наступление римлян было тщательно продумано и подготовлено императором-полководцем. Сам он возглавлял основную, центральную часть войска, двигавшуюся через горы и ущелья прямо к Сармизегетузе. Именно на легионы, ведомые Траяном, ложилась сложнейшая задача овладения горными крепостями даков, прикрывавшими подступы к столице варварского царства. Собственно, крепости эти и были последней надеждой Децебала. Напрасной надеждой. Римский воин, как известно, с древнейших времён дружил не только с мечом, но и с лопатой. В лесистых Карпатах он показал, что и топор лесоруба ему по плечу. Легионы уверенно прокладывали дороги через леса, разведка своевременно обнаруживала засады варваров в горах и ущельях, одна за другой были взяты штурмом горные крепости. Усилия даков остановить или хотя бы задержать наступление Траяна были тщетны. Лесные завалы в долинах римляне просто обходили, прорубая новую дорогу в лесу. Через горные ущелья перебрасывались деревянные мосты. На одном из таких мостов на барельефе колонны Траяна изображён он сам. Когда дело доходило до штурма крепостей, то легионеры приближались непосредственно к стенам, используя построение, именуемое «черепахой». Умело составляя прикрытие из щитов, римляне создавали строй, неуязвимый для вражеских стрел и камней.

 

Легионы Траяна шли на Сармизегетузу с юга. А с юго-запада шли войска под командованием Манлия Либерия Максима. Обе армии должны были встретиться под стенами дакийской столицы. Максим также двигался успешно. В одной из взятой им крепостей ему досталась знатная добыча — родная сестра Децебала. Совсем уже безнадёжным положение Децебала сделал блистательный манёвр мавританской конницы, ведомой славным Лузием Квиетом. Стремительной атакой был взят горный перевал Судрук и открыт путь в тыл дакийских позиций под Сармизегетузой. Карпаты не могли стать непреодолимым препятствием для уроженцев предгорий и гор Атласа, да ещё и возглавляемых первоклассным военачальником. Последней надеждой Децебала оставалась крепость Апул. Даки оказали яростное сопротивление, но потерпели полное поражение, понеся жестокие потери. Возможно, что в этой битве погиб лучший дакийский полководец, старейший сподвижник Децебала Сусаг.

 

Децебал, наконец, осознал тщету дальнейшего сопротивления в этой кампании, но продолжал надеяться на лучшее в будущем: «После того, как он (Траян — И.К.) решил подняться на эти самые возвышенности и, подвергаясь риску, захватил одни высоты за другими и приблизился к столице даков, в то время как Луций (Лузий Квиет — И.К.), предприняв наступление в другом месте, истребил большое количество врагов и ещё больше захватил в плен, тогда Децебал отправил в качестве послов наиболее знатных из пилофоров и через них обратился с мольбой к императору; он был готов согласиться без всяких условий на любое требование». В то же время, как справедливо отмечает далее Дион Кассий, он, Децебал, «был готов безоговорочно согласиться на любые предъявленные ему [римлянами] требования, но не потому, что он намеревался их выполнять, а для того, чтобы получить передышку в ложившихся обстоятельствах». Хитроумие и непримиримость Децебала неизбежно вели к новой в перспективе ближайших лет войне с Римом. И здесь уже пощады не будет ни царю, ни самой Дакии. А пока что Децебал «обязался выдать оружие, военные машины и ремесленников, их изготавливавших, возвратить перебежчиков, разрушить укреплениями покинуть захваченную территорию, а, кроме того, считать своими друзьями и врагами тех же, кого считают таковыми римляне, и не укрывать ни одного из дезертиров и не принимать на службу ни одного солдата из пределов Римской державы (он ведь большую и лучшую часть [своего войска] набрал оттуда, убеждая людей переходить к нему). Вынужденный на всё это согласиться он пришёл к Траяну и, припав к земле и смиренно поприветствовав его, сложил оружие. По поводу условий мира он также отправил послов в сенат, чтобы и от него получить одобрение мирного договора».

 

Есть сведения и о визите самого Децебала в Рим: «Децебал, царь даков, признал господство римлян и молил о снисхождении перед трибуналом». Мир был заключён. Траян возвратился в Рим. Гарантией соблюдения Децебалом условий мира стало размещение римских войск на землях Дакии. У самой столицы царства Сармизегетузы появился военный лагерь, остались гарнизоны римлян и в ряде других мест. Общее командование войсками в Дакии Траян поручил своему испытанному соратнику Гнею Помпею Лонгину. Оформление мирного договора завершило введение послов Децебала в сенат, где они, «отложив в сторону оружие, со связанными, как у пленников, руками обратились с мольбами [о милости]; так они добились мира и получили назад оружие». Для Дакии заключённый мир был, конечно же, жестокой неудачей. Теперь она по сути переставала быть независимым государством, будучи обязана считать союзников Рима своими друзьями, а его врагов — своими врагами. Царь Дакии лишался права самостоятельно посылать своих посланников к иным народам и государствам. Само собой, после войны и речи не могло идти о сохранении былых домициановых субсидий, кои, кстати, крайне раздражали Траяна, став одним из поводов к походу за Дунай.

 

Декабрь 102 г. стал для Марка Ульпия Траяна временем его наивысшего торжества со времени получения высшей власти в Империи. Он отпраздновал триумф и получил прозвание «Дакийский». Само собой, триумфатор самым щедрым образом позаботился о развлечениях для жителей столицы. Были устроены бои гладиаторов, что доставило римлянам немалое удовольствие — любимое ведь зрелище столичного люда. Дион Кассий указал, что и самому Траяну гладиаторские бои доставляли удовольствие. Здесь любопытно сравнить его с предшественниками. Замечательно устраивал гладиаторские бои Гай Юлий Цезарь. При нём римляне насладились зрелищем самого настоящего сражения, когда на арене Большого цирка бились две когорты по пятьсот человек, две кавалерийские алы по триста человек и по десять слонов с каждой стороны. Неясно, правда, насколько самому божественному Юлию эти зрелища импонировали. Как-то сложно представить человека столь могучего интеллекта получающим удовольствие от кровавых боёв на арене. Доставлять удовольствие народу для завоевания и упрочения популярности — это одно, самому наслаждаться — другое. Август в организации боёв гладиаторов своего великого предшественника даже превзошёл. Сохранилась надпись на стене храма Августа в современной турецкой Анкаре: «Трижды я давал гладиаторские представления в мою честь и пять раз в честь моих сыновей и внуков, на коих представлениях 10 000 человек бились до смерти». Тиберий гладиаторские бои не жаловал из-за дороговизны их устроения, чем римляне были очень недовольны и обвиняли императора в скаредности. Зато его преемник Гай Цезарь Калигула тратил огромные деньги на устроение боёв гладиаторов и сам с удовольствием таковые посещал. Он был ярым поклонником гладиаторов-фракийцев, то есть, вооружённых на фракийский лад, в отличие от их противников — гладиаторов-самнитов, одетых и вооружённых на самнитский лад.

 

Император Клавдий гладиаторские бои показывал много раз и во многих местах. А вот Нерон бои гладиаторов не жаловал, пусть и вынужден был их порой посещать. Поклоннику высокого творчества Эсхила и Эврипида кровавые, грубые зрелища были решительно не по вкусу. Веспасиан был щедр на театральные представления для народа, но как устроитель гладиаторских боёв не прославился. Однако, именно при нём началось сооружение знаменитого Колизея. Сын его Тит при освящении завершённого амфитеатра устроил гладиаторский бой «на диво богатый и пышный». Последний Флавий — Домициан — устраивал гладиаторские бои и днём, и ночью при свете факелов. При нём появились и гладиаторы-женщины.

 

Так что Траян в любви устраивать сражения на аренах был продолжателем и последних Флавиев, и большинства цезарей-предшественников. Его собственное пристрастие к этому зрелищу также не удивительно. Таковое он разделял со всем римским народом. Нерон, предпочитавший боям на арене театральные представления «Орестеи» и «Царя Эдипа», был белой вороной среди римских цезарей. Траян же и в этом выглядел истинным римлянином. Впрочем, театральными зрелищами Траяну тоже пришлось заняться. Речь здесь, правда, не о высокой классике греческой трагедии, но о римской пантомиме. В своё время Домициан «запретил актёрам выступать на сцене, но разрешил показывать своё искусство в частных домах». Причиной этого, скорее всего, должно полагать очевидную непристойность ряда представлений. Нерва, придя к власти, великодушно пантомиму от запрета освободил. Ведь очень многим римлянам такого рода представления нравились как раз за их «пикантность». Траян в самом начале правления пантомимы для массового зрителя вновь запретил. Плиний Секунд в своём «Панегирике» дал судьбам пантомимы при трёх императорах весьма путанное, но при этом занятное объяснение: «Кто-то другой добился того, что римский народ допустил отмену зрелища пантомимов, но не добился, чтобы он сам этого захотел.

 

К тебе обратились с просьбой о том же, к чему другой принуждал, и благодеянием стало то, что раньше было принуждением. С не меньшим единодушием добились от тебя граждане отмены пантомим, чем от твоего отца (Нервы — И.К.) их восстановления. И то, и другое правильно; ибо следовало восстановить то, что отменил дурной принцепс (Домициан — И.К.), и снова отменить то, что восстановлено». Короче, плохой император Домициан отменил пантомиму вопреки желанию народа. Хороший император Нерва запрет отменил. А совсем уж хороший император Траян пантомиму вновь запретил, поскольку этого единодушно вдруг возжелали граждане Рима. Жаль, что в 102 г., когда Траян окончательно возвратил «в театр и исполнителей пантомимы», Плиний Секунд это никак* не прокомментировал. В одном можно быть уверенным: и это разрешение он объяснил бы как единственно правильное и единодушному пожеланию народа соответствующее.

 

Траян и сам, как выясняется, пантомиму любил. Дион Кассий даже называет одного из исполнителей этого жанра, которого страстно любил Траян, именуя его Пиладом. Другим источникам, правда, актёр времён Траяна с таким громким именем (верного друга славного Атрида Ореста, мстителя за отца своего Агамемнона) не известен. Впрочем, актёры с таким именем известны во времена правления других императоров и до, и много позднее Траяна. Если актёры по имени Пилад были в периоды правления Августа, Марка Аврелия и династии Северов, то почему одному из Пиладов не жить в правление Траяна? А уж говоря о сведениях точных, надо признать, что величайшим из пантомимов при Траяне почитался его либертин, получивший имя Марк Ульпий Аполавст.

esxatos.com

Хронология. Император Траян

53 г. — 18 сентября в г. Италика в обл. Турдетания в провинции Бетика (Дальняя Испания) родился Марк Ульпий Траян.

54 г. — Смерть императора Клавдия. Начало правления Нерона.

54–59 гг. — «Золотое пятилетие» Нерона (определение Траяна).

66 г. — Начало Иудейской войны.

67 г. — Отец Траяна возглавил Х Бурный легион, который в составе армии Веспасиана выступил в поход на Иудею. Осада римлянами Иотапаты. Марк Ульпий Траян Старший отличился при взятии Яфы.

68 г. — В мае легион Траяна взял Иерихон. В июне после самоубийства Нерона наступил конец династии Юлиев-Клавдиев, воцарился Гальба.

69 г. — Гибель Гальбы и воцарение Отона. Гибель Отона и воцарение Виттелия. Веспасиан начинает борьбу за власть. Марк Ульпий Траян Старший поддерживает Веспасиана. В конце года сенат римского народа провозглашает Веспасиана правителем Империи.

70 г. — Траян Старший становится наместником провинции Каппадокия на востоке Малой Азии.

74 г. — Марк Ульпий Траян-отец возглавляет провинцию Сирия.

75 г. — Марк Ульпий Траян-сын становится трибуном-латиклавием.

75–85 гг. — Служба Траяна в должности трибуна.

85 г. — В Дакии воцарился Децебал.

86 г. — Разгром даками римской армии Корнелия Фуска. Гибель V легиона «Жаворонки».

88 г. — Победа Теттия Юлиана над Децебалом при Тапе.

89 г. — Марк Ульпий Траян стал легатом VII легиона «Близнецы» (Legio VII Gemina), дислоцированного в Испании, (совр. г. Леон). Мятеж в Верхней Германии её наместника Луция Антония Сатурнина против императора Домициана. Легион Траяна переброшен на берег Рейна. Успешные действия Траяна против германцев-хаттов. Домициан заключает мир с даками.

91 г. — Траян вступает в должность консула.

92 г. — Гибель XXI Стремительного легиона в бою с сарматским племенем язигов.

96 г. — Гибель Домициана. Новым императором становится Нерва. Траян в это время — наместник провинции Верхняя Германия. Он неоднократно отличился в боях с германцами на Рейне и Дунае.

97 г. — Траян одержал победу над германцами-свебами. Нерва даровал ему титул «Германский». В сентябре Нерва принял решение об усыновлении Траяна. 25 октября сенат утвердил усыновление. К имени Траяна добавились слова «Нерва» и «Цезарь». Траян получил полномочия народного трибуна и проконсульский империй. Предложил Нерве усыновить Траяна Луций Лициний Сура.

98 г. — 25 января умер Нерва. Траян унаследовал императорскую власть.

98–99 гг. — Траян укрепил рейнскую и дунайскую границы Империи. Осенью 99 г. он вступил в Рим.

100 г. — «Панегирик» Траяну Плиния Секунда (Младшего).

101 г. — 25 марта Траян выступил из Рима в поход на Дакию. В сентябре состоялась битва при Тапе. Победа Траяна над Децебалом.

102 г. — В январе римляне разгромили союзных Децебалу сарматов близ деревни Никополь на плато Адамклиси (совр. румынская Добруджа). Весной началось новое наступление Траяна на Дакию. Римская армия достигла её столицы Сармизегетузы. По мирному договору, заключённому осенью, Децебал признал зависимость Дакии от Рима. В декабре Траян вернулся в Рим и справил триумф. Ему присвоили титул «Дакийский».

102–103 гг. — Сооружён памятник в честь победы римлян над сарматами у Адамклиси.

103–105 гг. — Построен каменный мост через Дунай (архитектор — Аполлодор из Дамаска).

103 г. — Летом Траяну сообщили о нарушении Децебалом условий мирного договора.

104 г. — Попытка даков организовать по поручению Децебала покушение на Траяна не удалась. Посольство Лонгина в Дакию и предательское пленение его по приказу Децебала. Смерть Лонгина в плену.

105 г. — 5 июня (в день Геркулеса Великого Хранителя) Траян покинул Рим и отправился на войну с Дакией. Начало 2-й Дакийской войны.

105–106 гг. — Армия Траяна перезимовала в походных лагерях в глубине Дакии.

106 г. — Весной армия Траяна — тринадцать легионов и преторианские когорты при поддержке вспомогательных войск — по четырём направлениям двинулась к столице Дакии. В начале июля Сармизегетуза пала. Децебал бежал и в августе погиб. 2 сентября его голову бросили на Гемонии. Осенью были найдены сокровища Децебала на дне реки Саргеция (совр. Биштр).

106 г. — Наместник Сирии Авл Корнелий Пальма Фронтиниан завершил завоевание царства Набатея на Синае (столица г. Петра). Набатея была обращена в римскую провинцию Каменистая Аравия. Возможный повод к захвату Набатейского царства — смерть его царя Рабелла II.

107 г. — Траян вернулся в Рим.

108 г. — Смерть Луция Лициния Суры — друга и сподвижника Траяна.

108–113 гг. — Строительство колонны Траяна.

109–111 (113?) гг. — Переписка Траяна с Плинием Младшим.

113 г. — 12 мая была освящена колонна Траяна. В октябре Траян отбыл из Рима на Восток, дав ранее восточным легионам указание готовиться к войне с Парфией, которая должна была начаться следующей весной. Повод к войне — низложение царём Парфии Хосровом армянского царя Экседара и назначение царём Армении Партамасириса, старшего брата свергнутого. Такое вмешательство в дела Армении было нарушением договора Рима с Парфией, заключённого в 62 г.

114 г. — 7 января Траян прибыл в Антиохию в Сирии, в конце марта дошёл до г. Мелитены, присоединил к своему войску два легиона из Каппадокии и, форсировав Евфрат, вступил в Армению. В начале лета Траян захватил Южную Армению, а в середине и всю Армению. Сенат присвоил императору титул «Ortimus» — «Наилучший». Осенью области Великая Армения и Малая Армения были объединены в единую римскую провинцию Армения.

115 г. — Военные действия велись в Верхней Месопотамии. Были заняты города Нисибис, Батны, Синтара и Эдесса. 13 (15?) декабря произошло сильнейшее землетрясение в Антиохии. Всю зиму в Сирии череда землетрясений.

116 г. — 20 февраля сенат присвоил Траяну почётное имя «Парфянский». Солдаты награждали Траяна этим именем ещё в первые месяцы 115 г. Теперь у императора три почётных имени: Германский (97 г.), Дакийский (102 г.). Парфянский (116 г.). Такого не удостаивался ни один из владык Рима ни до, ни после Траяна.

116 г. — Поход Траяна в Южную Месопотамию. Были заняты Вавилон и Ктесифон. Траян на кораблях по Тигру достиг персидского залива, откуда возвратился в Вавилон. Там Траян узнал о восстании, охватившем Киренаику, Александрию, Кипр, Северную Месопотамию. Основная масса восставших — иудеи, в Месопотамии — парфяне и иудеи. Волнения начались ещё в 115 г. Траян направил на подавление восстаний полководцев Лузия Квиета и Максима. Максим был разбит в сражении и погиб. Квиет возместил это поражение, вновь овладев Нисибисом и Эдессой. Легаты Эруций Клар и Юлий Александр подавили восстание в Селевкии. Траян, возвратившись в Ктесифон, провозгласил царём Парфии царевича Парфамаспата, присягнувшего в верности Траяну и Риму.

116 г. — Безуспешная осада Хатры на северо-западе Месопотамии. Траян решил вывести войска из Двуречья и, оставив армию на зимовку в Армении и Каппадокии, возвратился в Антиохию. Вскоре Хосров восстановил власть Парфии в Месопотамии.

117 г. — В начале года Траян строил планы весеннего наступления в Месопотамии, но подготовка к нему была сорвана тяжёлой болезнью, на время частично парализовавшей императора. Весной началась новая волна восстаний в Египте, Киренаике, на Кипре. Они были подавлены Лузием Квиетом. Для обеспечения спокойствия в Иудее в Галилее близ Назарета был размещён VI Железный легион. Лузия Квиета назначили прокуратором Иудеи.

117 г. — В конце июля Траян решил вернуться в Италию. В начале августа флотилия императора остановилась в Селинунте в Киликии. Здоровье императора резко ухудшилось, и 9 августа Траян умер. Стараниями его жены Плотины новым императором стал Публий Элий Адриан.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

«Хороший император» Траян

Император из провинции

Марк Ульпий Нерва Траян стал первым императором, появившимся на свет за пределами Рима. Его родина — колония Италика, находившаяся неподалеку от современной испанской Севильи. Да и предки Траяна были испанцами.

Первых успехов Траян добился в римской армии — он был уважаем и популярен среди солдат. Император Нерва, предшественник Траяна, заметил это и усыновил юношу, сделал тем самым его своим преемником. Кстати, именно Нерва стал первым среди «пяти хороших императоров», Траян же в этом списке оказался вторым. Продолжили их дело Адриан, Антонин Пий и Марк Аврелий.

Николо Маккиавели писал о «хороших императорах» так: «Кроме того, прочтя историю римских императоров, государь увидит, как можно образовать хорошую монархию, ибо все императоры, получившие власть по наследству, за исключением Тита, были плохими; те же из них, кто получил власть в силу усыновления, оказались хорошими; пример тому — пять императоров от Нервы до Марка; когда императорская власть стала наследственной, она пришла в упадок».

Обаятельный и привлекательный

Римские историки отзывались о Траяне в один голос положительно, практически не отмечая недостатков правителя. И внешность у него была приятная, и телосложение ладное, а что уж говорить о храбрости и справедливости… Впрочем, пишет Аврелий Виктор, была у Траяна слабость: он любил крепко выпить. Однако и это пагубное пристрастие имело благородные черты. «Он не разрешал исполнять приказы, данные после долго затянувшихся пиров»,  — также сообщал Аврелий Виктор.

Хвалил Траяна и Дион Кассий, обращая при этом внимание на недостаток образования у императора: «Он был рядом с людьми не только на охоте и пирах, но и в их трудах и намерениях… Он любил запросто входить в дома горожан, порою без стражи. Ему недоставало образования в строгом смысле этого слова, но по сути он многое знал и умел».

Слезы папы римского

Существует предание, будто папа римский Григорий Великий, живший на рубеже VI — VII веков, однажды посмотрел на Траянову колонну и представил, как же страдает в аду справедливый и благородный правитель. Согласно христианской традиции, Траян, несомненно, мог быть только аду — все его заслуги затмевал тот факт, что император был язычником. Однако папа посочувствовал Траяну, заплакал и начал молиться за него. Считается, что таким образом Григорий Великий освободил Траяна от мук ада.

При этом известно, что без гонений на христиан во время правления Траяна не обошлось: по приказанию императора был привязан к якорю и утоплен в Херсонесе святой Климент.

Триумфальная колонна

Колонна Траяна была возведена еще при его жизни — в честь победы над даками. Когда Траян в 117 году скончался, урну с его прахом поместили в основание колонны.

К колонне трепетно относились во все времена — вероятно, именно поэтому она стоит в Риме и поныне. В 1162 году, например, был издан указ, согласно которому должны были казнить любого, кто осмелится повредить колонну. Во время Наполеоновских войн французы хотели перевезти колонну в Париж в качестве военного трофея, однако благоразумно отказались от этого дорогостоящего мероприятия.

labuda.blog

Император Траян. Завоевания

Дата: 106 год после Р. Х.

Мы теперь вступаем в христианскую эру и можем впредь не упоминать "до" и "после" Рождества Христова, как делали до сих пор, чтобы избежать путаницы.

В 106 г. император Траян завоевал Дакию. Эта страна примерно соответствует современной Румынии. Она была расположена к северу от Дуная – границы империи – и включала горный массив Карпат.

На барельефах "колонны Траяна" в Риме запечатлены главные эпизоды этой победоносной кампании.

Новая провинция Дакия будет частично колонизирована переселенцами из всех частей империи, латинский язык они возьмут в качестве языка общения, и он даст начало румынскому языку – единственному основанному на латыни языку восточной половины империи. И это несмотря на то, что здесь преобладала греческая культура.

Критическая дата

Почему мы выбрали эту дату?

В первом веке нашей эры императоры продолжали захватническую политику Республики, правда, не с таким размахом, как прежде.

Август захватил Египет, закончил завоевание Испании и покорил мятежное население Альп, сделав Дунай границей империи.

Чтобы защитить Галлию от вторжений варваров, он собирался завоевать Германию, территорию между Рейном и Эльбой. Вначале ему это удается благодаря победим его зятьев Друза и Тиберия.

Однако в 9 г. после Р. Х. германцы восстали под руководством Арминия (Германна) и уничтожили в Тевтобургском лесу легионы легата Вара. Эта катастрофа, сильно взволновавшая Августа (рассказывают, что он плакал, повторяя: "Вар, верни мне мои легионы"), заставила его, как и его наследников, отказаться от переноса границы по Рейну. В течение более чем двух веков Рейн и Дунай (связанные в верхнем течении между Майнцем и Ротисбоном укрепленной стеной) составляли в континентальной Европе границу империи. В 43 г. император Клавдий присоединил Британию (современная Англия), которая стала римской провинцией.

Завоевание Дакии в 106 г. стало последним крупным территориальным приобретением римских императоров. После этой даты границы оставались неизменными более столетия.

Римский мир

Два первых века империи, соответствующие приблизительно двум первым столетиям нашей эры, были периодом внутреннего мира и процветания.

Лимесы – системы пограничных укреплений, вдоль которых стояли легионы, – обеспечивали безопасность, что позволяло развивать торговые связи и экономику.

Строятся новые города и развиваются по образцу Рима: они обладают автономной администрацией с сенатом и выборными магистратами. Но в действительности, как и в Риме, власть принадлежит богатым, не без определенных обязанностей с их стороны. Так, они должны за свой счет строить водоводы, общественные здания: храмы, бани, цирки или театры, – а также оплачивать цирковые выступления.

Этот римский мир нельзя идеализировать, жестоко эксплуатируемые провинции нередко восстают. Мы видели это в Иудее. Но эти восстания постоянно подавляются римской армией.

Пока в Рим благодаря завоеваниям или вылазкам на границах стекаются богатства и рабы, поддерживается определенное экономическое и социальное равновесие.

Когда завоевания прекратились и участились нападения "варваров" (тех, кто проживал за границей империи), на римские земли накатывается экономический и социальный кризис.

Безумное расточительство некоторых императоров и I части римской аристократии приводит к оттоку собранных богатств (в частности, в пользу восточных стран, не входящих в империю). "Средний класс" зажат между рабами, с одной стороны, и колоссальными богатствами людей, близких к власти – с другой. Это – представители римской аристократии, старинной или новой, но также выскочки, как некоторые "императорские вольноотпущенники" (бывшие рабы императора, ставшие его доверенными лицами). Свободные люди или живут в качестве паразитов на содержании богатых, или терпят конкуренцию рабов. Но рабский труд малопроизводителен, так как рабы "не заинтересованы" в нем. Вскоре бывшие рабы и свободные люди будут прикреплены к земле в качестве колонов. Они выплачивают оброк, но отдают хозяину только часть урожая, остальное остается в их руках, что поощряет их производительность.

"Средний класс" поставляет все меньше солдат-граждан, поэтому римская армия все более пополняется наемниками, часто это варвары-иммигранты, получающие по истечении срока службы римское гражданство или участок земли.

После царствования Августа императорская власть становится ставкой в борьбе расположенных на различных границах (на Рейне, Дунае и на Востоке) и соперничающих армий, слишком часто призываемых к походу на Рим, чтобы возвести своего командующего на престол. Вследствие этих внутренних волнений границы часто остаются беззащитными и подвергаются нападениям варваров.

Кризис III века

Трудности начинаются в правление Марка Аврелия (161 – 180), императора-
философа, который в своих "Мыслях" излагает гуманистическую философию. Миролюбивый император вынужден большую часть времени проводить в отражении нападений на границы государства.

После его смерти нападения извне и внутренние волнения учащаются.

В III в. начинается период, называемый Поздней империей.

Эдикт императора Каракаллы (212 г.), по которому все свободные жители империи получают римское гражданство, становится точкой отсчета в эволюции постепенного слияния "провинциалов" и римлян.

Между 224 и 228 гг. парфянская империя пала под ударами Сасанидов, основателей новой династии Персидской империи. Это государство станет для римлян опасным противником – император Валериан в 260 г. будет захвачен персами и умрет в плену.

В это же время из-за внутренних мятежей и политической нестабильности (с 235 до 284 гг., т. е. за 49 лет, сменилось 22 императора) варвары впервые проникают в пределы империи.

В 238 г. готы, германское племя, впервые перешли Дунай и вторглись в римские провинции Мезия и Фракия. С 254 по 259 гг. другое германское племя, алеманны, проникает в Галлию, затем в Италию и доходит до ворот Милана. Прежде открытые, римские города строят защитные стены, в том числе и Рим, где император Аурелиан начинает в 271 г. постройку крепостной стены, первой после той, что была некогда в Риме царей.

Экономический кризис проявляется в кризисе денежного обращения: из-за нехватки серебра императоры чеканят монету низкой пробы, в которой содержание благородного металла резко сокращается. Поскольку стоимость таких денег падает, происходит инфляция цен.

Диоклетиан (284–305 гг.) пытается спасти империю путем ее реорганизации. Считая, что один человек не может обеспечить оборону всех границ, он делит империю на четыре части: в Милане и Никомедии появляются два императора и два их помощника – "цезаря", они заместители и наследники императоров.

Конец Римской империи

В 326 г. император Константин переезжает в Византий – греческий город, контролирующий Босфорский пролив, который соединяет Черное море со Средиземным. Он дает этому городу свое имя, окрестив Константинополем (город Константина), и делает из него "второй Рим".

В 395 г. Римская империя окончательно разделена на Западную Римскую империю, которая исчезнет в 476 г. под ударами варваров, и Восточную Римскую империю, которая просуществует еще тысячу лет (до взятия Константинополя турками в 1453 г.). Однако последняя очень скоро станет страной греческой культуры, и ее начнут именовать Византийской империей.

Важнейшие даты мировой истории

www.protown.ru

Деций Траян, император Рима — Все монархии мира

еций родился в Паннонии (современная Венгрия), в городе Сирмий. Вслед за ним императорами становились многие уроженцы Балкан, где Рим держал сильную армию, которая и выдвигала императорами своих полководцев.

О жизни Деция известно немного. Считается, что он избирался консулом и управлял Мезией и Нижней Германией, а также Испанией. При Филиппе Арабе стал префектом преторианцев. В 248 г., когда во время мятежа император Филипп Араб готов был отречься от власти, Деций уговорил его дождаться конфликта между узурпаторами. Сражаясь в Мезии и Паннонии с готами, Деций разгромил их и смог восстановить дисциплину в своих войсках. Известно, что Деция считали образованным, умеренным во взглядах и энергичным общественным деятелем и полководцем.

В 248 году вспыхнул новый мятеж легионов в Мезии. Филипп отправил Деция для усмирения мятежа. Но легионы встретили Деция, известного полководца и хорошо им знакомого, как своего лидера, потребовав, чтобы он принял императорский титул. Во главе мятежных войск Деций разбил превосходящие силы Филиппа на севере Италии в сражении под Вероной. Сам Филипп погиб. Деций вернулся в Рим, и в сенат утвердил его имперский статус, присвоив ему титул Траян – по имени считавшегося образцовым императора.

Опираясь на сенат, Деций Траян попытался укрепить государство символически культом, возмещающим утраченный престиж богов. В 250 году он объявил себя «восстановителем культов» и потребовал всеобщего участия в культе Гения императора – своего покровителя. За отказ от участия в этом общегражданском ритуале подверглись гонениям христиане. В то же время, упорство христиан было скорее недоумением. Вероятно, у них были сильные покровители, желавшие конфликта и ослабления власти Деция, которого в свою очередь склоняли к казням христианских епископов. В то же время, Деций не собирался требовать от христиан отказа от веры, а только лишь настаивал на их участии в общественном обряде лояльности к государству. Была создана Жертвенная комиссия, представители которой действовали на всей территории Империи и выдавали свидетельства о жертвоприношении Гению императора. Большинство христиан либо уступило этому требованию, либо получило свидетельства иным путем, малая часть, отказавшись от участия в императорском культе, была казнена. Масштабы казней нам не известны. Скорее всего, они не были значительными.

Вторым направлением укрепления государства Деций избрал династическую политику. Он намеревался основать новую императорскую династию. Его жену Гереннию Этрусциллу сенат возвел в ранг Августы, а его сын Геренний Этруск получил титул Цезаря и Предводителя Молодежи.

По свидетельству Виктора, Деций обладал разнообразными знаниями и многими добродетелями, в мирных условиях был мягок и общителен, в военных - очень энергичен.

Планы Деция были сорваны новым вторжением готов. В 250 г. огромная армия под предводительством Книвы вторглось в Мезию и Фракию. Это было первое масштабное столкновение римлян с этим неспокойным народом. Наместник Фракии Тит Юлий Приск был осажден в Филиппополе. В самом Риме вспыхнул мятеж Валента Лициниана, который удалось подавить. Начались мятежи в Галлии и на востоке Империи. Требониан Галл, наместник Верхней и Нижней Мезии, вынудил готов отступить, но Книва повернул вглубь страны и осадил Никополь на Истре.

Деций поставил во главе передовой армии своего сына Геренния и направил его в Мезию, а сам освободил от осады Никополь на Истре, нанеся готам большой урон. Вторгшиеся варвары были выбиты также и из Дакии. Но армия Деция, преследуя готов, попала в ловушку и была разбита. Деций в беспорядке отступил за Балканы, а Приск в Филиппополе был вынужден собственными мятежными войсками объявить себя императором и союзником готов. Но готы все же взяли штурмом город. При штурме Приск, вероятно, был убит.

В Македонии готы объявили императором Люция Приска, а когда Деций с великой поспешностью выступил против него, власть в Риме захватил Юлий Валент. В тоже самое время в Сирии провозгласил себя императором Иотапиан. Но все они вскоре были убиты.

Воспользовавшись задержкой готов под Филипполем, Деций сумел собраться с силами. В 251 Деций собрал остатки своей армии и в Эске соединился с войсками Требониана Галла. Восстановив боевой дух армии, Деций отрезал готам путь отступления из Фракии. Победы над готами в нескольких битвах к северу от Балканских гор позволили Децию объявить своего сына Геренния Августом и соправителем, а младшему сыну Гостилиану присвоить титул Цезаря.

Но вновь военная удача отвернулась от Деция. В решающей битве с войском Книвы у города Абритта в Малой Скифии (Добрудже) произошла трагедия. Деций не послушал просьб ослабленных готов, готовых откупиться и уйти без боя. Он требовал сдачи безо всяких условий. Готы вступили в сражение. В первые же минуты боя стрелой в лицо был убит Геренний, юноша, подававший большие надежды и уже допущенный к соучастию в императорской власти. Деций, не теряя присутствия духа, вновь бросил легионы в бой: «Гибель одного воина не играет для республики большой роли!»

После этого началась упорная и яростная битва. Первые две линии готов были уже уничтожены, но во время преследования по болоту, казалось бы, разбитых готов, легионы натолкнулись на третью линию. Римляне оказались не в состоянии противостоять готам. Они были окружены и разбиты. Сам Деций утонул в болоте вместе с конем, и даже труп его не был найден. В Риме умер от свирепствовавшей чумы младший сын Деция Гостилиан. У власти оказался полководец Требониан Галл.

Деций Траян являет собой образец служения Риму в крайне тяжелых условиях внешних нашествий и внутренних мятежей. В преклонном возрасте он лично управлял армиями и сражался, рискуя жизнью. Это был первый император, который погиб в сражении с варварами.

  Компиляция: Константин Рыжов: «Все монархи мира: Греция. Рим. Византия» и
Варварская энциклопедия
(vkuznetsov)

www.allmonarchs.net

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *