Содержание

«Если придется, будем драться»: что ждет афганских женщин при талибах

15 августа боевики движения «Талибан» (признано в России террористической организацией и запрещено) без боя захватили столицу Афганистана Кабул. В 1996–2001 годах они уже правили страной — это время многим запомнилось как период тотального бесправия женщин. За годы, прошедшие после падения режима талибов, афганские женщины начали получать высшее образование и заниматься бизнесом, вошли в парламент, смогли занять высокие государственные посты. Разбираемся, что ждет их теперь

В 2016 году дизайнер Хасина Аймак представила на шоу в Милане коллекцию, вдохновленную традиционными афганскими мотивами. В некоторых предметах одежды можно было разглядеть вариации на тему паранджи — многие тогда критиковали дизайнера за вольное обращение с этим предметом гардероба, который она превратила в вышитое платье с декольте. Аймак вдохновлялась примером своей матери: в 1990-е годы при талибах, несмотря на запрет работать, она тайно шила у себя дома вещи, в которых нельзя было выйти на улицу, но можно было почувствовать себя хоть немного свободной. В отличие от матери, Хасина смогла поступить в Карданский университет в Кабуле, получить степень MBA и превратить тайное искусство в бизнес, дающий работу более чем ста женщинам — портнихам и вышивальщицам — по всему Афганистану.

Теперь все может измениться. К власти в стране вновь пришли талибы, и не исключено, что обязательное ношение паранджи и запрет на работу для женщин вернутся. В ожидании этого, как сообщает The Guardian, цены на паранджу выросли в десятки раз — вслед за резко подскочившим спросом.

Талибы захватили Афганистан без боя в воскресенье 15 августа. Президент Ашраф Гани бежал. Посольства начали эвакуацию сотрудников. Несколько человек погибли во время паники в аэропорту Кабула, откуда тысячи людей пытаются покинуть страну.

Талибы захватили Афганистан, президент покинул страну. Главное

Сами представители движения «Талибан» призвали граждан — в том числе женщин —  вернуться на работу и пообещали не вмешиваться в повседневную жизнь афганцев.   В мае официальный представитель движения Забихулла Муджахид заявил, что «Талибан» примет законы, обеспечивающие участие женщин в общественной жизни: «Цель — дать женщинам возможность внести свой вклад в жизнь страны в мирной и защищенной среде».

Однако в начале июля в Кандагаре боевики движения выгнали женщин из офисов банка Azizi — их сопроводили домой и велели не возвращаться. «Я выучила английский и даже научилась работать с компьютером, но теперь мне придется искать место, где я смогу работать в женском коллективе», — прокомментировала случившееся одна из сотрудниц, 43-летняя Нур Хатера.

Запрет на работу — один из многих, действовавших в отношении женщин при талибах в 1996–2001 годах. Amnesty International перечисляет остальные: женщинам было запрещено учиться, выходить из дома без сопровождения родственника-мужчины (это мог быть даже ребенок: у четырехлетнего мальчика прав было больше, чем у взрослой женщины), демонстрировать кожу (например, носить сандалии), обращаться к врачам-мужчинам (а других в отсутствие образования для женщин фактически не было), заниматься политикой, публично выступать. За нарушения следовали жестокие наказания вплоть до ударов плетьми и побивания камнями. В 1996 году в Кабуле женщине отрезали кончик большого пальца за нанесение лака для ногтей.

В последние месяцы из разных районов Афганистана поступают сообщения (проверить их, впрочем, не всегда возможно) о новом наступлении на свободу женщин. Так, Associated Press сообщает о девушках из провинции Тахар, которые были избиты за ношение сандалий. А пишущее об афганских женщинах Rukhshana Media — о приказе мечетям провинции Бамиан составить списки вдов и молодых незамужних женщин. Местные жители опасаются, что им могут грозить принудительные браки с боевиками «Талибана».

JALIL REZAYEE·EPA·ТАСС

Брак

Такие браки — ООН трактует их как вид сексуального насилия и военное преступление — стратегия, направленная на вербовку новых боевиков. Министерство по делам беженцев и репатриации Афганистана получает сообщения об убийствах талибами гражданских мужчин и о принуждении женщин и девочек к браку (проверить их пока не представляется возможным). Среди перемещенных лиц, бежавших от наступления боевиков, — всего их около 1 млн за последние три месяца — 70% составляют женщины.

Нельзя сказать, что насилие и принудительные браки практикуют исключительно талибы. В 2015 году в сети распространилось видео, снятое предположительно в сельской местности провинции Гор, на котором группа афганских мужчин забивает камнями женщину, якобы уличенную в измене.

В городах женщины свободнее, но и там они не всегда могут распоряжаться своей жизнью. Rukhshana Media рассказывает о женщинах, которые были выданы замуж за мужчин по выбору своих родителей, а спустя несколько лет решились на развод. Они были отвергнуты своими семьями и друзьями в соответствии с пословицей «Женщина покидает родительский дом в белом свадебном платье и вернуться может только в белом саване». Оказаться изгоем можно, даже просто оставшись круглой сиротой без родственников-мужчин.

Тем не менее до недавнего времени у вдов, разведенных и просто одиноких женщин была возможность жить независимо — даже в консервативных сельских районах некоторые находили способы работать на дому. Точной статистики о количестве афганских женщин, не имеющих мужчины-опекуна, нет, но считается, что в городах счет может идти на тысячи. Какой будет их жизнь при талибах, неизвестно: как пишет Rukhshana Media, многие опасаются, что или окажутся буквально запертыми в домах, или будут выданы замуж насильно.

Образование

Девочки составляют меньшинство в афганских школах: согласно отчету, опубликованному Специальным генеральным инспектором по восстановлению Афганистана в феврале, их всего 3,5 млн из примерно 9 млн афганских школьников. Тем не менее с 2005 по 2017 год доля грамотных девочек выросла с 20% до 39%. Однако в районах, где позиции талибов оставались крепкими, девочки, получающие образование, сталкивались с многочисленными препятствиями.

Исследовательница Эшли Джексон, содиректор Центра изучения вооруженных групп при Институте зарубежного развития Королевского колледжа Лондона, рассказывает, как устроено школьное образование в районах, контролируемых талибами. По достижении полового созревания девочки могут учиться только при соблюдении следующих условий: классы для них должны располагаться в отдельном здании, окруженном стеной, преподавать им могут только женщины, школа должна обеспечить ученицам отдельное транспортное средство. В ряде школ ученицам предписывается ходить в чадре или парандже и запрещено пользоваться мобильными телефонами. Но даже в тех школах, которые выполняли все эти условия, учителя и ученицы подвергались давлению и запугиваниям. «В ходе этого исследования не удалось выявить ни одной средней школы для девочек, открытой в районе, находящемся под сильным влиянием или контролем «Талибана». <…> Отвечая на вопрос о наличии действующей средней школы для девочек в районе, контролируемом талибами, представитель движения указал на район Шерзад в Нангархаре, где, по его словам, талибы помогли общине открыть среднюю школу для девочек. Факт существования этой школы не удалось подтвердить, несмотря на многочисленные попытки сделать это», — пишет Джексон.

Малала Юсуфзай: «В тот день умерли все мои страхи»

Что касается высшего образования, то «за последние несколько лет был достигнут поразительный прогресс как в изменении высшего образования, так и в улучшении положения женщин-студенток и женщин-преподавателей», — пишут в статье 2019 года исследователи из Университета Массачусетса в Амхерсте. С 2001 по 2016 год количество женщин-студенток выросло с нуля до 28%, количество женщин-преподавателей — до 14%. В 2009 году была принята политика в отношении сексуальных домогательств в высших учебных заведениях, в 2015-м она была дополнена и расширена. В 2013 году была принята Стратегия по достижению гендерного равенства в высшем образовании. По всей стране строились женские университетские общежития. Как сообщают очевидцы, в воскресенье в Кабуле полиция начала эвакуировать жительниц общежитий, опасаясь агрессии со стороны талибов. Студентки, приехавшие в столицу из разных уголков страны, были вынуждены добираться домой самостоятельно.

Paula Bronstein·Getty Images

Заместитель регионального директора благотворительной организации CARE International в Кабуле Марианна О’Грейди надеется, что, несмотря на захват страны талибами, сильного отката назад в женском образовании не будет: «Невозможно «разобразовать» миллионы людей… Женщины… по крайней мере, могут обучать [на дому] своих двоюродных сестер, соседок и собственных детей — что было невозможно 25 лет назад». Однако талибы не просто ограничивают доступ женщин к образованию — они навязывают альтернативу в виде медресе, религиозных школ, в которых мужчины, сидя в кабинках за занавесками, учат девочек основам ислама и прививают им ценности движения «Талибан».

Медицина

Запрет на образование и на общение с посторонними мужчинами лишает женщин доступной медицинской помощи. Несмотря на то что после захвата Афганистана талибами в 1996 году некоторым медсестрам и женщинам-врачам было позволено продолжить работу, они подвергались давлению со стороны новых властей. В свою очередь, женщины, обращавшиеся за медицинской помощью, могли столкнуться с агрессией — например, если пытались добраться до больницы без сопровождающего-мужчины.

При этом военные действия только увеличивают нагрузку на медицинские учреждения. «У нас в больнице была только одна беременная женщина, но на следующий день, после того как боевые действия немного утихли, к нам удалось добраться десяти беременным женщинам, — говорит координатор «Врачей без границ» Сара Лихи. — Мы обеспокоены тем, что женщинам приходится рожать дома без медицинской помощи в том случае, если у них развиваются осложнения».

В районах, охваченных насилием, женщины составляют наиболее уязвимую группу. По данным ООН, в первой половине 2021 года в Афганистане было убито и ранено больше женщин и детей, чем за первые шесть месяцев любого года начиная с 2009-го. Представители органов здравоохранения западного Афганистана говорят, что за последние четыре месяца в больницы обратилось более 6000 человек, 80% из которых — женщины.

В условиях военного конфликта растет риск психических заболеваний, и здесь большинство пациентов — также женщины. Исследование, проведенное в 2003 году, вскоре после свержения режима талибов, показало, что у людей, живущих в контролируемых боевиками районах, гораздо чаще диагностируется депрессия и регистрируются суицидальные намерения, причем негативные последствия для женщин оказываются сильнее.

Переговоры и война

«Они придут за такими, как я, и убьют меня. Но я не могу покинуть семью. Да и куда мне идти?» — рассуждает Зарифа Гафари, мэр города Майдан-Шар в провинции Вардак. Гафари знает, о чем говорит: ее отца застрелили в прошлом году, сама она также пережила несколько покушений. Теперь, после захвата большей части страны талибами, у женщин-политиков, похоже, не осталось шансов, хотя Гафари и старается верить в лучшее: «Молодежь видит, что происходит. У них есть социальные сети, они общаются. Думаю, они и дальше будут бороться за прогресс и наши права».

«Я знаю, что меня когда-нибудь застрелят»: как Зарифа Гафари стала мэром в консервативной провинции Афганистана

Одной из тех, кто пытался договориться с талибами о прогрессе и правах, была политик и правозащитница Фаузия Куфи (в 2014 году она собиралась баллотироваться в президенты, но не прошла возрастной ценз). В 2019 году Куфи приняла участие в так называемых внутриафганских переговорах между представителями «Талибана» и афганской общественности (талибы отказались от официальных переговоров с правительством Ашрафа Гани, которого считали марионеткой США). Многие относились к этому процессу с оптимизмом: например, предпринимательница и политик Закия Вардак написала для The Washington Post колонку, в которой утверждала, что только такие переговоры смогут принести в Афганистан долгожданный мир. «Учитывая, что мой народ страдал от войны более четырех десятилетий, я думаю, что всеобщее желание — достойный мир, и у меня нет иного выбора, кроме как быть осторожным оптимистом», — соглашалась Куфи, пережившая за время переговоров покушение. Однако к марту 2021 года стало понятно, что «Талибан» не готов слышать женщин. «В их переговорной команде нет женщин, и в женской повестке они видят лишь источник проблем», — считает бывший парламентарий и правозащитница Шукрия Баракзай. Куфи подтвердила, что женщины не рассматриваются как значимые участники переговорного процесса — их присутствие носит скорее символический характер.

HEDAYATULLAH AMID·EPA·ТАСС

История Рулы Джабраил: как палестинская сирота стала влиятельным политическим журналистом и борцом за права женщин

Пока одни пытаются договориться с талибами, другие готовятся защищаться с оружием в руках — как глава округа Чаркинт в провинции Балх Салима Мазари. Она заняла эту должность в 2018 году и с тех пор регулярно руководила военными операциями. Она сумела привлечь в добровольческие отряды более 600 человек и уговорила 125 талибов сдаться. По словам Мазари, в основном это молодые люди, которым промыли мозги и отправили в лагерь подготовки в Пакистан, — она даже хлопотала, чтобы правительство помогло им с трудоустройством. Как и Гафари, и Куфи, и Баракзай, Мазари пережила несколько покушений. Если ее район будет захвачен талибами, они не потерпят женщину на руководящем посту (к тому же принадлежащую к шиитской общине). Но пока что Чаркинт — один из немногих районов, не захваченных «Талибаном».

Женщины берутся за оружие и в других регионах Афганистана — например, в провинциях Гор и Джаузджан. В Джаузджане женщины собирались в ополчения еще во время Афганской войны 1979–1989 годов, затем противостояли силам талибов в 2010-х. В Горе в 2020 году 15-летняя Камар Гюль застрелила двоих и ранила еще одного боевика из числа напавших на ее дом.

«Женщины никогда не поднимут оружие против нас. Они беспомощны и будут побеждены. Они не могут драться», — заявил официальный представитель «Талибана» Забихулла Муджахид. «Нам не оставили выбора, — говорит 20-летняя жительница Джаузджана. — Если придется, будем драться». В борьбе с талибами у нее есть небольшое преимущество: боевики считают позором смерть от руки женщины. «Они нас боятся», — говорит она.

Талибы берут власть в Афганистане. Почему Кабул пал так быстро?

  • Григор Атанесян
  • Би-би-си

Подпишитесь на нашу рассылку ”Контекст”: она поможет вам разобраться в событиях.

Автор фото, EPA

Подпись к фото,

Талибы оказались гораздо боеспособнее вооруженной США афганской армии

Скорость наступления талибов застала врасплох афганское правительство и международное сообщество. Никто не ожидал, что Кабул падет еще до окончания вывода американских войск и их союзников.

Как “Талибан” (запрещенная в России экстремистская организация) захватил весь Афганистан за несколько месяцев — и почему вооруженная и обученная странами НАТО афганская армия его не остановила?

Русская служба Би-би-си называет основные причины случившегося.

Как «Талибан»* захватил контроль над районами и центрами провинций

Серия карт, показывающих, как менялась власть в провинциях Афганистана

Серия карт, показывающих, как менялась власть в провинциях Афганистана в июле-августе 2021

9 июля

Источник: Би-би-си. Провинции указаны в границах, определенных в 2005 г. * «Талибан» признан террористической организацией в России и запрещен.

Коррупция и утрата боевого духа

«Мы потратили больше триллиона долларов за 20 лет. Мы обучили и вооружили новейшей техникой больше 300 тыс. [человек] афганских сил”, — заявил президент США Джо Байден на прошлой неделе.

Только американские вливания в армию Афганистана за 20 лет составили 83 миллиарда долларов.

300 тыс. человек — это официальная численность личного состава силовых структур на службе правительства Афганистана: армии, военно-воздушных сил и полиции.

  • «Эффект домино». Как Россия пытается уберечься от последствий вывода войск США из Афганистана

Основные силы талибов, по подсчетам исследователей военной академии США в Вест-Пойнте, составляют около 60 тыс. человек; разные источники приводят оценку в 75-80 тыс. человек.

Автор фото, EPA

Подпись к фото,

Многие провинции Талибан взял без боя

Но на деле даже руководство афганской армии никогда не знало точную численность войск в своем распоряжении, считает Джек Уотлинг из Королевского объединенного института оборонных исследований.

Набор в правительственную армию никогда не был полным, и она всегда страдала от дезертирства, коррупции, высоких потерь и низкого боевого духа. Некоторые командиры присваивали себе зарплаты солдат, которые служили только по документам, рассказывает корреспондент Би-би-си по вопросам обороны Джонатан Бил.

Министерства обороны и внутренних дел были знамениты своей коррупцией, пишет корреспондент журнала Foreign Policy Линн О’Доннелл. По ее сведениям, полицейские месяцами не получали зарплат, военные жаловались на постоянные задержки выплат.

Американцы и их союзники недооценили влияние коррупции на обороноспособность страны, сказал в интервью телеканалу Си-эн-эн отставной адмирал ВМС США Майк Маллен. Он считает, что она стала не единственным, но ключевым фактором в поражении афганской армии.

Автор фото, Pool

Подпись к фото,

Президент США Джо Байден защищает свое решение вывести войска из Афганистана

Афганских военных часто отправляли служить в чужие для них районы страны, где у них нет знакомых и родственников, и это одна из причин, почему они сдавали позиции без боя — мужчины стремились вернуться домой и защитить свою семью.

Американцы и их союзники совершили ошибку, пытаясь создать в Афганистане регулярную армию по западному образцу, сказал в интервью адмирал ВМС США в отставке Джеймс Ставридис. Он считает, что вместо нее нужно было создавать мобильные отряды, больше похожие на талибов — и менее зависящие от новейшей техники и поддержки с воздуха.

Легитимность действовавшей власти

Автор фото, Reuters

Подпись к фото,

Президента Ашрафа Гани обвиняли в коррупции и нарушениях на выборах

Вездесущая коррупция — лишь один из факторов, которые привели к тому, что значительная часть афганского общества не считала легитимной власть президентов, избранных после американского вторжения — Хамида Карзая и Ашрафа Гани.

Гани был избран на второй срок в результате выборов 2019-2020 годов, которые затянулись на несколько месяцев и сопровождались обвинениями в нарушениях.

В голосовании участвовало меньше 2 млн избирателей — в стране с населением более 30 млн человек. Карзай, предшественник Гани, не посетил его инаугурацию.

Афганские власти не смогли добиться легитимности еще и потому, что выживали только за счет поддержки иностранных сил, считает обозреватель Си-эн-эн Фарид Закария.

В Афганистане, как и в других странах, люди не рады присутствию иностранных солдат на своей земле, а тем более солдат-иноверцев, говорит американский дипломат в отставке Картер Малкасян.

Афганцы гордятся тем, что они изгоняли многих иностранных захватчиков, “Талибан” мог использовать это наследие в своей пропаганде, а зависимое от Вашингтона правительство — нет.

“Для многих мужчин и женщин в Афганистане присутствие США было проблемой. И это дало “Талибану” возможность говорить, что правительство — марионеточное”.

Американские генералы и их британские союзники опирались на доктрину “контрпартизанской войны” (COIN), согласно которой интервенты могли прибавить легитимности непопулярному правительству через инфраструктурные проекты и инвестиции, пишет обозреватель издания Unherd Арис Руссинос.

Это было роковой ошибкой, считает публицист — именно зависимость афганских властей от иностранных держав лишила их широкой народной поддержки.

Пропаганда талибов

Автор фото, EPA

Подпись к фото,

Боевики запугивали местное население — и уговаривали сотрудничать

Талибы в последние годы методично работали с местными населением, стараясь заручиться поддержкой старейшин, чтобы те уговорили солдат сложить оружие.

Боевики выстраивали отношения с общинами в регионах через дезинформацию, угрозы, насилие и обещание помилования в случае сотрудничества, пишут эксперты International Crisis Group.

Войска утратили боевой дух из-за массированной пропаганды «Талибана», сказал в интервью агентству Франс-пресс высокопоставленный чиновник из Шибаргана — второй региональной столицы, взятой талибами.

Он добавил, что большинство силовиков в его городе сложили оружие еще до наступления талибов.

Доходы талибов — от наркоторговли до налогов

Автор фото, AFP

Подпись к фото,

Эксперты говорят, что боевики зарабатывают контрабандой и наркотиками

Хотя ресурсы талибов не могут сравниться с миллиардными инвестициями США, у боевиков есть свои источники дохода. Они зарабатывают на торговле наркотиками, в частности, опиумом, контрабандой, собирают налоги над подконтрольных себе землях и просто вымогают деньги у фермеров и бизнесменов, говорит Камран Бохари из исследовательского центра Newlines Institute.

В 2020 году талибы заработали 464 млн долларов на горнодобывающем производстве, 416 млн — на наркоторговле, 240 млн получили от иностранных доноров, еще 240 — от экспорта товаров, а также собрали 160 млн в налогах, говорилось в закрытом докладе, заказанном НАТО, сообщало “Радио Свобода” (признано в России иностранным агентом).

Огнестрельного оружия в Афганистане очень много еще с советского вторжения. А каждая победа над правительственными войсками в этом году пополняла арсеналы талибов новой техникой, такой как американские внедорожники “Хамви”, приборы ночного видения и артиллерийские орудия.

Умелая дипломатия

Автор фото, AFP

Подпись к фото,

Жители столицы Афганистана пытаются бежать любой ценой, боясь правления талибов

В этот раз талибы добивались контроля над страной не только военными, но и дипломатическими усилиями. У движения нет единого главы — им руководит группа политических лидеров, часть из которых базируется в столице Катара.

Во время встреч в Дохе они убедили американских дипломатов в том, что не будут больше укрывать лидеров “Аль-Каиды”, откажутся от самых жестоких форм насилия и поддержат мирное решение конфликта.

Талибы не сдержали свои обещания — но когда это стало понятно, вывод американских войск уже шел полным ходом, и Байден отказался его останавливать.

“Сегодняшний “Талибан” уже проявил себя искушенным и компетентным дипломатическим игроком как на мировом, так и на местном уровне”, — считает журналист Арис Руссинос.

Политическое руководство движения ведет переговоры с Россией и Китаем и обещает не заниматься экспортом своей борьбы за пределы Афганистана. Делегации талибов принимали китайский и российский министры иностранных дел.

“Талибан видит в Китае источник международной легитимности, потенциального экономического спонсора и средство влияния на Пакистан, союзника Китая, который помог [талибам]”, — пишет корреспондент газеты Wall Street Journal Чао Дэн.

Помощь Пакистана и стран Персидского залива

Именно поддержка Пакистана является ключевым фактором успеха “Талибана”.

Официальный Исламабад заявляет о нейтралитете в отношении гражданской войны в Афганистане, однако эксперты считают, что Пакистан укрывает полевых командиров “Талибана” в горах на севере страны и оказывает им поддержку через свои силовые структуры.

Движение талибов возникло именно в Пакистане как вооруженная оппозиция коммунистическому правительству Афганистана, которое поддерживал СССР.

С самого начала талибам помогала Межведомственная разведка (ISI), так называется основная разведслужба Пакистана, пишет эксперт Центра Карнеги Акил Шах.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Провинция Вазиристан — один из оплотов пакистанских талибов

Сейчас в пакистанской провинции Белуджистан базируется “шура” — высший военно-политический совет талибов.

Пакистанская армия и разведка по-прежнему помогают “Талибану”, считает Шах, свидетельством чего является свободное передвижение бойцов и оружия через границу, возможность лечить раненых боевиков в местных больницах, путешествовать по пакистанским паспортам и вести бизнес в крупных городах.

В случае прихода талибов к власти пакистанские силовики особенно заинтересованы в контроле над афганской разведкой, которую они подозревают в сотрудничестве с их заклятым врагом, Индией.

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к аудио,

и что теперь будет с теми, кто не смог уехать из страны.

Покровительство Пакистанами над талибами неофициально поддерживает и Саудовская Аравия, а саудовские шейхи и бизнесмены финансируют талибов, писала газета New York Times.

Пакистан, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты были единственными государствами, признавшими правительство талибов в 1990-е.

Другая богатая монархия Персидского залива, Катар, предоставила «Талибану» убежище в Дохе, где базируется часть политического руководства движения.

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

«Отрезать руку за кражу». Чего добивается “Талибан” в Афганистане?

Ветераны боевых действий

Человек живет верой, любовью,

надеждой, памятью…

  

15 февраля 1989 года – день вывода советских войск из Афганистана – определен в России Днем памяти воинов-интернационалистов.

Тысячи российских солдат и офицеров в наше мирное время, жертвуя жизнью и здоровьем, исполняют воинский долг, защищая честь и авторитет Родины и подтверждая славу русских воинов как защитников и освободителей угнетенных народов.

Они принимали и принимают участие в различных вооруженных конфликтах: в Северной Корее (1950-53 годы), Венгрии (1956 год), Египте (1962-63, 67, 68, 69-72, 73-75 годы), Вьетнаме (1961-74 годы), Сирии (1967, 70, 72-73, 82, с 2015 года), Мозамбике (1967-69, 75, 79, 84-88 годы), на острове Даманском (март 1969 года), в Бангладеш (1972-73 годы), Анголе (1975-92), Эфиопии (1977-90, 2000 годы), в Афганистане (1978-89 годы, погибло более 15 тысяч человек), Таджикистане (1992, 93-97 годы), Чеченской республике (1994-96 годы), Южной Осетии и Абхазии (8-22 августа 2008 года), и до сих пор, начиная с августа 1999 года, выполняют задачи в ходе контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона.

        Далекие и более близкие к нашему государству географически, эти локальные войны больно и тяжело затронули и затрагивают многие российские семьи: в них погибли и умерли от ран десятки тысяч российских солдат.

        Уроки военных событий забывать нельзя. Равно как и нельзя предать забвению память о погибших героях.

Уважаемые ветераны боевых действий!

Жители Архаринского района чтят доблесть, мужество, отвагу, проявленные Вами во время несения службы в «горячих точках», благодарны за Вашу гражданскую позицию, неравнодушие к судьбе нашего района и участие в его общественной жизни. Ваша жизнь является примером для подрастающего поколения и вкладом в военно-патриотическое воспитание молодежи.

         Крепкого Вам и Вашим близким здоровья, благополучия, успехов и самое главное – мирного неба и мирной Земли!

                                                                                                   

Архаринские воины-интернационалисты

(Списки ветеранов боевых действий предоставлены отделом военного комиссариата

Амурской области по Архаринскому району)

 

остров Даманский

Богомолов Иван Иванович*

Бондарев Геннадий Антонович*

Венгрия

Вакасов Сынтимер Муллагалиевич*

Дубов Василий Михайлович*

Лебедев Николай Иванович*

Вьетнам

Жуковин Борис Николаевич*

Северная Корея с территорией Китая

Кривой Василий Иванович*

(медаль «За боевые заслуги»)

Москалев Иван Иванович*

(медаль «Советско-китайской дружбы»)

Афганистан

Ваниковский Владимир Анатольевич

(медаль «От благодарного афганского народа»)

Воронин Юрий Юрьевич

(медаль «От благодарного афганского народа»,

медаль «За боевые заслуги»)

Глушенков Валерий Александрович*

(медаль «За боевые заслуги»)

Денисов Александр Евгеньевич*

Доронин Александр Альбертович

Каленюк Михаил Леонидович

Корниенко Виталий Павлович

(медаль «От благодарного афганского народа»)

Красильников Юрий Анатольевич

(медаль «За боевые заслуги»)

Мирзоев Арзуман Ядулла Оглы

Пакулов Николай Николаевич

(медаль «За боевые заслуги»)

Пойдюк Александр Григорьевич

Помаля Петр Васильевич

Попов Евгений Анатольевич

(медаль «От благодарного афганского народа»)

Походяев Александр Никандрович

(медаль «От благодарного афганского народа»)

Путилин Сергей Валентинович*

Третьяченко Геннадий Иванович*

(медаль «От благодарного афганского народа»)

Шамкин Наиль Ильбарович

Чеченская республика

Бабурин Владимир Михайлович*

Ворфоломеев Максим Викторович

Грешилов Иван Станиславович

Дурновцев Константин Владимирович

Иванов Сергей Викторович

Каневский Александр Николаевич*

Каплин Павел Николаевич*

Константинов Алексей Валентинович

Крынин Сергей Васильевич*

(орден «Мужество», медаль «За воинскую доблесть II степени», посмертно)

Куприянов Геннадий Владимирович

Майоров Валерий Викторович*

Макаров Александр Станиславович

Марванов Эдуард Альбертович

Налобнов Сергей Геннадьевич

Никитин Юрий Юрьевич

Пономарев Алексей Владимирович

Пурдиков Виталий Владимирович

Радионов Игорь Сергеевич*

Рупаков Дмитрий Леонидович

Семибратов Дмитрий Геннадьевич

Сидоренко Алексей Викторович*

Столяров Владимир Александрович

Ткачев Роман Александрович

Чабак Эдуард Викторович

Шабанов Александр Александрович*

(Орден «Мужество»)

Шорохов Олег Евгеньевич

Северо-Кавказский регион

Бурмистров Михаил Викторович*

Винс Денис Андреевич

Воеводин Олег Юрьевич

Воронов Сергей Александрович

Дмитриев Андрей Геннадьевич

Дружинин Илья Владимирович

Елисеев Василий Викторович*

Зайцев Николай Сергеевич

Игнатьков Алексей Викторович

Ильин Сергей Романович

Комиссаров Юрий Владимирович

Коновалов Алексей Викторович

Копытов Сергей Леонидович

Красильников Александр Александрович

Купцов Юрий Петрович

Ложкин Виктор Петрович

Макаров Александр Станиславович

Маслов Дмитрий Евгеньевич

Махмудов Александр Гамидагаевич

Махмудов Саид Махсудович

Менщиков Виктор Федорович

Мерзляков Виктор Александрович

Меркулов Павел Сергеевич

Назаров Андрей Викторович

Нуженко Михаил Вячеславович

Онюховскаий Станислав Марьянович

Перфильев Степан Александрович

Плотников Сергей Михайлович

Пойдюк Григорий Александрович

Ран Александр Николаевич

(медаль «За воинскую доблесть 2 степени»)

Ручников Роман Александрович

Тагаев Аваз Мамарасулович

Терпугов Игорь Викторович

Тропоцилов Евгений Владимирович

Франчук Сергей Николаевич

Хураскин Евгений Борисович

Чевычелов Игорь Владимирович

Черников Сергей Степанович

Чеушев Сергей Александрович

Шалимов Сергей Викторович

Шевкунов Александр Николаевич

Ярошенко Евгений Олегович

Северо-Кавказский регион МВД

Акуленко Николай Николаевич

Анисимов Виктор Владимирович

Балабкин Максим Олегович

Беспалов Виталий Сергеевич

Брыксин Евгений Николаевич

Васин Сергей Владимирович

Ведерников Дмитрий Анатольевич

Гречкин Николай Стефанович

Губин Сергей Александрович

Дорофеев Олег Александрович

Касаткин Максим Иванович

Конышев Павел Александрович*

Кореньков Александр Михайлович

Котов Андрей Андреевич

Куликов Евгений Юрьевич

Латников Евгений Юрьевич*

Ларин Александр Владимирович

Маслов Александр Николаевич

Мельниченко Евгений Алексеевич

Мешков Анатолий Петрович

Муртазин Александр Владимирович

Назаров Павел Александрович

Новиченко Александр Николаевич

Панов Евгений Викторович

Полевода Владимир Анатольевич

Рябинин Василий Александрович

Севрюк Николай Константинович

Семенко Дмитрий Геннадьевич

Скобля Виктор Григорьевич

Стулев Алексей Юрьевич

Филинов Александр Викторович

Хиврич Борис Сергеевич

Чебаев Максим Александрович

Чиняев Сергей Курбангалиевич

Абхазия

Беляев Вячеслав Иванович

Горданов Дмитрий Валерьевич

Таджикистан

Бедратов Игорь Александрович

Гурулев Александр Викторович*

Маркин Андрей Семенович*

Дагестан

Табунков Александр Александрович

 

* — человек ушел из жизни

ИНТЕРВЬЮ Координатор ООН по Афганистану: афганская молодежь помогает верить в будущее страны

19 июля 2021

Гуманитарная помощь

Война и засуха, миллионы внутренних беженцев, переполненные лагеря для переселенцев, в которых нет чистой воды и невозможно получить медицинскую помощь, – в Афганистане разворачивается настоящая «гуманитарная катастрофа».

Так охарактеризовал ситуацию Координатор гуманитарной помощи ООН в Афганистане Рамиз Алакбаров, отвечая на вопросы Службы новостей ООН. Тем не менее, ООН продолжает оказывать помощь по всей территории страны, а сам Алакбаров надеется, что Афганистан ждет лучшее будущее.

РА: Практически половина населения страны, то есть 18 млн человек, испытывает потребности в гуманитарной помощи. Особенным элементом этого года является то, что засуха, которая наблюдается в Афганистане уже второй раз за последние три года, создала тяжелые условия. Уже весной мы видели тяжелую ситуацию и с урожаем, и с положением в сельском хозяйстве. Ну и, естественно, когда с первого мая усилились боевые действия и конфликт разгорелся с новой силой, комбинация этих двух факторов и создала тяжелую, я бы сказал – катастрофическую гуманитарную ситуацию, в которой мы находимся сегодня. 

Вопрос: Пакистан и Иран практически закрыли границы с Афганистаном, опасаясь наплыва беженцев. Что происходит на границе с Туркменистаном, Узбекистаном и Таджикистаном? 

РА: У нас есть информация о незначительных проникновениях на территорию республик бывшего СССР, в том числе Узбекистана и Таджикистана. Но пока что мы не видим большого количества беженцев или перемещенных лиц, которые бы пересекали эти границы. 

В основном на сегодняшний день все границы вокруг Афганистана в достаточной степени закрыты. На определенных пунктах осуществляются торговые пересечения, там, где ситуация с безопасностью позволяет их осуществлять. А если конкретно говорить о передвижении населения из Афганистана в республики Средней Азии, то мы этого в значительной форме пока не видим. 

Вопрос: Хотела бы коснуться вопроса недостаточного финансирования: получено лишь 40 процентов от запрошенной ООН суммы на этот год. Чем это чревато? Как будет развиваться ситуация? 

РА: Финансирование находится практически на уровне ниже 40 процентов – где-то 37-38 процентов. Половина детей в возрасте до пяти лет уже находится в состоянии постоянного недоедания, в принципе они голодают, это больше трех миллионов детей. Если мы не получим целевую сумму, о которой мы говорили в начале года, 720 тысяч беременных женщин и кормящих матерей столкнутся с самыми серьезными последствиями для здоровья. 

Приведу пример: около десяти дней назад я был в Кандагаре и встречался с семьями переселенцев. В группе примерно из пятидесяти человек, которые передвигались вместе, за минувшие два месяца родилось четыре ребенка, из них трое умерли. 

Фото ЮНИСЕФ/Разайи

В Афганистане работают порядка 20 различных агентств ООН. ЮНИСЕФ помогает детям.

Я находился в лагерях, где работают наши организации, ЮНИСЕФ и другие, они предоставляют необходимую помощь, но на сегодняшний день финансирование крайне недостаточное, как для обеспечения продуктами питания, так и для обеспечения убежищем, а также для создания каких-то элементарных условий. 

Я также спрашивал, находясь в лагерях, имели ли женщины и дети доступ к какому-либо медицинскому обслуживанию, и ответ был получен, что «никакого». Такую же информацию я получал и от других людей, с которыми я говорил и в Кундузе, и в Герате, и в других городах. 

Вопрос: «Талибан» уже взял под свой контроль десятки округов Афганистана. Получается, что о гуманитарном доступе вам приходится теперь договариваться с талибами? Правильно ли я понимаю ситуацию, и какие в связи с этим возникают дополнительные сложности?

РА: Мы работаем по всей территории Афганистана – в 394 из 401 округа. Гуманитарная деятельность осуществляется по принципам международного гуманитарного права. Помимо этого, ООН старается помочь в переговорном процессе, который проходит в Дохе, в Катаре. Мы очень надеемся, что этот процесс завершится какими-нибудь положительными результатами, и это позволит нам лучше работать в плане гуманитарных вопросов. 

В прошлом году мы наблюдали 1095 случаев ограничения гуманитарного доступа, в этом году в течение 6 месяцев мы уже зарегистрировали 1195 подобных ограничений – то есть число удвоилось.  И, к сожалению, 25 человек были в этом году уже убиты. 63 гуманитарных сотрудника были ранены, 83 человека попали в заключение или были арестованы в этом году. 
Но, тем не менее, на сегодняшний день более 20 организаций ООН продолжают находиться в Афганистане, осуществляют здесь гуманитарную деятельность и продолжает сотрудничать с неправительственными организациями, как международными, так и национальными. 

Вопрос: Чтобы закончить как-то на позитивной ноте: что вселяет в вас надежду? 

РА: Большинство населения этой страны – это молодые люди, это молодежь, которая смотрит вперед. В моем общении с молодежью Афганистана я вижу очень много людей, которые хотят быть членами международного сообщества, быть «гражданами вселенной», если хотите. У них колоссальный потенциал для образования. Несмотря на все трудности, они верят в будущее. И я верю, что будущее Афганистана в первую очередь связано с этой молодежью. 

Вопрос: Может быть, вы хотели бы что-нибудь добавить, что я не спросила? 

РА: Мир, наверное, устал от войны в Афганистане. Но все-таки Афганистан – это важно. Не забывайте об Афганистане, держите его в центре внимания! И давайте будем говорить не только о том, как складывается ситуация с безопасностью или с гуманитарными вопросами, но также не будем забывать о тех людях, особенно афганцах, афганских женщинах, которые в этих сложных условиях продолжают предоставлять медицинскую помощь, работать в сфере образования и вообще занимать активную социальную позицию. 

Афганистан|Гуманитарная помощь|беженцы|дети и вооруженные конфликты

Абдулазиз Камилов — о том, чего хочет «Талибан» – Газета.uz

Министр иностранных дел Узбекистана Абдулазиз Камилов в интервью американскому телеведущему Деннису Уоли в рамках проекта «This Is America TV» прокомментировал афганский кризис, высказался о возможной форме правления в этой стране, перечислил цели движения «Талибан», а также объяснил оптимистичный настрой Узбекистана и почему лично он не считает «Талибан» террористической организацией.

Глава МИДа остановился на позициях Узбекистана по основным вопросам афганского кризиса.

«Во-первых, мы должны понимать, что военного решения афганского кризиса нет. Во-вторых, очень важно, чтобы Афганистан стал интегрированной частью Центральноазиатского региона. Один единый регион. В-третьих, необходимо, чтобы был единый региональный и международный подход к мирному процессу в Афганистане. Вот почему мы поддерживаем все форматы переговоров в Дохе, Турции или других местах», — объяснил он.

Реклама на Газета.uz

Абдулазиз Камилов напомнил, что Узбекистан был первой страной, которая установила прямые контакты с лидерами «Талибана», из-за чего подверглась критике.

«Открыто говоря, нас в то время критиковали, что это было признание „Талибана“. Была реальная оппозиция. Вопрос в том, какой будет политическая система в Афганистане. Конечно, мы не можем принять то, что было в Афганистане в 1990-е годы — Исламский Эмират Афганистана. Но в то же время мы считаем, что эта проблема должна решаться на основе взаимного компромисса между действующим правительством и военной оппозицией — „Талибаном“ и другими», — отметил он.

Министр признал, что в политической системе «должны быть серьёзные элементы исламских правил», но также указал на «демократически достижения» страны.

«Конечно, это будет исламская страна, потому что большинство жителей — это мусульмане. Но в то же время мы не можем игнорировать демократические достижения за последние девять лет. Например, действующее правительство, выборы, военные силы, силы безопасности, права женщин и девочек, гражданское общество и другие. Одновременно мы должны уважать исламские ценности», — заявил Абдулазиз Камилов.

Чего хочет «Талибан»


На вопрос о том, чего хочет «Талибан», глава МИД Узбекистана с улыбкой ответил: «Прежде всего, „Талибан“ хочет вывода войска [США]».

Ведущий Деннис Уоли отметил, что «Талибан» добился этого и спросил, с кем движение собирается сражаться дальше, так как «больше нет противников».

«Нет противников, но в то же время конфликт в Афганистане — там была гражданская война. Гражданская война. Это не было просто битвой против американских военных или НАТО, там была гражданская война и общество было разделено», — отметил он.

Абдулазиз Камилов уточнил, что не хотел бы называть других представителей афганского общества «противниками».

«Там очень много разных частей афганского общества, которые не участвовали активно в этом процессе. Например, это лидеры некоторых политических партий, традиционные лидеры, религиозные лидеры, лидеры некоторых регионов и так далее. И поэтому вдобавок к „Талибану“ они также должны участвовать в этом процессе», — считает глава МИДа.

Министр подчеркнул, что Узбекистан не питает иллюзий о том, что достичь соглашения между военной оппозицией и правительством будет очень легко.

«Но при этом международное сообщество должно помочь им, помочь обеим сторонам достичь соглашения. Мы не можем игнорировать серьёзность ситуации в Афганистане. Конечно, мы будем настаивать на достижении национального примирения в Афганистане», — сказал он.

Абдулазиз Камилов отметил, что не хочет выступать защитником движения «Талибан», но в то же время указал на публикацию на сайте Исламского Эмирата Афганистана, где говорится о типе страны, который хотят талибы.

«Очень интересная статья… Они говорят, что хотят независимую и суверенную страну без какого-либо вмешательства со стороны. „Мы не хотим, чтобы наша территория была оккупирована иностранными военными силами. Мы хотим гарантировать права женщин, девочек и так далее. Женщины могут работать в сфере образования, медицины и других. Мы хотим построить дружественные отношения с соседними странами и так далее“», — перечислил он.

Поэтому здесь «широкий простор для работы в общих интересах правительства и оппозиции», отметил министр.

«Они должны расширить это пространство и достичь соглашения в интересах афганского общества. Более того, я слышал, что некоторые [представители] оппозиции говорили, что если афганцы выберут президентскую республику, они согласны», — сказал он.

Оптимистичный настрой


Абдулазиз Камилов также объяснил, почему Узбекистан смотрит на ситуацию в Афганистане оптимистично и видит в нём потенциал.

«У нас есть некоторый оптимизм. Почему? Потому что ситуация изменилась. Если посмотреть, какой была ситуация два года назад. Какие позитивные изменения сегодня произошли. Во-первых, две стороны начали прямые контакты впервые за 40 лет. У них есть своя повестка дня. Международное сообщество более активно в достижении мирного процесса и стабильности в Афганистане. „Талибан“ также хочет эти прямые переговоры, чтобы достичь соглашения», — отметил министр.

Глава МИД Узбекистана также прокомментировал сообщения о том, что движение «Талибан» считается террористической организацией.

«Конечно, может быть, у них были какие-то контакты внутри Афганистана с различными экстремистскими организациями и так далее. Но в то же время вы не можете дать ни одного примера того, что „Талибан“ за 40 лет организовал террористическую атаку за национальными границами Афганистана — ни в Центральной Азии, ни в Европе, или где-либо ещё», — сказал он.

Министр напомнил слова главы политического офиса движения «Талибан» в Дохе Муллы Абдул Гани Барадара, которые заявил, что не допустит возникновения угрозы и опасности со стороны Афганистана Узбекистану.

«Мы, разумеется, выполним условиям соглашения. С этой точки зрения можно сказать, что в будущем мы не допустим возникновения угрозы и опасности со стороны Афганистана Узбекистану или другим странам Центральной Азии… В будущем на афганской земле мы не допустим существования радикально настроенных групп и организаций, террористических групп», — отмечал руководитель офиса «Талибан».

Абдулазиз Камилов заявил, что сам лично не считает «Талибан» террористической организацией.

«Потому что как тогда США имеют дело с „Талибаном“ и подписывают соглашение. Потому что у США есть чёткий принцип — вы никогда не вели прямых переговоров с террористами, не ведёте и не будете вести. Это и ответ», — сказал он.

Что происходит с началом вывода войск

В начале июня стало известно, что США вывели из Афганистана треть своего военного контингента. Полностью процесс вывода войск планируется завершить к 11 сентября. На фоне этого движение «Талибан» заняло в Афганистане с начала мая более 50 из 370 районов (административная единица уровнем ниже провинции), заявила 22 июня спецпредставитель ООН Дебора Лайонс.

21 июня силы движения «Талибан» захватили КПП «Шерхон-Бандар» на границе Афганистана и Таджикистана, 134 афганских военных после столкновения с талибами были вынуждены отступить на территорию соседнего государства. Таджикские пограничники разрешили им беспрепятственно пройти на территорию Таджикистана.

В четверг Министерство иностранных дел Узбекистана сообщило, что 23 июня границу с Узбекистаном в районе уезда Шортепа с оружием пересекло 53 афганских военных и ополченцев. После проведения процедур дознания и следственных действий афганские граждане были возвращены на родину.

Президенты Узбекистана и Таджикистана в телефонном разговоре 23 июня обсудили ситуацию в Афганистане, оценив обстановку на линии границы с этой страной как весьма напряженную. Стороны договорились продолжать поддержку межафганского мирного процесса.

24 июня в военных округах Министерства обороны Узбекистан начались практические занятия по приведению войск в боевую готовность.

«Это был наш долг, и мы его выполнили». К 30-летию вывода советских войск

«Это был наш долг, и мы его выполнили». К 30-летию вывода советских войск из Афганистана

15 февраля 1989 года закончился вывод советских войск из Афганистана. Последняя колонна прошла по Мосту Дружбы через Амударью. В Афганистане остались только несколько отрядов погранвойск и пленные советские солдаты.

В боевых действиях в Афганистане участвовали около 3500 уроженцев Рязанской области. 137 погибли. Сегодня в области живут 2702 участника тех событий.

К 30-летию вывода войск мы пообщались с некоторыми из них. Получилось 30 историй, 30 судеб, 30 разных взглядов на те события. Наши герои вспоминают неохотно. И тем ценнее их рассказы.  

«Все было правильно». Воин-афганец из Рязанского района рассказал о своей службе⇒

Петр Тазов из Ермишинского района: «Я не герой, таких нас было – тысячи»⇒

«Афганцы» из Сасовского района рассказали о войне, которой не было⇒

«Своих не бросаем – ни в жизни, ни в смерти». Воин-афганец целый год выяснял судьбу пропавшего без вести сослуживца⇒

Иван Мулин из Пителинского района за службу в Афганистане получил две медали «За отвагу»⇒

Борис Сайфутдинов: «Воспитание не позволяло нам сомневаться»⇒

«Обыкновенный шофер» Александр Антоновский афганские дороги не забудет никогда⇒

 «Настоящий мужчина должен в армии служить», — считает ветеран войны в Афганистане Сергей Дубко⇒

«Афганец» Анатолий Чикалов из Ермишинского района: «Опасность чаще всего подстерегала ночью» ⇒

Клепиковец Владимир Тареев описал события Афганской войны в книге ⇒

Иван Козлов прошел Афган, а затем тридцать лет проработал в прокуратуре Пителинского района ⇒

Владимир Язынин: «Именно в Афганистане я научился по-настоящему ценить жизнь и дружбу» ⇒

Николай Копылов из Путятинского района фильмы про войну в Афганистане никогда не смотрит ⇒

 Георгий Ребрунов: «Забыть про них мы не имеем права»⇒

 Сергей Волков: «Никогда нельзя привыкнуть к смерти товарищей»⇒
 
 «Это был наш долг.
И я его выполнил». Житель Рязанского района рассказал о буднях в Афганистане ⇒

 Александр Судницын из Путятина покинул Афганистан в числе последних советских военнослужащих⇒

Александр Сучков из Чучковского района воевал не ради почестей⇒

Александр Ткаченко: «Все два года ни на минуту не выпускал автомат из рук»⇒

В Скопинской школе № 5 бережно хранят письма героя-афганца Вячеслава Полякова⇒

Виктор Алевкин до сих пор благодарен неизвестным вертолетчикам, отбившим его расчет от моджахедов⇒

 Виктор Ванин из Милославского считает, что армия это школа жизни ⇒

 Владимир Никушин из Рязанского района воевал в Афганистане на танке с надписью «Рязань»⇒

  
Сергей Фадеев из Путятинского района прожил полтора года среди гор и войны⇒
Сергей Мишин из Старожиловского района до сих пор помнит вкус ледяной горной воды Афганистана⇒

На стене скопинской школы № 1 установят памятные доски в честь двух героев-афганцев⇒

Николай Фомин из Чучковского района: «Пусть Афган останется в одном из прошлых снов…»⇒

Михаил Филиппов из Старожиловского района: «Это был наш долг, и мы его выполнили»⇒

Владимир Ладутько из Рыбновского района рассказал, как служил в Афганистане на пункте управления полетами⇒

Как Анатолий Хохлов из Гремяк прикрывал в Афганистане военного корреспондента Михаила Лещинского⇒

Валерий Хромушкин из Кораблинского района: «Оставаться в стороне у нас не принято»⇒

Михаил Губанов: «Показывать свой страх никто не хотел»⇒

Олег Бирюков из Ряжска рассказал об охоте за караванам и «Стингерами» в Афганистане⇒

Алексей Сорокин и после ранения остался в строю⇒

Воину-афганцу Александру Ульянову до сих пор снится война⇒

Владимир Кудинов и его товарищи спасли от смерти семерых солдат⇒

Валерий Вислогузов покинул Афганистан одним из последних⇒


«Все было правильно».

Воин-афганец из Рязанского района рассказал о своей службе

В середине февраля исполняется 30 лет с того дня, как наши войска ушли из Афганистана. Одним из тех, кто в те далекие годы помогал законным властям ДРА бороться с зарождавшимся международным терроризмом и исламским радикализмом, был житель поселка Мурмино Александр Митрофанов.

Александр родился в Липецкой области. После школы он уехал в подмосковную Балашиху, где окончил строительное ПТУ. Потом перебрался к матери в поселок Мурмино Рязанского района. Через год Александра призвали в армию, он попал в элиту армии – ВДВ.

В 1982 году парня направили в Афганистан.

– Я тогда был в «учебке» в Прибалтике, – вспоминает мужчина. – Нас собрали и сказали: «Тот, тот и тот – у вас есть возможность послужить в Афганистане». Мы согласились, конечно. Это был осознанный выбор – все-таки росли мы в Советском Союзе, и воспитание получили соответствующее. И слова «интернациональный долг» были для нас не пустым звуком.

Александр служил в 357-м полку 103-й воздушно-десантной дивизии. Расквартирован полк был в крепости Бала-Хиссар в Кабуле.

– 8 мая мы прибыли на место. 9-го отметили День Победы. А уже 10-го для нас началась война, – рассказывает Митрофанов. – В течение тех трех месяцев, что я провел в Кабуле, постоянно участвовал в рейдах.

Основными задачами, которые ставило перед Александром и его сослуживцами командование, были сопровождение колонн и засады. Много раз приходилось выезжать на выручку другим частям.

В конце июля того же года батальон, усиленный артиллеристами и минометчиками, отправился в провинцию Бамиан, где Митрофанов и пробыл до конца службы в ДРА.

Дважды он был легко ранен осколками – в подбородок и плечо. А самое серьезное ранение Александр получил в правое предплечье. Одна из рот отправилась в засаду, но сама попала в засаду душманов, и Александр был среди тех, кто ее выручал. В том бою в местечке Малаван погибли 7 его сослуживцев, 24 (в том числе и Александр) были ранены… За этот страшный бой Митрофанов был награжден орденом Красной Звезды.

Домой он вернулся осенью 1983 года в звании сержанта.

– Я считаю, что все тогда было правильно. Местное население к нам относилось очень хорошо, – уверен Александр. – Да, эхо той войны аукается нам до сих пор. Как это можно передать словами? Именно там мы познали настоящую мужскую дружбу, узнали, что такое смерть и отношение к жизни. И это не просто высокопарные фразы, это все действительно так и было. Мы с ребятами по сей день встречаемся, и все друг другу – братья и самые лучшие друзья.

Петр Тазов из Ермишинского района: «Я не герой, таких нас было – тысячи»

 Петр Тазов служил в Афганистане с декабря 1981 по ноябрь 1983 года. Был освобожденным секретарем комсомольской организации отдельного радиотехнического батальона ПВО, единственного в Афганистане.

– Батальон охранял воздушные границы страны со всех сторон, – рассказывает Петр Ильич. – Радиолокационные роты располагались в Кабуле, Баграме, Кандагаре, Джелалабаде, Газни и Шинданде. У нас было порядка восьмисот комсомольцев и около ста беспартийных.

Как только меня избрали секретарем комсомольской организации в Рязанском высшем командном училище связи, где я служил после окончания этого же училища, так сразу в Афганистан и направили. Мы сменили ребят, которые попали туда первыми. Поначалу жили в палатках, потом поставили «модули» – сборные щитовые дома. В Кабуле мы стояли в районе международного аэропорта. Это на равнине, до гор далеко. Но бывало, на палатки падали пули на излете.

Батальон нес круглосуточное боевое дежурство. Очень часто во время обстрелов из строя выходила техника. Приходилось отправлять на ремонт в Термез. Чтобы пригнать ее назад, собирали колонну. Душманы нас обстреливали. Нам приходилось останавливаться и отстреливаться. Я даже не могу назвать это боем. Взрослые обученные воевать мужики против наших безусых ребят.

И главной задачей было сохранить им жизнь. Порой и кричишь во время обстрела (а иногда они длились минут по двадцать – двадцать пять), чтоб из-под машин не высовывались. И зачастую эту технику сразу вновь на ремонт отгонять приходилось.

У Петра Ильича – ряд наград, одна из них – медаль «За отвагу».

– Она как раз за сопровождение колонны, – вспоминает майор запаса. – Мы гнали технику связи из Термеза. До Пули-Хумри – равнина, а вот до Баграма нас два раза обстреливали. Но все бойцы остались живы, одного лишь ранили по ногам. Но все зажило! Госпиталь в Кабуле был очень хороший. А вот заболевших желтухой (а она косила ребят будь здоров, почище пуль) сразу отправляли в Союз. Я не герой, таких нас было – тысячи. Мы просто служили, служили там, куда отправила Родина. Как тогда говорили, выполняли свой интернациональный долг, защищали южные рубежи нашей Родины. 


«Афганцы» из Сасовского района рассказали о войне, которой не было

 

Даже спустя четверть века по поводу этой необъявленной войны идет много пересудов. Мол, не нужна она была совсем, эта война. Мол, наши парни гибли и становились калеками там зазря. Ведь все равно мы там не победили. Только кто осмелится сказать об этом в глаза тем людям, в памяти которых до сих пор стоят картины смерти их товарищей? Тому, кто и сейчас по ночам вскакивает в холодном поту, потому что ему снится, как подкрадываются душманы. Или тем, кто после тех событий опустился на самое «дно» общества, того самого, которому вдруг оказался не нужен ни он сам, ни то, во что он верил и защищал с оружием в руках. У воспоминаний нет срока давности. И жалости у них тоже нет. 

Председатель сасовского «Союза ветеранов боевых действий» Олег Цепилов рассказал:

— В Сасовском районе сейчас около ста сорока «афганцев». Было больше. Кто-то умер, кто-то уехал. Оставшиеся стараются встречаться хотя бы раз в год, именно 15 февраля. Эта дата памятна для нас всех. Трое из них живут в селе Алешино. Юрий Шемет – профессиональный военный, прапорщик. Александр Тишин, пограничник. И, Аминь Тюменев, бывший полковой разведчик. Трое седых мужчин, по виду ничем не отличающихся от своих ровесников, только взгляд выдает что-то… Что-то похожее на затаенную боль. 

Вспоминает Юрий Шемет, на груди которого около семнадцати различных орденов и медалей, среди которых есть даже награда правительства Афганистана, рассказывает:

— У тех, кого я знаю, согласия не спрашивали. Просто отправляли в Ташкент, оттуда уже в Афган. С теми, кто не соглашался, разбирались «особисты». Лично я должен был ехать в Йемен, или Германию, но отказался. Тогда комбриг сказал мне: «Смотри, попадешь в Афганистан». Так и вышло. Служил в трубопроводных войсках старшим техником роты, потом батальона. Мои объекты располагались на расстоянии примерно триста километров от Кушки до Шинданда. Был даже случай, когда меня с бойцами арестовали свои же пограничники. Мы же находились на территории другого государства, а прорыв трубопровода произошел на советской стороне, пришлось ехать туда. А так как мы ехали со стороны чужой страны, нас и задержали пограничники. Все-таки нарушение государственной границы. Пока ждали, когда придут документы и в штабе во всем разберутся, прошло два дня. 

Трубопровод имел стратегическое значение: по нему шел керосин, бензин, масло. И потому диверсии происходили часто. Душманы взрывали трубы почти каждый день. Приходилось защищать участок в боях. Тогда не было времени как-то обдумывать, что и зачем, был приказ. Обидно до слез было потом после службы, когда ходил по разным кабинетам, чтобы добиться льгот. Ответ был один: «Мы тебя туда не посылали». 

Александр Тишин, служивший водителем обеспечения в узбекском Термезе на границе с Афганистаном, немногословен:

— Служил как все. Был водителем бензовоза. Снабжали наши группы «горючкой». Можно сказать, что в боевых действиях и не участвовал. Так, как других война меня не коснулась. После службы женился. Сейчас занимаюсь грузоперевозками. 

Свои годы службы третий участник беседы сержант Аминь Тюменева провел в разведроте мотострелкового полка:

— В Афган попал осенью, после «учебки» в Ашхабаде. Полк стоял в Поли-Хумри, а мы иногда по несколько месяцев «лазили» по горам, выполняли спецоперации. Вообще, можно сказать, что пешком по горам я прошел весь Афганистан. Получил медаль «За Отвагу». Уже после «дембеля» поступил в Рязанский сельхозинститут, но закончить его не удалось, женился.

У Тюменева двое сыновей, младший из которых после школы собирается поступать в Рязанское училище ВДВ. Как признается, отец, на решение сына повлияло его военное прошлое. На вопрос, вспоминается ли Афган, Тюменев ответил просто: «Я же не на кухне служил». Даже человеку, не служившему в армии вовсе, станет понятно, что кроется за этими словами. В конце разговора «интернационалист» признается:

— Обидно за наши власти. Потом мы стали никому не нужны. Впрочем, наверное, как и сейчас. Я вот третий год в больнице добиваюсь путевки в госпиталь подлечиться. Пока все только уведомления непонятные приходят… Кому мы теперь нужны?

Афганская война оставила свой след в сотнях тысячах советских семей. Почти в каждом населенном пункте нашей страны есть свои «афганцы» – люди с разными судьбами, но до сих пор едиными в одном мнении, что то, что они делали в годы своей службы, было важно и нужно. И кто им возразит? Да и нужно ли?

Глава Алешинского поселения Андрей Незаленов говорит:

— Все три наших «афганца» по-прежнему в строю, они работают, участвуют в общественной жизни. В дни 30-летия вывода войск будем чествовать, слушать рассказ и ставить их подвиг в пример молодежи.

«Своих не бросаем – ни в жизни, ни в смерти». Воин-афганец Александр Митрофанов из Рязанского района целый год выяснял судьбу пропавшего без вести сослуживца

Про сержанта-десантника Александра Митрофанова, получившего три ранения и орден Красной Звезды за страшный бой у Малавана в афганской провинции Бамиан, мы уже писали. Но кроме других воспоминаний, он рассказал нам еще одну историю. И ее мы решили поведать отдельно.

Чуть больше года назад к Александру обратилась семья из Татарстана – сестра его сослуживца, без вести пропавшего в том памятном сражении, пыталась найти хоть кого-то, кто способен пролить свет на судьбу родственника. И Александр сам принялся за поиски солдата, не вернувшегося из Афгана 30 лет назад.

– Я общался с работником тамошнего музея, и рассказал им о том бое, – вспоминает Александр. – В интернете в наше время чего только не пишут – есть сообщения, что пропавшего украли, что за него просили выкуп, что взорвали… Поэтому выяснить, что именно произошло в тот августовский день, сейчас очень непросто.

Митрофанов долго искал того, кто мог бы помочь в этом деле. Наконец судьба свела его с в интернете жителем Бамиана. Совместные поиски свидетелей и участников сражения близ Малавана продолжались больше года и в конце концов привели к… бывшим моджахедам. Да, к тем самым, с которыми Александр лицом к лицу встречался в боях.

– Ни у кого из нас не осталось друг к другу ненависти, – рассказывает Александр. – Все бывшие члены банд (нам удалось даже выйти на одного главаря) выслушивали меня очень внимательно, много рассказывали, присылали видео и фотографии. Каждый пытался помочь, чем мог. Конечно, с их стороны был и меркантильный интерес: ведь за помощь в поисках, при эксгумации и отправке останков на родину они получали деньги. Но отнеслись ко мне очень хорошо. Более того, некоторые говорили, что только после прихода американских солдат в страну там поняли: русские – это настоящие люди!

Именно бывшие «духи» и рассказали, что произошло с пропавшим солдатом. По их словам, парень бросился, чтобы подобрать автомат погибшего товарища, и в этот момент в него попало несколько пуль. Дело происходило близ реки, и убитый, по-видимому, упал в воду.

Сейчас останки, предположительно принадлежащие советскому солдату, проходят экспертизу ДНК. Несмотря на то, что все факты и свидетели указывают, что это именно пропавший без вести в бою при Малаване, окончательную точку в этой истории могут поставить лишь эксперты.

Поиски Александр оплатил из своего кармана – ни общественные организации, ни кто другой ничем не помогли. Почему же мужчина потратил так много денег и времени на поиски человека, который служил в другой роте, с которым они почти не пересекались и не были знакомы?

– В наши дни это трудно объяснить. Мы были рождены совсем в другое время, и воспитывали нас не так, как сейчас, – поясняет Митрофанов. – Бой был очень страшным – банды всё подтягивались и подтягивались, нас взяли в кольцо, думали, что живыми оттуда не выберемся. Бесследно такое не проходит… Мы, прошедшие Афган, и по сей день – все одна семья. Я того человека и не видел-то, наверное, ни разу. Неважно, кем он служил, какой национальности был, но он мне брат. У нас всех была тогда одна национальность – советские. А десант своих не бросает – ни в жизни, ни в смерти.

На архивных фото — начало того самого боя в местечке Малаван, где погибли семеро сослуживцев Александра Митрофанова. 

Иван Мулин из Пителинского района за службу в Афганистане получил две медали «За отвагу»

Иван Мулин, закончив 10 классов Потапьевской средней школы, без долгих колебаний решил связать свою дальнейшую судьбу с родным краем и сельскохозяйственным производством. И это неслучайно. Его мать Любовь Ивановна, входила в число лучших животноводов совхоза «Передовик», имела правительственные награды, отец Николай Иванович – добросовестный механизатор хозяйства.

Пример родителей в большой степени повлиял на жизненный выбор парня. Иван поступил в Шацкий техникум механизации сельского хозяйства, но закончить первый курс не довелось. Весной получил повестку о призыве из военкомата.

Проводы в армию состоялись 24 мая 1986 года в Шацке, куда приехали родные, близкие и друзья. Про афганскую войну уже было хорошо известно, знали, что там погибают наши парни, но как-то и не думалось, что судьба забросит туда. Однако в поезде по пути к месту первоначальной службы сопровождавший новобранцев сержант-десантник доверительно сообщил, что после спецподготовки в учебке их забросят именно «туда».

Интересная деталь. Провожал Ивана в армию его одноклассник Николай Кленин. В областном военкомате Мулин прождал отправки три дня. А утром четвертого (в день отправки) увидел вдруг там и провожавшего его Кленина уже в качестве призывника. После этого пути их разошлись, но, как оказалось, недалеко. Из письма матери Ваня узнал, что и Кленин, и другой его одноклассник Алексей Левкин тоже служат в Афганистане.

Итак, новобранца Мулина зачислили в войска специального назначения. Огневая и физическая подготовка продолжалось полгода в городе Чирчик Ташкентской области. А осенью 1986 года часть выпуска самолетом перебросили в афганский город Шинданд. Там наш земляк попал в боевую разведроту. Участвовал в различных боевых операциях.

Наиболее серьезными и опасными считались действия по ликвидации колонн и караванов, переправляющих оружие для банд «душманов». В этом случае из несколько их рот набиралась спецгруппа (человек 20), в которую входили и разведчики, и десантники, и саперы, и связисты. Такую группу забрасывали в нужный квадрат вертолетами, но высаживали ее за много километров от места назначения, чтобы враги не засекли «вертушку». Дело в том, что местность на западе страны, где расположен Шинданд, равнинная и пустынная. Далее передвигались в темное время суток.

Иван Мулин вспоминает, что подобные марш-броски (порой двухдневные) давались нелегко, ведь помимо автомата, боеприпасов и провианта ему нужно было нести гранатомет марки АГС-18, который в собранном виде весит 42 килограмма. Поэтому нашему земляку полагались помощники, но все равно приходилось весьма туго.

Банды, сопровождавшие караваны и колонны с оружием, оказывали всегда самое ожесточенное сопротивление. В таких боях нередко гибли и наши ребята. Ивану везло – его даже ни разу не ранило.

После одной успешной операции, когда удалось захватить богатый арсенал оружия (множество автоматов, гранатометов «Стингер» и боеприпасов) рядовому Мулину была вручена медаль «За отвагу». Это случилось в сентябре 1987 года.

Часто бойцы разведроты сопровождали наши автоколонны, прикрывали их от нападения в опасных местах. Тут Иван Мулин обычно ехал «на броне», то есть на бронетранспортере, выполняя обязанности башенного пулеметчика. С одной стороны, броня надежно защищала от пуль, с другой – БТР являлся целью номер один для вражеских гранатометчиков и при попадании гранаты шансов спастись оказывалось мало.

В общем, каждое боевое задание требовало от наших солдат максимальной собранности, внимательности, расчетливости, держало в постоянном напряжении. Расслабиться можно было только на базе в Шинданде. Правда, и там мало что скрашивало суровый и необустроенный армейский быт.

Незадолго до демобилизации наш земляк получил еще одну награду, но уже от правительства республики – медаль «Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа».

Домой Иван вернулся 12 июня 1988 года. Восстановился в Шацком техникуме и только приступил к занятиям, как вызвали в военкомат. В чем дело? Оказалось, его «разыскивала» вторая медаль «За отвагу». И, как говорится, награда нашла героя.

Отучившись в техникуме и получив специальность, Иван Мулин стал работать в родном для себя совхозе «Передовик» механиком. Однако, как и в других краях, сельское хозяйство постепенно сворачивалось. Пришлось задуматься о дальнейшем пути в жизни. С 1994-го по 2011-й годы Иван Николаевич являлся сотрудником отдела внутренних дел по Пителинскому району. Начинал в звании младшего лейтенанта милиции, дослужился до майора, занимал должность старшего участкового уполномоченного милиции. В коллективе РОВД пользовался авторитетом, всегда был на хорошем счету. За добросовестное выполнение возложенных на него обязанностей отмечался почетными грамотами, благодарностями, награжден медалями «За отличие в службе» III и II степени, юбилейными медалями.

С ноября 2011-го и по настоящее время Иван Николаевич работает в Сасове, несет службу в качестве стрелка филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии. Думается, и там наш земляк на хорошем счету, ведь выдержки и отваги ему не занимать.

На снимках: Иван Николаевич Мулин; редкие минуты отдыха в афганской пустыне (Иван Мулин вверху слева).


Борис Сайфутдинов: «Воспитание не позволяло нам сомневаться»

Афганская война ворвалась в жизнь Бориса Сайфутдинова в 34 года. Тайком. Без объявления. По приказу военного комиссариата. Тогда Борис Михайлович жил и работал в родном Душанбе, водил маршрутный автобус.

– По внешности я, сами видите, смуглый, хорошо подходил для внедрения в мусульманскую страну, – вспоминает Борис Михайлович. – В Душанбинском военкомате меня протестировали на знание местного диалекта – фарси – хотели взять меня как переводчика. До стопроцентного результата я не добрал пары десятков баллов, но «на карандаш» меня все равно поставили. До декабря 1979 года, перед тем как в Афганистан начали вводить советские войска, 45 дней я провел в учебке.

В Ляурской учебной части (окрестность Душанбе) старшина Сайфутдинов вспоминал порядок сборки-разборки автомата, принципы рукопашного боя, в общем, учился воевать с исламистами. Только у тех методы ведения боевых действий были не совсем для русских солдат приемлемыми. Ужасали их способы пыток, кровь стыла от вида оскверненных ими трупов русских солдат. На своей территории, где родными были каждый кустик, каждый камешек, каждый горный выступ моджахедам не составляло труда маскироваться и вести прицельный бой по советским солдатам.

– В ночь наша авторота из 80 бойцов на пароме-вертушке переправилась через Амурдарью и двинулась на Кабул, – продолжает вспоминать Борис Михайлович. – Расселившись по гарнизонам, первое время мы снабжали близлежащие части горючкой, боеприпасами, новыми бойцами. Только здесь по сообщению радио «Маяк» мы узнали, что ограниченный контингент советских войск официально вошел на территорию Демократической Республики Афганистан.

Приказы не обсуждаются. Придерживаясь военной дисциплины, Борис Сайфутдинов сопровождал караваны по афганскому серпантину. А осведомленные душманы уже поджидали их на горных склонах. Обстреливали первую и последнюю машины в колонне. Чтобы не дать им захватить автомобили с топливом, нашим солдатам приходилось сталкивать их в ущелье или взрывать.

– Когда начались первые боевые столкновения, возникли и проблемы, – рассказывает Борис Михайлович. – Неопытных во всех смыслах военнослужащих приходилось учить всему. От перепада температуры у молодых водителей глохли машины: показывали им, как избегать таких ситуаций, как ремонтировать. Оружие новобранцы держали только в учебке, а тут им надо было почти сразу же стрелять в человека. Старослужащие как могли, убеждали их, что если не выстрелишь ты, то выстрелят в тебя. Правда, это мало помогало. Тем более, что и опытным-то старослужащим не приходилось убивать…

Вспомнил Борис Сайфутдинов бой за освобождение французского посольства от душманов, в котором вытащил из-под обстрела своего командира. Перед глазами предстали его однополчане. Всплыла картина изуродованных душманами солдатских тел…

Тут у моего мужественного героя потекли слезы. Сейчас Борису Михайловичу – 74. Думаю, что те месяцы ужаса и беспричинного в отношении солдат кровопролития до сих пор не померкли в его памяти. Успокоившись, он продолжил:

– Моя командировка в Афганистан, рассчитанная на 120 дней, затянулась на 9 месяцев. Мало кто из нас догадывался, что ожидало его в чужой стране. Мы все искренне верили, что выполняем свой интернациональный долг, воспитание не позволяло нам сомневаться в приказах военного начальства. И мы все очень ждали задерживающегося увольнения. Убитых мы хоронили в сухих степях и пустынях, закладывая их тела камнями. А сверху на камне ставили звездочку…

За мужество и отвагу, проявленные при спасении своего командира из-под вражеского огня, Борис Сайфутдинов награжден орденом Красной Звезды, который он получил, что называется, вдогонку. К награде его представили в 1980 году, и только спустя 4 года Борис Сайфутдинов узнал об этом. В числе его наград имеются также медали «За отвагу», «Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа», и другие.

После афганской войны Борис Сайфутдинов еще десять лет работал в таксомоторном предприятии в Душанбе. В Россию его с семьей вынудила переехать гражданская война, начавшаяся Таджикистане в девяностые годы. Он искренне надеялся, что столица союзной республики примет переселенцев с детьми, но возникли проблемы с жильем. Вспомнив, что в Рязанской области в Старожиловском районе живет его знакомый соотечественник, Борис Сайфутдинов не задумываясь, отправился к нему. Через год ему удалось обзавестись собственным домом в деревне Акулово и перевезти сюда семью.

«Обыкновенный шофер» Александр Антоновский афганские дороги не забудет никогда

Возвращаясь в прошлое тридцатипятилетней давности, Александр Антоновский, ветеран боевых действий в Афганистане, вспоминает:

– Мог ли я тогда думать, что буду выполнять свой интернационалистический долг в Афганистане? Даже и предположить не мог. О вводе советских войск в эту страну, где начался конфликт между вооруженными силами правительства ДРА с одной стороны и вооруженной оппозицией – моджахедами – с другой, узнал только тогда, когда нас привезли в город Термез, на границу с Афганистаном…

Александр Антоновский родился в селе Казачья Слобода Шацкого района в 1961 году. Учился в Казачинской средней школе. Окончил ее и решил остаться в родном селе, трудиться в колхозе имени ХХI партсъезда. В Шацком СПТУ выучился на тракториста-машиниста широкого профиля, а затем в Шацком ДОСААФ прошел программу подготовки водителя транспортных средств и получил еще одну специальность – водителя, о которой всегда мечтал.

Весной 1979 года Александра призвали в ряды Советской Армии. Азы военной науки шесть месяцев проходил в учебном подразделении войсковой части № 56717 в городе Бердичеве-2 на Украине. Надо сказать, что ему, привыкшему к крестьянскому труду парню, было не так уж и сложно постигать военную науку. Физически не был слабаком. Именно здесь он прошел программу подготовки командиров отделений. Изучал политическую и тактическую, строевую и физическую подготовки, устройство и техническое обслуживание колесных машин и другие премудрости военного дела. Навсегда запомнился ему день 2 июня 1979 года, когда он принимал военную присягу в торжественной обстановке. А 29 октября 1979 года Александру присвоили воинское звание сержант.

После учебки его направили в Раву-Русскую, красивый украинский город на границе с Венгрией. Три месяца службы здесь протекали спокойно и размеренно. И вот однажды, без лишних вопросов к командирам, им приказали “грузиться” в вагоны. Через несколько суток привезли в город Термез, на границу с Афганистаном…

– Ехали в восточном направлении. За окном была скучная картина, – вспоминает Александр. – Пески, пески, пески, иногда среди пустыни вдруг появлялись одинокие газовые вышки. Термез тоже не порадовал. Грязный узбекский городишко. Мы ходили удрученные и хмурые. Сухпайки, которые нам выдали в дорогу, у всех почти закончились. Хотелось есть. Радовало одно – вместе со мной служил земляк – чернослободец Иван Кондрашов. Вместе вспоминали свою малую родину, любимую шацкую землю. Вскоре подошли эшелоны с автомобилями и другой военной техникой. Сформировали роты, и нас стали переправлять на другой берег Амударьи, на территорию Афганистана. Мне очень не понравилась бурлящая мутноводная река – неприветливая, как и все вокруг. Километрах в 30 от границы стали дислоцироваться. Обосновались на голой местности в поле. Поставили палатки, стали обустраивать свой нехитрый солдатский быт…

Авторота, в которой служил Александр, должна была перевозить в Кундуз из Союза грузы – начиная от продуктов и заканчивая боеприпасами. Однажды их послали в Кабул за запчастями. Ехать пришлось по серпантину – горной дороге. Поднимались медленно на большую высоту.

– Страх высоты перебивала красота, открывшаяся вокруг, – продолжал Александр. –Взору предстали алые сопки с плывущими над ними кипенно-белыми облаками. Цвели маки! Такого больше не увидишь нигде! А на горных дорогах чем выше точка подъема, тем становилось все холоднее и холоднее. Вот так ехали мы и любовались пейзажами. Вдруг на нашем пути встретилась перевернутая афганская машина. Возле нее валялись коробки с рассыпавшимся крупным изюмом. Вокруг – никого. Набрали его во все карманы, наелись до отвала и захотели пить. Через несколько километров увидели горную речку с чистой, как хрусталь, водой. Стали наливать ее во фляжки – руки от холода заломило. Вот такой необычный климат в горах…

Но красота эта коварная, несущая из-за каждого угла, бугорка, кустика смерть. Душманы подстерегали на каждом шагу. И если чуть зазевался солдат – пуля не пролетала мимо. Автопоезда с грузами часто подвергались атаке со стороны моджахедов. И тогда…

– Я не думал, что меня убьют, – говорил мой собеседник, – но почему-то боялся, что ранят. Ведь автопоезд наш хоть и сопровождали бэтээры, все равно мы были открыты «духам». На пути следования автопоезда между Кундузом и Термезом располагался небольшой городок Баглан. Так вот именно тут мы не раз попадали под обстрел. Нас на дороге душманам видно хорошо, а мы их совсем не просматривали. Лишь тени от одного дома к другому мелькали. Здесь много наших пацанов полегли: Володя Хомич, ехал вместе с молодым лейтенантом, только что окончившим военное училище. Обоим автоматная очередь прошлась по груди. Машина Володи перевернулась, и они сгорели под ней. Молдаванина Васю Шугани ранило в ногу, он не справился с управлением большегрузного “Урала”, и машина перевернулась. Вторая душманская пуля остановила его сердце. Вместе с ним ехал солдат Иванов, имени его не помню, он успел выскочить из машины, побежал и… Служили в роте два друга-украинца Павел Томчук и Саша Корабчук. Хорошие были ребята, добрые. Однажды поехали в рейс за щебнем, которым мы территорию своего расположения засыпали. Ребята немного от колонны отстали. И возле того же проклятого Баглана их обстреляли из стоящей на обочине иномарки. Пашу ранили, повредили автомобиль, а Сашу душманы взяли в плен. На месте его похищения оставили одежду: гимнастерку, сапоги… После этого полк подняли по тревоге, но парня так и не нашли. Пашу через некоторое время убили. Пули попали в шею и сердце…

Перед началом нашего разговора Александр скромно сказал, что он не участвовал в ликвидации банд моджахедов, не ходил в рейды, он был просто «водилой», обыкновенным шофером.

«Обыкновенный шофер» Александр Николаевич Антоновский, рискуя жизнью, по смертельным дорогам Афганистана сделал несколько сотен рейсов, доставляя грузы. Он награжден нагрудными знаками “Гвардеец”, “Отличник Советской Армии”, медалью “Благодарность от афганского народа”, медалью Жукова, Почетной грамотой Президиума Верховного Совета СССР “За мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга”.

Боевое задание сержант Антоновский выполнил с честью и достоинством, и вернулся на Родину. Сейчас он с семьей живет в селе Завидном. Не изменяя своей профессии шофера, трудится в Желанновском краеведческом музее, колесит по дорогам района и области. Но афганские серпантины не забудет никогда.


«Настоящий мужчина должен в армии служить», — считает ветеран войны в Афганистане Сергей Дубко 

Когда на границе через мост «Дружбы» колонны вошли в Афганистан, у Сергея Дубко начался новый этап, поделивший жизнь на «до» и «после». 19-летним парнем он с радостью пошел исполнять свой воинский долг в ряды Советской Армии. Прослужив в Чучкове 10 месяцев, написал рапорт в Афганистан. 

— У меня была возможность остаться в России, но тогда был так развит у молодежи патриотизм, что не мог остаться. Попасть в Афганистан было настоящим подвигом, – вспоминает Сергей Эдуардович. 

В то время молодой сасовский паренек еще не представлял, с чем ему придется столкнуться. Сколько нужно будет мужества, чтобы выстоять, не сломаться, честно исполнять свой долг. 

Сергей служил в войсках специального назначения – в разведке. О том времени он рассказывает с неохотой. В первый боевой выход молодые ребята ничего не поняли, было страшно. Но человек ко многому привыкает… И боевых операций с каждым днем становилось все больше. Были и потери, которые переживались с огромной болью в сердце. 

— Один из тяжелых боев у нас был, когда погиб наш товарищ, и многие получили ранения, – говорит Сергей Дубко. – Несколько подразделений вели «проческу» ущелья, а нашу группу оставили на местах вероятного отхода «духов». Часть группы из семи человек выдвинулась вперед, а другая была на возвышении в полутора километрах от первой. Но никто не ожидал, что на нас выйдет около 50 человек, они и зажали ребят в сухом русле реки. Видя, в какой тяжелой ситуации находятся наши товарищи, мы прямо в полный рост побежали им на подмогу. Тогда о себе уже не думали. Долго потом преследовали врагов в горах. 

А родители на родине даже и не знали, с какими опасностями сталкивается их сын. Сергей так и не сказал им, где служит. Только, когда за русскими воинами прилетели вертолеты, Сергей бросил родителям письмо с признанием. Как он узнал позже, отец тогда сказал: «Вернется, сначала выпорю, потом поцелую». Но, конечно, обещание свое не выполнил. 
Прошли долгие годы мирной жизни, Сергей женился, вырастил дочь. Но еще долго Афганистан всплывал в его памяти, были сны, обрывки боевых действий. Справиться с тяжелым грузом помогло пребывание в центре реабилитации для участников боевых действий. 

Сейчас Сергей Эдуардович сам помогает ветеранам. Он – член правления сасовской общественной организации «Союз ветеранов боевых действий», в которой состоит около 140 человек. Он – первый заместитель председателя. Здесь стараются объединить всех ветеранов, помогают им. Члены организации часто выступают в учебных заведенях. Сейчас занимаются сбором средств на памятник в городе Сасово и надеются, что все у них получится. 

— Выжить в Афганистане мне помогли навыки, которые дал в Чучкове боевой командир, капитан Слепов. Мы тогда считали, что настоящий мужчина должен служить в армии, в армию стремились, а не бегали от призыва. И, конечно, мужская дружба – крепкая, которая осталась на долгие годы, — говорит он.

Прямая речь

Председатель «Союза ветеранов боевых действий» Олег Цепилов:

— Сергей Дубко один из семи членов Совета нашего общества. Работает много, пользы приносит немало. Благодаря этому мы становимся всё сплочённее, помогаем друг другу. Сейчас готовимся отметить знаменательную дату.


«Афганец» Анатолий Чикалов из Ермишинского района: «Опасность чаще всего подстерегала ночью» 

Анатолий Чикалов родился 4 августа 1967 года в Савватьме Ермишинского района. В 1984 году окончил 10 классов и поступил учиться в Ермишинское СПТУ №37 на шофера. В 1985 году начал работать на комбайне в колхозе «Победа».

В то время не принято было, чтобы юноши искали способ не пойти в армию, «откосить». Служба в Советской Армии подчеркивала мужественность молодого человека, готовность нести ответственность за свои поступки, дела. Защитник Родины – это были не просто громкие слова. Анатолий Петрович до армии был такой, как все: жил, учился, работал, знал, что скоро пойдет в армию.

Его призвали 9 октября 1985 года. Отправили в «учебку» в Кировобад Азербайджанской СССР. Парень учился управлять боевой техникой, обращаться с оружием, занимался строевой подготовкой. Стал привыкать к армейской службе. С 1 февраля 1986 года по 16 ноября 1987 года – Афганистан.

Родителям сначала не писал, где находится, боялся их расстроить. Мама Анатолия вспоминает, что когда узнали, где служит сын, сильно переживали. Каждый день подгоняли время: скорей бы прошли эти два года, лишь бы живой вернулся.

– Десять первых дней мы проходили «курс молодого бойца» в Шинданде, – вспоминает он. – Было страшно и непонятно: дома – мирная жизнь, а здесь – люди с оружием, смерть рядом. Потом меня перевели в город Герат в зенитную ракетную батарею водителем БТР. Опасность чаще всего подстерегала ночью. Именно ночью мирные «дневные» жители брали в руки оружие и превращались в «душманов». Колоны БТРов передвигались от части к части. Душманы первые машины пропускали, а по последним стреляли. Учиться на этой войне приходилось на ходу и очень многому, а главное – мужеству, терпению, умение переносить боль потери товарищей. Хотя, наверное, последнему не научишься никогда.

15 ноября 1987 года был приказ о демобилизации. Анатолий Чикалов из Шинданда до Ташкента летел на самолете (восемь часов), а потом трое суток на поезде – и дома. О чем думал, когда ехал домой? О том, как это здорово – когда ты просто жив, тебя ждут, нет войны.

Прошло уже немало лет после службы в Афганистане, после вывода советских войск из этой страны. Зачем эта война была? Почему русские парни должны были погибать там, попадать в плен? Анатолий Петрович и сейчас об этом думает, но не жалеет, что ему выпала такая судьба – выполнять интернациональный долг.

Клепиковец Владимир Тареев описал события Афганской войны в книге 

Владимир Тареев родился в деревне Уткино Клепиковского района. С марта 1982 года  по март 1984 года он участвовал в боевых действиях в должности начальника штаба парашютно-десантного батальона в составе 345-го отдельного парашютно-десантного полка. За боевые отличия был награждён орденом «Красной звезды» и медалью «За боевые заслуги». О том, какие события разворачивались на его глазах и при его непосредственном участии, Владимир Иванович написал книгу — невыдуманные рассказы «По горным тропам афганской войны».

— Об афганской войне, на мой взгляд, написано мало и, как правило, авторами, которые имели представление об этой войне понаслышке, или по официальным отчётам того времени, или по рассказам очевидцев, и это, конечно, не могло не отразиться на достоверности их публикаций. Как известно, в тот период эта тема была закрытой, и люди, не соприкоснувшиеся непосредственно с этой войной, вынуждены были судить о ней в меру той информации, которая им была доступна. А ведь значительное видится на расстоянии, и поэтому я надеюсь, что мои рассказы, включённые в этот сборник, восполнят любопытство наших читателей, — пишет автор в своей книге, сразу отвечая на вопрос, почему он решил написать её.

Издание рассчитано на массового читателя, ведь написана книга простым языком, в увлекательной форме. Прочитав первый рассказ «Кадетские погоны», уже сложно её отложить, хочется прочесть до самого конца. Автор рассказывает о том, как стали разыгрываться боевые действия с когда-то мирным и дружественно настроенным афганским народом, о первых ранениях, первых потерях. Владимир Иванович рассказывает, что есть и у военных свои суеверия. Так, главный герой рассказа забывает взять с собой кадетские погоны, которые всегда носил с собой и считал их талисманом удачи. В бою он получает страшные ранения:

«Осколки он принял на лицо, которые поразили глаза, раздробили нос и подбородок. Струёй газов перебило обе ноги, и большим осколком оторвало кисть левой руки, которая болталась на коже и сухожилиях… К своему удивлению, он оказался живучим, и после длительной и хлопотливой работы хирургов сначала в Баграме, а потом в военном госпитале в Ташкенте его удалось вернуть в строй. На это ушло полгода».

Всего в книге 50 рассказов, 50 историй, которые отпечатались в памяти Владимира Ивановича. Можно по-разному оценивать значение и характер этой войны, но не что не умолит героизм и отвагу советских солдат.

Сейчас в Клепиковском районе живут около 80 «афганцев».

Иван Козлов прошел Афган, а затем тридцать лет проработал в прокуратуре Пителинского района 

Уволившись на пенсию по выслуге лет из органов прокуратуры и пробыв на заслуженном отдыхе два года, Иван Козлов все еще никак не может полностью адаптироваться к свободной, не ограниченной трудовыми обязанностями, жизни.

Эпизоды тревожных будней

– Иногда даже во сне, – говорит, улыбаясь, Иван Михайлович, – снятся эпизоды прошедших тревожных будней. Будто тебя по телефону дежурный по отделу милиции срочно вызывает на чрезвычайное происшествие. А на улице глубокая ночь, и поливает холодный дождь, и очень не хочется куда-то собираться, а ведь надо, работа такая. Преодолевая сонливую слабость, спешно одеваешься и следуешь на выход, к машине, где ждут тебя только что подъехавшие оперативные работники милиции. И уже здесь постепенно сосредотачиваешься к подготовке расследования совершенного неизвестным лицом преступления.

– Такие вот ситуации в моей работе, – продолжает рассказывать ветеран, – бывали множество раз. Со временем к ним привыкаешь, а вот близким мне людям подобные вызовы приносили немало неудобств, а главное, беспокойных часов ожидания моего возвращения.

В рядах Советской армии

– До определенного возраста я не думал и даже не предполагал, что именно защита прав человека, борьба с нарушителями общественного порядка будет моей основной обязанностью на протяжении нескольких десятков лет.

Родился я в селе Печины Шацкого района. В местной школе закончил восьмилетку. Затем учился от военкомата на курсах шоферов и получил водительское удостоверение категории «С», что позволяло мне работать на большегрузных автомашинах. В мае 1981 года был призван в ряды Советской армии. Полгода обучался в учебной десантной школе на оператора-наводчика боевой машины десанта (БМД). Школа располагалась в городе Йонава, недалеко от города Каунас Литовской республики. По окончании учебки мне присвоили воинское звание ефрейтор.

Для дальнейшего продолжения службы направили в Витебск, а затем самолетом нас перебросили в Афганистан для выполнения интернационального долга. Наш десантный полк располагался недалеко от Кабульского аэродрома. Был определен сначала в роту, а потом переведен в отдельный батальон, который дислоцировался уже ближе к Иранской границе. Задача батальона состояла в том, чтобы не допустить прохождения караванов с оружием и наркотиками к душманам. То есть постоянно участвовали в засадах, вели бои, прочесывали аулы, обезвреживали агентов разведывательных служб и вражеских боевиков.

Бой, оставшийся в памяти

– Как-то, выполнив боевую задачу, наш батальон следовал на свою постоянную базу. И тут командование получило секретную информацию, что на колонну будет совершено нападение. Командир батальона принимает решение следовать к месту назначения другой, обходной, дорогой. Но, как потом выяснилось, на это и рассчитывали душманы, умело дезинформировав нашу разведку. Как обычно, впереди колонны шли наши БМД. Двигались в тревожном ожидании. Но ничего не случалось. И вдруг прозвучал оглушительный взрыв. Это на фугасном снаряде подорвался наш ГАЗ-66, в котором находился командир батареи гранатометчиков. Моментально приготовились к отражению противника. Затем последовала команда нашим десантникам (я оказался в их числе) обеспечить охранение саперов, выискивающих замаскированные мины.

От колонны мы продвинулись метров на 200, как неожиданно раздались пулеметные и автоматные очереди. Это душманы из засады вели прицельный огонь по нам из разных стрелковых оружий. Единственным местом, где как-то можно спрятаться, была высокая трава, росшая по берегу водного арыка. Но от пуль она не спасала. Впереди себя в кустах я увидел душмана, целившего из гранатомета в сторону наших БМД.  Дал короткую очередь. Противник, потеряв равновесие, все же выстрелил, но граната разорвалась, не долетев до цели. Слева и справа маячили уже другие душманы, поливая огненным свинцом наших бойцов, укрывшихся, кто как мог на ровной местности. Прицелившись, стреляю по врагам и понимаю, что им уже никогда не подняться с земли.

В метрах 20–30 от меня вел огонь из пулемета ПКМ десантник. Благодаря ему душманам не удавалось приблизиться к нам. И вдруг этот пулемет замолкает. Первая мысль: солдат погиб, но присмотревшись, вижу, как боец старается что-то сделать с оружием, но не может справиться с ним. Бегу к нему, хватаю пулемет, ногой забиваю затвор (его заклинило) и привожу в боевое состояние. Молодой боец благодарно кивает головой, для него этот бой был первым.

Также быстро вернулся на свою позицию и оказался под огнем противника. Правда, успеваю отстреливаться. И тут чувствую, что из рук у меня автомат выбит, а по шее течет кровь. Это разрывная пуля поразила мой АКС, и осколками ранило меня в подбородок, шею и левое плечо. Впопыхах стараюсь собрать автомат, да где там, все раздроблено. Минут через 10 ко мне подбежали десантники, перевязали раны, а затем я был отправлен в медсанбат. Этот бой никогда не сотрется из моей памяти. В нем мы потеряли 5 бойцов, 16 было ранено. Потом, когда находился в госпитале, мне рассказали, что в этом сражении был убит норвежский корреспондент, находившийся среди душманов и снимавший на видеокамеру бой, длившийся не более 30 минут.

– Не ожидал, что меня удостоят какой-либо награды, но однажды, до демобилизации оставалось несколько дней, к нам из штаба полка приехало начальство и вручили четырем бойцам, в том числе и мне, по ордену Красной Звезды.

Преступник должен быть наказан!

– После увольнения поначалу вернулся в родительский дом. Потом устроился на работу в объединение «Искра» Рязанского района водителем. А затем так случилось, что был приглашен в местную прокуратуру, и в беседе с прокурором услышал от него предложение о поступлении в Саратовский юридический институт. Решил попробовать. Вступительные экзамены сдал успешно и был зачислен студентом судебно-прокурорского факультета. Это произошло в 1985 году.

После окончания учебного заведения меня направили на работу следователем прокуратуры Пителинского района. Приходилось расследовать дела о тяжких и особо тяжких преступлениях. Все они остались у меня в памяти. Так, например, некоторые жители района и сейчас помнят, как в день Пасхи, а она пришлась в 1994 году на 1 мая, в селе Темирево выстрелом из пистолета был убит молодой парень из Пителина Виктор Абросимов. Убийство это совершил житель из Балашихи Московской области. Совершив злодеяние, он попытался скрыться на легковом автомобиле, но благодаря усилиям оперативных работников милиции, был настигнут и арестован. Несмотря на явное преступление, дело оказалось не таким простым, как могло показаться на первый взгляд. Преступник всячески изворачивался, давал неверные показания. Но все же доказательная база была собрана. Дело рассматривалось в Рязанском областном суде. Преступник понес суровое наказание. Его приговорили к 15 годам лишения свободы.

Владимир Язынин: «Именно в Афганистане я научился по-настоящему ценить жизнь и дружбу» 

Провожая в начале ноября 1987 года в армию восемнадцатилетнего сына Владимира, только что окончившего Шацкое ССПТУ и устроившегося на работу в колхоз имени Кирова, жительница села Сново-Здорово Лидия Язынина не думала, что отправляет его на войну.

Солдатский долг

Из Рязани Владимира вместе с земляками отправили на пересыльный пункт в Горький, а оттуда в «учебку» в Туркмению. Еще в пути ребята поняли, что их будут готовить к отправке в Афганистан, где по-прежнему шли военные действия. Владимир попал в местечко Иолотань, расположенное недалеко от Кушки. Там в течение полугода офицеры и прапорщики, получившие боевой опыт в афганской войне, вели усиленную морально- психологическую подготовку новобранцев к участию в реальных боевых действиях. На занятиях изучали особенности менталитета населения Афганистана, правила поведения в исламском государстве, тактику действия душманов. Кроме того, их учили быстро подниматься  на возвышенности, преодолевать различные  типы склонов, учитывать

горный рельеф Афганистана, рассказывали, как вести себя во время движения в автомобильной колонне по горной местности. И что немаловажно, обращали внимание на умеренное потребление питьевой воды. Для отработки тактических действий частенько приходилось подниматься по тревоге и совершать марш-броски на расстояние от 100 до 500 километров.

После «учебки» молодых солдат погрузили в тяжелый военно-транспортный самолет АН-124 «Руслан». Он приземлился в Кабуле, где находился штаб 40-й армии генерала-полковника Бориса Громова. Владимир попал в отдельный батальон охраны и обслуживания руководства 40-й армии. Ему повезло: при распределении по ротам земляк из Пронска Андрей Чачин упросил своего офицера взять солдата к себе. Благодаря встрече с Андреем Язынину легче было начинать военную службу и привыкать к местным условиям.

Афганистан – страна горная

Перед вновь прибывшими поставили задачу: охрана Бориса Громова – командующего 40-й армией и Валентина Варенникова — начальника группы управления МО СССР в Афганистане. Что скрывать, поначалу было тяжело. В первый месяц службы абсолютно у всех был страх. Солдаты хорошо понимали, что расслабляться и ошибаться нельзя: расплата за ошибки – смерть. В трудных ситуациях Язынина спасала молитва матери и два крестика, которые она дала с собой: один нашел в кармане пиджака

еще в Иолотани, переодеваясь в военную форму, а второй Лидия Дмитриевна повесила на шею своими руками, провожая сына в армию. Рассказывая о первых днях пребывания на чужбине, Владимир Иванович с дрожью в голосе, медленно подбирая слова, произнес:

– Там все другое: небо, земля, трава, камни, вода. Невозможно привыкнуть к афганской жаре. Там все чужое. Там война. И где-то далеко – дом родной. Трудно было первые месяцы, особенно когда ходили колонной сопровождения на боевые операции. Афганистан – горная страна. Все необходимое для жизнеобеспечения гарнизонов доставлялось автомашинами. Марш колонны обычно начинался рано утром. В ходе движения не допускался разрыв между машинами, так как этим, как правило, немедленно пользовался противник – минировал дороги и нападал на отставшие машины.

В октябре 1988 года мы сопровождали колонну по маршруту Кабул–Пули-Хумри. Машин было достаточно много, колонна растянулась на несколько километров. При подходе к туннелю Саланг мятежники обстреляли два БТРа, и начался бой. Умелые действия личного состава и офицеров группы сопровождения при поддержке вызванных на помощь вертолетов не позволили уничтожить колонну: потери были минимальными. Мне пришлось вместе со всеми отстреливаться. За эту операцию получил первую медаль– «За боевые заслуги».

На войне как на войне

Профессия военного водителя в Афганистане особо ценилась. Тяжелая это работа –поднимать машину по серпантину на головокружительную высоту или пробиваться среди гор и песков в отдаленный кишлак на помощь товарищам. Когда впервые поехали на боевую операцию, Владимир, встречая колонны из других подразделений, обратил внимание на то, что на кабинах машин прикреплены таблички с названиями городов: Москва, Минск, Пенза, Брянск, Курск… В следующий поход и на машине Язынина появилась надпись: «Рязань». Это делали для того, чтобы на фронтовых дорогах встретить земляков. И сколько таких встреч было! Делились на радостях последней сигаретой, сухим пайком, говорили о доме, фотографировались на память, обменивались адресами.

Неоднократно автомобильной роте Владимира Язынина приходилось сопровождать колонны подразделений, еще с осени 1988 года постепенно выходивших из Афганистана по дороге через перевал Саланг, лежащий в горах Гиндукуша. Эта дорога связывала советский город Термез и северные районы Афганистана с центральными провинциями и Кабулом. Еще в 1964 году советские специалисты построили на перевале тоннель – своеобразную бетонную трубу со всевозможными вспомогательными галереями длиной около четырех километров и диаметром шесть метров. Душманы много раз пытались уничтожить тоннель на Саланге, чтобы прервать поток грузов и ослабить группировку «шурави», как тогда они называли наших военных. Поэтому этот важный объект хорошо охраняли подразделения дорожно-строительной бригады дорожных войск. Моджахеды предпринимали попытки его заминировать и обстрелять колонну. Сколько товарищей и сослуживцев полегло на подступах к перевалу!.. А Владимира Господь берег и мамина молитва: за время боевых действий – ни одной царапинки, хотя в таких ситуациях ему приходилось бывать, что и сейчас при воспоминаниях о том времени дух у ветерана захватывает.

В январе 1989 года батальон переместили в Мазари-Шариф. Несколько раз по заданию командования Владимир ездил в Кабул и видел, во что превратили образцовые советские казармы поселившиеся в них афганские военнослужащие правительственных сил.

Вот что вспоминает Владимир Язынин об Афганистане:

– В горных районах жила основная масса населения. Камышовый коврик на земляном полу, топчан и казан для приготовления пищи – вот и вся домашняя обстановка. Одним словом – нищета. Вместе с тем в любой лавке продавалась японская аппаратура, даже часы из Швейцарии. Привозили эти товары не столько для местных жителей, сколько для советских военнослужащих-офицеров. Мирное население относилось к нам вроде бы неплохо. Может, потому, что мы их подкармливали. Зайдешь, бывало, в кишлак, мальчишки тут же окружают и кричат: «Шурави, шурави, дай тушенку»! Удивлялся, уж очень бойко по-русски разговаривали. Мы раздавали полуголодным людям рис, муку, сахар, хлеб, растительное масло, консервы. Только эти, на первый взгляд, мирные люди творили такое, что не поддается никакому объяснению. Когда уже после вывода наших войск дослуживал в Термезе на автомашине УАЗ, мне приходилось возить генерала Варенникова в Мазари-Шариф на переговоры. От того, что иногда рассказывал по дороге военачальник, волосы дыбом вставали. Однажды рота бойцов (это было, по-моему, в 1985 или 86-м году) попала в засаду в ущелье Маравары, недалеко от пакистанской границы. Большую часть личного состава перебили, погиб и командир.

Раненых «духи» волоком подтащили к кишлаку, а всем убитым сделали контрольный выстрел в голову. Потом откуда-то появились несколько подростков в возрасте десяти–пятнадцати лет в сопровождении трех больших собак – афганских овчарок. Дети по знаку душманов с визгом и криками бросились добивать наших ребят ножами, кинжалами и топориками. Все это видел один солдат, чудом спасшийся от рук малолетних палачей и рассказавший о происшедшем командованию. А впоследствии он сошел с ума.

Домой – в Советский Союз

Автомобильный взвод Язынина, закончив войну, прошел без потерь по дороге Мазари–Шариф–Термез и 14 февраля 1989 года, с гордостью проехав по приграничному мосту через Амударью, прибыл в Советский Союз. Расквартировались на территории старинной крепости Термеза. Свой видавший виды военный КамАЗ, груженный контейнером с оборудованием командного пункта 40-й армии и штабным имуществом, пришлось поменять на легкий быстрый УАЗик, который закрепили за генералом Варенниковым. С ним Язынин еще много раз бывал в Афганистане. Уже на гражданке, спустя год после службы, за доставку ценнейшего груза на территорию Советского Союза Владимиру Ивановичу торжественно вручили вторую медаль «За боевые заслуги».

Беседуя с Языниным о событиях 30-летней давности, спросил: «Какие чувства испытывал, переправляясь через Амударью и ступив на родную землю?» Он, слегка смутившись, тихо произнес: «Скажу честно: я не помню, как проехал мост. Переживал, думал, что все это во сне происходит. И побаивался, как бы моджахеды напоследок не начали бить по нам. Так хотелось домой!»

Говоря о своем пребывании в Афганистане, Владимир Язынин тепло вспоминает своих командиров, боевого друга Володю Иняткина из Пензы, артистов, приезжавших с концертами из Союза: Иосифа Кобзона, Аллу Пугачеву, Александра Розенбаума и других.

– Понимаю, что война – это горе, смерть, страх, ужас. Но именно в Афганистане я научился по-настоящему ценить жизнь, дружбу людей, которые вдали от Родины воевали и помогали простому, бедному народу отстаивать право на лучшую жизнь, – говорит Владимир.

Когда Язынин был еще на войне, на родине, в Сново-Здорово, случилась беда: сгорел родительский дом. Мать с отцом не стали сообщать сыну о случившемся: не хотели расстраивать, зная, что ему там еще трудней. Трудолюбие родителей, помощь соседей, родственников, руководителей колхоза помогли отстроить дом заново. Придя в июле на месяц в отпуск, Владимир доделал с отцом все необходимое в доме и со спокойным сердцем отправился дослуживать последние месяцы в далекий узбекский город.

Мирные будни

Демобилизовался Владимир Иванович Язынин 21 ноября 1989 года. Устроился шофером в колхоз имени Кирова, женился, получил жилье, воспитал сына и дочь. Сейчас работает водителем автобуса, доставляет детей в школу и обратно.

Во второй половине когда-то колхозного дома, где поселился Владимир, живет еще один воин-«афганец», уроженец села Сново-Здорово Владимир Захаров, воевавший в далекой стране чуть раньше Язынина. Иногда ветераны садятся на скамеечку перед домом и вспоминают моменты своей военной биографии…


 


Николай Копылов из Путятинского района фильмы про войну в Афганистане никогда не смотрит 

Когда Николай Копылов получал аттестат зрелости и танцевал на выпускном балу, он и подумать не мог, что через год будет управлять военным «уазиком» и возить начальника автомобильной службы по дорогам Афганистана.

Окончание школы совпало с получением повестки в армию. Но сначала военный комиссар направил Николая в город Сасово на курсы шоферов.

…О войне в Афганистане было тогда известно немного, народ знал только, что миротворческие войска вошли на территорию соседнего с СССР государства для урегулирования конфликта.

– На аэродром нас привезли в нескольких машинах. Кто-то из ребят спросил командира, куда нас, и он ответил: туда, где будете загорать и зимой, и летом.

Самолет приземлился под самым южным городом Советского Союза – Кушкой. Новобранцев распределили по казармам, за отведенную территорию не выпускали, дали новую солдатскую форму, в рационе было много фруктов и сладостей. Почему меню было такое изысканное, ребята поняли лишь после того, как оказались на территории Афганистана.

– Командиры нам говорили, что мы находимся в карантине, а на самом деле они наблюдали, как у нас проходит адаптация к новому климату.

У Николая адаптация прошла хорошо, поэтому через месяц, 21 апреля 1980 года, он уже стоял на плацу воинской части 81424 в составе 59-й бригады материального обеспечения. Основной задачей бригады являлось снабжение воинских частей и соединений, расположенных в юго-западном направлении от города Хайратон, что на границе с Советским Союзом, до Джелалабада продовольствием, горюче-смазочными материалами и боеприпасами.

Через несколько дней Николай познакомился с командиром и начальником автомобильной службы, получил новенький «уазик» и выехал за пределы воинской части. В первое время ему все казалось необычным, следовал он по указанному начальником пути всегда в сопровождении охраны. Местных жителей не встречали, дорога была специально проложена в стороне от кишлаков. Но зато, когда Николай приезжал в другие воинские части, он нередко встречал своих земляков.

– Делились новостями и адресами, да что толку: военные – народ подневольный, сегодня на одном месте, завтра на другом. Но мне повезло: у нас в бригаде были ребята из разных городов Союза, но большинство из Рязанской области, и нам было о чем поговорить, даже когда письма из дома получали, читали их все вместе. О себе нам ничего такого писать не разрешали, и поэтому наши родители иногда терялись в догадках, где мы.

Отца Николая очень настораживали письма сына, в каждом из которых он писал: «Дорогие мои, за меня не беспокойтесь, у меня все хорошо, служба проходит нормально, жив-здоров, чего и вам желаю».

Не раз содержание таких писем приводило отца солдата срочной службы в районный военкомат, но и там он не находил должного ответа.

– Да что сейчас об этом говорить. Родители, конечно, догадывались, где я, но в своих письмах они ни разу мне не задали такой вопрос, чтобы мне пришлось выдумывать, что им ответить. За это им большое спасибо.

Да и что мог написать солдат, который, каждый раз выезжая за ворота части, не мог знать, вернется или нет.

Колонну, сопровождающую машину с начальником, душманы не трогали, но, когда Николай ехал в сопровождении каравана с продовольствием или горюче-смазочными материалами, редкий раз обходилось без обстрела.

– К обстрелам и засадам по пути следования колонны мы были готовы и в любую минуту могли вступить в бой, но самое страшное было, когда душманы выжидали удобный случай и нападали во время нашего отдыха.

Однажды во время небольшого привала на глазах у Николая был подстрелен один из его товарищей. Снайпер целился в голову, но, видимо, солдату не суждено было погибнуть от вражеской пули. В какой-то момент он потянулся за сигаретой, и пуля, будто ножом, срезала ухо. Кровь от раны брызнула в разные стороны, заливая лицо и шею. Для молодых ребят это было неожиданностью.

За 20 месяцев службы в Афганистане Николай видел и пережил многое, и поэтому ему очень тяжело даются воспоминания. Когда его приезжает навестить однополчанин из города Клин, бывшие воины-афганцы стараются говорить на отвлеченные темы. А фильмы про ту войну Николай никогда не смотрит.

 


Георгий Ребрунов: «Забыть про них мы не имеем права» 

Тридцать лет минуло с той поры, как последние «афганцы» ступили на родную землю. Разными вернулись домой воины-интернационалисты. Но все они о той войне рассказывают мало и неохотно.

Георгий Степанович Ребрунов служил в Афганистане с сентября 1985 по май 1987.

– Родом я из Краснодара, – говорит он. – В 1971 году меня призвали в армию. Служил в Эстонии, через полтора года подал рапорт на сверхсрочную службу. Полгода учился в Ленинграде в школе прапорщиков. А потом направили на службу в Монголию. После возвращения, через четыре года, попал в Тамбов. Был там начальником склада стрелкового вооружения. В восемьдесят пятом году меня по замене отправили в Афганистан. Выбор у меня был: Афганистан или Чернобыль. Я выбрал первое.

Попал в провинцию Газни, от Кабула километров 120. У нас была мастерская по ремонту подрывной техники и вооружения – подразделение ремроты. Хоть стрелкового оружия и много было, но ремонтировали – там же песок, он забивался в ствольные коробки, в рычаги. А когда полк собирался на задание, я исполнял обязанности завскладом – выдавал боеприпасы.

Приходилось сопровождать колонны. Мы вывозили грузы, подлежащие утилизации, – солдаты после боя сдавали трофейное оружие. Наберется два-три КамАЗа, доезжаем до Кабула, а оттуда собирается колонна – и на Термез. Обратно продукты везем. Колонну сопровождало охранение: БМП со стрелками, зенитные установки на КамАЗах, БТР-70. Плюс вертолеты, им же сверху видно, в какой расщелине душманы сидят. На дверцы машин, как правило, вешали бронежилеты, чтоб с боков не пробило. Берегли в первую очередь водителя, если вдруг его ранят и машина остановится – прекрасная мишень получится.

В полк возвращаемся – обязательно с музыкой встречает полковой оркестр. Если есть раненые, их сразу же отправляли в Кабул в госпиталь. В полковом медсанбате редко оперировали, если только была опасность растрясти при перелете, ведь вертолет же не ровно летит, старается уклониться от вражеских «стингеров».

За два года Георгий Степанович дважды был контужен, ранен в ногу. Вот об этом он говорит особенно скупо:

– Да что рассказывать? Водитель неопытный, говорил ему: «Веди машину прямо, колея в колею». Ведь по обочинам душманы фугасы закладывали. Нет, он решил, что сам знает! Переднее левое колесо – на мину, мост вырвало, нас из машины выбросило. А ранило в другой раз, во время обстрела, пуля прошила дверцу ниже бронежилета – сквозное ранение. Вылечили в санчасти. Солдаты даже с серьезными ранениями уезжали очень неохотно – здесь все свои, свой полк, своя семья.

И вот эти особые, теплые отношения «афганцы» пронесли через все годы и расстояния. Георгий Степанович признает, что у не служивших в Афганистане другие взгляды на жизнь. А прошедшие Афган – действительно одна семья.

– В 2008 году мне нужно было здоровье подлечить. А куда обратиться? Мне дали телефон Рязанского отделения «Боевого братства», ребята помогли. А из госпиталя я вернулся членом этого братства и со множеством планов. Взялся собирать ребят в районное отделение. Главной задачей было увековечивание памяти погибших товарищей. Разве можно о них забыть?

Девять лет Георгий Ребрунов возглавлял районное отделение «Боевого братства». За эти годы сделано немало – установлены мемориальные доски солдатам, погибшим в Афганистане и Чечне, открыт мемориал в Ермишинском летнем парке.

– Мне во всем помогали Сергей Малашкевич, Николай Бордачев, Андрей Капитонов, роман Тагаев и другие ребята, – продолжает Георгий Степанович. – Теперь председатель нашего «Боевого братства» – Сергей Калинин. Мы продолжаем начатое. Полтора года назад установили памятную доску Алексею Лашину, погибшему в Афганистане в 1985 году. Анатолий Хромов, Юрий Голованов, Евгений Ганин, Владимир Кузнецов… Забыть про них мы не имеем права.

Сергей Волков: «Никогда нельзя привыкнуть к смерти товарищей» 

 …Сергея Волкова из Сараевского района Афганистан встретил, как и других его сверстников, недружелюбно, зноем и песчаной пылью. Да только бы этим!

– Особой подготовки перед Афганом толком и не было, – рассказывает Сергей Николаевич. Пятимесячные курсы молодого бойца в Азербайджане, где, в основном готовили нас физически – преодолевать маршброски, прыгать с парашютом с вышки и немного стрелять. А вот с  военными специальностями – снайпера, пулеметчика, гранатометчика нас никто не знакомил. Вначале нам не говорили, где мы будем служить, но как только приняли присягу, сразу объявили – Афганистан. Тогда и не предполагали, что там будет так страшно. Душманы готовились к войне, они мастерски владели всеми видами оружия, которое шло к ним бесконечными караванами. А мы, молодые необстрелянные мальчишки волею судьбы оказавшиеся на этой самой войне, вдали от Родины, в отличии от них, совсем не умели воевать. Знаете, как мы завидовали тем, кто шел на дембель, остались живы…

Да, смерть здесь ребят поджидала за каждым углом. Они попадали в засады и заживо горели в БТРах, замертво падали под перекрестным огнем пулеметов, попадали в плен и умирали от пыток и издевательств. За 9 лет мы потеряли убитыми и умершими от ран около 14 тысяч человек, ранеными и искалеченными остались 50 тысяч, а были еще и пленные, и пропавшие без вести.

Чужая земля

– Климат в Афганистане очень тяжелый, – продолжает Сергей Николаевич. – Днем жара такая, что одежда под бронежилетом белела от соленого пота, температура воздуха достигала иногда 50 градусов и выше. И еще, почти всего хотелось пить. Но на войне об этом почти не думаешь, главное выполнить поставленную задачу. И ведь мы выполняли, зачастую – ценой жизни.

Служить наш герой попал в 3-й разведвзвод отдельной 70-й мотострелковой бригады, который  дислоцировался в  пригороде Кандагара. Это юг Афганистана.

– Наш разведвзвод занимался сопровождением колонн, освобождением попавших в засаду советских солдат, зачисткой освободившихся территорий и еще вывозом раненых. Конечно, бывало страшно, все же мы люди. Но страх уходил быстро, и вместо него появлялась ненависть к тем, кто убивал твоих друзей, сослуживцев. Чего греха таить, превосходства над «непримиримыми» ограниченный контингент не имел. Мы понимали это. И потом, они же были у себя дома, где знали каждую тропу в ущелье, каждый уголок, а для нас эта была незнакомая чужая земля. Поэтому, «духи» давали нам «прикурить» гораздо чаще, чем мы им. Вот и было страшно.

Нет срока давности войне

Да, душманы, действительно, отличались своей непредсказуемостью и жестокостью. Советские воины были для них ни чем иным, как «неверными», пришедшими на их землю, чтобы навести здесь свой порядок, и они карали их за это.

– Вы знаете, никогда нельзя привыкнуть к смерти товарищей. Помню, когда первый раз увидел убитого, это необъяснимые ощущения, которые я даже передать не могу. Потом, конечно, воспринималось все по-другому, но чтобы привыкнуть – никогда. Такое забыть нельзя. Хоть и говорят, что память интересная штука – запоминает все хорошее и выкидывает все плохое как ненужную информацию. Я не согласен с этим, все помнится, как будто и не было этих 30 лет. Сопроводив колонну, мы налетели на засаду, вступили в бой. Многие тогда получили ранения, в том числе и я. Пришлось немного полечиться в госпитале и снова на службу.

Помнит Сергей Волков и свой самый страшный бой – за точку 1007.

– Она стояла около дороги и всегда мешала душманам в их продвижении. Несколько раз они пытались стереть ее с лица земли. Вот и в тот раз там завязался бой, нам надо было вовремя прийти на помощь. Точку мы отстояли, но это был жестокий бой, чуть ли не в рукопашную. Мне больно сейчас вспоминать его. Много там ребят полегло наших. Жалко.

Советы старших помогли выжить

– Что помогало выжить? Многое. Теплые письма из дома, желанье во чтобы то ни стало выжить и помощь сослуживцев, особенно тех, кто призывался раньше нас. Они учили нас многому: как не нарваться на растяжку, как не попасть в засаду, не высовываться и не рисковать, и я благодарен им за это. Без их поддержки и науки было бы гораздо больше жертв.

Сергей Николаевич рассказывал, что позже, находясь в командировке в Северной Осетии, несмотря на все инструкции, согласно которым военнослужащие должны находиться  в боевых условиях только внутри БТРа, чаще был на броне. Еще в Афганистане старослужащие рассказывали, что при прямом попадании из гранатомета или при подрыве на фугасе, как правило, те, кто находится внутри либо погибают, либо получают тяжелые ранения, не имея абсолютно никаких шансов выбраться из «коробочки».

Выполнять свой интернациональный долг Сергею пришлось до самого  вывода советских войск из Афганистана. А дальше была служба в Приморском крае, которая показалась нашему герою раем.

Жизнь после войны

Говорят, что многие побывавшие в Афганистане, испытывают так называемый «афганский синдром», вскакивают по ночам, кричат, как бы продолжая воевать.

– С этим приходилось сталкиваться многим ребятам. После Афганистана некоторые подолгу не могли устроиться на работу, а устраиваясь, не находили взаимопонимания с коллегами. Нервишки эта война испортила многим. Мне повезло. Демобилизовавшись, я почти сразу устроился работать в милицию, в должности ППС-ника, затем служил помощником дежурного, дежурным…

Сейчас майор Волков в должности начальника тыла служит в РО МВД России «Сараевский».  Но каждый год, все 30 лет, он встречается со своим сослуживцами в Москве. Встречается, чтобы вспомнить о боевых товарищах, помянуть погибших и выпить чарку за мир.

 

«Это был наш долг. И я его выполнил» Житель Рязанского района рассказал о буднях в Афганистане

Георгию Афанасьевичу Лебедеву, жителю Полян Рязанского района, довелось заботиться в Афганистане не только о своей жизни и здоровье, но и о многих других людях.

Родился Лебедев в Нижегородской области, в деревне. В 1979 году он поступил в Ленинградскую академию связи. Учеба там закончилась в 1983 году, и Георгий стал командиром батальона связи в Пскове. А через два года он был направлен в ДРА. Там он стал еще и командиром воинской части.

Должности это были более чем очень ответственные. Заботиться приходилось не только о себе, но и о других.

– Самое главное – мне нужно было накормить 466 человек, обуть, одеть, проследить, чтобы они не заболели и не погибли. В моей воинской части погибших не было. И я считаю это одним из главных своих достижений, – подчеркивает Лебедев. – И, конечно, на боевых выходах я должен был полностью обеспечивать связь командованию дивизии с вышестоящим штабом, со штабом армии, с местом постоянной дислокации – короче говоря, от верхушки до самого низа. Если в мирное время за оплошность можно было отделаться выговором, то там сразу головы с плеч летели. Ведь если не выполнишь боевую задачу, то могут погибнуть люди.

Георгий прибыл в Афганистан 13 мая. Через несколько дней, 19-го, не успев пройти до конца акклиматизацию, он уже шел на восток, а 23 был в шести километрах от пакистанской границы в провинции Кунар. Местный климат не щадил чужаков: ночью солдаты не передвигались, чтобы не попасть в засаду, а днем температура нередко доходила до шестидесяти градусов.

– Я думал, не дойду, – признается Лебедев. – Жара безумная, машины закипали. Я только приехал, и сразу попал в такое пекло. Помню, тогда думал: если выдержу это, значит, выдержу что угодно.

Интернационалисты тогда получили задачу: перекрыть канал поставки оружия, которое из Пакистана в Афганистан переправляли тайными тропами душманы – они организовали там неподалеку свою базу и потом распространяли оружие по всей ДРА. Разведка у моджахедов была налажена на высоком уровне, поэтому появление советских десантников неожиданностью для них обычно не становилось. База в Кунаре была очень важна, поэтому душманы решили принять бой. Подготовились к атаке настолько хорошо, что порой даже переходили в наступление. Но справиться с интернационалистами все равно не смогли – больше половины из 4000 членов группировки были уничтожены. Операция завершилась 28 июня, и Лебедев сразу выдвинулся в другой район, Кундус. Оттуда вернулись в 9 часов вечера, а уже в 4 утра вышли на 32 суток в Паншер.

– И так два года. Только придешь, не успеешь помыться-побриться – и вновь на задание, – рассказывает Георгий Афанасьевич. – Это был наш долг. И я его выполнил. За что был награжден Орденом Красной звезды и почетной грамотой Президиума Верховного Совета СССР.

Александр Судницын из Путятина покинул Афганистан в числе последних советских военнослужащих

Афганистан, тебя забыть бы рад…

В центральных газетах от августа 1988 года советские граждане, которые изо дня в день более девяти лет следили за развитием событий в Афганистане, прочитали долгожданную новость.

– 15 августа 1988 года по соглашениям Женевских переговоров Советский Союз начинает вывод своих войск из Афганистана.

Как много значили эти несколько слов для советских жен и матерей, сестер и братьев!

– Прочитав сообщение, я в первую очередь рассказал о нем матери, – говорит Юрий Судницын, чей брат Александр за месяц до публикации этого информационного сообщения был направлен для прохождения дальнейшей службы из Грузии в Афганистан. – Но ждать возвращения брата из армии нам предстояло еще больше года, а вывода войск – полгода.

Здравствуй, Шиндант

Александра Судницына призвали в ряды Советской Армии в ноябре 1987 года и сразу же направили в город Батуми Грузинской ССР. О том, что новобранцев готовят к отправке в Афганистан, им сказали сразу.

– Обычно «учебка» длится шесть месяцев, а у нас на восьмой перевалило, и мы не знали, что и думать, даже командиры не могли точно сказать, будет отправка или нет.

Однако в июле 1988 года Александр и еще сотни солдат были подняты по тревоге и отправлены в город Ташкент, а затем в Шиндант, в расположение воинской части № 51883.

– Часть базировалась недалеко от аэродрома, техники и военнослужащих было много, поэтому была и соответствующая охрана. Туда душманы боялись сунуться, а вот за пределами части нашим ребятам, прямо скажем, было нелегко.

В первые дни по прибытии солдатам дали время немного освоиться, познакомиться с сослуживцами и техникой.

Александра назначили водителем-механиком бронетранспортера, а через неделю отправили сопровождать колонну с продовольствием в Гудермес.

– Ребята, которые отслужили уже несколько месяцев и не раз сопровождали колонны, рассказывали нам, как надо действовать во время обстрела или нападения. И вроде бы все было понятно, но на деле все оказалось совсем по-другому.

Колонна проехала несколько километров по открытой местности, все было тихо и спокойно. Александр, управляя БТРом, внимательно смотрел на дорогу, а сидящий рядом старший сержант, сжимая в руках автомат, постоянно вертел головой во все стороны.

– Сашка, смотри в оба, что-то на душе неспокойно, такое бывает… – только и смог сказать мой товарищ. Все произошло за секунды. Взрыв раздался так неожиданно, что я даже ничего не смог понять. Тело сковало, острой боли я не чувствовал, но было очень неприятное ощущение: все происходящее видел будто в замедленном кино и в густом тумане, очень кружилась голова, пульсировали виски, и был какой-то непонятный шум в ушах, но самое страшное, что я ничего не слышал. Сколько это продолжалось, я не знаю, отключился.

В сознание Александр пришел только в госпитале. Подошедший врач что-то говорил ему, а он слышал только каждое пятое слово, и только на седьмые сутки к нему начал возвращаться слух.

– Как мне потом объяснили, это была контузия, а врач сказал, что мне здорово повезло, потому что среди моих однополчан, сопровождавших колонну, немало тяжелораненых и есть убитые. Я узнал, что мы подорвались на минах.

Больше месяца сержант Судницын приходил в себя в санчасти, а потом врачи признали его годным к строевой службе.

– Когда я приехал в расположение части, ребята мне сказали, что наше правительство подписало соглашение о выводе советских войск из Афганистана.

Возвращение домой

В первые три месяца Афганистан покинуло более 50 тысяч военнослужащих. Каждый самолет с солдатами, улетающими на Родину, Александр и его сослуживцы провожали и с радостью, и с грустью. Готовились к отправке и несколько сот солдат из части № 51883, но все в одночасье изменилось. В начале ноября 1988 года вывод советских войск из Афганистана был приостановлен в связи с резко активизировавшимися наступательными действиями душманов (моджахедов), в частности с массированными ракетными обстрелами Кабула.

– Сколько мы за это время сделали боевых операций, я даже не припомню. Помню, что после каждого боевого задания, вернувшись в часть, мы готовились к следующему. И каждый раз радовались как малые дети, что вернулись все живые. Может кто-то и не может признаться, но я не боюсь сказать о том, что выезжать на боевое задание было очень страшно.

Александр нервно закуривает и несколько минут молчит.

– Пару месяцев душманы лютовали, а потом немного притихли и снова начался вывод наших войск.

Солдаты и офицеры части, в которой служил Александр, вместе с военной техникой покидали Афганистан последними. Местное население провожало наших солдат с грустью, а в некоторых кишлаках люди несли цветы и махали вслед. За время марша не было произведено ни одного выстрела. А возвращение на территорию Советского Союза для наших солдат, сержантов, прапорщиков и офицеров стало настоящим праздником.

– Мы готовились к этому дню очень ответственно: стирали и гладили обмундирование, пришивали новые шевроны и подворотнички. А когда приблизились к границе, командир приказал развернуть знамена, на которых были написаны наименования подразделений.

Железнодорожно-автомобильный мост через реку Амударья всего 816 метров, но эти метры наши военнослужащие не забудут никогда. До границы солдаты, сидя на бронетранспортере, смеялись, рассказывали анекдоты, пели песни, но когда первый БТР въехал на мост, наступила тишина, и нарушал эту тишину только рев моторов.

Момент перехода границы Александр рассказывает с дрожью в голосе.

– Каждый думал о своем. Я радовался тому, что мы возвращаемся на Родину, хотя это был только Туркменистан, а до родного порога еще не одна тысяча километров. Но это уже было неважно – важно, что мы вышли с территории военных действий.

Встречать наших воинов вышли и стар и млад, даже приезжали родители солдат. После обильных угощений проходили митинги, на которых выступали руководители, а командование наградило всех воинов-интернационалистов ценными подарками.

– Нам подарили часы. К большому сожалению, они у меня не сохранились, но были для меня дороже дорогого.

После теплых и радостных встреч мотоманевренные группы принимали походный порядок и совершили марш-бросок в заранее подготовленные районы базирования вдоль государственной границы с Афганистаном.

– Наша часть базировалась в городе Кушка, там я и дослуживал, домой вернулся 17 ноября 1989 года – день в день через два года. Все мои друзья, зная, что я служил в Афгане, постоянно просили рассказать, как я там служил, что видел, скольких душманов убил. Но я не мог: давал подписку о неразглашении, мы даже с моим одноклассником Сашкой Красновым, который тоже был там, не могли о той войне разговаривать.

А сейчас скажу одно. Нам, кто каждый день был под прицелом вражеского автомата, кто отправлял тела своих товарищей в цинковых гробах на Родину, очень тяжело вспоминать те события даже по прошествии 30 лет.


 


Александр Сучков из Чучковского района воевал не ради почестей

Александр Сучков родился в селе Кистенево Чучковского района. Как и многие его сверстники, рос крепким, здоровым парнем. Вместе с друзьями подтягивался на перекладине, гонял мяч по футбольному полю, играл в хоккей. После окончания средней школы поступил в Ряжское ПТУ, получил специальность связиста-монтажника телефонного оборудования. Из Ряжского военкомата его и призвали в армию. Это было в мае 1987 года. Тогда он еще не знал, что пойдет служить в Афганистан. Как рассказывает Александр, особо не тревожился, куда отправят, и в облвоенкомате, и потом в пересылочном пункте в городе Курск, где ожидал назначения. И даже когда спустя неделю оказались на юге Узбекистана, до конца не осознавал, что тут Термез, а там, в двух шагах граница с Афганистаном,  идут бои… Не стал он расстраивать родных и близких, друзей. «Пусть лучше не знают, что проходить буду службу в военных условиях».Многие матери и отцы догадывались в то время о месте службы своих сыновей только по адресам на конвертах с письмами.

В учебной части по полгода обучались стрельбе из автоматов, винтовок, гранатометов, занимались общей физической подготовкой. Прошел «учебку» и Александр.

– Прибыв на афганскую землю, в город Шиндант провинции Герат, попал служить на БТР-60 в отдельный батальон связи. Экипаж состоял из трех человек: начальника, связиста и водителя. Если объявлялись боевые действия, то из близлежащих воинских частей формировался отряд. Огромные колонны с военными, боевой техникой и продовольствием отправлялись к месту назначения. Протяженность колонн достигала 50–60 километров. Дороги пролегали через горы и степи. Добирались до места назначения по два-три дня. Связь приходилось проводить и налаживать в пути, не останавливаясь. На бронетранспортерах связистов находились сводные командиры, которые руководили движением, остановками, развертыванием артиллерии при обстреле. Вот тут и возникали волнения, тревоги – дойдут или нет. Никому не хотелось оставаться в горах навечно. Однако в армии чувства непозволительны – только исполнение приказа, – рассказывает Александр. – В некоторых местах дорога была заминирована. В таких случаях быстро перестраивались. Раненых, подорванную технику грузили на идущие следом машины, и колонна двигалась дальше. Дойдя до места назначения, развертывали лагерь, размещались. Начиналась боевая операция по уничтожению «духов», так называли афганских боевиков. Она продолжалась порой от полутора до двух месяцев. По окончании операции свертывались и возвращались на постоянное местонахождение службы.

Связисты также сопровождали колонны с топливом между населенными пунктами. В составе сводных отрядов, которые помогали выводить советские войска из Кандагара в августе 1988 года, был батальон связи, в котором служил Александр. Они обеспечивали безопасность войск и налаживали связь. Александр прослужил в Афганистане с осени 1987 по февраль 1989, почти полтора года. Вспоминает, как ждали там писем от родных и друзей. Каждое письмо было настоящим праздником.

После вывода войск продолжил службу в Кушке Туркменской ССР. В начале апреля вернулся в родной дом. Наконец долгожданная встреча с родственниками!

Признание заслуг

Александру повезло – он выжил в той войне. С честью выполнил свой долг перед Отечеством, хоть и воевал в чужой стране.  В 1989 году был представлен к награде – медали «За боевые заслуги», которая нашла своего героя спустя 15 лет. Вручал медаль Александру Сучкову губернатор Рязанской области Георгий Шпак.

Жизнь продолжалась, и на личном фронте все складывалось. Устроился в Чучковское РОВД. Проработал два года и поступил в Нижегородскую школу милиции. Учеба пролетела без особых проблем. И вот он уже юрист с лейтенантскими звездочками на погонах. Снова вернулся в родной район. Следователь районной прокуратуры, затем в Шиловском межрайонном следственном отделе следственного комитета. В ноябре 2008 года ушел в отставку по выслуге лет в звании младшего советника юстиции. Сегодня оказывает адвокатские услуги в родном Чучковском районе. Женат, воспитал троих детей. Двоих дочерей выдал замуж. Обзавелся внуками. А об участии в войне старается не вспоминать.

Александр Ткаченко: «Все два года ни на минуту не выпускал автомат из рук»

Александр Ткаченко из Ухоловского района два года отслужил в Афганистане в инженерно-саперном батальоне. Тем событиям минуло уже три десятка лет, но до сих пор ярки в памяти и афганская жара, и небо без облаков, и смерь товарищей.

– В армию меня забрали 24 мая 1986 года, – рассказывает Александр Ткаченко, –  а первого июня я уже был в воинской части города Степанакерта – столицы Горного Карабаха. Сюда вместе со мной попали еще пять человек из Рязанской области, – вспоминает воин-афганец. – В Степанакерте мы пробыли всего одну неделю, здесь приняли присягу и, не научившись даже ходить строем, оказались в Афганистане. На тот момент в горячую точку требовались водители на автомобиль ЗИЛ–131. Нас было двое из Рязани. Из Баку до Ташкента летели самолетом. Там, на военном аэродроме, я встретил еще двоих рязанцев, с которыми призывался, один – из Сасова, а другой – из Кипчакова. С ними я служил в одном батальоне, но в разных ротах, до самой демобилизации.

До сих пор четко помню, как мы при выходе из самолета в аэропорту городка Шиндада резко окунулись в раскаленный афганский воздух и буквально через несколько минут все захотели пить.

23 месяца, рискуя жизнью каждый день

С пересылочного пункта нашего героя в числе других направили в инженерно-саперный батальон, дислоцированный в горах уезда Адраскан. Жили в палатках и щитовых казармах. Ребят, прибывших из лесостепной России в горную местность, удивляло многое: темные до черноты ночи в горах, а при луне светлые как пасмурный день, небо без облаков и ежедневная жара как в преисподней; привезенная в мешках затхлая вода, которая требовала специальной очистки… Но это были мелочи по сравнению с тем, что приехали ребята на настоящую войну, где каждый день гибли люди.

– Постепенно мы привыкли, что нас периодически обстреливают, – рассказывает далее Александр, – и если снаряд просвистел над нами, значит, это был не наш снаряд. Батальон всегда был в разъездах, так называемых рейдах. Занимались минированием и разминированием горных троп и межгорных участков, строили командные пункты во время боевых действий и блокпосты для охраны. Один из рейдов длился целых два месяца. Тогда мы дошли до самой границы с Ираном в районе провинции Гельменд.

За 23 месяца службы в Афганистане мне довелось поучаствовать в шести серьезных операциях. Военно-полевые условия, дедовщина, постоянный риск для жизни нас только закалили. Несмотря на военное положение, находили время на шутки и даже озорство. Ведь большинству из нас было всего по 19–20 лет. Однажды поехали в Кандагар, а там решили искупаться в резиновых мешках с водой, а командир увидел и отругал. Здесь же, в Кандагаре, в нашей роте случилась трагедия. Нечаянно одна из машин съехала с бетонки на обочину и подорвалась на мине, а в кузове лежали еще и свои мины. Все погибли. Это было страшно. Только что все вместе смеялись, а через несколько минут наших товарищей не стало. И еще один случай до сих пор у меня в памяти. Когда мы получали обмундирование, то каждый из нас на обратной стороне ремня выжигал хлоркой свою фамилию. Однажды мой ремень увидел один солдат и подошел ко мне. Оказалось, что он мой однофамилец, только родом из Донецка. Не успели как следует подружиться, как он погиб, подорвавшись на мине. Эти трагические события сказывались на психике, печатью ложились на сердце. Все два года ни на минуту не выпускал автомат из рук, а вечером ложился с ним спать.

– С афганцами мы жили нормально. Они ходили к нам в санчасть за лекарствами и на прием к врачам, приносили заболевших детей. Еще они приходили в клуб посмотреть кино. Мы им давали муку, сахар и прочие продукты, а также цемент для домашних нужд.

Нам казалось, что местные люди живут как в средневековье. Большинство из них были неграмотными. Но были случаи, когда кто-то из местных тайно   нападал на солдат и даже убивал.

От афганцев мы узнали, что если отварить верблюжью колючку, то получится дезинфицирующий чай. И этим рецептом мы часто пользовались, что положительно сказывалось на здоровье.

Домой стремились всей душой

Разговаривала с солидным молодым мужчиной, а сама представляла его худеньким девятнадцатилетним пареньком небольшого роста, попавшим в самое пекло той давней войны за пределами Родины. И в этой войне он выстоял.

– В часы отдыха мы, конечно, все мечтали о скором возвращении домой, – продолжает вспоминать Александр. – Представляли, как встретимся со своими родными и друзьями, строили планы на будущее и делились ими друг с другом. Когда вышел приказ на дембель, нас задержали на вывод войск, но через месяц отпустили, к нашей радости. До Ташкента долетели самолетом, а оттуда до Рязани ехали поездом. Дома я появился 7 июля 1988 года.

После демобилизации Александр вновь вернулся на работу в совхоз имени Войкова. Пришло время, женился, создал семью. Родился долгожданный сын.

Пока работал, учился на заочном отделении в сельскохозяйственном техникуме в по специальности менеджер агропромышленного комплекса. В своей группе был старостой. В 2005 году защитил дипломную работу на «отлично» и получил красный диплом.

Последние двенадцать лет Александр Ткаченко работал в Москве в охранном агентстве и администратором в ресторане. В связи с тяжелыми семейными обстоятельствами в прошлом году уволился и вернулся домой. В декабре овдовел. В тяжелые, трудные дни утраты любимого человека он не остался один на один со своим горем. Крепкую поддержку ему оказали не только родные, соседи и близкие люди, но и товарищи по Афгану. В их числе Алексей Пантелеев, который возглавляет сейчас Российский фонд ветеранов Афганистана по Рязанской области, Сергей Буркин, а также товарищ с Полтавы Игорь Старостенко, с которым Александр постоянно общается по интернету и даже встречался в Москве.

Встретятся воины-интернационалисты и в памятный день 15 февраля. Им будет что вспомнить, о чем поговорить, что обсудить.

 


В Скопинской школе № 5 бережно хранят письма героя-афганца Вячеслава Полякова

Погибший в Афганистане скопинец Вячеслав Поляков окончил железнодорожную школу № 62 (ныне ООШ № 5) в 1982 году. Здесь до сих пор берегут память о нем. На стене школы висит мемориальная доска с именем Вячеслава Полякова, в школьном музее хранятся материалы, посвященные герою, о нем говорят на классных часах и уроках.

– У нас много материалов о его жизни, – рассказала учитель истории и обществознания ООШ № 5 Любовь Иванова. – В этом большая заслуга Валентины Стариковой, отработавшей в нашей школе долгие годы. Она была и моей учительницей. Валентина Даниловна и ее ученица Мария Поликарпова собрали сведения о детстве и школьных годах героя-афганца, о его службе, воспоминания людей, которые хорошо его знали. Много документов в школьный музей передала мама Вячеслава – Валентина Владимировна. На мой взгляд, самые ценные экспонаты – это письма героя-афганца. Написанные на тетрадных листках почти детским почерком, они помогают понять, чем он жил, что его волновало.

Из письма Вячеслава Полякова:

«Первый экзамен прошел отлично. Командир роты даже сказал мне «молодец». С Блиновым были в наряде на чаеварке. Кипятили для роты воду целую неделю. Посылаю вам засушенный тюльпан, занесенный в Красную Книгу…»

Из учебного центра «Келята» (Туркменистан) он писал о первых успехах в боевой подготовке. Затем Вячеслава перевели в Теджен. В апреле 1986 года его направили в Афганистан. На войне легко не бывает, но родным он не сообщал о трудностях, а подбадривал и писал о скорой встрече. Скопинец Вячеслав Владимирович Поляков погиб в бою у Кундуза 24 сентября 1986 года, на пятый день после своего 19-летия. Любовь Иванова, учитель ООШ № 5:

– Для моих учеников Афганская война – такое же далекое прошлое, как и Великая Отечественная, но когда я им рассказываю о Вячеславе Полякове и других афганцах, то вижу, что дети не остаются равнодушными. Их глубоко трогает эта тема.

Из «Книги Памяти о советских воинах, погибших в Афганистане»:

«Поляков Вячеслав Владимирович, рядовой, механик-водитель, родился 14.9.1967 г. в г. Скопин Рязанской обл. Русский. Работал в СУ-79 Мосотделстроя-8. В Вооруженные Силы СССР призван 10.11.85 г. Брежневским РВК г. Москва. В Республике Афганистан с апреля 1986 г. Неоднократно участвовал в боях. Проявил себя смелым и решительным воином. Погиб в бою 24.9.1986 г. при выполнении боевого задания. Награжден орденом Красной Звезды (посмертно). Похоронен на родине».

 


Виктор Алевкин до сих пор благодарен неизвестным вертолетчикам, отбившим его расчет от моджахедов

Виктор Алевкин отказывался от встречи, когда узнал, о чем пойдет разговор. Находил тысячи причин для того, чтобы не вспоминать ту войну, на которую ушел девятнадцатилетним мальчишкой. Прошли уже не годы, а десятилетия, а душа ноет и болит как незаживающая кровоточащая рана. С войны он вернулся живым и физически невредимым. А друзей-товарищей увезли на Родину вертолеты и самолеты. Тем самым «грузом 200», при упоминании которого сжималось от предчувствия безмерного горя не одно материнское сердце. Возможно, сегодня не все молодые люди знают это страшное условное кодированное обозначение, которое применяется при авиаперевозке тела погибшего военнослужащего к месту захоронения. А Виктору Алевкину этот груз будет сниться до конца жизни… Так улетали на Родину из далекого Афгана его друзья.

Сидим на кухне и вспоминаем молодость. Но как только всплывает тема Афганистана, воцаряется молчание. И это молчание красноречивее любых разговоров.

Он родом с Рязанщины

Виктор Алевкин – коренной сельский житель. Родился в рабочем поселке Чучково, что на юго-востоке от Рязани. Здесь же окончил десятилетку. Техника всегда влекла к себе паренька. Само собой так получилось, что сразу решил стать водителем. К машинам Витя всегда питал особый интерес. И трактор, и комбайн, и автомобиль были для него существами одушевленными. Поэтому, не раздумывая, пошел на курсы в сельхозтехнику. Экзамены сдал сразу. И тут пришла повестка из военкомата. Так что поработать по специальности молодой призывник не успел. Служить в армию он, по собственному признанию, пошел с удовольствием. С детства родители учили, что настоящий мужчина не должен бегать от трудностей. Хотя воинскую службу Виктор никогда не считал каким-то преодолением самого себя, жизненным препятствием. Это просто пора взросления. Нужная. И обязательная.

И вот он, май 1978 года. Виктор попал в «учебку» в Прибалтику, в известный военный городок в Гайжюнае. Потом его с друзьями направили в Белоруссию. В Витебске он стал командиром отделения водителей. И специальность у него уже была особенная. Виктор стал десантником и в то же время артиллеристом. 

Но наступил декабрь 1979-го. Началась так называемая афганская война.

– По тревоге подняли неожиданно и марш-броском направили на аэродром. Сначала прилетели в Смоленск, потом переправили в Брянск.

А через месяц, рассказывает Виктор Алевкин, он, десантник, уже стоял на каменистой земле Афганистана, где располагалась его дивизия.

Пять месяцев войны

И вот начались суровые военные будни. Особенная война, на которой наши парни исполняли интернациональный долг. Виктор вспоминает, как выезжали на «точки», выявленные разведчиками, уничтожали врага и опять-таки марш-броском возвращались под Кабул. Таких выездов с каждым днем становилось все больше и больше. Дни между жизнью и смертью. Верилось, что не отлита еще та пуля, которая их догонит. Афганское солнце светило им так же ярко и радостно, как и на Родине. И когда грызли пересоленную таранку, запивая холодной водой, шутили: «Эх, борщеца мамкиного горяченького бы к этой тараночке! Цены бы ей не было!» Все было поначалу таким простым и несложным. Просто армейская служба. Только далеко от родного дома.

И тут мой собеседник опять надолго замолкает. 

О втором дне рождения

Он вспомнил день, который считает вторым днем рождения. И благодарит тех неизвестных ребят-вертолетчиков, которые не дали умереть… Виктор рассказывает:

– Это был обычный, ставший уже привычным выезд на боевое задание. Проехали уже довольно большой промежуток пути, как вдруг колонна резко остановилась. На пути ЗИЛа-131, тащившего гаубицу, неожиданно возник завал. Огромные глыбы камней преградили дорогу. Попытались своими силами расчистить завал и поняли тщетность своих намерений.

И тут начался какой-то ад. Казалось, горы извергали потоки огня на расчет из пяти человек сразу со всех сторон. Ребята отстреливались, понимая, что помощи при таком раскладе ждать неоткуда. И все же она пришла. Вертолет сопровождения опустился прямо над ними и на предельно низкой высоте открыл стрельбу вкруговую по моджахедам.  Ребята в ЗИЛе задыхались от клубов поднятой вертолетом каменной пыли, но глотали ее с неимоверной радостью: братки не оставили наедине со смертью! И горы не сразу, но замолчали. Отплевывались еще какое-то время автоматным огнем, но все реже и тише.

Вертолет поднялся высоко в небо и подождал, пока ЗИЛ развернется и тронется в обратный путь. А пятеро парней остались живы и невредимы.

– Хоть и посекло нас осколками камней основательно. Только в лагере, придя в себя, и осмотрев друг друга, мы поняли, что сделали для нас незнакомые вертолетчики.

И сколько будет жить Виктор Алевкин, столько будет вспоминать эти часы, которые он провел в горах Афганистана на грани жизни и смерти. Будет мысленно благодарить своих неизвестных крылатых спасителей. «Я посмотрел в этот день прямо смерти в глаза!» – признался он

Память не отпускает

И еще один страшный день навсегда врезался в его память. В этот день погибли друзья. Прямо на глазах ушли из жизни мальчишки… Колонна шла на очередное задание. Расчет Виктора Алевкина возглавлял строй машин. Казалось, опасный участок благополучно проскочили.

– Я проехал. А ребята из второго расчета прямо за нами. Взрыв мины был такой оглушительный, что казалось, небеса разверзлись. Вот так смерть в который раз прошла мимо меня. А друзей не пощадила. Из пяти человек расчета трое погибли. Один, хоть и выжил, но остался без глаз. Мы принесли их в нашу палатку. Я стою и не могу понять: что это – страшный сон или на самом деле?

А потом они провожали друзей в последний путь. Поднимали в самолеты «груз  200». Самый тяжелый груз, который отправляли на родину в Союз.

– Я постарел в эти дни лет на десять. Молодым уже себя не ощущал. Они  и сейчас стоят перед глазами. Мои друзья. Вечно молодые.

30 мая 1980 года Виктор Алевкин демобилизовался. А 1 июня уже явился в военкомат, встал на учет. К мирной жизни привыкать пришлось долго. Все звучали в ушах взрывы от разорвавшихся мин, гремели автоматные очереди, ухали гаубицы. И ушедшие друзья смотрели прямо в глаза.

Но жизнь, к счастью, не стоит на месте. Раны, хоть и ноют, но затягиваются. И Виктор пересел за баранку машины. Теперь уже гражданской. Работал в сельхозтехнике, сельхозхимии, совхозе «Чучковский». Не отказывался ни от какой работы. Женился. Жена Татьяна подарила дочь и сына. Теперь и внук Артем подрастает. Живут дружно и ладно. Сейчас Виктор Васильевич – водитель скорой помощи. Здесь тоже как на передовой. Порой минуты промедления могут стоить человеку жизни. И он всегда готов помочь. Потому что знает цену этой жизни.


Виктор Ванин из Милославского считает, что армия это школа жизни

Виктор Николаевич Ванин, житель рабочего поселка Милославское, был призван в армию в 1980 году. Сначала он служил на Украине, в Днепропетровске.

– Однажды нас подняли по тревоге и на самолете привезли в Ашхабад. И там я встретился со своим земляком – Борисом Николаевичем Буяновым – с ним мы в один день призывались в армию. Он родом из Мураевни. Мы с Борисом служили вместе до демобилизации. Нас вооружили и отправили в Афганистан. 23 февраля 1980 года мы уже пересекали границу. Ехали туда колонной на машинах. На второй день пути мы попали под обстрел. Только въехали на перевал Саланг, в ущелье нас встретили душманы и обстреляли, были раненые и погибшие. Мы были первые в этой войне, были неподготовленные, хотя нас учили, но этого было недостаточно. Жили в палатках, без кроватей, все необходимое  везли с собой, –  вспоминает Виктор Николаевич.

Виктор Ванин служил разведчиком батареи звуковой разведки (БЗР) в отдельной артиллерийской бригаде № 353 в отдельном разведывательном батальоне. Служба проходила в Кандагарской долине. Служить было трудно. Местное население –  непредсказуемо. Днем общение с жителями кишлаков проходило мирно. Их пускали в часть за медицинской или другой помощью, а ночью моджахеды обстреливали палатки с нашими солдатами. Так они показывали, что присутствие советских солдат им совсем не по душе.

Еще одна острая проблема, с которой сталкивались наши солдаты – это природные и санитарные условия, которые становились причиной тяжелых заболеваний. Днем стояла невыносимая жара, +57 градусов, а ночью – мороз. На сутки давали фляжку воды, заваренную верблюжьей колючкой. Виктор там переболел брюшным тифом.

На вопрос, мог ли он тогда отказаться от службы в Афганистане, Виктор ответил:

– Не мог. Служба в армии была почетной обязанностью каждого гражданина. Тогда стыдно было не служить. А уж где служить – прикажет Родина. Служба в армии – это школа жизни. Она воспитывает настоящих мужчин, испытывает человека на честность, надежность, проверяет чувства.

Мои родители не знали, что моя служба проходит в далеком Афганистане, я им писал, что нахожусь в Узбекистане. С земляками  не виделись, только после службы мы узнали, что находились рядом на одном перевале. В Афгане я отслужил девять месяцев, а остальную часть срока службы – в Самаркандской области. После службы в армии мы с сослуживцами поддерживаем связь, видимся, дружим, многие уже умерли. Давно ищу своего сослуживца Сергея Митина из Спасского района.


 


Владимир Никушин из Рязанского района воевал в Афганистане на танке с надписью «Рязань»

Житель Гавердова Владимир Никушин прослужил в Афганистане больше полутора лет. Танкист, механик-водитель среднего танка Т-62 не заработал там высоких чинов или наград – так и вернулся на малую родину в звании рядового. Сейчас он с гордостью носит на груди медаль «От благодарного афганского народа».

Владимир родился в селе Пальное Рязанского района в 1962 году. После учебы работал в колхозе трактористом, а в 18 лет его призвали в армию. Из районного военкомата Владимир сначала отправился в учебное подразделение в село Атара в Казахстане. Через пять месяцев срочников, отучившихся на танкистов (тракторист Никушин стал механиком-водителем), перебросили в Афганистан. Так Владимир в 1980 году в составе 40-й армии попал в Кабул.

– Как-то это неожиданно все было, – вспоминает Владимир. – Никто ни слова не сказал о том, что мы отправимся именно в ДРА. Нас просто загрузили в самолет, мы полетели, не сказали куда, и только на посадке услышали: «Приземляемся в столице Афганистана – Кабуле».

Полк, в котором служил Владимир, был постоянно в деле. Бронегруппы, которые обязательно усиливались танками, охраняли дороги, сопровождали колонны, перевозившие топливо и грузы для войск, участвовали в боевых выходах и рейдах.

–Мне-то, в танке, было еще более-менее спокойно. Там ведь пули не были страшны, я за броней сидел, – рассказывает Никушин. – А вот пехота, десантура – те очень рисковали…

Но даже броня не спасла его от легкого ранения, когда танк левой гусеницей (как раз на стороне механика) наехал на мину. Гусеницу разорвало, и Владимиру осколками посекло лицо. К счастью, не задело глаза, и шрамы зажили, но мелкие осколки до сих пор остались у него во лбу.

Хорошо помнит Никушин и свой первый боевой выход – в район кишлака Гоза. В нем уже не осталось жителей – он был полностью занят душманами, которые вели настолько плотный огонь по нашим солдатам, что только танки и выручили.

Многие солдаты в те дни в чужой стране старались найти среди сослуживцев своих земляков. Хотел встретить сослуживцев с Рязанщины и Владимир. Но просто расспросы не помогли – все, с кем разговаривал Никушин, оказывались уроженцами других областей. Тогда он нашел необычный выход – прямо на своем танке спереди белой краской написал «РЯЗАНЬ».

– И сразу выяснилось, что земляков служит вместе со мной очень много, – с улыбкой вспоминает Владимир.

По его словам, отношение к афганцам у солдат тогда было очень неоднозначное. Не раз случалось, что земледелец, только что обрабатывавший землю, вдруг выхватывал автомат и давал длинную очередь по колонне интернационалистов, а потом стремительно прятал оружие и вновь как ни в чем не бывало опять брался за мотыгу.

После возвращения из ДРА Владимир занялся самым что ни на есть мирным трудом – он работал в колхозе, растил хлеб.

 


Сергей Фадеев из Путятинского района прожил полтора года среди гор и войны

Для Сергея Фадеева эта война началась в октябре 1985-го и длилась полтора года. Служить в армию молодой человек шел с нескрываемым желанием, даже зная о том, что наших солдат направляют в Афганистан.

– Тогда, стоя на плацу областного военкомата, я не думал об этом. Задумался чуть позже, когда нас, новобранцев, привезли в Белоруссию и не знали, в какую часть определить.

Прежде чем Сергей попал в автомобильный батальон 12-й бригады спецназа ВДВ, что базировался в поселке Ветрино Витебской области, он побывал в Гродно и в Полоцке. До присяги новобранцы изучали курс молодого бойца, а потом начались учения, приближенные к боевым условиям. Солдаты выполняли многокилометровые, и чаще всего в ночное время суток, марш-броски в полной экипировке, особое внимание уделялось физической и огневой подготовке, проводились политзанятия. О том, что ребят готовят в Афган, никто не говорил, и, только когда им стали показывать документальные фильмы о войне в Афганистане, они поняли, что дальнейшую службу придется проходить далеко от дома.

…Состав с военной техникой формировался больше двух недель. День отправки был назначен на начало октября.

– До Термеза мы добирались девять суток. Потом несколько дней формировали колонну, а перед маршем на Афганистан нам выдали новую форму десантников. Конечно, мы, водители, удивились, но приказы не обсуждаются.

Границу Узбекистана с Афганистаном автомобильный батальон пересек в три часа ночи. На той стороне наших солдат и технику встретили сопровождающие, и, не прекращая движения, колонна направилась в сторону Баграма. Почти на каждом километре наших военных подстерегала опасность. С перерывами, отдыхом, перестрелками и потерями до места дислокации добирались целый месяц. Вновь прибывших разместили в палаточном городке недалеко от базы вертолетчиков, дали пару дней на разгрузку и отдых, а на общем построении нашим солдатам-водителям сказали: «Автомобильный батальон, который входит в состав 12-й бригады спецназа, будет выполнять боевые задания и доставлять груз в разные точки Афганистана».

Трехмостовый «КамАЗ» после долгого перехода Сергей приводил в порядок несколько часов, и каждый раз, когда находил в железных бортах и кабине отверстия от пуль, ему становилось не по себе. Но это было только начало боевого пути простого деревенского парня, который до этого дня о войне знал только из книг и фильмов.

– За полтора года по каким только афганским дорогам я не ездил, грузы были разные. И хотя ни одна автомобильная колонна никогда не выезжала без сопровождения, гарантии, что мы приедем в пункт назначения все живые, не было.

Формирование автомобильной колонны и ее построение зависели от обстановки, в которой совершались перевозки, от степени воздействия противника, состояния дорог и местности. В состав колонны входили бронетранспортеры с зенитно-пулеметными установками, танки, боевые машины пехоты, колесные тягачи, автоцистерны с водой и горючим, а во время движения постоянно поддерживалась связь со старшим начальником колонны и штабом. В особых случаях или на более опасных маршрутах для сопровождения колонн выделялись боевые вертолеты. Сергей и его боевые товарищи могут по пальцам пересчитать, сколько поездок они сделали в тихой мирной остановке.

– Противник был очень хорошо осведомлен, какой груз мы перевозим. Чаще всего его интересовали караваны тентовых шаланд с боеприпасами, продовольствием и горюче-смазочными материалами. А мы практически все это и перевозили, поэтому были постоянно на прицеле у душманов.

Колонна, в которой автомобиль Сергея был третьим, выехала из палаточного лагеря Гозни в сторону Кабула рано утром. Он уже знал этот участок дороги, но каждый раз ехал по нему как будто впервые. Сгоревшая и искореженная техника по обочинам песчаной и каменистой дороги напоминала о боях, в которых погибли советские ребята, такие же молодые и полные сил, как Сергей.

– Говорят, что ко всему привыкаешь, но, поверьте, к войне и гибели своих одногодков-друзей привыкнуть нельзя.

Бой, как всегда, начался внезапно. Единицы боевой техники, сопровождающие колонну, в доли секунд съехав на обочины, чтобы освободить путь груженым «КамАЗам», и, еще не зная, откуда ведется огонь, начали отстреливаться, передавая по рации, чтобы грузовики, если смогут, выходили из-под обстрела. Пули пронизывали кабину; казалось, что каждый камень, лежащий около дороги, извергал автоматные очереди. Сергей, вдавливая педаль газа в пол и маневрируя между БТРами, гнал свою машину, не замечая, как рядом сидящий сослуживец, сжимая в руках автомат, истекая кровью, медленно заваливался на сиденье. Оценив ситуацию и удостоверившись, что перед ним пустая дорогая, Сергей посмотрел в разбитое боковое зеркало. Он увидел, как остальные водители, прибавив скорость, прорывались сквозь бой.

Перед каждым выездом с военнослужащими проводили инструктаж, в котором говорилось, что в случае нападения мятежников боевые машины сопровождения вступают в бой, а колонна на увеличенных скоростях и дистанциях под прикрытием их огня прорывается вперед и проходит опасный участок. Через несколько километров пути колонна, возглавляемая Сергеем, сбавила ход, сформировалась и пошла на средней скорости. До пункта назначения в тот день доехали не все…

Сам Сергей за всю службу в Афганистане был ранен не один раз, но ранения были легкими.

– Смерть преследовала меня постоянно, но, видимо, мамины молитвы быстрее доходили до Господа Бога, благодаря чему я и остался жив.

В конце апреля 1987 года, перед отправкой на Родину, командир воинской части № 22227 поблагодарил солдат за службу и вручил ефрейтору Фадееву копию приказа на награждение его государственной наградой – медалью «За отвагу».


Сергей Мишин из Старожиловского района до сих пор помнит вкус ледяной горной воды Афганистана

37 лет минуло с той поры, как Сергей Мишин из деревни Акулово принял присягу на верность своему Отечеству. Не было у старожиловского парня даже мысли, чтобы «откосить» от армии, не отправиться служить по зову долга. Говорит, так были воспитаны.

В СПТУ-35 Сергей получил специальность водителя. Немного даже поработал в чернобаевском колхозе «Золотой колос» механизатором перед тем, как ему пришла повестка в армию.

В далеком 1982 году вместе с Сергеем Мишиным из Старожиловского района в один день служить уходили еще семь юношей, в их числе Валерий Кулешов из Ромоданова и Андрей Киселев из микрорайона «Агросервис», с которыми Мишин служил в Афганистане в одном батальоне, а с Андреем – в одной роте.

– Еще и приказа не было о призыве, а нас уже определили спецнабором в десантные войска специального назначения. Попали в подмосковную Таманскую дивизию, – рассказывает Сергей Иванович. – Когда в середине октября уезжали оттуда, шел мокрый снег. После четырехчасового перелета встретил нас жаркий Чирчик. В базировавшейся здесь учебной части нас учили на водителей разведывательно-десантной роты, готовились к марш-броскам.

Спустя два с половиной месяца курса молодого бойца, в декабре 1982 года рядового Сергея Мишина переправили в афганский Айбак. Жили в палатках. За рулем бензовоза рядовой Мишин подвозил топливо на боевые операции. Через год в 1983-м его батальон перекинули в Джелалабад. Полуденное солнце здесь прогревало землю до плюс шестидесяти. Казармы, размещенные в бывших оливковых складах из бетона, немного спасали от невыносимого пекла. Семь месяцев Сергей Мишин служил в боевой роте младшим пулеметчиком. Стрелял из РПК-74. Домой писал, что все нормально, кормят хорошо, целыми днями он отдыхает. В письмах в то время никто из служивших в Афганистане не распространялся о войне.

Выпытываю у собеседника о службе в Афганистане. Если разобраться, то что могли запомнить те 18-летние пацаны, не понятно куда и зачем вылетевшие из родительского гнезда? Некогда им там было удивляться невиданным красотам дикого горного края. Каждый старался выжить…

Сергей Иванович вспомнил афганскую весну с ее горным разноцветьем, не растущие на родной рязанщине апельсиновые и гранатовые деревья с сочными плодами, встречавшиеся по пути гроздья сладкого винограда. До сих пор в памяти вкус ледяной горной воды, которую при возможности солдаты набирали во фляжки. Помнит, как ловили рыбу маринку, кинув в горную речку пару гранат… Как встречали Новый год с тортами из печенья «Юбилейное», послойно смазанного сгущенным молоком. Вкусные они тогда были!

– Не забыть мне, как однажды пошли в горах не по тому маршруту, – рассказывает Сергей Мишин об одной из своих боевых операций. – Пришлось сокращать путь. Днем наткнулись на двух женщин с вязанками хвороста. Пожалели мы их, хотя в нашу задачу такой план не входил. А они просигналили «своим», и из кишлаков повалили боевики. Наш отряд, отступив в горы, занял оборону и вызвал на подмогу «вертушки». К счастью, в часть вернулись без потерь. Я тогда залпом выпил, наверное, литра три воды…

Также Сергей Иванович вспомнил, как приходили к ним в часть и главари оппозиционных формирований, перешедшие на нашу сторону, просили у начальства оружие и патроны для борьбы с бандами. Помогали им, отличительные повязки на них надевали, чтобы в бою не задеть.

Во время одного из ночных марш-бросков по горам рядовой Сергей Мишин подвернул ногу, и снова его пересадили за баранку уже бортовой машины. Возил снаряды, грузы, личный состав. Так он служил до самого дембеля.

– Домой возвращался из жаркого Джелалабада в ноябре, – вспоминает Сергей Иванович. – У нас тогда в Союзе ветер сильный был. Новый 1985-й год я отмечал с родными.

На гражданке Сергей Мишин устроился работать в «Сельхозтехнику» слесарем. Как участнику боевых действий в микрорайоне «Агросервис» ему дали квартиру, женился. Спустя время ему предложили должность ответственного исполнителя в Старожиловском районном военкомате. Через девять лет его повысили до начальника второго отделения, он сопровождал и готовил призывников к службе в армии. В 2009 году в звании старшего прапорщика Сергей Иванович вышел на пенсию, затем работал охранником на разных предприятиях. Работает и сейчас.

За службу в Афганистане Сергей Мишин награжден медалью «Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа», знаком «Участник боевых действий в Афганистане», а также юбилейными и памятными медалями. От военкомата его заслуги отмечены медалями «За отличие в военной службе» I, II, III степеней, грамотами, благодарностями.

На стене скопинской школы № 1 установят памятные доски в честь двух героев-афганцев

Александр Иванов и Андрей Купцов учились в скопинской СОШ № 1 в разное время, но судьба им выпала одна — Афганская война, с которой они не вернулись.

Александр Иванов родился 13 марта 1948 года в селе Чулково. После школы сознательно выбрал военную профессию и стал офицером. В декабре 1979 года его в составе 350-го парашютно-десантного полка 103-й воздушно-десантной дивизии направили в Республику Афганистан. Там он неоднократно участвовал в боях, проявив себя смелым и решительным командиром. Гвардии майор Александр Иванов погиб в бою 25 мая 1980 года. Он  награжден орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» 3 степени и орденом Красного Знамени (посмертно). 

Андрей Купцов родился 9 декабря 1967 года в Скопине. В 1985 году окончил среднюю школу № 1 и поступил в машиностроительный техникум в Мытищах. В апреле 1986 года Андрея призвали в армию и уже в октябре направили в Афганистан. Он участвовал в четырех боевых операциях и нескольких сопровождениях автомобильных колонн. 30 сентября 1987 года во время боя он подорвался на мине и погиб. За мужество и отвагу, проявленные в боях, Андрей Купцов награжден двумя орденами Красной Звезды (одним — посмертно).

Оба героя похоронены в Скопине на городском кладбище. 30 января скопинская городская Дума приняла решение увековечить память Александра Иванова и Андрея Купцова, установив памятные доски с их именами на школе № 1.

Прямая речь

Елена Васильева, преподаватель СОШ № 1, руководитель школьного музея и кружка «Музейка»:

— Я, как классный руководитель, касаюсь темы Афганской войны на классных часах и в беседах с учениками. 30-летие вывода советских войск из Афганистана — большая дата, и мы не можем обойти ее стороной, тем более, что многие выпускники первой средней прошли через ту войну. Это были совсем юные ребята. Например, Андрей Купцов. Когда он погиб, ему не было и двадцати. Для моих учеников Афганская война — это уже история, но когда мы с ними смотрим старую хронику, я вижу в их глазах сопереживание. И многие начинают рассказывать: у кого-то воевал дед или кто-то из родственников. В семьях об этом не забывают.

Николай Фомин из Чучковского района: «Пусть Афган останется в одном из прошлых снов…»

«Дорога жизни». Современному молодому поколению невдомек, какой глубокий смысл у этого словосочетания. И как много эти два слова значат для людей, прошедших по военным дорогам. У Великой Отечественной они были свои, полные трагизма и потерь. У афганской – другие, жаркие, извилистые и тоже сопряжены со смертью. И по ним предстояло пройти… К тому обязывал каждого солдата долг перед Отечеством.

Ни один такой, полный преград и опасности песчаный путь пропахал на своем БМП техник-механик Николай Фомин. Он попал на афганскую войну уже состоявшимся военным человеком после срочной службы в Калининградском военном округе. Это был 1987 год. К тому времени черноволосый веселый парень со слегка ироничным взглядом уже хорошо разбирался в механизмах и технических характеристиках автомашин. За плечами Шацкий сельхозтехникум. К тому же Николай женился, подрастала дочь. Он выбирает службу по контракту. А судьба преподносит ему испытание. Афганистан…

– Селение, где раскинулся наш лагерь, не раз захватывали «духи», поэтому приходилось то и дело менять дислокацию. Из Кундуза в Кабул и обратно. И так долгих два года… В условиях военного времени охраняли дороги, перевозили снаряжение, – говорит Николай.

Только там он понял, что такое настоящее мужское содружество. О безопасности думали постоянно. Только в жарком непривычном для россиянина климате уяснили солдаты, как надо экономить воду. И что такое жажда.

– С питьевой водой периодически возникали напряги… Порой в страхе, чтоб только не попасть под прицел снайпера, ходили за водой к горному ручью. Ну не было сил ждать снабженческий автопоезд. Рискуя попасть «на губу», брал несколько бойцов и шел. Тащили на себе баклажки, чтоб всем перепало…

Лицом к лицу с врагом душманской породы, говорит, ему не довелось столкнуться. Зато не раз в гостях у местных жителей бывал.

– Вполне дружелюбные люди. Доверяли нам, убеждены были, что русские к ним с добром пришли. Угощали, ночлег давали, когда наша пехота закапывалась где-нибудь на перевале. В общем, местные на выручку приходили. И где там разберешь, кто из них друг, а кто враг. Все в галошах и все с автоматами свободно передвигались по кишлакам. Пойди, узнай, когда и в какой момент они на тропу войны выйдут?

Николай улыбается, особой тревоги в его голосе я не услышала. И рассказов страшных про бои у ужасы, зверства моджахедов тоже… Наверно все это улеглось в душе бывалого солдата с годами….А вот юмор, без которого и на войне жизнь не возможна, при нем остался.

Он рассказал историю, как однажды ночью в палатке, когда все бойцы после очередного жаркого марш-броска отдыхали. По верхней опалубке укрытия двигалось огромное животное, похожее на динозавра. Очевидно, горная война лишила спокойствия все живое. И гигантский варан искал встреч с людьми. А Николай едва не принял его за разведчика и не открыл огонь…

–… на поражение… Вот смеху было… До утра потом об этом говорили, как выгоняли из палатки. И как кого и за какую часть тела чудовище чуть не схватило…

А если серьезно два года его многому научили. И на жизнь смотреть иначе, и ценить ее лучше. И дорожить отношениями… Но и здоровье отняли.

С возвращением в родные места война вовсе не закончилась для солдата. Долго еще мучили бессонные ночи, кошмары, беспорядочная стрельба в ушах, взрывы, бежал в атаку. Вспоминает, как вскакивал во сне, звал товарищей.

После возвращения  из Афганистана Николай еще 6 лет прослужил в Чучковской десантной части, пока не захотел тишины. Ушел на пенсию и поселился в селе Ункосово. Завел пчел, коз, соорудил целый птичник. И гордится своим хозяйством:

– Хоть небольшое подворье, но удовольствие огромное доставляет.

Николаю сейчас забот хватает с весны и до глубокой осени на пасеке.. Зимой о здоровье заботы…  А про войну совсем не вспоминает, говорит – пусть она останется в одном из моих прошлых снов…

А еще осталась у старшего прапорщика с афганской кой-какая амуниция – настоящие реликвии 30-летней давности. Выгоревшие от времени костюм, тельняшка да грамота, адресованная воину-интернационалисту – награда Председателя Совета СССР Михаила Горбачева за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в республике Афганистан.

Михаил Филиппов из Старожиловского района: «Это был наш долг, и мы его выполнили»

В декабре 1979 года советские войска вошли в Афганистан. Михаил Филиппов служил в 860-м отдельном мотострелковом Псковском Краснознаменном полку, совершившем знаменитый Памирский марш.

Родился Михаил в Казахстане в селе Михайловка Свердловского района Джамбульской области, закончил там 8 классов. Затем отучился в госпромтехучилище на монтажника железобетонных и стальных конструкций, получил диплом с отличием. До армии несколько месяцев поработал мастером на строительстве очистных сооружений.

– В ноябре 1979 года меня призвали в армию, – рассказывает Михаил Алексеевич. – Отправили на станцию Отар в поселок городского типа Гвардейский, где располагалась учебная база. Там осваивал курс молодого бойца. После «учебки» в звании младшего сержанта попал в роту связи в Сарыозек.

До Термеза они ехали поездом, до пересыльного пункта Какайды шли пешком, откуда их отправили в Файзабад, где базировался полк. Только приземлились на вертолете, как снова нужно было отправляться в путь на «вертушке» – до Гульханы.

В 1980 году горы Памир, вставшие на пути 860-го мотострелкового полка, покорили советские солдаты и офицеры. Среди них был и Михаил Филиппов.

Разбив лагерь в Гульхане, разведчики начали прочесывать территорию. На пути – отвесные скалы, которые нужно было преодолеть колонне более 260 единиц техники. Низкая бронетехника проходила по узким горным дорогам, а машины с высокими будками – нет. Где-то в июне 1980 года были сформированы колонны, которые двинулись в Файзабад через Союз.

– На одном из перегонов через реку Пяндж мою машину связи чуть не унесло сильным течением, – вспоминает Михаил Алексеевич. – Спасибо, быстро отреагировали водители бээмпэшэк: одна развернулась так, чтобы машина уперлась ей в бок, а другая БМП подошла сзади, так и добрались до берега.

По перевалам гнали машины больше месяца. Колонна растягивалась так, что из одного края в другой сигналы радиостанции не добивали. Приходилось в середине колонны ставить ретранслятор, чтобы командир знал, что происходит «в хвосте». По пути техника ломалась, ждали запчасти, ремонтировали. Затем загрузились на платформы и эшелонами ехали до Термеза. Переходили границу по понтонному мосту.

– Я обеспечивал связь с полком на спецмашине КШМ Р-125, оборудованной комплектом радиостанций, – рассказывает Михаил Филиппов. – Занимался радиопеленгацией. Записывал разговоры моджахедов на диктофон, потом все переводили. Бывало, что это помогало распознавать коварные замыслы противника.

Вспомнил Михаил, как в осенний призыв новобранцев повезли на тактические учения в горы, а их обстреляли «духи». Ребята запаниковали. Его земляк-однополчанин, механик-водитель БМП Мухамаджан Абдуганиев прикрывавший солдат, решил подъехать поближе, чтоб их забрать. Стал разворачиваться и подорвался на мине. Ему оторвало обе ноги, он умер от потери крови у трапа вертолета.

И подобные трагические случаи были здесь нередки. За полтора года погибло много сослуживцев Михаила. За своей крепостью солдаты установили памятник погибшим с надписями на плитах. Михаил уже на гражданке узнал, что плиты демонтировали и, вроде бы, развезли по адресатам.

За время службы случалось, что готовить еду военным было не из чего. Возникали проблемы с продовольствием, так как дороги заминировали, а тылы остались в Файзабаде. Колесные машины не могли преодолеть завалы, а вертолеты в зимнее время не летали из-за плохой видимости. Солдатам приходилось ловить рыбу маринку, варить из нее уху.

– Привезем на полк мешка 3–4 и едим. Командир дал команду: «выживаем, как можем», – продолжает собеседник. – Мы продавали солярку, покупали на эти деньги рис, варили плов с рыбными консервами. Ели его в темноте: настолько нам надоели эта скумбрия, да килька в томате, что мы уже сами себя «обманывали», будто плов был из мяса. Ситуация доходила до того, что если бы «духи» прознали, что у нас туго с кормежкой, нам бы несдобровать.

Не забыть Михаилу Алексеевичу, как их обстреливали, когда колонной ходили в Файзабад за продуктами. Когда переезжали на новое место дислокации моджахед выскочил прямо перед машиной, открыл автоматную очередь, и прыгнул в кусты. Три пули попали в кабину, одна прострелила водителю локоть. Михаил, сидевший рядом, чудом уцелел.

О том, что едет домой Михаил Филиппов узнал прямо после рейда. Случилось это 3 декабря 1981 года. Улетал из Бахарада в чем был, лишь бы скорее на Родину. Три дня он с сослуживцами провел на аэродроме в Кундузе, была нелетная погода. Летевшие с ним дембеля не стали дожидаться вертолетов, а уговорили летчиков забрать их на транспортном самолете, в котором не было кислородных масок. В Термез они прилетели раньше, только потом долго приходили в себя. До дома Михаил добирался шесть дней.

– На гражданке я работал на Джамбульской автобазе водителем, затем сварщиком, – вспоминает Михаил Филиппов. – У меня подрастали дочь и сын. При сложившейся тогда ситуации в Казахстане подумал, что они не получат там должного образования и поехал в Россию. Одна из моих сестер жила в селе Гребнево и меня пригласила к себе. Девять месяцев я трудился в колхозе имени Ленина сварщиком, скотником. 22 года – водителем в колхозе «День урожая». От хозяйства дали дом, я женился. У меня 7 детей и 9 внуков. Сейчас работаю мастером в Старожиловском агротехникуме.

Каждый год 15 февраля и 15 мая Михаил Алексеевич в составе местного отделения «Боевое братство» приезжает в Рязань на площадь Маргелова, чтобы встретиться с сослуживцами, вспомнить о боевых товарищах, помянуть погибших.

Владимир Ладутько из Рыбновского района рассказал, как служил в Афганистане на пункте управления полетами

«Родителям написал, что меня направляют в Монголию»

В 1986 году исполнял свой интернациональный долг в ДРА и Владимир Владимирович Ладутько.

– Срочную службу я проходил в Якутске в поисково-спасательном отряде ВВС. Потом остался там служить сверхсрочно. В 1984 году закончил школу прапорщиков в Новоселицах Новгородской области. После учебы вернулся в свою часть и был назначен начальником стартового командного пункта (СКП), то есть пункта управления полетами. Но в 1986 году мою должность сократили и меня отправили в штаб Забайкальского военного округа в Читу. Там я и узнал о своем назначении в Афганистан.

Все военнослужащие к этому времени уже имели представление, что там не курорт. Тогда я не был женат, а родителям, чтобы не волновались, написал, что меня направляют служить в Монголию. Из Читы вылетел в Ташкент, а оттуда на ИЛ-76 – в Кабул. И уже потом вертолетом «Ми-8» – в Газни, где проходил службу.

Служба и сослуживцы

– К тому времени я уже имел звание прапорщика. Попал в ОБАТО (отдельный батальон авиационно-технического обеспечения) аэродрома Газни в роту связи по своей специальностью – начальник СКП. Это был КУНГ с выдвигаемым остекленным фонарем на шасси автомобиля Зил-130. Из него руководитель полетов осуществлял управление и контролировал заход на посадку. Тут стояло радиосвязное оборудование и магнитофон, который записывал переговоры с экипажами.

В мои обязанности входило поддержание аппаратуры в рабочем состоянии и перестройка каналов радиостанции на нужные частоты, которые давались перед полетами, а также замена катушек на магнитофоне. С собой из Якутска я привез техническую форму темно-синего цвета, а в ДРА носили техничку песчаного цвета. Первое время пришлось ходить в ней, было жарковато. Потом выдали светлую. Со мной служили ребята из Таджикистана, Узбекистана, со всего Союза. Через некоторое время я встретил сослуживца из своего отряда – Игоря Миненко, с которым проходили службу в Якутске. 

Мы жили в английских казармах – более-менее с удобствами, даже был бассейн. Служба проходила относительно спокойно. Наш аэродром находился за колючей проволокой, был окружен минными полями и охранялся. По ночам постреливали, летали иногда трассирующие пули, но обходилось без последствий. Один раз был минометный обстрел рядом со взлетно-посадочной полосой. Почти каждый день были вылеты вертолетов, то на поддержку десанта, то на проверку караванов.

Несколько раз приходилось выезжать за «колючку». Склады снабжения у нас находились в мотострелковом полку, который был за несколько километров от аэродрома. Брали с собой личное оружие и снаряженные магазины. Ездили и в город, в местные магазинчики. Было непривычно видеть местные разукрашенные автомобили и автобусы с тюками и пассажирами на крыше, местных жителей с бородами и в восточных одеждах прошлого века. Да и сама природа была непривычная – желто-серая.

Однажды, когда находился в КУНГе, стал свидетелем авиационного происшествия. При заходе на посадку вертолет «Ми-24» упал набок, и у него отлетели лопасти несущего винта. Экипаж состоял из афганских летчиков, наверное, у них было мало навыков пилотирования, и они при посадке допустили ошибку. Но все обошлось, никто не пострадал.

Служил я там несколько месяцев. При мне двоих наших ребят отправили на Родину в цинковых гробах – БТР роты охраны подорвался на мине. По этому поводу было общее построение, прощание.

Как-то меня вызвали в штаб в Кабул и отправили обратно в Читу. Там я получил назначение в вертолетный полк города Нерчинска Забайкальского военного округа.

Возвращение к мирной жизни

После Афганистана я заехал домой к родителям в Минск. И только тогда я им рассказал, что был в Афганистане. Мама плакала. В Нерчинске я обслуживал радиооборудование вертолетов Ми-6, Ми-10, Ми-8. Как-то сослуживец, тоже холостяк, предложил встретить Новый 1987 год в женском коллективе. Там я познакомился со своей будущей женой Надеждой. С тех пор мы вместе. В 1999 году я закончил военную службу в звании старшего прапорщика в Иркутске. 

Потом стали задумываться с женой о переезде в центральную часть России, поближе к родным: родители жены были на Украине, мои – в Белоруссии. В Рязани у меня жил сослуживец из Иркутска, и мы решили переехать сюда. С 2008 года живем в Рыбновском районе. 

Как Анатолий Хохлов из Гремяк прикрывал в Афганистане военного корреспондента Михаила Лещинского

Анатолий Хохлов из Гремяк о том, что был в «горячей точке» – служил в Афганистане, старается не вспоминать. Разве только, что только 15 февраля в день вывода советских войск из Афганистана.  Да и с местными «афганцами» он почти не знаком, к большому сожалению, нет у нас в районе организации, нет боевого братства, объединяющего тех, кто с достоинством исполнил свой интернациональный долг солдата.

Вернувшись домой из Афгана, молодые парни тогда старались поскорее забыть и не теребить душевные раны этими тяжелыми воспоминаниями, а когда волосы посеребрила седина, начали понимать, что живут очень разобщенно, даже в родном селе не всех «афганцев» знают. Анатолий, например, общается только с новомичуринцем Виктором Ерошенко, с которым призывались вместе в 1986 году. И хотя в самом Афганистане их пути разошлись, но после дембеля ребята встретились в Пронском военкомате. Они и сегодня перезваниваются, ведь спустя годы бывшие бойцы понимают, что их связывает общая неспокойная  юность, в которой многие друзья остались вечно молодыми, ведь домой они вернулись в цинковых гробах. Бывшие «афганцы»  осознают и то,  что там они подорвали не только свое здоровье, но и здоровье родителей тоже заметно пошатнулось: матери, знавшие о месте службы сыновей, каждое письмо с родины поливали горькими слезами.

После «учебки» Анатолий попал в Кундуз в 201 мотострелковую гвардейскую дивизию, он возил начальника штаба и объездил с ним многие точки чужой страны. Бог уберег от ранений,  но в память врезался случай, когда ему пришлось прикрывать ведущего тогда журналиста Михаила Лещинского, который был собкором в Афганистане. 

– Когда телевизионщики в нашем сопровождении уже возвращались из Джелалабада, то на обратном пути их уже ждали «духи», – вспоминает Анатолий. – Они открыли огонь по машинам,  и нам пришлось прикрывать  журналистов, отстреливаться от противника. В ход пошли и автоматы, и гранатометы, и подкрепление – оно  пришло с воздуха. У наших врагов была известная тактика – не открытого боя, а засады, которые «духи» устраивали на наши движущиеся колоны.   Будучи солдатом,  я хорошо понимал, что советские войска должны были войти в Афганистан, чтобы обезопасить и свои границы, и помочь дружественному народу избавится от боевиков, чтобы начать мирную жизнь.

Пройдя серьезную армейскую школу, Анатолий и своих сыновей воспитал настоящими мужчинами. Они, как и их отец, не бегали от службы в армии,  теперь вот и внучата у бравого деда подрастают…

А этот хэбэшный костюм, в который  Анатолий облачился для фото, он  сохранил, как память о жарком Афганистане.


Валерий Хромушкин из Кораблинского района: «Оставаться в стороне у нас не принято»

Валерий Хромушкин – руководитель Кораблинского отделения «Боевого братства». Выполнял интернациональный долг в Афганистане в 1984–1986 годах.

Вывод советских войск – 15 февраля 1989 года – смотрел дома по телевизору. Вспоминает:

– Нормально воспринял это событие. Давно надо было выводить. Это – с одной стороны. А с другой, обеспечивая порядок в той стране, мы на 10 лет отодвинули нелегальную поставку наркотиков в Союз. Если бы не наши ребята, туда вошли бы и навели порядок другие – например, США…

Первоначально предполагалось, что советские парни будут охранять объекты. Но пришлось участвовать и в боевых действиях той, по сути, партизанской войны, потому как стоять в стороне у нас не принято.

В Чирчике Ташкентской области Узбекской ССР, где я проходил три месяца учебку, нам объясняли, как вести себя в гористой местности, как подниматься и спускаться по скалам, – рассказывает Валерий Иванович. – Но на практике к этому не подготовили: горы было видно издалека, но туда не ходили. Научили стрелять, прыгать с парашютом – и то хорошо. Меня направили в 154-й отдельный, спецназначения, батальон ВДВ. В наши задачи входило участие в засадах, проведении разведок, перехвате караванов. Все пришлось осваивать на месте, в ходе операций.

Как-то мы ожидали в засаде проход моджахедов с оружием. Они должны были двигаться от гор в сторону кишлака. Дело было ночью. Вскоре действительно  появились пять человек и два ишака, нагруженные поклажей. Они двигались по сухому руслу реки. Поскольку мы находились выше, им не удалось скрыться.

Было у меня и ранение. Мы тогда прочесывали кишлак, искали оружие, проверяли документы. Пять человек. Сверху, с гор, в нас стреляли. Одного на месте убили. У меня сквозное ранение:  пуля прошла сквозь два плеча спереди. Слава Богу, кость не задело. Ощущение – как будто кирпичом ударили. Это только в фильмах показывают: сразу кровь течет. А на самом деле она замирает – от спазма. К санинструктору сам добежал: недалеко – метров 20. Он вколол мне обезболивающее, сделал перевязку. Поинтересовался: «Голова кружится?» – «Нет». – «Попей водички».  После нескольких глотков повело в сторону. Дождался вертолета – отправили на неделю в медчасть. А потом снова – служить.

Мы поинтересовались: участие в зачистках-засадах было ежедневным? Оказалось, нет: дважды в неделю – на боевом дежурстве, в остальное время – отдых. Но те два дня давались нелегко. Десант высаживали с вертолета в определенном месте, после чего за ночь надо было пройти с полной боевой выкладкой (а это дополнительно 40 кг снаряжения на бойце) 15–20 километров до точки, где должны были устроить засаду. Со временем привыкли…

Приходилось брать в плен моджахедов – их сдавали органам госбезопасности страны. Сохранилась фотография, на которой – бойцы-десантники с пленными.

У Валерия Ивановича есть награда за активное участие в боевых действиях на территории Афганистана – советская медаль «За отвагу». А еще запомнились многочисленные «Давайте, сынки, вам это зачтется» и «Спасибо, бойцы, за службу».

Владимир Иванович рассказал:

– Я через группу «Одноклассники» в интернете нашел своих сослуживцев по Афгану. Общаемся. Дважды ездил к другу Володе Загладе в Гомель. В нашем отделении 54 человека. Погибших в Афганистане не было. Но с ранениями возвращались. 15 февраля соберемся на митинг в Кораблине у памятника участникам локальных войн. Потом нам наверняка вручат юбилейные медали. Ну и посидим где-нибудь, вспомним былое.

Михаил Губанов: «Показывать свой страх никто не хотел»

Война меняет человека

Встречаясь с воинами-интернационалистами, которые служили в Демократической Республике Афганистан, понимаешь, что большинство из них не хочет вспоминать о той войне и заново бередить душевные раны. Ведь каждый день они находились на грани жизни и смерти, теряли друзей-товарищей. Но делать вид, что этой войны не было, мы не вправе.

На службу в Афганистан Михаил Губанов улетел в 1984 году.

– Я жил в Касимовском районе, в Путятинском районе закончил сельскохозяйственный техникум. И после учебы, 12 апреля 1984 года, меня призвали в Вооруженные силы.

Уже в апреле мы улетели в Ташкент. Оттуда нас отправили в учебный центр, где мы за три месяца прошли ускоренный курс радиотелеграфистов. И только в конце обучения узнали, что полетим в Афганистан. Многие хотели попасть туда. Молодые были, и не особо понимали, что там творится.

Первые впечатления

– Мы прилетели в Кабул 1 августа 1984, а по их летоисчислению это был 1363 год. Так что получается, что мы служили в 14 веке. Первые впечатления: вокруг все серое – горы, земля, дома. Только сошли со взлетной полосы и сразу по голенище утонули в пыли. Она похожа на наш цемент.

Я служил в передающем радиоцентре на окраине Кабула. Мы находились как в каменном мешке – вокруг были горы. Просто так нас за территорию части не выпускали. С апреля по ноябрь происходили регулярные обстрелы.

Условия быта были нормальные, мы сами все обустроили: построили баню, электричество было от дизельных электростанций.

Кормили нас, так сказать, не очень, но продуктов хватало. Их поставляли со всех социалистических стран. Даже кенгурятину ели. Она приходила или маринованная в банках, или тушами в глубокой заморозке.

В «учебке» нас учили уважать местные обычаи и культуру, вести себя. Например, рассказывали, что нельзя разговаривать с женщинами, тем более прикасаться, нельзя громко разговаривать, особенно с пожилыми. У нас были специальные брошюры с разъяснениями.

Чтобы не волновать родителей, я сначала писал, что служу в Монголии. А потом заболел, и меня отправили в госпиталь в Самарканд. Туда приехали мама с сестрой. Встретились с доктором, спросили как я, он и говорит: «Все нормально, еще немного побудет и поедет дослуживать в свой Афганистан». Мама удивилась: «Какой Афганистан? Он в Монголии служит».

На войне как на войне

– Конечно, было страшно, особенно первое время, – признается Михаил. – Страшно было всем: и командирам, и офицерам, и рядовым солдатам. И не стоит этого стыдиться, ведь умирать никому не хотелось.

Когда первый раз попал под обстрел, мысль была одна: «Прощай мама, прощай папа». Но показывать свой страх никто не хотел. А потом привыкаешь, и уже так не реагируешь. Начинаешь жить по афоризмам того времени: не бойся свиста пуль, свою ты не услышишь; кто был в Афгане, тот может гордиться, кто не был – пусть радуется. Мы гордились, что служим там, считали, что нам доверили самую важную службу.

Но война действует на всех. Там у многих случались психические расстройства. Хорошо, если командир был толковый и, видя состояние солдата, старался огородить от боевых действий или отправить в другую часть, где «поспокойнее», или еще какие-то меры принимал.

Со мной служили ребята из Узбекистана, Таджикистана, Белоруссии, Молдавии, Армении. Даже из Рыбного земляк – Анатолий Губернаторов.

Мой сослуживец Николай Барсук получил медаль «За отвагу». Он был водителем грузовика. Когда их колонну начали обстреливать, прапорщик погиб на месте, а Николай был серьезно ранен, но не остановил колонну. Любой съезд на обочину был опасен подрывом, и он ехал, пока не потерял сознание.

Говорят, хорошего человека война делает лучше, плохого – хуже. Попадаешь с человеком в стрессовую ситуацию, и в ней проявляется его истинное лицо, и порой это бывает совсем неожиданно. Думал, что он хороший человек, а он оказывается трусом или предателем.

Мирная жизнь

– Пробыл я в Афганистане 21 месяц – вернулся домой в 1986 году.

Мы, кто служил в Афганистане, гордимся, что не просто прошли эту войну, а при этом остались людьми, что удается не каждому. У нас героизм в крови. Мы не только победить хотим, но и умереть героически.

После срочной службы Михаил поступил на службу в Касимовский РОВД. В 2000-м году переводом был направлен в Рыбновский РОВД. С 2008 года Михаил Федорович на заслуженном отдыхе, он ушел в отставку в звании майора.

 


Олег Бирюков из Ряжска рассказал об охоте за караванам и «Стингерами» в Афганистане

Для каждого, кто прошел через Афганистан, события тех лет памятны по-особенному, у всех без исключения они оставили неизгладимый след. О своей войне рассказывает «охотник за караванами», разведчик спецназа ГРУ Олег Бирюков.

«Наши деды – славные победы…»

Детство и юность мои прошли в Ряжске. Вспоминаю свое общение с дедушками – Владимиром (отцом моего родителя Юрия Владимировича) и Яковом (папой мамы, Тамары Яковлевны).

Оба защищали Родину в Великую Отечественную, об этом рассказывали мне, внуку. Например, в бою под Москвой первый номер пулеметного расчета, где служил дед Яша, погиб, а он получил пулевое и осколочное ранения, в итоге потерял ногу. Дед Володя вернулся домой без руки. С ранней юности я начал осознавать, что война – это жестокая, страшная трагедия. Но не предполагал, что продолжу ратное дело своих дедов, выполняя интернациональный долг в Афганистане. Но сначала учился в школе, в 1986 году окончил Ряжский дорожный техникум. К армии готовился (мысли не служить не было и в помине, в то время тебя никто мужчиной бы не считал). Я занимался в стрелковой секции, увлекался легкой атлетикой, боксом. Тогда уже много говорили об Афганистане, иногда приходили мысли, что я тоже могу там оказаться. Так и случилось в 1986-м…

Тайна нашего призыва

В одной команде оказались четверо земляков: с Сергеем Семеновым из железнодорожного микрорайона я уже был знаком, как и с Игорем Поповым, а вот с Геной Расторгуевым (он из села Салтыки) мы встретились только на призывном пункте. «Покупатель» (офицер, отбирающий новобранцев) – лейтенант по фамилии Дубрава, десантник, под два метра ростом – построил 16 человек, в их числе и нас троих, кроме Геннадия. Он сообщил, что будем служить в десантных войсках специального назначения в Афганистане. Не скажу, что это нас испугало (может быть, еще до конца не понимали, что происходило на той незнакомой земле), да и чувство долга имелось у каждого из нас. Гена Расторгуев не хотел отрываться от земляков, но его зачислили в другую команду. Чтобы ему оказаться вместе с нами, кто-то из уже отобранных шестнадцати должен был отказаться или выбыть по каким-либо причинам, тогда Гену взяли бы на его место. На замену никто не соглашался. Но мы очень хотели помочь товарищу (вот что значит молодость, задор!). Узнали, что у одного рязанского парня за забором призывного пункта прогуливается жена с ребенком в коляске. Стали его уговаривать уступить свое место (будто на курорт направлялись), а он ни в какую. Только через супругу смогли добиться своего. А вот дальнейшие наши действия уже никак законными не назовешь, как говорится, ветер в голове гулял: чтобы поменять личные дела Гены и этого парня, ночью проникли в канцелярию, накануне узнав, где ключ от сейфа, и переложили документы с одного места на другое. Думали, делаем благое дело. А может, так и было?

Однако уже в Афганистане всех нас раскидали по разным воинским подразделениям. Но сначала были выматывающие полгода в учебке…

Тяжело в учении

Город Чирчик, расположенный неподалеку от Ташкента, встретил нас сурово. Постоянная огневая подготовка, по три раза в неделю марш-броски на стрельбище с полной выкладкой. Тот, кто плохо отстрелялся, назад нес приличного размера камень, а перед въездом в город выбрасывал.

Эту рукотворную немалых размеров гору почему-то окрестили «мамаевым курганом». Не зря я перед армией занимался стрельбой, всего один раз в самом начале (наверное, волновался, не обвыкся еще) мне пришлось в наказание булыжник тащить. Регулярно занимались рукопашным боем, спортивной подготовкой.

Среди наших наставников были те, кто прошел школу Афганистана, в их числе – наш командир взвода, некоторые вернулись из госпиталя после ранения. Они готовили нас к страшной действительности, учили, как выжить на войне, говорили правду о происходящем в ДРА. В некоторые вещи не верилось (например, в то, что «духи» отрубают нашим пленным головы, отрезают уши, человеческие обрубки подбрасывают к воинским частям. Такое вот дикое психологическое давление. Но реалии оказались действительно суровыми.

В горах Джелалабада

4 ноября 1986-го в пять утра нас подняли по тревоге, погрузили на машины. Мне два месяца назад исполнилось девятнадцать. Буквально через час борт с аэродрома Тузель доставил нас в Кабул. Трое суток ждали распределения. Меня направили в Джелалабад, в 15-ю отдельную бригаду специального назначения ГРУ Генерального штаба ВС СССР. Наши основные задачи – уничтожение караванов с оружием, боеприпасами, идущих из Пакистана для бандформирований. Разведгруппа состояла из 18 бойцов (стандартно насчитывалось 16), если требовалось укрепить подразделение, например, крупнокалиберным пулеметом «Утес», дополнительно группе придавался расчет из трех человек.

Регулярно (в основном ночью) мы отправлялись на «охоту» за караванами. Их, как правило, обнаруживали с воздуха или по агентурным данным. Тщательно готовились к операции, всякий раз обязательно пристреливали оружие, экипировались, еще и еще проверяли снаряжение. Это было не только залогом успеха задания, но и того, что останешься в живых. Каждый бой – ближний, скоротечный, мы также несли потери. Первым убили Алексея Антонова (по-моему, из Краснодарского края). При десантировании для досмотра уничтоженного каравана он первым выгружался из «вертушки», раненый душман выстрелил ему в голову… Затем погибли еще двое наших бойцов разведгруппы, они были родом из Узбекистана.

Война и смерть – неразлучны. На моих глазах сгорали наши ребята в вертолетах, самолетах, подбитых из пресловутых «Стингеров».

Если не ты, так тебя

В каждый дозор выходили, как в последний. Практически вся территория была заминирована, поставлены «растяжки». Сходились с врагом, что называется, лицом к лицу, кто быстрее, точнее, тот жив остался. Не убьешь ты, убьют тебя. Однажды в головном дозоре мы сидели в засаде. Прямо на нас вышли трое «духов» – изучали местность для прохода каравана. Мы должны были пропустить их дальше, но получилось так, что они буквально натолкнулись на меня, оказавшись в опасной близости. Я выпустил в них целый автоматный рожок. А потом ощущал холод, опустошенность, липкие ладони. На гражданке в первые несколько лет мне снились погибшие друзья, застреленные душманы…

В погоне за «Стингером»

Мой призыв совпал с началом в 1986 году поставок американцами моджахедам переносных зенитных ракетных комплексов «Стингер», которые здорово «жалили» воздушные цели советских войск. Перед нами ставили задачи как можно эффективней препятствовать попаданию из Пакистана данного вида оружия, а самое главное, – захватить для начала хотя бы один экземпляр. За это даже обещали представить к званию Героя Советского Союза. Правда, насколько мне известно, слово свое командование не сдержало: отличившихся награждали в основном орденами. Охота на «Стингеры» принесла свои плоды. В одной из таких операций в 1987-м довелось участвовать и мне.

Караван из Пакистана (порядка 80 вьючных животных) попал на минное поле, был рассеян огнем группы старшего лейтенанта Германа Похвощева (наши однополчане из 15-й отдельной бригады спецназа). «Духи» сильно сопротивлялись. На подмогу нам отправили 1-ю роту, находившуюся в засаде километрах в двадцати, обеспечили поддержку с воздуха и артиллерии. Оставшиеся в живых бандиты сбросили груз и бежали. Среди другого было захвачено два «Стингера» и два английских ПЗРК «Блоупайп». Кроме этого, нам достался большой арсенал: ракетные снаряды, мины, патроны, гранаты, безоткатные пушки. Командира группы Похвощева отметили орденом Ленина, а его подчиненных – орденами Красной Звезды. На меня сделали представление на медаль «За отвагу». Однако я допустил не серьезное, но  дисциплинарное нарушение, и медаль так и не получил.

Но имеющимися боевыми наградами очень горжусь: в январе 1987 года за участие в уничтожении каравана отмечен медалью «За отличие в воинской службе 2 степени», в марте 1988-го – медалью «За боевые заслуги».

Мы уходим…

В конце апреля 1988-го в числе первых из Демократической Республики Афганистан выводили наш батальон. Испытывали смешанные чувства. У нас, дембелей, конечно, радость, что скоро будем дома. Но непонятно, почему вывод начали с самых боеспособных подразделений ГРУ, которые прикрывали границу с Пакистаном. Нет ответа до сих пор.

Борт успешно доставил нас в Кабул, там пробыли до 2 мая, затем вылетели в Ташкент. Ненадолго с однополчанами заехали в Чирчик, в учебку. Там проведал земляка, Игоря Попова (ему еще полтора месяца оставалось служить). А затем – на самолет, и вот она, столица Москва, отсюда поезд домчал до Ряжска.

«Здравствуй, мама, я живой…»

С железнодорожного вокзала приехал с последним автобусом, домой добрался ближе к полуночи. Смотрю, света нет, не ждут. Постучал, дверь открыл отец, обнялись. Он зовет маму: «Тамара, Тамара!» Она вышла и слова вымолвить не может, без чувств рухнула от радости – сын живой вернулся.

Даже находясь за тысячи километров от родного дома, всегда чувствовал, что меня ждут, была какая-то неосязаемая связь. Мама, когда провожала в армию, плакала. Они с отцом прилетали в Чирчик на присягу. Мы с ней еще несколько раз виделись, в том числе за пару недель до отправки в Афганистан, я понимал, как сильно она переживает. Спасибо всем близким за поддержку, это очень помогало на чужой земле, придавало сил.

Еще лучше понимаю это сейчас, ведь у нас с супругой, Ириной Михайловной – учителем начальных классов средней школы № 1, двое взрослых сыновей. Старший, Антон, – офицер Генерального штаба, младший, Илья, учится в Рязанском радиоуниверситете. Очень хочется, чтобы все у них было хорошо.

Дружба, проверенная войной

Вернувшись из Афганистана, мой друг Сергей Семенов первым понял, что нам, воинам-интернационалистам, нужно объединяться, чтобы не только быть вместе, но и рассказать правду о событиях, участниками которых мы стали. Он стучался в различные кабинеты чиновников, но почти нигде не находил понимания.

Однако добился своего: в 2006 году было создано Ряжское районное отделение Всероссийской общественной организации ветеранов «Боевое братство». И первым его председателем стал, конечно, Сережа Семенов. К сожалению, он рано трагически ушел из жизни. Мы помним его и продолжаем начатое им дело.

Ребята доверили мне возглавить организацию. И рядом, плечом к плечу, братья по оружию, «афганцы» – Геннадий Расторгуев, Владимир Кормилицын, Юрий Герасин, Сергей Воробьев, военный комиссар Ряжского и Александро-Невского районов, участник второй Чеченской кампании Олег Артемов, участники контртеррористической операции на Северном Кавказе Александр Захаров, Александр Подъяпольский и другие. Мы вместе, чтобы рассказывать правду о войне, пусть молодые растут патриотами, гордятся своей страной, армией. В этом связь поколений.

 


Алексей Сорокин и после ранения остался в строю

В 1985 году Алексея Сорокина призвали в армию. Всего три месяца был в учебке. Как водителя-профи (окончил Александро-Невское профучилище) Сорокина определили водителем БТРа. Служил в разведке, обеспечивал отход разведгруппе. Шел в сопровождении первым, создавая безопасный проход советским боевым колоннам с техникой.  Не раз с оружием сталкивался с боевиками, уничтожая банды, воевал как положено и был ранен осколком в ногу уже на первом году службы.

– Вот только тогда мои родители узнали, что я воюю в Афгане, – грустно усмехнулся Алексей, – я ведь ничего им не говорил, так как у мамы было больное сердце. Но начальство им сообщило, что я в госпитале. Так она с отцом три раза приезжала ко мне в Ташкент!

После госпиталя Сорокина вновь направили в его часть, в разведроту, на его груди сверкала медаль «За боевые заслуги».

За два года войны парень повидал такого… Как он сам говорит, в фильмах о войне в Афганистане многое приукрашено, часто недостоверны картины, действительность же намного грязнее и страшнее. Война – это всегда страх, это всегда боль и ненависть. «Там или тебя, или ты их, другого не дано», – говорит, хмурясь, солдат.

Трудно было все это переварить в себе и пережить, когда вернулся к мирной жизни. Но Алексей справился. Как его боевые друзья. Крепче кровных уз связала советских парней эта негласная война. Она помогла нашим ребятам выйти из войны почти без потерь. Их всех побратала война. Солдаты до сих пор помнят поименно друзей по оружию. Это помогло им в мирное время выжить ради своих родных, своих детей.

Алексей Сорокин на бронетранспортере – крайний слева.

Их побратала война

На нашей фотографии – участники афганских событий, воины-интернационалисты: Игорь Митрохин и Владимир Федоткин из Каширина, Геннадий Гулимов из Зимарова, Геннадий Наумкин из Боровка, Алексей Сорокин из Павловки, Николай Игнатов из Студёнок, Владимир Веневцев из Александро-Невского. У всех есть боевые награды, некоторые стали инвалидами в результате ранений, но продолжают трудиться.

Воину-афганцу Александру Ульянову до сих пор снится война

Вослебовский парень Александр Ульянов с детства занимался лыжными гонками у тренера Юрия Королева, входил в сборную области среди юниоров,  выступал за честь региона на чемпионате России. После окончания местного сельскохозяйственного техникума он собирался поступать в спортивный вуз, но по стечению обстоятельств этого не случилось, а на руках уже была повестка в армию. С такой физподготовкой Саша попал в разведроту ВДВ, где вкусил все прелести службы в этих войсках. Ночью 12 декабря 1979 г. их подняли по тревоге и повезли на аэродром в Орше. Там они в течение двух недель жили в палатках, а 24 декабря полк вылетел в неизвестном направлении. Самолет приземлился в Самарканде, где им сообщили о вылете в Афганистан и поставили боевые задачи. 26 декабря десантники приземлились в Кабуле, и вечером следующего дня они уже участвовали в боевых действиях.

Их полк стоял в Кабуле, откуда они вылетали на боевые операции в Кандагар, Джелалабад, Кунар. Уже после первого боя Александр сделал вывод: война – это грязь, это смерть товарищей, это тяжелая неблагодарная работа и неизвестность перед каждым новым днем. И если раньше он думал, что десантник – это красивая форма и романтика, то здесь Саша понял: прыжки с парашюта – самое легкое, что может быть. Орден Красной звезды Александр Ульянов получил за операцию в Кунаре. Их батальон должен был освобождать эту приграничную провинцию вместе  станками и артиллерией. Но душманы устроили в горах завал, и наша техника опоздала к началу операции на 14 часов. Бойцы отбивались самостоятельно с 5 утра и до ночи, потеряли много ребят убитыми и ранеными. Их тогда оставили в горах на определенной высоте, потому что в жесточайших условиях того боя сделать это было невозможно. На следующий день группа десантников вернулась за погибшими и вывезла всех, несмотря на обстрелы со стороны противника. Именно в этом бою в их роте появился первый герой Советского Союза в истории войны в Афганистане. Александр Мироненко отбивался до последнего, попав в окружение, а оставшись один против боевиков, подорвал себя гранатой. Он  награжден посмертно.

К Александру Ульянову судьба была благосклонна: за полгода службы он получил несколько легких ранений и вернулся в родное село Скопинского района  с наградами. В день, когда Александр Ульянов приехал домой, в цинковом гробу из Афганистана привезли и его односельчанина Владимира Гарина. В последний путь воина-афганца провожали всем миром. Именно тогда Александр Владимирович понял: главное – это мир на земле, все остальное неважно. А война снится ему до сих пор, напоминая о тех страшных днях и боевых товарищах.

Владимир Кудинов и его товарищи спасли от смерти семерых солдат

Житель Ростовской области Владимир Кудинов попал в армию в 1983-м. Балагур и весельчак, он добровольно решил испытать себя на прочность, пришел к начальнику штаба с просьбой отправить в Афганистан. Тот не ожидал такого поворота, поэтому  отправил его в наряд – будет время хорошенько подумать. И только в 1984-м  Владимиру все-таки  позволили исполнить интернациональный долг,  отправили в Афганистан. Был он заместителем командира взвода минометной батареи.

– К тому времени я уж как солдат я уже многому научился. Но так хотелось настоящего мужского дела: как мои сверстники, пороха понюхать,  в бою себя попробовать.  Бесшабашности  хватало по молодости, – говорит Владимир, вспоминая службу. – Только до сих пор не знаю, а бесшабашность ли это была?  Ведь слово «долг» для нас в советское время не было пустым звуком. Тогда мы все жили с душой нараспашку,  друг за друга стояли горой и знали слово «надо».

Сам погибай, а товарищей выручай

…По возвращении на базу, под обстрелом в узком ущелье, ребята увидели, как вышел из строя второй бронетранспортер, и подцепили его к своему. Так и добрались до своих. Все знали наверняка одно: если не сделать этого, «духи»  сожгут машину дотла вместе с живыми и мертвыми. 

– Тогда мы спасли семерых пацанов, из машины они вылезли сами, хотя и были сильно потрепаны. Трое были убиты, вытащили их тела. Нас тогда  обещали представить к наградам, но, видимо, забыли, – вспоминает Владимир. – Но мы и не думали об этом, знали главное: сам погибай, а товарищей всегда спасать нужно. На том мы в Афгане и держались, каждый солдат был братом другому.

Самым мучительным, по его словам, было томительное ожидание, когда в неведении стояли на перевале в 150 километрах от границы. Солдатам не объясняли тактики и целей, а в рейд за время службы они всего-то ходили раза три. Многие новости получали через солдатскую почту. Так узнали, что возле Герата за три дня сто двадцать наших пацанов полегло: они оказались отрезанными от своих, их позднее отбивала 40-я армия.

После войны

Родители Владимира даже и не подозревали, что их сын год под пулями ходил и был легко, но ранен. Уберегая их от волнений, он не писал о том, что служит в Афганистане. В мирное время, пока не обзавелся семьей,  Володя работал в Москве, потом перебрался в Ростов. Власти выделяли ему жилье – в столице бывшему афганцу дали трехкомнатную квартиру, меньше просто не было. Но без семьи жизнь в столице не сложилась. Парень вернул ключи от жилья и перебрался поближе к дому.  В Ростове встретил свою будущую жену, Наташу.  Вместе с родителями и своей семьей, в которой подрастали двое сыновей и дочка, в поисках работы они оказались  в Пронском районе, в селе Гремяки. Здесь сельхозпредприятие «Малинищи» семьи переселенцев не только работой обеспечивало, но жильем.


Валерий Вислогузов покинул Афганистан одним из последних

Орденом Красной Звезды 26-летнего старшего лейтенанта Валерия Вислогузова наградили за вывод автоколонны  Московского наливного батальона в Кабул и передачу техники правительственным войскам Демократической Республики Афганистан

– Мы уходили из Афганистана одними из самых последних, ведь надо было снабдить горюче-смазочными материалами все армейские части, готовые к отправке в Союз, – рассказывает Валерий Васильевич. – Это было правительственное задание, а для меня, заместителя командира по технической части Московского наливного автобатальона – обычная тыловая работа; сутки мы сопровождали колонну из Пули-Хумри в Кабул через заснеженные перевалы, а это 200 с лишним километров. И когда уже были на границе с Советским Союзом, радости не было предела. Всем, кто выходил из Афганистана, как помню, давались бланки телеграмм – их вручали солдаты, чтобы можно было срочно сообщить родным, что жив, здоров, возвращаюсь. Но я уже по телефону сообщил жене, что лечу, и она ждала меня в военгородке в Ужгороде.

В афганских буднях старшего лейтенанта Вислогузова были и «пули по броне», и смерти юных солдат, не успевших отправиться в первый рейс, и геройские поступки подчиненных, представленных к наградам. Об одном из таких случаев он вспоминает:

– На пути автоколонны образовался затор: душманы подбили среднюю машину, водитель покинул ее, и первая часть колонны ушла. И тут один из солдат под обстрелом кинулся к подорванному грузовику, завел мотор и направил автомобиль под обрыв. Освободил дорогу для других. Позже, как знаю, его представили к награде.

Другой случай. В горах на дороге встала одна из 60 машин.

– И мы с двумя солдатами-водителями, связавшись со своими по рации, остались ждать техническое замыкание автоколонны, – вспоминает Валерий Васильевич. – Вдруг видим, группа душманов. На троих у нас три автомата и три гранаты, а их человек пять. Мы – в кювет, приготовились к бою. На наше счастье – пара вертушек, сопровождающих автоколонну. «Духи» ретировались. И когда все было позади, мы долго еще удивлялись, как умудрились все трое, по верблюжьим колючкам, за три секунды спрятаться в такой узкой расщелине.

Такая вот «тыловая работа».

Руководство оценило этот случай представлением старшего лейтенанта к медали. Но, как мы уже знаем, он получил орден. Орден Красной Звезды.

– Был день моего рождения, мы с друзьями и семьей собрались вместе, – рассказывает Валерий Васильевич. – И вдруг на пороге посыльный из части. Приносит добрую весть…

Он философ, Валерий Вислогузов. Считает: у каждого своя судьба, свое предназначение. Он – воин-интернационалист, настоящий боевой офицер, выживший в воюющем Афганистане и теперь преподающий ученикам в первой школе Новомичуринска уроки основ безопасности жизнедеятельности.

интернационалисты

Читайте нас в соцсетях

Руководящие принципы SIV для Афганистана — Инструкции DS-157

Travel. State.Gov

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕПАРТАМЕНТ США — БЮРО КОНСУЛЬСКИХ ДЕЛ

Travel.State.Gov > Визы в США > Иммиграция > Афганские правила SIV – Инструкции по форме DS-157

Travel.State.Gov > Визы в США > Иммиграция > Афганские правила SIV — инструкции по форме DS-157

Программа специальной иммиграционной визы для граждан Афганистана

Общие указания

Чтобы подать заявку на утверждение главы миссии (COM) программы специальной иммиграционной визы (SIV), у вас должен быть доступ к электронной почте; иметь возможность сканировать и сохранять все необходимые документы из списка в виде PDF-файлов; и иметь возможность отправлять эти документы по электронной почте.

После того, как вы соберете все необходимые документы, перечисленные ниже, прикрепите их к электронному письму и отправьте по адресу афганский[email protected] В теме письма должно быть указано имя основного заявителя, как оно написано в паспорте или тазкере, а также дата рождения заявителя в следующем формате: ДЕНЬ-МЕСЯЦ-ГОД.

Укажите , а не информацию о членах семьи в теме письма.

Мы отправим вам все сообщения и инструкции, связанные с этим приложением, по электронной почте. Мы рекомендуем вам использовать один и тот же адрес электронной почты для переписки с нами на протяжении всего процесса.

ПРИМЕЧАНИЕ. Пожалуйста, внимательно ознакомьтесь с этой информацией. Невыполнение этих шагов приведет к задержке обработки вашего дела .

Необходимые документы

Кандидаты должны представить следующие шесть (6) пунктов в своем пакете документов. Пожалуйста, не отправляйте ничего, кроме того, что указано ниже, если только мы не попросим вас сделать это. В частности, не отправляйте фотографии, благодарственные письма, сертификаты об обучении, резюме или академические справки. Эти документы не имеют отношения к вашей заявке на утверждение COM и не будут рассматриваться.

Непредоставление всей необходимой документации точно в соответствии с запросом ниже может значительно задержать рассмотрение вашей заявки на утверждение COM. Хотя в этом списке указаны документы, необходимые для всех заявителей, мы можем запросить дополнительную информацию и документацию, если в процессе обработки возникнут вопросы.

Важное уведомление об отсутствующих документах : Если требуемый документ недоступен, вы должны предоставить подробное письменное объяснение при подаче заявления. Представитель COM рассмотрит ваше дело.

1. Подтверждение занятости в Афганистане

A) Если вы работали на правительство США или от его имени:

Вы должны предоставить письмо из отдела кадров (HR) вашего работодателя, подтверждающее, что вы работал на правительство США или от его имени в Афганистане в период с 7 октября 2001 г. по 31 декабря 2023 г. не менее один год.

Письмо должно содержать всю информацию ниже:

  • Ваше полное имя.
  • Ваша должность.
  • Ваше место работы.
  • Дата начала работы у работодателя (ДД-ММ-ГГГГ).
  • Дата прекращения работы на работодателя (ДД-ММ-ГГГГ).
  • Причина увольнения, если вы больше не работаете.
  • Имя автора, заполняющего письмо, его или ее подпись и его или ее контактная информация, включая корпоративную электронную почту (или альтернативную электронную почту, если она больше не работает в организации).
  • Подробное описание ваших рабочих обязанностей и места, где вы их выполняли. Если применимо, это должно включать объяснение того, как ваша должность требует от вас:
    • Работать устным или письменным переводчиком для сотрудников Государственного департамента или Агентства США по международному развитию в Афганистане, особенно если это включает обязанности, связанные с поездками подальше от посольства с таким персоналом;
    • o      Выполнять функции устного или письменного переводчика для военнослужащих США в Афганистане, особенно если эта работа требует выезда за пределы базы; или    

B) Если вы работали в Международных силах содействия безопасности (ИСАФ) или последующей миссии:

7 декабря 2001 г. и 31 декабря 2023 г. в течение не менее одного года. Если вы были наняты непосредственно ИСАФ или миссией-преемницей, это письмо должно быть от отдела кадров штаб-квартиры ИСАФ или миссии-преемницы, независимо от того, где вы находились в Афганистане. Если вы были наняты государством-членом ISAF или государством-преемником миссии, это письмо должно быть отправлено отделом или агентством, которое вас наняло. Примечание: Частные подрядчики и субподрядчики ИСАФ или миссии-преемницы или страны-члены, кроме США, НЕ соответствуют требованиям .

Письмо должно содержать всю следующую информацию: Ваше

  • полное имя.
  • Ваша дата рождения.
  • Копия на английском языке (или перевод на английский язык) контракта между вами и вашим работодателем. Если вы были наняты по соглашению о личных услугах (PSA) или договору о личных услугах (PSC), вы должны предоставить копию соглашения или контракта на английском языке.
  • Ваша должность. Ваше рабочее место.
  • Дата, когда вы начали работать в ISAF или последующей миссии (ДД-ММ-ГГГГ).
  • Дата, когда вы прекратили работу в ISAF или последующей миссии (ДД-ММ-ГГГГ).
  • Причина увольнения, если вы больше не работаете.
  • Имя представителя отдела кадров, заполняющего письмо отдела кадров, его или ее подпись и его или ее контактная информация, включая корпоративный адрес электронной почты (или альтернативный адрес электронной почты, если он больше не работает в организации).
  • Описание ваших рабочих обязанностей. Если применимо, это должно включать в себя то, как ваша должность требует от вас:
    • служить устным или письменным переводчиком для военнослужащих США во время поездок за пределы базы с американскими военнослужащими, дислоцированными в ИСАФ или последующей миссии, или
    • Выполнение действий для военнослужащих США, дислоцированных в ИСАФ или последующей миссии

2. Рекомендательное письмо

A) Если вы работали на правительство США или от его имени:

Вы должны предоставить письмо от своего старшего непосредственного начальника или лица, которое руководит или руководило компанией, в которой вы работаете или работали. Период наблюдения должен совпадать с периодом занятости, указанным в вашем письме о приеме на работу. Письмо должно быть датировано и должно быть подписано вашим руководителем. Он должен содержать всю следующую информацию:

  • Ваше полное имя.
  • Ваша дата рождения.
  • Номер вашего пропуска (при наличии).
  • Ваша должность.
  • Ваше место работы.
  • Подтверждение того, что рекомендатель был/является вашим руководителем и знал вас лично,
  • , если применимо. Дата, когда автор письма начал курировать вас (ДД-ММ-ГГГГ).
  • Дата, когда автор письма прекратил курировать вас (ДД-ММ-ГГГГ).
  • Имя и должность руководителя, корпоративный или правительственный/военный адрес электронной почты и личный адрес электронной почты.
  • Обоснование рекомендации вас для одобрения COM, т. е. то, что вы оказали верную и ценную услугу правительству США.
  • Описание супервайзером ваших рабочих обязанностей. Это заявление должно быть персонализировано с учетом конкретных обязанностей, которые вы выполняли, включая описание того, где вы выполняли эти обязанности. Если применимо, ваш руководитель также должен указать, как ваша должность требует от вас:
    • Работать устным или письменным переводчиком для сотрудников Государственного департамента или Агентства США по международному развитию в Афганистане, особенно если эти обязанности требуют поездок за пределы посольство с таким персоналом;
    • Служить устным или письменным переводчиком для военнослужащих США в Афганистане, особенно если эти обязанности требуют выезда за пределы базы; или

Если указанную выше рекомендацию невозможно получить от руководителя-гражданина США, который знает вас лично, вы должны предоставить рекомендательное письмо, подписанное вашим руководителем, не являющимся гражданином США, и, если возможно, подписанное гражданином США, который является ответственность за договор. Гражданин США, подписавший соглашение, должен указать, что, исходя из его или ее отношений с вашим руководителем по контракту или субподряду, он или она уверен в правильности предоставленной информации. Гражданин США, подписавший соглашение, также должен подтвердить, что, насколько ему или ей известно, вы не представляете угрозы национальной безопасности или безопасности Соединенных Штатов. Рекомендация должна содержать сведения о работе и личном адресе электронной почты гражданина США, подписавшего документ, чтобы с ним или с ней можно было связаться, если потребуется дополнительная информация.

B) Если вы работали в Международных силах содействия безопасности (ИСАФ) или в последующей миссии:

Вы должны предоставить письмо от военнослужащего США, который лично руководил вами. Письмо должно быть датировано и подписано. Он должен содержать всю следующую информацию:

  • Ваше полное имя.
  • Ваша дата рождения.
  • Номер вашего пропуска (при наличии).
  • Ваша должность.
  • Ваше место работы.
  • Дата, когда автор письма начал курировать вас (ДД-ММ-ГГГГ).
  • Дата, когда автор письма прекратил курировать вас (ДД-ММ-ГГГГ).
  • Имя руководителя, должность, звание, адрес электронной почты правительства/военных сил США и личный адрес электронной почты.
  • Обоснование рекомендации вас для одобрения COM, т. е. то, что вы оказали верную и ценную услугу правительству США.
  • Описание начальником ваших рабочих обязанностей, включая, если применимо, как ваша должность требовала от вас:
    • Работа переводчиком для военнослужащих США в Афганистане во время поездок за пределы базы; или

3. Форма DS-157, Дополнительное заявление на получение неиммиграционной визы

Форма доступна онлайн по адресу https://eforms.state.gov/Forms/ds157.pdf. Вы должны заполнить всю форму. При заполнении формы DS-157 важно следовать инструкциям внизу этой страницы.

4. Подтверждение афганского гражданства.

Вы должны предоставить отсканированную ксерокопию вашего тазкера с переводом на английский язык . В качестве альтернативы, страница биографических данных вашего афганского паспорта является приемлемым доказательством афганского гражданства или ксерокопия лицевой и оборотной сторон вашего национального удостоверения личности.

5. Бейдж(ы) сотрудника

При наличии отправьте отсканированную копию любых идентификационных бейджей, которые вы имели в течение любых периодов работы в правительстве США или от его имени, или в ИСАФ, или в последующей миссии.

6. 

Биографические данные

Предоставьте следующие биографические данные о себе:

  • Имя
  • Фамилия
  • Все остальные имена/псевдонимы
  • Имя матери
  • Национальность
  • Номер паспорта
  • Дата рождения
  • Место рождения
  • Пол
  • Семейное положение
  • Адрес электронной почты и номер телефона
  • Место работы (база или город и провинция)
  • Место жительства (база или город и провинция)

Дальнейшие действия и вопросы

После того, как вы отправите полный пакет заявления на утверждение COM по электронной почте на адрес [email protected], вы получите ответ, подтверждающий, что Национальный визовый центр (NVC) получил ваши документы. Как только NVC рассмотрит ваш пакет заявки на утверждение COM, мы сообщим вам, если что-то отсутствует или не завершено.

Если у вас есть дополнительные вопросы о программе SIV в Афганистане, пожалуйста, сначала ознакомьтесь с информацией на сайте https://travel.state.gov/afghan. Если вы не можете найти ответ на свой вопрос, отправьте электронное письмо по адресу афганский[email protected]

Советы по предотвращению задержек в обработке вашего заявления.

Убедитесь, что отсканированные копии документов, которые вы предоставляете, четкие. Распечатайте документы черными чернилами на белой бумаге перед их сканированием.

Убедитесь, что сканы ориентированы так, чтобы их можно было прочитать на экране без необходимости поворачивать документ.

Убедитесь, что типы документов разделены и прикреплены к электронной почте по отдельности в виде PDF-файлов.

Используйте одинаковое написание вашего имени во всех документах и ​​электронной переписке. Написание должно совпадать с тем, как написано ваше имя в паспорте или тазкере. Вы должны указать псевдонимы после вашего правильного имени.

Рекомендательные письма очень важны в процессе подачи заявки на SIV. Пожалуйста, попросите своего руководителя как можно более подробно и полно описать вашу работу, а также написать письмо с указанием ваших достижений и обязанностей.

Инструкции по заполнению формы DS-157.

Форма DS-157 является дополнительным заявлением руководителя миссии SIV. Форма доступна в Интернете по адресу https://eforms.state.gov/Forms/ds157.pdf. При заполнении формы DS-157 внимательно прочтите приведенные ниже инструкции и следуйте им.

Если в форме недостаточно места для вашего ответа, вы можете использовать дополнительные листы бумаги. Не оставляйте поля пустыми . Все вопросы должны содержать соответствующий ответ, иначе ваша заявка будет задержана.

Ниже приведены инструкции для каждого пронумерованного вопроса:

1. Введите свою фамилию или фамилию, как они указаны в паспорте или тазкере. Не вводите имена, которые стоят после d/o или s/o. Если у вас есть только одно имя, введите его здесь.

2. Введите свое имя так, как оно указано в тазкере или паспорте (если есть). Если имеется только одно имя, введите здесь «FNU» (имя неизвестно) и используйте одно имя в качестве фамилии.

3. Напишите свое полное имя на языке дари точно так, как оно указано в тазкере или паспорте.

4. Введите название своего клана или племени. Если у вас нет названия клана или племени, напишите «Нет».

5. Введите любые имена/псевдонимы, которые вы использовали.

6. Введите дату своего рождения, как она указана в тазкере или паспорте.

7. Введите место рождения так, как оно указано в тазкере или паспорте.

8. Введите номер паспорта (если есть).

9. Введите все номера tazkera, которые вы когда-либо использовали. Если применимо, введите свое национальное удостоверение личности также в поле Tazkera.

10. Установите соответствующий флажок.

11. Введите полное имя супруга(и). Если вы не состоите в браке, напишите «N/A».

12. Введите полное имя вашего отца, как оно указано в его тазкере или паспорте.

13. Введите полное имя вашей матери, как оно указано в ее тазкере или паспорте.

14. Введите свой адрес электронной почты и номер телефона.

15. Укажите полные имена и даты рождения всех ваших детей в возрасте до 21 года, как это указано в их тазкере. Если у вас нет детей, в возрасте до 21 года напишите «Н/Д».

16. Перечислите все страны, которые вы посетили за последние 10 лет, и год посещения (например, Китай 2004 г., Италия 2007 г.). Если вы никогда не выезжали за пределы Афганистана, напишите «Нет».

17. Перечислите все страны, выдавшие вам паспорт, в том числе текущий (даже с просроченным). Если вам никогда не выдавали паспорт и у вас нет действующего паспорта, напишите

18. «Нет».

19. Отметьте соответствующее поле, чтобы указать, теряли ли вы когда-либо паспорт или его украли.

20. Перечислите запрошенную информацию о пяти последних ваших работодателях, включая текущего работодателя. Если до вашей нынешней работы у вас был только один работодатель или не было работодателей, вы должны объяснить это в рамке. Укажите своих предыдущих работодателей независимо от того, связаны ли они с Соединенными Штатами. Пожалуйста, объясните свою работу, если вы работали не по найму. Пожалуйста, укажите имя вашего работодателя, место работы, должность, имя руководителя, адрес электронной почты руководителя, даты работы и причину увольнения. Если у вас нет адреса электронной почты предыдущего руководителя, введите «Н/Д».

21. Отметьте соответствующее поле, чтобы указать, обращались ли вы когда-либо за утверждением руководителя миссии. Если да, введите номер(а) дела, связанного с вашим предыдущим(и) заявлением(ями). Если вы никогда раньше не подавали заявки, напишите «Н/Д».

22. Подпишите форму и поставьте дату.

Часто задаваемые вопросы по афганскому языку

Общие часто задаваемые вопросы

До какого числа я могу подать заявку на утверждение руководителя миссии?

Кто является главой миссии (COM)?

Как передать дело о специальной иммиграционной визе (SIV) SI или SQ из одного посольства или консульства в другое?

А как насчет моей семьи? Могут ли члены моей семьи иммигрировать со мной?

Если я уже назначен на собеседование или прошел собеседование в качестве беженца, но имею право на получение специальной иммиграционной визы, какое заявление мне следует подать?

Если в отношении меня будут применены дисциплинарные взыскания, буду ли я автоматически лишен права на получение визы по этой программе?

Что произойдет, если основной заявитель умрет после одобрения петиции?

Часто задаваемые вопросы по документам

В соответствии с Законом о дополнительных ассигнованиях на обеспечение безопасности на случай чрезвычайных ситуаций, вступившим в силу 30 июля 2021 г. , требуемый стаж работы для афганских заявителей был сокращен до одного года. Какой требуемый стаж работы я должен продемонстрировать?

Что требуется в письме отдела кадров от моего работодателя?

Кто может подать рекомендательное письмо?

Что делать, если я не могу найти или мне нужна помощь, чтобы связаться с моим бывшим начальником вооруженных сил США или Министерства обороны?

Что делать, если я, как контрактный сотрудник, работающий от имени правительства США, не могу получить эту рекомендацию от руководителя-гражданина США?

Почему кандидаты, которые были наняты подрядчиками или субподрядчиками от имени правительства США, имеют право на участие в программе SIV, а кандидаты, которые были наняты подрядчиками или субподрядчиками от имени ISAF или последующей миссии, не имеют права?

Я начал работать в ISAF, а сейчас работаю в Resolute Support Mission (RSM) после перехода из ISAF в RSM. Могу ли я претендовать на участие в программе?

Имеется ли образец или формат рекомендательного письма?

Часто задаваемые вопросы о подаче документов

Когда число виз будет достигнуто, моя петиция будет отклонена и ее придется подавать повторно?

Часто задаваемые вопросы о пособиях по переселению

Как получатель специальной иммиграционной визы в Афганистан (SIV), имею ли я право на получение каких-либо льгот?

Имею ли я право на получение пособия по переселению?

В инструкциях к «Форме биоданных для специальной иммиграционной визы (DS-0234)» указано, что она должна быть заполнена каждым бенефициаром. Означает ли это, что каждый член моей семьи должен заполнить форму или одной формы достаточно для всех членов семьи, включенных в дело SIV?

Как получить ссуду на поездку?

Что делать, если мне нужно срочно ехать, и я не могу организовать поездку через Международную организацию по миграции (МОМ)?

Как я узнаю, какое агентство отвечает за предоставление мне услуг в США?

Если я решу получать пособие по статусу беженца, какую помощь я получу после прибытия в США и от кого?

Что делать, если у меня уже есть файл с номером UNHCR или ООН? Что я должен делать?

Доступны ли мне другие льготы, если я откажусь от пособий Государственного департамента?

Часто задаваемые вопросы об интервью

Если я нахожусь в Афганистане, могу ли я пройти собеседование в посольстве США в Кабуле?

Может ли моя семья сопровождать меня или присоединиться ко мне в Соединенных Штатах?

Может ли адвокат или другой представитель сопровождать меня на собеседование для получения визы?

Оплатит ли правительство США стоимость моего проезда на собеседование или предоставит ли проживание в месте проведения собеседования?

Может ли посольство США оформить мне въездные визы и гарантировать допуск в другую страну для моего собеседования?

Взимается ли плата за оформление визы?

Получу ли я визу в день собеседования?

В какой момент я могу начать организовывать поездки, продавать имущество и/или увольняться с работы?

Project Rabbit

Какую задачу пытается решить Project Rabbit?

Может ли проект «Кролик» помочь всем заявителям из Афганистана SIV, которые были наняты подрядчиками Министерства обороны?

Используют ли Project Rabbit другие агентства/офисы за пределами Министерства обороны?

Как соискатели SIV из Афганистана, нанятые подрядчиками Министерства обороны США, пользуются преимуществами Project Rabbit?

Может ли Project Rabbit ускорить другие этапы процесса SIV в Афганистане или оказать экстренную помощь?

 

Общие часто задаваемые вопросы

До какого числа я могу подать заявку на утверждение руководителя миссии?

Вы должны подать заявление, указав как минимум имя, дату рождения, свидетельство о гражданстве Афганистана и адрес электронной почты, в Национальный визовый центр (NVC) не позднее 31 декабря 2023 г. Заявки Главы Миссии (COM), содержащие все необходимые документы и информацию, будут приниматься и направляться уполномоченному лицу COM для принятия решения. Кандидаты, которые уложатся в срок до 31 декабря 2023 года, могут предоставить дополнительную необходимую информацию или документацию после этой даты.

Кто является главой миссии (COM)?

Глава миссии (COM) является главным должностным лицом, отвечающим за дипломатическую миссию. [В соответствии с разделом 602(b)(2)(D)(i) Закона о защите афганских союзников от 2009 г. (публичный закон 111-8), функции утверждения COM, необходимые для SIV, может выполнять назначенный соответствующим начальником миссии. Это лицо называется назначенным руководителем миссии или представителем COM.] 

Как мне передать дело о специальной иммиграционной визе (SIV) SI или SQ из одного посольства или консульства в другое?

[Вы можете передать свое дело SIV в конкретное посольство или консульство только после того, как оно дойдет до стадии собеседования, и принимающее посольство или консульство должно иметь возможности для обработки иммиграционных виз. ] Если вы хотите передать свой SI или SQ SIV дело в другое посольство или консульство, выполните следующие действия:

  • Если ваше дело уже находится в посольстве или консульстве США и вы хотите передать его в другое, напишите в посольство или консульство США о том, что вы хотите передать , включая обоснование запроса и указание того, являетесь ли вы резидентом этой страны.
  • Если ваше дело SIV обрабатывается в Национальном визовом центре (NVC) и еще не передано в посольство или консульство, вы можете запросить посольство или консульство США по вашему выбору (при условии, что оно обрабатывает иммиграционные визы), связавшись с NVC по адресу  [email protected] В некоторых случаях компании NVC может потребоваться связаться с вами для получения дополнительной информации. Обратите внимание, что передача вашего дела может не привести к немедленной обработке. Обратите внимание, что из-за COVID-19 многие посты работают с ограниченной пропускной способностью.

А как насчет моей семьи? Могут ли члены моей семьи иммигрировать со мной?

Ваш супруг, а также не состоящие в браке дети младше 21 года могут получить SIV и могут путешествовать с вами или могут присоединиться к вам после вашего допуска в Соединенные Штаты. Ваша семья не может иммигрировать в Соединенные Штаты по своим документам SIV до вас.

Если я уже назначен на собеседование или прошел собеседование в качестве беженца, но имею право на получение специальной иммиграционной визы, какое заявление мне следует подать?

Вы сами определяете, какой маршрут вы выберете. Оба процесса занимают несколько месяцев. Регистрация и подача заявки на участие в любой из программ не является гарантией возможного поступления в Соединенные Штаты. Программы для беженцев и SIV имеют разные процессы подачи заявок и квалификационные требования, но поддержка при переселении и другие льготы при въезде в Соединенные Штаты одинаковы для обеих программ. Пожалуйста, посетите веб-сайт Бюро по вопросам народонаселения, беженцев и миграции для получения дополнительной информации о доступе к Программе приема беженцев в США.

Если у меня есть записи о дисциплинарных взысканиях, которые были предприняты против меня, буду ли я автоматически лишен права на получение визы в рамках этой программы?

Начальник миссии или назначенное им лицо оценит серьезность причин дисциплинарного взыскания и будет ли ваш послужной список в целом, несмотря на дисциплинарные взыскания, свидетельством добросовестной и ценной службы. Как правило, вам будет труднее продемонстрировать верную и ценную службу, если в послужном списке указано, что против вас были приняты дисциплинарные меры.

Что произойдет, если основной заявитель умрет после одобрения петиции?

В некоторых случаях супруг или ребенок может по-прежнему иметь право на получение специальной иммиграционной визы, если перед смертью основной заявитель подал заявление COM, в котором указан супруг или ребенок в качестве сопровождающих его лиц.

Часто задаваемые вопросы о документах

Закон о дополнительных чрезвычайных ассигнованиях на обеспечение безопасности от 30 июля 2021 г., принятый 30 июля 2021 г., сократил требуемый стаж работы до одного года для афганских заявителей. Какой требуемый стаж работы я должен продемонстрировать?

Все кандидаты на утверждение руководителя миссии (COM) должны продемонстрировать один год соответствующей квалификации службы. Считается, что вы подали заявку на утверждение главы миссии (COM), если вы отправили электронное письмо в Национальный визовый центр, указав, что вы запрашиваете одобрение COM, и предоставив, как минимум, ваше имя, дату рождения, свидетельство афганского гражданства. и адрес электронной почты.

Что требуется в письме отдела кадров от моего работодателя?

  • В письме отдела кадров должно быть подтверждено, что вы работали в правительстве США или от его имени, в ИСАФ или последующей миссии в течение не менее одного года, и оно должно содержать сведения, изложенные в Руководстве для кандидатов на должность начальника Утверждение миссии (PDF — 509КБ).
  • Афганцы, нанятые организацией по гранту или соглашению о сотрудничестве США, не имеют права на участие в программе SIV; если вы не уверены, так ли это, обратитесь в свой отдел кадров, прежде чем подавать заявку на утверждение руководителя миссии. Афганцы, которые были наняты подрядчиками или субподрядчиками для работы в ИСАФ или последующей миссии, не имеют права на участие в программе SIV.

Кто может подать рекомендательное письмо?

  • Если вы были наняты правительством США или от его имени: рекомендательное письмо, как правило, должно быть от гражданина США, который непосредственно руководил вами или руководит компанией, в которой вы работали, и должно содержать сведения, изложенные в Руководстве для кандидатов на получение Начальник отдела утверждения миссии.
  • Если вы работали в ИСАФ или миссии-преемнице: рекомендательное письмо должно быть от военнослужащего США, который лично работал с вами, и должно содержать сведения, изложенные в Руководстве для кандидата на утверждение начальника миссии.

Что делать, если я не могу найти или мне нужна помощь, чтобы связаться с моим бывшим начальником вооруженных сил США или Министерства обороны США?

  • Национальный визовый центр не имеет возможности связываться с третьими лицами для помощи в установлении местонахождения вашего бывшего руководителя. Вы должны предоставить рекомендательное письмо или оценочное письмо от вашего непосредственного руководителя, гражданина США, или от лица, занимающего эту должность в настоящее время, или от лица более высокого уровня, если ваш непосредственный руководитель уволился с работы или покинул Афганистан.

Что делать, если я, как контрактный сотрудник, работающий от имени правительства США, не могу получить эту рекомендацию от руководителя-гражданина США?

  • Вы должны предоставить рекомендательное письмо, подписанное вашим руководителем, не являющимся гражданином США, и гражданином США, ответственным за контракт. Письмо должно содержать сведения, изложенные в Руководстве для кандидатов на утверждение руководителя миссии.
  • Афганцы, нанятые подрядчиками или субподрядчиками для работы в ИСАФ или последующей миссии, не имеют права на участие в программе SIV.

Почему кандидаты, которые были наняты подрядчиками или субподрядчиками от имени правительства США, имеют право на участие в программе SIV, а кандидаты, которые были наняты подрядчиками или субподрядчиками от имени ISAF или последующей миссии, не имеют права?

  • Раздел 1227 Закона о национальной обороне (NDAA) на 2015 финансовый год, который расширил программу, включив в нее некоторых афганцев, которые были наняты Международными силами содействия безопасности (ИСАФ), и раздел 1216 NDAA на 2016 финансовый год, который расширяет программу, включая афганцев, которые были наняты миссиями-преемниками ИСАФ, не включая подрядчиков или субподрядчиков ИСАФ или миссий-преемников. Раздел 1227 NDAA за 2015 финансовый год гласит только, что соответствующие кандидаты должны быть наняты «Международными силами содействия безопасности», что интерпретируется как прямой наем ИСАФ или стран-членов ИСАФ. В то время как раздел 1216 NDAA 2016 финансового года расширил квалификацию для программы SIV на некоторых афганцев, нанятых миссиями-преемниками ИСАФ, формулировка не включала подрядчиков и субподрядчиков.

Я начал работать в ИСАФ, а сейчас работаю в миссии «Решительная поддержка» (RSM) после перехода из ИСАФ в RSM. Могу ли я претендовать на участие в программе?

  • Вы можете соответствовать требованиям, если в период с 7 октября 2001 г. по 31 декабря 2023 г. вы проработали в общей сложности не менее одного года в ИСАФ или в последующей миссии в должности, которая требовала от вас работы устным или письменным переводчиком. во время поездок за пределы базы с военнослужащими США, дислоцированными в ИСАФ, или последующей миссии, или для выполнения действий для военнослужащих США, дислоцированных в ИСАФ, или последующей миссии.

Есть ли образец или формат рекомендательного письма?

  • Требуемого формата нет, но письмо должно содержать детали, изложенные в Руководстве для кандидатов на утверждение руководителя миссии. Общие формальные письма от руководителей не помогут вашему заявлению. Все рекомендательные письма должны быть тщательно вычитаны. Рекомендательные письма со значительными орфографическими и грамматическими ошибками могут задержать обработку.

Часто задаваемые вопросы о подаче документов

Будет ли моя петиция отклонена, и ее нужно будет подавать повторно, когда будет достигнут лимит количества виз?

  • Служба гражданства и иммиграции США (USCIS) продолжит обработку каждой петиции, даже после достижения предельного количества виз. Когда ваша петиция будет одобрена, она будет отправлена ​​в Национальный визовый центр (NVC). Если визы доступны, NVC свяжется с вами, чтобы назначить собеседование для получения визы. Если визы больше не доступны, NVC придержит петицию.

Часто задаваемые вопросы о пособиях по переселению

Как получатель специальной иммиграционной визы в Афганистан (SIV), имею ли я право на получение каких-либо льгот?

  • Да. Афганские получатели SIV имеют право на ту же помощь в переселении, программы предоставления прав и другие льготы, что и беженцы, допущенные в рамках Программы приема беженцев США (USRAP). Помощь в переселении предоставляется в соответствии с разделом 602(b) Раздела F, Раздела VI Сводного закона об ассигнованиях на 2009 финансовый год., Публичный закон 111-8 для афганцев, допущенных в Соединенные Штаты по специальным иммиграционным визам, на срок, не превышающий восьми месяцев. Для получения дополнительной информации о соответствующем законодательстве США см. Ссылки — Законы США, номер 7.

Программа приема и размещения (R&P) Государственного департамента США распространяется только на первые 30-90 дней пребывания в США.

Имею ли я право на пособие по переселению?

Да. Афганские особые иммигранты имеют право на ту же помощь в переселении, программы предоставления прав и другие льготы, что и беженцы, принятые в рамках Программы приема беженцев США, в течение периода до восьми (8) месяцев после приема в Соединенные Штаты.

Если вы хотите участвовать в Программе приема и размещения (R&P) Государственного департамента США, которая предоставляет базовую помощь при проживании и ограниченную поддержку по номеру в течение первых 30–90 дней после прибытия по номеру , вы должны подать заявку на участие до вы прибываете в Соединенные Штаты.

Чтобы подать заявление, вы должны вернуть отсканированные, подписанные копии формы выбора льгот для беженцев (PDF — 364 КБ) (требуется подпись) и формы биоданных для специальной иммиграционной визы (DS-0234) (PDF — 312 КБ), включенных в визу пакет инструкций для каждого члена семьи, иммигрирующего вместе с вами, в Центр обработки беженцев (RPC) по адресу [email protected] как можно скорее, но не позднее, чем через 10 календарных дней после даты выдачи визы . Кроме того, вы должны предоставить в RPCa отсканированную копию вашей визы как можно скорее, но не позднее, чем за 30 календарных дней до истечения срока действия визы. Вам не следует откладывать подачу формы выбора льгот для беженцев и специальной формы биоданных иммигранта (DS-0234) до выдачи визы . Все три предмета должны быть получены NVC до сроков, указанных выше. Невыполнение этого требования приведет к отказу в любом будущем запросе на льготы по переселению, финансируемые Департаментом штата . Дополнительную информацию о пособиях, финансируемых Департаментом штата, можно найти здесь.

Если вы откажетесь от пособия на переселение, финансируемого Департаментом штата, вы по-прежнему можете иметь право на получение пособия, финансируемого Управлением по переселению беженцев (HHS/ORR) Министерства здравоохранения и социальных служб США. В отличие от пособий, финансируемых Департаментом штата, пособия, финансируемые HHS/ORR, можно запросить по прибытии в Соединенные Штаты. Дополнительную информацию о льготах, финансируемых HHS/ORR, можно найти здесь.

В соответствии с инструкциями к «Форме биоданных для специальной иммиграционной визы (DS-0234)», она должна быть заполнена каждым получателем .

Означает ли это, что каждый член моей семьи должен заполнить форму или одной формы достаточно для всех членов семьи, включенных в дело SIV?

Вы должны заполнить отдельную форму на каждого члена семьи и отправить ее в Национальный визовый центр (NVC) по адресу [email protected] gov или в RPC по адресу [email protected]

Как получить кредит на путешествие?

  • Международная организация по миграции (МОМ) подготовит ваш кредит на поездку и организует вашу поездку в Соединенные Штаты после того, как ваша виза была выдана, если вы решили получить помощь в поездке и переселении от Государственного департамента, предоставив отсканированные, подписанные копии формы выбора льгот для беженцев (PDF — 364 КБ) и формы биоданных для специальной иммиграционной визы (DS-0234) (PDF — 312 КБ) в Национальный визовый центр (NVC) или Центр обработки беженцев (RPC). Этот беспроцентный кредит на поездку является льготой, предоставляемой в рамках программы приема и размещения (R&P) Государственного департамента США, на которую вы должны подать заявку, пока находитесь за границей. Дополнительную информацию о пособиях, финансируемых Департаментом штата, можно найти здесь.

Что делать, если мне нужно срочно ехать, и я не могу организовать поездку через Международную организацию по миграции (МОМ)?

  • Насколько мы понимаем, при определенных обстоятельствах у вас может не быть времени, чтобы заявить о своем намерении участвовать в программе приема и размещения (R&P), находясь за границей. Если вы решите организовать свой рейс самостоятельно, вы по-прежнему можете иметь право на льготы Департамента штата по переселению или льготы, финансируемые Департаментом здравоохранения и социальных служб Управления по расселению беженцев (HHS/ORR). Чтобы определить, соответствуете ли вы требованиям, свяжитесь с аффилированной организацией по переселению как можно скорее после вашего прибытия в Соединенные Штаты, поскольку ваше право на участие ограничено по времени. Мы рекомендуем вам связаться с партнером по переселению в течение 30 дней после вашего приезда. Список филиалов по переселению можно найти на http://www.wrapsnet.org или щелкнуть здесь.

Как я узнаю, какое агентство отвечает за предоставление мне услуг в США?

  • Если вы решите получать услуги, финансируемые Департаментом по приему и размещению (R&P), вы должны заполнить и вернуть отсканированные копии формы выбора льгот для беженцев (PDF, 364 КБ), формы биоданных для специальной иммиграционной визы ( DS-0234) (PDF, 312 КБ) и вашей визы, после ее выдачи, в Центр обработки беженцев (RPC), находясь за границей. После того, как вы отправите копию выданной визы, ваше дело будет передано агентству по переселению до вашего отъезда в Соединенные Штаты. Перед отъездом организация, отвечающая за рассмотрение вашего дела о льготах по программе R&P, — Центр поддержки переселенцев (RSC) или RPC — предоставит вам форму гарантии с указанием вашего конечного пункта назначения в Соединенных Штатах и ​​агентства по переселению, которое будет предоставлять услуги. вам по прибытии.

Если я решу получать пособие по статусу беженца, какую помощь я получу после прибытия в США и от кого?

Государственный департамент финансирует девять (9) агентств по переселению, которые участвуют в программе приема и размещения (R&P) в соответствии с соглашением о сотрудничестве. Эти агентства имеют более 300 аффилированных офисов по приему и размещению в Соединенных Штатах. Агентство по переселению несет ответственность за предоставление услуг по первоначальному приему и размещению, а также за помощь беженцам и лицам, получающим пособие по программе SIV, в скорейшем достижении экономической самодостаточности. Всем беженцам и получателям SIV, решившим участвовать в программе, одна из этих организаций предоставляет спонсорство и услуги по переселению в соответствии с их личными обстоятельствами.

Правительство США установило руководящие принципы и обеспечивает финансирование услуг по переселению, которые вы получите по прибытии в Соединенные Штаты. Ваше агентство по переселению будет иметь местный офис в городе или рядом с ним, куда вы будете переселены, и будет предоставлять базовую помощь и поддержку для проживания по номеру в течение первых 30–90 дней после вашего прибытия.  Ниже приведены некоторые вещи, которые вы должны ожидать в течение первых недель в Соединенных Штатах.

Агентство по расселению, к которому вы приписаны, будет:

  • Получать средства правительства США и использовать эти средства для оплаты вашей аренды и/или предметов первой необходимости. Часть этих средств может быть предоставлена ​​непосредственно вам наличными. Агентство по расселению позаботится о том, чтобы у вас была небольшая сумма денег на повседневные нужды.
  • Убедитесь, что у вас есть жилье на первые 30 дней.
  • Помогите записать детей в школу.
  • Помочь вам получить доступ к урокам английского языка, если это необходимо.

При содействии агентства по расселению, если необходимо, вам необходимо:

  • Подать заявление на получение карты социального страхования, необходимой для работы.
  • Узнайте о службах занятости и получите помощь в доступе к ним. (Несмотря на то, что агентство по переселению будет помогать всем, чем оно может, в конечном счете, вы несете ответственность за поиск и сохранение работы.)
  • Научитесь пользоваться общественным транспортом (машина не предоставляется).
  • Начните изучать обычаи и законы США.
  • Узнайте и получите доступ к общественным службам, которые могут помочь вам, включая социальные услуги, денежную и медицинскую помощь, а также продовольственные талоны, если это необходимо.
  • Узнайте о других государственных услугах и программах и о том, как получить к ним доступ.

Программа не увенчалась бы успехом без волонтеров в сообществах по всей территории Соединенных Штатов, которые помогали бы в этих мероприятиях. Следующие организации предоставляют услуги по первоначальному переселению беженцам и получателям SIV. Вы можете узнать больше о них из информации, представленной на их веб-сайтах.

Агентство

Веб-сайт агентства

Всемирная церковная служба (CWS)

www.churchworldservice.org

Епископальное миграционное служение (EMM)

www.episcopalchurch.org/emm

Совет по развитию сообщества Эфиопии (ECDC)

www.ecdcinternational.org

Еврейское общество помощи иммигрантам (HIAS)

www.hias.org

Международный комитет спасения (IRC)

www. rescue.org

Лютеранская служба иммиграции и беженцев (LIRS)

www.lirs.org

Комитет США по делам беженцев и иммигрантов (USCRI)

www.refugees.org

Конференция католических епископов США (USCCB)

http://usccb.org/about/migration-and-refugee-services/

World Relief (WR)

https://worldrelief.org

Что делать, если у меня уже есть файл с номером UNHCR или UNHCR? Что я должен делать?

Если вы соответствуете критериям программы SIV, вы можете подать заявку на получение SIV, даже если вы уже зарегистрированы в Управлении Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по делам беженцев (УВКБ ООН) и/или ваша заявка находится на рассмотрении в рамках Программы приема беженцев США. (УСРАП).

Доступны ли мне другие льготы, если я откажусь от пособий Государственного департамента?

Если вы отказываетесь от получения пособия на переселение, финансируемого Департаментом штата, вы все равно можете иметь право на получение пособия, финансируемого Управлением по переселению беженцев (HHS/ORR) Министерства здравоохранения и социальных служб США. Пособия, финансируемые HHS/ORR, находятся в ведении штатов и доступны через государственные агентства по выплате пособий. По прибытии в Соединенные Штаты вы можете подать заявление на получение этих пособий в штате, в котором вы проживаете. Получателям SIV, решившим участвовать в Программе приема и размещения (R&P) Государственного департамента США, агентство по расселению, предоставляющее их услуги R&P, поможет подать заявку на получение пособий, финансируемых HHS/ORR. Если вы не решите участвовать в программе R&P Государственного департамента, вы должны самостоятельно подать заявку на получение этих пособий, связавшись с координатором штата по делам беженцев в штате США, в котором вы проживаете.

Часто задаваемые вопросы об интервью

Если я нахожусь в Афганистане, могу ли я пройти собеседование в посольстве США в Кабуле?

Посольство США в Кабуле, Афганистан, в настоящее время закрыто для интервью. Если вы находитесь в другой стране, собеседование будет проводиться в ближайшем посольстве или консульстве США, которое рассматривает заявления на получение иммиграционной визы. Вы можете найти список наших посольств и консульств на http://www.usembassy.gov.

Может ли моя семья сопровождать меня или присоединиться ко мне в Соединенных Штатах?

Да, ваш супруг, а также ваши неженатые дети в возрасте до 21 года могут сопровождать вас в Соединенные Штаты или следовать за вами, чтобы присоединиться к вам в Соединенных Штатах. Все члены семьи в возрасте 14 лет и старше также должны присутствовать на собеседовании для получения визы. Вы должны предоставить доказательства брачных отношений с вашим супругом и родительских отношений с вашими детьми. Члены вашей семьи не могут въезжать в Соединенные Штаты раньше вас.

Вы должны привести с собой на собеседование супруга (супругу) и детей в возрасте 14 лет и старше. Это облегчит совместную поездку в Соединенные Штаты всех имеющих право членов семьи. Если члены вашей семьи не могут поехать с вами на собеседование, они должны будут запланировать собеседование на более поздний срок и могут присоединиться к вам в Соединенных Штатах позже.

Если вы вступаете в брак или у вас есть ребенок после того, как ваша петиция SIV была одобрена, но до вашего отъезда в Соединенные Штаты, ваш новый супруг или ребенок могут быть добавлены к первоначальной петиции. Вам следует немедленно связаться с посольством или консульством США, где проходило ваше собеседование, чтобы уведомить сотрудников консульства о том, что ваш новый супруг или ребенок должен быть добавлен в петицию и назначено собеседование. Если вы вступаете в брак с гражданином, не являющимся гражданином США, после того, как вы уже побывали в Соединенных Штатах, вы можете подать семейную петицию для вашего супруга.

Может ли адвокат или другой представитель сопровождать меня на собеседование для получения визы?

Адвокат или другой аккредитованный представитель может представлять вас в процессе подачи заявления на получение SIV, в том числе на соответствующих собеседованиях и экзаменах. Такое представительство не должно оплачиваться правительством США.

Оплатит ли правительство США стоимость моего проезда на собеседование или предоставит проживание в месте проведения собеседования?

Нет. При подготовке к собеседованию на получение визы учтите возможность того, что вам, возможно, придется остаться более чем на один день в городе, где проходит собеседование. Вы не сможете пройти медицинский осмотр и собеседование в один и тот же день. Для некоторых медицинских осмотров могут потребоваться тесты с задержкой результатов.

Может ли посольство США оформить мои въездные визы и гарантировать допуск в другую страну для моего собеседования?

Нет. Хотя посольства и консульства тесно сотрудничают со своими коллегами в принимающей стране для обеспечения координации важных программ, таких как эта программа SIV, окончательное решение о допуске в страну остается за правительством этой страны. Если у вас возникли трудности с въездом в другую страну для собеседования на получение визы, вы можете запросить передачу вашего дела в другой пункт выдачи иммиграционной визы. Чтобы запросить передачу дела, свяжитесь с почтой, где ваше дело в настоящее время запланировано для собеседования.

Взимается ли плата за оформление визы?

Нет. В рамках этой конкретной программы плата за подачу заявления на получение иммиграционной визы не взимается. Вы обязаны оплатить все расходы, связанные с медицинским осмотром.

Получу ли я визу в день собеседования?

По завершении вашего собеседования сотрудник консульства сообщит вам, есть ли какие-либо проблемы с вашим делом, которые могут помешать выдаче визы, или если отсутствуют необходимые документы. Однако, даже если ваше собеседование на получение визы SIV пройдет успешно, вы не получите визу в тот же день. Все случаи SIV требуют дополнительной административной обработки после собеседования.

В какой момент я могу начать организовывать поездки, продавать имущество и/или увольняться с работы?

Вам НЕ следует продавать имущество и/или увольняться с работы до тех пор, пока посольство или консульство США не выдаст визу SIV и Центр обработки беженцев (RPC) не передаст ваше дело в Международную организацию по миграции (МОМ) для организации поездки.

Какие задачи пытается решить Project Rabbit?

Project Rabbit стремится помочь заявителям SIV из Афганистана, которые не могут найти или связаться с бывшими работодателями, чтобы получить письмо с подтверждением трудоустройства и/или рекомендательное письмо. Project Rabbit взаимодействует с участвующими подрядчиками Министерства обороны, чтобы помочь сопоставить предоставленные подрядчиком данные о человеческих ресурсах (HR) и записи о занятости с информацией, включенной в заявки SIV, подаваемые в Государственный департамент.

Может ли проект «Кролик» помочь всем заявителям из Афганистана SIV, которые были наняты подрядчиками Министерства обороны?

Project Rabbit помогает с подтверждением трудоустройства только афганским заявителям SIV, которые работали на участвующих работодателей. Если заявитель работал на подрядчика Министерства обороны, который в настоящее время не участвует в Project Rabbit, будут предприняты усилия, чтобы связаться с работодателем и пригласить его к участию. Участие работодателей в Project Rabbit является добровольным.

Используют ли Project Rabbit другие агентства/офисы за пределами Министерства обороны?

В настоящее время в Project Rabbit участвует только Министерство обороны. Заявители SIV, которые работали в поддержку других государственных организаций США, должны следовать инструкциям на этом сайте.

Как соискатели SIV из Афганистана, которые были наняты подрядчиками Министерства обороны США, используют Project Rabbit?

Шаг 1:   Подача заявления на получение специальной иммиграционной визы

  • Перейдите к шагу 1 процесса подачи заявления на визу SIV на этой странице.
  • Заполните как можно большую часть заявки (форма DS-157, подтверждение гражданства, биографические данные, копия бейджа сотрудника (при наличии) и т. д.)
  • Если у заявителя уже есть письмо о подтверждении занятости или рекомендательное письмо, он должен включить эти письма в свое заявление.
  • Если заявитель не смог получить письмо с подтверждением трудоустройства или рекомендательное письмо, он должен предоставить всю другую доступную документацию вместе со своим заявлением.
  • Заявитель НЕ должен ждать подачи заявки только потому, что у него нет всей документации.

Шаг 2:   Дождитесь получения номера дела NVCSIV от Государственного департамента

Шаг 3: Project Rabbit периодически извлекает активные дела SIV из Государственного департамента

  • Дело SIV считается активным после присвоения номера делу NVCSIV .
  • Project Rabbit фильтрует дела SIV по работодателям, чтобы выявить тех, кто связан с кандидатами, которые сообщили, что они работали в поддержку контракта Министерства обороны США.
  • Этот процесс происходит автоматически. Заявителю НЕ нужно связываться с DoD или предпринимать какие-либо действия.

Шаг 4: Project Rabbit направляет активные случаи SIV участвующим работодателям для проверки занятости

  • Участвующие работодатели попытаются сопоставить информацию в приложении SIV с данными отдела кадров и записями о занятости, чтобы заполнить поля данных проверки занятости.
  • Участвующие работодатели должны заполнить как можно больше полей данных для каждого случая SIV, который они получат, и отправить данные обратно в Project Rabbit.

Шаг 5:  Project Rabbit направляет данные подтверждения занятости в Государственный департамент

  • Государственный департамент рассмотрит данные подтверждения занятости, предоставленные Project Rabbit, в сочетании с дополнительными данными, полученными от заявителя SIV и полученными из других источников, чтобы определить приемлемость заявки SIV для дальнейшей обработки.

Может ли Project Rabbit ускорить другие этапы процесса SIV в Афганистане или оказать экстренную помощь?

Нет, Project Rabbit может помочь только с частью подтверждения занятости заявки на утверждение главы миссии (COM) (шаг 1 процесса подачи заявки SIV в Афганистане). Project Rabbit не может помочь с дополнительными шагами в процессе или оказать экстренную помощь.

Ресурсы для афганских союзников — Комитет США по делам беженцев и иммигрантов

Что такое программа специальной иммиграционной визы (SIV)?

SIV доступны для лиц, имеющих работал переводчиками или другими специалистами, нанятыми правительством США или от его имени в Афганистане . Обладатели SIV получают те же льготы и услуги, что и беженцы в рамках Программы помощи беженцам США (USRAP). Дополнительную информацию можно найти здесь.

Имею ли я/моя семья право на участие в программе?

Вы можете подать заявку на участие в этой программе, если соответствуете всем следующим требованиям:

  • Вы должны быть гражданином Ирака или Афганистана; и
  • Вы должны были работать непосредственно в вооруженных силах США или под руководством COM в качестве письменного или устного переводчика в течение не менее 12 месяцев; и
  • Вы должны были получить благоприятную письменную рекомендацию от генерала или флагмана в цепочке командования подразделения вооруженных сил США, которое вы поддерживали в качестве письменного или устного переводчика, или от главы миссии из посольства, где вы работали .

Супруги и не состоящие в браке дети (младше 21 года) основного заявителя SIV также имеют право на получение SIV.

Как подать заявку?

Отправьте всю необходимую документацию (список здесь ) на афганский[email protected]

Если вы уже подали заявление и хотите проверить статус вашего заявления, позвоните в Государственный департамент США по телефону +001-603-334-0828 — вам потребуется ваш номер SIV и дата рождения. [Он/она] также может по электронной почте [email protected] задать вопросы по вашему делу SIV. Имейте в виду, что NVC может занять значительное время, чтобы ответить на электронные письма.

 

Что такое Приоритет 2?

Программа Priority 2 (P2) предназначена для афганцев, которые могут подвергаться риску из-за своей принадлежности к США, но не имеют права на получение специальной иммиграционной визы (SIV), поскольку у них не было соответствующей работы или они не соответствовали требование времени в службе, чтобы получить право. Эти люди могли быть наняты американскими неправительственными организациями, организациями СМИ, правозащитными группами или субподрядчиками правительства США. Дополнительную информацию можно найти в Центре обработки беженцев  здесь  и здесь .

Имею ли я/моя семья право на участие в программе?
Критерии приемлемости:
  • Афганцы, которые не соответствуют минимальному сроку службы для SIV, но работают или работали в качестве сотрудников подрядчиков, [1] местный персонал, переводчики для правительства США , Силы США в Афганистане (USFOR-A), Международные силы содействия безопасности (ISAF) или «Решительная поддержка»;
  • афганцы, которые работают или работали в программе или проекте, финансируемом правительством США, в Афганистане, поддерживаемом за счет гранта правительства США или соглашения о сотрудничестве;
  • афганца, которые работают или были наняты в Афганистане базирующейся в США организацией СМИ или неправительственной организацией.
  • Для неправительственных организаций (НПО) и организаций средств массовой информации, которые не финансируются правительством США, но имеют штаб-квартиру в Соединенных Штатах, направление может дать самый высокопоставленный сотрудник этой организации, гражданин США.
  • Афганцы и соответствующие члены их семей (супруги и дети любого возраста, состоящие в браке или не состоящие в браке) могут быть направлены на программу P-2 правительственным учреждением США.
Как я/моя семья могу подать заявление?

Если вы считаете, что имеете право на участие в программе P-2,  вы должны связаться с правительственным учреждением США, американской неправительственной организацией или американской медиа-организацией, с которой вы были связаны, и предоставить им информацию о себе и вашем семья.  Кроме того, укажите информацию об организации, в которой вы работали, и даты вашего трудоустройства. Правительственное учреждение США, базирующаяся в США неправительственная организация или базирующаяся в США организация СМИ обязаны отправить нам направление в соответствии с установленными процедурами после проверки и подтверждения вашего права. Заявки на статус P2 должны обрабатываться в стране за пределами вашей страны происхождения.

Вы можете найти инструкции для американских СМИ/НПО по подаче направлений здесь

. Если у вас есть дополнительные вопросы, отправьте электронное письмо  [email protected]

Если вы являетесь заявителем P2 и находитесь в непосредственной опасности, позвоните на линию защиты Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по делам беженцев (УВКБ ООН) по телефону (+93) 079 069 1746 или (+93) 070 499 6168 или по электронной почте [email protected] unhcr.org .

 

Что такое Обозначение Приоритета 3?

Статус Priority 3 (P3) (или статус «воссоединения семьи») предоставляется супругам, не состоящим в браке детям в возрасте до 21 года или  родителям лиц, уже допущенных в Соединенные Штаты в качестве беженцев или просителей убежища.  Процессы подачи заявок P3 должны выполняться за пределами страны происхождения. Лица P3 имеют доступ к льготам в рамках Программы помощи беженцам США (USRAP).

Имею ли я/моя семья право на участие в программе?

Если вы являетесь беженцем/лицом, получившим убежище в США, или у вас есть супруг(а), ребенок или родитель, которые являются таковыми, вы/ваша семья имеете право подать заявление на получение статуса P3.

Как мне/моей семье подать заявление?

Если вы проживаете в США на законных основаниях и хотите подать заявление на получение статуса P3 для членов семьи в Афганистане, вы должны посетить местный офис по расселению беженцев и заполнить аффидевит о родстве для каждого члена вашей семьи. Чтобы найти местный офис по переселению, нажмите здесь.

 

Что такое гуманитарное условно-досрочное освобождение?

Если вы не имеете права на SIV, P2 или P3, гуманитарное условно-досрочное освобождение может быть хорошим вариантом для законного въезда в Соединенные Штаты. Гуманитарное условно-досрочное освобождение — это условно-досрочное освобождение, оправданное определением существования «неотложные гуманитарные причины» для въезда человека в США. В то время как нормальный максимальный срок составляет 365 дней, правительство США объявило, что афганцев будут иметь право на условно-досрочное освобождение на срок до двух лет. Лица, получившие условно-досрочное освобождение по гуманитарным соображениям, имеют право на получение разрешения на работу в Соединенных Штатах, но не имеют права на участие в программах переселения беженцев или других федеральных льготах. Дополнительную информацию можно найти здесь.

Имею ли я/моя семья право на участие в программе?

Вы имеете право на условно-досрочное освобождение по гуманитарным соображениям, если у вас есть чрезвычайная ситуация, и есть неотложная гуманитарная причина, позволяющая вам временно въехать в Соединенные Штаты. Любой желающий может подать заявление на гуманитарное условно-досрочное освобождение.

Как я/моя семья могу подать заявление?

Вы должны заполнить формы I-131 и I-134, чтобы начать процесс подачи заявления на условно-досрочное освобождение по гуманитарным соображениям. См. формы и соответствующие инструкции и рекомендации ниже: 

Инструкции по заполнению формы I-131

Форма I-131

Инструкции по завершению формы I-134

Форма I-134

. Гуманитарное заявление об условно-досрочном освобождении

Афганистан Ресурсы для эвакуации и переселения

دا صفحه په پښتو کې ولولئ

Обновлено 18 марта 2022 г.

Предыстория: в апреле администрация Байдена объявила, что все американские войска будут выведены из Афганистана к 20-летию войны, 11 сентября 2021 года, на несколько месяцев позже крайнего срока 1 мая, о котором администрация Трампа договорилась в 2020 году с талибами. . В июле администрация Байдена обнародовала планы эвакуации находящихся в опасности афганцев, операцию Allied Refuge и объявила о выводе войск США к 31 августа 2021 года. 30 июля группа из более чем 200 афганцев прибыла в Вашингтон, округ Колумбия, первым рейсом операции Allies Refuge. Тем временем условия в Афганистане продолжали ухудшаться, поскольку силы Талибана быстро захватили страну, взяв под свой контроль Кабул к середине августа. С июля правительство США эвакуировало более 120 000 человек, а 30 августа последние американские войска покинули Афганистан. Однако, по оценкам, тысячи афганцев, связанных с США, остаются. Администрация заявила, что намерена на постоянной основе использовать дипломатические каналы, чтобы помочь гражданам и постоянным жителям США, гражданам союзных стран, заявителям на специальные иммиграционные визы и афганцам из группы высокого риска покинуть Афганистан.

Примечание: Предоставление здесь информации о сторонних ресурсах и ссылки на сторонние веб-сайты предназначены только для информационных целей и не означают одобрения города Нью-Йорка.

Виды защиты, на которые могут иметь право афганцы

  • Специальная иммиграционная виза (SIV): Программа SIV доступна для граждан Афганистана, которые работали на правительство США или от его имени. Лица, имеющие право на участие в программе SIV, и их непосредственные члены семьи могут обратиться непосредственно в США с просьбой о переселении. После того, как их дела будут одобрены, владельцы SIV получают услуги по переселению от местного агентства по переселению.
  • Приоритет 2 (P2) Обозначение беженца: Это новое обозначение P2 было объявлено 2 августа для афганских граждан и членов их семей, которые не соответствуют конкретным требованиям программы SIV, включая афганцев, которые работали в Афганистане на правительство США. программа или проект, базирующаяся в США организация СМИ или неправительственная организация.
  • Гуманитарное условно-досрочное освобождение: Гуманитарное условно-досрочное освобождение — это временный статус, позволяющий условно-досрочно освобожденному лицу оставаться в США в течение определенного периода времени при подаче заявления на более долгосрочное решение. 23 августа Министерство внутренней безопасности объявило, что оно будет использовать свое гуманитарное право на условно-досрочное освобождение для эвакуации до 50 000 афганцев, которые в противном случае могли бы иметь право на получение статуса SIV или P2, но еще не завершили процесс получения этих статусов. Условно-досрочно освобожденным афганцам будет предоставлена ​​двухлетняя защита от депортации, и они смогут подать заявление на получение разрешения на работу. Однако они не могут получить доступ к услугам или льготам по переселению, пока им не будет предоставлен отдельный статус (например, лица, получившие убежище, SIV и т. д.).
  • Временный защищенный статус (TPS): 16 марта 2022 года Министерство внутренней безопасности включило Афганистан в список TPS сроком на 18 месяцев. TPS может обеспечить защиту от депортации и разрешение на работу для подходящих афганских граждан в США. Пожалуйста, посетите нашу страницу TPS для получения дополнительной информации.

Ресурсы для афганцев, ищущих помощи

  • Информация и рекомендации правительства США
    • Страница приветствия DHS Operation Allies
    • Информация USCIS для афганских граждан, условно-досрочно освобожденных в США
    • Информация CBP для афганцев, освобожденных условно-досрочно в США – английский язык; Дари; Пушту
    • Запросы Государственного департамента Афганистана
    • Страница Центра обработки беженцев, посвященная инструкциям по программе приема беженцев в США для афганских направлений и программе SIV для афганцев
  • Ресурсы и рекомендации от организаций по переселению и защите прав беженцев
    • Веб-страница Международного проекта помощи беженцам (IRAP) «Правовые ресурсы для афганцев» содержит актуальную исчерпывающую информацию о различных легальных путях иммиграции для афганцев.
      • Руководство IRAP по SIV
      • Руководство IRAP по программе для беженцев P2
      • Руководство IRAP по гуманитарному условно-досрочному освобождению
      • Руководство IRAP о том, что происходит по прибытии в аэропорт США
    • Страница «Ресурсы для афганских союзников» Комитета по делам беженцев и иммигрантов США содержит ресурсы на языках дари и пушту для граждан США, лиц, имеющих право на участие в программе SIV или P2, а также контактную информацию для связи с Управлением по глобальным женским вопросам Государственного департамента
    • Веб-страница Human Rights First (HRF) «Ресурсы для афганцев» включает ресурсы для афганцев, переведенные на дари и пушту, а также ссылку для запроса юридической помощи для афганцев, ищущих юридическую помощь в Соединенных Штатах, через «Проект: афганская юридическая помощь ( ПАЛА)».
    • На веб-сайте AfghanEvac есть ресурсы по вариантам эвакуации, вопросам связи и безопасности данных, а также ресурсы по вопросам иммиграции и переселения.
    • На странице «Проект поддержки Афганистана» Центра равенства PARS есть юридические ресурсы для афганцев, включая форму запроса на юридическую помощь для физических лиц в Афганистане

Ресурсы для тех, кто хочет поддержать или помочь афганским эвакуированным

  • Общая поддержка: . Пожалуйста, обратитесь на страницу Совета по делам беженцев США, чтобы узнать, как жители США могут поддержать уязвимых афганцев за границей и в США.
    • На этой интерактивной карте вы можете найти список агентств по переселению беженцев в вашем районе, которым можно оказать поддержку.
  • Юридическая помощь : ресурсы для адвокатов, стремящихся помочь афганским эвакуированным, в том числе практические консультации по подаче заявлений о различных доступных формах защиты.
    • Набор инструментов помощи афганцам Католической сети легальной иммиграции
    • Ресурсы Американской ассоциации иммиграционного права для помощи афганским клиентам, стр.
  • Помощь в устном или письменном переводе : Форма Human Rights First для тех, кто желает добровольно выступить в качестве устного или письменного переводчика с языка дари или пушту, чтобы помочь эвакуированным афганцам и тем, кто нуждается в юридической помощи
  • Общественные организации, обслуживающие афганскую общину в Нью-Йорке
    • Женщины для афганских женщин
    • Организация развития сообщества Чхая
    • Центр поддержки арабо-американских семей
    • Молодежная акция Южной Азии (SAYA)

Службы доступа в Нью-Йорке

  • Консульство Афганистана . Чтобы поговорить с представителем по интересующим вас вопросам, свяжитесь с консульством Афганистана по телефону 212-972-2276 или 212-972-2277 и наберите добавочный номер x458, С понедельника по пятницу, с 9 часов:00–12:00.
  • Быстрая и простая дорожная карта городских служб, доступных для всех жителей Нью-Йорка, доступна на языках дари и пушту.
  • Обратитесь на горячую линию MOIA Если у вас есть вопросы об иммиграции или о том, как получить доступ к городским услугам, вам помогут на вашем языке. Позвоните на горячую линию Управления по делам иммигрантов мэра (MOIA) по телефону 212-788-7654 с понедельника по пятницу с 9:00 до 17:00 или по электронной почте [email protected] .

Политика переселения и помощи в Афганистане: дополнительная информация о критериях приемлемости, подробностях предложения и о том, как подать заявку

© Корона авторское право 2022

Эта публикация распространяется под лицензией Open Government License v3.0, если не указано иное. Чтобы ознакомиться с этой лицензией, посетите сайт nationalarchives.gov.uk/doc/open-government-licence/version/3 или напишите в отдел информационной политики Национального архива, Кью, Лондон TW9 4DU, или по электронной почте: [email protected] gov. Великобритания.

Если мы обнаружили какую-либо информацию об авторских правах третьих лиц, вам потребуется получить разрешение от соответствующих правообладателей.

Эта публикация доступна по адресу https://www.gov.uk/government/publications/afghan-relocations-and-assistance-policy/afghan-relocations-and-assistance-policy-information-and-guidance.

29 декабря 2020 года министр обороны и министр внутренних дел объявили о политике переселения и помощи афганцам ( ARAP ). Эта схема предлагает переселение или другую помощь бывшим местным сотрудникам ( LES ) в Афганистане, чтобы отразить меняющуюся ситуацию в Афганистане.

ARAP запущен 1 апреля 2021 года и остается открытым.

Если кто-либо из бывших сотрудников LES считает, что соответствует требованиям, им следует подать заявку, заполнив онлайн-форму заявки. Они будут иметь право подать заявку из любой страны (включая Афганистан и независимо от их статуса занятости, ранга или должности или стажа работы.

Ниже приводится сводка критериев приемлемости для ARAP и условия самих предложений. Схема не признает обязательств или подразумевает обязательство помогать местному персоналу в других странах или театрах военных действий, в прошлом, настоящем или будущем.

Право на участие в программе

ARAP :

Существует четыре категории помощи, по которым оцениваются все заявки ARAP .

Примечание: нет никакой выгоды для физических лиц в подаче дубликатов заявлений, если только специально не запрошено 9Команда 1288 АРАП .

Все полученные заявки могут быть изменены командой, если будет получено больше информации, а также могут быть получены, если представлена ​​дополнительная информация, которая может изменить решение о приемлемости.

Если заявитель, который был непосредственно нанят или работал по контракту с правительственным департаментом или подразделением HMG , был уволен со своей работы, он не будет иметь права на переезд в Соединенное Королевство в соответствии с ARAP (за исключением обстоятельств, когда HMG считает, что лицо было уволено по незначительной причине).

Когорта Предлагается помощь
Категория 1 Высокий риск/непосредственная угроза Срочный переезд
Категория 2 Доступно для перемещения по умолчанию Плановое перемещение
Категория 3 Не подлежит переселению Предлагается другая поддержка
Категория 4 Особые случаи Индивидуально

Категория 1

Когорта, имеющая право на срочное переселение, состоит из служащих правительства Ее Величества ( HMG ), которые, по оценке, подвергаются высокому и неминуемому риску для жизни.

Категория 2

Когорта, имеющая право на переселение по умолчанию, состоит из тех, кто был непосредственно нанят HMG , или лица, с которыми были заключены контракты на оказание лингвистических услуг в поддержку Вооруженных сил Соединенного Королевства 1 октября 2001 г. или после этой даты.

Характер роли заявителя должен был быть таким, чтобы операции Соединенного Королевства в Афганистане менее эффективным или материально менее успешным, если бы роль такого рода не была выполнена. Кроме того, роль заявителей должна была привести к тому, что они были публично признаны исполнителями этой роли, и в результате этого публичного признания их безопасность теперь находится под угрозой.

Примерами таких ролей являются патрульные переводчики, советники по культуре, некоторые корпоративные службы посольств, а также работа в сфере развития, политики и борьбы с терроризмом, среди прочего. Это не исчерпывающий список, и не все те, кто работал в таких ролях, обязательно имеют право на участие по умолчанию.

Категория 3

Когорта, имеющая право на другую поддержку, — это те, кто не оценивается как подвергающийся высокому и неминуемому риску для жизни и не имеющий права по умолчанию из-за того, что он выполняет важные вспомогательные функции.

Эта когорта имеет право на любую другую поддержку, за исключением переселения, которую группа ARAP сочтет подходящей.

Категория 4

Когорта, имеющая право на помощь в каждом конкретном случае, это те, кто:

· 1 октября 2001 г. или после этой даты был непосредственно нанят в Афганистане отделом HMG ; предоставил товары или услуги в Афганистане по контракту отделу HMG ; или работал в Афганистане вместе с HMG Департамент, в партнерстве с этим отделом или тесно поддерживающий его; и

· в ходе этой работы или работы или оказания услуг они внесли свой вклад в достижение военных целей Великобритании или целей национальной безопасности (включая борьбу с терроризмом, наркотиками и коррупцией) в отношении Афганистана; и

· из-за этой занятости, работы или предоставления услуг лицо подвергается или подвергалось повышенному риску целенаправленных атак и подвергалось или подвергалось высокому риску смерти или серьезной травмы; или

• хранить информацию, раскрытие которой может создать или усугубить конкретную угрозу для HMG или его интересов

Будут проведены проверки в отделе или подразделении HMG , в котором заявитель был нанят, по контракту или работал рядом, в партнерстве с или при тесной поддержке или содействии.

Предложение о переезде в соответствии с ARAP

Предложение о переезде основано на признании службы и оценке вероятного текущего и будущего риска для заявителей в связи с характером их работы на или параллельно HMG в условиях меняющейся ситуации в Афганистане. Кандидаты могут подать заявку из любой страны, включая Афганистан.

Заявители, отвечающие критериям права на переселение в соответствии с ARAP , будут иметь возможность подать заявление на получение бессрочного разрешения на въезд в Великобританию. Заявители, уже находящиеся в Великобритании с временным статусом в соответствии с ARAP , могут бесплатно подать заявку на преобразование своего статуса в бессрочный вид на жительство.

Подходящие кандидаты смогут привезти с собой в Великобританию определенных членов семьи. Критерии приемлемости для членов семьи и иждивенцев, желающих сопровождать тех, кто переезжает в соответствии с ARAP можно найти в Иммиграционных правилах:

Иммиграционные правила, часть 7: другие категории на сайте gov.uk.

Подходящим кандидатам будет отправлена ​​дополнительная информация о критериях, касающихся членов семьи и иждивенцев, в их письме-предложении ARAP .

Процесс пересмотра

Если вы признаны не отвечающим требованиям согласно ARAP , вы имеете право потребовать пересмотра вашего решения, если:

· вы считаете, что решение было принято не в соответствии с политикой; и/или

· вы можете предоставить новые доказательства в поддержку вашего дела, которых не было на момент принятия решения

Чтобы подать запрос на пересмотр, вы должны использовать форму запроса на пересмотр.

Заявители, признанные не отвечающими требованиям и получившие итоговое письмо с уведомлением об этом, могут потребовать пересмотра решения в течение 90 дней с момента получения или, для тех, чья заявка была отклонена до 5 декабря 2021 г., в течение 90 дней с 16 февраля 2022 г., за исключением для случаев, когда существуют веские обстоятельства, которые помешали им соблюсти этот срок.

У вас есть право на пересмотр вашего исходного решения. Дальнейшие запросы на пересмотр могут быть рассмотрены в порядке исключения, если вы предоставите убедительные новые доказательства, которых не было на момент принятия первоначального решения или проведения пересмотра.

Великобритания гордится тем, что предоставляет защиту людям, которые в ней нуждаются, в соответствии с нашими обязательствами по Конвенции о статусе беженцев и Европейской конвенции о правах человека. Однако в наших иммиграционных правилах нет положения о том, что кто-либо может подать заявление на въезд в Великобританию в поисках убежища, временного убежища или гуманитарной защиты. Хотя мы признаем сложную ситуацию в Афганистане, Великобритания не обязана рассматривать заявления о предоставлении убежища или защиты от очень большого числа людей из-за рубежа, которые хотели бы приехать сюда. Те, кто нуждается в международной защите, должны просить убежища в первой безопасной стране, которую они достигнут, — это самый быстрый путь к безопасности.

В соответствии с новой британской схемой переселения афганских граждан ( ACRS ), правительство переселит более 5000 человек в первый год и до 20 000 человек в последующие годы. Схема будет отдавать приоритет: членам афганского гражданского общества, которые поддержали усилия Великобритании и международного сообщества в Афганистане, и уязвимым людям, включая женщин, девочек и представителей групп меньшинств, подвергающихся риску. Схема не имеет процесса подачи заявок и будет управляться процессом направления. Дополнительная информация доступна на странице руководства по схеме переселения афганских граждан на веб-сайте gov. uk.

Существуют дополнительные безопасные и законные маршруты для людей, которые могут приехать в Великобританию, например, если они хотят присоединиться к членам семьи, по работе или учебе. Они должны будут соответствовать требованиям соответствующего иммиграционного правила, в соответствии с которым они подают заявление на получение визы, а также соответствовать требованиям по предоставлению любых биометрических данных и уплате любого соответствующего сбора (или получить необходимый отказ). Подробная информация о критериях и о том, как подать заявку, доступна на веб-сайте gov.uk.

Афганистан | Международный комитет спасения (IRC)

Измученный десятилетиями жестоких конфликтов и стихийных бедствий, Афганистан создал одну из самых больших групп беженцев в мире. IRC оказывает гуманитарную помощь и помощь в восстановлении пострадавшим от кризисов.

Чем вызван нынешний кризис в Афганистане?

В течение многих лет Афганистан боролся с экономическим спадом и ухудшением безопасности. В августе 2021 года Исламский Эмират Афганистан (широко известный как Талибан) взял страну под свой контроль. Международные доноры немедленно приостановили большую часть негуманитарного финансирования и заморозили активы на миллиарды долларов. Без этого финансирования экономика пошла вниз. У афганцев заканчиваются деньги, а цены на продукты питания и лекарства стремительно растут. В 2022 году страна может увидеть почти всеобщую бедность с 97% афганцев в группе риска.

Любая попытка Исламского государства Хорасан (ИГ-К) воспользоваться сменой власти чревата насилием и причинением вреда гражданскому населению. Тем временем Афганистан сталкивается с продолжающейся засухой и возможной четвертой волной COVID-19.

Афганистан занимает первое место в списке IRC кризисов, которые, как ожидается, усугубятся больше всего в 2022 году.

Каковы основные гуманитарные проблемы в Афганистане?

Несмотря на многолетнюю помощь, бывшее правительство Афганистана изо всех сил пыталось обеспечить население чистой водой, электричеством, безопасными дорогами и образовательными услугами. Сегодня 24,4 миллиона афганцев нуждаются в гуманитарной помощи.

Приостановка потоков помощи, которая ранее составляла 75% государственного бюджета, подорвала способность нынешнего правительства выплачивать зарплату государственным служащим и предоставлять крайне необходимые услуги миллионам афганцев. Воздействие было немедленным и широкомасштабным. Население все чаще не может удовлетворить основные потребности, поскольку экономика и коммунальные услуги рушатся из-за санкций.

Смена власти последовала за серьезной эскалацией конфликта между талибами и прежним правительством в течение 2021 года и соглашением, в результате которого американские войска быстро покинули страну.

Число жертв среди мирного населения в Афганистане достигло рекордного уровня в первой половине 2021 года, при этом основная тяжесть конфликта приходится на женщин и детей. Афганцы, которые помогали США в своей стране, например, письменные и устные переводчики, сталкиваются с большой опасностью. Администрация Байдена устраняет отставание в обработке специальных иммиграционных виз (SIV) для этих союзников и ищет другие пути для афганцев в поисках безопасности, но эти усилия приносят пользу менее чем 1% афганцев.

Вероятность экстремальных погодных явлений в Афганистане, который уже подвержен стихийным бедствиям, возрастает из-за изменения климата. Засуха и другие стихийные бедствия в сочетании с COVID-19Пандемия и продолжающийся конфликт означают, что все больше афганцев дома и за границей ввергаются в нищету, и все больше людей сталкиваются с отсутствием продовольственной безопасности.

Голод может убить больше афганцев, чем война за последние двадцать лет. После смены власти в Афганистане потребности в гуманитарной помощи резко возросли. Один миллион детей подвержен риску наиболее тяжелой формы недоедания.

«Сейчас каждый день афганцы подвергаются наказанию в результате международной политики, из-за которой миллионы людей оказываются на грани голодной смерти, — говорит директор IRC в Афганистане Вики Акен.

Как IRC помогает в Афганистане?

Миссия IRC состоит в том, чтобы помочь людям, чья жизнь разрушена конфликтами и стихийными бедствиями, восстановиться и обрести контроль над своим будущим.

Мы начали работу в Афганистане в 1988 году, запустив программы помощи людям, перемещенным в результате вторжения Советского Союза. Сейчас мы работаем с тысячами деревень и общин в девяти провинциях, при этом афганцы составляют более 99 % персонала IRC в стране. В последние годы IRC стал одним из лидеров в области защиты и расширения прав и возможностей женщин в стране.

Пока Афганистан пытается восстановиться после конфликта, стихийных бедствий и COVID-19, IRC:

  • предоставляет перемещенным семьям денежную помощь, палатки, чистую воду, санитарию и другие предметы первой необходимости
  • поддерживает более 100 медицинских учреждений, устанавливает станции для мытья рук в местных сообществах, а также предоставляет информацию и учебные занятия по COVID-19.
  • предоставляет безопасные места для обучения в сельской местности
  • помогает людям найти работу
  • работает с местными сообществами над определением, планированием и управлением их собственными проектами развития

См. работу IRC в Афганистане, показанную в выпуске 60 Minutes от 12 декабря 2021 г. на CBS и Paramount+.

Узнайте больше о работе IRC в #Афганистане и познакомьтесь с афганской матерью, которую мы с гордостью поддерживаем, в этом ролике @60Minutes.

По их собственным словам, познакомьтесь с еще двумя афганскими матерями и прочитайте их истории о надеждах и невзгодах по мере приближения зимы: https://t.co/Abe0ekb8eFhttps://t.co/avgGMG5aSe

— IRC — Международный комитет спасения (@RESCUEorg) 13 декабря 2021 г.

IRC также поддерживает многих афганцев, которые были вынуждены покинуть свою страну. Вот краткий обзор нашей работы по оказанию помощи афганцам в Мексике, Уганде, Пакистане и в Соединенных Штатах, где мы переселяем афганских беженцев с жильем, работой, медицинским обслуживанием, образованием и другими комплексными услугами.