Содержание

откуда взялась и как устроена самая опасная группировка в мире — T&P

Существующая с 2014 года группировка ИГ (признана экстремистской и запрещена в РФ) ответственна за крушение российского A321 в Египте, теракты в Париже и взрывы в брюссельском аэропорту и метро, которые случились на этой неделе. Где истоки организации, отрицающей политическое устройство, социальную модель, государственные границы, религиозные установки и международные связи, которые определяли ситуацию на Ближнем Востоке предшествующие десятилетия? T&P публикуют главы из книги «Исламское государство: Армия террора» журналистов Майкла Вайса и Хасан Хасана, которые не один год вели репортажи из Сирии и Ирака и брали интервью у военных, правозащитников, дипломатов, боевиков ИГ и простых жителей региона.

Отец-основатель

«Вперед, мусульмане, за свою страну. Да, ведь это ваша страна. Вперед, потому что Сирия не принадлежит сирийцам, а Ирак не принадлежит иракцам», — 28 июня 2014 г., в первый день Рамадана, Абу Бакр аль-Багдади, ставший к тому времени халифом Ибрагимом, объявил о конце ИГИЛ и рождении Исламского государства. Он вещал с кафедры Великой мечети аль-Нури в Мосуле — городе, захваченном несколько дней назад его боевиками. Будучи по рождению иракцем, аль-Багдади упразднил гражданство. По его мнению, не было больше ни народов Плодородного полумесяца (условное название региона на Ближнем Востоке, славящегося плодородными землями, а формой напоминающего полумесяц), ни народов всего остального мира. Всему на смену пришло Исламское государство. Более того, все человечество можно было отныне разделить на два «лагеря». Первый — «лагерь мусульман и моджахедов [священных воинов]», а второй — «лагерь евреев, крестоносцев и их союзников». Стоя там, одетый в черное, аль-Багдади представлял себя наследником средневекового халифата и воплощением духа своего героического предшественника Абу Мусаба аз-Заркави. Тот изъяснялся в основном в тех же революционных терминах и почитал ту же самую мечеть, в которой Абу Бакр aль-Багдади возвестил о том, что 11-летний процесс воплощения в жизнь его смутного замысла, наконец, завершен.

Шейх палачей

Эмма Скай, британский советник армии США в Ираке, рассказывает: «Коррупционные режимы и террористы поддерживают друг друга в бизнесе. Это симбиотические взаимоотношения». В самом деле, несмотря на свой образ неодолимой военной силы, ИГИЛ в большей степени, чем она готова это признать, опирается на нежелательные с идеологической точки зрения союзы. Когда США вторглись в Ирак, аз-Заркави обрел горячих сторонников среди тех, кого прежде объявлял своими «ближними врагами», — представителей баасистского режима Саддама Хусейна. И сегодня ИГИЛ, распространяясь по северному и центральному Ираку, извлекает выгоду из подобных сделок.

Дух Саддама

Сказанное бен Ладеном подтвердилось в первые же месяцы оккупации Ирака, когда войска Соединенных Штатов осознали гибридный характер повстанческого движения, которое им противостояло. Вторжения в Багдад Саддам Хусейн не ожидал. Но он тщательно подготовил свой режим к другому сценарию конца света — к мятежу внутри страны, организованному либо иракским шиитским большинством, либо курдским меньшинством. С помощью США обе эти группы населения подняли голову в конце первой войны в Персидском заливе, за что и были подвергнуты массовому уничтожению (с молчаливого согласия Америки). Чтобы не допустить вновь революционного брожения, в промежуток между войнами Саддам создал мощный подпольный контрреволюционный аппарат и принял меры по укреплению силовиков. Он расширил одно из подразделений своей личной охраны, «Федаин Саддам», и выдал лицензию на создание учебных центров для подготовки ополченцев. В своей истории второй войны в Персидском заливе Майкл Гордон и генерал Бернард Трейнор указывают на то, что задолго до прибытия первого американского солдата в Ирак «по всей стране была создана сеть конспиративных квартир и складов оружия, в том числе и материалов для изготовления самодельной взрывчатки, предназначенных для военизированных формирований… Все это отвечало стратегии борьбы с повстанцами — теми, кто, по мнению Саддама, представлял наиболее серьезную угрозу его режиму».

Читатели T&P могут приобретать книги издательства Альпина Нон-фикшн с 15% скидкой. Для этого при заказе в интернет-магазине вам нужно ввести в соответствующее поле кодовое слово — theoryandpractice.

Человеком, который проанализировал эту стратегию и понял, что за сопротивлением, оказанным после вторжения, стоит свергнутый режим, — и это не «вопросы, на которые нет ответов», как сказал Дональд Рамсфелд, министр обороны США — был полковник Дерек Харви, офицер военной разведки, работавший в возглавляемой генералом Рикардо (Риком) Санчесом Объединенной боевой группе 7, в штабе американских войск в Ираке. По оценкам Харви, армию сопротивления составляли от 65 000 до 95 000 военнослужащих, прежде входивших в Специальную республиканскую гвардию, «Мухабарат» (структуру, руководящую разведывательным управлением Ирака), «Федаин Саддам» и субсидируемые государством подразделения ополченцев. Всех этих людей Пол Бремер, назначенный Бушем главой Временной коалиционной администрации (ВКА), одним росчерком пера лишил работы и средств к существованию, подписав указ о роспуске иракских вооруженных сил. Многие из уволенных офицеров присоединились к зарождающейся кампании, целью которой было изгнание из страны экспроприаторов. Также к их числу следует добавить многих недовольных иракцев, пострадавших от противоречивой политики «дебаасификации», объявленной Бремером через 10 дней после его появления в Багдаде.

Суфизм — эзотерическое течение в исламе, проповедующее аскетизм и повышенную духовность.

Ситуация усугублялась и тем, что в свое время Саддам разрешил функционирование в Ираке серого рынка, чтобы обходить санкции, наложенные ООН, — и это привело к созданию криминальной сети, возглавляемой вице-президентом Иззатом Ибрагимом ад-Дури. Ад-Дури, член суфийского ордена Накшбанди, прямое начало которому, как утверждали, положил Абу Бакр, первый исламский халиф, родился в деревне ад-Дур вблизи Тикрита, родного города Саддама. В самом центре суннитского региона ему удалось показать себя ловким функционером-баасистом. Став вице-президентом, он с помощью своих сподвижников-суфиев снабжал оружием спецслужбы и армию режима. Это была одна из форм этнического покровительства, которое в 2006 г., после казни Саддама, проявилось в создании «Армии мужчин ордена Накшбанди» — одной из наиболее мощных суннитских повстанческих группировок в Ираке. Позже, в 2014 г., она помогла ИГИЛ установить власть в Мосуле.

Еще до войны Саддам принял и другие контрреволюционные меры. Мы склонны расценивать его режим как светский, и таким он в известной степени и был. Но после первой войны в Заливе Саддам стал укреплять свой режим, опасаясь иностранных фундаменталистов, таких как иранские муллы, а также внутренних противников того же толка, разделяющих концепцию «ближнего врага» и способных бросить вызов его правлению. Поэтому он исламизировал свой режим, украсив иракский флаг фразой «Аллах акбар» («Бог велик») и применяя многочисленные драконовские наказания, большинство из которых основывались на законе шариата: ворам отрубали руки, а уклонистов от армии и дезертиров лишали ушей. Для того чтобы отличать последних от ветеранов ирано-иракской войны, саддамисты помечали лбы людей, подвергшихся наказанию, крестами, который наносили раскаленным железом.

Саддам Хуссейн, 1995/ © AP

Поворот в сторону религиозности имел и еще одну цель: подавить или заглушить критику положения в экономике, пострадавшей от иностранных санкций. Следуя этой цели, режим ввел запрет на использование женского труда, надеясь таким образом сократить официальное количество безработных. Еще более значительным шагом стала Кампания за исламскую веру, в ходе которой был предпринята попытка соединить баасистскую идеологию с исламизмом. Следить за реализацией этого плана религиозного обновления было поручено не кому иному, как верному ад-Дури, крестному отцу мафии, занимающейся контрабандой автомобилей.

«Пробуждение»

«История “Пробуждения» Аль-Анбара оказалась очень печальной, — рассказывал нам отставной высокопоставленный сотрудник иракского правительства в конце 2014 г. — Люди, боровшиеся с «Аль-Каидой» (АКИ) (организация признана террористической и запрещена в РФ), были брошены правительством на произвол судьбы. Многих из них впоследствии казнила «Аль-Каида», а некоторые даже были арестованы иракскими военными. После такого, пока ситуация в Багдаде не изменится, вряд ли кто-то решится рисковать жизнью и выступать против ИГИЛ”. Эта точка зрения, разделяемая многими иракскими суннитами, становится более понятной, если вспомнить, как возникло движение «Пробуждение». Как часто бывает с важными событиями, это произошло случайно.

«Ас-Сахва»

Программа «Защитники пустыни» была краткосрочной, но благодаря ей американцы приобрели полезный опыт налаживания сотрудничества с членами племени Эр-Рамади. Однако к 2006 г. столица провинции Аль-Анбар вновь оказалась под властью АКИ. Джихадисты прочно окопались в городе и использовали новейшие разработки инженерных войск американской армии для закладки невыявляемых самодельных взрывных устройств, с помощью которых они останавливали и уничтожали колонны американских и иракских войск. На дорогах вырезали большие куски асфальта и заполняли образовавшиеся отверстия взрывчаткой, а затем восстанавливали дорожное покрытие. В результате кусок дороги выглядел вполне безопасным — пока не срабатывала мина, которая повреждала или уничтожала боевую машину пехоты «Брэдли» или танк «Абрамс» и убивала и калечила сидящих внутри оккупантов. Кроме того, взрывы этих устройств приводили к серьезным повреждениям систем инфраструктуры — канализационные трубы разрывались, и улицы заливало нечистотами.

В Эр-Рамади, как и повсюду в Ираке, местные власти работали одновременно и на официальный Багдад, и на АКИ, которая подкупала иракские спецслужбы и чиновников, используя для этого свой главный актив — доходы от контрабанды нефти. Эта контрабанда была ее основным занятием, помимо убийств. Баррели украденной сырой нефти регулярно доставлялись в Эр-Рамади с расположенного на севере страны нефтеперегонного завода в Байджи, а затем переправлялись для продажи на иракском черном рынке. Так было и прежде — в соответствии с соглашением между племенами и режимом Саддама. Но оказалось, что с новыми хозяевами работать гораздо сложнее.

В июне 2014 г. ИГИЛ захватила американское и другое иностранное военное оборудование стоимостью в миллионы долларов

Началось с того, что местные жители выступили против насаждаемых ими средневековых законов, в особенности против присвоенного себе боевиками АКИ шариатского варианта права первой ночи: как и ИГИЛ сегодня, в 2006 г. джихадисты насиловали иракских женщин. Старейшины племен также негодовали по поводу похищений и убийств людей. Два шейха из племен Абу Аета и Албу Дийяб уже были убиты, а все остальные постоянно находились под прицелом как конкуренты процветающей военной экономики АКИ. Постепенно жители Эр-Рамади восставали против терроризма. Семьи жертв стали проводить ночные акции самосуда над боевиками. К ним присоединились жаждущие мести иракские полицейские и даже повстанцы из конкурирующих группировок, которые были по горло сыты такфиризмом. Так зародилось движение гражданского сопротивления «Тувар аль-Анбар», или «Повстанцы Аль-Анбара». Впоследствии оно стало известно как «Ас-Сахва» («Пробуждение») и в Эр-Рамади достигло таких успехов, что АКИ даже попыталась вступить с ним в переговоры.

Именно в Эр-Рамади, когда город повторно взяли американские и иракские силы, была реализована новая стратегия набора людей на службу в полицию — не в центре города, который, как показали события, произошедшие за два года до этого на стекольном заводе, представлял собой легкую мишень для атак боевиков, а в прилегающих сельских районах, где проживали племена.

Ставка на сельскую местность была сделана с расчетом на то, что и без того значительно возросшее сопротивление усилится до такой степени, что сможет стать официально санкционированным движением, а это, в свою очередь, будет содействовать укреплению взаимного доверия между американцами и племенами. Одним из главных союзников Коалиции среди племенных вождей был харизматичный Абдул Саттарар-Ришави. Американские военные дважды совершали рейды в его поселение, после того как он был обвинен в коммерческом сотрудничестве с боевиками. Но это не помешало ему из прагматических соображений пойти на временный союз с «врагом своего врага». «Люди, связанные с повстанцами, пригласили нас на чай», — так описал подобную ситуацию один американский лейтенант, рассказывая журналисту Джорджу Пакеру о подобном случае в Тал-Афаре в 2005 г., когда при полковнике Макмастере в этом приграничном городе произошли схожие изменения. Ар-Ришави стал одним из самых значимых союзников Соединенных Штатов в Ираке.

Фаллуджа, январь 2014/ © AP

«Пробуждение Аль-Анбара» шло снизу вверх, а не сверху вниз, и на уровне бригад инициатива была подхвачена другими смекалистыми и скорыми на решения военными командирами, готовыми вести переговоры с теми, кто только накануне распивал чаи с боевиками. Выборы, прошедшие в декабре 2005 г., уже доказали, что некоторые суннитские террористы вполне могут вписаться в политическую систему Ирака и нет необходимости захватывать и убивать их.

Британский генерал-лейтенант Грэм Лэм, заместитель командующего многонациональными силами в Ираке генерала Кейси, давно считал, что это лишь дело времени, когда сунниты устанут от АКИ и некоторые из наименее экстремистки настроенных боевых сподвижников джихадистов обратятся за помощью к Коалиции. Вопрос заключался в том, чтобы отделить тех, с кем можно иметь дело, от тех, кто успел зайти слишком далеко. Возможность взаимодействия с боевиками АКИ, естественно, даже не рассматривалась, но как быть с более гибкими в идеологическом отношении, но связанными с ними группировками? Лэм встретился с эмиром «Ансар ас-Сунна», салафитской группировки, недавно выразившей сомнения в правильности методов действия ИГИ. Эмир сказал генералу, что с оккупантами нужно бороться, но «Ансар ас-Сунна» понимает: главным злом для Ирака являются головорезы и насильники аль-Масри и аль-Багдади. «Мы наблюдаем за вами в Аль-Анбаре три с половиной года, — сказал он Лэму, — и видим, что вы не угрожаете ни нашей вере, ни нашему образу жизни. В отличие от «Аль-Каиды»».

Возрождение

История ИГИ, как описывает ее журнал «Дабик», являла собой путь поисков длиной в 11 лет, приправленный страданиями и завершившийся в 2014 г. созданием халифата. Абу Омар аль-Багдади построил «первое “в современную эпоху» государство, созданное исключительно моджахедами — активными участниками джихада — в самом сердце мусульманского мира, от которого буквально рукой подать» до Мекки, Медины и Иерусалима. Пройдя через «Ас-Сахву», «большую волну” и ликвидацию своего руководства, оно вынесло все — укрывшись «в пустынных районах Аль-Анбара, где его солдаты перегруппировывались, планировали новые сражения и тренировались».

Новый аль-Багдади

Аль-Бадари, взявший себе псевдоним Абу Бакр аль-Багдади, был назначен Советом шуры единственным преемником обоих убитых командиров. Казалось, он возник из ниоткуда. Все, что было о нем известно и в Ираке, и в кругах разведки Соединенных Штатов, выплыло на свет уже после того, как ИГИЛ с триумфом захватила власть над двумя странами, после чего СМИ начали выяснять, что это за новая зловещая фигура. В результате большая часть биографии второго аль-Багдади по-прежнему известна на уровне слухов или спекуляций, и некоторые из них распространяются конкурирующими джихадистскими пропагандистами и нацелены на то, чтобы вызвать скандал или поставить под сомнение легитимность халифа, представленного как фигура более влиятельная, чем Айман аз-Завахири. Но такое разделение на тех, кто за, и тех, кто против, произошло не сразу. «Никто и не думал, что он хочет конкурировать с «Аль-Каидой», — говорит Алхури. — В своем секретном сообщении он не только поклялся в верности аз-Завахири, но еще и спросил, должен ли хранить это в тайне или стоит это обнародовать. Аз-Завахири ответил, что лучше сохранить все в тайне, дабы избежать осложнений и хоть как-то ослабить давление на ИГИ».

Абу Бакр аль-Багдади, 2004

Аль-Багдади родился в 1971 г. недалеко от города Самарры. В юности он изучал ислам и получил и степень магистра, и степень доктора в Университете исламских наук в Адхамийе, районе Багдада. Как говорили, он жил в скромном доме, примыкавшем к местной мечети, в Тобчи, западном районе Багдада, населенном и шиитами, и суннитами. Подобно большинству массовых убийц, оставшихся в памяти тех, кто знал их в ранней молодости, он, по воспоминаниям друзей и знакомых, был тихим скромным человеком, вовсе не походившим на опасного фанатика, в качестве которого он стал известен позже. («Соседи запомнили серийного убийцу как серийного убийцу» — такой заголовок, кажется, больше подходит для сатирического раздела журнала Onion.) Аль-Багдади носил очки, хорошо играл в футбол и вел себя так, как и подобает ученому.

Доктор Хишам аль-Хашими, один из экспертов по ИГИЛ, консультирующий правительство Ирака, встречался с аль-Багдади в конце 1990-х. «Он не обладал харизмой лидера, — рассказал нам аль-Хашими. — При нашей встрече он сильно смущался и был немногословен. Его интересовали исследования в области религии, и весь его интерес, казалось, был сосредоточен на Коране. Он родился в бедной семье в сельской местности, но не завидовал горожанам, как это часто бывает с такими, как он. Его амбиции не простирались дальше получения должности на госслужбе в Министерстве по делам ислама».

В конце 2004 г. аль-Багдади был выпущен на свободу, поскольку американцы сочли, что он не представляет опасности для сил Коалиции и государственных институтов Ирака

Как рассказал корреспонденту газеты Daily Telegraph один из его соседей, Абу Али, аль-Багдади появился в Тобчи, когда ему было 18 лет. «В здешней мечети был свой имам. Когда он отсутствовал, его место занимали студенты, изучавшие религию. [Аль-Багдади] иногда читал молитвы, но никогда не выступал с проповедями». Со временем его взгляды становились все более реакционными, вспоминал Абу Али. Он рассказал о том, что устроил аль-Багдади на свадьбе в Тобчи, на которой мужчины и женщины «танцевали в одной комнате. Он шел по улице, когда увидел это и закричал «Да разве мужчины и женщины могут позволить себе танцевать вместе, как это делаете вы? Это против религиозных установок!» И он остановил эти танцы».

К 2000-м аль-Багдади получил степень доктора, женился, у него родился сын. К 2003 г. Соединенные Штаты оккупировали Ирак, но будущий предводитель ИГИЛ тогда еще не вступил в ряды повстанцев. Абу Али сообщил газете Telegraph, что в то время аль-Багдади не испытывал явной ненависти к американцам. «Он совсем не походил на горячего, несдержанного человека. Тихо что-то планировать — вот это как раз для него». В результате без лишнего шума к концу 2003 г. он основал собственную исламистскую группировку «Джаиш ас-Сунна ва аль-Джамаа» («Народная армия суннитской общины»). А спустя год попал в другой «университет» — в лагерь «Букка».

Вопреки многочисленным сообщениям, появившимся в западной печати и утверждавшим, что аль-Багдади был освобожден из лагеря «Букка» в 2009 г., после его закрытия, в действительности он пробыл там всего лишь один год, 2004-й, в качестве интернированного. «Он навещал в Фаллудже одного из своих друзей, которого звали Нессайиф Нуман Нессайиф, — вспоминал аль-Хашими в беседе с нами. — С ним вместе приезжал и другой мужчина, Абдул Вахед аль-Семайяир. Разведслужбы американской армии арестовали их всех вместе. Но их целью был не Багдади, а Нессайиф. Аль-Багдади задержали 31 января 2004 г., а 6 декабря того же года освободили. После этого его больше никогда не задерживали. В этой стране все происходит не по правилам».

Абу Ахмед, в прошлом высокопоставленный член ИГИЛ, который знал аль-Багдади еще по «Букке», рассказал корреспонденту Guardian, что тюремная администрация поначалу приняла того за человека, способного снимать проблемы. Степень доктора, полученная в Университете исламских наук, помогала ему мудро улаживать споры, возникавшие между заключенными джихадистами. Поэтому американцы разрешили ему посещать разные лагерные блоки в «Букке», что он и делал якобы для улаживания конфликтов, но на самом деле вместо этого аль-Багдади использовал дарованную ему привилегию для того, чтобы вербовать себе бойцов. Со временем, как вспоминал Абу Ахмед, он сам стал создавать в тюрьме проблемы, используя «политику подчинения и разделения, чтобы добиться того, чего он хотел, а именно — положения. И это работало». Когда в конце 2004 г. аль-Багдади был выпущен на свободу, поскольку американцы сочли, что он не представляет опасности для сил Коалиции и государственных институтов Ирака, он, по словам Иссама, стал еще большим экстремистом. В 2007 г. он вошел в Совет моджахедов Ирака, который был создан аль-Заркави, чтобы придать действиям своей группировки национальную окраску. Однако стремление аль-Багдади к чистоте и строгости нравов, а также его непостоянство в создании союзов ясно показывали, что он не испытывает большого интереса к сотрудничеству с идеологически разнородным объединением повстанческих группировок, даже в том случае, если «Аль-Каида» будет там первой среди равных. Один из командиров АКИ из Фаллуджи рассказывал Иссаму, что аль-Багдади порвал почти со всеми группировками, в которые когда-либо вступал. «Он расстался с “Братьями-мусульманами» (организация признана террористической и запрещена в РФ) а затем назвал их отступниками и агентами [прежнего посла США в Ираке Залмайя] Хализада. Он расстался и с «Джаиш аль-Муджахидин» и участвовал в военных действиях против них, в частности в Аль-Кармахе [городе к северо-востоку от Фаллуджи]. Аль-Багдади всегда был особенно последователен в отношении суннитских военизированных формирований, не входивших в его собственную организацию. Он говорил: «Борьба с ними приоритетнее, чем борьба с американцами”».

Битва за Фаллуджу (2004, ноябрь)/ © Wikipedia

Эта убежденность в необходимости братоубийственной войны — фитны — между суннитами отличала аль-Багдади как лидера при экспансии ИГИЛ в Сирии и Ираке. Иссам также утверждает, что вопреки распространенному мнению, будто аль-Багдади пришел из ниоткуда, в действительности он был хорошо известен и иракцам, и американцам. «Его дядя, Исмаил аль-Бадри, — член Ассоциации иракских улемов [богословов], которую его племянник назвал организацией отступников. А невестка аль-Багдади замужем за лидером Иракской исламистской партии — рупора «Братьев-мусульман» в Ираке. До выхода американцев из Ирака его постоянно арестовывали по причине родственных отношений с Абу Бакром».

К тому же, по словам аль-Хашими, решение об избрании аль-Багдади эмиром ИГИ было принято подавляющим большинством голосов: девятью из одиннадцати членов Совета шуры. Почему именно он? На то было три причины. Во-первых, он принадлежал к племени курайшитов, одному из наиболее уважаемых на Ближнем Востоке благодаря тому, что из него вышел пророк Мухаммед. (Как говорили, Абу Омар аль-Багдади также был выходцем из этого племени, неиссякаемого источника всех исламских халифов.) Во-вторых, аль-Багдади сам являлся членом Совета шуры ИГИ и потому был близок к Абу Омару. И наконец, в-третьих, он был избран благодаря своему возрасту как представитель более молодого поколения, чем остальные кандидаты на пост эмира. В нем увидели человека, способного вывести ИГИ из застоя после того, как американские войска покинули Ирак. Сегодня ИГИЛ чтит его как «посланца». «Если кто-то приходит к вам, когда вы находитесь под властью одного человека, с намерением разрушить вашу солидарность или подорвать ваше единство, убейте его!» — призвал журнал «Дабик», убеждая всех мусульман принести клятву верности аль-Багдади.

Такфириномика

ИГИЛ сочетает авторитарное правление с удивительно успешным ведением экономики. ССА и исламистские группировки, контролировавшие нефтяные месторождения восточной Сирии, тратили часть своих прибылей на то, чтобы наладить работу школ и обеспечить население электричеством, телекоммуникациями, водой, продовольствием и т. п. Но в некоторых деревнях и городах начались перебои со всем этим: это было вызвано тем, что ИГИЛ направляла нефтяные доходы в другие города Сирии и Ирака, находившиеся под ее контролем, установив свою собственную систему распределения на подконтрольных территориях. В результате в богатых нефтью областях влияние местных повстанческих группировок пошло на спад.

Кроме того, в Сирии ИГИЛ заставила муниципальных служащих работать, в отличие от прежних группировок, которые позволяли им получать жалованье (от режима) и сидеть дома, ничего не делая и платя за это определенную мзду. «Улицы сейчас намного чище. Раньше 70% госслужащих не работали, хотя зарплату они получали, — рассказал один бывший медиаактивист ССА из Дайр-эз-Заура. — ИГИЛ отменила привычный выходной день в субботу, сделав вместо этого выходным четверг».

Регулирование и контроль цен стали еще одним направлением, в котором ИГИЛ успешно проявила себя. К примеру, она запретила рыбакам использовать для глушения рыбы динамит и электричество. Также она запретила жителям Аль-Джазиры захватывать, пользуясь неразберихой военного времени, земельные участки в Сирийской пустыне, где они, к неудовольствию соседей, строили новые дома или открывали бизнес. Помимо этого, ИГИЛ ограничила размер прибыли от продажи нефтепродуктов, льда, муки и других товаров первой необходимости. До того как «Исламское государство» установило контроль над восточной Сирией, суточный объем нефтедобычи составлял примерно 30 000 баррелей, а стоимость одного барреля равнялась 2000 сирийских фунтов — это 11 долларов США. Семьи местных жителей, занимающиеся перегонкой нефти, получали 200 лир (чуть больше доллара) за каждый переработанный примитивным способом баррель. После того как власть перешла к ИГИЛ, баррель нефти подешевел, поскольку она установила стоимость литра сырой нефти в 50 фунтов (30 центов). ИГИЛ также под угрозой конфискации запретила таким семьям устанавливать нефтеперегонное оборудование вблизи жилых зон. В результате кому-то пришлось вовсе распрощаться с нефтяным бизнесом. Но в совокупности контроль над ценами и регулирование в этой сфере сбалансировали снижение ресурсов и объема услуг.

Несмотря на образ неодолимой военной силы, ИГИЛ в большей степени, чем она готова это признать, опирается на нежелательные с идеологической точки зрения союзы

Пока Коалиция не начала воздушные бомбардировки, нефть была основным источником дохода ИГИЛ. По некоторым подсчетам, она зарабатывала на сирийской и иракской нефти миллионы долларов в месяц — от одного до двух миллионов в день. После воздушных ударов доходы ИГИЛ значительно снизились. Но контрабандные поставки в соседние страны, такие как Турция и Иордания, а также другие провинции Сирии и Ирака все еще обеспечивают ИГИЛ значительные финансовые поступления. Резкое снижение добычи нефти сильнее сказалось на мирных жителях, чем на «Исламском государстве», которое может получать доходы и из других источников, однако ему стало труднее обеспечивать местные общины (особенно таким желанным товаром, как баллонный газ). «По моим оценкам, из-за авианалетов объем денежных поступлений ИГИЛ сократился на 5%, — сказал медиаактивист, который все еще живет в Дайр-эз-Зауре. — Бомбардировки повлияли в основном на бизнес, связанный с нефтью. С продовольствием все в порядке, большая его часть поступает из Турции и Ирака. Границы открыты, и, если вам не нравятся здешние цены, вы едете в Аль-Анбар. По мне, так все нормально».

Предприимчивость, проявляемая ИГИЛ в делах нефтяного рынка, произвела впечатление на многих обозревателей, хотя Дерек Харви не входит в их число. «Я достоверно знаю, что саддамисты, занимавшиеся контрабандой нефти в 1990-е гг., чтобы обойти санкции ООН, теперь занимаются тем же самым для ИГИЛ, — сказал он. — Люди говорят, что они продают ее по 35 долларов за баррель. Недавно мы разбомбили несколько местных нефтеперегонных заводов. Если вы продаете нефть по такой стоимости, то это на 50–55 долларов ниже текущей рыночной цены. Но происходит вот что: нефть продают посредники, и при этом имеет место откат, который поступает высшему руководству ИГИЛ, получающему посредством этого отката еще 20–25 долларов, но это никак не регистрируется и никем не учитывается. Деньги идут в общак на вершину этой пирамиды. Боевики ИГИЛ в Дайр-эз-Зауре ничего об этом не знают».

Кроме того, ИГИЛ делает миллионы на закят (обязательная милостыня, налог, взимаемый с мусульман). Размер закята вычисляется исходя из размеров ежегодных сбережений или капитальных активов (2,5%), наличия золота (превышающего в ценностном выражении 4500 долларов), сельскохозяйственных животных (две головы на каждые 100 голов, принадлежащих фермеру), объема урожая фиников, зерновых культур (10%, если полив дождевой или из ближайшего водоема, и 5%, если полив стоит денег), а также из чистой прибыли (2,5%).

Кроме этого, ИГИЛ взимает ежегодные налоги с немусульман, проживающих на ее территории, в особенности с христиан (4,25 г золота с богатых и половина этого с людей со средним уровнем дохода). И в дополнение «Исламское государство» захватывает чужое имущество в порядке применения гражданско-правовых санкций: конфискует собственность беженцев и людей, объявленных в розыск, а также тех, кто участвовал в военных действиях против нее. Конфискуемая собственность включает в себя, конечно же, огромные запасы оружия и боеприпасов, отбираемых в процессе разоружения общин.

В то время как пожертвования от иностранных организаций-спонсоров составляют незначительный процент казны «Исламского государства», владеющие значительными средствами частные лица, являются ли они просто жертвователями или присоединились к группировке, делают взносы в ее фонд. Но более существенным источником дохода группировки является ганима (военные трофеи, которые, по определению ИГИЛ, включают в себя награбленное и украденное). В результате беспорядочного отступления трех иракских дивизий в июне 2014 г. ИГИЛ захватила американское и другое иностранное военное оборудование стоимостью в миллионы долларов. Были захвачены огромные запасы оружия, военной техники и оборудования, а также наличные средства сирийского режима и повстанческих группировок. Приносит прибыль «Исламскому государству» и торговля артефактами — один человек, давший нам интервью в Турции, сказал, что объем этой торговли за период правления ИГИЛ значительно вырос. Один из его двоюродных братьев контрабандой переправляет в Турцию золотые статуэтки и монеты, раскопанные в руинах Мари, что в 11 км от Альбу-Камаля.

theoryandpractice.ru

Что такое «Исламское государство» (ИГ) — подробная аналитическая статья

Истоки организации «Исламское государство», которая взяла на себя ответственность за атаки в Париже.

Экстремистская группировка «Исламское государство» заявила о себе в 2014 году, когда захватила контроль над крупными территориями в Сирии и Ираке.

Группировка быстро приобрел дурную славу благодаря жестокости, с которой оно устраивало расправу над своими врагами, в том числе — с помощью массовых убийств, похищений и публичных обезглавливаний.

Впрочем, «Исламское государство» получила относительно широкую поддержку среди радикалов в исламском мире, а международная коалиция во главе с США поставила себе за цель уничтожить группировку.

Чего хочет «Исламское государство»

В июне 2014 года группировка формально провозгласила установление «халифата» — государства, управляемого по законам шариата, во главе которого стоит халиф, наместник бога на земле.

Главная цель ИГ — уничтожить любые препятствия для установления всемирного «царства Аллаха»

После чего группировка «Исламское государство» потребовало, чтобы все мусульмане мира, где бы они ни жили, присягнули на верность его лидеру — Ибрагиму Аввад Ибрагиму Али аль-Бадри, шире известному как Абу Бакр аль-Багдади, и переехали на контролируемые им территории.

ИГ также заявило, что все другие джихадистские группировки мира должны признать его верховенство. Много джихадистов так и поступили, в том числе несколько фракций, отколовшихся от главного конкурента «Исламского государства» — «Аль-Каиды».

Провозглашенная цель ИГ заключается в том, чтобы уничтожить препятствия на пути установления царства Аллаха на земле и защитить всемирную мусульманскую общину, или умму, от неверных и отступников.

Группировки с энтузиазмом отнеслось к перспективе прямой конфронтации с международной коалицией во главе с США.

Это противостояние, по убеждению исламистов из ИГ, является предвестником последней битвы между мусульманами и их врагами, которая состоится непосредственно перед концом света, за которым последует Судный день или Киямат.

Апокалиптические прогнозы в пропаганде ИГ

В исламской эсхатологии (религиозные представления о конце света и загробной жизни) сирийский город Дабик, что за 10 км от границы с Турцией, считается местом мусульманского Армагеддона, или последней битвы перед концом света.

Считается, что пророк Мухаммед сказал: «Конец света не наступит до тех пор, пока мусульмане не выгонят «римлян» (большинство исламских богословов считает, что так называются «христиане») с Аль-Амака или Дабика».

«Исламское государство» всеми силами стремится к тому, чтобы решающий бой с международной коалицией произошел именно в этом районе.

«Исламское государство» ожидает армию «Рима», чье поражение в Дабике будет означать начало апокалипсиса.

Где истоки ИГ?

Начало «Исламского государства» связывают с йорданцем Абу Мусадом аз-Заркави, который создал в 2002 году группировку «Единобожие и джихад» («Al-Tawhid wa al-Jihad).

Через год после начала войны в Ираке Заркави присягнул на верность Усаме бин Ладену и сформировал «Аль-Каиду в Ираке», группировки стали одной из главных сил, которые противостояли международной коалиции в иракской войне.

Заркави считали экстремистом даже в «Аль-Каиде»

После смерти Заркави в 2006 году «Аль-Каида в Ираке» создала «дочернюю» организацию «Исламское государство в Ираке».

Однако особого успеха она не имела: американские войска оттеснили ее на всех направлениях, а Совет старейшин суннитских арабских племен «Ас-Сахва» категорически отверг культивируемые ней жестокость и насилие.

Багдаде, который в свое время содержался как подозреваемый в американском лагере «Букка» на территории Ирака, стал лидером группировки в 2010 году и немедленно взялся за ее восстановление. До 2013 года его сторонники осуществляли десятки террористических нападений в Ираке в месяц.


Потом «Исламское государство в Ираке» присоединилось к радикальным силам, противостоящим сирийскому президенту Башару Асаду, организовав еще одна группировка — «Фронт Ан-Нусра».

В апреле 2013 года Багдади заявил о слиянии своих сил в Ираке и Сирии и создании «Исламского государства Ирака и Леванта» — ИГИЛ.

Лидеры «Аль-Каиды» и «Ан-Нусра» отвергли это объединение, однако в обеих группировках нашлось достаточно сторонников Багдаде, которые, отколовшись от своих лидеров, помогли ИГИЛ закрепиться в Сирии.

Абу Бакр Багдади был провозглашен первым халифом «Исламского государства»

В конце декабря 2013 ИГИЛ снова обратило основное внимание на события в Ираке, удачно воспользовавшись политическим противостоянием между шиитским правительством страны и суннитским меньшинством.

С помощью бывших сподвижников Саддама Хусейна и недовольных лидеров суннитских общин Ирака ИГИЛ захватывает город Фаллуджа.

В июне 2014 года боевики ИГИЛ захватили крупный город Мосул на севере Ирака и стали активно продвигаться в направлении Багдада, уничтожая своих противников и угрожая полностью истребить много этнических и религиозных общин страны.

До конца июня, захватив несколько десятков городов и сел, ИГИЛ провозгласил создание халифата и поменял свое название просто на «Исламское государство».

В сентябре 2014 года директор Национального центра по борьбе с терроризмом США Мэтью Олсен заявил, что ИГ контролирует большую часть территории в бассейне рек Тигр и Ефрат, площадью примерно в 210 000 кв. км, что по площади сопоставимо с территорией Британских островов.

Семь месяцев спустя представители армии США утверждали, что «Исламское государство» потеряло около четверти своей территории в Ираке (от 13 тыс. до 15,5 тыс. кв. км). Однако контролируемая ИГ территория в Сирии остается почти без изменений: потери в одних местах компенсируются захватами в других.

Однако эти цифры не совсем отражают реальное положение вещей. На самом деле силы ИГ целиком и полностью контролируют лишь небольшую часть этой территории, которая включает большие и малые города, главные дороги, нефтяные месторождения и военные объекты.

13 ноября — Париж, Франция: по меньшей мере 129 гибнут в атаках смертников и вооруженных нападающих.

12 ноября — Бейрут, Ливан: бомбист-смертник убивает по меньшей мере 43-и человека.

31 октября — Шарм-эш-Шейх, Египет: терпит катастрофу российский самолет с туристами, все 224 на его борту гибнут. Россия заявила, что катастрофу вызвало взрывное устройство.

10 октября — Анкара, Турция: бомбисты-смертники убивают 102 человек на марше мира. Турецкое правительство обвиняет ИГ, хотя ни одна группировка не признало ответственность.

29 июня — Сус, Тунис: вооруженный нападающий расстреливает 38 человек, преимущественно туристов, большинство — британские граждане.

26 июня — Эль-Кувейт, Кувейт: при нападении смертника погибают по меньшей мере 27 человек.

22 мая — Эль-Катиф, Саудовская Аравия: двое смертников убивают по меньшей мере 21 человека.

21 марта — Сана, Йемен: Бомбисты-смертники убивают по меньшей мере 137.

18 марта — Тунис, Тунис: Вооруженные нападавшие убивают 19 туристов-иностранцев.

Они могут свободно передвигаться в малонаселенных районах за пределами того, что в военных учебниках называется «зоной контроля», но вряд ли сумеют эти территории защитить.

В то же время не до конца понятно, какое именно количество людей оказалось на территориях, которые полностью или частично находятся под контролем ИГ в Сирии и Ираке.

В марте 2015 года президент Международного комитета Красного Креста Петер Маурер считал, что их число превышает 10 миллионов.

В тех областях, где ИГ воплотила в жизнь свое бескомпромиссное понимание законов шариата, женщины обязаны полностью закрывать лицо, публичные обезглавливания стали привычным зрелищем, а немусульмане должны выбирать между уплатой специального налога, переходом в ислам или смертью.

Что происходит за пределами Ирака и Сирии?

До конца 2015 года ИГ стала брать ответственность за нападения за пределами контролируемой ею территории.

Ее «дочернее предприятие» (политологи и журналисты часто употребляют принятые в бизнесе термины для характеристики взаимоотношений между различными группировками) — группа «Вилайат Синай» из Египта заявила, что уничтожила российский пассажирский самолет над Синайским полуостровом, убив 224 человека.

ИГ также взяла ответственность за двойной взрыв в столице Ливана Бейруте, который убил по меньшей мере 41 человека.

Ливанские боевики из военизированной шиитской группировки «Хезболла» сражаются в соседней Сирии на стороне врага ИГ — президента Башара Асада.

И, наконец, 13 ноября, 132 человека убиты в серии нападений на Париж.

Группировка ИГ заявило, что это она организовала парижские атаки. Президент Франсуа Олланд назвал эти нападение актом войны. Французская авиация нанесла удары по позициям «Исламского государства» в Сирии.

Сколько бойцов сражается за ИГ?

В феврале 2015 директор Национальной разведки США Джеймс Клэппер сказал, что за ИГ воюют «где-то между 20 и 32 тысячами бойцов» в Ираке и Сирии.

Но он также отметил, что ряды ИГ «существенно поредели» после начала авиаударов, которые наносит возглавляемая США коалиция с августа 2014 года.

В июне 2015 заместитель госсекретаря США Энтони Блинкен отметил, что в результате авиаударов убиты более 10 000 боевиков ИГ.

Для компенсации потерь «Исламское государство» прибегла к насильственного набора в армию.

Иракский эксперт Хишам аль-Хашими считает, что только треть солдат ИГ являются ее убежденными сторонниками, другие же были вынуждены вступить в армию или из страха, или по принуждению.

При этом значительное число боевиков ИГ не является ни иракцами, ни сирийцами.

В октябре 2015 директор Национального центра по борьбе с терроризмом США Николас Расмуссен заявил в Конгрессе, что в рядах ИГ борется более 28 тысяч иностранцев. Из них минимум 5000 приехали из стран Запада, включая около 250 — из США.

Исследования, проведенные лондонским Центром по изучению радикализации и политического насилия, показывают, что большинство иностранных бойцов ИГ происходят из арабских стран, таких как Тунис, Саудовская Аравия, Иордания и Марокко.

Каким оружием вооружены ИД?

Боевики ИГ имеют в своем распоряжение достаточно широкий спектр легких и тяжелых вооружений, включая пикапы с установленными в кузове пулеметами, ракетные установки, средства противовоздушной обороны и переносные зенитные ракетные установки.

Кроме того, им удалось захватить танки и бронемашины в сирийской и иракской армий. Среди боевой техники, захваченной в иракской армии, оказались и американские военные вездеходы Humvee и бронемашины с усиленной противоминной защитой, изначально разработанные для армии США.

Некоторые из них боевики ИГ набивали взрывчаткой и использовали в терактах с катастрофическими результатами.

Бытует мнение, что ИГ максимально диверсифицировало схему поставок оружия, что обеспечивает постоянный приток нового оружия.

Благодаря значительным запасам современных вооружений ИГ смогла оттеснить курдское ополчение пешмергу в августе 2014 и иракскую армию из Рамади в мае 2015 года.

Откуда ИГ берет деньги?

На подконтрольной территории боевики ИГ собирают налоги и контролируют торговлю

«Исламское государство», возможно, является самой богатой террористической группировкой в мире.

Сначала она существовала на пожертвования богатых частных доноров и исламских благотворительных организаций на Ближнем Востоке, которые стремились сместить сирийского президента Башара Асада.

Хотя этот источник, как и ранее, используется, например, для того, чтобы оплачивать дорогу в Сирию иностранных боевиков, но, в основном, ИГ перешла на самофинансирование.

Министерство финансов США считает, что в 2014 году доходы ИГ могли составлять несколько миллионов долларов в неделю, или около 100 миллионов долларов за год.

Эти деньги группировки получало от продажи сырой нефти и нефтепродуктов местным посредникам, которые, в свою очередь, контрабандой переправляли их в Турцию и Иран, или же продавали их правительству Сирии.

Однако целенаправленные удары по нефтяной инфраструктуре привели к тому, что эти доходы сейчас значительно сократились.

Кроме того, выкупы за похищенных заложников в 2014 году составили еще 20 млн долларов, еще несколько миллионов были в той или иной форме конфискованные у людей, оказавшихся на подконтрольных боевикам территориях.

Похищенных девушек и женщин продают в сексуальное рабство, это тоже приносит финансовый доход.

Почему ИГ рекламирует свою жестокость?

Публикация видео и фотографий обезглавливания привела к тому, что много солдат в армиях Ирака и Сирии дезертировали от страха перед боевиками ИГ

Члены ИГ принадлежат к экстремальной ветви суннитского ислама и считают себя единственными истинными правоверными мусульманами.

Они утверждают, что остальная часть мира населена неверными, которые хотят уничтожить ислам и это, с их точки зрения, оправдывает нападения как на других мусульман (например, шиитов, суфиев и т.д.), так и на немусульман.

Обезглавливание, распятие или массовые расстрелы призванные внушить ужас врагам.

Джихадисты считают, что эти действия оправданы в Коране и Хадисах (высказываниях пророка, затрагивающие религиозно-правовые стороны жизни мусульман), однако многие мусульмане эти утверждения категорически отвергают.

Даже лидер «Аль-Каиды» Айман Завахири отмежевался от действий ИГ в Сирии в 2014 году.

Десять лет назад, в 2005 году Завахири предупреждал Заркави, что из-за своей жестокости он потеряет «сердца и души мусульман».


<a href="http://news2.info/chto-takoe-islamskoe-gosudarstvo-ig-podrobnaya-analiticheskaya-statya/" target="_blank" title="Последние важные новости Мира - Что такое «Исламское государство» (ИГ) — подробная аналитическая статья">Последние важные новости Мира - Что такое «Исламское государство» (ИГ) — подробная аналитическая статья</a>

[url=http://news2.info/chto-takoe-islamskoe-gosudarstvo-ig-podrobnaya-analiticheskaya-statya/]Последние важные новости Мира - Что такое «Исламское государство» (ИГ) — подробная аналитическая статья[/url]

* Копирование материалов без индексируемой обратной гиперссылки на этот сайт - ЗАПРЕЩЕНО!

news2.info

Убийство двух заложников-японцев группировкой ИГ («Исламское государство»)

Инцидент с захватом в заложники граждан Японии по имени Юкава Харуна и Гото Кэндзи группировкой, именующей себя «Исламское государство» (далее ИГ, действующая на территории Ирака и Сирии вооруженная экстремистская группировка, связанная с Аль-Каидой), несмотря на все усилия, предпринятые правительствами Японии и Иордании с целью добиться их освобождения, закончился самым худшим образом: сначала один, а затем и другой были убиты. Захват заложников является недопустимым варварским актом, которому не может быть оправданий.

Строго соблюдать правила международного сообщества: не уступать террористам и не торговаться

Для того, чтобы понять во всех подробностях, что же происходило на самом деле в этой ситуации с захватом заложников, придётся подождать результатов расследования и проверки фактов, которые ещё только предстоит провести. Тем не менее, не дожидаясь окончательных докладов о произошедшем, уже сейчас можно утверждать, что трагедия выявила задачи и проблемы, с которыми сталкивается Япония в мире, где продолжаются акты терроризма.

В целом ситуация с захватом и убийством заложников развивалась следующим образом:

2014 год, вторая декада августа Юкава Харуна захвачен экстремистской группировкой ИГ на территории Сирии
третья декада октября Гото Кэндзи пропал без вести на территории Сирии
2015 год, 16 января Премьер-министр Японии Абэ Синдзо отправился в ближневосточное турне, в ходе которого нанёс визиты в 4 страны региона.
17 января Премьер-министр Абэ выступил с речью в Каире. Он объявил о выделении Японией безвозмездной помощи в размере 200 млн. долларов для облегчения условий, в которых находятся беженцы, а также на другие гуманитарные нужды Ближневосточного региона.
20 января, вторая половина дня Группировка ИГ опубликовала в сети Интернет видеозапись с требованием к правительству Японии в течение 72 часов уплатить выкуп в размере 200 млн. долларов за освобождение Юкавы и Гото, угрожая убить заложников в случае отказа.
20 января, вечер Премьер-министр Абэ Синдзо выступил на пресс-конференции в Иерусалиме с резким осуждением действий террористов.
21 января Абэ Синдзо завершил ближневосточное турне и вернулся на родину
23 января Совет национальной безопасности Японии провёл заседание, на котором обсуждались ответные меры.
24 января Группировка ИГ опубликовала в сети Интернет фотографию убийства Юкавы. В обмен на освобождение Гото Кэндзи террористы потребовали освободить приговорённую к смертной казни в Иордании заключённую Саджиду ар-Ришауи.
27 января Террористы потребовали обменять Гото на приговорённую к смерти заключённую в течение 24 часов.
29 января Террористы потребовали доставить заключённую на границу с Турцией для обмена на Гото.
1 февраля Опубликована видеозапись убийства Гото.
Премьер-министр Абэ выступил с заявлением: «Мы решительно не потерпим террора».

Прежде всего, в отношении действий японского правительства следует отметить, что оно совершенно недвусмысленно продемонстрировало свою позицию – предпринимая всё возможное для защиты жизни граждан своей страны, вместе с тем придерживаться основополагающего принципа, принятого международным сообществом: не уступать требованиям террористов и не вести переговоров с террористическими организациями. Эти принципы основываются на политике борьбы с терроризмом, изложенной в итоговой декларации саммита лидеров семи ведущих промышленно развитых государств (саммита «Большой семёрки») 1973 года, а также соответствуют содержанию Резолюции 1904 Совета Безопасности Организации Объединённых Наций. Принципы предусматривают полный и категорический отказ от уплаты выкупа террористам за заложников.

Кроме того, после возникновения ситуации с захватом заложников премьер-министр Абэ неоднократно обозначил позицию правительства: «Мы не склонимся перед террором». Ситуацию можно считать ещё одним подтверждением в пользу того, что в условиях глобализации международного сообщества Япония не может действенно противостоять терроризму в одиночку, а залогом успеха в этой борьбе является именно единство с международным сообществом. После убийства Гото премьер-министр Японии, заявив о решительном неприятии терроризма: «Мы категорически не потерпим террора», одновременно объявил о намерении выделить дополнительную гуманитарную помощь странам Ближнего Востока.

Ранее, когда произошёл захват гражданина нашей страны исламской экстремистской группировкой «Талибан», хотя и звучали громкие высказывания о «личной ответственности» захваченного в заложники, важнейшим элементом дискуссий стало безусловное подтверждение того, что именно соблюдение основополагающего принципа является долгом Японии как демократического государства. К тому же, не следует забывать опыт событий 1977 года, когда во время кризиса с угоном самолета авиакомпании Japan Airlines в Дакку находившийся в то время на посту премьер-министра Фукуда Такэо пошел на уплату выкупа и «надзаконные» действия по передаче шести заключённых и обвиняемых лиц, мотивируя это тем, что «груз ответственности за жизни людей тяжелее всей планеты». Эти шаги Японии вызвали жёсткую критику со стороны международного сообщества.

Действия СНБ в обстановке, когда террористы обозначили своей целью Японию и японцев

Ещё одно следствие нынешней трагедии состоит в том, что в результате её складывается впечатление – впредь фактической целью террористической деятельности ИГ будут не только страны Запада, но и Япония. При этом, во время действий по освобождению захваченного в заложники Гото для Японии дополнительным осложняющим фактором послужило то, что в ситуацию были вовлечены не только правительство Японии и группировка ИГ, но и правительство Иордании, поскольку условием освобождения был выдвинут обмен на приговорённую к смертной казни преступницу из исламской экстремистской группировки, находившуюся в иорданской тюрьме.

Поскольку нельзя исключать возможности возникновения ситуаций подобного рода с похищениями или захватом заложников не только в странах Ближнего Востока, но и в государствах Азии, где исповедуют ислам, которые посещает множество японских туристов, срочную необходимость представляет собой задача по расширению и усилению консульской службы, которая находится на переднем крае работы по усилению мер предотвращения терроризма, сбора информации и непосредственного отстаивания интересов.

В нынешних трагических событиях центром сбора информации и принятия решений об ответных мерах выступил приступивший к исполнению своих функций в декабре 2013 года аппарат Совета национальной безопасности. И хотя существует необходимость проверить, насколько полную информацию о событиях ему удавалось получить, тот факт, что информация о положившем начало всем последовавшим событиям захвате Юкавы была получена на раннем этапе развития кризиса, а также то, что на протяжении почти полугода не было допущено утечек информации, свидетельствует, что в определённой мере этот орган справился со своими функциями по сбору и обработке информации.

Раньше, до учреждения Совета национальной безопасности, в аналогичных ситуациях возникала информационная неразбериха, а также наблюдалось отсутствие единого руководства, вызывавшие шквал критики. В обстановке, когда повышается вероятность того, что целью террористов станет Япония и японцы, вполне обоснованно утверждать, что именно функции по сбору и обработке информации, подобные тем, которые выполнял аппарат СНБ, исключительно важны для действий в кризисных ситуациях.

Срочно усилить меры по защите наших граждан

Первого февраля в ходе пресс-конференции, состоявшейся после убийства Гото, генеральный секретарь кабинета министров Японии Суга Ёсихидэ, отвечая на вопрос о том, следует ли считать, что Япония вступила в войну с терроризмом, воздержался от прямого ответа, подчеркнув необходимость «усиления антитеррористических мер». Однако террористическая угроза со стороны ИГ абсолютно реальна, и это позволяет говорить о резком повышении уровня опасности.

Когда граждане нашей страны, находясь за рубежом, попадают в различные чрезвычайные ситуации и происшествия, в том числе и связанные с терроризмом, ключевыми фигурами в работе по преодолению ситуации являются прежде всего сотрудники консульской службы Министерства иностранных дел, а также посольств и консульских учреждений нашей страны за рубежом. Однако численность персонала, занятого выполнением задач консульской службы непосредственно в аппарате министерства, составляет около 150 человек, а в зарубежных дипломатических учреждениях — не более 450. Этого явно недостаточно.

В январе 2013 года, сразу после начала работы второго кабинета министров под руководством Абэ Синдзо, произошёл террористический акт против граждан нашей страны в Алжире: в результате атаки на крупное предприятие по добыче и переработке природного газа были убиты 10 сотрудников японской корпорации «Никки» (JGC Corporation). После этого возникла тенденция к сокращению численности японского персонала за рубежом, и тем не менее, по состоянию на октябрь 2013 года (по данным опроса МИД Японии), количество действующих в ближневосточном регионе японских предприятий составило около 680, а численность связанных с этими предприятиями частного сектора сотрудников за рубежом — 3 370 человек. В свою очередь, в северной части Африки и регионе Сахель соответствующие показатели составляют 580 компаний и приблизительно 1 360 человек.

В особенности следует отметить, что в Алжире, служащем базой организации «Аль-Каида в странах исламского Магриба» (AQIM) работают около 270 человек, а в Пакистане, служащем базой «Движению талибов в Пакистане» (TTP) находятся приблизительно 920 граждан нашей страны. К тому же, в Нигерии, где действует группировка «Боко Харам», число наших граждан достигает 190 человек.

Реальность состоит в том, что эти граждане нашей страны, находящиеся за рубежом, постоянно подвергаются угрозе терроризма, и в связи с этим расширение консульской службы является срочной задачей по усилению антитеррористических мер в свете той трагедии, жертвами которой стали наши граждане в результате нынешних событий.

Группировка, именующая себя «Исламское государство» — отнюдь не государство

Средства массовой информации Японии в своих материалах, посвящённых исламистской экстремистской организации, совершившей акт террора в отношении японских граждан, используют обозначение «Исламское государство». На деле же те, кто именуют себя «Исламским государством», государством решительно не являются. Правительство Японии, равно как и правительства стран Северной Америки и Европы, пользуются аббревиатурами IS или ISIL, образованными от англоязычного написания самопровозглашённого наименования «Исламское государство (Ирака и Леванта)».

В то же время в японских средствах массовой информации употребляется название «Исламское государство», которое берут в кавычки, чтобы обозначить, что на самом деле это «государство» таковым отнюдь не является. Американские издания «Нью-Йорк Таймс» и «Вашингтон Пост», а также британская вещательная корпорация BBC используют слова Islamic State.

Премьер-министр Японии Абэ Синдзо, выступая 30 января на заседании бюджетного комитета палаты представителей национального парламента, отвечая на депутатский вопрос, отметил: «(ИГ) может создавать впечатление, что они являются представителями исламского мира и признаны международным сообществом как государство, и это крайне неприятно». 29 января представитель группы арабских дипломатов, выступая на экстренной пресс-конференции в Токио, подчеркнул: «Называть террористическую организацию ИСИЛ „Исламским государством” — это заблуждение». При этом представитель особо отметил: «Палестинцев насчитывается 12 миллионов человек, однако никто до сих пор не называет их государством», подчеркнув: «Двухсоттысячная ИСИЛ решительно не является государством».

Японскому обществу, где не слишком хорошо разбираются в реалиях исламского мира и стран Ближнего Востока, следует избегать ошибочного восприятия группировки исламских экстремистов в качестве государства, как бы они сами себя ни именовали.

(Оригинал статьи на японском языке опубликован 2 февраля 2015 г.)

www.nippon.com

Террористическая группировка ИГ взяла на себя ответственность за теракт в Нью-Йорке

Ранее сообщалось, что выходец из Узбекистана Сайфулло Саипов, атаковавший в минувший вторник мирных граждан на Манхеттене (Нью-Йорк, США), имел при себе записку, в которой утверждалось, что он действовал в поддержку запрещенной в РФ террористической организации «Исламское государство» (ИГ). 

Как сообщает в пятницу РБК, со ссылкой на Reuters, члены группировки распространили заявление, в котором признали Саипова «одним из воинов халифата».

По данным ФБР, которые приводит «РИА Новости», в сотовом телефоне террориста были обнаружены пропагандистские материалы ИГ: порядка 90 видеороликов и почти 4 тыс. фотографий совершенных боевиками казней, изображениями символики группировки и ее главаря.

Напомним, 31 октября, в 15:05 по местному времени (22:05 мск), на юго-западе Манхэттена 29-летний уроженец Узбекистана Сайфулло Саипов, управляя грузовиком-пикапом, на высокой скорости проехал несколько кварталов по выделенной полосе для велосипедистов, давя всех встречных. Жертвами террориста стали 8 человек, а еще 12 получили тяжелые ранения. Затем он остановился, врезавшись в школьный автобус, и выскочил из кабины с двумя пистолетами в руках, как оказалось – пневматическими. Полицейские открыли по нападавшему огонь, он был был ранен и доставлен в больницу.

Американские власти признали произошедшее терактом. При Саипове была обнаружена записка, в которой утверждалось, что он действовал в поддержку террористической группировки «Исламское государство» (ИГ, запрещена в РФ). В настоящее время идет суд по данному делу. В случае признания виновным, террористу грозит смертная казнь или пожизненное заключение.

Впоследствии стало известно, что Саипов приехал в 2010 году в Соединенные Штаты, получив вид на жительство благодаря лотерее грин-кард. В связи с этим президент США Дональд Трамп раскритиковал программу визовой лотереи, заявив, что Белый дом инициирует в Конгрессе процесс отмены этой практики. «Мы должны избавиться от лотерейной программы как можно скорее», – подчеркнул он.

Кроме того, Трамп заявил, что Саипов на суде не демонстрирует раскаяния и заслуживает смертной казни.

Источник: РБК

glavportal.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о