Содержание

Федерация за всеобщий мир — евразийское отделение — ООН и война в Корее: неоконченный путь к миру — Федерация за всеобщий мир

ООН и война в Корее: неоконченный путь к миру

Сейчас, когда 60-летняя годовщина окончания Корейской войны 1950-1953 гг. отмечена очередным отказом КНДР от Соглашения о перемирии[1], уместно задаться вопросом: есть ли надежный способ достижения примирения и согласия между Севером и Югом Кореи, и способна ли ООН (чьи силы стали одной из воюющих сторон) извлечь уроки из своей истории и завершить путь к миру на Корейском полуострове, начатый 60 лет назад?

Корейская война стала первым серьезным испытанием на прочность для только что созданной державами-победительницами Организации Объединенных Наций. В условиях разгоравшейся холодной войны, которая едва не переросла в войну горячую, мировую, с применением оружия массового уничтожения, великие державы, отбросив взаимные обещания, пережили сильнейший соблазн действовать исключительно во имя своих интересов и амбиций, в ущерб логике компромисса и коллективного действия[2].

Корейская война оказала долгосрочное отрицательное воздействие на общую ситуацию в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) и в мире в целом, подчеркивает А.В. Торкунов. «Она стала одним из факторов углубления холодной войны, стимулировав формирование противостоящих друг другу военных блоков, провоцируя все новые политико-идеологические конфликты, подталкивая одну сверхдержаву на беспощадное подавление демократии как «троянского коня» Запада, а вторую – на яростное противодействие национально-освободительному движению и социально-политическому развитию в «третьем мире»[3].

Не только сама Корейская война, но и многолетние попытки поставить в ней точку, достичь мира на Корейском полуострове де-юре и де-факто стали подлинным испытанием на дееспособность и эффективность для самой ООН.

Соглашение о перемирии было заключено 27 июля 1953 года в Пханмунджоме американским генералом Кларком от имени командования войсками ООН и представителями КНДР и армии китайских народных добровольцев.

Глава Южной Кореи Ли Сын Ман не согласился поставить свою подпись под этим документом. Таким образом, Сеул не является участником соглашения о перемирии.

В преамбуле Соглашения указывалось, что его целью является «прекращение корейского конфликта» и «заключение перемирия, которое обеспечило бы полное прекращение военных действий и всех враждебных актов в Корее до окончательного мирного соглашения». Демаркационная линия была определена в соответствии с фактическим расположением войск обеих сторон – в основном по 38-й параллели, с небольшими отклонениями на западе в пользу корейских и китайских войск, а на востоке  – в пользу войск ООН. По обе стороны демаркационной линии была установлена двухкилометровая демилитаризованная зона. Соглашение запрещало на весь период перемирия ввоз в Корею оружия и подкреплений, определяло функции военной комиссии по перемирию и комиссии по наблюдению за перемирием. Предусматривался созыв через три месяца после вступления соглашения в силу политической конференции по вопросу об объединении Кореи и выводе иностранных войск.

Не прошло, однако, и двух недель после подписания Соглашения о перемирии, как логика холодной войны все-таки взяла свое. Государственный секретарь США Даллес и военный министр Стивенсон вылетели в Сеул и заключили 8 августа 1953 г. Договор о взаимной обороне между США и Южной Кореей, который официально был подписан в Вашингтоне 1 октября 1953 г. и ратифицирован в январе 1954 г. Договор закреплял на постоянной основе присутствие в Южной Корее американских войск и их право на проведение военных действий против Северной Кореи.

Из-за позиции Южной Кореи было сорвано проведение предусмотренной Соглашением о перемирии политической конференции по вопросу об объединении Кореи и выводе иностранных войск, полагает А.П. Барышев. На состоявшемся в апреле-июле 1954 г. Женевском совещании министров иностранных дел СССР, КНР, США, Великобритании и Франции по мирному урегулированию на Корейском полуострове и восстановлению мира в Индокитае был рассмотрен предложенный правительством КНДР план восстановления единства Кореи и мирного урегулирования корейского вопроса.

План предусматривал проведение под наблюдением комиссии из представителей Северной и Южной Кореи свободных выборов в общекорейское Национальное собрание, которое должно было образовать единое правительство Кореи, вывод из Кореи всех иностранных войск, принятие на себя государствами, наиболее заинтересованными в поддержании мира на Дальнем Востоке, обязательств по обеспечению дальнейшего мирного развития Кореи. В поддержку плана КНДР выступили СССР и КНР. Однако план был отвергнут США и их союзниками, которые продолжили курс на укрепление своего контроля над Южной Кореей.

[4]

В 1960 году КНДР предложила создать на Корейском полуострове конфедерацию двух государств, при сохранении самостоятельности их правительств. В поддержку этой идеи выступил СССР. Однако инициатива КНДР была отклонена Югом, переживавшим в то время период политической нестабильности. После этого корейская проблема оказалась надолго замороженной.

Идея конфедерации, впервые выдвинутая КНДР в 1960 году, получила развитие на VI съезде Трудовой партии Кореи (ТПК) в 1980 году. Предлагалась «конфедеративная республика, где на основе взаимного признания существующих в двух зонах идеологий и систем Севером и Югом будет образовано единое национальное правительство, в состав которого войдут на равноправных началах представители Севера и Юга и под руководством которого Север и Юг, располагая равными правами и обязанностями, будут осуществлять систему регионального самоуправления». По мысли Пхеньяна, Демократическая Конфедеративная Республика Корея должна стать нейтральной, неприсоединившейся страной, а Север и Юг отказались бы от всех военных и других договоров с третьими странами. Предлагалось также создать новую национальную армию путем «слияния вооруженных сил Севера и Юга и передачи их под командование конфедеративного правительства»

[5]

Лишь в начале 1970-х годов под влиянием появившейся в мире тенденции к разрядке Север и Юг приступили к первым после окончания войны (если не считать двух безуспешных встреч в 1963 году с целью создания и направления единой корейской команды на Олимпиаду-64 в Токио) официальным контактам.

Итогом державшихся в строгом секрете поездок высокопоставленных представителей сторон в Сеул и Пхеньян явилось опубликованное 4 июля 1972 года совместное заявление Севера и Юга, в котором содержались согласованные ими три принципа воссоединения. Они предусматривали, что, «во-первых, вопрос об объединении надо решать самостоятельно, без опоры на внешние силы, без вмешательства извне; во-вторых, объединения следует добиваться мирным путем, не применяя вооруженных сил друг против друга; в-третьих, независимо от различий в идеологии, идеалах и системах прежде всего необходимо, как единой нации, добиться великой национальной консолидации»[6].

Были достигнуты также договоренности о том, чтобы избегать клеветы и нападок друг на друга, воздерживаться от вооруженных провокаций и столкновений, наладить обмен и сотрудничество в различных областях, установить прямую телефонную связь между Пхеньяном и Сеулом, содействовать успешному завершению начавшихся в 1971 году переговоров между обществами Красного Креста по вопросам воссоединения 10 миллионов членов разделенных семей.

Однако воплотить договоренности в жизнь не удалось, хотя для их реализации был создан координационный комитет и контакты его сопредседателей продолжались до 1975 года.

На 28-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН (1973 г.) впервые за всю историю постановки в ООН корейского вопроса в его обсуждении принимала участие делегация КНДР, что стало возможным благодаря тому, что накануне сессии при активном содействии Советского Союза КНДР был предоставлен статус постоянного наблюдателя при ООН. Что касается Республики Кореи, то она имела такой статус с 1949 года.

28 ноября 1973 г. пленарное заседание 28-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН без голосования утвердило заявление председателя Генеральной Ассамблеи, в котором на основании рассмотрения корейского вопроса на сессии одобрялось совместное заявление Севера и Юга Кореи от 4 июля 1972 г. и санкционировался роспуск Комиссии ООН по объединению и восстановлению Кореи. КНДР расценила это решение как свою дипломатическую победу. Острая дипломатическая борьба продолжалась на 29-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН (1974 г.

). Однако за проект резолюции было подано 48 голосов, 48 голосовало против и 38 воздержались.

А пока дипломатические страсти бушевали в стенах Генассамблеи ООН, попытки содействовать межкорейскому урегулированиюпродолжались и на двустороннем уровне. В сентябре 1974 года Дж. Форд принял решение посетить Южную Корею с официальным визитом. Во время визита в Сеул была оглашена новая позиция американской администрации по вопросу признания КНДР, получившая впоследствии название «перекрестного признания». Заместитель Государственного секретаря по делам Дальнего Востока и Тихого океана Ф. Хабиб заявил, что «США признают Северную Корею, если Советский Союз и Китай первыми предпримут аналогичный шаг в отношении Южной Кореи». США, таким образом, подтвердили, что в своей политике они исходят из факта существования двух корейских государств

[7].

На 30-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН (1975 г.) Советский Союз, другие социалистические и многие неприсоединившиеся страны (всего 43 государства) внесли на обсуждение совместный проект резолюции, в котором отмечалась необходимость роспуска «командования ООН» и вывода всех иностранных войск, находящихся под флагом ООН в Южной Корее, а также предлагалось заменить временное соглашение о перемирии мирным соглашением. В проекте резолюции содержался призыв к Северу и Югу Кореи принять практические меры по сокращению вооруженных сил до равного уровня, по предупреждению вооруженных конфликтов и гарантированию неприменения силы. Проект был принят 54 голосами против 43 при 42 воздержавшихся.

30-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН приняла, однако, и другую резолюцию по корейскому вопросу, в основу которой был положен проект США и других западных стран. Резолюция не предусматривала вывода иностранных войск из Южной Кореи и, по существу, была направлена на закрепление статус-кво. Против этой резолюции проголосовало 51 государство-член ООН, в том числе СССР и другие социалистические страны[8]. Таким образом, после одобрения на 30-й сессии ГА ООН в ноябре 1975 г. сразу двух   противоположных резолюций по корейскому вопросупроблема политического урегулирования в Корее была вообще снята с повестки дня.

В начале 1980-х годов в Пхеньяне и Сеуле стали, судя по всему, яснее осознавать, что путь к объединению пролегает через взаимное признание реальностей. Впервые КНДР обратилась с предложением провести переговоры с премьер-министром Южной Кореи, использовав при этом ее официальное название – Республика Корея. Впрочем, после нескольких подготовительных встреч Пхеньян заявил, что не желает иметь дела с тогдашним главой сеульского режима Чон Ду Хваном, который учинил расправу над восставшими жителями города Кванджу.

Следующий раунд двусторонних контактов состоялся в 1984-1985 годах. Осенью 1984 года КНДР предложила оказать материальную помощь жителям Южной Кореи, пострадавшим от наводнения. Сеул согласился на это, руководствуясь, как отмечали южнокорейские газеты, стремлением возобновить диалог. Впервые северокорейские суда доставили 100 тысяч тонн цемента в порты Юга. Рис, ткани и медикаменты передавались в районе Пханмунджома. Прежде стороны неоднократно предлагали друг другу подобную помощь после ежегодных летних тайфунов, но эти предложения неизменно отвергались.

На сей раз помощь привела к началу экономических переговоров, межпарламентских контактов, возобновлению встреч представителей обществ Красного Креста. Состоялся беспрецедентный обмен делегациями по 150 человек. В их состав были включены члены разделенных семей, встретившиеся с родственниками после 30-40-летней разлуки, а также художественные коллективы, давшие по два концерта, официальные лица и журналисты. 

В тот период удалось отработать процедуры переговоров и обменов делегациями, достичь известного уровня взаимопонимания. Но все же диалог шел непросто. Напряженность сохранялась и скоро привела к прекращению переговоров. Не увенчались успехом и длительные контакты с целью совместной организации XXIV летних Олимпийских игр 1988 года.

В чем же заключались основные различия в позициях сторон по вопросам объединения? В Пхеньяне считали (и считают), что Южная Корея – это «колония США», поэтому там выступают, прежде всего, за ликвидацию американского военного присутствия на Юге и решение других проблем военно-политического характера. По мнению же Сеула, недоверие и взаимная подозрительность между двумя частями страны столь глубоки, что начинать следовало с торгово-экономических отношений и лишь затем переходить к решению военно-политических проблем. В 1984 году Пхеньян выдвинул предложение о проведении переговоров с участием КНДР, США и Южной Кореи, а в 1986 году – о военно-политических переговорах между Севером и Югом страны. Комплекс этих инициатив был одобрен на состоявшемся 7 ноября 1988 года совместном заседании руководящих органов КНДР. 

По итогам трехсторонних переговоров предлагалось заключить мирное соглашение между КНДР и США вместо соглашения о перемирии и на его основе вывести американские войска из Южной Кореи. Одновременно должна была быть принята Декларация о ненападении между Севером и Югом. На военно-политических переговорах Пхеньян предлагал рассмотреть вопросы о прекращении крупных военных маневров, в том числе любых учений с участием иностранных войск, о недопущении вооруженных столкновений, установлении прямой связи между военными представителями сторон, превращении демилитаризованной зоны в районе 38-й параллели в зону мира.

Хотя под воздействием разрядки в международных отношениях была сделана очередная попытка начать межкорейский диалог, каждая из корейских сторон отказывалась всерьез принимать во внимание позиции своих партнеров, отмечает Ю. А. Дубинин. Южная Корея делала ставку на юридическое признание факта существования двух самостоятельных корейских государств, их перекрестное признание и прием двух корейских государств в ООН. Пхеньян же стремился достичь хотя бы формальной видимости существования единого корейского государства, при этом неизменно призывая к выводу из Южной Кореи американских войск и средств ядерного сдерживания.

С этой целью в 1985 г. КНДР пошла на такой шаг, как присоединение к Договору о нераспространении ядерного оружия. В 1984-1985 гг. в Пханмунджоме проходили встречи представителей двух сторон на уровне заместителей министров по вопросам развития межкорейских экономических связей, а в сентябре-октябре 1990 г. в Сеуле и Пхеньяне состоялись встречи премьер-министров КНДР и Республики Корея, где рассматривались вопросы устранения военно-политической конфронтации и налаживания двустороннего сотрудничества. Однако, несмотря на все предпринятые шаги, реального сближения позиций двух сторон в это время так и не произошло.

Процесс демократизации политической жизни в Южной Корее способствовал выдвижению Сеулом и новых внешнеполитических инициатив, среди которых важное место занимала задача добиваться нормализации отношений с социалистическими странами вплоть до установления с ними полномасштабных дипломатических отношений. Важным этапом на этом пути было проведение в Сеуле летних Олимпийских игр 1988 г., вскоре после которых ряд социалистических стран объявили о дипломатическом признании Республики Корея. В июне 1990 г. в Сан-Франциско состоялась встреча М.С. Горбачева с президентом Ро Дэ У, вскоре после которой (30 сентября 1990 г.) было подписано соглашение об установлении дипломатических отношений с Республикой Корея. В августе 1992 г. с Южной Кореей установила дипломатические отношения и КНР.

Эта ситуация негативно оценивалась руководителями КНДР. Хотя Пхеньян был заблаговременно информирован о намерении Советского Союза установить отношения с Республикой Корея, этот шаг не нашел понимания у северокорейского руководства. Оно полагало, что в результате такого развития событий союзный договор между СССР и КНДР превращается в «номинальный» документ, что в свою очередь вынуждает Пхеньян позаботиться о своей обороноспособности. Похоже, именно тогда там всерьез задумались над активизацией своей ядерной программы.

Существенным достижением политики мирного урегулирования на Корейском полуострове стало одновременное вступление Южной и Северной Кореи в ООН в сентябре 1991 г. С апреля по май1991 г. правительство Республики Корея отправило 9 специальных де­легаций, которые должны были посетить 37 стран и заранее обсудить вопрос о вступлении Южной Кореи в ООН. Вслед за этим Мини­стерство иностранных дел Республики Корея в своем заявлении от 27 мая1991 г. опубликовало сообщение о том, что собирается обратить­ся в ООН с соответствующим заявлением, которое было официально представлено несколькими месяцами позднее, 5 августа1991 г.

В том же году и Корейская Народно-Демократическая Республика обратилась в ООН с аналогичным заявлением. Правда, КНДР внесла предложение, чтобы Северная и Южная Корея имели в ООН только одно место (один голос). Это объяснялось тем, что, с точки зрения Северной Кореи, официальное признание мировым сообществом двух самостоятельных государств только усугубляет проблему разделения страны. Однако предложение КНДР не было принято, и 17 сентября1991 г. на 46-й Сессии Генеральной Ассамблеи ООН Республика Корея и КНДР одновременно вступили в ООН.

13 декабря 1991г.вСеулепремьер-министрыобеих стран, ЁнХён Мук (КНДР) иЧон Вон Щик (РК), подписали Соглашение опримирении иненападении, сотрудничестве иобмене между Севером иЮгом.Подтвердив вСоглашении три принципа объединения Родины, указанные всовместном заявлении от4 июля 1972г., стороны взяли насебя обязательства путем ликвидации состояниявоенно-политическойконфронтации добиться национального примирения, предотвратить вооруженные посягательства истолкновения, обеспечить разрядку напряженности имир. Стороны также обязались осуществлять многостороннее сотрудничество иобмен иобеспечить общенациональные интересы ипроцветание.

В декабре 1991 года главы правительств Севера и Юга впервые формально признали равноправное существование двух корейских государств, подписав  Соглашение о примирении, ненападении, сотрудничестве и обменах, одновременно  с  которым была принята  двусторонняя декларация о безъядерном статусе Корейского полуострова. Эти документы заложили основу всех последующих усилий по урегулированию межкорейского конфликта.

Казалось бы, все это дает шанс на прекращение многолетнего противостояния КНДР и РК: оба корейских государства были приняты в ООН, СССР и США выступили гарантами безъядерного статуса Корейского полуострова. Москва установила с Сеулом дипломатические отношения в 1990 г., Пекин – в 1992 г. Было естественным ожидать симметричных шагов со стороны Запада. «Однако, – отмечает бывший посол России в Республике Корея Глеб Ивашенцов, – США и их союзники тогда на признание КНДР не пошли – похоже, что Горбачев с Шеварднадзе условиться с ними о «перекрестном признании» двух корейских государств не удосужились, а пришедшие на смену им Ельцин с Козыревым складывали российские яйца в Корее исключительно в сеульскую корзину» [9].

Впрочем, не все зависело тогда от советской и российской дипломатии. Общеизвестно, что руководство КНДР последовательно отвергало идею «перекрестного признания», полагая, что таковое увековечит раскол на Корейском полуострове и затруднит воссоединение корейской нации и объединение двух Корей.

«Политические приоритеты СССР, производные от нормализации отношений с Республикой Корея, были несколько расплывчаты, – осторожно замечает в этой связи Г.Ф. Кунадзе (косвенно подтверждая предположения Г.А. Ивашенцова – авт.). – Главный из них состоял в том, чтобы исключить возможность возникновения военного конфликта между двумя корейскими государствами… В новых условиях было бы, видимо, уместно в какой-то форме получить обещание от Южной Кореи, что она не использует свое укрепившееся положение для давления на Северную Корею. Не помешала бы и приуроченная к нормализации какая-либо декларация Юга о добрых намерениях в отношении Севера. Все перечисленные вопросы нуждались в серьезной проработке с участием профильных министерств и ведомств. На практике же такая во многом рутинная и бюрократическая, но крайне важная работа оказалась подменена чисто «президентской дипломатией»[10].

Несмотря на вышеописанные достижения в деле примирения двух Корей и ликвидации последствий Корейской войны 1950-1953 гг., распад СССР и ликвидация «мировой социалистической системы» усилили у северокорейского руководства ощущение незащищенности и стремление обеспечить безопасность и территориальную целостность страны собственными силами.

КНДР вновь оказалась в центре активной международной дипломатии. США высказали подозрение, что в стране ведутся работы по созданию ядерного оружия. Корейская сторона всячески отрицала проведение ею каких-либо работ по военному применению ядерной энергии, однако ряд объектов в КНДР были закрыты для международных инспекторов. США даже заявляли о готовности нанести удары по северокорейским ядерным объектам с целью помешать реализации ядерной программы КНДР[11].

Проведенные в 1992-1993 гг. инспекторами МАГАТЭ[12] проверки северокорейских ядерных объектов выявили большие расхождения между данными, предоставленными КНДР, и результатами, полученными специалистами Агентства. Это привело к напряженности в отношениях КНДР с МАГАТЭ, США, РК, со многими другими государствами. КНДР объявила 12 марта 1993 г. о выходе из Договора о нераспространении ядерного оружия, ссылаясь на наличие «ядерной угрозы» со стороны США и «несправедливых требований определенных кругов МАГАТЭ».

В мае 1993 г. Совет безопасности ООН принял резолюцию, призывавшую КНДР оставаться участницей ДНЯО, соблюдать все свои обязательства по договору и соглашению о гарантиях. Со стороны Пхеньяна резолюция Совбеза ООН была охарактеризована как вмешательство во внутренние дела и посягательство на суверенитет страны. Северная Корея при этом дала понять, что ядерная проблема может быть решена только через диалог с США, которые в конечном итоге пошли на переговоры с КНДР[13].

США и КНДР возобновили диалог, который в октябре 1994 г. завершился подписанием рамочного соглашения, предусматривавшего замораживание северокорейской ядерной программы в обмен на компенсационные поставки топлива и строительство легководных реакторов. В этих целях в марте 1995 г. в Нью-Йорке была создана Организация развития энергетики Корейского полуострова (КЕДО), учредителями которой стали США, Южная Корея и Япония.

Однако реализация проектов КЕДО постоянно откладывалась, а обещанные США поставки топлива реализовались далеко не полностью, а затем и вообще прекратились. В феврале 2001 г. новая американская администрация Дж. Буша подвергла критике северокорейскую политику президента Б. Клинтона. В Вашингтоне причислили Северную Корею к «империи зла», и ситуация на Корейском полуострове вновь начала обостряться.

В июне 2000 г. по инициативе Ким Дэ Джуна, первого либерала на посту президента Республики Корея, провозгласившего в отношении Севера «политику солнечного тепла», был проведен первый в истории межкорейский саммит. Главным итогом поездки Ким Дэ Джуна в Пхеньян и его встреч с руководителем КНДР Ким Чен Иром стала Совместная декларация, своего рода программа развития  двусторонних отношений, нацеленная на постепенный разворот от  конфронтации к примирению и поэтапному сближению. Стороны договорились о мерах по укреплению взаимного доверия, экономическом сотрудничестве, контактах  в социальной сфере, в области  культуры и спорта,  об общении между членами разделенных семей.

Очередная попытка урегулирования ситуации вокруг северокорейской ядерной программы на международном уровне была предпринята в августе 2003 г., с началом шестисторонних переговоров с участием КНДР, РК, России, КНР, США и Японии. Совместное заявление  «шестерки» от 19 сентября 2005 года содержало  конструктивную основу для движения не только к обеспечению безъядерного статуса Корейского полуострова, но и к общему оздоровлению обстановки в регионе. Его выполнение обеспечило бы достижение политических и экономических решений, способных сделать Северо-Восточную Азию регионом мира, безопасности и сотрудничества.  Заявление содержало следующие принципиальные пункты:       

  • Готовность КНДР отказаться от ядерного оружия и всех существующих ядерных программ и в сжатые сроки вернуться в режим Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и МАГАТЭ.
  • Заявление США о том, что они не располагают ядерным оружием на Корейском полуострове, не имеют намерений нападать на КНДР или вторгаться на ее территорию с применением ядерного или обычного оружия.
  • Констатация общей готовности США и КНДР официально уважать суверенитет друг друга, мирно сосуществовать и предпринимать шаги по нормализации отношений в двусторонней сфере.
  • Декларация о приверженности шести сторон стремлению содействовать прочному миру и стабильности в Северо-Восточной Азии.
  • Согласие участников переговоров заняться выработкой компромиссной формулы, которая открыла бы для КНДР в будущем возможность реализации мирных ядерных программ, включая создание легководного реактора.
  • Принятие сторонами консенсусного принципа осуществления достигнутых договоренностей – «обязательство в ответ на обязательство, действие в ответ на действие»[14].

Президент Южной Кореи Но Му Хён продолжил линию своего предшественника Ким Дэ Джуна на нормализацию отношений с северным соседом, и второй межкорейский саммит в 2007 г. стал еще одним шагом на пути сближения Севера и Юга.

Однако очередная смена президентских администраций и в Сеуле, и в Вашингтоне привела к ужесточению курса в отношении Северной Кореи. Пхеньян, не поддаваясь требованиям о ликвидации своей ядерной программы, приступил к серии ракетных и ядерных испытаний. Это, с подачи Соединенных Штатов, было воспринято в качестве серьезной угрозы международному режиму ядерного нераспространения.

Напор США и неуступчивость Северной Кореи радикально повлияли на отношение ООН к корейской проблеме: проблемы урегулирования межкорейской ситуации и подписания Мирного договора по итогам Корейской войны окончательно отошли на второй план. В 2006, 2009 и 2012 годах Совет безопасности ООН реагировал на северокорейские ракетные и ядерные испытания осуждающими резолюциями и санкциями (бОльшая часть которых не оказала желаемого воздействия на политику Пхеньяна). В 2008 г. Северная Корея заявила о своем выходе из шестисторонних переговоров, и с тех пор их заседания не проводились.

Весной 2013 г. Пхеньян заявил о своем окончательном отказе от участия в шестисторонних переговорах и об аннулировании Соглашения о перемирии в Корейской войне. Значит ли это, что порочный круг непонимания и враждебности опять замкнулся? Как заявил 11 марта 2013 г. официальный представитель ООН М. Несирки, условия соглашения между Северной и Южной Кореей не предусматривают возможности его расторжения в одностороннем порядке. По его словам, соглашение, заключенное 60 лет назад и принятое Генеральной Ассамблеей ООН, все еще в силе[15].

Действительно, Соглашение о перемирии до сих пор служит единственной опорой мира и стабильности на полуострове, оно определяет режим условной границы, проходящей по 38-й параллели, демилитаризованной зоне (ДМЗ) между Севером и Югом. Но уместно ли сводить роль ООН лишь к поддержанию статус-кво? Исторический опыт показал, что присутствие командования сил ООН в Корее не способствует реальному снижению напряженности и фиксирует парадоксальную ситуацию участия Организации Объединенных Наций в войне против одного из своих членов.

«Представляется, что нам давно пора проанализировать, какую роль может сыграть командование ООН в Корее, этот полностью контролируемый США реликт холодной войны, в возможном развязывании нового конфликта», полагают некоторые эксперты[16].Даже если абстрагироваться от некоторого алармизма подобных суждений, нельзя не согласиться: сегодня ООН нуждается в научном и политическом «аудите» опыта своего участия в Корейской войне и последующих попыток урегулирования ситуации на Корейском полуострове.

Этот опыт, по сию пору не вполне удачный, можно объяснить тем, что в эпоху холодной войны любые усилия ООН в рамках миротворчества и конфликтного урегулирования были, по сути дела, обречены на неудачу из-за биполярного противостояния и силовой политики вовлеченных в конфликт держав. Но давайте вспомним афоризм У. Черчилля, вынесенный в эпиграф, и вновь поверим в успех международного миротворчества!

Постбиполярная эпоха открывает перед ООН новые возможности по урегулированию межкорейского конфликта и диктует новые «правила игры». Мирный договор (или другой документ, который рано или поздно заменит Соглашение о перемирии 1953 года) должен окончательно подвести историческую черту под прошлым и принести на Корейский полуостров мир, доверие, взаимопонимание и сотрудничество.

 

 


[1]Северная Корея уже заявляла в 1994, 1996, 2003, 2006 и 2009 годах о том, что не считает себя связанной условиями Соглашения о перемирии, в знак протеста против проведения американо-южнокорейских военных учений и деятельности командования сил ООН в Корее.

[2]Подробнее о хронике Корейской войны см.: В. Петровский, «ООН и война в Корее: уроки «холодной войны» и опыт коллективного действия», UPF сегодня, февраль 2010 г.

[3]А.В. Торкунов, «Корейская война: уроки истории», http://torkunov.mgimo.ru/s_koreya.php

[4]http://www.barichev.ru/book/index.php?id=237

 

[5]http://www.intertrend.ru/news/html/147.html

[6]См. там же.

[7]http://www.smart-historia.ru/smhs-144-1.html    

[8]http://www.barichev.ru/book/index.php?id=237

[9]Г. А. Ивашенцов, «За надолбами 38-й параллели. Впечатления и размышления посла России в Южной Корее», С.-Петербург, «Русская культура», 2012, с. 155.

[10]Результаты и перспективы российско-южнокорейского сотрудничества: к двадцатилетию установления дипломатических отношений между Россией и Республикой Корея, М., ИМЭМО РАН, 2010, с. 18-19.

[11]http://www.sgu.ru/node/9880″>http://webcache.googleusercontent.com/search?q=cache:http://www.sgu.ru/node/9880

[12] Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) — ведущий мировой форум научно-технического сотрудничества в области мирного использования ядерных технологий, созданный в рамках ООН в 1957 г. в качестве самостоятельной организации.

[13] В. Денисов, «Проблема ядерной безопасности на Корейском полуострове», http://www.rau.su/observer/N03_96/3_06.HTM

[14] Russiancouncil.ru/inner/?id_4=1076#top

[15] http://www.golos-ameriki.ru/content/world-north-korea-un/1619527.html

[16] А.З Жебин, «Корейские дилеммы России», Независимая газета, 12 апреля 2013 г.

70 лет первой «горячей» схватке в холодной войне

Семьдесят лет назад, 25 июня 1950 года, начался первый крупный международный военный конфликт после Второй мировой войны – Корейская война. В Северной Корее ее называют Отечественной Освободительной войной, в Южной –Корейской войной или «инцидентом 25 июня» (несмотря на то, что этот «инцидент» растянулся на три года). Но для всего мира это был прежде всего первый «горячий» эпизод холодной войны: впервые советские и американские военные сошлись в боях как в небе, так и на земле. И это при том, что формально США даже не находились в состоянии войны (действия американских войск в Корее официально именовались «полицейской операцией»), а советские военные специалисты формально не принимали участия в боевых действиях на территории Кореи и в ее воздушном пространстве.

Две Кореи вместо одной

Освобождение Кореи, оккупированной Японией в ходе Второй Мировой войны, шло с двух сторон. С севера наступали советские войска, с юга – американские, как это и было предусмотрено двусторонними договоренностями. А линией разграничения зон ответственности СССР и США в Корее определили 38-ю параллель, по которой до сих пор проходит граница между КНДР и Республикой Корея. Это двойное освобождение и сформировало механизмы, действие которых в конечном итоге привело к Корейской войне.

Лидером Северной Кореи стал бывший советский офицер, капитан Красной армии кореец Ким Ир Сен, командир 1-го стрелкового батальона 88-й отдельной стрелковой бригады (она была укомплектована преимущественно китайскими и корейскими партизанами). Как и в Восточной Европе, на освобожденной Красной армией территории был установлен коммунистический режим, а на территории, которую освободили американцы – режим, лояльный США. Лидером Южной Кореи стал бывший профессор Вашингтонского университета Ли Сын Ман. И, поскольку идея объединения Кореи под единым флагом главенствовала в идеологии с обеих сторон, всего через пять лет после освобождения на Корейском полуострове грянула новая война.

Фото: Википедия

Первая операция войск ООН

Корейская война началась с наступления войск северокорейской армии, однако у историков есть достаточно оснований считать, что этот удар лишь ненамного предупредил наступление с юга. На том, чтобы Корея была объединена усилиями Республики Корея, активно настаивали США, рассматривавшие полуостров как свой плацдарм в Юго-Восточной Азии, многие страны которой ориентировались на СССР. Использовать свою армию Америка не планировала (незадолго до начала войны она вывела войска с полуострова), рассчитывая, что для решения всех военных задач хватит армии Южной Кореи: по мнению американской разведки, численность войск КНДР не превышала 38 тысяч человек, а Южная Корея имела в строю 50 тысяч.

Однако наступление войск Северной Кореи развивалось столь стремительно, что своими силами Южная Корея обойтись явно не могла. В итоге Совет Безопасности ООН на заседании 25 июня 1950 года санкционировал применение войск ООН на стороне Республики Корея – впервые с момента создания этой международной организации. В составе многонациональных сил ООН воевали войска 16 стран: в первую очередь США, а также Австралии, Бельгии, Греции, Канады, Колумбии, Люксембурга, Нидерландов, Новой Зеландии, Таиланда, Турции, Филиппин, Франции, Эфиопии и Южно-Африканского союза.

Фото: Википедия

Северокорейский интернационал

Северная Корея, разрабатывая свой план объединения полуострова, с самого начала намеревалась обратиться за помощью с главным союзникам – Советскому Союзу и Китаю. Китайское правительство приняло решение направить в КНДР несколько армейских корпусов, которые в целях конспирации именовались «частями китайских добровольцев». Со временем китайские силы доросли до пяти армий (!), численность которых была сопоставима, а то и превышала численность северокорейской армии.

Советский Союз, несмотря на прямые просьбы Ким Ир Сена, направлять в Корею свои войска не стал, ограничившись группой военных специалистов численностью порядка 4000 человек. Кроме того, в ноябре 1950 года в боевых действиях начали принимать участие советские летчики из состава 64-го отдельного авиакорпуса (общая численность около 26 000 человек), базировавшегося на территории Китая и имевшего строгий приказ не залетать южнее 38-й параллели. Кстати, официально пилоты из Советского Союза в Корейской войне не участвовали. Они летали на самолетах, имевших опознавательные знаки северокорейских ВВС, но в форме и с документами китайских добровольцев. Более того, поначалу у них был приказ пользоваться в воздухе при переговорах только корейским языком, для чего все получили специальные разговорники. Но применять их в бою было невозможно, и вскоре странный приказ отменили.

Американские десантные корабли в порту Инчхона. Фото: Википедия

Ветераны идут в бой

Подавляющее большинство вооружения, применявшегося в ходе Корейской войны обеими сторонами, составляли стрелковое оружие и техника, отлично проявившие себя в ходе Второй мировой войны. В частности, Советский Союз в больших количествах поставлял Северной Корее знаменитые танки Т-34-85, высвобождавшиеся после принятия на вооружение Советской армии танков Т-54. Кроме них на вооружении северокорейской армии находился легендарный ППШ-41 – самый массовый пистолет-пулемет в мире, а также перевалившая за полувековой рубеж «трехлинейка» – винтовка Мосина образца 1898/1930 годов.

Южнокорейская армия тоже была вооружена в основном устаревшим оружием, которое досталось ей в 1949 году после вывода американского контингента с территории полуострова. Впрочем, и войска ООН в значительной мере пользовались старыми проверенными винтовками «Ли-Энфилд» (Великобритания) и «Спрингфилд» (США). Танки тоже были из числа прошедших Вторую мировую – американские «Шерманы» и британские «Черчилли», хотя позднее им на смену пришли более новые «Паттоны» из США и «Центурионы» из Великобритании.

Корейский авиаполигон

В отличие от наземных войск, авиация обеих сторон быстро получила на вооружение самые новые образцы реактивных самолетов. И потому Корейская война с полным правом считается первым конфликтом, в котором с обеих сторон воевала реактивная авиация. Летчики обеих Корей начали войну на поршневых самолетах времен Второй мировой, как и часть американских пилотов. Но очень быстро главную роль в воздушных сражениях стали играть новейшие истребители с реактивными двигателями.

Советские пилоты, как и китайские добровольцы (позднее к ним присоединились и корейские летчики), летали на МиГ-15 – самом массовом реактивном истребителе в истории мировой авиации. У американских летчиков основным стал истребителель F-86 «Сейбр». И тот, и другой самолеты имели уже стреловидное крыло и даже внешне были достаточно похожи, поскольку предназначались для одинаковых задач. Правда, советский «МиГ» имел преимущество в вооружении перед «Сейбром» – три пушки против шести пулеметов, зато американские машины обладали лучшей обзорностью и устойчивостью при маневрировании. В целом же уроки применения реактивной боевой авиации в небе Кореи во многом определили ее развитие на следующие два десятка лет – вплоть до конца Вьетнамской войны.

Северокорейские танки Т-34-85, подбитые американскими танками M26 «Першинг». Фото: Википедия

Советско-американская война в воздухе

Если документальных подтверждений тому, что советские и американские военные сталкивались на корейской земле, нет, хотя диверсионные группы действовали с обеих сторон и почти наверняка регулярно уничтожали друг друга, то в воздухе пилоты СССР и США вступили в прямое противодействие. Правда, надо отдать должное советским летчикам: они начали воевать в ответ на удары, которые американские бомбардировщики В-29 «Суперфортресс» (тоже, кстати, ветераны Второй мировой) нанесли по их аэродромам на территории не только Китая, но и советского Дальнего Востока! После этого командование 64-м отдельным авиакорпусом официально дало разрешение на вступление в бой с агрессорами.

Первое воздушное сражение с участием советских и американских истребителей состоялось 1 ноября 1950 года, когда истребители МиГ-15 атаковали поршневые истребители Р-51 «Мустанг» и реактивные F-80 «Шутинг стар». Победа осталась за советскими пилотами: без потерь со своей стороны они уничтожили три самолета противника. А 17 декабря того же года МиГ-15 сошлись в бою с «Сейбрами» – и, увы, вынуждены были поначалу уступить. Победить американцам помогла военная хитрость: они покрасили носовую часть своих машин в красный цвет, уподобив окраске китайских «МиГов», и советские пилоты приняли их за союзников.

Асы корейского неба

Среди летчиков, воевавших в небе Кореи, было немало таких, чей личный счет перевалил за 10 самолетов – как с советской, так и с американской стороны. Однако у наших истребителей максимальный показатель был 22 (капитан Николай Сутягин) и 20 сбитых самолетов (подполковник Евгений Пепеляев). Американский рекорд ниже: лучший показатель – 16 сбитых машин противника – зафиксирован у капитана ВВС США Джозефа Макконела. А общий счет за все годы Корейской войны составил 1106 сбитых самолетов у истребителей из СССР против 827 у пилотов из Америки. И потому неудивительно, что все 22 Героя Советского Союза, удостоенных этого звания по итогам войны в Корее, были из числа советских летчиков. Десять из них получили эту награду лично, а двоим – гвардии старшим лейтенантам Борису Образцову и Евгению Стельмаху – звание было присвоено посмертно.

Подписание договора о перемирии 27 июля 1953 г. Фото: Википедия

Ошибка 404: Страница не найдена

Похоже, что здесь ничего нет…Может, попробуете воспользоваться поиском?

Свежие записи

Архивы

Архивы Выберите месяц Май 2016 Март 2015

Рубрики

РубрикиВыберите рубрикуБез рубрики

Страницы

  • #413 (без названия)
  • #888 (без названия)
  • #1011 (без названия)
  • #2554 (без названия)
  • #2622 (без названия)
  • #2781 (без названия)
  • #2786 (без названия)
  • #2793 (без названия)
  • #2802 (без названия)
  • #2809 (без названия)
  • #2814 (без названия)
  • #2821 (без названия)
  • #2827 (без названия)
  • #2832 (без названия)
  • #2838 (без названия)
  • #2852 (без названия)
  • Bigos po polsku
  • Dorsz po polsku
  • Flaki po polsku
  • Gołąbki po polsku
  • Gulasz po polsku
  • Polska kuchnia
  • Ryba po polsku
  • Zupa pomidorowa po polsku
  • Żurek po polsku
  • Август II Сильный
  • Август III Саксонец
  • Авто из Польши. Как купить?
  • Агнешка Радваньская
  • Адам Мицкевич
  • Александр Квасьневский
  • Александр Ягеллончик
  • Анджей Вайда
  • Анджей Голота
  • Анджей Дуда
  • Анна Герман
  • Анна Ягеллонка
  • Афганская война 1979-1989. Причины, ход событий, итоги
  • Барбара Брыльска
  • Безработица — неизбежный
  • Безработица. Виды, последствия
  • Беспозвоночные
  • Битва под Оршей
  • Битва при Варне
  • Болеслав I Храбрый
  • Болеслав II Смелый
  • Болеслав III Кривоустый
  • Болеслав IV Кудрявый
  • Боровик
  • Борьба с безработицей
  • Братские могилы советских солдат. Что с ними?
  • Бронислав Коморовский
  • Бывшие территории Польши
  • В Торуни полно красивых мест!
  • Вавель
  • Варшава
  • Варшава и бывшие столицы Польши
  • Варшавское восстание. Причины, ход событий, итоги
  • Вацлав II
  • Великая война 1409-1411
  • Великолепный пряный суп
  • Величка
  • Вестерплатте 1939
  • Висла – королева польских рек
  • Вислава Шимборская
  • Висло-Одерская операция
  • Вкусненькие блюда польского происхождения
  • Вкусный сладкий десерт
  • Владислав I Герман
  • Владислав I Локетек
  • Владислав III Варненьчик
  • Владислав IV Ваза
  • Владислав Реймонт
  • Воеводства Польши. Карта, описание
  • Военное положение в Польше
  • Война в Чечне. Причины, ход войны, итоги
  • Войцех Ярузельский
  • Волынская резня
  • Восстание Костюшко
  • Восстание Федоровича 1630 г.
  • Восстание Хмельницкого
  • Вроцлав
  • Вроцлав — историческая столица Силезии
  • Гданьск
  • Генрик Сенкевич
  • Генрих III Валуа
  • Герб Польши – история и значение
  • Гимн Польши. Слушать. Текст. Перевод. История. Символика
  • Главные города Польши. Список. Карта. Описание
  • Глобализация
  • Гражданская война в России 1917-1922. Причины, ход событий, итоги
  • Грюнвальдская битва — великолепная победа объединенных войск Польши и Литвы
  • Даниэль Ольбрыхский
  • Дворец культуры и науки в Варшаве
  • Декабристы — все что о них нужно знать
  • Достопримечательности Варшавы
  • Достопримечательности Вроцлава
  • Достопримечательности Гданьска
  • Достопримечательности Катовице
  • Достопримечательности Кракова
  • Достопримечательности Лодзи
  • Достопримечательности Люблина
  • Достопримечательности Ольштына
  • Достопримечательности Познани
  • Достопримечательности Пшемысля
  • Достопримечательности Щецина
  • Достопримеяательности Лодзи
  • Другие статьи
  • Ели ли вы эту штуку раньше?
  • Железный Феликс
  • Жизнь в Польше. Плюсы и минусы
  • Закопане
  • Замок Мариенбург. Мальборк, видео, описание, фото
  • Заработная плата в Польше
  • Зачем учить польский? 10 причин
  • Изабелла Скорупко
  • Инфляция
  • Иоанн Павел II
  • История Польши
  • Казимир I Восстановитель
  • Казимир II Справедливый
  • Казимир III Великий
  • Казимир ΙV
  • Казимир Пулавский
  • Казимир Функ
  • Как называются страны по-польски?
  • Как найти квартиру в Польше? 10 советов
  • Как переехать в Польшу?
  • Как празднуют в Польше Рождество?
  • Калории, калории…
  • Карта поляка. Как ее получить? что это такое?
  • Катастрофа Ту-154 в Смоленске. Что случилось?
  • Конституция 3 мая 1791 года
  • Конституция Царства Польского 1815
  • Контакт
  • Корейская война 1950-1953. Причины, ход событий, итоги
  • Король грибов
  • Краков
  • Красный суп, красная армия, красный мир…
  • Крещение Польши — переломное событие в истории страны
  • Крещение Руси. Причины, ход событий, итоги
  • Кризис
  • Кругобайкальское восстание
  • Крымская война 1853-1856. Причины, ход событий, итоги
  • Кшиштоф Кеслевский — всемирно известный режиссер
  • Кшиштоф Пендерецкий
  • Лекарства в Польше. Где, как, почем?
  • Лех Валенса
  • Лех Качиньский
  • Лисичка
  • Лодзь
  • Лучшие актеры и актрисы Польши
  • Людвик Заменгоф
  • Людовик I Великий
  • Мариуш Пудзяновский
  • Мария Склодовская-Кюри
  • Медовый мир у ваших ног
  • Местное приграничное передвижение с Польшей — полезная информация для туристов
  • Месяцы
  • Мешко I
  • Мешко II
  • Михаил Корибут Вишневецкий
  • Насекомые
  • Небольшой город возле польско-белорусской границы
  • Необыкновенное польское блюдо
  • Необычный розовый суп
  • Необычный, но вкусный суп
  • Николай Коперник
  • Обстановка накануне. Почему Грянул «Октябрь»?
  • Объекты ЮНЕСКО в Польше
  • Освенцим
  • Основные причины ненависти
  • Отдых в Польше
  • Оценка участия России в разделах Польши
  • Павел Делонг. Фильмография и семья (жена, дети, сестра)
  • Пальчики оближешь
  • Пасха в Польше. Основные традиции
  • Познань
  • Поиск жилья в Польше. 9 советов
  • Полезные насыщенные жири содержатся в рыбе
  • Польская гусария
  • Польская культура
  • Польская кухня
  • Польская шляхта
  • Польские блюда
  • Польские города и их достопримечательности
  • Польские женские имена
  • Польские замки
  • Польские знаменитости
  • Польские имена. Популярные, происхождение, тенденции
  • Польские книги
  • Польские легенды
  • Польские магнаты
  • Польские мужские имена
  • Польские традиции и обычаи. Каковы они?
  • Польские фамилии
  • Польские фильмы
  • Польский гриб. Описание, фото, двойники. Моховик
  • Польский злотый – история и особенности денежной единицы
  • Польский поход красной армии (РККА)
  • Польское восстание 1830—1831 годов
  • Польское восстание 1863
  • Польское первое и второе в одном блюде — вкусняшка
  • Польша в составе Российской Империи (1792-1917)
  • Поляки в Москве! 1610-1612
  • Почему русские ненавидят поляков и Польшу?
  • Почему стоит открыть бизнес в Польше? 10 причин
  • Почему стоит учить польский язык?
  • Правители Польши
  • Президент Польши
  • Промышленность Польши
  • Путь к независимой Польше
  • Пшемысл II
  • Работа для белорусов
  • работа для украинцев
  • Рабочая виза в Польшу. Как получить?
  • Раздел Польши 1772
  • Раздел Польши 1793
  • Раздел Польши 1795
  • Раздел Польши 1939
  • Разделы Польши
  • Расстрел в Катыни. Трагедия польского народа
  • Речь Посполитая — значение названия бывшей державы
  • Речь Посполитая образовалась в 1569 году
  • Роберт Корженёвски
  • Роберт Кубица
  • Роберт Левандовски
  • Роман Полански
  • Русско-польская война 1577-1582
  • Русско-польская война 1609-1618
  • Рыжик
  • Самые востребованные профессии в Польше. Топ 10
  • Самые крупные города Польши и их особенности
  • Сбор клубники — вкуснейшего фрукта, выращиваемого в Польше
  • Сигизмунд I Старый
  • Сигизмунд II Август
  • Сигизмунд III Ваза
  • Сладкий десерт, который все знают
  • Смоленская война. Причины, ход событий, итоги
  • Советско-польская война 1919-1921
  • Сражение при Клушине
  • Станислав I Лещинский
  • Станислав Август Понятовский
  • Станислав Лем
  • Станислав Монюшко
  • Стефан Банах
  • Стефан Баторий
  • Стоит ли ехать в Польшу на работу? Преимущества и недостатки
  • Тадеуш Костюшко
  • Таможенный контроль в Польше.
  • Трудоустройство в Польше
  • Удивительное польское блюдо
  • Учеба в Польше
  • Флаг и Герб Речи Посполитой
  • Флаг Польши
  • Форсирование Вислы 1944
  • Форсирование Одера 1945
  • Фредерик Шопен
  • Холодная война. Причины, ход событий, итоги
  • Хрустящий домашний хворост по-польски
  • Чеслав Милош
  • Числительные
  • Шопинг в Польше. Что и как?
  • Экономика
  • Экономика Германии
  • Экономика Испании
  • Экономика Италии
  • Экономика Норвегии
  • Экономика Польши
  • Экономика Украины
  • Экономика Франции
  • Экономика Чехии
  • Экономика ЮАР
  • Экономика Японии
  • Эмиграция в Польшу
  • Юзеф Пилсудский
  • Юлиуш Словацкий
  • Юстина Ковальчик
  • Яблоки — самый распространенный фрукт выращиваемый в Польше
  • Ягайло
  • Ядвига
  • Ян I Ольбрахт
  • Ян II Казимир Ваза
  • Ян III Собеский
  • Ян Кохановский
  • Ян Матейко

«Черный четверг» США: как советские летчики разгромили американцев в Корее

Та апрельская воздушная битва стала фактически первым масштабным столкновением советской и американской авиации в период корейской войны.

Если судить формально, схлестнулись тогда военные летчики США, отправленные для поддержки правительственных сил Кореи, согласно мандату ООН, и «нелегалы» – советские истребители, которые воевали на стороне восставших «коммунистических» корейцев, маскируясь под аборигенов (ведь официально СССР в том вооруженном конфликте не участвовал). Популярной стала шутка про северокорейского аса по имени «товарищ Ли Си Цын».

Столь необычные условия воздушной войны создавали массу неудобств, ограничений для советских летчиков. Им, например, было командованием категорически запрещено пересекать на своих самолетах определенные рубежи, за пределами которых существовала реальная опасность быть сбитым, попасть в руки неприятеля и оказаться таким образом «расшифрованным».

Ради пущей маскировки на борта наших истребителей наносили северокорейские опознавательные знаки, а тем, кто сидел за их штурвалами, раздали шпаргалки с необходимыми для переговоров по радио во время полетов словами, переведенными на корейский язык, но записанными русскими буквами.

Некоторые из ветеранов авиации вспоминали позднее, что в таких словарях кое у кого из пользователей можно было найти даже специально добавленные туда заменители русских крепких выражений. Но только вся эта словесная маскировка на практике оказалась малопригодна. В горячке, в азарте воздушного сражения найдется ли у летчика время искать записанное на бумажке непривычное иностранное слово?! Конечно, мужики команды давали, предупреждали об опасности и матерились по-нашенски, по-русски.

Но даже и без такого нарушения правил конспирации противоположная сторона прекрасно знала, с какими-такими корейскими товарищами приходится иметь дело в небе над воюющим полуостровом.

Девять победных минут

В одном из самых масштабных воздушных сражений той войны, произошедшем 12 апреля 1951 года, соотношение сил было категорически не в нашу пользу: против более чем 120 американских бомбардировщиков и истребителей — всего 36 советских самолетов. Однако к ужасу военного руководства США счет в смертельно-опасной «игре» был зафиксирован разгромный: почти полтора десятка сбитых «крылатых американцев» и ни единой потери у русских.

Такой суперуспех советских летчиков стал возможен благодаря двум факторам. Во-первых, почти все наши «соколы» прошли через сражения Великой Отечественной и имели за плечами большой боевой опыт. А во-вторых, они летали в Корее на новых реактивных истребителях МиГ-15, имевших феноменальные по тем временам технические характеристики и мощное вооружение.

«Эти машины стали появляться в зоне корейского конфликта еще осенью 1950 года, — пояснил Евгений Арсеньев, один из авторов книги «Истребитель МиГ-15». — Первые же бои показали, что новый советский МиГ значительно превосходит своих американских «оппонентов» F-51, F-80 и F9F практически по всем параметрам, за исключением горизонтальной маневренности.

Смертельно опасным противником МиГ-15 оказался и для тяжелых бомбардировщиков В-29, главной ударной силы Дальневосточных ВВС США. Авиация Соединенных Штатов, составлявшая основу воздушных сил Объединенных Наций в Корее, лишились безраздельного господства в воздухе, которым они обладали практически с самого начала корейской войны. Для них появление нового советского истребителя, имеющего превосходные летно-тактические характеристики, оказалось неприятной неожиданностью, из-за чего американцы нарекли МиГ-15 «корейским сюрпризом»…

В начале апреля 1951 года на аэродроме в Аньдуне произошла ротация советских боевых частей. Вместо базировавшейся здесь 151-й Гвардейской истребительной авиадивизии, отведенной во второй эшелон, прибыли полки 324-й ИАД под командованием знаменитого аса Великой Отечественной трижды Героя Советского Союза Ивана Кожедуба – 176-й Гвардейский и 196-й авиационные истребительные. Именно летчикам этих соединений и довелось вскоре участвовать в масштабном воздушном сражении

12 апреля американцы предприняли самый массированный с начала военных действий налет своей бомбардировочной авиации. Его целью был выбран стратегически важный объект – железнодорожный мост на реке Ялуцзян неподалеку от города Аньдун, по которому шло снабжение северокорейских войск из Китая и СССР вооружением, боеприпасами, техникой и продовольствием.

Главной ударной силой американцев в тот день стали 48 стратегических бомбардировщиков В-29 «Суперфортресс». Именно с таких «сверхкрепостей» в августе 1945 года американцы сбросили атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Теперь, в апрельский день 1951-го «двадцать девятые» несли не столь ужасный груз, но тоже очень мощный – фугасные радиоуправляемые бомбы весом по 6 тонн каждая. С их помощью американцы рассчитывали разрушить опоры моста и надолго вывести его из строя.

«Суперфортрессы» шли, построившись несколькими ромбами. Их прикрывали с воздуха около 80 американских истребителей.

На перехват неприятельской воздушной армады Иван Кожедуб поднял боевые машины своей дивизии, базировавшиеся на полевом аэродроме в этом районе. Всего удалось выделить для атаки противника 36 МиГов. Меньшая часть из них была направлена против истребителей противника. Основное же количество наших «пятнадцатых» получило иное задание. Их пилотам был дан приказ: не связываться с американскими «Сейбрами» и «Тандерджетами», а в первую очередь атаковать бомбардировщики и не дать им уничтожить важнейший мост.

Нужно отметить очень важное обстоятельство, которое помогало надеяться на успех в этой непростой для наших летчиков ситуации. Три авиационные пушки, установленные на МиГ-15 (одна из них калибром 37 мм, две другие – 23 мм), имели дальность прицельной стрельбы 800 метров, а пулеметы американских самолетов уверенно били лишь на дистанции около 400 метров. Таким образом советские (впрочем, судя по опознавательным знакам на бортах, — северокорейские!) истребители смогли начать охоту за вражескими крылатыми машинами гораздо раньше, чем те начали им отвечать своим огнем. «Соколы Кожедуба» сполна воспользовались таким преимуществом.

Облегчало их задачу и то, что главные указанные начальством цели, бомбардировщики В-29 были прекрасной мишенью. Во время корейской войны советские асы с долей презрительности называли их «летающими сараями»: огромные (взлетная масса около 60 тонн, размах крыльев более 40 метров), достаточно тихоходные (по крайней мере, в сравнении со стремительными МиГами). Летчики 324-й авиадивизии атаковали их, пикируя сверху, заходя сбоку, при этом стараясь не попасть под огонь почти десятка пулеметов, которыми вооружена каждая «Суперкрепость».

«Я подбил «Крепость» первой же очередью, метров с восьмисот, — вспоминал впоследствии один из участников того боя капитан Лев Иванов. — Потом прорвался через заградительный огонь и вторую очередь всадил в упор, так что только клочья полетели. Экипаж выбросился с парашютами, их там человек десять было, не меньше. Тут на нас навалились истребители прикрытия, и завертелась карусель».

Конечно, американские «Тандерджеты», «Сейбры», пытались защищать порученные их опеке бомбардировщики и яростно атаковали наши МиГи. Однако советские летчики пустились на хитрость – хотя и сопряженную с большим риском для жизни. Пилоты самолетов, уже расстрелявших весь боезапас, не покидали зону воздушного боя, а продолжали, оказавшись «пустыми», имитировать атаки на неприятельские истребители, — тем самым отвлекали их на себя от товарищей, еще имеющих возможность вести полноценный огневой бой. Такие заходы в атаку без стрельбы в любой момент могли закончиться печально: у американских-то истребителей патронов в пулеметах было достаточно.

Вот что рассказывал Герой Советского Союза Сергей Крамаренко, принимавший участие в том воздушном сражении будучи капитаном, командиром звена:

«Задачей моего звена было атаковать истребители США и увести их от В-29. Мы с ходу пошли в атаку. Я определил командирский самолет в эскадрилье «Тандерджетов» и открыл огонь.

Одна очередь прошла позади хвоста американского самолета, вторая попала точно в цель. F-84 задымил и стал уходить, потом свалился в штопор. Затем мы стали гоняться за пытающимися выйти из схватки истребителями США, о защите «летающих крепостей» их пилоты уже не думали…

Потом я заметил В-29, летящие одиночно или малыми группами в сторону моря. Я и мои летчики открыли по ним огонь. После каждого попадания в борт «Суперфортресса» из пробоин шел белый дым. Потом внизу мы увидели боевые корабли США. Чтобы не попасть под огонь их зениток, пришлось отвернуть в сторону берега. Потом подсчитали, что воздушный бой шел всего девять минут».

В итоге поставленную командованием задачу американская авиация в тот день так и не выполнила. К стратегически важному мосту через реку Ялуцзян смогли прорваться только три В-29. Отбомбились они под натиском наших МиГов второпях. Как результат – многотонные фугасы лишь слегка повредили одну из мостовых опор. Ее ремонт потребовал буквально 2-3 дня, после чего движение составов с военными грузами через мост возобновилось.

«День Х» — отставить!

По поводу потерь, понесенных американскими ВВС в том сражении, до сих пор существует некоторая неопределенность. Сами штатовцы по горячим следам после боя сообщили в своих сводках, что 12 апреля было сбито только три «Суперфортресса». Однако спустя некоторое время штаб бомбардировочной авиации США, участвовавшей в военных действиях в Корее, привел куда более внушительные цифры: 8 «Суперкрепостей» сбиты, а еще 17 самолетов, участвовавших в налете на переправу через Ялуцзян, вернулись на базу с серьезными повреждениями, и в дальнейшем часть из них пришлось списать.

В большинстве наших справочников фигурируют такие цифры: 12 апреля 1951 года сбито 10 бомбардировщиков и 4 истребителя США.

Несколько иные данные упомянул два года назад в одном из своих последних интервью ветеран той битвы Сергей Крамаренко: «Наши летчики, по официальным данным, признанным американцами, уничтожили 12 бомбардировщиков и 5 истребителей США. А нам тогда, в апреле 1951-го, сообщили, что на аэродромы взлета вернулись только 23 из 48 В-29, остальные были подбиты и упали в море…

В любом случае, таких массовых потерь техники и пилотов у американцев еще не было. Они надолго прекратили посылать на бомбардировки большие группы самолетов…»

Свыше сотни американских летчиков (экипаж каждой «Суперкрепости» насчитывал 12 человек), были вынуждены спасаться из подбитых самолетов на парашютах. По воспоминаниям участников боя, в воздухе временами виднелось такое большое количество раскрытых парашютных куполов, что это больше походило на воздушный десант. Основная часть «парашютистов поневоле» попала в плен.

А вот что касается потерь с советской стороны, тут полная ясность: ноль. Все МиГи авиадивизии Ивана Кожедуба, участвовавшие в бою, вернулись на свой аэродром. Правда, некоторые из самолетов получили повреждения. В одном из истребителей насчитали даже около сотни пробоин! Однако через несколько дней наши механики и техники сумели все эти боевые раны крылатых машин вылечить. Истребители вновь могли отправляться на боевые задания.

Американцев воздушное побоище 12 апреля 1951 года ошеломило. Подобного поражения их авиация до той поры не знала. В Военно-воздушных силах США на неделю объявили траур по погибшим летчикам. Избегая новых потерь – у страха глаза велики! – ни один военный самолет Соединенных Штатов на протяжении следующих трех суток вообще не приблизился к зоне, контролируемой советскими истребителями.

Однако последствия «черного четверга» — как стали с тех пор называть этот день в Америке, оказались куда более серьезными. Полнейший разгром, учиненный новыми советскими истребителями американским стратегическим бомбардировщикам, вынудил высшее руководство США пересмотреть уже разработанные к тому времени варианты возможной глобальной войны против Советского Союза с применением ядерного оружия. Ведь основным способом использования атомных боеприпасов тогда была бомбардировка ими с самолетов. Но апрельское сражение в небе Кореи показало, что предназначенные для этой цели американские «бомберы» В-29 очень уязвимы в боях с новейшей советской истребительной авиацией. А значит, они не смогут в «день Х» надежно выполнить задание по массовой атомной бомбардировке городов и объектов на территории СССР.

От прежнего красивого плана безнаказанного «атомного укрощения» Советов пришлось отказаться.

Апокалипсис завтра. Каковы риски ядерного конфликта США и Северной Кореи?

Жесткий ответ Пхеньяна: Северная Корея пойдет на войну с США в случае превентивного удара по КНДР. Такое заявление сделал замминистра иностранных дел страны. Ранее СМИ сообщили, что США могут нанести упреждающий удар, если узнают о готовности Пхеньяна к шестому ядерному испытанию

Фото: Damir Sagolj/Reuters

США и КНДР находятся на пороге первого в истории прямого конфликта ядерных держав. Вашингтон и Пхеньян поднимают ставки. В Белом доме готовы нанести превентивный удар по Северной Корее в случае подготовки режима к новым ядерным испытаниям, сообщили источники NBC. Из Пхеньяна поступил официальный ответ: КНДР «не будет сидеть сложа руки» перед лицом американской агрессии и проведет испытания тогда, когда сочтет нужным. Собеседники NBC в Вашингтоне утверждают, что это может произойти уже на этих выходных.

Тем временем внешнеполитические ведомства по всему миру в срочном порядке проводят переоценку глобальных прогнозов: удар Пентагона по Сирии, разворот Трампа по России и Китаю и перспектива войны на Корейском полуострове смешали все карты. Глобальные события последних недель сложно назвать более приличным выражением, чем «хитросплетение геополитических векторов». Пхеньян, Дамаск, Вашингтон, Москва и Пекин сошлись в сложном дипломатическом танго с потенциально летальными последствиями для части танцоров.

В центре внимания — Корейский полуостров. США передислоцировали в регион ударную группировку кораблей во главе с атомным авианосцем, в СМИ появляются грозные утечки о возможности превентивного удара по ядерным объектам КНДР. Дональд Трамп явно наслаждается образом «нового шерифа в городе»: удар по Сирии и сброс мегабомбы на террористов в Афганистане хорошо играют и внутри США, и на международную аудиторию.

В Пхеньяне потрясают кулаками, но пока ядерные испытания не проводят. На неделе международных журналистов в КНДР разбудили в 5 утра и повезли на какое-то «очень большое событие», но обошлось — Ким Чен Ын просто провел открытие новой улицы. Видимо, наследники идей Чучхе пытаются просчитать, хватит ли Трампу смелости или безрассудности привести угрозы «самостоятельно решить проблему Северной Кореи» в исполнение.

Задача у Пхеньяна не из легких: не просидев на президентском кресле и трех месяцев, Трамп демонстрирует чудеса на виражах геополитики. Республиканец избирался на обещаниях подружиться с «сильным лидером» Путиным и показать кузькину мать «манипулятору валюты» Китаю. Вместо этого Пентагон ровняет с землей авиабазу ключевого союзника Москвы на Ближнем Востоке и, по словам самого Трампа, достигает худшей точки в истории российско-американских отношений, а Си Цзиньпин узнает о ракетном ударе, кушая шоколадный торт с президентом США на его курорте во Флориде.

Стоит озвучить довольно популярную среди западных колумнистов версию: удар по Сирии был сигналом, но не только и не столько для Москвы и Дамаска, сколько для Пекина и Пхеньяна. «Мистер председатель, вот вы шоколадный торт кушаете, а мы пустили 59 крылатых ракет «Томагавк» по одному непокорному режиму. Что же вы так бледнеете? Речь о Сирии, а не о КНДР». Дело в том, что для Китая вызывающее поведение Северной Кореи — удобный инструмент давления на азиатских союзников США, Токио и Сеул. А вот горячий конфликт на полунищей половине Корейского полуострова приведет к миграционному кризису, в десятки раз более суровому, чем в Европе. Поэтому если Трампу удастся убедить Си, что он готов на все, Пекин запросто может побудить Пхеньян обуздать ядерные амбиции, ведь КНДР обязана Китаю чуть ли не половиной своих внешних экономических связей. Остается два вопроса: не сочтут ли китайцы блефом американское бряцание оружием, и что будет делать Трамп, если северокорейцы все-таки испытают бомбу, ведь прямой конфликт с Пхеньяном не нужен и Вашингтону, поскольку отголоски удара по экономике Китая почувствуют по всему миру.

Неоднозначные события параллельно происходят на линии Москва — Вашингтон. С одной стороны, США ударили по Сирии, с другой — Москва не стала отвечать. С третьей — Тиллерсон ехал в Москву с ультиматумом, с четвертой — визит прошел в целом спокойно, без скандалов. С пятой — Кремль и Белый дом даже договорились назначить спецпредставителей для устранения неких «раздражителей в отношениях». Наконец, с шестой: не пустая ли это риторика, ведь у Москвы и Вашингтона для этого уже есть послы Кисляк и Теффт?

Что до причин всего этого мегаобострения между тремя сверхдержавами, видимо, катализатором стало отсутствие у Трампа конкретного геополитического плана. Новый президент приближается к ключевой для американских лидеров отметке в 100 дней с момента инаугурации с почти рекордно низкими рейтингами и багажом из провальных инициатив — от попытки отмены Obamacare до заблокированных судом антимиграционных указов, так что Белый дом судорожно пытается проводить популистские внешнеполитические акции, поигрывая мускулами на публику. В соцсетях то ли в шутку, то ли всерьез пишут: «Бронировать ли комнату в бомбоубежище?» Пока рано, но то ли еще будет.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Стратегический треугольник США— Япония — Южная Корея: возникающие угрозы и перспективы сотрудничества

События последних двух десятилетий осложнили трёхстороннее сотрудничество Соединенных Штатов с их партнерами из Северо-Восточной Азии— Японией и Южной Кореей. Вашингтону необходимо содействовать формированию важных инициативных предложений для улучшения трехсторонних отношений.

Два основных альянса

Северо-Восточная Азия в какой-то момент оказалась одним из наиболее динамичных и опасных мест планеты. Её основные экономики – Японии, Китая и Республики Корея – увеличили в совокупности общий показатель внутреннего валового продукта более чем в 130 раз за последние 50 лет, удвоив его лишь за последние 10 лет. Военные силы упомянутых стран насчитывают более трёх миллионов человек на регулярной службе, не считая значительных группировок передового развертывания США и сил резерва, насчитывающих свыше 11 миллионов военнослужащих. Помимо США в регионе сосредоточены ещё три ядерные державы (Россия, Китай и Северная Корея) и две страны, имеющие потенциал стать ядерными (Япония и Южная Корея). Быстро растут и возможности основных стран для проецирования военной мощи, включая ракетные силы.

С начала 1950-х годов США поддерживали в Северо-Восточной Азии важные двусторонние союзнические связи, как с Японией, так и с Южной Кореей, оформив их в виде ряда основных договоров взаимной безопасности. Функциональные роли двух давних союзников Соединенных Штатов в общей структуре национальной безопасности Тихоокеанского региона исторически несколько отличаются: Южная Корея участвовала в прямой конфронтации с Северной Кореей, чьи войска пересекли зону перемирия в районе 38-й параллели, статус которой не был подтверждён официально мирным договором. Сдерживающая роль сухопутных и воздушных сил США к югу от демилитаризованной зоны была ключевой для сохранения мира с северокорейским режимом, который, несмотря на слабеющие экономические возможности, остаётся ощутимо агрессивным, свидетельством чему является потопление южнокорейского военного судна, морского корвета «Чхонан», и недавний артиллерийский обстрел принадлежащего Южной Корее острова Ёнпхёндо.

В Японии, напротив, вооружённые силы США постоянно выполняли менее заметную, однако жизненно важную функцию стратегического резерва. С начала 1970-х в Японии пребывает единственная авианосная ударная группа США, находящаяся за границей, а также одна из трёх заграничных экспедиционных дивизий морской пехоты США постоянного базирования. Во время основных вооруженных операций от «Лисы пустыни» (1998) до «Бури в пустыне» (1991) и катастроф в мирное время от Суматры (2004) до Сэндая (2011), военные силы США, базирующиеся в Японии, сыграли важнейшую роль в сохранении безопасности, не говоря о функции защиты Японии в окружающей страну нестабильной политической среде.

Расхождения в основных задачах национальной безопасности

Полвека назад вызов коллективной безопасности Японии, Южной Кореи и США был относительно прямолинейным и концентрировался вокруг необходимости воспрепятствовать Северной Корее повторить Корейский конфликт 1950-1953 гг. И хотя сложности исторических процессов в Северо-Восточной Азии в XX веке продолжают отзываться горечью в отношениях между Кореей и Японией, а различия в политических системах осложняют сотрудничество, обе эти нации оказались перед лицом непосредственной и, в целом, общей для обеих стран угрозы со стороны Северной Кореи, позволившей им образовать тихий «фактический союз», координируемый Соединенными Штатами. Однако за последние 20 лет три события стали причиной опредёленного расхождения союзников в вопросах государственной безопасности, из-за чего поддержание трёхстороннего сотрудничества стало одновременно более важным и более трудным как для США, так и для их партнёров по обеспечению безопасности в Северо-Восточной Азии.

Одним из этих событий стал стремительный подъём Китая и его растущая вовлечённость в события на Корейском полуострове. До 1992 года между Сеулом и Пекином не было дипломатических связей, а двусторонняя торговля между странами сводилась к минимуму. Сегодня, напротив, Китай является крупнейшим торговым партнёром Южной Кореи, импортируя 25% корейских товаров, при том, что США, второй крупнейший торговый партнёр, импортирует всего 10% товаров. Китай также является, фактически, единственным благожелателем Северной Кореи, где китайские компании играют роль основных посредников в политико-экономических связях Северной Кореи с остальным миром, включая даже Южную Корею. Растущая политическая, экономическая и военная мощь Китая, а также серьезная вовлеченность в корейские вопросы, включая как северную, так и южную часть полуострова, становится важным косвенным ограничивающим фактором для трёхсторонних связей между США, Японией и Южной Кореей, несмотря на то, что эти ограничения касаются в основном политико-экономической сферы, а не непосредственно вопросов безопасности.

Вторым важным событием для треугольника безопасности США — Япония — Южная Корея стали трансформационные процессы в самой Северной Корее. Экономически Север становится всё слабее, и оттягивает свой крах исключительно с помощью крайне репрессивного политического режима. Несмотря на экономическую слабость, военные технологии Пхеньяна становятся всё совершеннее, и де-факто Северная Корея является ядерной державой с серьёзным потенциалом для проецирования военной мощи за пределы своих границ. По мере усовершенствования ракет «Тэпходон», Север становится серьезной угрозой для Японии, при том, что слабеющая северокорейская экономика отзывается всё большими проблемами для Южной Кореи. Внезапный крах Северной Кореи может привести к резкому объединению или, как минимум, необходимости широкомасштабной помощи со стороны Юга собратьям по северную сторону демилитаризованной зоны. Принимая во внимание природу будущих северокорейских проблем, взгляды на ситуацию и побудительные причины к действию у Южной Кореи и Японии, таким образом, будут различаться.

Третьим важным изменением в регионе Северо-Восточной Азии стали экономические связи между Японией и Южной Кореей. С начала 2013 года скорость преобразования экономических взаимоотношений между этими двумя странами значительно возросла. Япония и Корея являются непосредственными конкурентами во многих важных секторах экономики, особенно в области индустрии потребительских товаров длительного пользования, таких как автомобили и электроника. Две первые стрелы Абэномики (монетарная и фискальная экспансия) начали оживлять японскую экономику, одновременно подавляя перспективы Кореи, особенно посредством непрямого механизма изменения валютного курса. По мере того как йена становилась дешевле по отношению к доллару и другим основным валютам, что было результатом внутренне-ориентированной монетарной экспансии Токио, экспортные операции, основанные на южнокорейских вонах, стали неконкурентоспособными на третьих рынках, увеличив раздражение Сеула.

Три основных инициативы

По мере усиления Китая и роста угрозы безопасности со стороны Северной Кореи, стабильность японо-корейских отношений и трёхсторонние связи сотрудничества между Японией, Южной Кореей и США оказываются однозначно важны для Вашингтона. Такое трёхстороннее сотрудничество, несмотря на все политические разногласия, представляет стратегический интерес для партнеров США по безопасности в Северо-Восточной Азии. Для улучшения трёхсторонних связей в срочном порядке потребуются три ведущих инициативы.

В первую очередь, Соединенные Штаты должны максимально поддерживать расширяющееся вовлечение, как Японии, так и Южной Кореи в масштабные многосторонние мероприятия по обеспечению безопасности, особенно в военно-морской сфере, организация которых имеет место во время трёхсторонних переговоров по безопасности, которые проводятся ежегодно с 2008 года. Трёхсторонние учения по отработке проведения поисково-спасательных операций, которые в последний раз проводились в октябре 2013 года, должны быть продолжены и усилены. Параллельное участие Японии и Кореи должно быть распространено и на другие мероприятия, особенно те, где задействуется военно-морской и военно-воздушный контингент, в случае необходимости – совместно с американскими базами в Японии. Многосторонние учения с большим количеством участников, такие как RIMPAC (учения стран Азиатско-Тихоокеанского региона), также могут использоваться в качестве контекста для создания доверительной атмосферы и партнёрских отношений между Кореей и Японией.

Во-вторых, необходимо разрабатывать дополнительные сферы сотрудничества между Японией и Кореей в области содействия развитию зарубежных стран. За последние 50 лет Япония предоставила свыше 1/3 всех ОПР (официальная помощь развитию), полученных участниками Ассоциации стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН), и продолжает выступать в роли одного из ведущих доноров для четырёх участников АСЕАН – Камбоджи, Лаоса, Мьянмы и Вьетнама – продолжающих получать значительную поддержку. Помощь со стороны Кореи в Юго-Восточной Азии также существенна, поэтому тщательно подобранные, неконкурирующие проекты по оказанию помощи могут улучшить взаимное сотрудничество как на многосторонней, та и на двусторонней основе. Бюджетные секторы, такие как инфраструктура, где риск велик, а выгода распространяется среди большого количества частных компаний, могут быть прекрасной точкой старта.

Наконец, необходимо активно поддерживать трехсторонний диалог между США, Японией и Южной Кореей в области обороны. Приоритетные области могут включать ПВО, особенно в том, что касается угрозы со стороны Северной Кореи, и безопасность на море. Диалог в области обороны должен дополняться трёхсторонними обсуждениями по соответствующим дипломатическим вопросам, особенно в том, что касается Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии, а также Восточно-Китайского и Южно-Китайского морей. Свобода мореплавания и противостояние произвольным и внезапным объявлениям новых опознавательных зон ПВО также являются вопросами, по которым у трёх стран существует общая озабоченность и меры воздействия.

Исторические события, конечно, продолжают бросать тень на треугольник США — Япония — Корея, особенно на его японско-корейскую сторону. Вопрос нуждается в активном решении, чтобы нейтрализовать возможные негативные последствия, которые могут стать помехой трёхстороннему сотрудничеству. Тем не менее, это не означает необходимости какого-либо официального посредничества со стороны США, так как такое вовлечение может поставить Вашингтон под угрозу мощного перекрёстного давления со стороны Токио и Сеула, что лишь причинит вред одному или обоим важным двусторонним альянсам в регионе Северо-Восточной Азии. Принимая во внимание вышесказанное, спокойная официальная поддержка Вашингтона в области усиления японско-корейских связей, в сочетании с инициативами «запасной дорожки» (гражданской дипломатией), включающими привлечение опытных бывших политиков из США, может оказаться крайне полезной, особенно в сочетании с инициативами «запасной дорожки» третьих сторон, представленных дружественными союзными нациями, такими как Канада, Германия и Австралия, или, возможно, участниками АСЕАН. Учитывая хрупкость нынешних японско-корейских экономических отношений, провокационные выпады, основанные на исторических событиях, как в Японии, так и в Корее, могут особенно навредить и должны быть исключены.

Подводя итоги, Япония, Корея и Соединенные Штаты объединены важными вопросами безопасности, которые становятся более острыми с ростом мощи Китая и продолжающейся нестабильностью в Северной Корее. Союзники Америки в Северо-Восточной Азии действительно имеют все более разнящиеся мотивы для принятия мер в области безопасности, особенно в том, что касается природы и интенсивности угрозы со стороны Северной Кореи. По мере роста возможностей проецирования военной мощи Пхеньяна, они становятся проблемой и для США. У Вашингтона есть все причины настаивать на расширенном трёхстороннем сотрудничестве, причем время для вынесения этих вопросов на повестку дня уже наступило.

(Оригинал на английском языке написан 4 декабря 2013 года. Заглавное фото: Секретарь Госбезопасности США Чак Хэйгел с Министром обороны Японии Онодера Ицунори (слева) и Министром обороны Южной Кореи Ким Гван Джином (справа) перед началом трёхсторонней встречи в Сингапуре 1 июня 2013 года. [Wong Maye-E/AP Photo/Aflo])

Почему войска США стоят в Южной Корее?

8 сентября 1945 г. американские войска вступили в Южную Корею, и этот момент стал началом разделения корейской нации на две части – Север и Юг. 

 

Захватчики в маске «освободителя»

 

С поражением империалистов Японии США в маске «освободителя» вступили в Южную Корею.  

 

В то время Япония, объявившая о безоговорочной капитуляции, уже бросила оружие. И для американских войск не было объекта «разоружения». 

 

Тем более, Корея не была противником союзных стран. Корея, которая в первой половине ХХ века развертывала вооруженную борьбу против Японии, по праву должна была стать страной, независимой от Японии, страны – противника. 

 

В том, что Корея, эта не побежденная страна, разделена союзными странами на Север и Юг, целиком виноваты США. Иначе говоря, после окончания второй мировой войны гегемонистские интересы США разделили Корею на Север и Юг.

 

В последние дни второй мировой войны США, пользуясь сложившейся ситуацией, в попытках захватить хоть половину Корейского полуострова выступили с «планом разделения для оккупации».

 

Дж. Гунтер, который был автором биографии Макартура, бывшего командующего американскими войсками на Дальнем Востоке, написал: для США насущным вопросом встало – принять какие-нибудь меры для того, чтобы не позволять советским войскам одним махом выдвинуться на юг, на Корейский полуостров, и занять всю территорию Кореи.

 

«Нам пришлось, пишет он, провести одну линию где-то на Корейском полуострове». 

 

Так, США, проводя линию по 38-й параллели северной широты, определили ее как временную «линию ответственности» между Советским Союзом и Америкой для принятия капитуляции японской армии и разоружения ее.

 

Из-за этой разделительной линии, просекающей «пояс» Кореи, многочисленные села разделены на Север и Юг, также железные и автомобильные дороги, соединяющие Север и Юг, тоже разорваны на две части. 

 

Для предотвращения возможного увековечения раскола страны Северная Корея в качестве инициативной меры эвакуировала все советские войска и выступила с требованием вывода американских войск из Южной Кореи.

 

Однако США, сохраняя и укрепляя свое военное существо в Южной Корее, норовили удобный шанс для агрессии против Северной Кореи. И, наконец, 25 июня 1950 г. они, подстрекнув южнокорейскую марионеточную армию, развязали корейскую войну.  

 

Из-за этой трехлетней войны корейская нация подверглась невообразимым катастрофическим бедствиям. 

 

Доктрина о «сохранении мира» – обманный трюк

 

С первых же дней оккупации Южной Кореи США громкогласно твердили о «предотвращении провокации», «сдерживании», «сохранении мира» и т. п. 

 

Однако «сдерживание провокации», о чем они трубят, – это логика, выдающая черное за белое. 

 

История и действительность ясно говорят, что США непрерывно совершали и свершают военные провокации против  Северной Кореи. В подтверждение этого можно привести множество примеров – инциденты с американским вооруженным шпионским кораблем «Пуэбло», с американским крупным шпионским самолетом «ЕС – 121», инцидент в Пханмунчжоме, инцидент вторжения американского военного вертолета в воздушное пространство КНДР и др. 

 

Во время «холодной войны» США под предлогом «предотвращения выдвижения СССР на юг» рекламировали, что американские войска в Южной Корее в качестве так называемых «сдерживающих сил» вносят вклад в «защиту мира». Однако окончание «холодной войны» и роспуск Советского Союза лишили США этого предлога. 

 

Ну, спрашивается: почему американские войска остаются в Южной Корее более 70 лет? Разве для «сохранения мира», как твердят США? 

 

Нет. 

 

Подлинный замысел заокеанского монстра состоит в том, чтобы при опоре на Южную Корею захватить всю Корею и осуществить стратегию господства над странами Азии. Стратегия США о безопасности в СВА, по сути своей, есть стратегия сохранения структуры агрессивной «холодной войны», нацеленная на сдерживание КНДР, Китая, России при опоре на военный альянс с Японией и Южной Кореей. 

 

Когда версия об «угрозе Советского Союза» потеряла свою силу, США, выступая с версией об «угрозе Северной Кореи», продолжают сохранять и укрепляют существо американских оккупационных войск в Южной Корее. 

США непрерывно проводят военные учения на Корейском полуострове и в  его окрестностях, и в этом регионе постоянно создается взрывоопасная ситуация, что тревожит мир.  

 

Главное препятствие на пути к объединению Кореи

 

США не желают оздоровления межкорейских отношений и единения корейской нации. Ибо у американских войск не будет основания существовать в Южной Корее. 

 

Вот почему США, все вмешиваясь в дело объединения Кореи, продлевают раскол корейской нации, накаляли и накаляют межкорейскую конфронтацию. 

 

В июне 2000 г. состоялся первый исторический межкорейский саммит, принята Совместная декларация от 15 июня, вслед за тем в октябре 2007 г. – Декларация от 4 октября, и в объединительном движении корейской нации произошел резкий перелом. Но вряд ли этому радовались США?! Особо надо отметить, что они, еще теснее сковывая южнокорейские власти на военный альянс с ними отчаянно проводили ядерные военные учения с имитацией нападения на Север, тем создавая решающее препятствие в объединительном движении корейцев, что показывало признак улучшения. 

 

В последнее время безрассудство южнокорейских властей в противоборстве с Севером усугубляется, а за их спинами стоит заокеанский монстр, что теперь не секрет всякому и каждому.  

 

В сознании международного сообщества утверждается понятие о том, что США есть главное препятствие в сохранении мира и безопасности на Корейском полуострове и СВА и в объединении Кореи. 

 

Если американские войска будут прочь из Южной Кореи, то на Корейском полуострове исчезнет очаг войны, облегчится положение, создастся благоприятная ситуация в деле обеспечения мира и безопасности в регионе СВА. И в реализации чаяния корейской нации, стремящейся к примирению и сотрудничеству, самостоятельному объединению под идеалом «общими силами нашей нации», будет открываться полоса решающего перелома. 

США и Южная Корея — CNNPolitics

Выступая перед журналистами на борту рейса министра обороны Ллойда Остина в Южную Корею, высокопоставленные представители министерства обороны заявили, что Остин и министр обороны Су Вук объявят о новом руководстве по стратегическому планированию, чтобы начать разработку нового оперативного плана войны.

Они встретились в среду и должны встретиться снова в четверг в рамках 53-го Консультативного совещания по безопасности между США и Республикой Корея.

«Это правильный поступок», — сказал один чиновник.«Стратегическая обстановка изменилась за последние несколько лет, и уместно и необходимо, чтобы у нас был [операционный военный план], который обновлялся и поддерживал его в соответствии со стратегической обстановкой. Поэтому руководство по стратегическому планированию, которое объявят министр и секретарь станет важным шагом вперед в этом».

Официальные лица отметили, что с начала сентября в Северной Корее было проведено четыре отдельных запуска ракет, включая крылатые ракеты, баллистические ракеты малой дальности, то, что Пхеньян заявил как гиперзвуковое оружие, и, совсем недавно, испытание баллистической ракеты подводной лодки. .

Второй чиновник назвал разработку нового оперативного военного плана «естественной эволюцией изменяющихся обстоятельств», а не немедленным ответом на одно единственное касающееся событие.

Секретный оперативный план войны подробно описывает действия США, Южной Кореи и их союзников в случае конфликта с Северной Кореей. Поскольку столица Южной Кореи Сеул находится всего в 30 милях от демилитаризованной зоны, выступающей в качестве буферной зоны между двумя странами, возглавляемый США альянс подготовил планы на случай начала войны между Северной и Южной Кореей.

Сеул находится в пределах досягаемости северокорейской артиллерии и других обычных вооружений, но достижения Пхеньяна в последние годы сделали обновленный план войны еще более важным, заявили официальные лица.

Отметив, что существующему плану почти 10 лет, первый чиновник сказал, что США наблюдают прогресс в военном потенциале Северной Кореи, особенно в отношении ракет, «и я думаю, что это один из наборов вопросов, которые мы планируем решить. »

Нет конкретного графика для завершения нового плана, заявили официальные лица, добавив, что для его разработки потребуются время и усилия.

Объявление о намерении разработать план было сделано после того, как Пентагон обнародовал некоторые подробности своего недавно завершенного пересмотра глобального военного положения, в котором содержится призыв уделять больше внимания Индо-Тихоокеанскому региону. Военные консультировались с Южной Кореей при его завершении, заявила заместитель помощника министра обороны по стратегии и развитию вооруженных сил Мара Карлин на брифинге для прессы в понедельник.

«Обзор глобального состояния направляет дополнительное сотрудничество с союзниками и партнерами по всему региону для продвижения инициатив, которые способствуют региональной стабильности и сдерживанию потенциальной военной агрессии со стороны Китая и угроз со стороны Северной Кореи», — сказал Карлин.

Во вторник высокопоставленный генерал США встретился со своим южнокорейским коллегой в Сеуле, еще раз подчеркнув координацию и сотрудничество между двумя странами. Председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Марк Милли подчеркнул генералу Ин-Чоул Вон важность альянса и сдерживания, которое он обеспечивает, согласно протоколу встречи, которая состоялась в рамках 46-го заседания Военного комитета Республики Корея и США. Встреча.

В понедельник пресс-секретарь Пентагона Джон Кирби назвал союз между США и Южной Кореей «стержнем мира и стабильности» на Корейском полуострове

Организация Объединенных Наций в Корее

растущее отчаяние мира в мире и процветании после двух мировых войн. Первая попытка создания международного органа была предпринята в 1919 году с Лигой Наций. Лига Наций должна была стать собранием, где страны могли бы встречаться и вырабатывать мирные решения мировых конфликтов. Провал Лиги и еще одна мировая война побудили мировых лидеров еще раз попытаться организовать международный форум.

Организация Объединенных Наций возникла из ранних коалиций союзных войск во время Второй мировой войны. Три ключевые встречи заложили основу для будущего руководящего органа, поскольку союзники подписали декларации об объединении сил, чтобы положить конец подъему и расширению держав Оси.Декларация Сент-Джеймсского дворца (1941 г.) была первой межсоюзнической декларацией, и она объединила несколько европейских, азиатских и африканских стран в борьбе против немецких войск Адольфа Гитлера и японских войск императора Хирохито. В том же году Великобритания и Соединенные Штаты подписали Атлантическую хартию, которая стала совместной декларацией премьер-министра Уинстона Черчилля и президента Франклина Д. Рузвельта о совместной работе над построением лучшего будущего. В январе 1942 года 26 стран (включая Соединенные Штаты) собрались вместе, чтобы подписать Декларацию Организации Объединенных Наций, сформировав коалицию стран, которая нанесет поражение державам Оси.Три декларации заложили бы основополагающие принципы того, что впоследствии станет Уставом Организации Объединенных Наций.

По ходу войны основные мировые лидеры осознали необходимость создания международной организации, которая обеспечила бы форум, который позволил бы отслеживать и посредничать в конфликтах между странами. Организация будет иметь несколько направлений деятельности, включая гуманитарную помощь, образование и защиту своих членов от агрессивных действий, угрожающих их образу жизни. Московская декларация и Тегеранская конференция 1943 г. представили первоначальные планы по прекращению войны и созданию форума для сохранения мира.Структура Организации Объединенных Наций была официально определена в следующем году в Вашингтоне, округ Колумбия, когда лидеры Китая, СССР, Соединенного Королевства и Соединенных Штатов разработали модель Организации Объединенных Наций.

Когда война в Европе подошла к концу, лидеры 50 стран, представляющих 80% населения мира, встретились в Сан-Франциско, штат Калифорния, чтобы разработать и утвердить официальный устав Организации Объединенных Наций. В течение двух месяцев лидеры обсуждали направленность и организационную модель, которые определят международную организацию.Структура Организации Объединенных Наций будет включать Международный Суд, Совет Безопасности и Генеральную Ассамблею, а также второстепенные ассамблеи, подотчетные более крупному органу. Перед вновь сформированным собранием будет поставлена ​​задача сохранения мира и построения лучшего мира. 26 июня 1945 года 50 стран единогласно приняли Устав ООН.

Окончание Второй мировой войны привело к возникновению двух новых сверхдержав: Соединенных Штатов и Советского Союза. Обе нации стремились расширить свое влияние и защитить свои интересы во всем мире.Холодная война не была войной в традиционном смысле; вместо этого с ним боролись с помощью пропаганды, гонки ядерных вооружений, космической гонки, тайных операций и опосредованных войн. Президент Гарри С. Трумэн разработал политику «сдерживания», согласно которой Соединенные Штаты обещали военную, экономическую и политическую помощь любой стране, которой угрожают коммунистические движения, поддерживаемые Советским Союзом.

Организация Объединенных Наций была создана в критический исторический период, когда ее миссия по поддержанию мира и международному сотрудничеству могла предотвратить превращение холодной войны в «горячую».Организация Объединенных Наций впервые вышла на мировую арену с заметными успехами, такими как публикация Всеобщей декларации прав человека и переговоры о прекращении огня между новым государством Израиль и арабскими государствами. Однако первым настоящим испытанием силы и эффективности ООН стала война в Корее.

В конце Второй мировой войны Советский Союз и Соединенные Штаты оккупировали половину Кореи и приняли капитуляцию японцев в этом регионе, фактически разделив страну на две части вдоль 38-й параллели.Под влиянием Советского Союза в Северной Корее было создано коммунистическое правительство. Южная Корея, возглавляемая Ли Сын Маном, поддерживала тесные связи с Соединенными Штатами.

25 июня 1950 года северокорейские войска вторглись в Южную Корею, перейдя 38-ю параллель при поддержке Советского Союза. Соединенные Штаты немедленно потребовали от Организации Объединенных Наций действовать. 25 и 27 июня Организация Объединенных Наций приняла директивы, призывающие к прекращению огня и ко всем государствам-членам оказать помощь южнокорейцам.Совет Безопасности ООН смог принять эти меры, потому что Советский Союз недавно бойкотировал Совет Безопасности и предпочел не участвовать. Президент Гарри С. Трумэн не настаивал на объявлении Конгрессом войны. Вместо этого он классифицировал корейский конфликт как «полицейскую операцию под руководством ООН», действующую под руководством Совета Безопасности.

Решения Трумэна во время Корейской войны имели далеко идущие последствия. Трумэн хотел, чтобы Корея оставалась ограниченной войной, любой ценой избегая Третьей ядерной мировой войны. Без всеобщих усилий для победы война зашла в тупик. Избежав объявленной войны, Трумэн создал прецедент, которому последовали другие президенты. Впоследствии нация участвовала в нескольких конфликтах, но никогда официально не находилась в состоянии «войны». Все еще находящийся в зачаточном состоянии, корейский конфликт стал первым серьезным испытанием способности ООН достичь своих целей. Повысит или уменьшит ли ее обращение с кризисом способность ООН играть важную роль в мире холодной войны?

Частично ответ заключается в характере самой реакции ООН.Смогла ли Организация Объединенных Наций отреагировать таким образом, чтобы это соответствовало ее видению и цели? Может ли Организация Объединенных Наций действовать, не отдавая предпочтения одной стороне? Такие вопросы были проверены в Корее.

Преодоление разрыва в альянсе США и Южной Кореи

Введение и резюме

Союз Соединенных Штатов с Южной Кореей является одним из самых важных отношений не только в Азии, но и во всем мире. Тем не менее ни один союз не обходится без разногласий, и по мере того, как партнерство Соединенных Штатов и Южной Кореи приближается к своему восьмому десятилетию, новые геополитические реалии могут создавать препятствия для его целостности.

В связи с тем, что Северная Корея продолжает наращивать свои возможности по производству оружия массового уничтожения, а Китай бросает все больше вызовов, как никогда важно, чтобы прогрессивные и консервативные политики с обеих сторон альянса понимали точки зрения друг друга. Обе стороны должны вкладывать средства в поиск путей достижения консенсуса по ключевым вопросам и преодоления разногласий там, где это необходимо. Однако они также должны осознавать, что совершенно естественно иметь разные позиции и что не во всем соглашаться – это нормально.

В частности, прогрессивные внешнеполитические лидеры в обеих странах имеют много общих взглядов, но иногда их взгляды расходятся по двум фундаментальным вопросам: 1) Каковы самые большие проблемы, на которых должен сосредоточиться альянс? и 2) Как альянс должен реагировать на угрозу, исходящую от Северной Кореи?

Определение «прогрессивного» и «консервативного»

Этот отчет основан на отчете Центра американского прогресса за 2019 год «Как создать прочный альянс между США и Южной Кореей: поиск точек соприкосновения среди прогрессистов», в котором изложено, как прогрессисты в Соединенных Штатах и ​​​​Южной Корее рассматривают союз между двумя странами. . 1 Как указано в этом отчете, при обсуждении альянса трудно определить такие термины, как «прогрессивный» и «консервативный»:

Из-за различий в политическом и социальном контексте США и Южной Кореи ярлыки, отражающие политические и идеологические убеждения, не обязательно означают одно и то же в обеих странах. Людей можно считать «прогрессивными» или «консервативными» по разным причинам, и многие из тех, кто называет себя таковыми, могут не соглашаться со значениями этих терминов.

На фронте внутренней политики прогрессисты как в Соединенных Штатах, так и в Южной Корее обычно выступают за благоприятную для рабочих экономическую политику и антимонопольную реформу, в то время как консерваторы обычно выступают за меньшее регулирование частного сектора. Во внешнеполитическом пространстве прогрессисты в обеих странах склонны подчеркивать взаимодействие и дипломатию с противниками, в то время как консерваторы часто демонстрируют более ястребиные позиции. Однако поле битвы между прогрессистами и консерваторами в Соединенных Штатах часто определяется взглядами на широкий круг вопросов внутренней и внешней политики; Напротив, отношение к Северной Корее часто является наиболее заметной разделительной линией между двумя идеологическими позициями в Южной Корее. 2

Этот отчет, частично основанный на серии интервью, проведенных авторами с экспертами в двух странах, дает представление о том, как прогрессисты в Сеуле и Вашингтоне рассматривают альянс в начале 2021 года. В нем также даны рекомендации относительно того, как обе страны могут продвигать общие интересы в наступающем году, когда новая администрация США вступит в должность. Хотя в этом отчете рассматривается альянс в целом, в нем особое внимание уделяется взглядам прогрессивных лидеров и их влиянию на альянс.

Текущее состояние альянса США и Южной Кореи

За последние четыре года презрение президента США Дональда Трампа к альянсу США и Южной Кореи подорвало партнерство, вызвав значительный разрыв в доверии между двумя сторонами. За время своего пребывания у власти Трамп ясно дал понять, что не понимает ценности союзов США. Он предложил таким союзникам, как Южная Корея и Япония, защитить себя, разработав собственное ядерное оружие. 3 Кроме того, он, по сути, пытался шантажировать союзников США, прежде всего Южную Корею, угрожая вывести американские войска из страны, если Сеул не начнет платить «гораздо больше» за оборону США. 4 Эта позиция игнорирует тот факт, что Америка, а не только ее союзники, получает выгоду от своего военного присутствия в Азии.

Администрация Трампа продолжила свой транзакционный подход к альянсам во время переговоров о разделении затрат с Сеулом. В 2018 году по истечении срока действия Соглашения о специальных мерах (SMA) администрация потребовала 150-процентного увеличения — 1 доллар.2 миллиарда ежегодно — для поддержания военного присутствия США на Корейском полуострове. 5 Сеул отклонил такие требования, предложив увеличение на 8,2 процента и более короткий срок действия SMA, и союзники согласились ежегодно пересматривать соглашение с постепенным увеличением. 6 Но когда в конце 2019 года срок действия соглашения снова истек, администрация Трампа потребовала колоссального 500-процентного увеличения взносов. 7 Переговоры затянулись на несколько месяцев, в результате чего тысячи сотрудников вооруженных сил США в Корее (USFK) были отправлены в неоплачиваемый отпуск. 8 Игнорируя тот факт, что Южная Корея заплатила 90 процентов от 11-миллиардной стоимости строительства Кэмп-Хамфрис — крупнейшей зарубежной военной базы США — и является крупным заказчиком американских оборонных компаний, 9 администрация Трампа отклонила лучшее предложение Сеула составляет 13 процентов, и ему еще предстоит определить, как будет выглядеть «справедливое и равноправное» соглашение о разделении затрат. 10

Трамп относился к Южной Корее как к меньшему партнеру и запугивал Сеул по широкому кругу вопросов экономики, безопасности и вооруженных сил.В поисках политической победы в 2017 году он ошибочно заявил, что Соглашение о свободной торговле между США и Кореей (KORUS FTA) стало причиной потери рабочих мест в США; и он фактически вынудил Сеул пересмотреть переговоры, угрожая выйти из соглашения. 11 Убежденный, что дефицит торгового баланса между двумя странами наносит ущерб интересам США, Трамп продолжал наказывать Сеул, взимая пошлины с основных южнокорейских экспортных товаров. 12 Кроме того, разрушительная торговая война Трампа с Китаем привела к падению экспорта Южной Кореи в Китай, ее крупнейшего торгового партнера, на 21.3 процента в 2019 году. 13

Неадекватное отношение администрации Трампа к Южной Корее подорвало репутацию Америки среди южнокорейцев. В то время как 92 процента южнокорейской общественности по-прежнему поддерживают альянс, 14 общественное мнение о Соединенных Штатах упало до почти исторического минимума в 45 процентов. 15 Только 4 процента южнокорейцев поддержали выплату дополнительных миллиардов долларов в ходе переговоров о разделении расходов, а недавний опрос показал, что доверие южнокорейцев к президенту Трампу составляет ужасающие 17 процентов. 16

Несмотря на бурную политику администрации Трампа, альянс США и Южной Кореи выжил во многом благодаря усилиям президента Мун Чжэ Ина. Южная Корея могла легко ввести пошлины на товары США в ответ на торговую войну Трампа. Вместо этого Мун согласился пересмотреть соглашение KORUS FTA. 17 Когда в 2018 году Трамп пообещал отменить совместные военные учения без предварительных консультаций, администрация Луны потихоньку попыталась приспособиться к позиции Трампа. 18 Вместо того, чтобы осудить необоснованные требования SMA Трампа, Голубой дом постоянно преуменьшает значение проблемы и настаивает на том, что обе стороны углубляют «взаимопонимание» по мере продолжения переговоров. 19 Другие официальные лица в правительстве США также пытались преуменьшить разногласия, разжигаемые Трампом. 20

И, несмотря на все оскорбления, которые Трамп бросил в адрес Южной Кореи — по сообщениям, называя южнокорейцев «ужасными людьми», подвергая сомнению похвальную реакцию Южной Кореи на COVID-19 и высмеивая в Твиттере исторические победы Южной Кореи на церемонии вручения премии «Оскар», — президент Мун отправил Соединенным Штатам 2 миллиона долларов. маски для лица и отправил в Мэриленд 500 000 тестов на COVID-19, поскольку Трамп возложил ответственность за тестирование на коронавирус на штаты. 21

Администрация Луны пытается скрыть разногласия в альянсе отчасти потому, что ей нужна поддержка США для мирной инициативы с Северной Кореей. Северная Корея хочет ослабления санкций и гарантий безопасности — уступок, которые Сеул не может сделать без поддержки США. Мун сделал продвижение межкорейских отношений своей главной внешнеполитической инициативой, и большая часть его наследия будет зависеть от того, сможет ли он успешно выполнить эти обещания. Таким образом, Мун стремился преуменьшить разногласия и по возможности пойти навстречу Трампу, надеясь, что У.Помолвка С. с Пхеньяном жива.

Но громкая поддержка Муном дипломатии Трампа в Северной Корее не смогла преодолеть давнее расхождение во взглядах между Соединенными Штатами и многими прогрессивными сторонниками в Южной Корее: многие в Сеуле считают, что ослабление санкций в отношении Корейской Народно-Демократической Республики (КНДР) ) должно произойти как часть мер по укреплению доверия, в то время как администрация Трампа и другие в Вашингтоне считают, что ослабление санкций является важным рычагом, который можно предлагать только при значительном прогрессе на пути к денуклеаризации. 22 В то же время Соединенные Штаты и Южная Корея часто проявляли несогласованность в своих подходах к Северной Корее, иногда прямо обвиняя друг друга в принятии мер без предварительных консультаций. 23

Это было препятствием, которое Трамп и Ким не смогли преодолеть на саммите в Ханое в феврале 2019 года. оставив ему ничего, что можно было бы показать на 65-часовую поездку туда на поезде. 24 Несмотря на очередную короткую встречу Трампа и Кима в Демилитаризованной зоне (ДМЗ) летом 2019 года, а также последующие переговоры на рабочем уровне, с тех пор предметная дипломатия не продвинулась вперед.

С тех пор ни США, ни Северная Корея не проявляли заинтересованности в возобновлении переговоров. После того, как последний раунд переговоров на рабочем уровне между США и КНДР прервался в Стокгольме 5 октября 2019 года, 25 , администрация Муна начала 2020 год с предложений продолжить продвижение межкорейских отношений через экономическое сотрудничество, выдвинув такие идеи, как возобновление индивидуальные поездки на Север и заключение бартерных сделок. 26 В ответ на предложения Муна посол США в Южной Корее Гарри Харрис настоял на том, чтобы Сеул проконсультировался с Соединенными Штатами о любых мерах, прежде чем предлагать их, тем более что туристическая инициатива может спровоцировать случайные нарушения санкций. 27 Северная Корея постоянно отвергала усилия Южной Кореи по установлению связей и даже физически уничтожила межкорейский офис связи в июне 2020 года. 28 Хотя офис был закрыт из-за пандемии коронавируса, это стало ощутимым достижением миротворческих усилий Муна. и служил официальным каналом для улучшения связи между двумя странами. 29

Несмотря на эти неудачи, президент Мун продолжает уделять первоочередное внимание возрождению дипломатии с Северной Кореей, о чем совсем недавно свидетельствовали его новые назначения в кабинете министров и его речь в ООН в 2020 году, в которой он выступал за официальное окончание Корейской войны. 30 Вероятность дипломатии в 2021 году во многом зависит от того, заинтересованы ли Северная Корея и США в возобновлении переговоров.

Прогрессивные взгляды США на альянс

У.Альянс между Южной Кореей и Южной Кореей, конечно, является лишь одним из компонентов более широких внешнеполитических переговоров, происходящих в каждой стране. Изучая мир, американские прогрессисты видят множество растущих проблем, от изменения климата до пандемий и подъема авторитаризма и антилиберализма. Они считают, что сотрудничество между демократиями мира, основанное на общих ценностях, должно лежать в основе любого решения этих проблем. Американские прогрессивисты считают Южную Корею одним из ключевых партнеров для отстаивания этого видения.

Альянс США и Южной Кореи — и взгляды Америки на него — значительно изменились за 70 лет своего существования. В конце Корейской войны Республика Корея (РК) была одной из самых бедных стран в мире, и альянс служил для ее защиты от потенциальных атак Северной Кореи. 31 Хотя у обеих Корей были схожие отправные точки, валовой внутренний продукт (ВВП) Южной Кореи на душу населения сейчас в 54 раза больше, чем у Северной Кореи. 32 Несмотря на это резкое изменение благосостояния Южной Кореи и ее возвышенное геополитическое положение (теперь член G-20 и ключевой игрок по широкому кругу региональных и глобальных вопросов), внимание альянса по-прежнему в подавляющем большинстве случаев сосредоточено на угрозе со стороны Севера. Корея.

Северная Корея

Когда дело доходит до Северной Кореи, мнения в прогрессивном внешнеполитическом сообществе США варьируются от поддержки взаимодействия без предварительных условий до поддержки усиления давления на программы Северной Кореи по созданию оружия массового уничтожения (ОМУ) и репутацию в области прав человека. Хотя сторонники прогресса в США традиционно более склонны, чем их консервативные американские коллеги, поддерживать дипломатию с Северной Кореей, многие все еще опасаются того, чего может достичь взаимодействие, в немалой степени наказанное предыдущими дипломатическими неудачами и попытками Северной Кореи обмануть прошлые соглашения. 33 Кроме того, некоторые прогрессисты, которые часто видят в Соединенных Штатах знаменосца в области поддержки прав человека и нераспространения, считают, что взаимодействие с Северной Кореей должно быть сбалансировано с интересами не создавать видимость вознаграждения режима, который попирает самые элементарные международные нормы.

Некоторые прогрессивные сторонники США поддерживают поэтапный подход, который включает меры по укреплению доверия, чтобы помочь придать импульс процессу, который, хотя и может привести к денуклеаризации где-то в будущем, вряд ли приведет к тому, что Северная Корея откажется от всех своих программ создания оружия массового уничтожения. быстро.Некоторые прогрессисты считают, что Соединенным Штатам следует предпринять шаги, такие как объявление об окончании Корейской войны и рассмотрение мирного договора, чтобы послать Северной Корее сигнал о приверженности Соединенных Штатов дипломатии. Другие считают, что Северная Корея должна сделать первые шаги, чтобы показать, что она серьезно относится к денуклеаризации, прежде чем можно будет начать подлинный пошаговый дипломатический процесс. Такое уравновешивание интересов и взглядов прогрессистов в Соединенных Штатах часто приводит к сложному и нюансированному подходу к вопросу о том, как лучше всего вести дипломатию с Северной Кореей. 34

Региональные и глобальные проблемы

Помимо Северной Кореи, многие прогрессисты США считают, что Южная Корея должна играть более важную роль в региональных и глобальных делах. Южная Корея — одна из немногих стран, которые прошли путь от получателя помощи в целях развития до собственного донора. Она превратилась из автократии в процветающую демократию. Он добился больших успехов в образовании и экономическом развитии и подал пример всему миру своими ответами на COVID-19.Американские прогрессивисты видят в альянсе США и Южной Кореи большой потенциал для того, чтобы играть значимую роль в решении широкого круга вопросов, от содействия устойчивому развитию до сотрудничества в решении киберпроблем, реагирования на глобальные гуманитарные потребности и не только.

Заинтересованность Сеула в удовлетворении этих ожиданий может варьироваться в зависимости от того, кто находится у власти — прогрессисты или консерваторы. Южнокорейские консерваторы с большей вероятностью приветствуют идею стать хорошо зарекомендовавшей себя средней державой, в то время как южнокорейские прогрессивисты считают, что проблема безопасности Северной Кореи должна быть приоритетной. Сторонники прогресса в США считают, что альянс вполне способен выполнять и то, и другое, и хотят, чтобы альянс США и Южной Кореи работал над более широким набором общих интересов и ценностей.

В рамках концепции прогрессистов США по объединению демократических союзников они видят пространство для совместной работы Японии и Южной Кореи. Обе страны являются экономическими центрами, которые сталкиваются с аналогичными проблемами безопасности и являются близкими союзниками Соединенных Штатов. Американские прогрессивисты считают эти две страны важными партнерами в своей региональной стратегии и считают, что сотрудничество следует расширять, несмотря на часто натянутые отношения между ними.

Китай

Американские прогрессивисты также рассматривают рост напряженности между США и Китаем как конкуренцию ценностей и как ключевую проблему для альянса США и Южной Кореи. В последние годы действия Китая вызвали растущее беспокойство в Соединенных Штатах. Китай осуществил массовое лишение свободы уйгурских мусульман, жестоко расправился с продемократическими движениями в Гонконге и военизировал аванпосты в Южно-Китайском море, а также совершил множество других действий, вызывающих обеспокоенность. Из-за его дестабилизирующего поведения многие политики в США все чаще рассматривают Китай как главный вызов.

Трамп проводит беспорядочную политику в отношении Китая, резко колеблясь между ухаживанием за президентом Си Цзиньпином и оказанием давления на Китай. 35 Согласно одному исследованию, торговая война Трампа с Китаем обошлась экономике США в 1,7 триллиона долларов. 36 И хотя в 2020 году администрация Трампа предприняла ряд действий против Китая во всем, от Гонконга до технологических компаний и уйгурских мусульман, ее стратегия и цели были неясны. 37

У.Прогрессисты С. считают, что политика Трампа в отношении Китая была неэффективной и контрпродуктивной и что, в более широком смысле, политика Трампа, ориентированная на Америку прежде всего, ослабила Соединенные Штаты на мировой арене, тем самым открыв больше возможностей для усиления влияния Китая. В частности, антагонистические отношения Трампа с союзниками, в том числе нападение на таких союзников, как Южная Корея, в рамках его торговой войны, не позволяют Соединенным Штатам работать с партнерами над устранением угроз, которые представляет Китай. Американские прогрессивисты рассматривают демократических союзников, таких как Южная Корея, как важную часть реакции на все более тревожное поведение Китая.

Прогрессивные взгляды Южной Кореи на альянс

Многие из политик администрации Трампа за последние несколько лет подорвали альянс и разозлили прогрессивных лидеров в Сеуле. Но решение Трампа напрямую взаимодействовать с Ким Чен Ыном было популярно среди южнокорейских прогрессистов и помогло скрыть разногласия в альянсе.

Северная Корея

В связи с тем, что президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин делает ставку на сотрудничество с Севером, в последние несколько лет Сеул уделяет первостепенное внимание поддержке дипломатии с Северной Кореей со стороны Вашингтона. Южнокорейские прогрессивисты традиционно склонны гораздо больше ориентироваться на КНДР. Они готовы активно предпринимать такие шаги, как совместные экономические проекты и гуманитарная помощь, в качестве мер укрепления доверия, одновременно занимаясь снижением угрозы и денуклеаризацией.

Предшественники

Муна пытались вести переговоры с Северной Кореей, но не всегда находили добровольного партнера в Вашингтоне или, конечно, в Пхеньяне. Даже сейчас Вашингтон гораздо более скептически относится к намерениям Ким Чен Ына, учитывая долгую историю неудачных переговоров с Севером. Тем не менее, большинство южнокорейских прогрессистов утверждают, что Ким Чен Ын серьезно относился к снижению напряженности и улучшению отношений в ходе последнего дипломатического раунда. Они утверждают, что экономическое процветание играет большую роль в легитимности Кима, и указывают на его речи, обещающие экономическое развитие. 38 Некоторые даже настаивают на том, что расширяющаяся рыночная экономика страны и черный рынок увеличили поток информации в стране, повысили осведомленность Северной Кореи о внешнем мире и бросили вызов государственному изображению страны и режима, а также заставили Кима предоставить более высокий уровень жизни для своего народа. 39

Другие предсказывают, что Ким, возможно, стремился к укреплению отношений с Соединенными Штатами и Южной Кореей, чтобы уравновесить геополитическое влияние Китая. Южнокорейские прогрессивисты указывают на то, что Ким долгое время занимался дипломатией с Сеулом и Вашингтоном, как на знак намерения Кима улучшить отношения. 40 В то время как Пхеньян выступил с критическими заявлениями в отношении Южной Кореи, 41 прогрессисты в Сеуле утверждают, что Ким Чен Ын старался не переходить никаких красных линий, таких как испытания межконтинентальных баллистических ракет (МБР), в надежде сохранить дипломатию живой.

Вместо этого южнокорейские прогрессивисты все чаще рассматривают Соединенные Штаты как препятствие для развития межкорейских отношений. 42 Несмотря на поддержку дипломатической попытки Трампа, они разочарованы тем, что переговоры зашли в тупик, и видят главную причину в жестком подходе Вашингтона к санкциям. Некоторые даже выступают за изменение баланса в союзе США и Южной Кореи, чтобы отказаться от того, что они считают зависимостью от Соединенных Штатов, 43 , поскольку они чувствуют, что их интересы не прислушиваются и что автономия Южной Кореи разрушается.

В то время как южнокорейские прогрессисты воспринимают У.Прогрессисты S. с большей вероятностью, чем администрация Трампа, будут относиться к Южной Корее как к истинным равным, когда речь заходит о таких вопросах, как переговоры о разделении затрат. намерения снизить напряженность. Южнокорейские прогрессивисты утверждают, что Соединенные Штаты часто завышают планку дипломатии. Они утверждают, что денуклеаризация должна быть долгосрочной целью и что ощутимый прогресс в направлении денуклеаризации невозможен без кропотливых усилий по ослаблению 70-летней враждебности и напряженности между Соединенными Штатами и КНДР.

Прогрессивные южнокорейские лидеры в значительной степени воспринимают «стратегическое терпение» администрации Обамы как потерянное время — период, когда Соединенные Штаты пытались усилить давление на Северную Корею, не предпринимая серьезных дипломатических усилий. В то время как обращение Трампа с Южной Кореей разозлило многих представителей политического спектра, многие южнокорейские прогрессисты поддержали готовность Трампа начать дипломатию высокого уровня с Северной Кореей.

Но по мере роста напряженности в отношениях между США и Китаем южнокорейские прогрессисты опасаются, что китайское сотрудничество по Северной Корее окажется под угрозой.Поскольку на Китай приходится более 90 процентов торговли Северной Кореи, 44 Китай особенно важен для обеспечения соблюдения санкций против режима Кима. По мере того, как из Вашингтона приходит двухпартийный консенсус в отношении того, что необходим более жесткий подход к Китаю, многие южнокорейские прогрессисты обеспокоены тем, что денуклеаризация и мир на Корейском полуострове станут менее приоритетными.

Китай

Это расхождение во взглядах Сеула и Вашингтона на Китай является растущей проблемой в альянсе, и решение о развертывании системы терминальной высотной обороны (THAAD) в Южной Корее является хорошей иллюстрацией того, как проявляется расхождение во мнениях.Центр американского прогресса в своем отчете за 2019 г. отметил важность этого вопроса для формирования перспектив в Южной Корее, и сегодня он остается еще более актуальным. 45

В 2016 году, после непрерывных ракетных испытаний с севера, президент США Барак Обама и президент Южной Кореи Пак Кын Хе договорились развернуть систему THAAD для усиления обороны Южной Кореи от северокорейских ракет. 46 Однако министр иностранных дел Китая Ван И выразил обеспокоенность тем, что развертывание THAAD поставит под угрозу «законные интересы национальной безопасности Китая», 47 , и Пекин быстро попытался использовать свое экономическое влияние, чтобы заставить Сеул отменить свое решение.В результате неофициального бойкота южнокорейских товаров и фактического подавления китайского туризма в РК Пекин нанес ущерб экономике Южной Кореи в размере 7,5 млрд долларов в 2017 году. 48

Южнокорейские прогрессивисты рассматривали экономическое принуждение как посягательство на суверенитет и национальную безопасность Южной Кореи, и этот инцидент продемонстрировал опасность экономической взаимозависимости с Китаем. Но, по мнению некоторых южнокорейских прогрессивных политиков, Соединенные Штаты не сделали достаточно, чтобы поддержать своего союзника в трудную минуту. Соединенные Штаты и Южная Корея приняли решение альянса развернуть THAAD в качестве средства сдерживания ракетной программы Северной Кореи и для обеспечения стабильности в регионе в целом. Пока Южная Корея терпела гнев Пекина, южнокорейские прогрессисты чувствовали отсутствие реакции США.

Американские прогрессивисты неоднозначно отреагировали на эту точку зрения: некоторые согласились с тем, что Соединенные Штаты подвели Южную Корею и что они должны найти способы помочь Южной Корее и другим партнерам создать системы экономической устойчивости к такого рода угрозам и действиям.Другие указали, что правительству США было трудно отреагировать, поскольку возмездие Китая не имело места на государственном уровне. 49

В то время как общественное мнение Южной Кореи о Китае упало и продолжает ухудшаться после экономического принуждения Пекина в отношении THAAD, восприятие Соединенных Штатов во всем мире упало, поскольку Трамп отстранил Соединенные Штаты от их традиционной роли мирового лидера. Недавний опрос, проведенный Институтом политических исследований Асан, отмечает, что и Соединенные Штаты, и Китай имеют рекордно низкие рейтинги благосклонности в Южной Корее; но когда их представили как бинарный выбор, южнокорейская общественность решительно предпочла Соединенные Штаты Китаю. 50

Южнокорейские прогрессивисты также предпочитают работать с Соединенными Штатами, а не с Китаем, поскольку у двух союзников общие ценности и интересы. В то время как южнокорейские прогрессивисты разделяют многие опасения политических лидеров США в отношении Китая, опыт THAAD стал четким напоминанием о том, насколько восприимчив Сеул к давлению со стороны Пекина. Южнокорейские прогрессивисты опасаются, что усиление конкуренции между США и Китаем будет угрожать их национальным интересам, и хотят, чтобы Вашингтон занял более сбалансированный подход к Китаю.

Отношения США, Южной Кореи и Японии

В то время как Соединенные Штаты стремятся объединить своих демократических союзников для оказания давления на Китай, южнокорейские прогрессисты считают усилия США по расширению трехстороннего сотрудничества между США, Южной Кореей и Японией крайне неудобными. В то время как Вашингтон утверждает, что Япония и Южная Корея разделяют схожие угрозы безопасности со стороны Северной Кореи и одни и те же ценности, некоторые южнокорейские прогрессисты рассматривают эти усилия как вынуждающие две страны ладить ради стратегического соперничества между США и Китаем.

Южная Корея и Япония имеют неразрешенное колониальное прошлое, которое проливает кровь на их экономическое сотрудничество и сотрудничество в области безопасности. Полагая, что эти исторические проблемы препятствуют полноценному сотрудничеству между двумя странами, Соединенные Штаты призвали Японию и Южную Корею подписать в 2015 году соглашение, касающееся вопроса «женщин для утех». Соглашение об общей безопасности военной информации (GSOMIA), соглашение об обмене разведданными.

Тем не менее, южнокорейские прогрессивисты испытывают сильное недовольство президентом Обамой в связи с этой цепочкой событий. 52 Южнокорейские прогрессивные эксперты сетовали на то, что им пришлось решать глубокую и болезненную историческую проблему по настоянию другой страны. Термин «женщины для утех» относится примерно к 200 000 женщин, в основном кореянок, которых во время Второй мировой войны загнали в публичные дома японских военных. Соглашение о женщинах для утех не получило широкой поддержки южнокорейских прогрессистов и остается непопулярным среди южнокорейской общественности. 53 Южнокорейские прогрессивисты, которые традиционно выступают за более независимую внешнюю политику, раскритиковали бывшего президента Пак Кын Хе, подписавшего оба соглашения, за то, что он якобы ставит интересы США на первое место. 54 Импичмент президента Пак и отстранение от должности на основании обвинений в коррупции еще больше запятнали соглашение в глазах южнокорейской общественности. 55

Более того, когда Япония экономически отомстила решению суда Южной Кореи о принудительном труде в колониальную эпоху, 56 южнокорейские прогрессисты почувствовали себя дискриминированными, поскольку администрация Трампа вмешалась только тогда, когда Сеул пригрозил закрыть GSOMIA. Южнокорейские прогрессивисты считали, что Токио инициировал конфликт, ограничив доступ к материалам, критически важным для полупроводниковой промышленности Южной Кореи, и утверждали, что обмен военной информацией с Японией об угрозах Северной Кореи продолжался бы даже без GSOMIA. 57 Когда администрация Трампа в ответ выступила против решения Южной Кореи и умоляла Сеул продолжить GSOMIA, некоторые южнокорейские прогрессисты полагали, что это произошло потому, что Вашингтон хотел, чтобы Южная Корея и Япония обменивались информацией о военной деятельности Китая. 58

Этот нарратив о том, как Соединенные Штаты якобы втягивают Южную Корею в центр стратегического соперничества между США и Китаем, возникает и в других частях альянса. Некоторые южнокорейские прогрессисты утверждают, что Соединенные Штаты затягивают условия передачи оперативного контроля (OPCON), потому что не хотят возвращать оперативный контроль военного времени Сеулу во время роста напряженности в отношениях с Китаем. 59 И хотя южнокорейские прогрессисты по-прежнему открыты для сокращения численности войск USFK в поддержку дипломатии с Северной Кореей, большинство американских политиков считают, что войска не следует менять, поскольку они являются символом приверженности США.Альянс между Южной Кореей и Южной Кореей и такой выход означали бы отступление из региона в сторону Пекина.

Хотя не все из этих убеждений являются общепринятыми, всеохватывающее повествование существует: хотя южнокорейские прогрессивисты в значительной степени поддерживают Америку и альянс, многие считают, что их интересы не прислушиваются и что они всего лишь шахматная фигура в США. Китайская стратегическая конкуренция.  

Рекомендации политики

В начале 2021 года и Соединенным Штатам, и Южной Корее, включая прогрессистов с обеих сторон, предстоит работа по укреплению альянса и преодолению разрыва в доверии.В течение следующего года альянс должен сосредоточиться на нескольких конкретных политических инициативах, которые могут продвигать общие интересы, а также решать некоторые из основных разногласий, указанных выше.

Северная Корея
Создание совместной американо-южнокорейской «дорожной карты» для дипломатии с Северной Кореей

США и Южная Корея должны разработать дорожную карту для союзнического подхода к дипломатии с Северной Кореей. Неожиданный шаг Трампа начать дипломатические отношения с Северной Кореей — не менее чем на высшем уровне — затруднил для Соединенных Штатов и Южной Кореи сначала выработать согласованный путь вперед, что позволило Северной Корее использовать напряженность в альянсе.Например, администрация Муна поддержала объявление об окончании войны как способ активизировать мирные усилия, в то время как администрация Трампа явно не согласилась. Точно так же Соединенные Штаты настороженно отнеслись к заявлению Муна об экономических проектах с Северной Кореей и его шагам по сокращению военных действий в демилитаризованной зоне, которые, по мнению некоторых в Соединенных Штатах, были предприняты без всесторонних предварительных консультаций с Вашингтоном.

Обозначение ключевых вех на пути вперед поможет снизить напряженность и скорректировать ожидания между двумя союзниками, представить единую позицию в отношении Северной Кореи и сделать дипломатию гораздо более вероятной для достижения прогресса.Эта дорожная карта должна включать соглашение о типах уступок и требований, таких как условия объявления об окончании войны, а также консенсус относительно последовательности процесса переговоров и краткосрочных и долгосрочных целей для обеих сторон. . Все эти решения должны, конечно, учитывать обязательства, которые Южная Корея уже взяла на себя перед Северной Кореей в Пханмунджомской и Пхеньянской декларациях. 60

Соединенным Штатам следует открыть более высокоуровневый регулярный канал связи с Северной Кореей

Соединенным Штатам следует стремиться к установлению постоянного канала взаимодействия с Северной Кореей — помимо канала в Нью-Йорке, доступного через Организацию Объединенных Наций, — который должен включать новый офис связи, если это позволяют обстоятельства. Эта мера должна быть не уступкой, а скорее частью возобновленных информационно-пропагандистских усилий и сигналом приверженности Америки более устойчивому дипломатическому взаимодействию для продвижения интересов США. Улучшение формального общения между обеими сторонами является важным первым шагом на пути к достижению целей альянса США и Южной Кореи по установлению мира и стабильности на Корейском полуострове. Открытие офисов связи было одним из пунктов, которые, как сообщается, были готовы быть объявлены в рамках соглашения, которое было почти достигнуто в Ханое, 61 , что указывает на то, что это возможно достичь и, вероятно, имеет поддержку со стороны избирателей в обоих правительствах.

Быстрое открытие реального офиса связи может быть затруднено: на фоне пандемии Северная Корея прервала большинство контактов с зарубежными странами и отправила домой многих дипломатов; 62 Пхеньян также взорвал существующий межкорейский офис связи в попытке выразить гнев по поводу неспособности дипломатического процесса дать желаемые результаты. Тем не менее, с самого начала ясно дать понять, что Соединенным Штатам нужен регулярный канал связи более высокого уровня, — это стоящий шаг, который по крайней мере послужит сигналом о заинтересованности Америки в продолжающемся дипломатическом взаимодействии.

Соединенные Штаты и Южная Корея должны сотрудничать, чтобы оказать помощь Северной Корее в связи с COVID-19

Альянс должен активизировать многостороннюю помощь программам и учреждениям, которые уже действуют в Северной Корее, для решения проблем, усугубленных COVID-19. 63 Поскольку граница между КНДР и Китаем в настоящее время остается закрытой в качестве профилактической меры против COVID-19, Северная Корея пережила самый влажный сезон дождей за 40 лет, что привело к снижению урожайности в стране, которая и без того испытывает нехватку продовольствия. 64 Соединенные Штаты и Южная Корея должны работать вместе, чтобы предоставить гуманитарную помощь — как морально правильное дело и как сигнал доброй воли по отношению к Пхеньяну. В случае успеха эта инициатива в конечном итоге может быть расширена до диалога с КНДР и другими региональными партнерами по реагированию на пандемию и общественному здравоохранению. Эту идею предложил президент Мун во время своего выступления в ООН в сентябре. 65

Региональные и глобальные дела

Поскольку у Соединенных Штатов и Южной Кореи несколько расходятся взгляды на то, какую роль альянс должен играть в региональных и глобальных вопросах за пределами полуострова, 2021 год будет подходящим временем для того, чтобы опробовать новую инициативу, которая могла бы оправдать ожидания обеих стран. .Работая с Южной Кореей над глобальным реагированием на пандемию, Соединенные Штаты могут помочь укрепить способность альянса сосредоточиться на глобальных проблемах, выбрав проблему, в решение которой Южная Корея уже внесла свой вклад за пределами своих границ. Для начала два союзника должны установить ряд приоритетов для альянса, чтобы решить их с точки зрения наращивания потенциала общественного здравоохранения, таких как укрепление Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), обеспечение справедливого распределения вакцин, обмен уроками, связанными с пандемией, и предоставление общественности помощь в области здравоохранения развивающимся странам. Первоначальные шаги могут включать в себя вступление в Акселератор доступа к инструментам COVID-19 (ACT) ВОЗ, глобальное сотрудничество, посвященное ускоренной разработке и производству инструментов COVID-19, а также справедливому глобальному доступу к ним. Эффективный ответ Южной Кореи на пандемию остается образцом для всего мира; 66 в сочетании с ресурсами и опытом Америки эти две страны могут помочь усилить международную реакцию.

Китай

Китай занимает важное место во многих аспектах США.Ю.-Южнокорейский альянс, будь то Северная Корея или силовая позиция или экономические отношения. Первый шаг, который необходимо сделать Соединенным Штатам, — сформулировать и сформулировать четкую всеобъемлющую стратегию в отношении Китая. Хотя, возможно, это относительно очевидная задача, в последние несколько лет Соединенным Штатам не хватало скоординированного и последовательного подхода, что является одной из причин того, что политика США в отношении Китая вызвала трения в союзе с Южной Кореей. В рамках разработки стратегии Соединенные Штаты должны консультироваться с Южной Кореей и искать различные точки зрения, в том числе прогрессивные.После того, как стратегия будет принята, Соединенные Штаты и Южная Корея должны провести подробные консультации по всем различным аспектам стратегии, которые могут повлиять на альянс, от того, как обращаться к китайским технологическим компаниям, до нарушений Китаем прав человека в отношении уйгурских мусульман и опасения по поводу торговли. Хотя такие задачи, как разработка стратегии в консультации с союзниками, должны быть самой основой прочного альянса, в последние годы они в значительной степени игнорировались, и предстоит проделать огромную работу.

Силовая поза

Позиция сил США на Корейском полуострове часто может иметь огромное значение в восприятии альянса. Некоторые политики, независимо от их политических пристрастий, считают, что присутствие американских войск является синонимом альянса, а его сокращение равносильно сигналу об ослаблении поддержки альянса. Это было частью разговора в течение последних нескольких лет, поскольку Трамп неоднократно предлагал сократить численность американских войск на полуострове.То, как Трамп сделал эти предложения, и то, как он отменил военные учения США и Южной Кореи, не посоветовавшись с Сеулом, подорвало альянс.

Ключевой вопрос, который обеим сторонам необходимо иметь в виду, когда речь заходит о силовой позиции, заключается в том, что у альянса есть общие цели, а военное присутствие США и сотрудничество между двумя вооруженными силами — лишь один из инструментов, который есть у союзников для достижения этих целей. . Соединенные Штаты и Южная Корея должны обеспечить, чтобы любые дискуссии о вооруженных силах — о военных учениях, численности войск или развертывании систем вооружения — происходили в более широком контексте целей альянса.Количество американских войск в Южной Корее и график военных учений следует рассматривать не как нечто священное, а как способ продвижения общих интересов. Например, до тех пор, пока обе стороны согласны с тем, что изменение расстановки сил может способствовать продвижению дипломатии при сохранении сдерживания против КНДР, эти изменения следует полностью учитывать. Точно так же Соединенные Штаты и Южная Корея должны признать, что такие вопросы, как передача OPCON и переговоры по SMA, влияют на более широкий альянс, и обе стороны должны работать быстро, чтобы решить нерешенные вопросы по обоим вопросам.

Заключение

Альянс США и Южной Кореи жизненно важен для обеих стран не только с точки зрения борьбы с угрозой, исходящей от Северной Кореи, но и с точки зрения его потенциала для решения более широких региональных и глобальных проблем. Но для того, чтобы союз был максимально эффективным и имел максимально широкую поддержку с обеих сторон, две страны должны стремиться лучше понять друг друга. Это должно включать усилия прогрессистов в Соединенных Штатах и ​​Южной Корее, чтобы найти точки соприкосновения по ключевым проблемам.

Об авторах

Майкл Х. Фукс — старший научный сотрудник Центра американского прогресса. Ранее он был заместителем помощника госсекретаря по делам Восточной Азии и Тихоокеанского региона. Фукс также занимал должности специального советника госсекретаря по стратегическим диалогам; специальный помощник государственного секретаря; и заместитель директора по национальной безопасности в президентской кампании Хиллари Клинтон в 2008 году.

Ханыль Ли — научный сотрудник отдела азиатской политики в Центре американского прогресса.

Благодарности

Авторы хотели бы поблагодарить Корейский фонд за его щедрую поддержку, которая сделала этот проект возможным. Они также хотели бы поблагодарить коллег, принявших участие в интервью, которые послужили основой для анализа, а также тех, кто щедро предоставил отзывы об этом отчете.

Корейская война, «забытый» конфликт, сформировавший современный мир Вторая война и война во Вьетнаме.

Но трехлетний конфликт в Корее, в котором коммунистические и капиталистические силы столкнулись друг с другом, подготовил почву для десятилетий напряженности между Северной Кореей, Южной Кореей и Соединенными Штатами.

Он также помог задать тон советско-американскому соперничеству во время холодной войны, глубоко сформировав мир, в котором мы живем сегодня, говорят историки.

В то время как напряженность между Северной Кореей и Соединенными Штатами продолжает расти на фоне ракетных испытаний и насмешек, вот краткий путеводитель по Корейской войне и последствиям, которые сохраняются более 60 лет после ее окончания.

Как началась Корейская война?

Корейская война началась, когда северокорейские войска вошли в Южную Корею 25 июня 1950 года, и продолжалась до 1953 года. Но эксперты говорят, что военный конфликт нельзя правильно понять без учета его исторического контекста.

Корея, японская колония с 1910 по 1945 год, была оккупирована США и Советским Союзом в конце Второй мировой войны. США предложили временно разделить страну по 38-й параллели, чтобы сохранить свое влияние на полуострове, граничащем с Россией, заявил Чарльз К.Армстронг, профессор истории Кореи в Колумбийском университете.

«Расколотая Корея была чем-то беспрецедентным, — сказал он.

Но раскол продолжался отчасти из-за конкурирующих взглядов корейцев на будущее страны. «По сути, это была гражданская война, в которой боролись из-за проблем, восходящих к колониальному опыту Кореи», — сказал Брюс Камингс, профессор истории Чикагского университета.

В 1948 году поддерживаемая американцами антикоммунистическая южная администрация, базирующаяся в Сеуле, провозгласила себя Республикой Корея.По словам профессора Камингса, его возглавил Ли Сын Ман, который много лет жил в изгнании в Соединенных Штатах и ​​был назначен руководителем Южной Кореи Управлением стратегических служб, предшественником Центрального разведывательного управления.

Вскоре после этого поддерживаемая Советским Союзом коммунистическая северная администрация, базирующаяся в Пхеньяне, провозгласила себя Корейской Народно-Демократической Республикой. Ее лидером был Ким Ир Сен, который сражался на стороне коммунистов во время гражданской войны в Китае и был дедом нынешнего диктатора Северной Кореи Ким Чен Ына.

Каждый режим был нестабилен, отвергал легитимность другого и считал себя единственным законным правителем Кореи. Пограничные стычки между ними были частыми до начала Корейской войны.

Кто были комбатанты?

Война стравила Южную Корею и Соединенные Штаты, воюющие под эгидой Организации Объединенных Наций, с Северной Кореей и Китаем.

Другие страны тоже предоставили войска, но большую часть боевых действий вели американские войска. «Южнокорейская армия практически развалилась» в начале войны, сказал профессор Камингс.

Советский Союз поддержал Северную Корею в начале войны, предоставив ей оружие, танки и стратегические советы. Но Китай вскоре стал его самым важным союзником, отправив солдат воевать в Корею, чтобы не допустить конфликта к своим границам.

Китайский лидер Мао Цзэдун также рассматривал участие Китая в войне как способ отблагодарить корейских коммунистов, сражавшихся в гражданской войне в Китае, сказал профессор Камингс.

«Было много полевых контактов между американскими и китайскими войсками, — сказал профессор Армстронг. «В каком-то смысле это была первая и пока единственная война между Китаем и США».

Насколько это было опасно?

Война опустошила Корею. Историки говорят, что было убито от трех до четырех миллионов человек, хотя точные цифры никогда не приводились, особенно правительством Северной Кореи. До 70 процентов погибших могли быть гражданскими лицами.

Особенно остро разрушение было на Севере, который подвергался многолетним американским бомбардировкам, в том числе с напалмом.По словам профессора Камингса, примерно 25 процентов его довоенного населения было убито, и многие из выживших к концу войны жили под землей.

«Северную Корею сровняли с землей», — сказал он. «Северокорейцы рассматривают американские бомбардировки как Холокост, и об этом учат каждого ребенка».

Порча была также широко распространена в Южной Корее, где Сеул четырежды переходил из рук в руки. Но большая часть боевых действий происходила в северной или центральной частях полуострова вокруг нынешней демилитаризованной зоны, которая разделяет страны, сказал профессор Камингс.

Чем это закончилось?

Формально Корейская война не закончилась.

Боевые действия прекратились, когда Северная Корея, Китай и США заключили перемирие в 1953 году. Но Южная Корея не согласилась на перемирие, и официальный мирный договор так и не был подписан.

«Техническое состояние войны между комбатантами все еще существует», — сказал профессор Камингс.

Ни Северная, ни Южная Корея не достигли своей цели: уничтожения противоборствующего режима и воссоединения разделенного полуострова.

С 1953 года существует непростое сосуществование между Северной и Южной Кореей, в которой размещено более 20 000 американских солдат. Когда-то там базировались сотни единиц американского ядерного оружия.

«Начиная с войны в Корее, у нас было постоянное глобальное американское военное присутствие, которого у нас никогда не было раньше», — сказал профессор Армстронг. Другие страны, в которых размещаются американские войска, включают Катар, Японию, Италию и Германию. «Это был настоящий поворотный момент для глобальной роли Америки.”

За десятилетия после войны Южная Корея превратилась в экономический центр. Профессор Камингс сказал, что многие его граждане теперь мало знают о конфликте и имеют «фаталистическую ориентацию» на экономически изолированный Север.

Тем временем Северная Корея стала «самым удивительным гарнизонным государством в мире с четвертой по величине армией в мире».

— Его генералы все еще сражаются на войне, — сказал профессор Камингс. «Для них это никогда не кончалось».

Ядовитое наследие Корейской войны

Война стала первым крупным заграничным испытанием США.С. конфликт без объявления войны, создав прецедент односторонней президентской власти, осуществляемой сегодня. Корейская война помогла сделать возможными бесконечные войны этого века. Мирное соглашение, о заключении которого говорил Трамп, не изменит этого забытого наследия, но возобновление внимания Америки к войне в Корее должно стать поводом для переосмысления военных полномочий президента.

История продолжается под рекламой

Юрисконсульт Трампа сослался на прецедент Корейской войны в качестве авторитета после того, как он приказал нанести точечные военные удары по авиабазе в Сирии, с которой сирийский режим применил химическое оружие против собственного народа в 2017 и 2018 годах. .В 2011 году президент Барак Обама также опирался на корейский прецедент, когда без санкции Конгресса отдал приказ о нанесении авиаударов по Ливии, чтобы предотвратить гибель мирных жителей со стороны правительства Муаммара Каддафи. Точно так же это было полномочием президента Джорджа Буша, когда — опять же без санкции Конгресса — он отправил морских пехотинцев на Гаити с целью поддержания мира и оказания гуманитарной помощи.

В конце июня 1950 года американские лидеры были застигнуты врасплох, когда северокорейские войска вторглись в Южную Корею, страну, созданную после Второй мировой войны с участием Организации Объединенных Наций и США. С. поддержка. Администрация Гарри С. Трумэна считала, что действиями Северной Кореи руководил Советский Союз. Спустя десятилетия советские архивы покажут, что Северная Корея подтолкнула Советы к согласию, но Трумэн и его советники рассматривали вторжение как возможный шаблон для советских военных действий в других частях мира. Они считали, что нужно действовать быстро и решительно.

Вечером 24 июня, когда новости о кризисе впервые просочились в Вашингтон, Дин Раск, помощник госсекретаря по делам Дальнего Востока, и другие поспешили в Государственный департамент и начали планировать вынесение этого вопроса на рассмотрение США.Н. Совет Безопасности.

История продолжается под рекламой

Это «было просто автоматическим», вспоминал Джон Д. Хикерсон, помощник госсекретаря ООН по делам ООН, а не то, что они обсуждали. Трумэн согласился на это.

Однако совет требовал убеждения. Соединенное Королевство предостерегло от выхода «за пределы доказательств», а некоторые члены поставили под сомнение, является ли конфликт гражданской войной, в которую ООН не следует вмешиваться, а не актом агрессии. Следовательно, резолюция, принятая 25 июня, была ограниченной, и о применении силы говорить было рано.Он призвал Северную Корею прекратить боевые действия и уйти, а также попросил государства-члены оказать помощь. Советский Союз отсутствовал и не мог использовать право вето.

В течение следующих двух дней условия на Корейском полуострове ухудшились. Не имея оружия, которое могло бы остановить советские танки, используемые северокорейскими войсками, южнокорейская армия не могла удержать оборону. Столица Сеул быстро пала. Северокорейские солдаты двинулись на юг, и сотни тысяч мирных жителей стали беженцами.Война выглядела как разгром.

Продолжение истории под рекламой

Администрация Трумэна снова обратилась в Совет Безопасности ООН. 27 июня он принял резолюцию, призывающую государства-члены помочь Южной Корее в отражении нападения Северной Кореи. Это был исторический момент: впервые Совет Безопасности ООН санкционировал применение силы.

Резолюция Совета предоставила международный авторитет, но Конституция США требовала большего: разрешения Конгресса.В течение первых 24 часов члены Конгресса выразили обеспокоенность по поводу того, была ли в Корее гражданская война и намеревался ли президент использовать американские сухопутные войска. Президент совещался с избранными законодателями, но не с Конгрессом в целом.

Вечером 26 июня, после встречи с военными и советниками Госдепартамента, Трумэн уполномочил ВМС и ВВС оказать «максимально возможную поддержку» Южной Корее ниже 38-й параллели, разделяющей Север и Юг. Военные объекты были «разрешены для атаки».Это было за ночь до того, как была утверждена резолюция Совета Безопасности ООН, санкционирующая силу.

История продолжается под рекламой

Трумэн встретился с горсткой лидеров Конгресса утром 27 июня и опубликовал публичное заявление, в котором объявил о своем решении применить силу. В то время Трумэн имел достаточную поддержку, и Конгресс, вероятно, принял бы объявление войны, если бы он этого добивался.

Помощник Трумэна Джордж Элси, который внимательно фиксировал события, вспоминал, что 27 июня было бы подходящим временем для поиска решения войны, «но, видимо, никто не думал об этом в то время.Они были «слишком заняты мыслями о военных действиях и действиях Организации Объединенных Наций, чтобы пытаться замести следы резолюциями Конгресса». Другими словами, администрация предприняла чрезвычайно важный шаг — начала крупную военную операцию, игнорируя полномочия Конгресса объявлять войну — фактически не задумываясь об этом.

Сенатор Роберт А. Тафт (республиканец от штата Огайо) громко возражал против решения Трумэна, настаивая на том, что «то, что он сделал, не имеет законных оснований». Однако большинство членов Конгресса первоначально сблизились с президентом, как сказал У.Войска С. направились навстречу опасности.

Время шло, госсекретарь Дин Ачесон призвал президента найти резолюцию в ответ на критику. Трумэн сопротивлялся. К началу июля казалось маловероятным, что он сможет получить почти единогласное голосование, которое ему бы хотелось. Но для разрешения войны требовалось лишь простое большинство. Трумэн рассматривал Конгресс как политический камень преткновения, а не своего конституционного партнера, наделенного полномочиями объявлять войну.

История продолжается под рекламой

Трумэн отказывался выступать перед Конгрессом в течение трех недель после вторжения, опасаясь, что может показаться, что он требует объявления войны. Как ни странно, он настаивал на том, что не ему, а Конгрессу надлежит предлагать резолюцию о войне.

В конце концов, самым важным юридическим документом о президентской власти в Корее была не декларация войны, неформальная резолюция Конгресса и даже не официальное юридическое заключение генерального прокурора. Это была записка Госдепартамента, которую с тех пор цитируют.

В меморандуме частично утверждалось, что в конфликте на карту поставлено само выживание Организации Объединенных Наций. В то время ООН было всего пять лет.Игнорирование Северной Кореей резолюций Совета Безопасности ООН, говорится в меморандуме, «означало бы, что Организация Объединенных Наций перестала бы существовать как серьезный инструмент поддержания международного мира». Защита ООН была американским «интересом», который оправдывал вмешательство при власти президента как главнокомандующего.

История продолжается ниже объявления

В служебной записке также перечислено 85 случаев, когда американские войска были развернуты без санкции Конгресса. Они были идентифицированы как примеры «мирного времени», и их масштабы были незначительными по сравнению с Корейской войной. Американские войска были отправлены в Пуэрто-Рико в 1824 году, «чтобы искупить оскорбление флага и добиться извинений»; на Гаити в 1888 году, чтобы освободить захваченное американское торговое судно; и в Париж в 1914 году для охраны посольства США.

Более важные, но все же ограниченные действия включали приказ президента Вудро Вильсона об отправке войск в Мексику для преследования революционного генерала Панчо Вильи в 1916 году. Примечательно, что в список не попала филиппино-американская война с 1899 по 1902 год, в которой Соединенные Штаты вели кровавую войну. необъявленная война против движения за независимость Филиппин после испано-американской войны.

Чтобы оправдать это, Трумэн отказался называть Корею войной. Вместо этого это была «полицейская акция». Условия на земле опровергали эту уловку.

Первые сухопутные войска США, дислоцированные на Корейском полуострове, потерпели крах. Недостаточно оснащенные и лишенные личного состава, они в конечном итоге были вынуждены бежать, бросив своих убитых и множество раненых. Напалм использовался широко, но иногда падал на войска США и ООН, сжигая их заживо. Война без быстрых побед длилась жестоко холодными зимами — одной из самых распространенных военных травм была ампутация в результате обморожения.Американские семьи ждали дома, часто без слов. «У вас есть сын в Корее, численно превосходящий 10 к 1?» — спросил отец Тафта.

Продолжение истории под рекламой

Самое тяжелое бремя войны легло на корейских гражданских лиц. Миллионы погибли. Многие были убиты в результате воздушных бомбардировок США и ООН, которые особенно опустошили Север. Бойни было так много, что некоторые беженцы, возвращавшиеся домой впоследствии, не могли не пройтись по телам в лесу.

Боевые действия закончились перемирием, подписанным Северной Кореей и ООН в 1953 году.В последующие годы демократическая и республиканская администрации выработали защиту президентской односторонности в мнениях Управления юрисконсульта, иногда тайно. Конфликт в Корее показал, что отправка войск на войну без санкции Конгресса была «глубоко укоренившейся исторической практикой», согласно заключению Офиса юрисконсульта, которое дало Трампу зеленый свет в Сирии. Кроме того, начиная с Кореи, поддержка действий ООН считалась национальным интересом, который президент мог защищать в военном отношении.

Прецедент Корейской войны совпал с другой практикой и послужил основой для нее. После Кореи разрешение на применение военной силы стало для Конгресса основным способом осуществления своей конституционной власти. Этот метод существует с 1798 года, когда президент Джон Адамс запросил полномочия использовать военно-морской флот для защиты американских кораблей во время необъявленной морской войны с Францией.

Продолжение истории ниже объявления

Разрешения заменили объявления войны даже для крупномасштабных войн, таких как война во Вьетнаме.В 2001 году Конгресс принял Разрешение на использование военной силы, одобряющее вооруженный конфликт «против тех стран, организаций или лиц», которые «планировали, санкционировали, совершали или помогали террористическим атакам, имевшим место 11 сентября 2001 года». кто их приютил. Как и прецедент Корейской войны, это имело неожиданные последствия. Позже это было истолковано как применимое к группам, которые даже не существовали на момент его принятия. Благодаря этому процессу президентская военная мощь превратилась в одностороннюю трещотку.Не вмешавшись, Конгресс смирился с потерей собственной власти.

Если мирная инициатива Трампа в конечном итоге потерпит неудачу, она должна, по крайней мере, вновь привлечь внимание к решающему поворотному моменту в упадке демократических ограничений военных сил. Одним из самых удивительных аспектов решения Трумэна обойти Конгресс было то, что он так мало думал об этом. Тем не менее война стала частью исторической практики президентской власти, позволив главнокомандующему действовать единолично и лишив решения о начале войны политической сдержанности.

США и Южная Корея составят новый военный план по противодействию северокорейскому ядерному оружию и ракетам

НА БОРТУ ВОЕННОГО САМОЛЕТА — Ожидается, что на этой неделе США и Республика Корея объявят о том, что они начнут писать новый военный план для Северной Кореи, в котором будут учтены успехи Пхеньяна в запуске ядерных и ракетных пусков, заявили во вторник два высокопоставленных представителя министерства обороны США.

На своем ежегодном консультативном совещании по вопросам безопасности в Сеуле в четверг министр обороны Ллойд Остин и министр обороны Республики Корея Су Ук объявят о новом руководстве по стратегическому планированию, «чтобы начать процесс разработки нового оперативного военного плана», — сказал один из официальных лиц. , который проинформировал журналистов, путешествующих с Остином в Сеул.

«КНДР расширила свои возможности. Стратегическая среда изменилась за последние несколько лет», — сказал чиновник. «Уместно и необходимо, чтобы у нас был обновленный OPLAN».

Чиновники отметили, что текущему военному плану для Северной Кореи около 10 лет. Хотя предстоящий пересмотр не был вызван какой-либо непосредственной угрозой, «мы, безусловно, видели прогресс в возможностях Северной Кореи, особенно в отношении возможностей доставки ракет.Это один из наборов вопросов, которые должен будет решить новый OPLAN», — сказал первый чиновник.

Новый военный план также будет учитывать недавние военные достижения Южной Кореи «и их способность внести свой вклад в план» противодействия Северной Корее, сказал второй чиновник.

С сентября на Севере проводятся испытания крылатых ракет; испытание баллистической ракеты малой дальности железнодорожного базирования; сообщалось об испытании гиперзвукового планирующего летательного аппарата; и испытание баллистической ракеты подводной лодки, отметили официальные лица.

«Очевидно, что мы переживаем период несколько повышенной напряженности», — сказал первый чиновник.

Выпуск руководства по стратегическому планированию, направляющего новый OPLAN, «откроет масштабные и интенсивные усилия, в ходе которых мы пересматриваем все наши предположения, цели и конечные состояния с нашими союзниками из Республики Корея», — сказал первый официальный представитель.

Ожидается также, что Остин и его коллега объявят, что в следующем году они проведут полную оперативную оценку способности Кореи командовать объединенными силами U.С.-Корейские силы по сценарию военного времени. Этот тест оперативного контроля является «важной вехой на пути к переходу OPCON, что очень важно для наших союзников в Республике Корея, что также очень важно для нас», — сказал чиновник.

Но трансфер зависит не только от теста на удобный флаг в следующем году; Корея также должна показать, что она приобрела определенные военные возможности, «связанные с противоракетной обороной», сказал чиновник.

Новости о переписывании OPLAN появились через несколько дней после того, как администрация Байдена утвердила новый Global Posture Review, в котором содержится призыв к перемещению военных ресурсов с других театров военных действий для поддержки США.влияние С. в Индо-Пацифике.

Одной из целей этого пересмотра было возвращение дипломатических норм к решениям о размещении сил за границей; Корея была одной из нескольких стран, с которыми США консультировались во время обзора для получения комментариев.

Это уже привело к тому, что Пентагон одобрил постоянное размещение в Корее эскадрильи ударных вертолетов и штаба артиллерийской дивизии, которые ранее чередовались, в дополнение к примерно 28 500 базирующимся там американским войскам. По словам официальных лиц, дополнительные решения о силовых структурах могут быть приняты по результатам консультаций на этой неделе.

За последние несколько месяцев США и Южная Корея также заключили соглашение о специальных мерах по разделению расходов, которое застопорилось при администрации Трампа.

«Там, где у нас были проблемы, которые были препятствиями и раздражителями, такие как соглашение о специальных мерах, связанных с силами США на полуострове, дискуссии о размере позиции США, которые сдерживали прогресс в альянсе за последние пару лет — они были решены за последние несколько месяцев», — сказал второй чиновник.

В то время как более широкая региональная безопасность также будет обсуждаться, официальные лица не сообщили подробностей о том, как они будут в дальнейшем привлекать Корею для противодействия растущему Китаю. Корея ведет больше торговли с Китаем, чем с США и Японией вместе взятыми, и растущая напряженность между двумя мировыми державами поставила ее в затруднительное положение, заявил первый заместитель министра иностранных дел Кореи Чхве Чон Кун 15 ноября в Центре. по стратегическим и международным исследованиям.

«Взаимодействие между Пекином и Вашингтоном по мере того, как оно становится более конкурентным, вызывает очень сильное напряжение внутри наших внешнеполитических сообществ», — сказал Чой. «Какое влияние это окажет на наших экспортеров, наших участников рынка?»

«Внешняя политика также должна служить потребностям и интересам корейских граждан, а именно среднего класса доходов», — сказал он.

Эта деликатность отмечена, сказал первый официальный представитель США.

«Мы не просим наших партнеров в регионе выбирать между США и Китаем. Мы просим наших партнеров внести свой вклад в порядок, основанный на правилах», — сказал чиновник.

Председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Марк Милли также находится в Сеуле на одновременном заседании Военного комитета со своими корейскими коллегами.Ожидается, что обе стороны обсудят будущие совместные военные учения в ходе этих сессий, заявили официальные лица.

Крупномасштабные совместные учения, такие как Foal Eagle и Ulchi Freedom Guardian, были отменены бывшим президентом Дональдом Трампом, поскольку он проводил переговоры о денуклеаризации с Северной Кореей. Некоторые учения более низкого уровня возобновились. Например, командующий вооруженными силами США в Корее генерал Пол Лакамера недавно провел совместные командно-штабные учения, которые представляют собой смоделированные компьютером учения, в которых участвовали сотни американских военных.С. и корейские силы, но никаких реальных военных действий. Для сравнения, в предыдущих крупномасштабных учениях участвовали сотни американских и корейских военных самолетов и тысячи человек, которые вместе тренировались.

Вернутся ли масштабные учения, пока неясно. Корея стремится добиться успехов в мирных переговорах с Северной Кореей и надеется, что получит официальную декларацию об окончании Корейской войны, переговоры по которой все еще ведутся с Пхеньяном.

Северная Корея рассматривает крупномасштабные учения как провокацию и часто отвечает военными действиями, например, проведением ракетных испытаний.

Но продолжительное отставание в таких учениях может подорвать американо-корейскую готовность реагировать и действовать совместно в конфликте.

Возобновление крупномасштабных учений «это то, о чем мы постоянно обсуждаем с нашими коллегами из РК», — сказал первый чиновник. Это будет обсуждаться на [заседании Военного комитета]. И надлежащий объем, и масштаб, и сложность учений являются постоянными дискуссиями».

Что нужно США, чтобы ввязаться в войну в Северной Корее — Quartz

Собирается он или нет, но президент США Дональд Трамп заставляет многих людей нервничать из-за перспектив американского нападения на Северную Корею .Ранее в этом году он сказал, что возможен «крупный, крупный конфликт», и созвал весь Сенат в Белый дом для брифинга о программах вооружений страны-изгоя, которые направлены на разработку ракет с ядерными боеголовками, способных поразить США. города. ( Читать последний раз, 4 июля: Северная Корея только что провела испытательный пуск ракеты, способной поразить Аляску )

Несмотря на то, что у Трампа есть атомная подводная лодка и авианосец USS Vinson, расположенные недалеко от Корейского полуострова, эксперты шансы на то, что США нападут полностью, основаны только на поведении Северной Кореи на сегодняшний день. «Я не знаю ни одного серьезного корейского аналитика, ястреба или голубя, который считает это хорошей идеей», — говорит Роберт Келли, доцент кафедры международных отношений Пусанского национального университета в Южной Корее. «Я бы сказал, что вероятность составляет менее 10%».

Но есть и другие способы, которыми США могут быть втянуты в военный конфликт в регионе.

Сценарий 1: Северная Корея нападает на Южную Корею

Возможно, наиболее вероятным путем к войне в регионе является стычка между Севером и Югом, которая быстро перерастает в нечто большее.

В соответствии с договором о взаимной обороне с Южной Кореей, подписанным в октябре 1953 года, США будут обязаны прийти на помощь Югу в случае нападения. Согласно краткому изложению пакта Госдепартаментом США, «каждая сторона признает, что вооруженное нападение в районе Тихого океана на любую из сторон будет представлять опасность для ее собственного мира и безопасности», и каждая «будет действовать, чтобы противостоять общей опасности в в соответствии с его конституционными процедурами».

Келли видит риск развёртывания конфликта по «какой-то спирали, где маленькое приводит к большому: какая-то северокорейская провокация, и всё выходит из-под контроля.

Он отмечает, что это почти произошло семь лет назад в Желтом море, которое лежит к западу от Корейского полуострова, недалеко от спорной морской границы, установленной в 1950-х годах после Корейской войны. В ответ на южнокорейские военные учения в этом районе северокорейские силы обстреляли остров Ёнпхён в ноябре 2010 года, в результате чего погибло несколько южнокорейских гражданских лиц и солдат, а также были повреждены дома и военные здания.

Reuters/Kyodo

Дома на острове Йонпхён, разрушенные северокорейской артиллерией в 2010 году.

Атака усилила и без того напряженную обстановку. Ранее в том же году около 50 южнокорейских моряков погибли, когда их корабль взорвался и затонул в этом районе. Доказательства, обнаруженные в последующие месяцы, в подавляющем большинстве случаев указывали на торпедную атаку небольшой северокорейской подводной лодки. Пхеньян свою ответственность отрицает.

«Тогда было много сочувствия к удару по Северной Корее, — отмечает Келли. «Президент Южной Кореи сказал: «Хорошо, вот и все». Командующему USFK [вооруженных сил США в Корее] пришлось его уговорить.”

Ситуация сегодня, возможно, более напряженная, чем в 2010 году. На этот раз хладнокровие может не одержать верх.

Сценарий 2: Северная Корея атакует Японию

В последние годы Пхеньян проводит все больше ракетных испытаний, демонстрируя свою растущую универсальность, хотя многие испытания терпят неудачу. Некоторые из снарядов были тревожно близки к тому, чтобы попасть в Японию. 6 марта Северная Корея запустила четыре ракеты в восточном направлении. Некоторые подошли на расстояние 300 км (190 миль) к северо-западному побережью Японии.

Reuters/File Photo/KCNA

Все выстроено и готово к работе.

«Возможность несчастного случая нельзя сбрасывать со счетов».

«Возможность несчастного случая нельзя сбрасывать со счетов», — говорит Шон Лидман, военный аналитик и бывший офицер ВМС США. «Что, если испытательный пуск баллистической ракеты средней дальности КНДР [северокорейской] «затянется» и нанесет удар по территории Японии? Даже без боеголовки было бы трудно вставить эту пробку обратно в бутылку».

Келли отмечает, что у северокорейских ракет плохая технология наведения.По его словам, если один или несколько самолетов попадут на японскую землю, пусть даже случайно, Токио «придется нанести ответный удар».

То же самое могли бы сделать и США, согласно договору о взаимной обороне, который они подписали с Японией 19 января 1960 г. Как и в договоре с Кореей, «каждая сторона признает, что вооруженное нападение на любую из сторон на территориях, находящихся под управлением Японии, было бы опасно для его собственного мира и безопасности, и заявляет, что будет действовать для отражения общей опасности в соответствии со своими конституционными положениями и процедурами», как описывает это Государственный департамент.

Сценарий 3: дружественной северокорейской фракции нужна помощь

WikiMedia Commons

Северная Корея.

Несмотря на то, что режиму семьи Ким удается оставаться у власти на протяжении трех поколений, нет никаких гарантий, что ему не бросят серьезный вызов силы из Северной Кореи.

«Если отрезать твердую валюту и предметы роскоши, режим может лишиться поддержки элиты, что может привести к его краху», — отмечает Дэвид Максвелл, заместитель директора Центра исследований в области безопасности Джорджтаунского университета.

В январе высокопоставленный перебежчик заявил, что режим теряет поддержку элиты и что «дни Ким Чен Ына сочтены».

В вакууме власти могут возникнуть фракции. По одному сценарию северокорейская фракция, возглавляемая военачальником-ренегатом, свергает режим Кима и обеспечивает безопасность Пхеньяна, но затем нуждается в помощи извне для борьбы с силами, все еще лояльными старому режиму.

«Предположительно, этот командир мог бы транслировать призыв о помощи, говоря: «Послушайте, ребята, я сделал то, что вы хотите.Помогите мне», — говорит Пол Старс, старший научный сотрудник Совета по международным отношениям. «Так что это может оказать давление на Южную Корею и США, чтобы они вмешались, чтобы сохранить достигнутые успехи».

Вариант этого сценария предполагает, что местный командир получает контроль над одной областью в Северной Корее, в то время как режим Кима все еще правит остальной частью страны. Он заявляет, что создал свободную зону в тоталитарном государстве и нуждается в международной помощи для ее сохранения. «Что мы делаем?» — спрашивает Старс.— Мы просто позволим ему быть раздавленным или пойдем ему на помощь?

Если соперничающие группировки захватят власть, возникнет еще один важный вопрос: что произойдет с ядерным оружием Северной Кореи? (Не говоря уже о химическом и биологическом оружии.)

«Они должны быть защищены», — говорит Юан Грэм, аналитик по вопросам безопасности из Института международной политики Лоуи в Сиднее. «США и Южная Корея, вероятно, сочли бы, что у них нет другого выбора, кроме как участвовать в этом».

Сценарий 4: Северная Корея направляет свои межконтинентальные баллистические ракеты прямо на объекты США

Пока что Сеул и Вашингтон сосредоточены на экономических санкциях и дипломатическом давлении, чтобы подтолкнуть Пхеньян к свертыванию своих программ вооружений. В соответствии с международным правом на данный момент было бы трудно привести доводы в пользу чего-то более агрессивного, чем это.

«Когда вы прибегаете к так называемым превентивным военным ударам, в которых нет непосредственной угрозы, но мы, по сути, наносим удар по стране, чтобы ослабить ее военный потенциал, это считается незаконным», — говорит Старс.

Но что, если Северная Корея начнет подавать сигналы или сбор разведывательных данных покажет, что она находится на грани пуска межконтинентальных баллистических ракет (МБР) с ядерными боеголовками по материковой части США или нацелится на другие объекты США в Тихом океане с помощью ракет меньшей дальности ? Когда это произойдет, удар США можно будет считать вопросом самообороны.

«Если страна чувствует, что она вот-вот подвергнется нападению или ей угрожает серьезная опасность, она может заявить, что это акт самообороны и, следовательно, является законным в соответствии с международным правом. Так что упреждение допустимо», — отмечает Старс. В конечном счете именно неминуемость угрозы определяет законность военных действий, говорит он.

И не забывайте о Южно-Китайском море

До того, как Северная Корея попала в заголовки газет, в Азии была еще одна горячая точка, вызывающая стресс у большей части мира: оспариваемое Южно-Китайское море.Ощущение кризиса там, может быть, и отступило, но на самом деле основная проблема остается: Пекин настаивает на том, что почти все море является территорией Китая, вопреки притязаниям других государств и нормам международного права.

Китай основывает свое заявление на «линии из девяти пунктиров», начерченной на карте около 70 лет назад. В июле прошлого года международный трибунал в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву постановил, что иск не имеет ни юридических, ни исторических оснований. Пекин высмеял разбирательство, проигнорировал результаты и с тех пор продолжает укреплять свои базы в море, некоторые из которых построены на рифах, превратившихся в острова, с помощью как военной инфраструктуры, так и, чтобы отвести обвинения в милитаризации, неуклюже размещать туристические и гражданские аванпосты.

Спорное море.

США и другие страны обеспокоены тем, что Южно-Китайское море станет «китайским озером», контролируемым Пекином, что потенциально может стать проблемой для части мировой торговли на сумму 5,3 триллиона долларов, которая ежегодно проходит через море, включая 1,2 триллиона долларов торговли США. Китай уже пытается применить некоторые из своих собственных законов, например, сезонный мораторий на ловлю рыбы, в отношении судов из других стран, работающих в водах, на которые он претендует, но которые на самом деле являются международными.

США неоднократно бросали вызов территориальному захвату Китая, проводя учения по «свободе судоходства».Проходя близко к китайским аванпостам, они хотят напомнить Пекину, что некоторые воды на самом деле не находятся под контролем Китая.

США также ясно дали понять, что строительство острова на отмели Скарборо, рифовой формации недалеко от Филиппин, будет пересечением красной линии. Отчасти это связано с тем, что это будет близко к ротационным войскам, которые США разместили поблизости.