"Атака мертвецов": мифы и реальность

Ровно сто лет назад произошло событие, вошедшее в историю под названием «атаки мертвецов». 24 июля (по новому стилю – 6 августа) 1915 года защитники крепости Осовец успешно контратаковали немцев, несмотря на то, что многие из русских солдат были отравлены газами. Как это часто случается с легендами, отталкиваясь от реального факта, журналисты, писатели и людская молва приписали русским солдатам много сверхчеловеческого и невероятного. Попробуем выяснить, как всё происходило на самом деле.

Крепость среди болот

К моменту начала Первой мировой войны польские губернии Российской империи были защищены рядом крепостей. Так, важный железнодорожный узел Белосток прикрывала Осовецкая крепость, которая располагалась недалеко от места впадения в реку Нарев её притока реки Бобр и перекрывала узкий перешеек суши, ограниченный непроходимыми болотами с севера и юга.

Схема развития Осовецкой крепости из книги С. А. Хмелькова «Борьба за Осовец»

В 1882 году на возвышении возле селения Осовец начали строительство форта-заставы площадью в 1 кв. км, рассчитанного на 60 тяжёлых орудий. Однако ширина перешейка суши, ограниченного болотами, была больше участка, контролируемого огнём орудий, поэтому на правом берегу Бобра для прикрытия переправы через него построили форт №2, получивший название Заречного. А юго-западнее основного форта возле Шведской переправы (здесь в 1708 году переправлялись войска Карла XII) был возведён форт №3, который назвали Шведским.

Руины Заречного форта
Источник – fortoved.ru (Dimitriy-PSK)

От главного форта в сторону Заречного и Шведского фортов были насыпаны гласисы – земляные насыпи высотой до 2 м, направленные пологой частью в сторону вероятного противника. Ограниченная фортами и гласисами территория получила название плацдарма, на котором возвели батареи, пороховые погреба, казармы, склады, жилой городок и прочие строения.

Стремясь максимально закрыть будущему противнику возможность форсировать Бобр и Нарев, в 1892 году ещё юго-западнее началось возведение так называемого Нового форта №4 по проекту инженера Н. А. Буйницкого. Промежуток между Новым фортом и плацдармом прикрыли подготовленными пехотными позициями, здесь же построили несколько бетонированных артиллерийских пунктов наблюдения.

Наконец, в 1912 году некоторые строения крепости усилили: часть кирпичных сооружений укрепили обсыпками из бутового камня и песка, поверх которых устроили так называемые «железобетонные тюфяки».

Первые бои и первые хлопоты

В силу своего расположения, близкого к довоенной русско-германской границе, крепость подверглась нападению уже в сентябре 1914 года – к её позициям подошли подразделения 8-й германской армии в количестве около 40 батальонов, которые попытались взять штурмом передовые траншеи. В их тылу развернулись 60 штурмовых орудий калибром до 203 мм, что значительно превышало мощность крепостной артиллерии, основную часть которой составляли устаревшие 152-мм пушки образца 1877 года. Но даже с таким вооружением русские войска смогли дать достойный отпор врагу.

После первого обстрела 26 сентября началась контрбатарейная борьба, а атаки немцев на полевые позиции, вынесенные западнее фортов крепости, были подавлены шквальным артогнём. На следующий день последовали две фланговые атаки русских войск, в результате которых противник был вынужден отвести от крепости свои войска и в 1914 году больше её не тревожил. За успешное отражение нападения коменданта крепости генерал-лейтенанта К. А. Шульмана наградили орденом Святого Георгия 4-й степени. После этого Шульмана отстранили от командования крепостью (только в сентябре 1915 года ему доверили 30-ю резервную пехотную бригаду). Был ли генерал ранен, или что-то в его действиях не устроило командование – об этом история умалчивает. Гарнизон возглавил бывший начальник артиллерийской службы генерал-майор Н. А. Бржозовский, который до 8 апреля 1915 года был временно исполняющим обязанности, а затем официально вступил в должность.

Слева направо: комендант Нового форта капитан Окороков, военинженер капитан Иванов, начальник 3-го отдела обороны капитан Володкевич, фельдфебель крепостной артиллерии. В центре – комендант крепости генерал-майор Н. А. Бржозовский
Источник – corporatelie.livejournal.com

После первого штурма защитникам крепости стало понятно, что их передовые позиции устроены слишком близко к предпольным укреплениям цитадели. По этой причине противник мог вести относительно прицельный огонь по плацдарму. Чтобы исправить положение, позиции (состоявшие из траншей, ходов сообщений и многорядных проволочных заграждений) отодвинули от крепости на дистанцию в 8–10 км. Основными укреплениями, прикрывшими подходы к Заречному и Шведскому фортам, стали траншеи между селениями Сосня и Бялогронды, которые назывались Сосненскими позициями. Чтобы увеличить дальность ведения огня крепостной артиллерией, из Кронштадта в Осовец доставили две 152-мм дальнобойные скорострельные пушки системы Канэ.

Второй приступ: когда «Большая Берта» бессильна

Второй штурм немецкие войска предприняли в феврале-марте 1915 года. Перед этим, в последних числах января, под давлением превосходящих сил противника из района Иоганисберга в сторону Осовца начала своё отступление русская 57-я пехотная дивизия численностью около 5,5 тыс. человек. Ведя арьергардные бои, она отходила к позициям перед крепостью, которые наличный гарнизон спешно готовил к обороне.

22 февраля началась осада Осовца. Для разрушения укреплений крепости и подавления её батарей немцы собрали несколько десятков осадных орудий калибром от 107 до 305 мм, а «вишенкой на торте» стали несколько мощнейших 420-мм орудий (неофициальное название – «Большая Берта»). При штурме укреплений бельгийской крепости Льеж двум «бертам», как правило, хватало дня, чтобы вывести из строя один форт. Немецкие артиллеристы установили их на расстоянии, недостижимом для снарядов устаревших 107-мм и 152-мм русских пушек. Однако немцы не знали о привезённых в Осовец двух 152-мм пушках Канэ – именно это сыграло важную роль в дальнейшем развитии событий.

25 февраля началась бомбардировка. Немцы обрушили шквал снарядов на батареи, форты и полевые укрепления. Огонь корректировали пилоты аэропланов, а также артиллерийские наблюдатели, поднимаемые в воздух на воздушных шарах. Свидетель обстрела майор Спалек позднее писал в польском журнале «Saper i Inżynier Wojskowy»:

«Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа»

Командование 12-й армии просило генерала Бржозовского продержаться хотя бы 48 часов, но на самом деле бомбардировка была устрашающей только с виду. Пробить укрепления форта 305-мм снаряды не могли, а 420-мм – толком в них не попадали. Как только «Большие Берты» начали обстрел, русские пушки Канэ вступили с ними в дуэль на пределе дальности своей стрельбы. Благодаря агентурной информации и данным, поступившим от воздухоплавательной роты, в крепости хорошо знали расположение батареи сверхмощных немецких пушек. Немецкое же командование отнеслось к маскировке своих орудий небрежно, не ожидая, что в распоряжении противника могут оказаться артсистемы, способные добить до их позиций. Поэтому в тот же день, когда 420-мм батарея открыла огонь, она была уничтожена. Из строя вышли, как минимум, две «берты», успевшие выпустить по крепости лишь 30 снарядов (по крайней мере, столько воронок и попаданий насчитал гарнизон). Всего же, по данным С. А. Хмелькова, до 3 марта немецкие канониры выпустили по крепости до 200 тыс. снарядов, однако в районе крепости было зафиксировано только 30 тыс. воронок (значительная часть попаданий пришлась на заболоченные места, реку и рвы с водой, в которых снаряды исчезали бесследно).

Бетонные убежища Нового форта и броневой наблюдательный пост, пострадавшие от обстрела 6- и 8-дюймовыми снарядами
Источник – pokazuha.ru

В стремлении подавить артиллерию крепости немцы мало обстреливали полевые позиции, поэтому потери в людях Осовец понёс небольшие. Таким образом, не было выполнено главное условие успешного штурма – артиллерия крепости осталась неподавленной, а без этого её штурм пехотой оставался обречённым на провал. Поэтому немцы прекратили обстрелы, отвели осадную артиллерию, а вскоре сняли с позиций и часть пехоты. Но полностью от идеи взять Осовец они не отказались.

Газовая атака

Позиции противников в районе крепости не двигались с места до конца июля. Гарнизон Осовца укреплял оборону, используя имевшиеся средства, немцы также зарылись в землю, отгородились проволочными заграждениями и периодически постреливали из-за них.

В конце июля русские инженеры заметили начало каких-то крупных земляных работ на немецкой стороне, но понять их характер не смогли. Позже стало известно, что противник начал обустраивать позиции для более чем тридцати газобаллонных батарей, вооружённых несколькими тысячами баллонов с отравляющим газом. Тринадцать дней немцы ждали, когда подует благоприятный для них западный ветер, и 6 августа в 4:00 начали газовую атаку. На Сосненских позициях в это время находилось девять русских рот, из которых пять регулярных Землянского полка и четыре – ополчения. Против них противник сосредоточил двенадцать батальонов 11-й Ландверной дивизии, за которыми находились ещё шесть батальонов. Их атаку поддерживали 24–30 осадных орудий.

Немецкая газовая батарея готовится к началу газовой атаки
Источник – diorama.ru

Сплошная пелена зелёного газа шириной в 2 км поползла над землёй в сторону крепости, поднимаясь на высоту до 15 м. Через 5–10 минут газ достиг Сосненских позиций. На тот момент русские солдаты не имели никакой защиты от отравляющих веществ, кроме почти бесполезных тряпичных повязок. Первыми погибли солдаты, находившиеся в секретах и разведывательных партиях, затем стали задыхаться солдаты рот, занимавших передовые траншеи. 9-я, 10-я, 11-я роты и рота ополченцев, державшие оборону в центре позиций, погибли полностью, а от 12-й роты, находившейся слева (на 3-м участке), осталось всего 40 человек. На правом фланге на запасной позиции у села Бялогронды из трёх рот выжило 60 человек (по данным М. С. Свечникова и В. В. Буняковского – 20).

Германская газовая атака, снятая с воздуха русским пилотом, 1916 год
Источник – armyman.info

Газ быстро продвигался вперёд и проник в глубину русской обороны на 20 км, но уже после 12 км его отравляющее действие практически сошло на нет. Тем не менее, в крепости, казематы и батареи которой не были оборудованы надлежащим образом, практически весь гарнизон, включая командование, получил отравления различной степени.

Ход боевых действий на Сосненских позициях 24 июля (6 августа) 1915 года
Рисунок из книги С. А. Хмелькова «Борьба за Осовец»

После выпуска газов в небо взлетели красные ракеты, и в атаку пошли немецкие пехотные роты. Через их голову немецкая артиллерия нанесла удар по окопам, траншеям и ходам сообщения Сосненских позиций, после чего перенесла огонь в глубину русской обороны (таким способом немцы пытались пресечь попытки выдвижения резервов из крепости). Немногие выжившие защитники траншей были обессилены газами и не могли оказать какого-либо сопротивления. На 1-м участке позиций двум оставшимся пулемётчикам хватило сил лишь закопать в песчаное дно траншеи свой разобранный «максим». На 2-м участке также почти никого не осталось, а выживших немцы добили.

Жертвы газовой атаки
Источник – ukrmap.su

Однако немцы отравили газом и самих себя. 76-й Ландверный полк потерял около тысячи человек, которые слишком сильно забрали влево и попали в полосу газовой атаки. Тем не менее, его солдаты захватили 4-й участок обороны и село Сосню, откуда ударили во фланг 3-му участку, но столкнулись с неожиданным препятствием. Один из уцелевших пулемётчиков, имя которого навсегда останется неизвестным, отошёл от села и закрепился в траншее, которая вела во фланг 3-й позиции. Отравленный газами, он успел выпустить во врагов две ленты (не менее 500 патронов), усеяв трупами всё пространство перед собой. Немцы смогли приблизиться к пулемётчику лишь в тот момент, когда он вставлял в пулемёт третью ленту. Озверевшие от нанесённых им потерь, немцы изрубили героя в клочья.

Между тем, на 3-м участке всё ещё сопротивлялась 12-я рота. Немцы пытались обойти её траншеи с тыла, однако не преуспели в этом. Правее, на резервной позиции близ села Бялогронды, держали оборону два пулемётчика и стрелки.

Начальник Сосненской позиции капитан Потапов выдвинул из резерва роту ополченцев, которая заняла последний (тыловой) ряд траншей на бугре, после чего запросил подкреплений у командования гарнизоном. Генерал Бржозовский приказал артиллерии крепости поставить огневую завесу на первой и второй линиях траншей Сосненских позиций (чтобы не дать немецким подкреплениям приблизиться к уже прорвавшимся вперёд ротам), а командиру 2-го отдела обороны полковнику Катаеву – нанести контрудар уцелевшими ротами Землянского полка.

Контратака 13-й роты

Первой в контрнаступление из Заречного форта перешла 13-я рота, в задачу которой входило отбить 1-й участок. Следом за ней выдвинулись 8-я и 14-я роты, которые должны были занять, соответственно, 2-й участок и деревню Сосня. Именно атака 13-й роты вошла в мировую историографию как «атака мертвецов», хотя многое в ней, как это часто бывает с легендами, впоследствии преувеличили. Например, часто можно встретить рассказы о том, что из траншей поднимались солдаты, выдержавшие атаку хлором. Однако это совсем не так – роты, находившиеся в окопах, были полностью уничтожены, а в атаку пошёл резерв, находившийся в стороне от центра газового облака.

Подпись фото: «Раздача пищи из котлов на Заречном форту чинам 226-го пех. Землянского полка». Велика вероятность, что именно эти солдаты участвовали в «атаке мертвецов»
Источник – corporatelie.livejournal.com

Роту повёл вперёд её командир подпоручик Котлинский, который, как и все его солдаты, получил газовое отравление, но остался в строю. Под огнём противника рота преодолела 1 км, отделявший её от Сосненских позиций, после чего рассыпалась цепью и повела наступление вдоль железной дороги. Свидетельство очевидца тех событий напечатала в 1915 году газета «Русское Слово»:

«Когда участок полотна железной дороги был нами пройден, когда до немцев оставалось 300400 шагов, Котлинский приказал роте залечь под холмом, а сам вышел под ураганным огнём противника на открытое место и в бинокль осмотрел расположение его сил… Выбранное им место для атаки оказалось удачным»

Подпоручик Владимир Карпович Котлинский (1894–1915)
Источник – russianinterest.ru

В современных описаниях можно встретить рассказы о том, что увидев живых русских солдат, выбегавших из хлорного тумана, немцы пустились наутёк. На самом же деле они открыли шквальный пулемётный и ружейный огонь, в результате которого часть русских солдат погибла. Смертельное ранение получил и подпоручик Котлинский, успевший передать командование подпоручику Стржеминскому. В ротном журнале боевых действий указывалось:

«В конце этой лихой атаки подпоручик Котлинский был смертельно ранен и передал командование 13-й ротой подпоручику 2-й Осовецкой саперной роты Стрежеминскому, который завершил и окончил столь славно начатое подпоручиком Котлинским дело»

В. М. Стржеминский, 1932 год
Источник – culture.pl

Паника среди немцев началась, когда они сошлись со своим противником в рукопашной схватке. Немецкие солдаты, как и их командиры, были полностью уверены, что газы сделают всё дело, и никакого заметного сопротивления они не встретят. Но когда на немцев из уже поредевших клубов газа пошли в атаку люди с кожей, позеленевшей от окиси хлора, они бросились наутёк. На плечах противника русские солдаты ворвались во вторую линию траншей, где им удалось отбить невредимыми противоштурмовые орудия и пулемёты, которые немцы захватили несколькими часами ранее.

Далее землянцы начали прорываться к хутору, носившему название «дворы Леонова». Здесь между траншеями второй и первой линий 1-го участка Сосненских позиций были натянуты проволочные заграждения, разделявшие немецких и русских солдат. Пройти через них можно было только по соединительному ходу, который простреливался немцами.

Артиллерия крепости сосредоточила огонь на дворах Леонова, где из-за своей скученности немцы понесли огромные потери. После этого русские солдаты забросали соединительный ход гранатами и ворвались в первую линию траншей. Мало кто из немцев смог вырваться из этой ловушки – большинство навсегда осталось на проволочных заграждениях, узкие проходы в которых не могли пропустить всех «желающих». Те же немногие, кто выжил, после этого долго страдали нервными расстройствами и распространяли легенду об атаке «мертвецов».

Вторая «атака мертвецов»

Между тем, 12-я рота под командованием подпоручика Чеглокова не менее героически удерживала 3-й участок, упорно отбивая атаки врага. Вскоре к ней смогли пробиться солдаты 14-й роты, половину состава которой газы вывели из строя – но даже этого подкрепления хватило, чтобы отбить у противника Сосню. Увидев на её окраине изувеченные трупы своих товарищей, русские солдаты озверели. Их не смог удержать ни численный перевес противника, ни слабость после газового отравления. Офицерам стоило больших трудов заставить своих подчинённых щадить пленных, которых взяли живыми только 14 человек. Остальные немцы были переколоты штыками, погибли на проволочных заграждениях или ретировались. К 11:00 приступ был окончательно отбит.

12-й и 14-й ротам также удалось вернуть орудия и пулемёты, потерянные в начале дня. Тем не менее, ситуация на Сосненских позициях сложилась отчаянная – в проволочных заграждениях зияли проходы, траншеи занимали всего-навсего две неполные роты, а половина противоштурмовых вооружений была потеряна. В крепости значительное количество артиллеристов вышло из строя, отравившись газами. Если бы немцы повторили атаку, то она, скорее всего, удалась бы. Но солдаты противника не могли идти вперёд, поскольку были деморализованы потерями от своего же газового оружия, точностью русских артиллеристов и стойкостью солдат гарнизона, которым, казалось, даже газ нипочём.

Точные потери обеих сторон неизвестны до сих пор и вряд ли станут известны в будущем. В российских архивных документах удалось обнаружить лишь данные о потерях офицерского состава – один убитый в бою (подпоручик Котлинский) и семь отравленных газами. Немецкая сторона свои документы не нашла или же не пыталась найти, мотивируя это утерей архивов во время Второй мировой войны.

Отступление в века

К сожалению, героизм защитников крепости оказался напрасным. Ещё до легендарных событий в Осовце, в мае 1915 года, германо-австрийским войскам удалось прорвать русский фронт в Галиции, и, чтобы избежать окружения, русская армия начала общее отступление из Галиции и Польши. Решение о сдаче Осовецкой крепости уберегло её защитников от второй газовой атаки (её подготовка была в разгаре, когда немцы выяснили, что противника перед ними нет).

23 августа в крепости оставались лишь две роты сапёров, инженеры гарнизона и часть артиллеристов. Все укрепления четырёх фортов были заминированы пироксилином, который в изобилии хранился в погребах. Четыре оставленные 150-мм пушки вели огонь, изображая присутствие всей артиллерии, после чего в 19:00 сапёры подожгли здания, а в 20:00 последние защитники Осовца подорвали заряды, заложенные в укреплениях, и отступили.

Руины Осовецкой крепости на немецкой открытке
Источник – topwar.ru

История о русских солдатах, которые встали среди клубов хлорного газа и бросились на врага, стала легендарной. Участники «атаки мертвецов» стали героями песен и видеоклипов, о них снято несколько документальных фильмов. Однако мало кто вспоминает об артиллеристах, чьи действия решили исход этого сражения, о героической 12-й роте и о безвестном пулемётчике, уложившем множество врагов.


Список источников:

  1. Хмельков С. А., Борьба за Осовец. – М.: Воениздат, 1939
  2. М. С. Свечников, В. В. Буняковский, Оборона крепости Осовец во время второй 6,5-месячной осады её. – Петроград, Издание Главного Управления Генерального Штаба, 1917
  3. «Атака мертвецов» (Осовец, 1915 г.): миф или реальность, журнал «Былые годы», №4 (22) за 2011 год
  4. А. Н. Крылов, «Сталин и штурм Зимнего»
  5. Stanisław Gieżyński, Żołnierz awangardy: Sławni artyści, «Weranda», 2010
  6. Забытый Осовец – Брестская крепость Первой мировой – http://tainyvselennoi.ru/blog/43897452847/Zabyityiy-Osovets-%E2%80%93-Brestskaya-krepost-Pervoy-Mirovoy
  7. Как воевали русские: атака мертвецов. http://www.pokazuha.ru/view/topic.cfm?key_or=1204907&fclick=1&lenta_type=1&type=95
  8. Михаил Наконечный, Найти подпоручика Котлинского, газета «Псковская губерния» №3 (675), 22–28 января 2014 года. http://gubernia.pskovregion.org/number_675/03.php

warspot.ru

О мифической "атаке мертвецов" - Хмурый полдень XXI век

В последнее время большой интерес у любителей истории стали вызывать события Первой мировой войны. Некоторые из них действительно актуальны и поучительны для наших дней, другие – сильно искажены, из конъюнктурных соображений, обросли невероятными подробностями  и превратились в псевдопатриотическую  мифологию. Одним из таких популярных мифов стала история об «атаке мертвецов», якобы произошедшей во время обороны крепости Осовец в 1915 году.


Итак, сама эта история с упоминанием "атаки мертвецов" появилась после того, как в 1939 году был опубликован исторический очерк С.А. Хмелькова «Борьба за Осовец». Сам по себе очерк написан очень интересно и поучительно, с большим уважением к личности коменданта Осовца генерал-майора Н.А. Бржозовского (это при том, что он в годы Гражданской войны воевал за «белых»), который блестяще руководил обороной этой маленькой крепости.

Слева направо: комендант Нового форта капитан Окороков, военинженер капитан Иванов, начальник 3-го отдела обороны капитан Володкевич, фельдфебель крепостной артиллерии. В центре – комендант крепости генерал-майор Н. А. Бржозовский

В очерке С.А. Хмельков  описывает попытку атаки передовых позиций (Сосненской и Заречной) Осовецкой  крепости,  силами 18 и 76 ландверных полков германской армии 6 августа 1915 года. Перед штурмом позиций  немцы произвели газовую атаку на русские укрепления. Несмотря на то, что газовые атаки германских войск на Западном и Восточном фронтах мировой войны к этому времени уже давно не были чем-то неожиданным, защитники крепости оказались к ней совершенно не готовы:

«Газы, пущенные немцами 6 августа, имели темнозеленую окраску — это был хлор с примесью брома. Газовая волна, имевшая при выпуске около 3 км по фронту, стала быстро распространяться в стороны и, пройдя 10 км, имела уже около 8 км ширины; высота газовой волны над плацдармом была около 10-15 м.

Все живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть, большие потери несла во время стрельбы крепостная артиллерия; не участвующие в бою люди спаслись в казармах, убежищах, жилых домах, плотно заперев двери и окна, обильно обливая их водой.

В 12 км от места выпуска газа, в деревнях Овечки, Жодзи, Малая Крамковка, было тяжело отравлено 18 человек; известны случаи отравления животных — лошадей и коров. На станции Моньки, находящейся в 18 км от места выпуска газов, случаев отравления не наблюдалось.

Газ застаивался в лесу и около водяных рвов, небольшая роща в 2 км от крепости по шоссе на Белосток оказалась непроходимой до 16 час. 6 августа. Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели…

Штурм крепости 6 августа с применением отравляющих газов указал, что крепость совершенно не обеспечена от газовых атак.

Не было выработано никаких инструкций, не было никаких средств для коллективной и индивидуальной защиты гарнизона; присланные противогазы оказались малопригодными, все принятые меры, как то: костры из соломы, поливание брустверов известковым раствором и прочее, были недостаточны, большая часть казарм, убежищ, капониров не только не имела искусственной вентиляции, но даже не была снабжена какими-либо приборами для выработки кислорода».


Это привело к очень серьезным потерям у защитников крепости:

«Газы нанесли огромные потери защитникам Сосненской позиции — 9, 10 и 11-я роты Землянского полка погибли целиком, от 12-й роты осталось около 40 человек при одном пулемете; от трех рот, защищавших Бялогронды, оставалось около 60 человек при двух пулеметах».

При таких условиях немцы могли быстро овладеть всей передовой позицией и броситься на штурм Заречной позиции, однако наступление противника развивалось недостаточно быстро».

На  счастье защитников крепости, 76-й ландверный полк немцев попал под  свои же газы, понес потери и, овладев д. Сосня, дальше не мог продвинуться.


Боевые действия 18-го ландверного полка были более успешны: полк прорезал в проволочных сетях десять  проходов и быстро овладел окопами первой и второй линий на участке Рудский канал — полотно железной дороги, затем он продолжал продвигаться по обе стороны железной дороги, угрожая занять  единственный мост на Рудском канале, что отрезало бы  Бялогрондские позиции от остальных участков Сосненской позиции.

«Комендант Сосненской позиции развернул роту ополченцев, представляющую общий резерв позиции…приказал перейти в наступление; однако рота, потеряв более 50% отравленными и ранеными и деморализованная газовой атакой, задержать противника не смогла.

Создалось грозное положение: с минуты на минуту можно было ожидать, что немцы бросятся на штурм Заречной позиции — остановить их было некому».

Комендант крепости, быстро и верно выяснив складывающуюся опасную обстановку на Сосненской позиции, приказал  бросить в контратаку все, что можно, с Заречной позиции, а  крепостной артиллерии было приказано открыть огонь по окопам первого и второго участков захваченной немцами Сосненской позиции.

«Батареи крепостной артиллерии, несмотря на большие потери в людях отравленными, открыли стрельбу, и скоро огонь девяти тяжелых и двух легких батарей замедлил наступление 18-го ландверного полка и отрезал общий резерв (75-й ландверный полк) от позиции».

Именно этот заградительный огонь 9 русских тяжелых батарей и сыграл главную роль в отражении этой попытки штурма передовых позиций крепости.

Резервы немцев были им «отрезаны» от атакующего 18 ландверного полка, да и сами атакующие несли потери от артогня русской крепостной артиллерии.

Германский ландштурм

«Начальник 2-го отдела обороны выслал с Заречной позиции для контратаки 8, 13 и 14-ю роты 226-го Землянского полка. 13 и 8-я роты, потеряв до 50% отравленными, развернулись по обе стороны железной дороги и начали наступление; 13-я рота, встретив части 18-го ландверного полка, с криком «ура» бросилась в штыки.

Эта атака «мертвецов», как передает очевидец боя, настолько поразила немцев, что они не приняли боя и бросились назад, много немцев погибло на проволочных сетях перед второй линией окопов от огня крепостной артиллерии. Сосредоточенный огонь крепостной артиллерии по окопам первой линии (двор Леонова) был настолько силен, что немцы не приняли атаки и спешно отступили.

14-я рота, соединившись с остатками 12-й роты, выбила немцев из окопов у д. Сосня, взяв несколько человек пленными; немцы быстро отступили, бросив захваченные орудия и пулеметы.

К 11 час. Сосненская позиция была очищена от врага, крепостная артиллерия перенесла огонь на подступы к позиции, но противник атаки не повторил.

Так кончился этот штурм, на который немцы возлагали столько надежд».


Вот так,  в изложении С.А. Хмелькова, все и произошло.

Подчеркнем следующие важные обстоятельства:

- Никакие полуотравленные «мертвецы» у него в контратаку не бегают.

На самом деле, контратаковала противника выдвинутая из резерва свежая 13-я рота 226 Землянского полка.

А вот попытка атаковать силами резервной роты ополченцев (которая попала под газовую атаку немцев) провалилась.

- Разумеется, не было никаких «сотрясавшихся  от жуткого кашля,  выплевывавших куски легких» солдат в этой атаке; фантазией современных мифотворцев оказался и «практически мертвый» неизвестный капитан, который якобы повел в бой этих «мертвецов».

Для пущей «красивости» выдуман и «Бранденбургский  марш», которым-де  подбадривали немцев их оркестранты.

- Обратите внимание на то, что сам С.А. Хмельков не был очевидцем, или участником этого боя,  он рассказывает о нем мельком, ссылаясь на некоего «очевидца боя», отнюдь не «педалируя» эту контратаку и не придавая ей какого-то судьбоносного значения.

Современная фантастическая картина "атаки мерствецов"

Термин «мертвецы» им употреблен не в буквальном смысле, а скорее, как аллегория. Дескать, немцы уже считали всех русских на этом участке погибшими, а они совершенно внезапно их атаковали свежими силами. Повторюсь, что никаких «полупокойников» в этой атаке, в изложении С.А. Хмелькова нет.

Судя по всему, именно Хмельков, в этой  брошюре 1939 года,  и стал автором самого термина «атака мертвецов». До него НИКТО его не употреблял.  Нет такого названия ни в брошюре подполковника Свечникова и генерал-майора Буняковского «Оборона крепости Осовец» 1917 года, нет его и в более поздней брошюре   того же  В. Буняковского «Краткий очерк обороны крепости Осовца в 1915 г.», изданной в 1926 году.

Не употребляют этого «красивого» термина, в своих мемуарах и книгах о Первой мировой войне, ее участники, многочисленные русские белоэмигранты: Деникин, Врангель, Слащов, Головин, Геруа, Будберг, Гиацинтов, Туркул,  и многие другие.


Теперь давайте посмотрим, как описываются эти драматические события в первоисточнике, брошюре  1917 года «Оборона крепости Осовец». Книга эта была напечатана  в 1917 году, типографией Николаевской военной академии в Петрограде:


«Начальник 2-го отдела обороны приказал 13 роте, перейдя с Заречного форта на Сосненскую позицию, задержать, во что бы то ни стало движение немцев на крепость и вернуть утраченный нами 1-й участок Сосненской позиции.

Вслед за этой ротой были высланы 14 и 8 роты, получившие задачи: первая—взять обратно д. Сосню, а вторая—2-й участок Сосненской позиции.

13-я рота, составлявшая гарнизон Заречного форта, уже потеряла отравленных газами 20 человек; также был отравлен ими командир роты подпоручик Котлинский, но оставался в строю…»


Итак, сравним эту информацию с современной мифологией: на самом деле, перед атакой немецкими газами было отравлено не 50% личного состава 13-й роты, а только 20 человек, (это - менее 10% от  штатной численности роты в 242 человека).

Командовал этой геройской (вне всякого сомнения) ротой не  какой-то «неизвестный капитан», а подпоручик Котлинский, светлая ему память…


«Выйдя на линию общего резерва,  подпоручик Котлинский  лично произвел рекогносцировку и верно оценив обстановку, с 500 шагов бросился во главе своей роты в атаку на наступающие  немецкие цепи. Немцы открыли по 13 роте сильный ружейный и пулеметный огонь, но это не остановило стремительной   атаки, не смотря  на то,   что  в это время был смертельно ранен подпоручик Котлинский, передавший  командование  ротой саперному офицеру поручику Стржеминскому.

Последний, обнажив шашку, с  криком „ура" бросился на немцев, увлекая за собой роту. Местность атаки была весьма неудобная: развалины старых блиндажей представляли собой ямы, в которых проваливались люди; отовсюду торчали доски и бревна и т. д., но доблестная рота, поистине достойная своего покойного командира, стремительной атакой, которая была доведена до конца, штыковым ударом выбила немцев последовательно с занимаемых ими позиций, а потом и из передовых окопов 1-го и 2-го участков Сосненской позиции; при этом было взято 16 пленных. Находившиеся в окопах и захваченные немцами наши противоштурмовые орудия и пулеметы в полной исправности отбиты у противника. Поручик Стржеминский был сильно отравлен удушливыми газами, но остался в строю».

Как видим, и тут все ясно и понятно описано: подпоручик Котлинский был убит в самом начале контратаки, а его заменил саперный поручик Стржеминский, которому и принадлежит большая  заслуга в ее успехе.

Разумеется, глупой выдумкой являются современные россказни о том, что немцы разбежались, увидев атакующих их «мертвецов» во главе с «полумертвым капитаном».

(К сожалению (для нас) не из таких трусливых  бойцов состояла германская пехота в годы ПМВ, чтобы «разбегаться» при виде идущих на них в штыковую атаку вражеских солдат…).

На самом деле, немцы вступили в штыковой бой с нашими атакующими бойцами и были в нем разбиты. Нашим солдатам удалось очистить от неприятеля оставленные ранее окопы 1 и 2 участком и даже вернуть, потерянные было, орудия и пулеметы.

Тем больше слава и заслуга наших солдат!

Но бой на этом еще не был закончен:


«Овладев l-ым и 2-ым участками Сосненской позиции, и, выяснив, что дер. Белогронды в наших руках, приступлено было к атаке дв. Леоново.

Местность затрудняла атаку. Свои же, широкие проволочные заграждения перегораживали путь.

Атаковать можно было только по ходу сообщения, продольно обстреливаемому немцами из окопа между двумя ближайшими полосами проволочных заграждений.

Пришлось прибегнуть к траншейному бою ручными гранатами по французскому способу и продвигаться, пользуясь стрелковыми щитами.

Крепостная артиллерия сосредоточила огонь по дв. Леоново, который превзошел все ожидания.

По площади, в квадрате 50 шагов был сосредоточен огонь 9 тяжелых и 2 легких батарей, а с Белогрондской позиции и с первого участка наши открыли пулеметный огонь в тыл противника. В результате, немцы были большей частью перебиты, лишь немногие успели отойти, причем к штыковой атаке не пришлось даже прибегать и к 10 час.  утра последний оплот немцев, самый важный, был нами занят».

Тоже все понятно и подробно изложено:

- опять-таки никакого панического бегства немцев от наших «мертвецов» не было. Вместо этого нашим бойцам пришлось вести тяжелый траншейный бой с обороняющимися немцами, с использованием ручных гранат и стрелковых щитов, «по французскому образцу», а успех боя решило не пресловутое «ура», которое, якобы напугало «трусливых тевтонов», а сосредоточенный огонь 9 тяжелых и 2-х легких батарей по небольшому участку, где оборонялась германская пехота.

Хорошо организованный пулеметный огонь по их тылам, не позволил немцам подтянуть резервы к месту боя, и он закончился нашей победой.


Вот что значит тактически грамотно организованное взаимодействие пехоты и  артиллерии!

Вот что стоило бы, вместо нынешней мифологии,  изучать и помнить потомкам…


Но сражение все еще шло:

«В это время подоспела высланная на поддержку левого фланга Сосненской позиция 14-я рота. Подпоручик Чеглоков со своими людьми и с полуротой 14-ой роты перешел в энергичное наступление и, несмотря на  сильное сопротивление немцев, сам идя впереди, штыками выбил немцев из окопов дер. Сосня (4-й участок), которые полностью и занял, отбив у немцев захваченные ими наши орудия, пулеметы и взяв 14 человек пленных.

8-я рота, высланная вслед за 14-й ротой, усилила второй участок Сосненской позиции и помогла удержать его.

Таким образом, к 11 часам утра, т. е. в течение 7 часов произошел знаменитый газовый штурм, так блестяще и самоотверженно отбитый   частями  славного  Землянского полка».

Кухня 226-го пехотного Землянского полка около горжевой бетонной казармы

Обратите внимание, что и здесь немцы оказывали «сильное сопротивление» и дело дошло до штыкового боя. Никто из немцев и на этом участке от наших бойцов в панике не убегал.

Вот так и закончилось это славное сражение, которое  авторы  брошюры называют «газовый штурм».


Ни о какой «атаке мертвецов» и полумертвых капитанах шедших во главе них, у авторов брошюры (которые были участниками обороны Осовца) нет ни слова.

Так откровенно врать в 1917 году, по горячим следам событий, еще стеснялись.

Однако в результате катастрофического Великого отступления русских войск из Привисленского края (Русской Польши) крепость Осовец утратила свое стратегическое значение, и русские войска  вынуждены были ее оставить.

18 августа 1915 года началась эвакуация крепости (которая была проведена просто блестяще) и 23 августа русскими саперами были взорваны ее фортификационные сооружения.

25 августа немцы вошли в оставленный защитниками Осовец.


Что можно сказать в завершение этого разговора?

Была ли героической оборона Осовца?

Безусловно!

Маленькая крепость Осовец и полузаброшенный (до войны) Ивангород в годы Первой мировой войны оказались двумя единственными русскими крепостями, которые оказали германским войскам достойное сопротивление и покрыли себя неувядаемой славой.

Огромная заслуга в этом принадлежит их комендантам генералам Н.А Бржозовскому и А.В. Шварцу, сумевшим сплотить гарнизоны этих маленьких крепостей, вселить в них боевой дух, готовность драться насмерть с опытным и умелым врагом.

Как отмечал в своей работе В.  Буняковский: «Все начальствующие лица должны всегда подавать пример исполнительности, бодрости, неутомимости, заботливости о подчиненных, не считаясь с опасностями жизни, дабы войсковые части не могли бы считать себя "обреченными", а начальников "скрывающимися" от опасности».

Вся жизнь в крепости должна быть проникнута строгой регулярностью и порядком во всем и близким общением всех друг с другом».

Взорванные казармы крепости Осовец

Именно так и было организовано дело в крепостях Осовец и Ивангород во время их осады.

А вот другие, куда более мощные наши крепости: Новогеоргиевск, Гродна, Ковно, Варшава, Брест-Литовск сдались врагу  без особого сопротивления, или же и вовсе были оставлены без боя.

Как справедливо подчеркивал В. Буняковский:


«Теперь уже не секрет, что наши первоклассные крепости Новогеоргиевск и Ковно сдались не потому, чтобы произведенные разрушения в оборонительных сооружениях и потери в бойцах лишали бы возможности дальнейшего сопротивления, а потому что в голове и сердце комендантов их и в массе бойцов не оставалось веры в успех дальнейшей борьбы.

Человек всегда был и будет главным орудием борьбы, все равно происходит онa в открытом поле, в окопах или за верками крепостных сооружений - ведь и в основательно разрушенной крепости найдутся и стрелковые и пулеметные позиции и благоприятные условия для штыковых контр-атак».


Была ли произведена русская контратака  во время попытки немцев захватить 6 августа передовые русские позиции после газовой атаки?

Разумеется была!

Честь и слава ее участникам – солдатам и офицерам 8, 13 и 14 рот 226 Землянского полка!

Были ли среди них «мертвецы», выплевывавшие свои легкие, продолжая при этом  вышагивать в атаку?! Вел ли их в бой «практически мертвый капитан?!

Нет, конечно!

Это были обычные живые люди, нашедшие в себе силы контратаковать грозного противника в той тяжелейшей обстановке.

Русская крепостная артиллерия, захваченная немцами в крепости Новогеоргиевск

Могут ли вообще бегать (!!!) в атаку люди отравленные боевыми газами ?! Да нет, конечно, тем кто «хватил» боевого ОВ уже было не до атак…

Сейчас уже не осталось в живых никого, кто пережил газовые  атаки Первой мировой войны и многие горе-историки просто не представляют тяжелейших последствий отравления людей боевыми газами.  А они были очень страшными и навсегда губили  здоровье тех, кто «имел счастье» быть отравленным…

Участник Первой мировой войны М.Н. Герасимов написал книгу  «Пробуждение», где оставил интереснейшие воспоминания о войне и о том, как он летом 1915 года учился  в школе прапорщиков в Москве.

Одним из его командиров был офицер, получивший отравление на фронте:

«…командир второй роты капитан Чайко, награжденный орденом Святого Георгия, золотым оружием, французским орденом Почетного легиона и каким-то английским, - герой из героев, кроме того, что тяжело ранен, был тяжело отравлен газами.

Лицо у него подергивается, он часто глухо и надрывно кашляет, тогда его лицо делается багровым.

Чайко … тяжело болен, перемогается. Все его жалеют и относятся к нему почтительно».

Это – герой офицер, уже прошедший в тыловых госпиталях большой курс лечения, после своего отравления, однако он так и остался тяжко болен.  Даже в тылу  он вызывает у окружающих жалость и сочувствие.

Другие бывшие сослуживцы встретились М.Н. Герасимову в отпуске, осенью 1915 года:

«Видел своих сослуживцев Ильина и Дорохова. Оба на костылях - перебиты ноги. Наш знаменитый футболист Никифоров ранен в плечо и отравлен газами - не жилец. Сизов Степан тоже отравлен газами, еле дышит».


Могли ли  люди сразу же после отравления газами бегать в атаку, да еще и уничтожать противника при этом?! Вопрос риторический…


Кто  когда-либо  проходил «окуривание» хлорпикрином и пробовал его «на вкус», знает – что даже от ничтожной его дозы человек надолго теряет боеспособность: появляются такие слезы, сопли и кашель, что люди, порой просто теряют контроль над собой,  и впадают в безотчетную панику.

А ведь это – не боевое отравляющее вещество, а всего лишь газ раздражающего действия. От отравления хлором «эффект» был намного сильнее. Желающие уточнить симптомы и клинические последствия этого, могут заглянуть в любой справочник по ОМП.

Осовец. Маскировка бетонного убежища заречного форта сосновым лесом, дабы скрыть их от наблюдения с аэропланов

Героических подвигов и героев в русской армии хватало во все времена. Герои эти не нуждаются в приукрашивании, или мифологизации своих подвигов.

Само участие в штыковой атаке с таким врагом, как немцы,  уже было подвигом.

Нет никакой необходимости сочинять разные «красивые» мифы об этом. Война намного страшнее всех сказок и мифов о ней…

Нам надо бы помнить о совершенных реальных подвигах, знать обстоятельства  их совершения  (как говорят в армии, «нередко подвиг одного - следствие проступка или подлости других людей»), анализировать их причины и следствия.

mikhaelkatz.livejournal.com

"Атака мертвецов": мифы и реальность

Ровно сто лет назад произошло событие, вошедшее в историю под названием «атаки мертвецов». 24 июля (по новому стилю – 6 августа) 1915 года защитники крепости Осовец успешно контратаковали немцев, несмотря на то, что многие из русских солдат были отравлены газами. И мы с вами обсуждали тут подробный пост «Русские не сдаются ! «. Оборона крепости Осовец и даже рассматривали историю создания и первые опыты применения отравляющих газов

Как это часто случается с легендами, отталкиваясь от реального факта, журналисты, писатели и людская молва приписали русским солдатам много сверхчеловеческого и невероятного. Попробуем выяснить, как всё происходило на самом деле просто в «технических подробностях».

К моменту начала Первой мировой войны польские губернии Российской империи были защищены рядом крепостей. Так, важный железнодорожный узел Белосток прикрывала Осовецкая крепость, которая располагалась недалеко от места впадения в реку Нарев её притока реки Бобр и перекрывала узкий перешеек суши, ограниченный непроходимыми болотами с севера и юга.

 

Схема развития Осовецкой крепости из книги С. А. Хмелькова «Борьба за Осовец»

 

В 1882 году на возвышении возле селения Осовец начали строительство форта-заставы площадью в 1 кв. км, рассчитанного на 60 тяжёлых орудий. Однако ширина перешейка суши, ограниченного болотами, была больше участка, контролируемого огнём орудий, поэтому на правом берегу Бобра для прикрытия переправы через него построили форт №2, получивший название Заречного. А юго-западнее основного форта возле Шведской переправы (здесь в 1708 году переправлялись войска Карла XII) был возведён форт №3, который назвали Шведским.

 

Руины Заречного форта
Источник – fortoved.ru (Dimitriy-PSK)

 

От главного форта в сторону Заречного и Шведского фортов были насыпаны гласисы – земляные насыпи высотой до 2 м, направленные пологой частью в сторону вероятного противника. Ограниченная фортами и гласисами территория получила название плацдарма, на котором возвели батареи, пороховые погреба, казармы, склады, жилой городок и прочие строения.

Стремясь максимально закрыть будущему противнику возможность форсировать Бобр и Нарев, в 1892 году ещё юго-западнее началось возведение так называемого Нового форта №4 по проекту инженера Н. А. Буйницкого. Промежуток между Новым фортом и плацдармом прикрыли подготовленными пехотными позициями, здесь же построили несколько бетонированных артиллерийских пунктов наблюдения.

Наконец, в 1912 году некоторые строения крепости усилили: часть кирпичных сооружений укрепили обсыпками из бутового камня и песка, поверх которых устроили так называемые «железобетонные тюфяки».

 

 

Первые бои и первые хлопоты

В силу своего расположения, близкого к довоенной русско-германской границе, крепость подверглась нападению уже в сентябре 1914 года – к её позициям подошли подразделения 8-й германской армии в количестве около 40 батальонов, которые попытались взять штурмом передовые траншеи. В их тылу развернулись 60 штурмовых орудий калибром до 203 мм, что значительно превышало мощность крепостной артиллерии, основную часть которой составляли устаревшие 152-мм пушки образца 1877 года. Но даже с таким вооружением русские войска смогли дать достойный отпор врагу.

После первого обстрела 26 сентября началась контрбатарейная борьба, а атаки немцев на полевые позиции, вынесенные западнее фортов крепости, были подавлены шквальным артогнём. На следующий день последовали две фланговые атаки русских войск, в результате которых противник был вынужден отвести от крепости свои войска и в 1914 году больше её не тревожил. За успешное отражение нападения коменданта крепости генерал-лейтенанта К. А. Шульмана наградили орденом Святого Георгия 4-й степени. После этого Шульмана отстранили от командования крепостью (только в сентябре 1915 года ему доверили 30-ю резервную пехотную бригаду). Был ли генерал ранен, или что-то в его действиях не устроило командование – об этом история умалчивает. Гарнизон возглавил бывший начальник артиллерийской службы генерал-майор Н. А. Бржозовский, который до 8 апреля 1915 года был временно исполняющим обязанности, а затем официально вступил в должность.

 

Слева направо: комендант Нового форта капитан Окороков, военинженер капитан Иванов, начальник 3-го отдела обороны капитан Володкевич, фельдфебель крепостной артиллерии. В центре – комендант крепости генерал-майор Н. А. Бржозовский Источник – corporatelie.livejournal.com

 

После первого штурма защитникам крепости стало понятно, что их передовые позиции устроены слишком близко к предпольным укреплениям цитадели. По этой причине противник мог вести относительно прицельный огонь по плацдарму. Чтобы исправить положение, позиции (состоявшие из траншей, ходов сообщений и многорядных проволочных заграждений) отодвинули от крепости на дистанцию в 8–10 км. Основными укреплениями, прикрывшими подходы к Заречному и Шведскому фортам, стали траншеи между селениями Сосня и Бялогронды, которые назывались Сосненскими позициями. Чтобы увеличить дальность ведения огня крепостной артиллерией, из Кронштадта в Осовец доставили две 152-мм дальнобойные скорострельные пушки системы Канэ.

 

 

Второй приступ: когда «Большая Берта» бессильна

Второй штурм немецкие войска предприняли в феврале-марте 1915 года. Перед этим, в последних числах января, под давлением превосходящих сил противника из района Иоганисберга в сторону Осовца начала своё отступление русская 57-я пехотная дивизия численностью около 5,5 тыс. человек. Ведя арьергардные бои, она отходила к позициям перед крепостью, которые наличный гарнизон спешно готовил к обороне.

22 февраля началась осада Осовца. Для разрушения укреплений крепости и подавления её батарей немцы собрали несколько десятков осадных орудий калибром от 107 до 305 мм, а «вишенкой на торте» стали несколько мощнейших 420-мм орудий (неофициальное название – «Большая Берта»). При штурме укреплений бельгийской крепости Льеж двум «бертам», как правило, хватало дня, чтобы вывести из строя один форт. Немецкие артиллеристы установили их на расстоянии, недостижимом для снарядов устаревших 107-мм и 152-мм русских пушек. Однако немцы не знали о привезённых в Осовец двух 152-мм пушках Канэ – именно это сыграло важную роль в дальнейшем развитии событий.

25 февраля началась бомбардировка. Немцы обрушили шквал снарядов на батареи, форты и полевые укрепления. Огонь корректировали пилоты аэропланов, а также артиллерийские наблюдатели, поднимаемые в воздух на воздушных шарах. Свидетель обстрела майор Спалек позднее писал в польском журнале «Saper i Inżynier Wojskowy»:

«Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа»

Командование 12-й армии просило генерала Бржозовского продержаться хотя бы 48 часов, но на самом деле бомбардировка была устрашающей только с виду. Пробить укрепления форта 305-мм снаряды не могли, а 420-мм – толком в них не попадали. Как только «Большие Берты» начали обстрел, русские пушки Канэ вступили с ними в дуэль на пределе дальности своей стрельбы. Благодаря агентурной информации и данным, поступившим от воздухоплавательной роты, в крепости хорошо знали расположение батареи сверхмощных немецких пушек. Немецкое же командование отнеслось к маскировке своих орудий небрежно, не ожидая, что в распоряжении противника могут оказаться артсистемы, способные добить до их позиций. Поэтому в тот же день, когда 420-мм батарея открыла огонь, она была уничтожена. Из строя вышли, как минимум, две «берты», успевшие выпустить по крепости лишь 30 снарядов (по крайней мере, столько воронок и попаданий насчитал гарнизон). Всего же, по данным С. А. Хмелькова, до 3 марта немецкие канониры выпустили по крепости до 200 тыс. снарядов, однако в районе крепости было зафиксировано только 30 тыс. воронок (значительная часть попаданий пришлась на заболоченные места, реку и рвы с водой, в которых снаряды исчезали бесследно).

 

Бетонные убежища Нового форта и броневой наблюдательный пост, пострадавшие от обстрела 6- и 8-дюймовыми снарядами. Источник – pokazuha.ru

 

В стремлении подавить артиллерию крепости немцы мало обстреливали полевые позиции, поэтому потери в людях Осовец понёс небольшие. Таким образом, не было выполнено главное условие успешного штурма – артиллерия крепости осталась неподавленной, а без этого её штурм пехотой оставался обречённым на провал. Поэтому немцы прекратили обстрелы, отвели осадную артиллерию, а вскоре сняли с позиций и часть пехоты. Но полностью от идеи взять Осовец они не отказались.

 

Газовая атака

Позиции противников в районе крепости не двигались с места до конца июля. Гарнизон Осовца укреплял оборону, используя имевшиеся средства, немцы также зарылись в землю, отгородились проволочными заграждениями и периодически постреливали из-за них.

В конце июля русские инженеры заметили начало каких-то крупных земляных работ на немецкой стороне, но понять их характер не смогли. Позже стало известно, что противник начал обустраивать позиции для более чем тридцати газобаллонных батарей, вооружённых несколькими тысячами баллонов с отравляющим газом. Тринадцать дней немцы ждали, когда подует благоприятный для них западный ветер, и 6 августа в 4:00 начали газовую атаку. На Сосненских позициях в это время находилось девять русских рот, из которых пять регулярных Землянского полка и четыре – ополчения. Против них противник сосредоточил двенадцать батальонов 11-й Ландверной дивизии, за которыми находились ещё шесть батальонов. Их атаку поддерживали 24–30 осадных орудий.

 

Немецкая газовая батарея готовится к началу газовой атаки. Источник – diorama.ru

 

Сплошная пелена зелёного газа шириной в 2 км поползла над землёй в сторону крепости, поднимаясь на высоту до 15 м. Через 5–10 минут газ достиг Сосненских позиций. На тот момент русские солдаты не имели никакой защиты от отравляющих веществ, кроме почти бесполезных тряпичных повязок. Первыми погибли солдаты, находившиеся в секретах и разведывательных партиях, затем стали задыхаться солдаты рот, занимавших передовые траншеи. 9-я, 10-я, 11-я роты и рота ополченцев, державшие оборону в центре позиций, погибли полностью, а от 12-й роты, находившейся слева (на 3-м участке), осталось всего 40 человек. На правом фланге на запасной позиции у села Бялогронды из трёх рот выжило 60 человек (по данным М. С. Свечникова и В. В. Буняковского – 20).

 

Германская газовая атака, снятая с воздуха русским пилотом, 1916 год Источник – armyman.info

 

Газ быстро продвигался вперёд и проник в глубину русской обороны на 20 км, но уже после 12 км его отравляющее действие практически сошло на нет. Тем не менее, в крепости, казематы и батареи которой не были оборудованы надлежащим образом, практически весь гарнизон, включая командование, получил отравления различной степени.

 

Ход боевых действий на Сосненских позициях 24 июля (6 августа) 1915 года Рисунок из книги С. А. Хмелькова «Борьба за Осовец»

 

После выпуска газов в небо взлетели красные ракеты, и в атаку пошли немецкие пехотные роты. Через их голову немецкая артиллерия нанесла удар по окопам, траншеям и ходам сообщения Сосненских позиций, после чего перенесла огонь в глубину русской обороны (таким способом немцы пытались пресечь попытки выдвижения резервов из крепости). Немногие выжившие защитники траншей были обессилены газами и не могли оказать какого-либо сопротивления. На 1-м участке позиций двум оставшимся пулемётчикам хватило сил лишь закопать в песчаное дно траншеи свой разобранный «максим». На 2-м участке также почти никого не осталось, а выживших немцы добили.

 

Жертвы газовой атаки Источник – ukrmap.su

 

Однако немцы отравили газом и самих себя. 76-й Ландверный полк потерял около тысячи человек, которые слишком сильно забрали влево и попали в полосу газовой атаки. Тем не менее, его солдаты захватили 4-й участок обороны и село Сосню, откуда ударили во фланг 3-му участку, но столкнулись с неожиданным препятствием. Один из уцелевших пулемётчиков, имя которого навсегда останется неизвестным, отошёл от села и закрепился в траншее, которая вела во фланг 3-й позиции. Отравленный газами, он успел выпустить во врагов две ленты (не менее 500 патронов), усеяв трупами всё пространство перед собой. Немцы смогли приблизиться к пулемётчику лишь в тот момент, когда он вставлял в пулемёт третью ленту. Озверевшие от нанесённых им потерь, немцы изрубили героя в клочья.

Между тем, на 3-м участке всё ещё сопротивлялась 12-я рота. Немцы пытались обойти её траншеи с тыла, однако не преуспели в этом. Правее, на резервной позиции близ села Бялогронды, держали оборону два пулемётчика и стрелки.

Начальник Сосненской позиции капитан Потапов выдвинул из резерва роту ополченцев, которая заняла последний (тыловой) ряд траншей на бугре, после чего запросил подкреплений у командования гарнизоном. Генерал Бржозовский приказал артиллерии крепости поставить огневую завесу на первой и второй линиях траншей Сосненских позиций (чтобы не дать немецким подкреплениям приблизиться к уже прорвавшимся вперёд ротам), а командиру 2-го отдела обороны полковнику Катаеву – нанести контрудар уцелевшими ротами Землянского полка.

 

Контратака 13-й роты

Первой в контрнаступление из Заречного форта перешла 13-я рота, в задачу которой входило отбить 1-й участок. Следом за ней выдвинулись 8-я и 14-я роты, которые должны были занять, соответственно, 2-й участок и деревню Сосня. Именно атака 13-й роты вошла в мировую историографию как «атака мертвецов», хотя многое в ней, как это часто бывает с легендами, впоследствии преувеличили. Например, часто можно встретить рассказы о том, что из траншей поднимались солдаты, выдержавшие атаку хлором. Однако это совсем не так – роты, находившиеся в окопах, были полностью уничтожены, а в атаку пошёл резерв, находившийся в стороне от центра газового облака.

 

Подпись фото: «Раздача пищи из котлов на Заречном форту чинам 226-го пех. Землянского полка». Велика вероятность, что именно эти солдаты участвовали в «атаке мертвецов» Источник – corporatelie.livejournal.com

 

Роту повёл вперёд её командир подпоручик Котлинский, который, как и все его солдаты, получил газовое отравление, но остался в строю. Под огнём противника рота преодолела 1 км, отделявший её от Сосненских позиций, после чего рассыпалась цепью и повела наступление вдоль железной дороги. Свидетельство очевидца тех событий напечатала в 1915 году газета «Русское Слово»:

«Когда участок полотна железной дороги был нами пройден, когда до немцев оставалось 300400 шагов, Котлинский приказал роте залечь под холмом, а сам вышел под ураганным огнём противника на открытое место и в бинокль осмотрел расположение его сил… Выбранное им место для атаки оказалось удачным»

В современных описаниях можно встретить рассказы о том, что увидев живых русских солдат, выбегавших из хлорного тумана, немцы пустились наутёк. На самом же деле они открыли шквальный пулемётный и ружейный огонь, в результате которого часть русских солдат погибла. Смертельное ранение получил и подпоручик Котлинский, успевший передать командование подпоручику Стржеминскому. В ротном журнале боевых действий указывалось:

«В конце этой лихой атаки подпоручик Котлинский был смертельно ранен и передал командование 13-й ротой подпоручику 2-й Осовецкой саперной роты Стрежеминскому, который завершил и окончил столь славно начатое подпоручиком Котлинским дело»

 

 

Паника среди немцев началась, когда они сошлись со своим противником в рукопашной схватке. Немецкие солдаты, как и их командиры, были полностью уверены, что газы сделают всё дело, и никакого заметного сопротивления они не встретят. Но когда на немцев из уже поредевших клубов газа пошли в атаку люди с кожей, позеленевшей от окиси хлора, они бросились наутёк. На плечах противника русские солдаты ворвались во вторую линию траншей, где им удалось отбить невредимыми противоштурмовые орудия и пулемёты, которые немцы захватили несколькими часами ранее.

Далее землянцы начали прорываться к хутору, носившему название «дворы Леонова». Здесь между траншеями второй и первой линий 1-го участка Сосненских позиций были натянуты проволочные заграждения, разделявшие немецких и русских солдат. Пройти через них можно было только по соединительному ходу, который простреливался немцами.

Артиллерия крепости сосредоточила огонь на дворах Леонова, где из-за своей скученности немцы понесли огромные потери. После этого русские солдаты забросали соединительный ход гранатами и ворвались в первую линию траншей. Мало кто из немцев смог вырваться из этой ловушки – большинство навсегда осталось на проволочных заграждениях, узкие проходы в которых не могли пропустить всех «желающих». Те же немногие, кто выжил, после этого долго страдали нервными расстройствами и распространяли легенду об атаке «мертвецов».

 

 

Вторая «атака мертвецов»

Между тем, 12-я рота под командованием подпоручика Чеглокова не менее героически удерживала 3-й участок, упорно отбивая атаки врага. Вскоре к ней смогли пробиться солдаты 14-й роты, половину состава которой газы вывели из строя – но даже этого подкрепления хватило, чтобы отбить у противника Сосню. Увидев на её окраине изувеченные трупы своих товарищей, русские солдаты озверели. Их не смог удержать ни численный перевес противника, ни слабость после газового отравления. Офицерам стоило больших трудов заставить своих подчинённых щадить пленных, которых взяли живыми только 14 человек. Остальные немцы были переколоты штыками, погибли на проволочных заграждениях или ретировались. К 11:00 приступ был окончательно отбит.

12-й и 14-й ротам также удалось вернуть орудия и пулемёты, потерянные в начале дня. Тем не менее, ситуация на Сосненских позициях сложилась отчаянная – в проволочных заграждениях зияли проходы, траншеи занимали всего-навсего две неполные роты, а половина противоштурмовых вооружений была потеряна. В крепости значительное количество артиллеристов вышло из строя, отравившись газами. Если бы немцы повторили атаку, то она, скорее всего, удалась бы. Но солдаты противника не могли идти вперёд, поскольку были деморализованы потерями от своего же газового оружия, точностью русских артиллеристов и стойкостью солдат гарнизона, которым, казалось, даже газ нипочём.

Точные потери обеих сторон неизвестны до сих пор и вряд ли станут известны в будущем. В российских архивных документах удалось обнаружить лишь данные о потерях офицерского состава – один убитый в бою (подпоручик Котлинский) и семь отравленных газами. Немецкая сторона свои документы не нашла или же не пыталась найти, мотивируя это утерей архивов во время Второй мировой войны.

 

 

Отступление в века

К сожалению, героизм защитников крепости оказался напрасным. Ещё до легендарных событий в Осовце, в мае 1915 года, германо-австрийским войскам удалось прорвать русский фронт в Галиции, и, чтобы избежать окружения, русская армия начала общее отступление из Галиции и Польши. Решение о сдаче Осовецкой крепости уберегло её защитников от второй газовой атаки (её подготовка была в разгаре, когда немцы выяснили, что противника перед ними нет).

23 августа в крепости оставались лишь две роты сапёров, инженеры гарнизона и часть артиллеристов. Все укрепления четырёх фортов были заминированы пироксилином, который в изобилии хранился в погребах. Четыре оставленные 150-мм пушки вели огонь, изображая присутствие всей артиллерии, после чего в 19:00 сапёры подожгли здания, а в 20:00 последние защитники Осовца подорвали заряды, заложенные в укреплениях, и отступили.

 

Руины Осовецкой крепости на немецкой открытке

 

История о русских солдатах, которые встали среди клубов хлорного газа и бросились на врага, стала легендарной. Участники «атаки мертвецов» стали героями песен и видеоклипов, о них снято несколько документальных фильмов. Однако мало кто вспоминает об артиллеристах, чьи действия решили исход этого сражения, о героической 12-й роте и о безвестном пулемётчике, уложившем множество врагов.

 

[источники]

Список источников:

  1. Хмельков С. А., Борьба за Осовец. – М.: Воениздат, 1939
  2. М. С. Свечников, В. В. Буняковский, Оборона крепости Осовец во время второй 6,5-месячной осады её. – Петроград, Издание Главного Управления Генерального Штаба, 1917
  3. «Атака мертвецов» (Осовец, 1915 г.): миф или реальность, журнал «Былые годы», №4 (22) за 2011 год
  4. А. Н. Крылов, «Сталин и штурм Зимнего»
  5. Stanisław Gieżyński, Żołnierz awangardy: Sławni artyści, «Weranda», 2010
  6. Забытый Осовец – Брестская крепость Первой мировой – http://tainyvselennoi.ru/blog/43897452847/Zabyityiy-Osovets-%E2%80%93-Brestskaya-krepost-Pervoy-Mirovoy
  7. Как воевали русские: атака мертвецов. http://www.pokazuha.ru/view/topic.cfm?key_or=1204907&fclick=1&lenta_type=1&type=95
  8. Михаил Наконечный, Найти подпоручика Котлинского, газета «Псковская губерния» №3 (675), 22-28 января 2014 года. http://gubernia.pskovregion.org/number_675/03.php

http://warspot.ru/3632-ataka-mertvetsov-mify-i-realnost?page=2

 

автор Алексей Стаценко

 

А вот еще тут например вся правда о 9-й роте и  Вся правда о Марафоне. Вот еще страницы истории, которые надо помнить: Легенда о Николае Сиротине и настоящая история комбата Николая, а вот Миф о «Кровавом воскресенье» и действительно ли «Матч смерти» в Киеве миф ? Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия - http://infoglaz.ru/?p=73080

masterok.livejournal.com

Атака Мертвецов - Удачи и свободы Вашему Я!

Но штурм немножко не удался. Затем не удался еще раз. И еще. И еще. Когда русские контратаковали и начали угрожать полевым позициям немецкой артиллерии, карлушки (прекрасное прозвище немцев из русской военно-имперской пропаганды) окончательно перестали понимать, кто тут кого осаждает, и поспешно отступили.


Построение гарнизона крепости перед началом боевых действий на плацу.

Из Кёнигсберга были доставлены 60 тяжёлых орудий калибра до 203 мм. Большинству читателей это мало о чём говорит, так что поясню на таком примере. Когда в Грозном при штурме президентского дворца Дудаева наша армия сделала один выстрел из пушки этого калибра, в эфир понеслись панические крики, мол, русские применили ядерное оружие.

Начались ежедневные "бертовые" обстрелы. Четыре "Большие Берты", полные эквиваленты "Звезды Смерти" в реалиях Первой Мировой. Чисто для контекста — когда из Берт начали стрелять по фортам Льежа, бельгийский гарнизон, до этого стойко оборонявшившийся, вдруг решил, что он полностью исполнил свой долг перед отечеством, и разбежался.

А русские не разбежались. Размер снаряда "Большой Берты" на картинке.

Огонь "Большой Берты" (четырех «Больших Берт») — это не ад, это хуже. Снаряды в 900 килограмм веса проламывали бетонные перекрытия, обращая укрепления в труху, людей давил бетон, люди задыхались от пыли, люди в прямом смысле слова сходили с ума от нестерпимого грохота. А ведь кроме «Берт» по Осовицу работали мортиры "Шкода" (снаряды всего лишь по 400 килограмм, фото ниже) и пушки поменьше, плюс крепость бомбили с воздуха аэропланы.

Огонь вёлся залпами по 360 снарядов, каждые четыре минуты – залп.

В крепости все горело. Все дымилось. Смог был такой, что защитники не могли отличить день от ночи. Русское командование, понимая, что даже героизму есть предел, попросило продержаться гарнизон еще 48 часов. В конце-концов, если даже многометровый бетон крушится в труху, то что можно требовать от людей из костей и мяса?

Мысль, что крепость выстоит ещё полгода, а в общей сложности 190 дней с начала осады, никому даже не приходила в голову. Ни противнику ни нашему командованию. А ведь только в первую неделю обстрела немцы выпустили по Осовицу 250 000 снарядов! И это не считая бомб.


"Большая Берта" на огневой позиции.


Мортира "Шкода".

"Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довёл его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта", – вспоминал С. Хмельков. По его подсчётам, за эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200-250 тысяч только тяжёлых снарядов. Если брать их взрывчатую силу, то Русская армия тратила столько на всех фронтах примерно за пару месяцев. А тут – небольшая крепость с немногочисленным гарнизоном.

Местами попадания были так густы, что большие площади были взрыты слившимися воронками. Центральный форт, Скобелева гора, Заречный форт исчезли в громадных облаках пыли. Там не должно было остаться ничего живого.

Наконец, русским это надоело, и наши солдаты сделали то, что делают всегда, когда немцы конкретно достают. Организовали несколько фланговых контратак, а из облаков, в которых не должно было остаться ничего живого или исправного, вдруг заговорили две 150-мм пушки Канэ, тайно доставленные из Кронштадта. Немецкая разведка элементарно их проморгала, что обошлось германцам очень дорого.

Взрыв – и заткнулась одна "Большая Берта", которая находилась на недосягаемом, как казалось врагам, расстоянии для русских пушек. Взрыв – и второе чудовище велело "долго жить". Следом взлетел на воздух склад боеприпасов.

Это ошеломило противника. Немцы словно сошли с ума. Вместо того чтобы отодвинуть оставшиеся «Берты» на безопасное расстояние и продолжать огонь, они утащили их глубоко в тыл.

Русские опровергли практикой все научные выкладки ученых и военных экспертов. До того момента считалось, что человек разрыв снаряда такого калибра выдержать в принципе не способен. Кого не убьёт прямое попадание, того выведет из строя контузия; кого не контузит, тот испытает такой шок, что будет трястись до конца дней. Ученые, доктора, математики и физиологи считали, измеряли, писали докладные на этот счёт...

После разрыва снаряда можно навсегда потерять слух! «По крайней мере выспимся», – сказал на всё это русский пехотинец и закурил...

Когда немецкие аргументы и все возможные методы воздействия на гарнизон были исчерпаны, они решили применить последние козыри - модную в этой войне химию. Смерть которая не щадила ничего живого.

6 августа в 4 утра немцы развернули 30 батарей химического оружия. Отравляющие газы, смесь брома и хлора. Вдохнув в достаточном количестве, ты сначала по кускам, обблевываясь кровью, выхаркиваешь свои легкие... затем твое лицо обезображивает страшный химический ожог, а затем ты умираешь в мучительных спазмах удушения, не имея возможности говорить, а значит даже попросить, чтобы кто-нибудь тебя пристрелил...

Химические агрегаты на передовой.

Газовая волна, 12-15 метров в высоту и шириной 8 км, проникла почти на 20 км.

Сейчас эти волшебные ароматы из коллекции 1915-го года запрещены — потому что даже четвертование со сжиганием заживо куда более гуманная смерть. Но в Первую Мировую запретов не было, а кроме того, немцы так выбесились стойкостью защитников Осовица, что применили бы эту убийственную садистскую дрянь несмотря на любые запреты.

Они хотели, чтобы русские сдохли. В муках. И им это удалось. Человек дышит. И в этом его слабость. А противогазов у гарнизона не было. И немцы это знали.

Дождавшись попутного ветра, немцы (чуть не написал фашисты) открыли краны на газовых баллонах и через пару минут в воздухе образовалась плотная стена химического тумана. Затем стена потекла в сторону крепости, трава вокруг нее моментально желтела, листья сворачивались и опадали, несчастные птицы падали с небес конвульсирующими тушками. Все пожелтело, все опало, все умерло от действий ядов, в начале августа под Осовицем внезапно наступил ноябрь. Знаете как в фэнтези-фильмах показывают нашествие разливающегося по земле зла? ОНО...

Газ застаивался в лесу и около водяных рвов, небольшая роща в 2 км от крепости по шоссе на Белосток оказалась непроходимой до 16 час. 6 августа.
Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели.
Все медные предметы на плацдарме крепости — части орудий и снарядов, умывальники, баки и прочее — покрылись толстым зелёным слоем окиси хлора; предметы продовольствия, хранящиеся без герметической укупорки — мясо, масло, сало, овощи, оказались отравленными и непригодными для употребления.

Немцы решили не медлить. Целью атаки была так называемая Сосненская позиция, обороняемая к тому моменту четырьмя ротами. Первые три роты погибли полностью, в последней роте уцелело около 40 -60 человек, находившихся на грани клинической смерти... с трудом отличавших явь от предсмертных галлюцинаций и доживавших свои последние минуты, постепенно поддаваясь чудовищной силе чудовищных ядов. Их крючило, их рвало кровью и собственными легкими, они были за гранью.

Вслед за газовой волной и огневым валом (германская артиллерия открыла массированный огонь) крепость атаковали  СЕМЬ ТЫСЯЧ солдат. Армия на мертвый гарнизон.

Хотя, «атаковали» слишком сильное слово, они готовились ее занять, понимая, что выживших нет. Они шли в противогазах, стараясь не порвать одежду, почти прогулочным шагом по коричневой мертвой земле. Некогда грозная крепостная артиллерия молчала, иногда попадались мертвые птицы и скрючившиеся солдаты.

Немцы перелезли первую линию окопов, прошли вторую линию. Сытые, спокойные, уверенные, чуть удивленные тем, как долго они бились об эти раздолбанные, изувеченные укрепления и сразу не догадались отравить все газом.

И тут... случилось совсем неожиданное! Остатки 13-ой роты 226-го Землянского полка перешли в контратаку...

Их было всего около 60-ти! С изувеченными химическим ожогами коричневыми мертвыми лицами. В пропитавшихся кровью гимнастерках. Задыхаясь, кашляя и отплевываясь кусками своего мяса (отравление вызывало разложение легких у еще живого человека и его удушье). Они шли в атаку конвульсируя и хрипя. Цыкая легочной кровью прямо в лица врагов.

«Вот лежишь ты, раздираемый изнутри на куски, — реконструирует события уже наш современник, — и никаких у тебя возвышенных мыслей, разве что кроме матерных, и не ждешь ты никаких приказов, и звание свое не помнишь, и чувствуешь только страшные боль и обиду. По правую руку от тебя одни мертвые, и по левую руку от тебя одни мертвые. Все мертвые. И ты мертвый. Остался ты, наверное, один... и жить тебе, может, осталось пять минут, в муках и кровавой рвоте.
И тут обожженными глазами ты видишь за зеленым туманом семь тысяч немцев. Сами идущих к тебе. Представляете, КАК они обрадовались?

Слышишь ли ты, что кто-то кричит команду, и нужна ли она тебе, мертвому? Знаешь ли ты, что встанешь не один, и есть ли для тебя разница? Остановит ли тебя пуля или три, если ты все еще можешь идти? У тебя есть целых пять минут, чтобы отплатить за свою смерть и за смерть всех своих товарищей, чтобы убить много, много немцев, целых 7 тысяч, и тебе надо торопиться, чтобы успеть убить их побольше»...

Они пошли в штыковую. Шестьдесят русских мертвецов. На пороге смерти... за порогом смерти. Чувствуя, что с ними нет Бога, но есть Долг и Родина! Шестьдесят русских мертвецов ударили в штыки СЕМЬ ТЫСЯЧ немцев.

И немцы побежали... не как трусы, но как люди, увидавшие перед собой то, что живому человеку видеть не положено. Они бежали не чуя ног, не видя земли, не видя ничего. Они напарывались на проволочные заграждения и повисали на них мешками разодранной плоти, они падали в окопы и ломали ноги.

По бегущему неприятелю открыли огонь русские батареи, батареи которые уже были списаны немцами. Но русские били врага  и умирали в ходе этого боя не от ранений противника, а от полученных смертельных доз яда.

Крики офицеров, удары, выстрелы — ничто не могло остановить живые немецкие части, столкнувшиеся с ожившими МЕРТВЫМИ русскими. Это был уже не знаменитый русский героизм — это был сатанизм. И с сатанизмом немцы воевать отказывались...

Немецкая нация и весь мир были в шоке от этого боя. Никто не посмел упрекнуть в бегстве немецких солдат. А русские защитники Осовца так и не сдали крепость. Она была оставлена позже. Прорыв противника в других местах фронта, а главное, выход в тыл крепости требовали оставления Осовца. Врагу не оставили ни патрона, ни гвоздя. Все уцелевшее в крепости от немецкого огня и бомбежек было взорвано русскими саперами. Немцы решились занять руины только через несколько дней.

Эта атака подтвердила правдивость еще одной поговорки - "русского мало убить, его еще надо победить".

Казалось, тени мёртвых восстают,
Где хлор туманом старый бруствер лижет,
Равняются в неслышимом строю,
Но вот они всё ближе, ближе, ближе…
Отхаркивая лёгкого куски,
В крови, ожогах, глаз прищурив бельма,
Пехота шла в последний раз в штыки,
В бессмертие вступая из забвенья.

Они тащили облако назад –
И встал ландсвер, вживую видя ад.
Укрытых в капонирах пушкарей
Газ не убил – тряпьём закрыли щели;
Лишь ветром хлор снесло чуть-чуть правей –
Над немцами захлопали шрапнели.
Шеренг ломались стройные ряды,
И паника губительной волною
В преддверие неминуемой беды
Гнала назад полки перед собою,
Несла солдат безумною толпой
По трупам через узкие проходы,
И в бойню превратился этот бой,
В легенду, что стереть не в силах годы…
***
Лишь по приказу, всё взорвав вокруг,
Ушли с позиций русские герои…
О наших дедах, прадедах, мой друг,
Не будем мутной забывать порою!
Владимир Репнин

Пост на основе материалов книги С. А. Хмелькова «Борьба за Осовец», работы В. Буняковского «Краткий очерк обороны крепости Осовца в 1915 г.», материала Егора Просвирина, Википедии и других открытых источников интернета. Фото (С) интернет.

pantv.livejournal.com

Атака мертвецов. К 100-летию подвига защитников крепости Осовец

Атака мертвецов. Художник: Евгений Пономарев

6 августа исполнилось 100 лет со дня знаменитой «Атаки мертвецов» – события, уникального для истории войн: контратаки 13-й роты 226-го Землянского полка, пережившей немецкую газовую атаку при штурме германскими войсками крепости Осовец 6 августа (24 июля) 1915 года. Как это было?

Шел второй год войны. Ситуация на Восточном фронте складывалась не в пользу России. 1 мая 1915 года после газовой атаки у Горлицы немцам удалось прорвать русские позиции, и началось широкомасштабное наступление немецких и австрийских войск. В результате были оставлены Царство Польское, Литва, Галиция, часть Латвии и Белоруссия. Только пленными императорская армия России потеряла 1,5 миллиона человек, а общие потери за 1915 год насчитывали около 3 миллионов убитых, раненых и пленных.

Однако было ли великое отступление 1915 года позорным бегством? Нет.

О том же Горлицком прорыве видный военный историк А. Керсновский пишет следующее: «На рассвете 19 апреля IV-я австро-венгерская и XI-я германская армии обрушились на IX-й и Х-й корпуса на Дунайце и у Горлицы. Тысяча орудий – до 12-дюймового калибра включительно – затопили огневым морем неглубокие наши окопы на фронте 35 верст, после чего пехотные массы Макензена и эрцгерцога Иосифа Фердинанда ринулись на штурм. Против каждого нашего корпуса было по армии, против каждой нашей бригады – по корпусу, против каждого нашего полка – по дивизии. Ободренный молчанием нашей артиллерии, враг считал все наши силы стертыми с лица земли. Но из разгромленных окопов поднялись кучки полузасыпанных землею людей – остатки обескровленных, но не сокрушенных полков 42, 31, 61 и 9-й дивизий. Казалось, встали из своих могил цорндорфские фузилеры. Своей железной грудью они спружинили удар и предотвратили катастрофу всей российской вооруженной силы».

Гарнизон крепости Осовец

Русская армия отступала, потому что испытывала снарядный и ружейный голод. Русские промышленники, в большей своей части – либеральные ура-патриоты, кричавшие в 1914 году «Даешь Дарданеллы!» и требовавшие предоставить общественности власть для победоносного окончания войны, оказались не в силах справиться с оружейным и снарядным дефицитом. На местах прорывов немцы сосредотачивали до миллиона снарядов. На сто немецких выстрелов русская артиллерия могла ответить лишь десятью. План по насыщению русской армии артиллерией был сорван: вместо 1500 орудий она получила… 88.

Слабо вооруженный, технически малограмотный в сравнении с немцем русский солдат делал что мог, спасая страну, личным мужеством и своей кровью искупая просчеты начальства, лень и корысть тыловиков. Без снарядов и патронов, отступая, русские солдаты наносили тяжелые удары немецким и австрийским войскам, чьи совокупные потери за 1915 год насчитывали около 1200 тысяч человек.

В истории отступления 1915 года славной страницей является оборона крепости Осовец. Она находилась всего в 23 километрах от границы с Восточной Пруссией. По словам участника обороны Осовца С. Хмелькова, основной задачей крепости было «преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток… заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей». А Белосток – это дорога на Вильно (Вильнюс), Гродно, Минск и Брест, то есть – ворота в Россию. Первые атаки немцев последовали уже в сентябре 1914 года, а с февраля 1915 года начались планомерные штурмы, которые отбивались в течение 190 дней, несмотря на чудовищную немецкую техническую мощь.

Немецкая пушка Большая Берта

Доставили знаменитые «Большие Берты» – осадные орудия 420-милиммитровго калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была 5 метров глубиной и 15 в диаметре. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия – всего 17 батарей. Самый жуткий обстрел был в начале осады. «Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта», – вспоминал С. Хмельков. По его подсчетам, за эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200–250 тысяч только тяжелых снарядов. А всего за время осады – до 400 тысяч. «Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа».

И однако крепость стояла. Защитников просили продержаться хотя бы 48 часов. Они выстояли 190 дней, подбив при этом две «Берты». Особенно важно было удержать Осовец во время великого наступления, чтобы не дать легионам Макензена захлопнуть русские войска в польском мешке.


Немецкая газовая батарея

Видя, что артиллерия не справляется со своими задачами, немцы стали готовить газовую атаку. Отметим, что отравляющие вещества были запрещены в свое время Гаагской конвенцией, которую немцы, однако, цинично презрели, как и многое другое, исходя из лозунга: «Германия превыше всего». Национальное и расовое превозношение подготовило почву для бесчеловечных технологий Первой и Второй мировых войн. Немецкие газовые атаки Первой мировой – предтечи газовых камер. Характерна личность «отца» немецкого химического оружия Фрица Габера. Он любил из безопасного места наблюдать за мучениями отравленных солдат противника. Показательно, что его жена покончила с собой после немецкой газовой атаки у Ипра.

Первая газовая атака на Русском фронте зимой 1915 года оказалась неудачной: слишком низкой была температура. В дальнейшем газы (прежде всего хлор) стали надежными союзниками немцев, в том числе под Осовцом в августе 1915 года.

Немецкая газовая атака

Газовую атаку немцы готовили тщательно, терпеливо выжидая нужного ветра. Развернули 30 газовых батарей, несколько тысяч баллонов. И 6 августа в 4 утра на русские позиции потек темно-зеленый туман смеси хлора с бромом, достигший их за 5–10 минут. Газовая волна 12–15 метров в высоту и шириной 8 км проникла на глубину до 20 км. Противогазов у защитников крепости не было.

«Всё живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть, – вспоминал участник обороны. – Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели. Все медные предметы на плацдарме крепости – части орудий и снарядов, умывальники, баки и прочее – покрылись толстым зеленым слоем окиси хлора; предметы продовольствия, хранящиеся без герметической укупорки – мясо, масло, сало, овощи, – оказались отравленными и непригодными для употребления».

Атака мертвецов. Реконструкция

Германская артиллерия вновь открыла массированный огонь, вслед за огневым валом и газовым облаком на штурм русских передовых позиций двинулись 14 батальонов ландвера – а это не менее 7 тысяч пехотинцев. Их цель была взятие стратегически важной Сосненской позиции. Им обещали, что они никого не встретят, кроме мертвецов.

Вспоминает участник обороны Осовца Алексей Лепешкин: «У нас не было противогазов, поэтому газы нанесли ужасные увечья и химические ожоги. При дыхании вырывался хрип и кровавая пена из легких. Кожа на руках и лицах пузырилась. Тряпки, которыми мы обмотали лица, не помогали. Однако русская артиллерия начала действовать, посылая из зеленого хлорного облака снаряд за снарядом в сторону пруссаков. Тут начальник 2-го отдела обороны Осовца Свечников, сотрясаясь от жуткого кашля, прохрипел: “Други мои, не помирать же нам, как пруссакам-тараканам, от потравы. Покажем им, чтобы помнили вовек!»

И поднялись те, кто пережил страшную газовую атаку, в том числе 13-я рота, потерявшая половину состава. Ее возглавил подпоручик Владимир Карпович Котлинский. Навстречу немцам шли «живые мертвецы», с лицами, обмотанными тряпками. Кричать «Ура!» сил не было. Бойцы сотрясались от кашля, многие выхаркивали кровь и куски легких. Но шли.

Атака мертвецов. Реконструкция

Один из очевидцев сообщил газете «Русское слово»: «Я не могу описать озлобления и бешенства, с которым шли наши солдаты на отравителей-немцев. Сильный ружейный и пулеметный огонь, густо рвавшаяся шрапнель не могли остановить натиска рассвирепевших солдат. Измученные, отравленные, они бежали с единственной целью – раздавить немцев. Отсталых не было, торопить не приходилось никого. Здесь не было отдельных героев, роты шли как один человек, одушевленные только одной целью, одной мыслью: погибнуть, но отомстить подлым отравителям».

Подпоручик Владимир Котлинский

В дневнике боевых действий 226-го Землянского полка говорится: «Приблизившись к противнику шагов на 400, подпоручик Котлинский во главе со своей ротой бросился в атаку. Штыковым ударом сбил немцев с занятой ими позиции, заставив их в беспорядке бежать… Не останавливаясь, 13-я рота продолжала преследовать бегущего противника, штыками выбила его из занятых им окопов 1-го и 2-го участков Сосненских позиций. Вновь заняли последнюю, вернув обратно захваченные противником наше противоштурмовое орудие и пулеметы. В конце этой лихой атаки подпоручик Котлинский был смертельно ранен и передал командование 13-й ротой подпоручику 2-й Осовецкой саперной роты Стрежеминскому, который завершил и окончил столь славно начатое подпоручиком Котлинским дело».

Котлинский умер к вечеру того же дня, Высочайшим приказом от 26 сентября 1916 года он был посмертно награжден орденом святого Георгия 4-й степени.

Сосненская позиция была возвращена, и положение было восстановлено. Успех был достигнут дорогой ценой: погибло 660 человек. Но крепость держалась.

К концу августа удержание Осовца потеряло всякий смысл: фронт откатился далеко на восток. Крепость была правильным образом эвакуирована: врагу не оставили не то что орудия – ни единого снаряда, патрона и даже консервной банки не досталось немцам. Орудия по ночам тянули по Гродненскому шоссе по 50 солдат. В ночь на 24 августа русские саперы подорвали остатки оборонительных сооружений и ушли. И лишь 25 августа немцы рискнули войти в развалины.

К сожалению, часто русских солдат и офицеров Первой мировой упрекают в недостатке героизма и жертвенности, рассматривая Вторую Отечественную через призму 1917 года – крушения власти и армии, «измены, трусости и обмана». Мы видим, что это не так.

Оборона Осовца сравнима с героической защитой Брестской крепости и Севастополя во время Великой Отечественной войны. Потому что в начальный период Первой мировой войны русский солдат шел в бой с ясным сознанием, за что он идет, – «За Веру, Царя, и Отечество». Шел с верой в Бога и крестом на груди, препоясанный кушаком с надписью «Живый в помощи Вышняго», полагая душу свою «за други своя».

И хотя это сознание помутилось в результате тылового мятежа февраля 1917 года, оно, пусть и в несколько измененном виде, после многих страданий возродилось в страшные и славные годы Великой Отечественной войны.

topwar.ru

Атака мертвецов: Первая мировая: история ужаса и подвига

«Русские не сдаются!» Рождение этой знаменитой фразы пресса и мемуары участников Первой мировой войны связывают именно с тем боем. Утро 6 августа 1915 года. Немцы, осаждающие русскую крепость Осовец, начинают газовую атаку, жидкий хлор из сотен баллонов устремляется на защитников форпоста. Вскоре к газу добавляется шквальный огонь орудий. По расчетам немецких командиров, мало кто из русских мог остаться в живых после такого. Но вдруг - «мертвые» встают из могил.

«У нас не было противогазов, поэтому газы нанесли ужасные увечья и химические ожоги. При дыхании вырывался хрип и кровавая пена из легких. Кожа на руках и лицах пузырилась. Тряпки, которыми мы обмотали лица, не помогали. Однако русская артиллерия начала действовать, посылая из зелёного хлорного облака снаряд за снарядом в сторону пруссаков. Тут начальник 2-го отдела обороны Осовца Свечников, сотрясаясь от жуткого кашля, прохрипел: «Други мои, не помирать же нам, как пруссакам-тараканам от потравы, покажем им, чтобы помнили вовек!» -

вспоминает участник событий, командир полуроты 13-й роты Алексей Лепёшкин. Так началась битва, получившая позже название «атака мертвецов». Накануне 100-летия со дня начала Первой мировой войны мы решили подробно рассказать об одном из самых поразительных ее эпизодов.

«Черное время» русских крепостей

По большому счету крепостям в годы Первой мировой войны не повезло. Если на протяжении многих лет они считались главными узлами многокилометровых линий обороны и в связи с этим получали необходимое финансирование на проведение модернизации, то в годы Великой войны 1914-1918 годов они столкнулись с большими проблемами. И не только в России. Довольно скоро выяснилось, что полевые войска могут обходить крепости, блокируя их сильные гарнизоны - иногда соответствовавшие по численности небольшой армии - и превращая неприступные цитадели в огромные каменные ловушки. В большинстве случаев стоявшие во главе армии генштабисты энтузиастами крепостной войны не были и потому в конце концов нашли, с их точки зрения, наиболее эффективный способ избежать капитуляций сильных крепостных гарнизонов - просто оставлять крепости на произвол судьбы при отходе полевой армии, взрывая все их укрепления и оставляя неприятелю груду руин. Но за этими сухими строками, описывающими закат «эры крепостей», скрыто многое: тяжелые будни гарнизонов, грохот тысяч орудий, предательство и самоотверженность, и, наконец, один из самых известных эпизодов войны - «атака мертвецов». В последние годы он получил широкую известность и стал символом стойкости русского солдата в годы Первой мировой (или, как называли ее в России, Второй Отечественной) войны, примерно тем же, чем для Великой Отечественной стала Брестская крепость.


Лето 1915 года в целом и месяц август в частности стали «черным временем» русских крепостей: именно тогда были довольно бездарно сданы Новогеоргиевская и Ковенская крепости, а Ивангородская и Осовецкая крепости по решению командования эвакуированы. При этом Осовец ни по размерам гарнизона, ни по значению совсем не мог равняться ни с Новогеоргиевском, ни с Ковно, ни с каким-нибудь Перемышлем. Это была добротная, с несколько устаревшими линиями укреплений крепость, перекрывавшая железнодорожный и шоссейный пути на Белосток.

 

«Там, где миру конец,
Стоит крепость Осовец,
Там страшнейшие болота,
Немцам лезть в них неохота» -

так распевали оказавшиеся волей судеб в крепости ратники ополчения.

Былые штурмы и силы сторон

Первые две попытки штурма Осовца (Подробная история обороны Осовца изложена в книге непосредственного участника событий С. А. Хмелькова «Борьба за Осовец». - Ред.) были предприняты в сентябре 1914 года и в феврале -марте 1915 года и закончились неудачей: немцы понесли серьезные потери и возобновлять приступ не стали. Единственно, вторая попытка была серьезнее, а потерпев провал, немцы перешли к позиционной войне, активно накапливая силы и подготавливая новый штурм.

Осаждающие не сильно превосходили по численности гарнизон крепости. Однако немецкие командиры были известны своим умением создавать огромный перевес на участке главного удара, чем они и пользовались как на Восточном, так и на Западном фронтах. На этот раз 11-я ландверная (Ландвер - немецкие войска милиционного типа, аналог русского ополчения. - Ред.) дивизия подготовилась к штурму крайне серьезно. Для взятия передовых Сосненской и Заречной позиций русских было решено использовать отравляющие вещества и мощную артиллерийскую поддержку.

Внимание! Газы!

Отравляющие вещества - в данном случае хлор - были еще в новинку для воюющих сторон, в связи с чем средства защиты у русских войск (как впрочем и у их союзников на Западном фронте) были несовершенны. На том этапе войны отравляющие вещества обычно доставлялись в баллонах, а не как позже, в снарядах, поэтому было очень важно наличие попутного ветра, чтобы хлор не снесло на собственные войска. Немцам пришлось в полной боевой готовности ждать более десяти дней, пока не подул нужный ветер. Для атаки в четырех местах было сосредоточено 30 газовых батарей (точное число баллонов в каждой из них неизвестно, но обычно в одной батарее насчитывалось 10-12 баллонов), к каждой в качестве компрессора подсоединялись баллоны со сжатым воздухом. В результате жидкий хлор выбрасывался из баллонов в течение 1,5-3 минут.
Час пробил рано утром 24 июля (6 августа по новому стилю) 1915 года. Как указано в Дневнике боевых действий 226-го пехотного Землянского полка,

«около 4 часов утра немцы выпустили целое облако удушливых газов и под прикрытием их густыми цепями повели энергичное наступление, главным образом на 1, 2 и 4 участки Сосненской позиции. Одновременно с этим противником был открыт ураганный огонь по Заречному форту, заречной позиции и по дороге, ведущей с последней на Сосненскую».

Впрочем, какие-то меры противодействия газам все же уже были: солдаты жгли перед окопами паклю и солому, поливали брустверы и распыляли обеззараживающий известковый раствор, а также одевали имевшиеся в их распоряжении противогазовые повязки и маски. Впрочем, все это было не слишком эффективно, к тому же многие солдаты использовали обычные мокрые тряпки, которыми обматывали лицо.
Обороняющиеся пострадали очень сильно: оказавшиеся в низине 9-я, 10-я и 11-я роты практически перестали существовать, в 12-й роте на Центральном редуте в строю осталось около 40 человек, у Бялогронды - около 60-ти. Неожиданностью для русских войск также стал и обстрел крепости, в том числе и снарядами с отравляющими веществами, - именно поэтому русская артиллерия не смогла дать адекватный ответ противнику, хотя возможности у нее для этого были.

Немецкая газовая батарея готовится к атаке

Немецкая артиллерия создала огневой вал, под прикрытием которого ландвер пошел в наступление. Сопротивления после подобной подготовки никто не ожидал. Все шло по плану: части 18-го и 76-го ландверных полков без особых проблем заняли первую и вторую позиции, легко сломив сопротивление также сильно пострадавшей от газов и артобстрела ополченской роты, стоявшей на самой Сосненской позиции. Однако затем начались проблемы: сначала ландштурмисты 76-го полка слишком увлеклись наступлением и попали под собственные газы, потеряв порядка тысячи человек, а когда остатки 12-й русской роты открыли огонь из центрального редута, атака немедленно прекратилась.

«Живые мертвецы»

Уже упоминавшийся Дневник боевых действий сообщает: «Получив донесение об этом (имеется в виду занятие 1-й линии обороны) от командира 3-го батальона капитана Потапова, который сообщил, что немцы, занявшие окопы, продолжают продвигаться к крепости и находятся недалеко уже от резерва, командир полка тотчас же приказал 8-й, 13-й и 14-й ротам выступить с форта на Сосненскую позицию и, перейдя в контратаку, выбить немцев из занятых ими наших окопов». Эти части, и в том числе 13-я рота, атаку которой возглавил подпоручик Владимир Карпович Котлинский, также сильно пострадали от газа и артобстрела и потеряли до половины личного состава (потери 14-й роты, находившейся в крепости, были меньше). Немцам обещали, что они просто займут незащищенные позиции. Однако все складывалось по-другому: навстречу им поднимались русские солдаты с обмотанными тряпками лицами, «живые мертвецы».
«Приблизившись к противнику шагов на 400, подпоручик Котлинский во главе со своей ротой бросился в атаку. Штыковым ударом сбил немцев с занятой ими позиции, заставив их в беспорядке бежать... Не останавливаясь, 13-я рота продолжала преследовать бегущего противника, штыками выбила его из занятых им окопов 1-го и 2-го участков Сосненских позиций. Вновь заняли последнюю, вернув обратно захваченные противником наше противоштурмовое орудие и пулеметы. В конце этой лихой атаки подпоручик Котлинский был смертельно ранен и передал командование 13-й ротой подпоручику 2-й Осовецкой саперной роты Стрежеминскому, который завершил и окончил столь славно начатое подпоручиком Котлинским дело». Котлинский умер к вечеру того же дня, Высочайшим приказом от 26 сентября 1916 года он был посмертно награжден орденом Св. Георгия 4-й степени.
Один из очевидцев сообщил газете «Русское слово»:

«Я не могу описать озлобления и бешенства, с которым шли наши солдаты на отравителей-немцев. Сильный ружейный и пулеметный огонь, густо рвавшаяся шрапнель не могли остановить натиска рассвирепевших солдат. Измученные, отравленные, они бежали с единственной целью - раздавить немцев. Отсталых не было, торопить не приходилось никого. Здесь не было отдельных героев, роты шли как один человек, одушевленные только одной целью, одной мыслью: погибнуть, но отомстить подлым отравителям».

Немцы контратаки не ожидали, они вообще считали, что на позициях никого, кроме мертвецов, нет. Но «мертвецы» поднялись из могил. Остальное довершила наконец пришедшая в себя русская артиллерия. К 11 часам Сосненская позиция была очищена от противника, который атаку повторять не стал. В тот день русская боевая группа, столкнувшаяся с неприятелем, потеряла убитыми, ранеными, пострадавшими от газов примерно 600-650 офицеров, военных чиновников и нижних чинов. Неприятель понес большие потери.

Позиции русских войск

Как это ни печально, но судьба крепости Осовец уже была решена: поступил приказ эвакуировать ее. 23 августа здания и укрепления оставленной русскими войсками крепости взлетели на воздух, а через два дня немцы заняли еще дымящиеся руины.
Осовец был оставлен, но «атака мертвецов» 13-й роты не была бессмысленной: она стала нерукотворным памятником русскому солдату, который отдавал свою жизнь за свободу народов Европы, за то, чтобы они могли сами выбирать свое будущее

Залесский Константин

http://foma.ru/ataka-mertvetsov-pervaya-mirovaya-istoriya-uzhasa-i-podviga.html

ruskline.ru

Атака Мертвецов - Первая Мировая Война

17.12.2009

Атака Мертвецов - Первая Мировая Война


В 1915 году мир с восхищением взирал на оборону Осовца, небольшой русской крепости в 23,5 км от тогдашней Восточной Пруссии. Основной задачей крепости было, как писал участник обороны Осовца С. Хмельков, «преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток… заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей». Белосток – транспортный узел, взятие которого открывало дорогу на Вильно (Вильнюс), Гродно, Минск и Брест. Так что для немцев через Осовец лежал кратчайший путь в Россию. Обойти крепость было невозможно: она располагалась на берегах реки Бобры, контролируя всю округу, в окрестностях – сплошные болота. «В этом районе почти нет дорог, очень мало селений, отдельные дворы сообщаются между собой по речкам, каналам и узким тропам, – так описывало местность издание Наркомата обороны СССР уже в 1939-м. – Противник не найдет здесь ни дорог, ни жилья, ни закрытий, ни позиций для артиллерии».
Первый натиск немцы предприняли в сентябре 1914-го: перебросив из Кенигсберга орудия большого калибра, они бомбардировали крепость шесть дней. А осада Осовца началась в январе 1915-го и продолжалась 190 дней.
Немцы применили против крепости все свои новейшие достижения. Доставили знаменитые «Большие Берты» – осадные орудия 420-мм калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была пять метров глубиной и пятнадцать в диаметре. 
Немцы подсчитали, что для принуждения к сдаче крепости с гарнизоном в тысячу человек достаточно двух таких орудий и 24 часов методичной бомбардировки: 360 снарядов, каждые четыре минуты – залп. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия, всего 17 батарей. 
Самый жуткий обстрел был в начале осады. «Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта», – вспоминал С. Хмельков. По его подсчетам, за эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200-250 тысяч только тяжелых снарядов. А всего за время осады – до 400 тысяч. «Кирпичные постройки разваливались, деревянные горели, слабые бетонные давали огромные отколы в сводах и стенах; проволочная связь была прервана, шоссе испорчено воронками; окопы и все усовершенствования на валах, как то: козырьки, пулеметные гнезда, легкие блиндажи, стирались с лица земли». Над крепостью нависли тучи дыма и пыли. Вместе с артиллерией крепость бомбили немецкие аэропланы.
«Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа», – так писали зарубежные корреспонденты. 
Командование, полагая, что требует почти невозможного, просило защитников крепости продержаться хотя бы 48 часов. Крепость стояла еще полгода. А наши артиллеристы во время той страшной бомбардировки умудрились даже подбить две «Большие Берты», плохо замаскированные противником. Попутно взорвали и склад боеприпасов.
6 августа 1915-го стало для защитников Осовца черным днем: для уничтожения гарнизона немцы применили отравляющие газы. Газовую атаку они готовили тщательно, терпеливо выжидая нужного ветра. Развернули 30 газовых батарей, несколько тысяч баллонов. 6 августа в 4 утра на русские позиции потек темно-зеленый туман смеси хлора с бромом, достигший их за 5-10 минут. Газовая волна 12-15 метров в высоту и шириной 8 км проникла на глубину до 20 км. Противогазов у защитников крепости не было.
«Все живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть, – вспоминал участник обороны. – Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели. Все медные предметы на плацдарме крепости – части орудий и снарядов, умывальники, баки и прочее – покрылись толстым зеленым слоем окиси хлора; предметы продовольствия, хранящиеся без герметической укупорки – мясо, масло, сало, овощи, оказались отравленными и непригодными для употребления». «Полуотравленные брели назад, – это уже другой автор, – и, томимые жаждой, нагибались к источникам воды, но тут на низких местах газы задерживались, и вторичное отравление вело к смерти».
Германская артиллерия вновь открыла массированный огонь, вслед за огневым валом и газовым облаком на штурм русских передовых позиций двинулись 14 батальонов ландвера – а это не менее семи тысяч пехотинцев. На передовой после газовой атаки в живых оставалось едва ли больше сотни защитников. Обреченная крепость, казалось, уже была в немецких руках. Но когда германские цепи приблизились к окопам, из густо-зеленого хлорного тумана на них обрушилась... контратакующая русская пехота. Зрелище было ужасающим: бойцы шли в штыковую с лицами, обмотанными тряпками, сотрясаясь от жуткого кашля, буквально выплевывая куски легких на окровавленные гимнастерки. Это были остатки 13-й роты 226-го пехотного Землянского полка, чуть больше 60 человек. Но они ввергли противника в такой ужас, что германские пехотинцы, не приняв боя, ринулись назад, затаптывая друг друга и повисая на собственных проволочных заграждениях. И по ним с окутанных хлорными клубами русских батарей стала бить, казалось, уже погибшая артиллерия. Несколько десятков полуживых русских бойцов обратили в бегство три германских пехотных полка! Ничего подобного мировое военное искусство не знало. Это сражение войдет в историю как «атака мертвецов».


runivers.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *