Содержание

Доцент факультета ГГиТ ВГУ принял участие в конференции «Политическая география и геополитика в России: исторический опыт и современность»

8–9 апреля доцент кафедры социально-экономической географии и регионоведения факультета географии, геоэкологии и туризма ВГУ Игорь Комов принял участие в Международной научной конференции «Политическая география и геополитика в России: исторический опыт и современность», посвящённой 150-летию со дня рождения В.П. Семёнова-Тян-Шанского (1870–1942) – выдающегося российского географа, профессора Ленинградского государственного университета, одного из основоположников российской политической географии и её Санкт-Петербургской научно-образовательной школы. Научное мероприятие проходило в Санкт-Петербургском государственном университете, в Институте наук о Земле.

Игорь Комов выступил с докладом «Арктическое геопространство как сфера стратегических интересов России». В работе конференции приняли участие с пленарными и секционными докладами (в том числе – дистанционно) как представители Санкт-Петербургской университетской школы, так и ведущие российские учёные в области общественной географии, политической географии и геополитики, смежных областей знания и политической практики из Санкт-Петербурга, Москвы, Владивостока, Калининграда, Смоленска, Ростова-на-Дону, Симферополя и других городов, а также учёные из КНР, Великобритании, Германии, Дании, Швеции, Турции, Венгрии, Сербии, Боснии и Герцеговины, Республики Беларусь, Казахстана, Азербайджана.

Участники обсудили актуальные вопросы истории и теории политической географии и геополитики, политико-географическую и геополитическую проблематику России, геополитические проблемы зарубежных стран и регионов, города в свете политической географии и геополитики, вопросы теории и практики электоральной географии.

Также в рамках конференции провели круглый стол «Политическая география и геополитика как образовательные дисциплины» и мастер-класс «Особенности пространственного анализа общественно-политических процессов», вызвавшие огромный интерес со стороны участников. Материалы конференции опубликуют в сборнике статей и докладов (РИНЦ). После прохождения конкурсного отбора авторам статей предложат публикацию в материалах конференции в IOP Conference Series: Earth and Environmental Science.

Основная цель конференции – презентация и обсуждение достижений российской политической географии и геополитики и старейшей в России Санкт-Петербургской университетской научно-образовательной школы политической географии и геополитики, а также представление результатов исследований отечественных и зарубежных центров политической географии и геополитики.

Пресс-служба ВГУ  

Политическая наука (политология) — 2008

Аннотированный библиографический указатель
Окончаниеработы: 2008

От составителя

Аннотированный указатель литературы «Политическая наука (политология) — 2007» подготовлен для размещения в электронной библиотеке. Его цель — информация о новых книгах по политической науке, поступивших в Российскую государственную библиотеку за период с января по декабрь 2008 г. Включены монографии, сборники статей, антологии, учебники и учебные пособия, тиражи которых, как правило, не менее 500 экземпляров. Материал систематизирован на основе средних таблиц библиотечно-библиографической классификации (ББК). Внутри рубрик книги расположены в алфавитном ряду. Каждое издание представлено аннотацией. Применена система номерных отсылок. Дан алфавитный указатель авторов и заглавий.

Указатель может быть использован научными работниками, преподавателями высшей школы, аспирантами и студентами, специалистами аналитических служб и реальными политиками, а также теми, кто интересуется историей и теорией политической мысли.

Предложения и замечания направляйте на адрес: [email protected]

Содержание

Философия и общая теория политики

1. Баталов, Э. Я Человек, мир, политика / Э. Я Баталов. — М. : Науч.-образоват. форум по междунар. отношениям, 2008. — 336 с.

Автор книги полагает, что современной политической науке, концентрирующей внимание на институтах, еще предстоит совершить поворот к Человеку как реальному одушевленному существу, центру социально-политического космоса, — повороту, ставшему величайшим достижением европейской философии Нового времени.

Настоящий сборник представляет собой републикацию работ Э. Я. Баталова, изданных в разное время на страницах журналов «Вопросы философии», «Полис», «Свободная мысль», «Международные процессы», «Pro et contra» и др. Э. Баталов относит себя именно к тем исследователям мира политики, кто пытается разглядеть в нем прежде всего превращенный

человеческий мир, проблемы Homo politicus и политического мира как среды его деятельности.

Книга содержит избранную библиографию трудов Э. Я. Баталова (всего 86 названий).

2. Бек, У. Космополитическое мировоззрение / Ульрих Бек ; вступ. ст. В. Л. Иноземцева. — М. : Центр исследований постиндустр. о-ва, 2008. — 336 с.

Новая книга (изд. в 2008) известного европейского философа и социолога, профессора Мюнхенского университета и Лондонской школы экономики У. Бека — продолжение его исследований о глобализации, «обществе риска» и «рефлексивной модернизации». Она посвящена проблемам становления теоретического космополитизма — мировоззрения, согласно которому все люди, независимо от национальной, этнической и религиозной идентичности, принадлежат единому человеческому сообществу, только еще обретающему политическую определенность. Автор утверждает преходящий характер национального государства и порождаемых им условностей. В этой связи У. Бек размышляет о вызовах и угрозах, с которыми сталкивается человечество в ХХI столетии, предлагает свои оценки исторической роли международных и наднациональных политических организаций.

Внимание автора исследования, в котором детально обоснованы все выдвигаемые им тезисы, сосредоточено также на проблематике прав человека, теории и практики международного вмешательства и гуманитарных интервенций.

3. Богданов, А. Н. Эволюционные формы христианской государственности : монография / А. Н. Богданов, В. Б. Рожковский. — Ростов н/Д : РЮИ МВД России, 2007. — 134 с.

Дан теоретико-методологический анализ христианской государственности как политико-правового феномена. Рассматриваются модели взаимосвязи христианства и государства, эволюция теократических принципов организации верховной власти, современные и перспективные формы христианского государства. Значительное внимание уделено исследованию становления и формирования государственно-религиозных отношений в России, православной государственности как одному из вариантов правовой трансформации в современной России.

4. Булин, Д. Н. Большие выборы : хроника полит. мысли России : 2006 — 2008 / Дмитрий Булин. — СПб. : Алетейя, 2008. — 168 с. — (Левиафан).

Период с осени 2006-го по март 2008 года в России показан в зеркале российской политической мысли этого времени. Молодой журналист Д. Булин, автор постоянной рубрики журнала «Политический класс», на основе многочисленных аналитических статей, интервью и комментариев, принадлежащих российских политологам и политикам, предлагает хронологию политической мысли периода Больших выборов 2007 — 2008 годов: зарождение и развитие слухов, масштабных интеллектуальных провокаций; битва различных идеологических концепций, развернувшаяся в СМИ; наблюдение за пиар-кампаниями и др.

5. Бурковская, В. А. Политология : учеб.-метод. пособие / В. А. Бурковская, А. В. Оришев. — Елец : Елец. фил. Рос. нового ун-та, 2008. — 227 с.

Учебно-методическое пособие составлено по дисциплине «Политология» в соответствии с государственным образовательным стандартом высшего и профессионального образования по специальности «Юриспруденция».

6. Валовая, М. Д. Политика : [учебник] / М. Д. Валовая. — М. : Магистр, 2008. — 336 с. Первое специализированное издание для бакалавров по курсу политологии, созданное по зарубежным стандартам преподавания политологии, исходя из подписанных Россией Болонских соглашений.

7. Гаджиев, К. С. Политология : учеб. для студентов высш. учеб. заведений / К. С. Гаджиев. — 2-е изд., перераб. и доп. — М. : Унив. кн. : Логос, 2008. — 432 с. : ил.

Излагается курс политологии, подготовленный прежде всего для студентов вузов, обучающихся по специальности «Политология». Во второе издание дополнительно включены главы, освещающие систему государственного управления, территориально-политическую организацию государства, перспективы национального государства в условиях глобализации.

8. Глущенко, В. В. Политология : системно-упр. подход / В. В. Глущенко. — М. : ИП Глущенко В. В., 2008. — 160 с.

Работа посвящена исследованию политической системы с точки зрения повышения эффективности ее императивного воздействия на устойчивое развитие России в условиях глобализации. Основное внимание автора сосредоточено на рассмотрении теоретических основ системно-управленческого подхода в политике и политологии.

9. Гончаров, Л. А. Современная межпартийная конкуренция в политической практике России и Германии / Л. А. Гончаров. — Воронеж : Изд-во им. Е. А. Болховитинова, 2008. — 138 с.

Рассматривая межпартийную конкуренцию в качестве института демократической политической системы, автор предлагает сравнительный анализ современных особенностей его функционирования в политических системах России и Германии, в том числе пытается ответить на вопрос, чем в итоге оказались обусловлены совершенно различные пути двух государств и каким образом в ФРГ в краткий период возникла политическая система, ориентированная на демократию и фактически не допускающая возврата к прошлому, а в России демократический процесс затормозился.

10. Исаев, Б. А. Теория партий и партийных систем : учеб. пособие для студентов вузов / Б. А. Исаев. — М. : Аспект Пресс, 2008. — 367 с.

Учебное пособие содержит изложение истории, современного состояния и методологии теории партии, основных проблем теории партий. Значительное внимание уделено теоретическим проблемам партиомы (партийной системы), в том числе месту и функции партиомы в обществе, структуре партийных систем, классификации и типологизации партийных систем, функционированию партиом, их характеристике и вычислению.

Пособие написано в соответствии с программой курса «Партии и партийные системы» по специальности «Политология».

11. Козырев, Г. И. Политология : учеб. пособие / Г. И. Козырев. — М. : ИД «ФОРУМ», 2009. — 368 с. — (Высшее образование).

Учебное пособие подготовлено в соответствии с государственным образовательным стандартом по дисциплине «Политология».

12. Мунтян, М. А. Политология : курс лекций для студентов вузов / М. А. Мунтян. — М. : МАКС Пресс, 2008. — 576 с.

Излагается основная проблематика теории политики, некоторые темы сравнительной и прикладной политологии, а также содержание технологий, используемых при проведении выборов, организации информационных кампаний, решении задач в конкретном политическом процессе.

К каждой из двадцати трех лекций предлагаются вопросы для самоконтроля, списки основной и дополнительной литературы.

13. Политика / В. Л. Махнач. Основные понятия : справочник, словарь / С. О. Елишев. — М. : ОЛМА Медиа Групп, 2008. — 288 с.

Издание представляет собой понятийный справочник, в основе которого — курс лекций В. Л. Махнача «Историко-культурное введение в политологию» и, как дополнение к курсу, «Словарь политических терминов», составленный С. Елишевым. Книга содержит подробное объяснение, сравнительный анализ и исторические доказательства сути терминов, на которых строятся теоретические основы политики и культурологии, таких, как: культура и цивилизация, химера и антисистема, общество и государство, монархия и тирания, аристократия и олигархия, демократия и охлократия, нация и национализм.

Включены также: список использованной литературы, источники в Интернете, рекомендуемая литература.

14. Образы государств, наций и лидеров / под ред. Е. Б. Шестопал. — М. : Аспект Пресс, 2008. — 288 с.

В монографии представлены материалы международной научной конференции «Образы государств, наций и лидеров», прошедшей в 2007 году на кафедре политической психологии философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова и в Ярославском государственном университете. Часть материалов публикуется на русском, а часть — на английском языках.

15. Орлов, И. Б. Политическая культура России ХХ века : учеб. пособие для студентов вузов / И. Б. Орлов. — М. : Аспект Пресс, 2008. — 223 с.

Учебное пособие, сочетающее исторические и политологические аспекты рассмотрения политической культуры, представляет собой первый систематизированный опыт ее изучения в имперский, советский и постсоветский периоды отечественной истории. Автор подчеркивает, что предлагаемый подход к анализу политической культуры россиян находится в русле заложенного Ричардом Уортманом историко-антропологического направления, которому Жак Ле Гофф дал название «политическая антропология». Поэтому, например, в пособии исследуются такие вопросы, как массовые представления о власти и правителях, политическая ритуалистика, символические основы легитимности властных институтов. Особое место уделено проблеме сочетания преемственности и изменчивости российской политической культуры в различные периоды истории, вычленению наиболее устойчивых параметров, характеризующих длительно существующие политико-культурные модели.

Основные проблемные блоки и тематика пособия прошли апробацию в рамках учебного курса «Политическая культура России ХХ века», который читается на факультете прикладной политологии ГУ — ВШЭ.

16. Политическая наука : лок. политика, мест. самоупр. : рос. и зарубеж. опыт : сб. науч. тр. Вып. 3 / ред.-сост. вып. : Л. Н. Верченов [и др.]. — М. : ИНИОН РАН, 2008. — 254 с.

В сборнике собраны материалы, в которых исследуются разные аспекты локальных политических процессов, в том числе: эволюция политики Центра в отношении местного самоуправления и проблемы, с которыми муниципалитеты сталкиваются на практике под углом зрения концептов «местная автономия» и «местная демократия»; перспективы локальной политики в сфере реформы местного самоуправления.

Внимание авторов текстов сосредоточено на анализе как традиционных, так и новых сегментов предметного поля локальной политики. Речь идет о «теории городских политических режимов», о локальных политических элитах, о месте и роли бизнеса в локальной политике, о конструировании и продвижении локальных идентичностей.

Значительное место в сборнике отведено презентации и осмыслению зарубежного опыта изучения локальной политики и местного самоуправления.

В Приложении публикуется статья о Тезаурусе по политологии и Отчет о конференции Международной ассоциации политической науки (30 апреля — 2 мая 2008 г.).

17. Политическая психология, культура и коммуникация / редкол. : Е. Б. Шестопал (отв. ред.) [и др.]. — М. : Рос. ассоц. полит. науки (РАПН) : Рос. полит. энцикл. (РОССПЭН), 2008. — 320 с. — (Современная российская политическая наука).

Сборник посвящен проблематике, разрабатываемой тремя научно-исследовательскими комитетами Российской ассоциации политической науки по политической психологии, политической культуре и политическим коммуникациям. В исследованиях первой части сборника («Политическая психология») акцент сделан на рассмотрении различных моделей политической социализации граждан в период трансформации общества, в том числе на особенностях формирования национально-государственной и социально-политической идентичности россиян, вопросах политической ресоциализации, поколенческой специфике политической социализации граждан в постсоветской России.

Во второй части книги («Политическая культура») раскрываются тенденции изменений культуры политического участия в современном российском обществе, проблемы политического управления, модели и уровни политического поведения, определяемые политической культурой транзитарных политических сообществ.

Материалы третьей части («Политическая коммуникация») дают представление о проблемах аксиологии политического брендинга современной России, о коммуникационных аспектах политического позиционирования институтов власти и общества и имеющемуся по этому поводу дискурсу в современной отечественной политической науке.

Издание осуществлено при финансовой поддержке Фонда Джона Д. и Кэтрин Т. Макартур и является частью проекта «Политическая наука в России: проблемы становления и механизм развития».

18. Политическая теория в ХХ веке : сб. ст. / под ред. А. Павлова. — М. : Территория будущего, 2008. — 416 с. — (Университетская библиотека Александра Погорельского).

В антологии собраны статьи известных политических теоретиков, каждый из которых представляет то или иное направление в теории политики: статьи сциентистов, нормативистов, бихевиоральной школы политических исследований, приверженцев аналитической теории и др.

19. Политология : учебник / Е. В. Власенкова [и др.] ; под науч. ред. : П. Л. Карабущенко, Р. Х. Усманова. — Астрахань : Издат. дом «Астрах. ун-т», 2007. — 516 с.

В основу учебника положены лекции по общей политологии сотрудников кафедр политологии Астраханского государственного университета и Кубанского государственного университета.

20. Политология : учеб.-метод. модуль / Е. В. Барышева [и. др.] ; отв. ред. : Н. А. Борисов, В. Д. Зимина ; Рос. гос. гуманит. ун-т, Ист.-арх. ин-т. — М. : Каллиграф, 2007. — 304 с. — («Я иду на занятия…»).

Представленная в данном пособии модульная организация учебно-методического процесса по курсу «Политология» подготовлена для преподавателей вузов, средних и средних специальных учебных заведений, студентов и аспирантов неполитологических специальностей. В рамках единого информационно-теоретического пространства модуля каждая тема автономна и раскрывается в форме методически устоявшихся проблемно-образовательных стадий (проблемная лекция, планы семинарских занятий, списки литературы для проведения коллоквиума, списки тем для рефератов).

21. Пономарев, Н. Ф. Политические коммуникации и манипуляции : учеб. пособие / Н. Ф. Пономарев. — М. : Аспект Пресс, 2007. — 128 с.

Данное учебное пособие соответствует программе направления «Политология» (52 09 00) и раскрывает коммуникативные аспекты политического менеджмента (специальность «Политические институты и процессы»).

22. Публичное пространство, гражданское общество и власть : опыт развития и взаимодействия / редкол. : А. Ю. Сунгуров (отв. ред.) [и др.]. — М. : Рос. ассоц. полит.. науки (РАПН) : Рос. полит. энцикл. (РОССПЭН), 2008. — 422 с. — (Современная российская политическая наука).

Материалы сборника представляют различные аспекты темы взаимодействия российского общества с российской властью: гражданское общество, публичная политика, права человека и правозащитные институты, эволюция публичной сферы в России. В него вошли статьи участников 4-го Российского конгресса политологов, состоявшегося 20 — 22 октября 2006 г. в Москве.

Издание осуществлено при финансовой поддержке Фонда Джона Д. и Кэтрин Т. Макартур и является частью проекта «Политическая наука в России: проблемы становления и механизм развития».

23. Российская политическая наука : в 5 т. Т. 2 : 1920 — 1950-е годы / под общ. ред. А. И. Соловьева ; отв. ред. и авт. вступ. ст. : О. В. Гаман-Голутвина, А. Г. Сытин. — М. : Рос. полит. энцикл. (РОССПЭН), 2008. — 640 с.

Во второй том Антологии включены подборки текстов отечественных политических мыслителей, написанных в период 1920 — 1950-х гг. Представлены труды как советских политических деятелей (таких, как В. И. Ленин, Л. Д. Троцкий и др.), так и известных русских мыслителей послеоктябрьской эмиграции — Н. Н. Алексеева, Н. А. Бердяева, С. Н. Булгакова, И. А., Л. П. Карсавина, Ф. А. Степуна, И. Л. Солоневича и др.

Публикуется также занимающая особое место в отечественной политической мысли ХХ в. работа П. А. Флоренского «Предполагаемое государственное устройство в будущем».

24. Российская политическая наука : в 5 т. Т. 4 : 1985 — 1995 / отв. ред. и сост. : О. Ю. Бойцова, Е. Б. Шестопал ; авт. вступ. ст. Е. Б. Шестопал. — М. : Рос. полит. энцикл. (РОССПЭН), 2008. — 687 с.

Четвертый том Антологии знакомит с публикациями периода перестройки, отразившими принципиально новые подходы к исследованию политики, дискуссии о прошлом и будущем нашей страны, о роли политиков и задачах политологов

Вошли подборки текстов А. Г. Авторханова, Д. М. Волкогонова, А. С. Панарина, А. С. Ципко, А. Н. Яковлева и др.

25. Сурков, В. Ю. Тексты 97 — 07 / Владислав Сурков. — М. : Европа, 2008. — 192 с.

Сборник статей и выступлений Помощника Президента РФ В. Суркова является прежде всего сборником политических текстов. В. Сурков, политик и теоретик демократии, настаивает, что сама политика есть текст. Он, взламывая традицию создания политических текстов анонимными коллективами спичрайтеров, выступает перед читателем как автор собственных текстов и идей.

26. Теория партий и партийных систем : хрестоматия / сост. Б. А. Исаев. — М. : Аспект Пресс, 2008. — 400 с.

В хрестоматию вошли оригинальные тексты исследователей, представляющих национальные школы партологии (британскую, американскую, французскую, немецкую, итальянскую, российскую и др.). Первую часть составили работы основоположников партологии сер. ХIХ — начала ХХ в., в период зарождения современного типа политической партии, таких, как Дж. Брайс, А. Лоуэлл, М. Я. Острогорский, Т. Ромер, Ф. Ромер, М. Вебер. Вторая часть книги содержит тексты современных партологов, а также эмпирические исследования функционирования партий в условиях той или иной политической системы в различных регионах планеты. В материалах третьей части хрестоматии представлены зарубежные и отечественные теоретические и прикладные исследования партийных систем.

27. Тян, В. В. Субстанциональная эволюция власти в условиях модернизации общества : традиционализм и рационализм в соц.-полит. практике капитал. России : монография / В. В. Тян. — М. : Экслибрис-Пресс, 2007. — 280 с.

Рассматривается проблема эволюции власти в российской политической истории, начиная с анализа парадигмальной трансформации самодержавного режима России в период кризиса традиционализма в 50-е гг. ХIХ в. до институциональной трансформации абсолютизма в условиях ломки традиционных устоев в 1906 — 1917 гг.

Предлагается список литературы и источников (всего 329 названий).

28. Фукуяма, Ф. Великий разрыв / Фрэнсис Фукуяма ; пер. с англ. под общ. ред. А. В. Александровой. — М. : АСТ : АСТ МОСКВА, 2008. — 474, [6] с. — (Philosophy).

В первой части («Великий Разрыв») своей новой книги известный американский политолог Фукуяма исследует Великий Разрыв, который, как он полагает, совершался с 60-х по 90-е годы ХХ в. в социальных ценностях, преобладавших в индустриальном обществе. Он пытается ответить на вопрос, в какой степени Великий Разрыв находился под контролем общества и в какой степени он был побочным продуктом масштабных проявлений экономического и технологического прогресса.

Вторую часть книги («О генеалогии морали») автор посвящает рассмотрению более общего вопроса о том, откуда проистекает социальный порядок и как он развивается при меняющихся условиях. В третьей части исследования («Великая Реконструкция») речь идет об источниках социального порядка, поиск которых позволяет Фукуяме сделать вывод о том, что в обществе происходят два параллельно развивающихся процесса: в политической и экономической сфере история является прогрессивной и линейной, а в социальной и моральной сфере — цикличной, когда социальный капитал убывает и возрастает на протяжении жизни многочисленных поколений.

29. Хабермас, Ю. Расколотый Запад / Ю. Хабермас ; пер. с нем. : О. Величко и Е. Петренко. — М. : Весь Мир, 2008. –192 с.

В сборнике статей и интервью выдающегося современного европейского мыслителя Ю. Хабермаса — размышления о кризисе, поразившем Запад после событий 11 сентября 2001 года, о том, что недальновидная политика президента США Дж. Буша расколола Запад и вошла в противоречие «с принципами и основополагающими убеждениями западной культуры». Пытаясь давно и небезуспешно применять выводы из своей «теории коммуникативного действия» к области международного права, Ю. Хабермас увидел источник разногласий между англосаксонскими и континентальными странами в том, что первые «руководствуются принципами «реалистической школы» международных отношений, вторые принимают решения в нормативном контексте». Это, по Хабермасу, и есть точка расхождения, которая заставляет видеть в Америке Дж. Буша (и в путинской России, и в современном Китае) каких-то разбушевавшихся монстров.

30. Чижов, Д. В. Российские политические партии : между гражданским обществом и государством / Д. В. Чижов. — М. : РОССПЭН, 2008. — 224 с. — (Россия. В поисках себя…).

Предмет исследования становление и характер российских политических партий как посредника между обществом и государством, как двуединой структуры — института гражданского общества и политической системы, выявление механизмов, через которые происходит реальное функционирование политических партий. Автор стремится дать развернутую оценку того, насколько современные российские политические партии выполняют основную свою задачу — быть транслятором интересов, требований и запросов от гражданского общества государству и преобразовывать их через политические институты и процедуры в форму политических решений.

31. Чуланов, Ю. Г. Политология : учебник / Ю. Г. Чуланов. — 3-е изд., испр. и доп. — СПб. : Бизнес-пресса, 2008. — 464 с.

На основе обобщения широкого круга зарубежных и отечественных политических исследований автор раскрывает основные темы курса политологии, различные подходы к пониманию того или иного политического феномена. Учебник снабжен словарем терминов и списком литературы.

Сравнительная политология

32. Желтов, В. В. Сравнительная политология : учеб. пособие для студентов вузов, обучающихся по направлению подготовки 030200 и специальности 030201 ВПО «Политология» / В. В. Желтов ; М-во образования и науки Рос. Федерации, ГОУ ВПО Кемер. гос. ун-т. — М. : Академ. проект : Мир, 2008. — 648 с. : табл. — (Gaudeamus).

Смежные политологические дисциплины (политическая глобалистика, политическая регионалистика, этнополитология, геополитика, политическая социология, политическая психология и др.)

33. Абдулкаримов, Г. Теоретические проблемы актуальной этнополитики в России : этносоциология модернизации совр. России / Абдулкаримов Гаджи. — М. : Весь Мир, 2008. — 336 с.

В монографии представлены результаты исследования процессов этносоциокультурной интеграции/дезинтеграции социального пространства современной России. С позиций междисциплинарного подхода и на основе известных классических и современных исследований, посвященных проблемам «модернизационной парадигмы» и истории переходных периодов в традиционных и современных обществах, автор выстраивает оригинальную теоретическую модель управления этносоциокультурной интеграцией современного российского общества в условиях его системной трансформации.

34. Бауман, З. Текучая современность / З. Бауман ; пер. с англ. под. ред. Ю. В. Асочакова. — СПб. : Питер, 2008. — 238 с.

Данная книга Зигмунта Баумана, одного из ведущих современных политических социологов, вышла в свет в 2000 г. В ней Бауман подводит итог анализа, проведенного в двух предыдущих своих книгах, — «Глобализация : последствия для людей» и «В поисках политики».

Используя метафору «текучая современность» для описания современных условий существования людей, автор фиксирует переход от мира плотного, структурированного, обремененного целой сетью социальных обязательств, — к миру пластичному, текучему, свободному от границ. Это новое, текучее состояние непосредственных обстоятельств реализации жизненных принципов, отдаленность и недостижимость системной структуры, по мнению Баумана, радикально изменяет условия человеческой жизни и требует пересмотра старых понятий, вокруг которых сосредоточены традиционные описания условий существования людей. Эта книга и посвящена данному вопросу. В ней рассматриваются пять основных понятий, исследование которых позволяет З. Бауману проследить наступление и продвижение «текучей современности», а именно: эмансипация, индивидуальность, время/пространство, работа и сообщество.

35. Будаев, Э. В. Зарубежная политическая лингвистика : учеб. пособие / Э. В. Будаев, А. П. Чудинов. — М. : Флинта : Наука, 2008. — 352 с.

В первом разделе учебного пособия — «Становление политической лингвистики и ее проблематика» — рассматриваются истоки и основные этапы развития политической лингвистики от исследований политической коммуникации в рамках традиционной риторики и стилистики (т. е. еще до возникновения политической лингвистики как особого научного направления) к активным зарубежным исследованиям политической коммуникации в конце ХХ — ХХI в. и становлению политической лингвистики как самостоятельной научной дисциплины. Дается детальный обзор ведущих направлений современной политической лингвистики, сфер ее интересов и аспектов изучения политического дискурса. Подчеркивается, что в наиболее общем виде каждое конкретное современное исследование в области отечественной политической лингвистики характеризуется использованием системы не всегда эксплицитно выраженных противопоставлений, а именно: метод (когнитивный, риторический, дискурсивный и др.) ; дескриптивное или критическое описание; изучение общих закономерностей политической коммуникации или отдельных идиостилей; институциональный, медийный или иной дискурс; сопоставительное или несопоставительное исследование.

Второй раздел — «Методология политической лингвистики» — посвящен описанию основных зарубежных направлений в исследовании политической коммуникации.

Третий раздел — Антология современной политической лингвистики — составили впервые переведенные на русский язык оригинальные тексты ведущих зарубежных политических лингвистов в Северной Америке (Р. Андерсон, Дж. Лакофф, В. Бенуа), в Центральной и Западной Европе (Р. Водак, П. Друлак, А. Мусолфф, Д. Бэнкс), в Восточной Европе (Э. Лассан, Н. Клочко), в Азии, Африке, Океании и Латинской Америке (Л. Ви, Н. Чабан).

В антологию включены также материалы справочно-информационного содержания, в том числе краткие биографические справки об авторах и списки литературы.

36. Глобальные вызовы, угрозы и опасности современности. Приоритеты политики обеспечения национальной безопасности России / под общ. ред. А. В. Возженикова. — М. : РАГС, 2008. — 224 с.

Авторы исследования раскрывают основные проявления и тенденции развития современных глобальных угроз как производных нарастания конфронтационности в национальных интересах в связи с ограниченностью ресурсов для социально-экономического прогресса в ХХI в. Среди глобальных вызовов выделяются следующие: угроза международного терроризма; опасности, обусловленные технологическим прогрессом; ослабление институтов государства; конфликты на этнической и религиозной почве; опасность военного конфликта; опасность истощения минерально-сырьевых баз.

Издание содержит тематический список литературы (всего 179 названий), а также в качестве Приложения таблицы с наиболее важными демографическими показателями по России.

37. Горбунов, А. А. Россия в новой системе международных координат : геополитика, глобализация, транспорт. коммуникации / А. А. Горбунов, Б. И. Кретов. — М. : ИНФРА-М, 2008. — 389 с.

Рассматриваются вопросы геополитической стратегии России на современном этапе развития международных транспортных коммуникаций, в том числе перспективы транспортного освоения Сибири и Дальнего Востока. Внимание авторов сосредоточено также на проблемах, связанных с такими специфическими формами проявления политического процесса, как политический экстремизм, тоталитаризм, терроризм.

38. Дробан, А. Т. Социал-демократия и государство : эволюция реформ. концепций государства в ХХ в. / А. Т. Дробан. — М. : Соц.-полит. МЫСЛЬ, 2008. — 328 с.

Историко-философское рассмотрение теоретических оснований социал-демократии по вопросу о государстве. Автор с марксистских позиций раскрывает «действительные движущие силы антимарксистского вырождения социал-демократической идеологии и политики».

39. Кодин, М. И. Российский политический процесс : соц.-филос. аспекты / М. И. Кодин ; Ин-т соц.-полит. исслед. РАН. — М. : Наука, 2008. — 324 с.

Рассматриваются социально-политические и идеологические процессы в России конца ХХ — начала ХХI вв., в том числе особенности современного периода развития государства и гражданского общества, способы формирования и идентификации российской политической элиты, а также социально-экономические и политические последствия интеграции России в мировую систему.

40. Кривошеев, В. В. Аномия современного общества : клас. теории, совр. концепции, рос. реалии / В. В. Кривошеев. — М. : Совр. гуманит. ун-т, 2008. — 213 с.

В координатах «норма-патология» рассматривается национальное выражение и наполнение российского социума, формирующегося в конце ХХ — начале ХХI вв., возможные пути преодоления наиболее тяжелых и опасных форм социальной патологии, аномии.

41. Литвак, Б. Г. Великие управленцы / Б. Г. Литвак. — 3-е изд., испр. и доп. — М. : Моск. учебники и Картолитография, 2008. — 544 с.

В книге с управленческой точки зрения дан анализ деятельности людей, обладавших в разное время верховной властью в России (Владимир Мономах, Петр I, Екатерина II, Иосиф Сталин, Королев, Юрий Лужков), Древнем мире (Иисус Христос, Соломон, Александр Македонский и др.), Европе (Наполеон, Талейран, Бисмарк, королева Виктория, Аденауэр), США (Вашингтон, Франклин Делано Рузвельт, Р. Рейган), Азии.

42. Медведева, Н. Н. Внешнеполитический имидж России в контексте развития отношений с Европейским Союзом : монография / Н. Н. Медведева. — М. : ИД МИС и С, 2008. — 169 с.

Дан анализ проблем перехода России к демократическим ценностям и демократическому государству как политической основе развития отношений с Евросоюзом. Рассматриваются внешнеполитический имидж Президента и институтов государственной власти современной России, внешнеполитический имидж российской армии и правоохранительных структур, пути укрепления институциональных основ демократии. Автор монографии раскрывает характер влияния внешнеполитического имиджа России на развитие политического и социально-экономического сотрудничества России с Европейским Союзом.

Издание содержит список использованных источников и литературы (всего 262 названия), который включает печатные издания и интернет-ресурсы на русском и иностранном языках.

43. Мнацаканян, М. О. Национализм и глобализм : нац. жизнь в совр. мире / М. О. Мнацаканян. — М. : Анкил, 2008. — 408 с.

Раскрываются реальные проблемы национализма как главного оппонента глобализма, теории, историко-культурные и психологические основы национализма, а также своеобразие и образы национализма в современном глобальном мире.

44. Павловский, И. В. Политика национальных интересов России : вектор развития совр. России : [монография] / Игорь Павловский. — 2-е изд., перераб. и доп. — М. : Зебра Е, 2008. — 448 с.

Автор монографии формулирует и детально раскрывает основные ценности, принципы и задачи политики национальных интересов России в глобальном мире для реализации стратегии восстановления и возвращения России статуса сверхдержавы.

45. Приоритеты и ценности социально-экономической политики стран Евросоюза : монография / под общ. ред. : Н. П. Шмелева и В. В. Перской ; Рос. акад. гос. службы при Президенте РФ. — М., 2008. — 392 с.

В монографии представлены результаты многолетних исследований актуальных вопросов мировой экономики и политики, анализа постепенного трансформирования приоритетов и ценностей стран-членов Евросоюза и обоснования прогноза изменений в мировом сообществе в условиях глобализации, обоснования оценки возможности выработки единой стратегии развития России и Евросоюза в современных условиях. На основе междисциплинарного подхода к анализу законов организации и устойчивости проводится исследование функционирования Евросоюза как сложной единой политической и хозяйственной системы, дается прогноз развития Евросоюза до 2025 г.

46. Романов, И. Геополитика России : стратегия вост. территорий / И. Романов, И. Забаев, В. Чернов ; отв. ред. О. Платонов. — М. : Ин-т рус. цивилизации, 2008. — 314 с.

Книга представляет собой целостное изложение проекта «Берег России», цель которого — вывести Россию на «новый качественный уровень путем целевого освоения и заселения ее северо-восточных территорий». Авторы раскрывают пути существенного усиления влияния России в тихоокеанском направлении и на всем евразийском пространстве, среди которых целевая миграционная политика, строительство магистрали от Санкт-Петербурга до Магадана в районе шестидесятой параллели и организация компактных наукоградов и деревень нового типа вдоль проектируемой дороги.

47. Русский национализм : соц. и культ. контекст : [сб. ст.] / сост. Марлен Ларюэль. — М. : Новое лит. обозрение, 2008. — 448 с.

В рамках националистического дискурса представлены разнообразные точки зрения и подходы к исследованию национализма, присутствующего, по мнению авторов сборника, как на политическом и идеологическом поле в современной России, так и в современной российской литературе и средствах массовой информации. Авторы статей ставят под сомнение привычные «линии водораздела» в националистическом лагере, испытывая на прочность традиционные схемы классификации и термины (такие, как «фашизм» и «нацизм», правые и левые, православные и неоязычники и др.), стремятся показать радикальный русский национализм не таким раздробленным, как это принято думать, а «националистическую атмосферу» как утвердившуюся в современной России.

Книга выпущена при участии Франко-российского центра гуманитарных и общественных наук в Москве.

48. Сидорина, Т. Ю. Феномен свободы в условиях глобализации / Т. Ю. Сидорина, Т. Л. Полянников, В. П. Филатов. — М. : Рос. гос. гуманит. ун-т, 2008. — 410 с.

Сохраняет ли феномен свободы присущую ему инвариантность на рубеже ХХ — ХХI вв., в условиях глобализации, делающей мир общим и охватывающей все области человеческой деятельности? Настоящее исследование — это попытка дать ответ на этот, центральный вопрос на основе детального анализа феномена свободы в социальном, политическом и экономическом измерениях.

Книга снабжена развернутыми примечаниями и библиографией на русском и иностранных (англ., фр. и нем.) языках.

49. Сорос, Дж. Эпоха ошибок : мир на пороге глобал. кризиса : пер. с англ. / Джордж Сорос. — М. : Альпина Бизнес Букс, 2008. — 202 с.

Дж. Сорос, ученик выдающегося философа К. Поппера, учредитель фонда «Открытое общество», поставивший задачу «открыть закрытые общества» и способствовать становлению критического мышления, в своей новой книге реализует автобиографический подход. Сорос подробно рассматривает концептуальную схему, лежащую в основе его философии и его понимания текущего момента истории. «Если перевести мою философию в политическую программу, — заявляет он, — то мою цель можно определить как создание глобального открытого общества… Господствующая форма глобализации носит односторонний характер. Рынки, особенно финансовые, давно уже стали глобальными, а общественные институты, необходимые для процветания или хотя бы выживания общества, — нет. В основе политических акций лежит принцип государственного суверенитета, поэтому их недостаточно, чтобы позаботиться об общих интересах всего человечества, таких как мир, безопасность, охрана окружающей среды, социальная справедливость… Суверенитет, — продолжает Сорос, — устаревшее понятие, унаследованное нами от эпохи, когда странами правили короли». В этой книге он пытается определить будущие приоритеты, наполнить содержанием понятие глобального открытого общества с тем, чтобы, как полагает Сорос, преодолеть эпоху ошибок и изменить подходы к решению проблем, стоящих перед современной глобализованной цивилизацией.

50. Чумаков, А. Н. Глобализация : контуры целост. мира : монография / А. Н. Чумаков. — 2-е изд., перераб. и доп. — М. : Проспект, 2009. — 432 с.

Монография представляет собой основополагающий фрагмент разрабатываемой автором общей теории глобализации, в которой А. Чумаков стремится воссоздать холистическую (целостную) картину мира, когда история предстает единым процессом, разворачивающимся во времени, проходящим определенные этапы, смена которых каждый раз знаменует поворотный пункт общественного развития и эпохальные метаморфозы. Автор показывает, как логика объективных событий порождает глобализацию на уровне трех основных сфер Земли: геологической, биологической и социальной, которые в предложенной теории получили название — триосфера. В монографии рассматривается также процесс зарождения и становления науки глобалистики — новой, междисциплинарной области знания.

51. Шмаль, А. Г. Российская демократия как фактор экологической опасности / А. Г. Шмаль. — 2-е изд., доп. и перераб. — Бронницы : БНТВ, 2008. — 204 с. : табл.

А. Г. Шмаль, один из ведущих российских экологических аудиторов, проводит анализ влияния сложившейся ситуации с государственным управлением в области охраны окружающей среды на обеспечение экологической безопасности населения России. Характеризуя состояние проблемы государственного управления качеством окружающей среды, автор подчеркивает, что за последние годы государственная система нормирования антропогенного воздействия и экологического контроля состояния окружающей среды практически развалена. Государство фактически не выполняет свои конституционные обязанности по обеспечению экологической безопасности граждан, поскольку оно фактически не в состоянии наладить экологический контроль над более чем 3 млн. природопользователей. В книге раскрывается влияние особенностей современной российской демократии на проявление факторов экологической опасности, предлагается создание новой, многоуровневой системы управления экологической безопасности, а также конкретные меры по предупреждению экологической опасности.

52. Якунин, В. И. Российская школа геополитики / В. И. Якунин, Е. И. Зеленев, И. В. Зеленева. — СПб. : С.-Петербург. ун-т, 2008. — 368 с.

В монографии на фоне развернутой политической истории России ХVIII — ХХ вв. показан процесс зарождения и эволюции российской геополитики от геополитических идей до формирования геополитических концепций. В центре внимания авторов книги — взгляды и сочинения русских мыслителей, представлявших различные направления и научные школы. Среди них: географы — К. И. Арсеньев, К. М. Бэр, Л. И. Мечников, В. П. Семенов-Тян-Шанский; военные историки — Д. А. Милютин, А. Е. Снесарев; историки — В. О. Ключевский, С. М. Соловьев, С. Жихарев; философы — Н. Я Данилевский, К. Н. Леонтьев, Н. О. Лосский, П. Б. Струве, Н. Ф. Федоров,Г. П. Федотов, И. А. Ильин; химик Д. И. Менделеев; Ф. И. Тютчев, Ф. М. Достоевский и Л. Н. Толстой. Подробно рассматривается геополитика в советской России, а также взгляды представителей евразийского движения, сформировавшегося в среде русского зарубежья после 1917 г., — П. Н. Савицкого, Г. Н. Трубецкого, Г. В. Флоровского, Л. П. Карсавина.

Прикладная политология

53. Недяк, И. Л. Политический маркетинг : основы теории / И. Л. Недяк. — М. : Весь Мир, 2008. — 376 с.

Книга знакомит с наиболее представительными зарубежными теориями политического маркетинга как относительно новой междисциплинарной областью политологических исследований.

54. Политический анализ : доклады Центра эмпир. полит. исследований СПбГУ. Вып. 8 / под ред. Г. П. Артемова. — СПб. : С.-Петербург. ун-т, 2007. — 116 с.

Сборник включает доклады, сделанные на проблемных семинарах Центра эмпирических политических исследований (ЦЭПИ) факультета философии и политологии Санкт-Петербургского государственного университета в течение 2007 г. В трех его разделах — «Политическое сознание и политическое поведение», «Методология политического анализа» — рассматриваются вопросы эволюции политических диспозиций российских избирателей, уровней трансляции политического дискурса, специфики формирования правящей элиты, коррупции во взаимоотношениях граждан и органов власти, тенденций развития государства в современной России.

55. Экономика и политика в современных международных конфликтах / отв. ред. А. Д. Богатуров ; Моск. гос. ин-т междунар. отношений (Ун-т) МИД России, Фак. политологии. — М. : ЛКИ, 2008. — 336 с.

Настоящее издание составили материалы проведенной на факультете политологии МГИМО в ноябре 2006 г. научной конференции на тему — «Экономические истоки международных конфликтов», в которой приняли участие ведущие российские международники — политологи и экономисты. Рассматриваются особенности мировой конфликтной среды в ХХI веке и региональные узлы конфликтных противоречий.

История политической мысли

56. Головин, Н. Н. Наука о войне : избр. соч. / Н. Н. Головин ; вступ. ст., сост. и коммент. И. А. Вершининой. — М. : Астрель, 2008. — 1008 с. — (Социальная мысль России).

Н. Н. Головин (1875 — 1944) — генерал царской армии, участник Первой мировой войны, после поражения Белого движения в Гражданской войне — в эмиграции.

В книгу вошли труды профессора генерала Н. Н. Головина, посвященные изучению войны как социальной болезни и социального явления, влияющего на все стороны жизни и развития государственного организма, в том числе: «Наука о войне. О социологическом изучении войны», которая включает доклады, прочитанные генералом Головиным в 1932 г. в Русском ученом институте в Белграде, в 1934 году на Русском историко-филологическом факультете в Париже и в 1935 году на Международном социологическом конгрессе в Брюсселе; статьи из «Сборника статей» (1914 г.) — «История военного искусства — как наука», «Естественный отбор и социальный подбор в общественной жизни»; книга, написанная генералом Н. Головиным в сотрудничестве с контр-адмиралом А. Д. Бубновым — «Тихоокеанская проблема в ХХ столетии»; статья из журнала «Русский инвалид» (1933 г.) — «Современная стратегическо-политическая обстановка в Китае»; брошюра «Современная стратегическая обстановка на Дальнем Востоке»; труд «Военные усилия России в мировой войне», который был задуман генералом Головиным как часть большой работы по исследованию войны под общим наименованием «Социология войны».

57. Мишель, А. Идея государства : крит. опыт истории соц. и полит. теорий во Франции со времени революции / А. Мишель. — М. : Территория будущего, 2008. — 536 с. — (Университетская библиотека Александра Погорельского. Социология. Политология).

Фундаментальный и самый известный труд французского философа, историка государства и права Анри Мишеля (1857 — 1904) впервые был опубликован в 1985 г., в 1903 г. переведен на русский язык.

Предлагая свою историю идеи государства во Франции в ХIХ в. и свою концепцию решения проблемы природы государства, его функций и его отношений к индивидууму, А. Мишель в начале ХХ в. в споре между индивидуалистической и социалистической философией выступил на стороне индивидуализма. Мысль, которой проникнута эта книга, А. Мишель сформулировал так: «Нам казалось полезным установить… что, помимо социализма, рекомендующего неприемлемые средства — беспредельную регламентацию и грубую силу; помимо убогих и бесплодных возражений, выставляемых против него индивидуализмом, потерявшим правильный путь; помимо государственного социализма, этой детской попытки примирить принципы, исключающие друг друга, этого наивного возвращения к идее просвещенного деспотизма… найдется место для возвышенной доктрины, совершенно мирной, либеральной и прогрессивной: для индивидуализма, действительно заслуживающего это название».

Настоящий текст печатается по изданию этой книги в России в 1909 г.

58. Пайпс, Р. Русский консерватизм и его критики : исследование полит. культуры : пер. с англ. / Ричард Пайпс. — М. : Новое изд-во, 2008. — 252 с. — (Библиотека Фонда «Либеральная миссия»).

Новая книга известного американского историка-русиста Р. Пайпса посвящена тому, как в России начиная с ХVI века и заканчивая дебатами, развернувшимися накануне 1917 года, осмыслялась ее политическая система.

59. Перфилова, Т. Б. Образ афинской демократии в антиковедении Нового времени : интерпретация В. П. Бузескула : монография / Т. Б. Перфилова ; ГОУ ВПО Ярослав. гос. пед. ун-т им. К. Д. Ушинского. — Ярославль, 2007. — 400 с.

В. П. Бузескул (1858 — 1931) — профессор всеобщей истории Императорского Харьковского университета, крупнейший авторитет в источниковедении и историографии античной истории, оказавший существенное влияние на разработку проблем, посвященных истории политических учреждений древности.

В монографии всесторонне исследуются основные вехи жизни и научное наследие В. П. Бузескула (около 200 сочинений), в том числе концептуальные основания его исторических построений, влияние мировоззренческих приоритетов и идейных убеждений на способы позиционирования Бузескулом достижений историографии античности в советской науке, отношение к социально-экономическому направлению историографии античности и марксизму, а также технологии исследования и технологии обучающей деятельности профессора.

Внимание Т. Перфиловой сосредоточено также на анализе содержания главного труда В. Бузескула — «История афинской демократии» (1908 г.), в котором была дана детальная характеристика органов народовластия Афин середины V в. до н. э. и инициированы проблемы взаимоотношения демократической массы и аристократических лидеров, основных демократических институтов и ареопага, взаимосвязи между развитием демократии и «империалистической» политикой Афин.

Монография снабжена библиографическим списком сочинений В. П. Бузескула и литературы о его творчестве.

60. Салмин, А. М. Шесть портретов / А. М. Салмин. — СПб. : Алетейя, 2008. — 304 с.

В книгу известного историка и политолога вошли написанные А. Салминым в 1970 — 1980-х гг. шесть портретов представителей политической мысли ХIХ — ХХ вв. — А. Хомякова, К. Леонтьева, А. де Токвиля, Дж. Каллагэна, М. Тэтчер, Р. Дарендорфа.

61. Федорова, М. М. История политической философии / М. М. Федорова. — М. : Весь Мир, 2008. — 320 с. — (Аудитория).

В курсе лекций прослеживается эволюция западноевропейской политической мысли от Античности до ХIХ века, становление европейской консервативной, либеральной и социалистической идеологий. Раскрываются ключевые понятия и содержание политических теорий Платона и Аристотеля, Августина и Фомы Аквинского, Т. Мора и М. Лютера, Ш. Монтескье и Ж. Ж. Руссо, Канта, Фихте и Гегеля, немецких романтиков и английских утилитаристов.

Алфавитный указатель авторов и заглавий

Абдулкаримов, Г. Теоретические проблемы актуальной этнополитики в России

Баталов, Э. Я. Человек, мир, политика

Бауман, З. Текучая современность

Бек, У. Космополитическое мировоззрение

Богданов, А. Н. Эволюционные формы христианской государственности

Будаев, Э. В. Зарубежная политическая лингвистика

Булин, Д. Н. Большие выборы

Бурковская, В. А. Политология

Валовая, М. Д. Политика

Гаджиев, К. С. Политология

Глобальные вызовы, угрозы и опасности современности

Глущенко, В. В. Политология

Головин, Н. Н. Наука о войне

Гончаров, А. А. Современная межпартийная конкуренция в политической практике России и Германии

Горбунов, А. А. Россия в новой системе международных координат

Дробан, А. Т. Социал-демократия и государство

Елишев, С. О. Политика

Забаев, И. Геополитика России

Зеленев, Е. И. Российская школа геополитики

Зеленева, И. В. Российская школа геополитики

Исаев, Б. А. Теория партий и партийных систем

Кодин, М. И. Российский политический процесс

Козырев, Г. И. Политология

Кретов, Б. И. Россия в новой системе международных координат

Кривошеев, В. В. Аномия современного общества

Литвак, Б. Г. Великие управленцы

Махнач, В. Л. Политика

Медведева, Н. Н. Внешнеполитический имидж России в контексте развития отношений с Европейским Союзом

Мишель, А. Идея государства

Мнацаканян, М. О. Национализм и глобализм

Мунтян, М. А. Политология

Недяк, И. Л. Политический маркетинг

Образы государств, наций и лидеров

Оришев, А. В. Политология

Орлов, И. Б. Политическая культура России ХХ века

Павловский, И. В. Политика национальных интересов России

Пайпс, Р. Русский консерватизм и его критики

Перфилова, Т. Б. Образ афинской демократии в антиковедении Нового времени

Политическая наука

Политическая психология, культура и коммуникация

Политическая теория в ХХ веке

Политический анализ

Политология

Политология

Пономарев, Н. Ф. Политические коммуникации и манипуляции

Полянников, Т. Л. Феномен свободы в условиях глобализации

Приоритеты и ценности социально-экономической политики стран Евросоюза

Публичное пространство, гражданское общество и власть

Романов, И. Геополитика России

Российская политическая наука

Российская политическая наука

Русский национализм

Салмин, А. М. Шесть портретов

Сидорина, Т. Ю. Феномен свободы в условиях глобализации

Сорос, Дж. Эпоха ошибок

Сурков, В. Ю. Тексты 97 — 07

Теория партий и партийных систем

Тян, В. В. Субстанциональная эволюция власти в условиях модернизации общества

Федорова, М. М. История политической философии

Филатов, В. П. Феномен свободы в условиях глобализации

Фукуяма, Ф. Великий разрыв

Хабермас, Ю. Расколотый Запад

Чернов, В. Геополитика России

Чижов, Д. В. Российские политические партии

Чуланов, Ю. Г. Политология

Чумаков, А. Н. Глобализация

Шмаль, А. Г. Российская демократия как фактор экологической опасности

Экономика и политика в современных международных конфликтах

Якунин, В. И. Российская школа геополитики

Сергей Караганов о национальной идее и о том, чего ожидать Москве от нового порядка в Вашингтоне

«Спящий Джо» будто бы усыпил американскую геополитику. Новый президент США Джо Байден занят пересмотром наследия Дональда Трампа и пока транслирует вовне предсказуемые, неагрессивные сигналы своего внешнеполитического видения. Европа надеется на восстановление былой теплоты в трансатлантическом партнерстве, Китай — на отмену части торговых санкций, а Россия ожидает прагматичного, предсказуемого соперничества. Так ли все спокойно будет в ближайшие четыре года на мировой карте? Об этом мы поговорили с деканом факультета мировой политики и экономики НИУ ВШЭ, почетным председателем президиума Совета по внешней и оборонной политике Сергеем Карагановым.

— Сегодня многие эксперты утверждают, что с Байденом всем будет как-то поспокойнее, чем с импульсивным Трампом. Так ли это?

— Глобальная политика в ближайшие годы будет характеризоваться высокой степенью хаоса, непредсказуемости, никаких позитивных тенденций я пока не вижу. Я пока вижу нарастание тенденций к изменениям. Может быть, они позитивными в конечном счете окажутся. Но люди так боятся этого нового мира, что все время цепляются за ложные или придуманные позитивные новости. 

Администрация Байдена, конечно, чуть более предсказуема, чем команда Трампа, но она унаследовала, с одной стороны, расколотую Америку со всеми проблемами, а с другой стороны, ее морально-интеллектуальный потенциал внушает сильные опасения. Это же те самые люди, которые подставили Америку в 2000-е и в 2010-е годы. Они имели на руках замечательные карты, но влезли в несколько неудачных конфликтов, которые обрушили представление об американской военной мощи. Они упустили КНР, дав ей вырваться вперед, полагая в своей идеологической зашоренности, что, когда Китай станет зажиточным и капиталистическим, он станет прозападным. 

Ну и, наконец, это те самые люди, которые упустили Россию. Была же хорошая вероятность, что Россия с тем настроем, который был в 1990-е годы, станет если не частью Запада, то по крайней мере его партнером. Сейчас она «анти-Запад» и фактически кардинальным образом изменила соотношение сил в мире, может быть, не в меньшей степени, чем Китай. Мы окончательно лишили Запад военного превосходства, на котором зиждилось его пятисотлетнее господство в экономике, политике, культуре. Не уверен, что увеличение в разы представительства меньшинств в администрации улучшит качество управления. 

Поэтому мне очень бы хотелось порадовать читателей вашего журнала, которым я являюсь, тем, что мир будет спокойнее и предсказуемее, но лучше готовиться к гораздо менее предсказуемому миру. К тому же мы не знаем до конца последствий коронавируса и даже не знаем его сути по-настоящему. 

— С эпидемиологической точки зрения или с экономической? 

— С политической. Мы живем в облаке почти тотальной дезинформации. Люди не понимают, что происходит, и производят дезинформацию, а другая часть общества делает это сознательно. Кроме того, весь этот шум вокруг ковида возгоняется правящими кругами многих стран в куб: страхи вокруг пандемии используют для того, чтобы прикрыть свои ошибки. 

Поэтому мы по-настоящему не знаем, чем это все закончится. Если до ковида я говорил, что все-таки ситуация относительно предсказуема, можно было видеть среднесрочные тенденции, то сейчас я, к сожалению, отказываюсь это делать.

Ограниченные люди

— О каких общих тенденциях глобальной политики, тем не менее, можно говорить сегодня?

— Происходит несколько одновременных процессов. Ковид просто наиболее видимый. Второй глубокий процесс — упомянутая утеря Западом фундамента его пятисотлетнего господства. Третий — развал либерального экономического порядка, созданного после Второй мировой войны. И четвертый — кардинальное изменения соотношения сил в мире. Это все усугублено тяжелым экономическим кризисом и интеллектуальным вакуумом. Элиты не понимают, что происходит. 

Еще недавно ситуация была предвоенной в том смысле, что все эти кризисы и дисбалансы могли привести к большой войне. Сейчас этот кризис частично замена войны. Но все равно война, военное столкновение возможно, просто потому, что военно-стратегическая ситуация ухудшается на очень многих уровнях. Налицо и нагнетаемая США враждебность. 

— Не кажется ли вам, что ситуацию могут усугубить те люди, которых собрал вокруг себя Байден, люди, наделавшие немало ошибок в прошлом? И, главное, эти люди не боятся делать новые ошибки в непредсказуемом мире.

— Очевидно, что мы живем в эпоху стратегического паразитизма. Элиты и часть общества не так боятся войны, как их предшественники. К тому же это люди глубоко идеологизированные, глубоко односторонние и ограниченные. Но я не думаю, что они сейчас полезут воевать, просто потому что выигрыш эфемерен. Другое дело, что они могут попытаться спровоцировать какие-то конфликты, вокруг Китая, например. Или на Украине. А конфликты сейчас могут легко выйти из-под контроля. 

Поэтому я этим людям совсем не доверяю, и не только потому, что они представляют страну, которая открыто ведет враждебную политику в отношении моей страны, но и потому, что я знаю их историческую память и их исторический опыт. Они провалились, и пытаются доказать теперь, что были правы, прикрывают свои ошибки. 

Вся американская традиционная элита поддержала войну в Ираке, за редчайшим исключением. Это был один из самых крупных провалов в американской политике. И это те самые люди, которые сейчас пришли к власти. Ведь войну в Ираке поддерживали не только республиканские правые, но и демократы, которые хотели таким образом расширить поле демократии и свободы. Практически все поддержали ливийскую агрессию. 

— Проблема Европы, отсутствия самостоятельности, политической воли европейских элит — это тоже в большой степени проблема кадровая? Ведь за Меркель не видно ни одного политика мирового уровня.

— Одна из проблем Европы заключается в том, что она семьдесят с лишнем лет жила без войны, это огромное достижение, которое частично было результатом деятельности самой Европы, а частично — и в большей степени — того, что США и СССР с разных сторон Европу прикрывали. В результате на уровне элиты, на уровне значительной части общества ушли традиционные узнаваемые ценности. Всегда смыслом жизни человека было служение семье, обществу, родине, миру. Плюс цифровая революция. 

И кризис на политическом уровне. Мы все как-то забыли о том, что демократия — это антимеритократия. Были отдельные случаи, когда в условиях кризиса общества выбирали себе сильных лидеров, это Рузвельт и Черчилль. Ну и была ситуация, когда в политику приходили политики, пережившие войну. Это первые двадцать лет европейской послевоенной истории, и, конечно же, это были великие годы. А дальше пошла тихая деградация политических элит. Я всегда в таких случаях призываю взять фотолинейку лидеров Европы с 1950–1960-х годов до нашего времени и просто посмотреть на них. Это разные люди, чисто визуально.

И конечно, эти люди, уже не очень активные, привыкли к комфортной жизни под американским зонтиком и отучили Европу от стратегического мышления. Может быть, это и хорошо. Потому что европейское стратегическое мышление в течение многих сотен лет было несчастьем для человечества, и для России тоже. Отучили. И в результате мы имеем то, что имеем: европейские элиты боятся реальности. Поэтому они сейчас попытаются подлезть под США, хотя совершенно понятно, что подлезть уже не удастся, придется им какие-то другие искать варианты. Или деградировать и дальше. 

К этому надо относиться спокойно, без злости, с сожалением. Все-таки кризис Европы, в том числе цивилизационный, — это в какой-то степени и наш кризис, потому что мы триста лет равнялись на европейцев, пытались стать такими, как они. Сейчас, к счастью, этот период истории исчерпан.

— Совсем? До сих пор в американских интеллектуальных кругах предлагают помирить Россию и Европу, чтобы не дать сформироваться российско-китайскому союзу.

— Тридцать лет тому назад, когда Россия перестала быть Советским Союзом, мы пытались создать стратегический союз с Западом, в первую очередь с Европой. Проект провалился, потому что и мы были слабые, не понимали, что происходит, ну и западные лидеры потеряли чувство истории, стратегического мышления. Они думали, что России конец, и поэтому нас просто оттолкнули. А история могла пойти по другому пути.

Вот вы себе представляете, если бы существовало что-то похожее на большой союз Европы, России и ЕС — и экономический, и политический? Китай, между прочим, находился бы в гораздо более трудных обстоятельствах. А сейчас мы являемся стратегической, в военно-политическом отношении, опорой Китая. А они — нашей опорой. 

Тогда была упущена феерическая стратегическая возможность для европейцев. Таких ошибок в истории единицы. Наполеон, который поперся на Россию зачем-то, Гитлер, который стал воевать на два фронта. Такого размаха ошибки меняют историю.

Но сейчас время этой идеи ушло. В Европе, к сожалению, нет субъектности, нам не с кем договариваться. И потом, Россия глубоко разочарована в способностях европейцев. То есть мы уже не заинтересованы в этом проекте. 

Но через какой-то шаг, через десять лет, вариант такой конфигурации, я думаю, появится. Часть Европы станет окончательно западной окраиной или, наоборот, крайней западной частью большой Евразии, на которой будут немножко другие игроки. Но представить себе российско-европейский союз против кого-то или даже просто как третью несущую мировую силу больше нельзя. Это историческая возможность была упущена в конце 1990-х.

Поворот на Восток

— Но пока не получается у нас сосредоточиться и на ближайшем пространстве. За последний год случилось несколько неприятных кризисов в постсоветских странах, и, кажется, мы несколько умерили степень вовлечения в дела соседей, подчеркиваем прагматизм в отношениях. Правильно ли это?

— Россия должна быть сильной, мощной крепостью, и это главное в очень опасном и непредсказуемом мире. Чем больше мы влезаем в этот мир, который сейчас будет сыпаться вокруг нас, тем более мы уязвимы. Тем более что все выигрыши в таком турбулентном мире преходящие, а проигравши, мы тратим время, деньги и все остальное.

Теперь о странах ближнего зарубежья. Наша политика до сих пор движима ностальгией по утраченным территориям. Я считаю, что мы уже можем потихонечку подходить к этим своим территориям не прагматично, но рационально. 

Цари и комиссары были не всегда правы. Нам зачем Центральная Азия-то была нужна? Абсолютно низачем! Сто пятьдесят с лишним лет это был огромный регион, поглощавший ресурсы империи, потом Советского Союза. За последние тридцать лет все эти страны, за редчайшим исключением, катастрофически деградировали. Оттуда ушла элита, обрушился уровень образования, оттуда уехали лучшие люди. И что, мы хотим их обратно? 

Поэтому мне кажется, что нужно поддерживать, конечно, минимальную стабильность там, что мы делаем, чтобы не было террористической угрозы. Пускай эти страны выживают как могут. Меня в полушутку беспокоит самый страшный враждебный вариант, который американцы могут предпринять в отношении России, это катастрофа была бы, — если они нам Украину отдадут. К счастью, этого не произойдет, поскольку у них мозгов и воли на это не хватит. Но, если бы они нам ее отдали, вот тогда бы действительно мы посыпались. Получили полувраждебное обнищавшее население с разрушенной инфраструктурой.

Россия стала великой не потому, что имела правобережную Украину и тем более Закавказье. Она стала великой державой, потому что приобрела Сибирь. И именно за счет сибирских ресурсов мы стали великой европейской державой, а потом и великой мировой державой. Там главные ресурсы развития. Тем более что Сибирь находится теперь в самом быстрорастущем регионе мира и у нее есть огромное количество преимуществ.

Поэтому надо продолжать поворот на восток, поддерживая определенный уровень стабильности в части бывших республик Советского Союза, ну и списав то, что, видимо, необходимо списать.

— Насколько поворот на восток чреват для России потерей части суверенитета? Мы не претендуем уже на равноценные отношения с КНР — ни по экономике, ни по демографии. 

— Ну, во-первых, это не совсем правильно. У нас есть некоторые ресурсы, без которых Китаю было бы очень плохо. Это наша военно-стратегическая мощь, и в ситуации конфронтации с США она в значительной степени компенсирует наши слабости. 

Нам, конечно, нужно действовать аккуратно, развивать связи с другими азиатскими странами, более активно выходить на Индию, более активно выходить на страны АСЕАН и не попадать в слишком глубокую зависимость от КНР. Пока баланс в наших отношениях не достигнут, с моей точки зрения. Он будет достигнут, если мы будем спокойно двигаться, лет через пять-семь. Если мы создадим более или менее смешанную цифровую технологическую платформу, которая будет ближе к китайской, но все-таки иметь какие-то свои собственные основы. Если мы будем иметь уже пятьдесят процентов нашей торговли с Азией, а тридцать процентов — с Европой, это будет нормальный и правильный баланс. 

Я надеюсь, что через пять-шесть-восемь лет, когда мы достигнем нового баланса, у нас появится возможность для нового сближения с частью Европы на основе нашей, поддержанной Пекином, концепции Большой Евразии. Вот это будет идеальное положение, и мы будем к нему стремиться. Но реализуются ли такие замечательные идеи? Стратеги очень часть ошибаются не потому, что они были неправы, а потому, что политики их не слушали или случались непредвиденные обстоятельства. 

Окно возможностей для России

— Чего ждать России от новой-старой политики Запада? Станет ли нам проще проводить внутриполитические процессы?

— В вашем вопросе заложена наша общая интеллектуальная ошибка: мы свою политику определяем через западную призму. Запад по-прежнему важен, там сосредоточены большие экономические ресурсы, он занимает мощные культурные позиции, есть гигантский накопленный потенциал, но реально он сильно потерял в качестве своей политики. А мы все еще смотрим то на Европу, то на США — это одна из больших слабостей российской политики и политического класса.

Надо смотреть на длинные тенденции и инвестировать свои ресурсы, в том числе интеллектуальные, политические, нервные, финансовые, в наиболее перспективные направления. А американское и европейское перспективным не является. Это история, которая тянет нас назад и сжирает гигантское количество управленческих ресурсов. 

У меня самые нежные отношения с нашими дипломатами, но я их иногда по-доброму критикую: у них, по-моему, три азиатских департамента и шесть европейских. Ситуация должна быть обратной.

За последние десять лет мы прошли очень хороший путь по вытеснению вот этого прозападного мышления. Поворот на восток, который начался двенадцать лет тому назад и был подстегнут 2014 годом, санкциями, сейчас уже приводит к тому, что мы начинаем осознавать себя не восточной периферией Европы и даже не Западной Азией, а начинаем понимать, что мы сами по себе и, может быть, когда-нибудь наконец поймем, что мы просто Северная Евразия. Мне понравилось то, что Путин начал об этом говорить.

«Мы нормальные. Мы хотим, чтобы рождались дети. Мы знаем, что смысл человеческой жизни в служении не себе, а семье, стране, миру, Богу. Мы хотим, чтобы люди оставались людьми, а не бесполыми, анациональными, забывшими свою историю и свой род манкуртами»

— Для этого какое-то поколение российской элиты должно смениться, которое укоренилось на Западе?

— Поколение в мозгах элиты должно меняться, и я фиксирую это. Происходят изменения, и очень быстро. Конечно, интеллектуальный прозападный шлейф глубок. Но ведь у нас еще был огромный экономический шлейф, у нас был очень мощный компрадорский элемент в нашем имущем классе. В 1990-е годы деньги можно было сохранять, договорившись с бандитами, государством или, что чаще, вывозя за границу. Сейчас это потихонечку уходит. Уходит и детское представление о том, что такое Запад. Когда люди из полуголодной страны приезжали туда, посещали места, о которых они только слышали всю жизнь. Такое очарование. 

— И все же, учитывая организационные, кадровые и системные проблемы Запада, открывается ли сейчас для России какое-то окно возможностей для проведения, например, транзита или иных модернизаций?

— Окно возможностей, безусловно, открылось. Связано оно, конечно, с прорывом в военных технологиях: мы на десять лет обеспечили не то чтобы неуязвимость, но абсолютную невозможность кому бы то ни было оказывать на нас какое-либо давление или втягивать нас в гонку вооружений на своих условиях. Это гигантской достижение.

Второе: да, мы имеем относительно слабых соперников. Но они есть, и к тому же они проводят враждебную политику. И это обстоятельство можно и нужно использовать в конструктивных целях. Россия, к сожалению, без врага функционировать не может. Мы попытались — в 1990-е годы, не было у нас врагов — и развалились мгновенно. Так вот: враг нам пока обеспечен. 

Вопрос заключается в том, сможем ли мы сделать две вещи. Первое — все-таки запустить хоть какой-то механизм эффективного экономического роста. И второе — создать действенную национальную идеологию. Вообще, все великие исторические державы были движимы идеями. Как только они теряли идею, они либо прекращали свое существование, либо прекращали быть великими державами. И весь мир усеян могилами или тенями подобного рода стран. 

— Какие тезисы национальной идеи вы бы сформулировали?

— Начнем с простого. Все время мы говорили, что национальная идея должна прийти снизу. Вы сами у себя писали об этом. Это совершеннейшая глупость, никогда национальная идея снизу не приходит. 

Еще недавно национальной идеей было стремление войти в Европу. Ну, странная идея, но она была. А потом она вообще пропала. И это, конечно, огромное упущение нашего думающего и правящего класса. 

Мне кажется, национальная идея лежит под ногами. Первое: мы главный поставщик мира — это чистая правда. Вторая идея: мы главный поставщик свободы народов. Опять же, лишив Запад военного преимущества, на котором зиждилось его пятисотлетнее господство, мы освободили страны, они сейчас качественно свободнее, чем были десять, пятнадцать, двадцать, а уж тем более семьдесят лет тому назад. 

Какая еще национальная идея? Мы нормальные. Мы придерживаемся старого гуманизма или, вернее, нового гуманизма. Мы хотим, чтобы рождались дети. Мы знаем, что смысл человеческой жизни, и это признано во всех религиях, цивилизациях, в служении не себе, а семье, стране, миру, Богу, такие простые вещи. Мы за политический, культурный, экономический суверенитет. За многокрасочный мир против любой гегемонии. Мы народ победителей, сильных и прекрасных женщин, не раз спасавших страну в ее трудной истории, и отважных мужчин. 

Мы хотим, чтобы люди оставались людьми, а не бесполыми, анациональными, забывшими свою историю и свой род манкуртами.

Журнал Международная жизнь - Вакцина vs геополитика? Политические амбиции могут замедлить борьбу с мировой пандемией

Зарубежные производители один за другим объявляют о создании образцов вакцины от коронавируса и подготовке к их регистрации органами здравоохранения. Между тем, зарегистрированная первой в мире российская вакцина «Спутник V», по итогам первого этапа третьей, самой массовой фазы испытаний, достигла эффективности в 95 процентов.[i] Пресс-секретарь Президента РФ Дмитрий Песков заявил, что Кремль «ожидает, что массовая вакцинация в РФ от коронавируса начнется до Нового года»[ii]. 2-я российская вакцина, «ЭпиВакКорона», разрабатываемая центром «Вектор» в Новосибирске, должна поступить в гражданский оборот 10 декабря. «Массовая вакцинация препаратом начнется в 2021 году».[iii] Можно с определенной долей уверенности констатировать, что эффективность вакцин, а также их доля на рынке, окажет существенное влияние на позиции государств в международных отношениях.

Как сообщает Всемирная организация здравоохранения, на сегодняшний день в клинических испытаниях участвуют до 48 потенциальных вакцин. На 3-м, самом массовом по масштабам этапе проверок, находятся 11 препаратов, разработкой которых занимаются производители в России, Китае, США, ряде стран Европы, а также в Индии.

Первые опасения относительно трансформации усилий по разработке вакцины от новой болезни в гонку за геополитическое влияние возникли еще весной, когда президент Дональд Трамп провозгласил начало операции Warp Speed ("Сверхъестественная скорость"). По замыслу Белого дома, американские частные компании должны были, при активной поддержке властей, первыми в мире разработать противокоронавирусную вакцину, что позволило бы Соединенным Штатам резко вырваться вперед с точки зрения возвращения к нормальной экономической и социальной жизни, в то время, как остальной мир погружался бы в пучину коронавирусной эпидемии. Инициативу Вашингтона немедленно окрестили попыткой воплотить в жизнь лозунг «Америка превыше всего» в социал-дарвинистском смысле слова. Подобные обвинения зазвучали даже из стана номинальных союзников США.

Потенциал для укрепления международного влияния посредством «вакцинной» дипломатии действительно огромен. По данным немецкого подразделения Фонда Билла и Мелинды Гейтс, на который ссылается немецкая Die Welt, если ведущие страны-разработчики, а также государства-доноры окажутся не готовы оказать значительную, до 16 млрд. долларов единовременно, помощь остальному миру, то «страны с низкими покупательными возможностями смогут обеспечить вакциной только 20% своего населения». «Если первые два миллиарда доз вакцины поступят лишь богатым странам, количество смертей от коронавируса возрастет по всему миру в два раза». Не говоря уже о триллионных потерях для мировой экономики.

Государства, которые сумеют обеспечить приоритет в проведении широкомасштабной вакцинации своего населения, первыми «завершат локдаун, откроют школы и рестораны», обеспечив, тем самым, скорейшее восстановление национальной экономики. Те, кто смогут предоставить миру более эффективные и дешевые вакцины, наверняка расширят и собственное международное влияние. Ряд стран получает возможность «добиться признания в качестве производителя общественных благ и тем самым получить больше влияния, чем они завоевывали в XX веке с помощью идеологий», - предсказал в интервью немецкому Der Spiegel глава Центра Карнеги в Москве Дмитрий Тренин.[iv]

Согласно наиболее распространенным медицинским оценкам, для остановки эпидемии «вакцинация должна охватить хотя бы 60-70% населения». В мировом масштабе, речь идет о необходимости вакцинировать миллиарды людей. Некоторое представление о текущих возможностях мировой системы здравоохранения дают данные ВОЗ о масштабах базовой вакцинации детей. За последние 10 лет различные виды вакцин были введены более 1 миллиарду детей. В 2019 году было вакцинировано 116 млн. младенцев – 85 процентов от всех новорожденных за этот период[v]. С учетом представленных оценок, не удивительно слышать опасения о невозможности достичь необходимого охвата вакцинации в большинстве государств ранее 2024 года.

Готовность стран закупать ту или иную вакцину напрямую зависит от уровня доверия к разработчикам. Поэтому для дискредитации конкурентов активно используются политические аргументы. Когда Москва 11 августа первой в мире зарегистрировала вакцину от коронавируса, известную сегодня как «Спутник V», основные сомнения и возражения относительно российских достижений сразу же приобрели выраженный политический характер. Скороговоркой отдавая дань уважения неоднократно доказанной компетентности коллектива Института эпидемиологии и микробиологии имени Гамалеи, даже многие представители западного научного сообщества принимались выражать сомнения и заодно перечислять все традиционные политические обвинения в адрес России, звучащие в последние годы.

Не остался в стороне и Китай, его винят в замене «масочной дипломатии» на «вакцинную». Готовность Пекина субсидировать поставки китайских вакцин в беднейшие страны мира швейцарская Tages-Anzeiger интерпретирует как желание «избавиться от ответственности за кризис, улучшить свою репутацию - и переиначить историю пандемии». При этом обвиняют в намерении сформировать мировой «порядок, при котором правила и права будут основываться только на интересах Китая. Это система зависимостей и долгов, к которой в любое время может прибегнуть Пекин, чтобы укрепить свое собственное превосходство». Если Запад окажется не способен представить свою убедительную программу преодоления коронакризиса посредством вакцинации – «с честными условиями и без политических обязательств», то большая часть мира «окажется в полной зависимости» от Пекина.[vi]

Другим направлением в попытках подорвать доверие к разработкам России и Китая стали обвинения в «краже данных», которые, якобы, помогли им ускорить разработки. Летом с подобными обвинениями в адрес Москвы выступили совместно Великобритания, США и Канада. При этом западные официальные лица «настаивают на том, что усилия их собственных шпионских служб носят оборонный характер». Однако ряд источников The New-York Times среди бывших и действующих силовиков признали, «что реальность далеко не такая уж черно-белая».[vii] Еще одна надуманная история - не только западные СМИ, но и ряд высокопоставленных чиновников, обвинили Москву и Пекин в «поддержке движения против прививок» на Западе.

До самого последнего времени, западные эксперты также настойчиво проводили мысль о «недостаточной надежности» вакцин, разрабатываемых российскими и китайскими специалистами. Выдвигали необоснованные сомнения относительно достоверности данных на всех трех обязательных фазах проверки эффективности препаратов. Лишь буквально на днях, 29 ноября, британские специалисты в интервью канадскому телеканалу CBC признали «достоверность» данных о высокой эффективности «Спутник . Профессор фармакоэпидемиологии Лондонской школы гигиены и тропической медицины Стивен Эванс также отметил, «что показатели "Спутник V" и других вакцин передают "действительно важное сообщение для ученых в области здравоохранения во всем мире" о возможности бороться с COVID-19 с помощью прививок»[viii].

Нельзя сбрасывать со счетов и соображения прямой коммерческой конкуренции. Стоимость дозы большинства вакцин, разрабатываемых в США и Европе будет больше, чем продукции российских или китайских фармкомпаний. Цена Pfizer- BioNTech в ЕС составит 15,5 евро за дозу с учетом скидки за авансовые платежи в несколько миллиардов евро. Доза вакцины от Moderna обойдется оптовикам в $25–37. Лишь AstraZeneca обещает вакцину «по 2,50 доллара», но только на «время пандемии», и в случае, если будут предоставлены «значительные» государственные субсидии. В сентябре, президент Филиппин Родриго Дутерте обвинил западных производителей в том, что они отдают приоритет получению прибыли. Между тем, российский «Спутник V» планируется поставлять в зарубежные страны по цене в 10 долларов за дозу.

Важнейшей характеристикой с точки зрения логистики является и температура хранения и транспортировки. «Спутник V», как и вакцины от AstraZeneca и Moderna, могут храниться в обычных холодильниках. В то время, как для сохранения оптимальной эффективности вакцины Pfizer-BioNTech необходимы холодильники, поддерживающие температуру в -70 градусов Цельсия.

Российские официальные лица отмечают, что негативное отношение к российским вакцинам имеет место лишь на Западе. В то же время, ее «хорошо принимают» в Латинской Америке, Азии, Африке и на Ближнем Востоке. По данным Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ), выступившего коспонсором разработки «Спутник V», уже «более 40 стран» выразили заинтересованность в получении 2 млрд. доз. Ввиду беспрецедентных масштабов выпуска, «труднее станет найти не клиентов, а партнеров с достаточными производственными мощностями».[ix]

Ограниченность производственных мощностей даже в странах с наиболее передовой фармацевтической промышленностью спровоцировала новый всплеск «вакцинного эгоизма» не только в США, но и в Европе. Как отмечает немецкое издание Die Welt, Германия и Европа поспешили забронировать первые 300 млн. доз вакцины Pfizer-Biontech. Обвинения в адрес Америки были забыты, и в данном случае «превыше всего» оказались немцы. Причем «доводы не сильно отличаются от прежних». Министр здравоохранения ФРГ Шпан прямо заявил, что «с трудом сможет объяснить» «…что произведенную в Германии вакцину в других регионах мира начнут использовать раньше, чем в самой Германии». При этом Берлин «претендует на 100 млн. из 300 млн. доз, забронированных для Европы», «хотя из расчета на душу населения ФРГ причиталось бы лишь 57 млн доз»[x].

По мнению пессимистов, в таких условиях миру угрожает распад на «вакцинные блоки». Более дорогие вакцины, разработанные на основе новой и «многообещающей», ранее применявшейся лишь в онкологии, технологии матричной РНК, «будут использоваться в основном в состоятельных развитых странах». Большинство остальных государств мира просто не смогут самостоятельно оплатить все расходы на их производство, хранение и доставку. Не менее эффективные, но объективно более дешевые российские и китайские вакцины могут, скорее всего, оказаться единственной возможностью для государств в Африке, на Ближнем Востоке и в Азии. Удивительно, но тот факт, что Москва и Пекин, готовы, в отличие от США, дотировать поставки своих вакцин другим странам, подается западными комментаторами как планы создания «системы зависимостей и долгов».

Однако позиция России не имеет ничего общего с подобными утверждениями. В ходе онлайн саммита «Большой двадцатки», Президент Владимир Путин подчеркнул, что «наша общая цель – сформировать портфели вакцинных препаратов и обеспечить всё население планеты надёжной защитой. Это значит, что работы, уважаемые коллеги, хватит на всех, и мне кажется, что это тот случай, когда конкуренция, может быть, неизбежна, но мы должны исходить прежде всего из соображений гуманитарного характера и поставить во главу угла именно это».[xi] Позднее, Владимир Путин вновь отметил готовность Москвы «делиться накопленным опытом со всеми заинтересованными государствами и международными структурами».[xii]

Официально не объявленная «гонка вакцин» становится важнейших элементом межгосударственного соперничества. Сегодня передовые медицинские разработки воплощают в себе важнейшие составляющие национальной мощи и престижа. Отражают уровень развития экономики, научно-технологической базы, эффективность систем государственного управления.

Несомненно, соревнование между государствами исторически является стимулом экономического и технологического развития. Однако нельзя допустить, чтобы глобальная пандемия стала поводом для демонстрации державного эгоизма, тем более, инструментом достижения преимуществ одних стран над другими. Как показывает опыт прошлого столетия, подобное поведение чревато лишь новыми катастрофическими потрясениями.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

 

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Бостан С.И. Место и роль Украины в современных геополитических процессах в восточноевропейском регионе

УДК 327

МЕСТО И РОЛЬ УКРАИНЫ В СОВРЕМЕННЫХ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ ПРОЦЕССАХ

В ВОСТОЧНОЕВРОПЕЙСКОМ РЕГИОНЕ 

Бостан С.И.

Восточноевропейский регион всегда привлекал внимание мирового сообщества и был камнем преткновения между лидерами западной и восточной цивилизации. Украина как самая большая страна региона с высоким потенциалом развития занимает одну из ключевых ролей в распределении сил и сфер влияния на всем континенте. Внешнеполитические предпочтения Украины уже давно влияют как на внутреннюю политику государства, так и на соотношение влияния между основными «игроками» на политической карте мира: ЕС, США и Россией, а также в большой мере зависит от их политики касательно самой Украины. Участие Украины в современных геополитических процессах, ее позиционирование и внешнеполитические приоритеты сыграют важную роль в перераспределении влияния в Европе и мире, и повлияют на особенности развития взаимоотношений мировых держав. 

Ключевые слова: Украина, Европейский Союз, Россия, НАТО, геополитика, европейская интеграция, Таможенный союз, внешняя политика.

 

THE PLACE AND ROLE OF UKRAINE IN MODERN GEOPOLITICAL PROCESSES

IN THE EASTERN EUROPEAN REGION

Bostan S.I.

The Eastern European region has always attracted attention of the international community and was a stumbling block between the western and eastern leaders. Ukraine is the largest country in the region with a great development potential, it plays a key role in division of powers and spheres of influence across the continent. Preferences in Ukraine's foreign policy have been influencing both on the internal politics of the state and the balance between the major "players" on the political map of the world: EU, USA and Russia. These preferences also largely depend on the policy of these countries regarding Ukraine itself. Ukraine's participation in the contemporary geopolitical processes, its positioning and foreign policy priorities will play an important role in redistribution of influence in Europe and in the world, and particularly affect the development of relations between the world powers.

Keywords: Ukraine, European Union, Russia, NATO, geopolitics, European integration, the Customs Union of Belarus, Kazakhstan and Russia, foreign policy.

 

Основатели геополитической науки рассматривали государство как пять жизненно-важных составляющих: геопространственная сфера, демографическая, экономическая, социальная и политическая. Для того чтобы стать полноценным игроком на политической карте мире, необходимо соответствовать по всем этим критериям общепринятому уровню развития. Исходя из этого, происходило созидание государств, формирование их внешнеполитических стратегий, отношение к соседним территориям, другим государствам и союзам. 

Восточноевропейский регион всегда вызывал особый интерес, как со стороны европейских государств, так и преобладал во внешнеполитических приоритетах Российского государства. Исторически так сложилось, что пространство между Черным и Балтийским морями выступало в качестве распределяющей линией между империями, разными экономическими моделями развития, культурными цивилизациями. И если когда-то торговый путь «из варяг в греки», который тоже проходил по этой территории объединял север и юг, то последние века эти территории стали важнейшим пространством в отношениях между востоком и западом. 

Английский геополитик ХХ века Х. Маккиндер предложил геополитическую схему мира, которая со временем стала классической и в которой процессы глобализации и развития транспортного соединение привели к сближению континентов и народов. Таким образом, он вывел три основных правила, которые гласят: «Кто правит Восточной Европой – тот правит Хартлендом (Азия, за исключением Дальнего Востока), кто правит Хартлендом – правит Мировым Островом (Европа, Азия, Африка), кто правит Мировым Островом – правит Миром» [1]. По мнению известного геополитика именно восточноевропейский регион является камнем преткновения в борьбе за мировое господство. 

Другие геополитические теории также рассматривают этот регион как один из определяющих в распределении влияния в Евразии и мире. Прогнозируя возможные сценарии развития, стоит обратиться к работам основателя мюнхенской школы геополитики К. Хаусхоферу и к «теории столкновения цивилизаций» американского политолога С. Хантингтона, которые по-разному определяют место восточноевропейского региона в системе развития взаимоотношений в мире. Так, К. Хаусхофер предрекает мировое лидерство «евроазиатской дуге», которая, по его мнению, должна объединять пространство от центра Европы до берегов Тихого океана, создав, таким образом, альянс между Берлином, Москвой и Токио [4]. С. Хантингтон, в свою очередь, предполагает, что в современных международных отношениях состояние конфликта или сотрудничества между государствами определяются культурной идентичностью сообществ, и выделяет, таким образом, девять цивилизаций, которые составляют все человечество. Согласно его градации определяющими считаются: западная (атлантическая), исламская, китайская и православная (восточнославянская) цивилизации, которые и должны между собой разделить сферы влияния в мире [5]. Какими бы не были взгляды известных политологов и геополитиков, большинство сходится в том, что восточноевропейский регион очень важен в распределении сил и сфер влияния на континенте. Таким образом, вполне объяснимыми кажутся события, которые имеют место в регионе сегодня и которые актуализируют борьбу за влияние над этим важным геополитическим регионом мира. 

Объединение западных государств в Европейский Союз и альянс постсоветских стран в составе Таможенного Союза привели к созданию двух идеологий развития континента, а если учитывать весомую роль НАТО в политических процессах в Европе и прогрессирующий Китай, желающий также вмешаться в борьбу за «мировое господство», следует предположить, что вышеупомянутые политологи и геополитики были правы касательно важности восточноевропейского региона в распределении влияния в мире. 

Европейский Союз, инициируя политику Восточного партнерства, пытается установить «контроль» над «нейтральными государствами» региона и не допустить вмешательства России в политические процессы этих стран, которая также не против сохранить исторические узы «братства» с соседними государствами, осуществляя серьезное влияние, а временами и давление на экономическую и политическую ситуацию этих стран. Важную роль также в этих процессах играет Североатлантический Альянс, который напрямую вышел далеко за пределы Атлантики для «сохранения безопасности и мира», принимая в состав своей организации государства Восточной Европы. Так, во время своего четвертого (1999 год) и пятого (2004 год) расширения, Союз пополнился Прибалтийскими странами, Вышеградской четверкой и Румынией с Болгарией в придачу, которые явно не дотягивали до западных стандартов, но были лакомым куском в борьбе за влияние в Черноморском и Восточноевропейском регионе. При таких раскладах, государствам которые оказались в данной ситуации завидовать не приходиться, так как из выгодного территориального расположения, они фактически превратились в буферную зону противостояния мировых лидеров, борцов за «мир и демократию». Одним из таких государств является Украина, которая регулярно не сходит с передовиц мировых журналов и газет, и которой обещают «манную небесную» в Таможенном Союзе и процветание на основе западных стандартов в Союзе Европейском. 

Естественно, что без Украины бесполезным выглядит существование Таможенного Союза и не менее предсказуемыми представляются причины глубокой заинтересованности страной со стороны западных государств: самая большая европейская страна с более чем 45 миллионным населением, большим рынком сбыта продукции, важным геополитическим расположением небезосновательно является предметом серьезных споров и противоборств мировых блоков и союзов. 

Исторически так сложилось, что разные части Украины успели побывать в составе нескольких империй, соответственно это оставило ощутимый след, как в развитии непосредственно самих территорий, так и в ментальном восприятии современных политических процессов в стране ее населением. Противопоставление запада и востока страны неоднократно использовалось политическими технологами в избирательных кампаниях. Ярчайшим примером этого можно считать президентские выборы 2004 года, которые переросли в события, известные как «Оранжевая революция». Похожий сценарий разыгрывается и в канун выборов президента 2015 года, так как мирные митинги в поддержку евроинтеграции, последовавшие после Вильнюсского саммита ЕС, переросли в столкновения и противоборство за внешнеполитический вектор развития страны. А распределяющая линия как раз проходит между востоком и западом Украины, которые еще не готовы однозначно ответить по поводу места государства во внешнеполитических стратегиях. 

Такие сценарии развития событий приводят к появлению в обществе разных вариантов развития государства от присоединения к Европейскому или Таможенному Союзу, к идеям федерализации страны или поддерживания, так называемого нейтралитета. Естественно, что мировое сообщество по-разному видит будущее Украины и готово пойти на реализацию одного из вышеупомянутых сценариев. Но с уверенностью можно утверждать, что никого не устроит появление на европейской карте еще одной «горячей точки», которая может в любой момент «взорваться», подорвав стабильность как в соседних государствах в частности, так и во всем регионе в целом. 

При этом очевидно, что продолжающиеся провокации сепаратистов и вооруженное противостояние на востоке Украины не способствуют стабилизации ситуации в регионе, а наоборот приводят к глобальным изменениям, которые в итоге повлияют не только на одну Украину.

По нашему мнению, желание и решение России присоединить Крым [2] легко объяснить как геополитически, так и экономически, но это создаст прецедент в мировом сообществе, что в перспективе может привести к разрушению всего послевоенного устройства и привести к глобальному кризису. Такие события также могут привести к перезагрузке мировой системы безопасности, реорганизации и пересмотра деятельности ООН, включая и полномочия Совета Безопасности. 

Стоит отметить, что Россия, как и Украина, и другие страны региона являются по большей мере многонациональными и создание похожего прецедента чревато развитием подобных сценариев и в других частях континента, где уже имеются «замороженные конфликты» и «горячие точки» в Приднестровье и на Южном Кавказе. А ответная реакция мирового сообщества с введением конкретных санкций против Российской Федерации может в итоге привести ее к глобальной изоляции. Также важно отметить, что даже ближайшие союзники не поддержали позицию РФ по отношению к Украине и Крыму, а соседние государства, такие как Финляндия, уже серьезно рассматривают возможность вступления в блок НАТО [3]. 

В свою очередь стоит также признать, что сильная Украина не выгодна Европе, также как и не выгодна России, но нельзя забывать, что расколотая Украина еще более опасна и непредсказуема. Таким образом, как западным странам, так и Российской Федерации необходимо строить свою внешнюю политику по отношению к Украине, исходя из интересов соблюдения мира и спокойствия в регионе, а Украине определиться со своими внешнеполитическими приоритетами, при чем путем консультаций с собственным народом, возможно, через использование механизма референдума, так как в стране присутствует кризис парламентаризма и растет недоверие населения к институтам власти. Только современными демократическими методами возможно решить политическую ситуацию в стране и не допустить развития силовых сценариев и раскола государства. 

Еще одно важная задача, которая стоит перед Украиной – это укрепление позиций всего региона. Так как, сценарии по дестабилизации внутриполитической обстановки, которые сегодня разыгрываются в Украине, могут стать реальностью для других государств, например, для Молдовы, стран Балтии, Грузии и т.д. Соответственно, необходимо разработать новый подход в отношениях «переходных государств», которые находятся в «буферной» зоне между западной и восточной цивилизацией, их самоорганизации и интеграции в общее пространство, которое гарантировало б стабильность и безопасность в регионе и стимулировало бы их развитие, позволило с пользой использовать выгодное геополитическое расположение. 

Украина всегда была и будет на пересечении геополитических интересов, но свое местоположение не удавалось использовать с пользой для страны. Главной задачей для украинской власти должно стать использование своего удачного местоположения, а не находится в зависимости от других геополитических игроков на мировой карте. Внешнеполитическая ориентация Украины должна соответствовать внутриполитическим потребностям страны и ее народа. Объединение украинцев вокруг национальной идеи, самоопределение и самоутверждение нации, поиск общих объединяющих факторов востока и запада страны и отказ от вопросов, которые ее раскалывают должны повлиять на стабилизацию ситуации в стране и стимулировать ее дальнейшее развитие. 

 

Список литературы:

1. Маккиндер Х.Дж. Географическая ось истории // Классика геополитики. XX век. М., 2003.

2. Путін, Константинов, Аксьонов і Чалий підписали договір про приєднання Криму до РФ [Электронный ресурс] // Сайт телеканалу ТВі (tvi.ua). 18 березня 2014. URL: http://goo.gl/OF40dS (дата обращения: 12.06.2014).

3. Фінляндія має намір вступити в НАТО [Электронный ресурс] // Інформаційне агентство «Galnet» [сайт]. 18 березня 2014. URL: http://galnet.org/newsticker/119463-finlyandiya-maje-namir-vstupyty-v-nato (дата обращения: 12.06.2014).

4. Хаусхофер К. О геополитике: Работы разных лет. М.: Мысль, 2001.

5. Huntington S.P. Zderzenie cywilizacji. Warszawa: Muza SA, 2000.

 

Сведения об авторе:

Бостан Сергей Иванович – кандидат политических наук, и.о. доцента кафедры филологических и общественных дисциплин Буковинского университета, директор Института Бессарабии, заведующий сектором международных отношений Черновицкого городского совета (Черновцы, Украина). 

Data about the author:

Bostan Sergii Ivanovich – Candidate of Political Sciences, Acting Assistant Professor of Philology and Social Sciences Department, the University of Bukovina, Director of the Institute of Bessarabia, Head of International Relation Office Chernivtsi city council (Chernivtsi, Ukraine).

E-mail: [email protected]u.

Геополитика (журнал)

                                     

2. Редакционный Консультативный Совет.

(Editorial Advisory Board)

Главный редактор журнала Елена Сазанович, писатель, публицист, политический аналитик, выступает в качестве независимого эксперта по ряду социально-экономических и геополитических вопросов. среди авторов и членов Экспертного совета журнала - известные писатели, ученые, политики. В частности: Михаил Антонов, журналист, писатель, основатель и руководитель Союза духовного возрождения Отечества, Юрий Болдырев - общественный и государственный деятель, писатель, народный депутат СССР в Ленинграде, член Верховного Совета СССР, высшего консультативно-координационного совета при председателе Верховного Совета РСФСР, высшего консультативно-координационного совета при председателе Верховного Совета РСФСР, затем - при президенте России, Главный государственный инспектор РФ - начальник управления Администрации Президента РФ, член первого состава Совета Федерации от Санкт-Петербурга, один из основателей и вице-председатель Счетной палаты Российской Федерации Анатолий Громыко - доктор исторических наук, профессор, член-корреспондент РАН, председатель общественного движения За укрепление демократического мирового порядка и в поддержку ООН", член ряда зарубежных академий, почетный доктор Лейпцигского университета, член Совета управляющих центра за мировой диалог Кипр, Александр Дугин-философ, публицист, директор Центра геополитических экспертиз, основатель идейного течения "Неоевразийство", организатор "Имперского марша", лидер политической партии "Евразия" и международных "Евразийского Движения", Валерий Дударев - поэт, главный редактор журнала "Юность", Джульетто Кьеза - профессиональный журналист, бывший московский корреспондент итальянской газеты, бывший член Европейского парламента, Вице-президент Комиссии по международной торговле, член Комиссии по вопросам культуры и образования, Комиссии по защите и безопасности, Олег Попцов - политолог, публицист, писатель, генеральный директор издательского дома "Пушкинская площадь", бывший председатель ВГТРК и заместитель председателя совета директоров ТВЦ и президент компании, Алексей Пушков, политолог, профессор, руководитель и ведущий программы "Постскриптум", председатель Комитета Госдумы по международным делам, Валерий Соловей - политолог, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой связей с общественностью МГИМО, Виталий Третьяков, политолог, публицист, декан Высшей школы факультета телевидения Московского государственного университета. М. университета, главный редактор журналов "Политический класс", автор и ведущий еженедельной программы "Что делать? Философские дискуссии" канал "Культура", историк Андрей Фурсов, социолог, публицист, кандидат исторических наук, заведующий кафедрой общественных наук Высшей школы телевидения факультета Московского государственного университета. М.

Заяц Дмитрий Викторович | Сотрудники

"Территориальные конфликты на современной политической карте мира: очаги и риски сепаратизма" (1999)

Страны и регионы дальнего зарубежья.
Политическая география и геополитика.
География межнациональных конфликтов.
Экономическая и социальная география зарубежных стран.

Изменения на политической карте Европы в 40-е — 90-е годы // Проблемы реформирования России и современный мир. — Выпуск 6. — М.: Изд-во РАГС, 1997. — С. 163—173 (в соавторстве с А.А. Мельниковой).
Основные модели эволюции международных конфликтов, связанных с сепаратизмом // территориальная справедливость, региональные конфликты и региональная безопасность. — Часть II. — Смоленск: Изд-во Смоленского гуманитарного университета, 1998. — С. 23—25.
Современные очаги сепаратизма // География. — 1998. — № 48. — С. 11—14.
Исторические корни современного сепаратизма // Научные труды Московского педагогического государственного университета. Серия: Естественные науки. — М.: Прометей, 1999. — С. 348—350.
Факторы возникновения и развития сепаратизма // Обществознание в школе. — 1999. — № 1. — С. 2—10.
Курдистан: «черная дыра» или потенциальное национальное государство? // География. — 1999. — № 6. — С. 1—3.
Эускади — земля басков // География. — 1999. — № 14. — С. 1—3.
Нунавут — новый субъект канадской федерации // География. — 1999. — № 30. — С. 6—7.
Раздел «Мир вокруг нас» в учебнике для 4 класса начальной школы «Наша Родина и современный мир». Смоленск: Ассоциация XXI век, 1999, часть 2.
Геополитическая картина мира в российских средствах массовой информации (на примере «Независимой газеты») // Геополитическое положение России: представления и реальность (под редакцией В.А. Колосова). — М.: Арт-Курьер, 2000 (совместно с В.А. Колосовым) — 0,75 п.л.
Мир в зеркале средств массовой информации: использование анаморфоз в политико-географическом анализе // Вестник МГУ. Серия географическая. — 2000. — № 2 (совместно с В.А. Колосовым и В.С. Тикуновым) — 0,5 п.л.
Промышленная специализация регионов России // География. — 2000. — №17. — С.7—10 — 0,3 п.л.
Начало новой административно-территориальной реформы? // География. — 2000. — № 21. — С.1—2 — 0,3 п.л.
Что такое никель? //— C. 1—4 — 0,3 п.л.
Стратегическое сырье // География. — 2000. — № 23. — С. 5—6 — 0,2 п.л.
Региональный обзор [никелевой промышленности мира] // География. — 2000. — № 23. — С. 7—11 — 0,5 п.л.
Никелевая отрасль России // География. — 2000. — № 23. — С. 12—15 — 0,2 п.л.
Турецкая Республика Северного Кипра // География. — 2000. — № 25. — С.4—5 — 0,4 п.л.
Государство Палестина // География. — 2000. — № 30. — С. 5—6 — 0,3 п.л.
Из истории арабо-израильского конфликта // География. — 2000. — № 30. — С. 7—10 — 0,4 п.л.
Никосия — Лефкосия — Лефкоса: разделенный город // География. — 2000. —№ 32. — С. 11 — 0,2 п.л.
Приневский регион: самосозерцание. Пособия по географии Санкт-Петербурга и Ленинградской области // География. — 2000. — № 34. — С. 31 — 0,1 п.л.
Казенная книжка и рабочий инструмент, хотя и не совсем отточенный. Пособия по географии Республики Карелия // География. — 2000. — № 38. — С. 31 — 0,1 п.л.
Уезды Молдавии // География. — 2000. — № 39. — С. 10—17 — 0,7 п.л.
Приднестровская Молдавская Республика // География. — 2000. — № 39. — С.18—25 — 0,6 п.л.
Днестр // География. — 2000. — № 39. — С. 26—31 — 0,6 п.л.
Сокровища Москвы (рецензия на карту Москва. Духовное и историко-культурное наследие) // География. — 2000. — № 40. — С. 31 — 0,1 п.л.
Инновационная география (рецензия на сборник «География инновационной сферы мирового хозяйства») // География. — 2000. — № 42. — С. 28 — 0,1 п.л.
Припадая к источнику знаний (рецензия на учебник Н.В. Алисова и Б.С. Хорева «Экономическая и социальная география мира») // География. — 2000. — № 46. — С. 27 — 0,1 п.л.
Приднестровский конфликт: сражение идентичностей // Независимая газета. — 2000. — № 226 (26.11) — С.13 — 0,4 п.л. (совместно с В.А. Колосовым)
Итоги региональных выборов // География. — 2001. — № 1. — С. 11. — № 4. — С.18. — 0,1 п.л.
Косово (Республика Косово) // География. — 2001. — № 2. — С. 11—21 (совместно с А.О. Кошелевой) — 1 п.л.
Кто живет в Антарктиде? // География. — 2001. — № 4. — С. 28. — 0,1 п.л.
Республика Сербская // География. — 2001. — № 7. — С. 9—24 (совместно с А.О. Кошелевой) — 1,2 п.л.
Геополитическая картина мира в публикациях «Независимой газеты» // География. — 2001. — № 9. — С. 3—10 (совместно с В.А. Колосовым) — 0,6 п.л.
Магас — «Город Солнца» — новая столица Ингушетии // География. — 2001. — № 11. — С. 11—12. — 0,2 п.л.
Подземный трамвай // География. — 2001. — № 13. — С. 6—8. — 0,3 п.л.
Основы с географией (рецензия на пособие А.Е. Слуки и Н.А. Слуки «География населения с основами демографии») // География. — 2001. — № 14. — С. 28. — 0,1 п.л.
Политическая карта мира: что изменилось за сто лет // География. — 2001. — № 17. — С. 5—6. — 0,3 п.л.
Атлас Кубани: дружба народов в действии (рецензия на атлас истории Кубани») // География. — 2001. — № 17. — С. 31. — 0,1 п.л.
В Шелтозеро, к вепсам // География. — 2001. — № 19. — С. 10—22. — 0,9 п.л.
Столичный размах. Самая большая площадь Европы // География. — 2001. — № 22. — С. 15—17. — 0,3 п.л.
Самосознание и перспективы решения приднестровского конфликта // Ежегодный исторический альманах Приднестровья. — 2001. — № 5. — С. 3—22 (совместно с В.А. Колосовым). — 1 п.л.
Молдова и Приднестровье: национальное строительство, территориальные идентичности, перспективы разрешения конфликта // Вестник Евразии. — 2001. — № 1. — С. 88—122 (совместно с В.А. Колосовым). — 1 п.л.
Электрический транспорт в городах бывшего СССР // География. — 2001. — № 23. — С. 7—24 (совместно с С.А. Тарховым). — 1,2 п.л.
Книжный формат политической карты (рецензия на книгу М.М. Голубчика «Политическая карта мира») // География. — 2001. — № 24. — С. 31. — 0,1 п.л.
Изменение административно-территориального деления союзных республик // География. — 2001. — № 28. — С. 24—30. — 0,8 п.л.
Эфиопия: новый союз штатов в Африке // География. — 2001. — № 31. — С. 7—8. — 0,2 п.л.
Ахтырка — «Сибирь» Украины // География. — 2001. — № 33. — С. 3—10. — 0,5 п.л.
La carta geopolitica del mondo nei mass-media russi (considerando come esempio il giornale Nezavisimaja gazeta) // La collocazione geopolitica della Russia. Rappresentazioni e realta. — Torino: Edizioni Fondazione Giovanni Agnelli, 2001 (совместно с В.А. Колосовым) — 0,75 п.л.
Тимор Лоросае // География. — 2001. — № 37. — С. 11—22. — 0,5 п.л.
Тобольский нефтехимический комбинат // География. — 2001. — № 44. — С. 21—22. — 0,2 п.л.
Бермудский треугольник в центре России // География. — 2002. — № 3. — С. 19—22. — 0,4 п.л.
Африканский Союз пришел на смену Организации Африканского Единства // География. — 2002. — № 11. — С. 10. — 0,1 п.л.
Парадоксы Алтая // География. — 2002. — № 13. — С. 3—6. — 0,4 п.л.
Как нам лучше поделить Россию, или Россия по-… // География. — 2002. — № 13. — С. 21—28. — 0,8 п.л.
«Общая география» не получилась. О новом учебнике для 10-го класса // География. — 2002. — № 15. — С. 19—23. (совместно с К.С. Лазаревичем) — 0,5 п.л.
Республика Сомалиленд // География. — 2002. — № 21. — С. 3—9. — 0,7 п.л.
Нужен ли компьютер учителю-географу? // География. — 2002. — № 23. — С. 11—14. — 0,5 п.л.
Земля земель // География. — 2002. — № 27–28. — С. 53—63. — 1 п.л.
Охтирка — «Сибир» Укра?ни // Краєзнавство. Географiя. Туризм. — 2002. — № 23. — С. 4—8. — 0,5 п.л.
Пути снижения рисков сепаратизма // Преподавание истории и обществознания в школе. — 2002. — № 4. — С. 8—16. — № 5. — С. 7—14. — 1,3 п.л.
12 вопросов о переписи населения // География. — 2002. — № 35. — С. 9—12, 21—24. — 0,5 п.л.
Геополитические образы в зеркале СМИ // Отечественные записки. — 2002. — № 6. — С. 136—212. (совместно с В.А. Колосовым) — 1,3 п.л.
Нет ли у вас другого атласа? (рецензия на Атлас мира ПКО «Картография» и ИД «Оникс 21 век») // География. — 2002. — № 41. — С. 19. — 0,1 п.л.
Стальной каркас страны (рецензия на атлас «Железные дороги») // География. — 2002. — № 41. — С. 20—21. — 0,1 п.л.
Геополитика в зеркале СМИ // Мир глазами россиян: мифы и внешняя политика (под редакцией В.А. Колосова). — М.: Институт Фонда «Общественное мнение», 2003 (совместно с В.А. Колосовым и О.И. Вендиной) — 1 п.л.
Триста страниц о Европейском Северо-Востоке (рецензия на энциклопедию «Ненецкий автономный округ») // География. — 2002. — № 45. — С. 22. — 0,1 п.л.
В поисках оптимального районирования мира // География. — 2003. — № 2. — С. 18—22. — 0,4 п.л.
Справочник ЦРУ по странам мира // География. — 2003. — № 9. — С. 9—14. — 0,6 п.л.
География насущного хлеба // География. — 2003. — № 22 С. 9—24; № 24. — С. 9—24. (совместно с С.В. Рогачевым) — 1 п.л.
Очаги российского урбанизма // География. — 2003. — № 33. — С. 9—24. — 0,5 п.л.
Острова о двух именах // География. — 2003. — № 38. — С. 10—12. — 0,2 п.л.
ММТС [Московская монорельсовая транспортная система] // География. — 2003. — № 41. — С. 20. — 0,1 п.л.
Республика Абхазия // География. — 2003. — № 47. — С. 3—15. — 0,7 п.л.
Вепсская национальная волость — особая территориальная единица Республики Карелия // Восточная Европа: вопросы исторической, общественной и политической географии: Сборник научных статей. Псков: Издательство ПГПИ, 2003. С. 162—168. — 0,3 п.л.
Закрытая Россия // География. — 2004. — № 7. — С. 3—14. — 1 п.л.
Пополнение «картинной» галереи (рецензия) // География. — 2004. — № 10. С. 27—28. — 0,2 п.л.
Европейский Союз: бросок на Восток // География. — 2004. — № 12. — С. 3—17. — 1,2 п.л.
Две точки зрения на аджарскую проблему // География. — 2004. — № 22. — С. 4—10. — 0,7 п.л.
Географические типы сепаратизма // На географическом посту: Сборник научных статей, посвященный 80-летию В.П. Максаковского. — Смоленск: Универсум, 2004. С. 206—217. — 0,4 п.л.
Географические типы сепаратизма // Проблемы конфликтологии (под ред. Н.С. Мироненко). — М.: Пресс-Соло, 2004. С. 36—58. — 0,7 п.л
Республика Южная Осетия // География. — 2004. — № 27—28. — С. 4—13. — 1 п.л.
Реформа АТД несвоевременна // География. — 2004. — № 42. — С. 9. — 0,1 п.л.
Нагорно-Карабахская Республика // География. — 2004. — № 43. — С. 3—14. — 1 п.л.
Гагаузия — пример создания автономного национального региона в унитарном государстве // Проблемы этнической географии и культурного районирования. Сборник научных статей (Под ред. А.Г. Манакова). — Псков: АНО «Центр социального проектирования «Возрождение», 2004. С. 44—52. — 0,5 п.л.
Мультимедийный учебник «Экономическая и социальная география мира» для 10-го класса средней школы. М.: Республиканский мультимедиа центр, 2004. (совместно с В.П. Максаковским, Н.Н. Роготень, С.А. Гороховым, Е.А. Таможней).
Этнические конфликты в современном мире // Этногеография и география религий (учебное пособие для студентов высших учебных заведений). — М.: Академия, 2005. — С. 120—149. — 1,4 п.л.
Сёла-города, или Всегда ли деревня меньше города // География. — 2005. — № 1. — С. 41—46. — 0,6 п.л.
Этнология и этногеография. Элективный курс для 11-го класса // География. — 2005. — № 4. — С. 27—29; № 6. — С. 29—31. — 0,6 п.л. (совместно с А.А. Лобжанидзе)
Репетитор отправлен на переэкзаменовку (рецензия на пособие для учащихся В.Н. Холиной и А.С. Наумова «География для школьников и абитуриентов: политическая карта мира») // География. — 2005. — № 4. — С. 43—44. — 0,2 п.л.
Инструкция по применению (рецензия на методическое пособие В.П. Максаковского «Экономическая и социальная география мира») // География. — 2005. — № 6. — С. 44. — 0,1 п.л.
У конфессиональной карты мира (рецензия на учебное пособие Т.Т. Христова «Религиозный туризм») // География. — 2005. — № 8. — С. 36. — 0,1 п.л.
Судьба одной линии [К 70-летию Московского метрополитена] // География. — 2005. — № 10. — С. 15—22. — 0,6 п.л.
Черная металлургия России (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2005. — 2 п.л.
Наша Австралия. Обзор работ, поступивших на второй тур конкурса «Страноведческий учебник» // География. — 2005. — № 11. — С. 15—22; № 12. — С. 43—45. — 0,6 п.л.
Гагаузия // География. — 2005. — № 14. — С. 3—11. — 0,8 п.л. (совместно с В.А. Кетковичем).
Тайвань (Китайская Республика) // География. — 2005. — № 17. — С. 3—18. — 1,5 п.л.
География. Современный мир. Атлас для 10 класса школы. М.: Просвещение—ДИ ЭМ БИ, 2005. (совместно с А.П. Кузнецовым).
Западная Сахара (Сахарская Арабская Демократическая Республика) // География. — 2005. — № 19. — С. 3—11. — 0,7 п.л.
Из Москвы в Париж. С Запада на Восток. Впечатления путешественника // География. — 2005. — № 19. — С. 17—18. — 0,1 п.л.
Хроники 1/6 части суши (рецензия на журнал «Вестник Евразии») // География. — 2005. — № 21. — С. 45—46. — 0,2 п.л.
Мировые небоскребы. География неумеренности // География. — 2006. — № 10. — С. 22—29. — 0,2 п.л.
Энергетика России (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2006. — 2 п.л.
Быть ли новой российско-эстонской границе? // Псковский регионологический журнал. — 2005. — № 1. — С. 136—145. — 0,8 п.л. (совместно с А.Г. Манаковым)
Анкетные данные стран мира // География. — 2006. — № 6—12. — 2 п.л.
Каркас русской цивилизации // География. — 2006. — № 15, 17, 18, 19. — 3,0 п.л. (совместно с К.С. Лазаревичем, С.В. Рогачевым)
Как географические знания помогают ориентироваться в поликультурном мире // География. — 2007. — № 17—24. — 5 п.л. (совместно с А.А. Лобжанидзе)
Европейский Союз (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2006. — 2 п.л. (совместно с Е.А. Шестопаловым)
Каркас русской цивилизации (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2007. — 2 п.л. (совместно с К.С. Лазаревичем, С.В. Рогачевым)
Регионы России. Северо-Запад (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2007. — 2 п.л.
Регионы России. Север (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2007. — 2 п.л.
Регионы России. Центральный район. Верхневолжье (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2007. — 2 п.л.
Практикум по этногеографии и географии религий для студентов географических факультетов. М.: Прометей, 2006. — 1 п.л. (совместно с А.А. Лобжанидзе).
Регионы Российской Федерации. Рубрика // География. — № 22/2006 — № 24/2008.
Регионы России. Центральный район. Центр и Юго-Восток (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2008. — 2 п.л.
Регионы России. Центральный район. Юг и Юго-Запад (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2008. — 2 п.л.
Регионы России. Центрально-Черноземный район (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2008. — 2 п.л.
Регионы России. Волго-Вятский район (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2008. — 2 п.л.
Что молодой житель России должен знать о Ростове-на-Дону // География. — № 3/2008. — 0,2 п.л.
«Независимость» Косово // География. — № 6/2008. — 0,1 п.л.
Интернет-ресурсы на уроках географии. Цикл лекций // География. — № 17—24/2008 — 5 п.л.
Страны мира. Малая энциклопедия газеты «География». Второе издание // География. — № 8/2009 — 5 п.л.
Государственное устройство стран мира // География. — № 7/2009 — 0,6 п.л.
Регионы России. Поволжье. Средняя Волга (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2008. — 2 п.л.
Регионы России. Поволжье. Нижняя Волга (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2009. — 2 п.л.
Регионы России. Северо-Кавказский экономический район. Азово-Черноморский бассейн (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2009. — 2 п.л.
Регионы России. Северо-Кавказский экономический район. Каспийский бассейн (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2009. — 2 п.л.
Регионы России. Уральский экономический район. Предуралье (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2009. — 2 п.л.
Международные организации (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2009. — 2 п.л.
Окружающий мир. Обществознание. Наша Родина и современный мир. Беседы о России. Часть 3. — М.: Ассоциация XXI век, 2008. (совместно с Н.И. Ворожейкиной и Н.Ф. Виноградовой) — 2,5 п.л.
Регионы России. Уральский экономический район. Зауралье (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2009. — 2 п.л.
Регионы России. Западно-Сибирский экономический район. Обь-Иртышье (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2010. — 2 п.л.
Географические разминки. 8—10 классы (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2010. — 2 п.л. (совместно с С.В. Рогачевым).
Регионы России. Западно-Сибирский экономический район. Юг Западной Сибири (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2010. — 2 п.л.
Регионы России. Восточная Сибирь (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2010. — 2 п.л.
Регионы России. Дальневосточный экономический район. Приамурье и Приморье (Библиотечка «Первого сентября», серия «География»). — М.: Чистые пруды, 2010 — 2 п.л.
Территориальная и отраслевая структура российской промышленности // География. — № 4/2011 — 1 п.л.
Крупнейшие города России: кто хочет стать миллионером? (текст, картодиаграмма) // География. — № 5/2011 — 0,4 п.л.
Как сделать изучение электроэнергетики мира простым и наглядным // География. — № 13/2011 — 1,6 п.л.
Количественная оценка природно-ресурсного потенциала России // География. — № 14/2011 — 0,4 п.л.
Сравнительное изучение промышленного потенциала Урала и Западной Сибири // География. — № 14/2011 — 0,7 п.л.
Нефтяная промышленность мира // География. — № 15/2011 — 0,4 п.л.
Южный Судан // География. — № 15/2011 — 0,3 п.л.
Малый атлас журнала «География». Социальная и политическая география мира // География — № 16/2011. — 31 карта
Постсоветское пространство. Территориальные диспропорции развития // География. — № 17/2011 — 0,7 п.л.
Парламентские выборы 2011 года в России: пространственный анализ // География. — № 2/2012 — 0,7 п.л.
Пространственный анализ президентских выборов 2012 г. // География. — № 4/2012 — 0,4 п.л.
149. Первая Отечественная // География. — № 7/2012 — 0,8 п.л.
Основы духовно-нравственной культуры народов России. Часть 1.: учебник для 4 кл. общеобразовательных учреждений. Смоленск, «Ассоциация XXI век», 2012. (совместно с Н.И. Ворожейкиной) — 5,75 п.л.
Основы духовно-нравственной культуры народов России. Часть 2.: учебник для 5 кл. общеобразовательных учреждений. Смоленск, «Ассоциация XXI век», 2012. (совместно с Н.И. Ворожейкиной) — 5,25 п.л.
90 лет со дня образования Советского Союза // География. — № 11/2012 — 0,6 п.л
Этнокультурные регионы мира. М.: МПГУ, 2013 (совместно с А.А. Лобжанидзе) — 10 п.л. (авторский вклад 5 п.л.)
Новые объекты на экономической карте постсоветского пространства // География. — № 1/2013 — 0,4 п.л.
Объекты транспортной инфраструктуры и нижних этажей энергопроизводственных циклов, исчезнувшие с экономической карты постсоветского пространства // География. — № 2/2013 — 0,4 п.л.
156. Объекты верхних этажей энергопроизводственных циклов, исчезнувшие с экономической карты постсоветского пространства // География. — № 4/2013 — 0,4 п.л.
Объекты городского электрического транспорта, исчезнувшие с экономической карты постсоветского пространства // География. — № 5/2013 — 0,4 п.л.
Харбин. Шляпка русского гвоздя // География. — № 2/2013 — 0,8 п.л.
Переработка нефти в России // География. — № 7–8/2013 — 0,4 п.л.
Европа. Галерея разностильных портретов // География. — № 9, 10, 11, 12/2013 — 1,8 п.л. Международные озера // География. — № 12/2013 — 0,6 п.л.
Страны мира. Малая энциклопедия журнала «География» // География. — № 1, 2/2014 — 5 п.л.
Мировое коневодство // География. — № 2/2014 — 0,6 п.л.
Украинский разлом // География. — № 4/2014 — 0,4 п.л.
Субъекты Российской Федерации. Малая энциклопедия журнала «География» // География. — № 5–6/2014 — 2,0 п.л.
Государственная граница Российской Федерации // География. — № 9/2014 — 0,6 п.л.
Глобальный этнический кризис // Научные труды географического факультета МПГУ (Ред.-сост. Р.В. Дмитриев). — М.: ООО «Буки Веди», 2014. С. 5—10. — 0,3 п.л. (совместно с А.А. Лобжанидзе)
Постсоветское пространство: территориальные диспропорции развития // Социально-экономическая география: теория. методология и практика преподавания (Отв. ред. А.А. Лобжанидзе). — М.: Экон-информ, 2014. С. 214—221. — 0,5 п.л.
Диспропорции экономического развития постсоветского пространства // Региональные исследования. — № 1/2015. — С. 72—77. — 0,5 п.л. (совместно с Д.С. Зориной).
Размещение и динамика населения в пределах российско-белорусского пограничного региона (на примере Смоленской, Витебской и Могилевской областей) // Вестник БГУ. — Серия 2. — № 2/2015. С. 69—76. — 0,5 п.л. (совместно с Д.С. Зориной).
Всероссийский географический диктант // География и экология в школе XXI века. — № 10/2015. — С. 69—74. (Соавторы Лобжанидзе А.А., Лычагин М.Ю., Наумов А.С., Рогачев С.В.).
Демографические проблемы Российско-Белорусского пограничья // Российско-Белорусское приграничье: проблемы и перспективы развития. — Смоленск: Универсум, 2016. — С. 200—211.
Проблемы оценки природно-ресурсного потенциала России и его места в мировых рейтингах // Региональные исследования. — № 3/2016. — С. 50–57. — 0,6 п.л.
Пространственные сдвиги в мировой цветной металлургии в начале XXI века / География мирового хозяйства: традиции, современность, перспективы / Под ред. В.А. Колосова, Н.А. Слуки. Коллективная монография. — М.–Смоленск: Ойкумена, 2016. С. 123—134. — 0,8 п.л.
Кризис российско-украинских отношений: последствия для трансграничных взаимодействий в Белгородской области / Д.В. Заяц, М.В. Зотова, Н.Л. Туров, М.И. Ключников // Известия Российской академии наук. Серия географическая. — 2017. — № 5. — С. 43—57. — 1,0 п.л.
Политическая карта мира. М.: Издательский дом «Первое сентября», 2017. [Электронное издание].
Zayats D.V., Zotova M.V., Turov N.L., Klyuchnikov M.I. Impact of crisis in Russia–Ukraine relations on crossborder interactions in Belgorod Oblast // Regional Research of Russia — 2017. — № 4. — С. 384—394. — 1,0 п.л.
Лобжанидзе А.А., Горохов С.А., Заяц Д.В. Этногеография и география религий. — М.: Юрайт, 2018. — 175 с. — 11,5 п.л.
Заяц Д.В. Этнокультурная мозаичность мира // География в школе. — 2018. — № 7. — С. 3—17. — 1,1 п.л.
Заяц Д.В., Ключников М.И., Михайлова Е.В., Туров Н.Л. Современное трансграничное взаимодействие России и Украины на участках границ в Белгородской и Брянской областях // Российское пограничье: проблемы развития в новых геополитических условиях. – М.: ИП Матушкина И.И., с. 155-168.
Лобжанидзе А.А., Горохов С.А., Заяц Д.В. Этногеография и география религий. – М.: Юрайт, 2019, 203 с.
Заяц Д.В. Феномен непризнанных государств в современном мире // Географическая среда и живые системы. — 2020. — № 1. — С. 53–69.
Заяц Д.В. Социально-экономические типы стран мира // Социально-экономическая география: теория, методология и практика преподавания: Материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием Пятые Максаковские чтения / Под ред. Е. А. Антипова, Е. А. Гречко, Д. В. Заяц и др. — М.: ООО ПТ-Принт, 2020. — С. 84–92.
География населения с основами демографии / С.А. Горохов, А.А. Лобжанидзе, Р.В. Дмитриев и др. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2020. — 83 с.
Новая географическая картина мира. Ч. 1: учебное пособие / С.А. Горохов, Е.А. Гречко, Д.В. Заяц и др. — М.: Дрофа (Российский учебник), 2020. — 319 с.
Новая географическая картина мира. Ч. 2: учебное пособие / М.М. Агафошин, В.Л. Бабурин, С.А. Горохов и др. — М.: Дрофа (Российский учебник), 2020. — 287 с.
Агафошин М.М., Горохов С.А., Заяц Д.В. Экономическая и социальная география зарубежных стран: учеб. пособие для студентов вузов, обучающихся по специальностям География, Экология и природопользование, Педагогическое образование и Туризм. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2020. — 223 с.

 

Аспирантская стипендия Правительства РФ в годы обучения в аспирантуре

Виртуальный спецвыпуск по геополитике России - Новости

Главный редактор:
Джон О’Лафлин, Университет Колорадо, США

Младшие редакторы:
Паулина Раэнто, Университет Хельсинки, Финляндия
Джеймс Д. Сидавей, Национальный университет Сингапура, Сингапур
Фил Стейнберг, Даремский университет, Великобритания

Редактор отзывов:
Джоан П. Шарп, Университет Глазго, U.К.

«Что случилось с внешней политикой России? Это центральный вопрос, который задает себе большинство людей в евроатлантическом мире. После очевидной случайной гибели 17 июля 2014 года рейса 17 Малазийских авиалиний из Амстердама в Куала-Лумпур повстанцами на востоке Украины, поддерживаемыми Россией, таблоиды по всей Европе лидируют с резкими, интуитивными заголовками, такими как «жертвы Путина» (The UK's Daily Mirror ) и «Путин убил моего сына». На обложке Newsweek Путин был назван «парией» и назван «общественным врагом Запада номер 1».«Отношения между Соединенными Штатами, Европейским союзом и Российской Федерацией достигли минимума, невиданного с момента окончания холодной войны в Европе. В связи с тем, что обширные секторальные евроатлантические санкции сильно ударили по российской экономике, а российские контрсанкции против евроатлантических производителей продовольствия привели к значительным экономическим последствиям во многих государствах, особенно в ближайших к России, геополитика, казалось бы, внезапно приняла неприятный оборот. Всего несколько месяцев назад президент Путин принимал мир на зимних Олимпийских играх в Сочи и подарил миру зрелищное спортивное шоу на снегу и льду.Тем не менее, менее чем через неделю после завершения игр он санкционировал скрытное вторжение в украинскую провинцию Крым, а затем аннексировал эту территорию после проведения там поспешного референдума. Аннексия Крыма Россией была первым случаем со времен Второй мировой войны, когда одно государство сознательно нарушило нормы международного права, в одностороннем порядке аннексировав территорию другого государства ».

Прочитать полное введение

Свободно доступных виртуальных статей специального выпуска

1989

1996

1999

2001

2004

2007

2009

  • Возложить вину: Разобраться в Беслане
    Политическая география , Том 28, Выпуск 1, январь 2009 г., стр. 4-15
    Gearóid Ó Tuathail

  • Вмешательства в новую политическую географию европейского «соседства»
    Политическая география , том 28, выпуск 2, февраль 2009 г., страницы 79-89
    Луиза Бяласевич, Карл Дальман, Джан Маттео Апуццо, Феликс Сьюта, Алан Джонс, Крис Рамфорд, Рут Водак, Джеймс Андерсон, Алан Инграм

  • «Новая холодная война»: перерисовка карты / карты Европы
    Политическая география , том 28, выпуск 6, август 2009 г., страницы 329-331
    Эндрю Фоксолл

2010

  • Конституционная сила аутсайдеров: европейская политика соседства и восточное измерение
    Политическая география , том 29, выпуск 2, февраль 2010 г., страницы 109-118
    Кристофер С.Браунинг, Джордж Христу

  • Установка флага и указание пальцем: Морское право, Арктика и политическая география внешнего континентального шельфа
    Политическая география , том 29, выпуск 2, февраль 2010 г., стр. 63-73
    Клаус Доддс

  • Потеряны в концептуализации: чтение «новой холодной войны» с критической геополитикой
    Политическая география , том 29, выпуск 6, август 2010 г., страницы 323-332
    Феликс Цютэ, Ян Клинке

2011

Реакция США и России на предложение России по проблеме сирийского химического оружия

Tamkang Journal of International Affairs

- сложная задача, которая во много раз усложнилась в

разгар гражданской войны.В вопросе о необходимости обеспечения безопасности миссии

упоминался даже документ Пентагона, согласно которому для таких учений потребуется 75000 человек

.

Такое количество иностранных войск

на сирийской земле кажется многим больше похоже на оккупационные силы

. Также был ряд статей, в которых

сомневался, что Сирия может действовать в соответствии с предложением, хотя принятие

Сирии появилось достаточно быстро.

Хотя это соглашение было оформлено как

в результате того, что Франция внесла резолюцию в Совет Безопасности ООН

, чтобы оказать дополнительное давление на Сирию.

Министр обороны,

Чак ​​Хейгел прокомментировал, что единственная причина, по которой российский план

был осуществим, - это угроза США применить военную силу, которую, по его мнению, следует продолжать применять во время переговоров

. Броуд и С. Дж. Чиверс, «Химическое разоружение трудно даже в мирное время

», The New York Times, 10 сентября 2013 г.,

http://www.nytimes.com/2013/09/11/world/middleeast/Syria- Chemical-Disarm

амент.html? pagewanted = all (по состоянию на 11 сентября 2013 г.); Джоби Уоррик и

Лавдей Моррис, «Обеспечение безопасности сирийского арсенала химического оружия было бы сложной задачей

, говорят эксперты», The Washington Post, 11 сентября 2013 г.,

http://www.washingtonpost.com/world/national- security / securing-syrias-chemi

cal-weapon-arsenal-will-be-грандиозная-задача-эксперты-говорят / 2013/09/10 / d20a74a2

-1a53-11e3-82ef-a059e54c49d0_story.html (по состоянию на 11 сентября , 2013).

1) Шерил К. Чамли, «Сирия говорит« да »вдохновленной Россией сделке по поставке химического оружия

», The Washington Times, 10 сентября 2013 г.,

http://www.washingtontimes.com/news/2013/sep/ 10 / syria-say-yes-russia-inspi

red-chemical-weapon-dea / (по состоянию на 11 сентября 2013 г.).

2) Пол Рихтер, «США и Франция сталкиваются с сопротивлением России из-за сирийского плана»,

Los Angeles Times, 10 сентября 2013 г.,

http: // www.latimes.com/world/worldnow/la-fg-wn-syria-chemical-deal-201309

10,0,6730729.story (по состоянию на 11 сентября 2013 г.).

Microsoft Word - Внешняя политика России в отношении Ирана_R & R.docx

% PDF-1.6 % 1 0 obj > / OCG [4 0 R] >> / Страницы 5 0 R / StructTreeRoot 6 0 R / Тип / Каталог >> эндобдж 7 0 объект >> эндобдж 2 0 obj > / Шрифт> >> / Поля [] >> эндобдж 3 0 obj > поток application / pdf

  • Мария Омеличева
  • Microsoft Word - Внешняя политика России в отношении Ирана_R&R.docx
  • 2012-12-17T15: 22: 06ZWord2012-12-17T14: 46: 30-06: 002012-12-17T14: 46: 30-06: 00Mac OS X 10.7.5 Quartz PDFContextuuid: 296d5493-77b7-49a2-8fc2-fa600315e500uuid : a0e325e5-d0d3-44cb-9269-2fee099ff646 конечный поток эндобдж 4 0 obj > >> >> эндобдж 5 0 obj > эндобдж 6 0 obj > эндобдж 8 0 объект > эндобдж 9 0 объект > эндобдж 10 0 obj > эндобдж 11 0 объект > эндобдж 12 0 объект > эндобдж 13 0 объект > эндобдж 14 0 объект > эндобдж 15 0 объект > эндобдж 16 0 объект > эндобдж 17 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Повернуть 0 / StructParents 0 / Тип / Страница / Аннотации [72 0 R] >> эндобдж 18 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 19 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 20 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 21 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 22 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 23 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 24 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 25 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 26 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 27 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 28 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 29 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 30 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 31 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 32 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 33 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 34 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 35 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 36 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 37 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 38 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 39 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 40 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 41 0 объект > / ExtGState> / Шрифт> / ProcSet [/ PDF / Text] / XObject> >> / Тип / Страница >> эндобдж 42 0 объект > эндобдж 43 0 объект > эндобдж 44 0 объект > эндобдж 45 0 объект > эндобдж 46 0 объект > эндобдж 47 0 объект > эндобдж 48 0 объект > эндобдж 49 0 объект > эндобдж 50 0 объект > эндобдж 51 0 объект > эндобдж 52 0 объект > эндобдж 53 0 объект > поток HWnH} Џ¤l ^ `b8 @ Kĉ, i) * b? Y} Y}: ue ~ 7o.m [c% N [} ~ Bi & mlz:] P @ # 06RHT62 'HQf # j @ KF # y ~ PB`Q0pn4

    Иллюзия геополитики | Министерство иностранных дел

    Уолтер Рассел Мид рисует тревожный портрет геополитического положения Соединенных Штатов . По его мнению, все более грозная коалиция нелиберальных держав - Китая, Ирана и России - полна решимости отменить урегулирование после холодной войны и стоящий за ним мировой порядок под руководством США. Он утверждает, что по всей Евразии эти пострадавшие государства стремятся создать сферы влияния, чтобы угрожать основам США.С. Лидерство и мировой порядок. Таким образом, Соединенные Штаты должны переосмыслить свой оптимизм, в том числе свою веру после окончания холодной войны в то, что растущие незападные государства можно убедить присоединиться к Западу и играть по его правилам. Для Мида пришло время противостоять угрозам со стороны этих все более опасных геополитических врагов.

    Но паникерство Мида основано на колоссальном неправильном понимании реалий современной власти. Это неправильное толкование логики и характера существующего мирового порядка, который является более стабильным и обширным, чем изображает Мид, что приводит его к переоценке способности «оси долгоносиков» подорвать его.И это неправильное толкование Китая и России, которые не являются полноценными ревизионистскими державами, а в лучшем случае частично спойлерами, так же подозрительно друг к другу, как и к внешнему миру. Верно, они ищут возможности противостоять глобальному лидерству Соединенных Штатов, и в последнее время, как и в прошлом, они сопротивляются этому, особенно когда сталкиваются с ними в их собственных районах. Но даже эти конфликты больше подпитываются слабостью - их лидеров и режимов - чем силой. У них нет привлекательного бренда.Что касается их важнейших интересов, Россия и особенно Китай глубоко интегрированы в мировую экономику и ее управляющие институты.

    Мид также неверно характеризует направленность внешней политики США. Он утверждает, что после окончания холодной войны Соединенные Штаты игнорировали геополитические вопросы, связанные с территорией и сферами влияния, и вместо этого сделали политический акцент на построении глобального порядка. Но это ложная дихотомия. Соединенные Штаты не сосредотачиваются на вопросах глобального порядка, таких как контроль над вооружениями и торговля, потому что они предполагают, что геополитический конфликт ушел навсегда; он предпринимает такие усилия именно потому, что хочет управлять конкуренцией между великими державами.Построение порядка не связано с окончанием геополитики; это о том, как ответить на важные вопросы геополитики.

    Действительно, построение глобального порядка под руководством США началось не с окончанием холодной войны; он выиграл холодную войну. В течение почти 70 лет после Второй мировой войны Вашингтон предпринимал постоянные усилия по созданию разветвленной системы многосторонних институтов, союзов, торговых соглашений и политического партнерства. Этот проект помог привлечь страны на орбиту Соединенных Штатов.Он помог укрепить глобальные нормы и правила, которые подрывают легитимность сфер влияния в стиле девятнадцатого века, стремлений к региональному господству и территориальных захватов. И это дало Соединенным Штатам возможности, партнерские отношения и принципы, чтобы противостоять сегодняшним великодержавным спойлерам и ревизионистам, такими как они. Союзы, партнерства, многосторонность, демократия - это инструменты лидерства США, и они побеждают, а не проигрывают в борьбе двадцать первого века за геополитику и мировой порядок.

    НЕЖНЫЙ ГИГАНТ

    В 1904 году английский географ Хэлфорд Маккиндер писал, что великая держава, контролировавшая центральную часть Евразии, будет управлять «Мировым Островом» и, следовательно, самим миром. Для Мида Евразия вернулась как главный приз геополитики. Он утверждает, что на дальних рубежах этого суперконтинента Китай, Иран и Россия стремятся установить свои сферы влияния и бросить вызов интересам США, медленно, но безжалостно пытаясь доминировать в Евразии и тем самым угрожать Соединенным Штатам и остальному миру.

    Это видение упускает из виду более глубокую реальность. В вопросах геополитики (не говоря уже о демографии, политике и идеях) Соединенные Штаты имеют решающее преимущество перед Китаем, Ираном и Россией. Хотя Соединенные Штаты, несомненно, сойдут с пика гегемонии, который они занимали в однополярную эпоху, их мощь все еще не имеет себе равных. Его богатство и технологические преимущества остаются вне досягаемости Китая и России, не говоря уже об Иране. Его восстанавливающаяся экономика, теперь подкрепленная огромными новыми ресурсами природного газа, позволяет ей поддерживать глобальное военное присутствие и надежные обязательства в области безопасности.

    Действительно, Вашингтон обладает уникальной способностью заводить друзей и влиять на государства. Согласно исследованию, проведенному политологом Бреттом Эшли Лидсом, Соединенные Штаты могут похвастаться военным партнерством более чем с 60 странами, в то время как Россия насчитывает восемь официальных союзников, а Китай - только один (Северная Корея). Как сказал мне один британский дипломат несколько лет назад, «Китай, похоже, не вступает в альянсы». Но Соединенные Штаты это делают, и они платят двойной дивиденд: альянсы не только обеспечивают глобальную платформу для проецирования U.С. власти, но они также распределяют бремя обеспечения безопасности. Военный потенциал, объединенный в этой системе альянсов под руководством США, перевешивает все, что Китай или Россия могут создать в ближайшие десятилетия.

    Тогда есть ядерное оружие. Это оружие, которым обладают США, Китай и Россия (и Иран стремится к этому), помогает Соединенным Штатам двумя способами. Во-первых, благодаря логике взаимного гарантированного уничтожения они радикально снижают вероятность войны между великими державами. Такие потрясения предоставили возможность бывшим великим державам, в том числе Соединенным Штатам во Второй мировой войне, укрепить свои собственные международные порядки.Атомный век лишил Китай и Россию этой возможности. Во-вторых, ядерное оружие также делает Китай и Россию более безопасными, давая им уверенность в том, что Соединенные Штаты никогда не вторгнутся. Это хорошо, потому что снижает вероятность того, что они прибегнут к отчаянным шагам, порожденным небезопасностью, которые рискуют войной и подрывают либеральный порядок.

    География усиливает другие преимущества Соединенных Штатов. Как единственная великая держава, не окруженная другими великими державами, страна казалась менее опасной для других государств и смогла резко подняться в течение последнего столетия, не спровоцировав войну.После холодной войны, когда Соединенные Штаты были единственной сверхдержавой в мире, другие глобальные державы за океаном даже не пытались противостоять им. Фактически, географическое положение Соединенных Штатов заставило другие страны больше беспокоиться о брошенности, чем о господстве. Союзники в Европе, Азии и на Ближнем Востоке стремились привлечь США к тому, чтобы они играли большую роль в своих регионах. В результате получилось то, что историк Гейр Лундестад назвал «империей по приглашению».

    Географические преимущества Соединенных Штатов полностью проявляются в Азии.Большинство тамошних стран видят в Китае большую потенциальную опасность - как минимум из-за его близости - чем Соединенные Штаты. За исключением Соединенных Штатов, каждая крупная держава в мире живет в густонаселенном геополитическом районе, где смена власти обычно вызывает уравновешивание, в том числе друг друга. Китай обнаруживает эту динамику сегодня, когда окружающие государства реагируют на его подъем, модернизируя свои вооруженные силы и укрепляя свои союзы. Россия знала это на протяжении десятилетий, а совсем недавно столкнулась с ней на Украине, которая в последние годы увеличила свои военные расходы и стремилась к более тесным связям с ЕС.

    Географическая изоляция также дала Соединенным Штатам повод отстаивать универсальные принципы, позволяющие им получить доступ к различным регионам мира. Страна долгое время продвигала политику открытых дверей и принцип самоопределения и выступала против колониализма - не из чувства идеализма, а из-за практических реалий сохранения Европы, Азии и Ближнего Востока открытыми для торговли и дипломатии. . В конце 1930-х годов главный вопрос, с которым столкнулись Соединенные Штаты, заключался в том, насколько велико геополитическое пространство или «большая территория», которые им потребуется для существования в качестве великой державы в мире империй, региональных блоков и сфер влияния.Вторая мировая война прояснила ответ: процветание и безопасность страны зависят от доступа во все регионы. И в последующие десятилетия, за некоторыми важными и разрушительными исключениями, такими как Вьетнам, Соединенные Штаты приняли постимперские принципы.

    Именно в эти послевоенные годы сошлись геополитика и построение порядка. Либеральные международные рамки были ответом, который государственные деятели, такие как Дин Ачесон, Джордж Кеннан и Джордж Маршалл, предложили на вызов советского экспансионизма.Созданная ими система укрепила и обогатила Соединенные Штаты и их союзников в ущерб их нелиберальным противникам. Это также стабилизировало мировую экономику и создало механизмы решения глобальных проблем. Окончание холодной войны не изменило логику этого проекта.

    К счастью, либеральные принципы, которые продвигает Вашингтон, пользуются почти всеобщей привлекательностью, потому что они, как правило, хорошо сочетаются с модернизирующими силами экономического роста и социального прогресса.Как выразился историк Чарльз Майер, Соединенные Штаты поднялись на волне модернизации двадцатого века. Но некоторые утверждали, что это соответствие между американским проектом и силами современности в последние годы ослабло. Считается, что финансовый кризис 2008 года стал поворотным моментом в мировой истории, когда Соединенные Штаты утратили свою авангардную роль в содействии экономическому развитию.

    Но даже если бы это было правдой, из этого вряд ли следует, что Китай и Россия заменили Соединенные Штаты в качестве знаменосцев мировой экономики.Даже Мид не утверждает, что Китай, Иран или Россия предлагают миру новую модель современности. Если эти нелиберальные державы действительно угрожают Вашингтону и остальному либеральному капиталистическому миру, то им нужно будет найти и оседлать следующую великую волну модернизации. Вряд ли они это сделают.

    ВОССТАНОВЛЕНИЕ ДЕМОКРАТИИ

    В представлении Мида о соперничестве за Евразию между Соединенными Штатами и Китаем, Ираном и Россией упускается из виду более глубокая смена власти, происходящая сейчас: растущее господство либеральной капиталистической демократии.Безусловно, многие либеральные демократии в настоящий момент борются с медленным экономическим ростом, социальным неравенством и политической нестабильностью. Но распространение либеральной демократии по всему миру, начавшееся в конце 1970-х годов и ускорившееся после холодной войны, резко укрепило позиции Соединенных Штатов и сузило геополитический круг вокруг Китая и России.

    Легко забыть, насколько когда-то была редкостью либеральная демократия. До двадцатого века он был ограничен Западом и некоторыми частями Латинской Америки.Однако после Второй мировой войны оно начало выходить за пределы этих сфер, поскольку новые независимые государства установили самоуправление. В 1950-х, 1960-х и начале 1970-х годов военные перевороты и новые диктаторы затормозили переход к демократии. Но в конце 1970-х годов то, что политолог Сэмюэл Хантингтон назвал «третьей волной» демократизации, захлестнуло Южную Европу, Латинскую Америку и Восточную Азию. Затем закончилась «холодная война», и когорта бывших коммунистических государств Восточной Европы перешла в лоно демократии.К концу 1990-х 60 процентов всех стран стали демократическими.

    Хотя произошел некоторый откат назад, более важной тенденцией стало появление группы демократических средних держав, включая Австралию, Бразилию, Индию, Индонезию, Мексику, Южную Корею и Турцию. Эти растущие демократии действуют как заинтересованные стороны в международной системе: стремятся к многостороннему сотрудничеству, стремятся к расширению прав и ответственности и оказывают влияние мирными средствами.

    Такие страны придают либеральному мировому порядку новый геополитический вес. Как отметил политолог Ларри Даймонд, если Аргентина, Бразилия, Индия, Индонезия, Южная Африка и Турция восстановят свою экономическую основу и укрепят свое демократическое правление, Группа двадцати, в которую также входят США и европейские страны, «будет превратились в сильный «клуб демократий», в котором удерживаются только Россия, Китай и Саудовская Аравия ». Рост глобального среднего класса демократических государств превратил Китай и Россию в отстающих, а не в законных соперников за мировое лидерство, как опасается Мид.

    На самом деле, подъем демократии стал серьезной проблемой для обеих стран. В Восточной Европе бывшие советские государства и сателлиты стали демократическими и присоединились к Западу. Какими бы тревожными ни были действия президента России Владимира Путина в Крыму, они отражают геополитическую уязвимость России, а не ее силу. За последние два десятилетия Запад приблизился к границам России. В 1999 г. в НАТО вступили Венгрия, Польша и Чехия. В 2004 году к ним присоединились еще семь бывших членов советского блока, а в 2009 году - Албания и Хорватия.Тем временем шесть бывших советских республик встали на путь членства, присоединившись к программе НАТО «Партнерство ради мира». Мид делает многое из достижений Путина в Грузии, Армении и Крыму. Тем не менее, несмотря на то, что Путин выигрывает несколько небольших сражений, он проигрывает войну. Россия не на подъеме; напротив, он переживает одно из величайших геополитических спадов среди всех крупных держав современности.

    Демократия окружает и Китай. В середине 1980-х годов Индия и Япония были единственными азиатскими демократиями, но с тех пор к клубу присоединились Индонезия, Монголия, Филиппины, Южная Корея, Тайвань и Таиланд.Мьянма (также называемая Бирмой) предприняла осторожные шаги в направлении многопартийного правления - шаги, которые, как не преминул заметить Китай, были предприняты в связи с потеплением отношений с США. Сейчас Китай живет в явно демократическом районе.

    Эти политические преобразования заставили Китай и Россию занять оборонительную позицию. Рассмотрим последние события в Украине. Экономические и политические течения в большей части страны неумолимо текут на запад, и эта тенденция пугает Путина.Его единственный выход - заставить Украину сопротивляться ЕС и остаться в орбите России. Хотя ему, возможно, удастся сохранить Крым под контролем России, его контроль над остальной частью страны ослабевает. Как отметил дипломат ЕС Роберт Купер, Путин может попытаться отсрочить момент, когда Украина «присоединится к ЕС, но он не может этого остановить». Более того, Путин может даже не добиться этого, поскольку его провокационные шаги могут только ускорить продвижение Украины в Европу.

    Китай сталкивается с аналогичной проблемой на Тайване.Китайские лидеры искренне верят, что Тайвань является частью Китая, а тайваньцы - нет. Переход к демократии на острове сделал претензии его жителей на государственность более ощутимыми и законными. Опрос 2011 года показал, что если бы тайваньцы были уверены в том, что Китай не нападет на Тайвань, 80 процентов из них поддержали бы провозглашение независимости. Как и Россия, Китай хочет геополитического контроля над своими соседями. Но распространение демократии на все уголки Азии сделало старомодное господство единственным способом добиться этого, а этот вариант дорогостоящий и обреченный на провал.

    Хотя рост демократических государств усложняет жизнь Китаю и России, он делает мир более безопасным для Соединенных Штатов. Эти две державы могут считаться соперниками США, но соперничество происходит на очень неравном игровом поле: у Соединенных Штатов больше всего друзей, а также самые способные из них. На Вашингтон и его союзники приходится 75 процентов мировых военных расходов. Демократизация поставила Китай и Россию в геополитический ящик.

    Иран не окружен демократиями, но ему угрожает беспокойное продемократическое движение внутри страны.Что еще более важно, Иран - самый слабый член оси Мида, с гораздо меньшей экономикой и вооруженными силами, чем США и другие великие державы. Он также является объектом самых строгих международных санкций, когда-либо созданных с помощью Китая и России. Дипломатия администрации Обамы с Ираном может иметь успех, а может и не увенчаться успехом, но неясно, что Мид сделал бы иначе, чтобы помешать стране получить ядерное оружие. Подход президента США Барака Обамы обладает тем достоинством, что предлагает Тегерану путь, по которому он может превратиться из враждебной региональной державы в более конструктивного, неядерного члена международного сообщества - потенциального геополитического фактора, который изменит правила игры, который Мид не может оценить.

    ПЕРЕСМОТРЕННЫЙ РЕВИЗИОНИЗМ

    Мид не только недооценивает силу Соединенных Штатов и порядок, который они построили; он также преувеличивает степень, в которой Китай и Россия стремятся противостоять обоим. (Помимо своих ядерных амбиций, Иран выглядит как государство, которое больше занимается бесполезным протестом, чем реальным сопротивлением, поэтому его не следует рассматривать как нечто близкое к ревизионистской державе.) Без сомнения, Китай и Россия желают большего регионального влияния. Китай выступил с агрессивными претензиями на морские права и близлежащие оспариваемые острова, а также приступил к наращиванию вооружений.Путин мечтает вернуть себе доминирующее положение России в ее «ближнем зарубежье». Обе великие державы недовольны лидерством США и сопротивляются ему, когда могут.

    Но Китай и Россия не настоящие ревизионисты. Как сказал бывший министр иностранных дел Израиля Шломо Бен-Ами, внешняя политика Путина «больше отражает его негодование по поводу геополитической маргинализации России, чем боевой клич растущей империи». Китай, конечно же, на самом деле является восходящей державой, и это вызывает опасную конкуренцию с У.Союзники С. в Азии. Но Китай в настоящее время не пытается разорвать эти союзы или свергнуть более широкую систему управления региональной безопасностью, воплощенную в Ассоциации государств Юго-Восточной Азии и саммите Восточной Азии. И даже если у Китая есть амбиции сделать это в конечном итоге, партнерство США в области безопасности в этом регионе, во всяком случае, становится сильнее, а не слабее. В лучшем случае Китай и Россия - спойлеры. У них нет интересов - не говоря уже об идеях, возможностях или союзниках - чтобы побудить их перевернуть существующие глобальные правила и институты.

    На самом деле, хотя они и возмущены тем, что Соединенные Штаты находятся на вершине нынешней геополитической системы, они принимают логику, лежащую в основе этой структуры, и не без оснований. Открытость дает им доступ к торговле, инвестициям и технологиям других обществ. Правила дают им инструменты для защиты своего суверенитета и интересов. Несмотря на разногласия по поводу новой идеи «ответственности по защите» (которая применялась только выборочно), нынешний мировой порядок закрепляет вековые нормы государственного суверенитета и невмешательства.Эти вестфальские принципы остаются краеугольным камнем мировой политики, а Китай и Россия связали с ними свои национальные интересы (несмотря на тревожный ирредентизм Путина).

    Поэтому неудивительно, что Китай и Россия глубоко интегрировались в существующий международный порядок. Они оба являются постоянными членами Совета Безопасности ООН с правом вето, и оба они активно участвуют во Всемирной торговой организации, Международном валютном фонде, Всемирном банке и Большой двадцатке.Они геополитические инсайдеры, сидящие за всеми высокими столами глобального управления.

    Китай, несмотря на его быстрое восхождение, не имеет амбициозных глобальных планов; он остается зацикленным внутри, на сохранении партийного правления. Некоторые китайские интеллектуалы и политические деятели, такие как Ян Сюэтонг и Чжу Чэнху, действительно имеют список желаний ревизионистских целей. Они видят в западной системе угрозу и ждут того дня, когда Китай сможет реорганизовать международный порядок. Но до политической элиты эти голоса не доходят.Действительно, китайские лидеры отошли от своих прежних призывов к радикальным переменам. В 2007 году на заседании Центрального комитета Коммунистическая партия Китая заменила предыдущие предложения о «новом международном экономическом порядке» призывами к более скромным реформам, основанным на честности и справедливости. Китайский ученый Ван Цзи утверждал, что этот шаг «тонкий, но важный», смещая ориентацию Китая в сторону глобального реформатора. Китай теперь хочет большей роли в Международном валютном фонде и Всемирном банке, большего голоса на таких форумах, как G-20, и более широкого глобального использования его валюты.Это не повестка дня страны, пытающейся изменить экономический порядок.

    Китай и Россия также являются членами ядерного клуба с хорошей репутацией. Центральным элементом урегулирования «холодной войны» между Соединенными Штатами и Советским Союзом (а затем и Россией) были общие усилия по ограничению атомного оружия. Хотя с тех пор американо-российские отношения испортились, ядерная составляющая их договоренностей сохранилась. В 2010 году Москва и Вашингтон подписали новый договор СНВ, который требует взаимных сокращений ядерных вооружений большой дальности.

    До 1990-х годов Китай был ядерным аутсайдером. Хотя у него был скромный арсенал, он считал себя голосом неядерного развивающегося мира и критиковал соглашения о контроле над вооружениями и запреты на испытания. Но произошел знаменательный сдвиг в том, что с тех пор Китай стал поддерживать целый ряд ядерных соглашений, включая Договор о нераспространении ядерного оружия и Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. Он подтвердил доктрину «неприменения первым», сохранил свой арсенал небольшим и вывел все свои ядерные силы из состояния боевой готовности.Китай также сыграл активную роль в Саммите по ядерной безопасности, инициативе, предложенной Обамой в 2009 году, и присоединился к «процессу пятерки послов», совместным усилиям по защите ядерного оружия.

    По широкому кругу вопросов Китай и Россия действуют скорее как авторитетные великие державы, чем как ревизионистские. Они часто предпочитают избегать многосторонности, но иногда это делают и Соединенные Штаты, и другие могущественные демократии. (Пекин ратифицировал Конвенцию ООН по морскому праву, Вашингтон - нет.) И Китай, и Россия используют глобальные правила и институты для продвижения своих собственных интересов. Их борьба с Соединенными Штатами вращается вокруг того, чтобы получить право голоса в рамках существующего порядка и манипулировать им в соответствии со своими потребностями. Они хотят укрепить свои позиции в системе, но не пытаются ее заменить.

    ЗДЕСЬ ОСТАНОВИТЬСЯ

    В конечном итоге, даже если Китай и Россия действительно попытаются оспорить основные условия текущего глобального порядка, приключение будет пугающим и обреченным на провал.Эти силы не только противостоят Соединенным Штатам; им также придется бороться с самым глобально организованным и глубоко укоренившимся порядком, который когда-либо видел мир, с тем, в котором доминируют государства, которые являются либеральными, капиталистическими и демократическими. Этот порядок поддерживается возглавляемой США сетью альянсов, институтов, геополитических сделок, государств-клиентов и демократического партнерства. Он оказался динамичным и экспансивным, легко интегрируя развивающиеся государства, начиная с Японии и Германии после Второй мировой войны.Он продемонстрировал способность к совместному лидерству, что подтверждается такими форумами, как «Большая восьмерка» и «Большая двадцатка». Это позволило развивающимся незападным странам торговать и расти, разделяя дивиденды модернизации. Он приспособлен к удивительно широкому разнообразию политических и экономических моделей - социал-демократических (Западная Европа), неолиберальных (Соединенное Королевство и США) и государственно-капиталистических (Восточная Азия). От этого порядка во многом зависит процветание почти каждой страны - и стабильность ее правительства.

    В эпоху либеральных порядков ревизионистская борьба - глупая затея. Действительно, Китай и Россия это знают. У них нет грандиозных представлений об альтернативном порядке. Для них международные отношения в основном связаны с поиском торговли и ресурсов, защиты своего суверенитета и, где это возможно, регионального господства. Они не проявили никакого интереса к построению своих собственных порядков или даже к принятию на себя полной ответственности за нынешний и не предложили никаких альтернативных видений глобального экономического или политического прогресса.Это серьезный недостаток, поскольку международные порядки растут и падают не просто из-за мощи ведущего государства; их успех также зависит от того, считаются ли они законными и решит ли их фактическая деятельность проблемы, которые волнуют как слабые, так и могущественные государства. В борьбе за мировой порядок Китай и Россия (и, конечно, Иран) просто не участвуют в игре.

    В этих обстоятельствах Соединенные Штаты не должны отказываться от своих усилий по укреплению либерального порядка.Мир, в котором живет Вашингтон сегодня, он должен приветствовать. И великая стратегия, которой он должен следовать, - это та, которой он придерживался на протяжении десятилетий: глубокое глобальное участие. Это стратегия, в которой Соединенные Штаты связывают себя с регионами мира через торговлю, союзы, многосторонние институты и дипломатию. Это стратегия, в которой Соединенные Штаты устанавливают лидерство не просто посредством использования власти, но также посредством постоянных усилий по решению глобальных проблем и выработке правил.Он создал мир, дружественный американским интересам, и он стал дружественным, потому что, как однажды сказал президент Джон Ф. Кеннеди, это мир, «где слабые в безопасности, а сильные справедливы».

    Загрузка ...
    Пожалуйста, включите JavaScript для правильной работы этого сайта.

    Геополитика Крыма важна, но мы не должны игнорировать преследование крымских татар

    Когда комментаторы и политики обсуждают незаконную аннексию Крыма Россией в 2014 году, акцент часто делается на геополитику и безопасность на Черном море.Это понятно. В конце концов, Россия использовала свой незаконный захват земель, чтобы сделать Черное море спорным регионом. Он также использовал свое увеличившееся военное присутствие в Крыму как стартовую площадку для российских военных операций в более отдаленных районах, таких как Ливия и Сирия.

    Хотя геополитика Крыма важна, не следует упускать из виду трагедию, происходящую со многими людьми, живущими там. Это особенно верно в отношении крымскотатарской общины - этнически тюркского и религиозно суннитского исламского меньшинства, которое десятилетиями подвергалось религиозным и политическим преследованиям под российским господством.

    Ранее в этом месяце Южный военный окружной суд России приговорил трех татар к длительным срокам тюремного заключения (Рустема Эмирусейнова к 17 годам, Арсена Абхаитова к 13 годам и Эскендира Абулганиева к 12 годам лишения свободы). Их преступление? Быть членами исламской «Хизб ут-Тахрир», группы, которая была названа экстремистской организацией и запрещена в России, но легальна в Украине.

    У татар в Крыму богатая и глубокая история, но она часто смешивается с трагедией. Крымское ханство - вассальное государство Османской империи - просуществовало 300 лет, пока Екатерина Великая не взяла под свой контроль полуостров в 1783 году.Во время хаоса, последовавшего за большевистской революцией и гражданской войной в России, полуостров был окончательно включен в состав Советского Союза. Советы никогда не думали о благополучии крымских татар. Когда-то в 1920-х годах Владимир Ленин, как сообщается, написал о своих планах в отношении крымских татар: «Мы возьмем их, разделим, поработим, переварим».

    Под железным правлением Иосифа Сталина крымские татары были почти истреблены. Сталин утверждал, что татары были врагами государства, потому что некоторые встали на сторону нацистской Германии во время Второй мировой войны.В то время как многие воевали на стороне немцев, многие также сражались на стороне Красной армии против нацизма. Фактически, восемь крымских татар были удостоены звания «Герой Советского Союза» - высшей награды в Советской империи. Эту престижную награду дважды удостаивался татарский летчик Амет-Хан Султан.

    Тем не менее, тот факт, что некоторые крымские татары воевали на стороне нацистов, был для Сталина достаточным поводом для наказания всей общины. В 1944 году почти 180 000 крымских татар были насильно выселены из своих домов в Крыму и отправлены на восток.Многие оказались в Узбекистане, но тысячи также были рассеяны по Сибири. Во время этого насильственного переселения были убиты десятки тысяч татар.

    Крымским татарам разрешили вернуться в Крым во время перестроечных реформ Михаила Горбачева в 1980-х годах. В 1991 году Крым стал частью независимой Украины. Жизнь татар в независимой Украине, хотя и не всегда идеальная, была намного лучше, чем все, что они испытали в прошлом веке под властью России. Теперь при президенте Владимире Путине татары снова подвергаются гонениям со стороны Москвы.До аннексии Крыма Россией в 2014 году татары составляли около 13 процентов населения Крыма. Сегодня можно только догадываться, сколько их осталось на полуострове.

    Татарский Меджлис (законодательный орган татар, работающий над восстановлением национальных и политических прав крымскотатарского народа) в Симферополе подвергся вандализму, прежде чем был в конечном итоге закрыт. Подобный вид вандализма против татарских зданий и учреждений стал обычным явлением после российской оккупации.

    В 2017 году Международный суд (МС) постановил, что закрытие татарского Меджлиса было неправильным, и призвал российские власти разрешить Меджлису продолжать заседания. На сегодняшний день Россия игнорирует МС.

    Многие члены Меджлиса бежали в добровольную ссылку на материковую часть Украины. Остальные были арестованы российскими властями. Поскольку российские власти запрещают некоторым членам Меджлиса въезд в Крым, заседания Меджлиса теперь проводятся тайно с помощью видеоконференцсвязи.

    Другие высокопоставленные представители татарской общины либо арестованы, либо им запрещен въезд в Крым. Многие другие регулярно подвергаются преследованиям со стороны местных властей. Заместитель председателя Меджлиса Ахтем Чийгоз был арестован и заключен в тюрьму в 2015 году за участие в проукраинском митинге в Крыму в феврале 2014 года. С тех пор он был освобожден.

    Среди наиболее известных татар, которым запрещен въезд на родину, являются Рефат Чубаров и Мустафа Джемилев, действующий и бывший председатель Меджлиса соответственно.Фактически, еще в апреле прошлого года Россия заочно предъявила Джемилеву сомнительное уголовное дело.

    Но закрытие Меджлиса и преследование его членов - это лишь верхушка айсберга России, когда речь идет о преследовании татар. В течение последних шести лет российские власти проводят кампанию по подрыву и стиранию татарской культуры.

    Российские спецслужбы совершили налет на дома и офисы известных крымских татар под сомнительными предлогами. Москва запретила ежегодные церемонии в честь массовой депортации крымских татар Сталиным в 1944 году.Россия также запретила отдельные части крымскотатарской литературы и религиозные книги, хотя те же тексты были приемлемы, когда Украина управляла Крымом. Закрыты татарские школы.

    Некоторые в Москве даже призвали к «дедюркификации» Крыма, изменив название полуострова и его крупных городов обратно на названия, используемые древними греками. Например, Крым станет Тавридой, Керчь - Пантикапаем, Феодосия - Феодосией, а Севастополь - Севаступоли.Игнорирование роли тюркской культуры в истории Крыма и подавление крымскотатарского языка равносильно культурному вандализму.

    Международное сообщество по большей части хранило молчание о преследовании татар. Особенно это касается мусульманского мира, за исключением Турции. По историческим и культурным причинам Турция была чемпионом татарского дела. Кроме того, в последнее время турецко-украинские отношения сближаются.Это естественный ответ на растущее геополитическое противостояние между Турцией и Россией.

    Со своей стороны администрация Трампа предприняла скромные усилия, чтобы привлечь внимание к тяжелому положению татар. США использовали свою платформу в Организации по сотрудничеству в области безопасности в Европе, чтобы поднять вопрос о преследовании татар. В 2018 году высокопоставленные члены Госдепартамента США встретились с представителями крымскотатарской общины во время саммита по вопросам свободы вероисповедания в Вашингтоне.Но можно сделать больше.

    Следующей администрации следует рассмотреть вопрос о приглашении делегации крымских татар в Белый дом как способ осветить преследование крымских татар Россией. США должны работать с другими партнерами Турции в мусульманском мире, чтобы оказать давление на Москву в связи с ее незаконной оккупацией Крыма и преследованием татарской общины. При всех религиозных и политических преследованиях, происходящих в мире, легко не заметить, что происходит в Крыму.Поскольку политики сосредоточены на установлении мира в Донбассе на востоке Украины, они не должны забывать о тяжелом положении крымских татар.

    По мере того, как следующая администрация развивает свою политику в отношении Украины, нельзя игнорировать тяжелое положение татар. Поднятие вопроса о татарах - это не только еще один способ оказать давление на Москву в связи с незаконной аннексией Крыма, но и помогает продвигать дело свободы вероисповедания. Следующая администрация и Конгресс США должны без колебаний подтвердить приверженность Америки и поддержку всего народа Украины, включая татар.

    В свою очередь, это сделает Америку и ее союзников в большей безопасности.

    Люк Коффи - директор Центра исследований внешней политики Эллисон в The Heritage Foundation. Высказанные здесь взгляды являются его собственными.

    Фото STR / Nur Фото через Getty Images

    Геополитика - Человеческая география - Руководства по исследованиям в Дартмутском колледже

    Исследование географических факторов мировой политики и межгосударственных отношений.Этот термин также используется в более общем плане для описания региональных стратегических отношений, например, «геополитика Южно-Китайского моря». В настоящее время он охватывает почти ту же область, что и международные отношения, хотя с большим упором на географические факторы, такие как местоположение, ресурсы и доступность. В рамках этого широкого определения существует множество вариантов, и различия между ними значительны. Отчасти это связано с неоднозначной историей термина «геополитика», который после 1940-х годов утратил популярность в большей части англо-американского мира.

    Его первоначальная или «традиционная» форма возникла в конце 19 века. Эту «имперскую геополитику» можно рассматривать как приложение социал-дарвинизма к государству. Сочетая идеи постоянного национального соперничества, необходимости государственной экспансии, экологического детерминизма и расистских представлений о цивилизациях, эта геополитика была сознательно направлена ​​на информирование и поддержку государственного управления европейских империалистических держав, а также США. Например, адмирал Альфред Тайер Махан (1846–1914) предупреждал правительство США о необходимости восстановления военно-морской мощи для защиты торговых интересов США.Его идеи о морской мощи были адаптированы Хэлфордом Маккиндером, чья концепция Хартленда считается образцом этого стиля рассуждений. Вдохновленная Фридрихом Разтелем и шведским географом Рудольфом Кьелленом (1864–1922), который ввел термин «геополитика», школа геополитика сформировалась в Германии в 1920-х годах. Из-за его тесных связей с последующим нацистским режимом американские и другие географы отвергли термин «геополитика», отвергнув его как псевдонауку расизма и грубого экологического детерминизма.Хотя такие географы, как Исайя Боуман, также рассматривали стратегические отношения в мировом масштабе, они обычно описывали свою работу как политическую географию. Однако узнаваемая версия geopolitik действительно процветала среди военных академий и военных диктатур в Южной Америке вплоть до 1970-х годов. Те ученые, которые продолжали развивать и адаптировать идеи Маккиндера к ситуации холодной войны, особенно Николас Спайкмен, а затем Сол Коэн, делали упор на пространственные темы, а не на экологические или расовые (см. Геостратегический регион).Но в академической географии в целом геополитика стала ругательством.

    Возвращение геополитики было более заметным за пределами географических областей и приняло явно консервативный оттенок. Официальные лица внешней политики США и интеллектуалы, которые стремились повлиять на нее, переработали и обновили многие идеи имперской геополитики начиная с 1970-х годов (см. «Столкновение цивилизаций»; Pax Americana). Среди географов было два основных отзыва. С одной стороны, некоторые выступали за возрожденную геополитику, лишенную имперских атрибутов и более внимательную к изменяющимся отношениям между геополитическими и геоэкономическими отношениями в эпоху глобализации.В частности, это направление исследований позволило выявить негосударственных политических субъектов, включая социальные движения и террористические сети, а также новые проблемы, такие как глобальные изменения окружающей среды и глобальные СМИ. Связанным, но отчетливым ответом стало формирование критической геополитики, которая больше опиралась на постструктуралистские концепции дискурса и репрезентации, чтобы исследовать тексты (например, речи, кинохронику, политические документы) политиков и ориентированной на государство внешней политики. В современной геополитике есть также ряд других направлений.Дженнифер Хайндман обрисовала в общих чертах «феминистскую геополитику», основанную на феминистских географических идеях и сосредоточенную за пределами государства, чтобы рассмотреть политику социальной справедливости, вреда, сексуального насилия и разделения между общественным и частным (см. Страх). «Популярная геополитика» исследует, как политические географические идеи распространяются через фильмы, телевидение, мультфильмы и журналы. «Антигеополитика» описывает вызовы геополитике, ориентированной на государство, изнутри гражданского общества, включая диссидентов, социальные движения и связанные с ними формы сопротивления.Его цель - противостоять идее о том, что интересы государства и его политических союзников совпадают с интересами сообществ. Джерри Кернс использует термин «прогрессивная геополитика» для обозначения идей и практик, противоречащих консервативной геополитике. Он больше верит в международное право и космополитические идеалы как в способы регулирования отношений между государствами и людьми во избежание конфликтов.

    Кастри, Н., Китчин, Р., и Роджерс, А. (2013). «Геополитика». В Словарь гуманитарной географии .: Издательство Оксфордского университета. Проверено 14 марта 2017 г.

    Covid-19 Нефтяной коллапс - это скрытая геополитическая перезагрузка

    По мере продолжения пандемии коронавируса Bloomberg Opinion будет запускать серию статей от наших обозревателей, которые рассматривают долгосрочные последствия кризиса. Эта колонка является частью пакета о том, как преодолевать потрясения на энергетических рынках. Для получения дополнительной информации см. Лиама Деннинга о том, как построить более устойчивую энергетическую систему США, и Натаниэля Булларда о том, почему развивающиеся страны должны ускорить переход к энергетике.

    Мир стоит на пороге геополитической перезагрузки. Глобальная пандемия вполне может подорвать международные институты, усилить национализм и спровоцировать деглобализацию. Но дальновидное руководство может также возродить сотрудничество, проблески которого проявились в предложении Большой двадцатки об облегчении бремени долга некоторых из беднейших стран мира, совместном призыве более 200 бывших национальных лидеров к более скоординированным ответным мерам на пандемию и беспрецедентных многонациональный пакт об остановке краха на нефтяных рынках.

    Замечательные усилия по устранению потрясений на нефтяных рынках будут иметь решающее значение для окончательного баланса нефти - хотя последние две недели показали, что обещанное сокращение добычи было слишком медленным и недостаточным перед лицом резкого падения спроса на нефть. Вызовы и возможности, которые выдвигает на передний план коллапс на рынке нефти, возможно, являются лишь первым вкусом геополитических кризисов, вызванных Covid-19, с которыми мировым лидерам и политикам придется бороться в ближайшие месяцы и годы.

    Как показывает история, большие изменения на энергетических рынках часто ускоряют большие изменения в геополитике. Например, переход от угля к нефти привел к тому, что страны Ближнего Востока приобрели стратегическое значение. А недавний технологический бум сланцевой нефти поднял Соединенные Штаты до статуса чистого экспортера нефти, изменив их взгляд на важность нефти в мировых делах. Сейчас мы сталкиваемся с разрушением таких масштабов, что это тоже изменит порядок некоторых властных отношений.

    Прямо сейчас Вашингтон сосредоточен на том, как спасти нефтяную промышленность США, большая часть которой находится под огромным давлением из-за падения цен. Хотя это понятно и необходимо, Вашингтону необходимо освободить место в своем списке приоритетов для ряда стратегических сдвигов, вызванных кризисом. Для начала директивным органам следует рассмотреть четыре проблемы и возможности, которые уже проявились.

    Будьте готовы к более нестабильным или даже неудачным состояниям и рискам, которые могут их сопровождать.

    Для десятков производителей нефти падение цен на нефть является катастрофическим. Ни один крупный производитель нефти не может сбалансировать свой бюджет при ценах ниже 40 долларов; По данным Международного валютного фонда, за исключением Катара, каждой стране Ближнего Востока требуется не менее 60 долларов, в Алжире - 157 долларов, а Ирану - колоссальные 390 долларов. Средняя цена на нефть марки Brent за последний месяц была чуть выше 20 долларов.

    Конечно, безубыточные фискальные цены являются лишь одним из факторов при оценке того, какие производители нефти наиболее уязвимы для глубоких экономических потрясений и связанных с ними социальных и политических потрясений.Страны с (сравнительно) более диверсифицированной экономикой, такие как Объединенные Арабские Эмираты, Мексика и Россия, явно находятся в более выгодном положении. Страны с фиксированными обменными курсами, такие как Нигерия и Саудовская Аравия, находятся в особенно невыгодном положении, поскольку им необходимо использовать свои драгоценные валютные резервы для поддержки своих валют. Некоторые страны имеют возможность сокращать расходы, а другие - брать займы. А у некоторых есть законные политические институты, чтобы справиться с неизбежными трудностями, такими как сокращение субсидий, потеря рабочих мест и сокращение капитальных расходов.

    Но многие этого не делают. И, в отличие от последнего падения цен в 2016 году, этот шок не наступил после периода стабильных высоких цен на нефть, который позволил некоторым странам укрепить свои финансы. Вместо этого цены на нефть были средними, поскольку рост добычи сланцевой нефти в Америке и сокращение добычи ОПЕК + удерживали их примерно в диапазоне 50-70 долларов, что ниже уровня безубыточности бюджета многих экспортеров нефти.

    Ирак, Оман, Алжир, Нигерия, Эквадор, Ангола, Суринам - не говоря уже о двух странах, уже находящихся на грани, Иране и Венесуэле - особенно уязвимы.Не все они могут потерпеть неудачу в смысле краха государства, но многие могут перестать выплачивать свои зарплаты в государственном секторе, не говоря уже о расходах, связанных с здравоохранением, образованием и другими услугами, включая безопасность.

    Сама перспектива того, что многие страны не смогут финансировать свои бюджеты безопасности, должна вызывать тревогу в Соединенных Штатах и ​​за их пределами. Это добавляет срочности к вопросу, который специалисты по национальной безопасности, лица, определяющие внешнюю политику, и политики пытались решить после 11 сентября: как не допустить, чтобы неуправляемые территории стали безопасным убежищем для террористических групп или наркокартелей, стремящихся атаковать Запад или подорвать его безопасность в других странах. способами.Особую озабоченность политиков США должны вызывать Ирак, Нигерия и Мексика. Каждый сталкивается со своим надвигающимся кризисом, который может иметь серьезные последствия для интересов США.

    В Ираке временное правительство сталкивается с серьезными финансовыми проблемами: его доходы от нефти, составляющие 90% бюджетных доходов, упали на 46% в марте, даже до того, как полное влияние коронавируса на нефть стало очевидным. Этот финансовый крах имеет ужасные последствия для борьбы страны с ИГИЛ, для способности Ирака противостоять вмешательству со стороны своих соседей и для его усилий по удовлетворению потребностей своего молодого и беспокойного населения.

    Экономика Нигерии также находится в затруднительном положении, поскольку только что начала выходить из рецессии до введения строгих мер сдерживания пандемии. Признаки общественного недовольства растут, и президент Мухаммаду Бухари - бывший военный - может прибегнуть к помощи армии для поддержания правопорядка. Это подорвет легитимность и эффективность борьбы Нигерии против исламистского повстанческого движения на северо-востоке страны, что повлечет за собой колебания во всем и без того уязвимом регионе.

    Благодаря своей диверсифицированной экономике, страховке от нефти на 2020 год и относительно развитым институтам Мексика имеет гораздо лучшие возможности для того, чтобы справиться с потрясениями на энергетических рынках. Но явное нежелание президента Андреса Мануэля Лопеса Обрадора осознавать серьезность пандемии должно вызывать беспокойство. Даже в то время как другие страны приносят сногсшибательное облегчение новым безработным, Лопес Обрадор почти не отступил от ранее взятых на себя обязательств по жесткой экономии или пересмотрел другие элементы своих экономических планов.Федеральное правительство изо всех сил пытается вырвать контроль над некоторыми частями страны у наркокартелей и выполнить требования США по сдерживанию мигрантов из Центральной Америки, направляющихся на север. Если Мексике придется сократить расходы на силы безопасности, что кажется весьма вероятным, обе эти проблемы могут иметь метастазы.

    Как Соединенные Штаты и их партнеры могут подготовиться к новым беспорядкам в этих странах и на неуправляемых территориях, особенно в Сахеле или на Ближнем Востоке, где у экстремистских групп уже есть опоры? Один из ответов, очевидно, заключается в необходимости поддерживать и увеличивать помощь и гуманитарную помощь многим странам, которые столкнутся с экзистенциальными кризисами, вызванными либо нефтяным кризисом, либо коронавирусом, либо и тем, и другим.Другой ответ, как ни странно, можно найти в Сирии. Отнюдь не «вечная война», как назвал ее президент Дональд Трамп, небольшой закулисный контингент американских войск, поддерживающих гораздо более многочисленную группу местных сил против экстремистских боевиков, - это своего рода договоренность, которую Соединенные Штаты - в идеале с другие - должны повториться в странах, которые обращаются за помощью. Столкнувшись с требованиями и страхами своих собственных граждан, политики в Северной Америке, Европе и других странах могут изо всех сил пытаться оправдать безопасность и другую поддержку стран, институты которых колеблются или рушатся под совокупным весом низких цен на нефть и коронавируса.Но готовность строить более ограниченные военные партнерства - и, что важно, объяснять своим гражданам, почему такие договоренности не являются «вечными войнами» - будет частью управления внешнеполитическими последствиями этого момента.

    Удвоение усилий по планированию на случай непредвиденных обстоятельств и объединение красных команд для Ирана и Венесуэлы.

    И Иран, и Венесуэла росли до того, как материализовался коронавирус. Под жесткими санкциями США экспорт нефти - жизненно важный для обеих стран - был резко сокращен до пандемии и падения цен на нефть.Таким образом, влияние кратера на цены на нефть будет гораздо меньше, чем в прошлом, но каждая из них все равно пострадает по мере дальнейшего сокращения курса иностранной валюты, что еще больше ограничит импорт.

    Многие в администрации Трампа могут надеяться, что это стечение исторических факторов приведет к краху боливарианской революции в Венесуэле и исламской революции в Иране. Но готовы ли Соединенные Штаты к тому, что будет разворачиваться любой сценарий?

    Падение Николаса Мадуро в Венесуэле может привести не к переходному правительству, на которое многие надеялись, а к полному краху государства и грандиозной гуманитарной катастрофе и катастрофе в области безопасности.В качестве альтернативы, если страна сильно пострадает от Covid-19, давление с целью политического примирения между оппозицией Венесуэлы и правительством может продлить срок полномочий Мадуро. Правительство Ирана гораздо более укоренилось, и посторонним трудно точно оценить, что там сейчас происходит. Если режим находится под беспрецедентным давлением, наиболее вероятным исходом будет не появление демократической альтернативы, а усиление власти Корпусом стражей исламской революции, усиление U.Напряженность между С.-Ираном и возможность возникновения горячего конфликта.

    Сейчас было бы хорошее время для США не только активизировать свое планирование на случай непредвиденных обстоятельств, но и подумать о том, будут ли изменения американской политики в отношении той или иной страны лучше продвигать свои интересы и уменьшать человеческие страдания. В частности, Соединенным Штатам следует пересмотреть свое ранее принятое решение , а не об учреждении некоторой версии программы «Нефть в обмен на продовольствие» для Венесуэлы. Такая программа могла бы спасти жизни венесуэльцев, остановить поток беженцев, который рискует дестабилизировать весь регион и усилить политическую оппозицию; перед лицом глобальной пандемии эти преимущества должны перевесить любые опасения, которые могли быть у политиков по поводу продления жизни режима Мадуро.

    Разрешить надвигающийся кризис США с Саудовской Аравией.

    У Саудовской Аравии и других членов ОПЕК + было несколько мотивов для того, чтобы 12 апреля договориться о сокращении добычи нефти. Однако в случае Саудовской Аравии среди этих причин было резкое усиление враждебности со стороны членов Конгресса США, которые в прошлом, похоже, ценили многогранные отношения между Эр-Риядом и Вашингтоном. Когда-то желая высказаться в пользу американо-саудовского партнерства, эти члены внезапно заявили, что они готовы разрушить экономические, военные и дипломатические отношения, если Саудовская Аравия не ограничит добычу, чтобы остановить свободное падение цен на нефть (и защитить Американская нефтяная промышленность).

    Такие угрозы, несомненно, давали президенту Трампу рычаги воздействия, когда заставляли саудовских лидеров согласиться на значительное сокращение. Но они также показали хрупкость двусторонних отношений. Если цены на нефть продолжат падать, члены Конгресса вполне могут попытаться наказать Эр-Рияд за ситуацию, в значительной степени не созданную им самими. Это будет болезненной точкой давления на королевство в то время, когда ни Соединенные Штаты, ни регион не могут позволить себе большей дестабилизации. Чтобы предотвратить такую ​​возможность, администрация должна тесно сотрудничать с ключевыми членами Конгресса.Он не должен передавать управление двусторонними отношениями законодательной власти.

    Расширяйте контакты для управления нефтяным рынком в более длительные области разрядки.

    Недавние попытки увести мировой рынок нефти с краю пропасти выявили некоторые новые общие интересы и спровоцировали интенсивные контакты между лидерами. Может ли это побудить к более тесному сотрудничеству в отношениях, которые в противном случае были бы опасными? Как показывает поворот президента Трампа в отношении ценности ОПЕК, сейчас время для переосмысления старых ортодоксальных взглядов и поиска новых способов решения проблем.

    Несмотря на то, что Трамп настаивает на том, что Соединенные Штаты нуждаются в улучшении отношений с Россией и хотят их, эта дисфункциональная диада до сих пор не поддавалась повторной калибровке. Москва и Вашингтон вряд ли придут к какой-либо значительной разрядке, учитывая необходимость президента Путина демонизировать Соединенные Штаты и уверенность в том, что Россию ждут тяжелые экономические времена. Путин неоднократно пытался компенсировать плохие экономические новости, заявляя о России более агрессивно на мировой арене.Он вполне мог сделать то же самое снова.

    Тем не менее, существует небольшая возможность для профессионализации сегмента двусторонних отношений между США и Россией. Россия давно заинтересована в том, чтобы подтолкнуть Соединенные Штаты к координации мирового нефтяного рынка. Хотя Соединенным Штатам не нужно присоединяться к ОПЕК + и ее обещаниям санкционировать сокращение добычи, регулярный обмен мнениями о мировых тенденциях в области энергетики может создать нишу для конструктивных дискуссий между официальными лицами России и США. Нет ничего безумного в том, что диалог вокруг общих энергетических интересов может перерасти в более содержательный разговор, например, о том, как справиться с крахом Венесуэлы.

    Точно так же, хотя Китай не был центральным игроком в попытке остановить крах нефтяного рынка, Соединенные Штаты и другие страны должны вовлекать китайских официальных лиц в регулярные консультации по этому вопросу. Интересы Китая как крупнейшего в мире импортера нефти и шестого по величине производителя нефти неоднозначны. Но будучи второй по величине экономикой мира, Китай может иметь свои собственные инструменты для влияния на глобальный спрос и предложение. Энергия (и климат) - это области, в которых Соединенные Штаты и Китай имеют общие интересы и где у них был продуктивный обмен, даже в периоды напряженности.Опять же, нет ничего безумного в том, чтобы думать, что такой диалог, если он будет активизирован, может стать чистым позитивом в критических, но быстро ухудшающихся двусторонних отношениях.

    Наконец, предоставив Мексике, Саудовской Аравии и России возможность сохранить лицо, сообщив о частичном соблюдении Мексикой соглашения о сокращении добычи от 12 апреля, Трамп должен был заручиться некоторой репутацией с президентом Мексики. Это может пригодиться, поскольку обе страны с их взаимосвязанными экономиками будут сотрудничать, чтобы сгладить переход к нормальной жизни, когда бы это ни случилось.

    Внешнеполитическим деятелям и ведущим мыслителям необходимо учитывать, как изменится мировой порядок в ответ на коронавирус. Как указал в другом месте Джон Икенберри, история показывает, что за первоначальными шагами к изоляции могут последовать глобальные усилия по воссозданию необходимых институтов. Но неспособность США решить более неотложные проблемы, связанные с крахом рынка нефти из-за Covid-19, не сулит ничего хорошего для каких-либо более масштабных усилий по изменению мирового порядка.

    Эта колонка не обязательно отражает мнение редакционной коллегии или Bloomberg LP и ее владельцев.

    Чтобы связаться с автором этой истории:
    Меган Л. О'Салливан по адресу [email protected]

    Чтобы связаться с редактором, ответственным за эту статью:
    Джеймс Гибни по адресу [email protected]