Содержание

Первая мировая война (сокращенная версия)

Первая мировая война стала первым крупным международным конфликтом двадцатого века. Убийство эрцгерцога Франца-Фердинанда Габсбурга привело к тому, что в августе 1914 года начались военные действия, продолжавшиеся в течение следующих четырех лет. В течение Первой мировой войны державы Антанты – Британия, Франция, Сербия и Российская империя (к которым позднее присоединились Италия, Греция, Португалия, Румыния и Соединенные Штаты Америки) – воевали против центральных держав – Германии и Австро-Венгрии (к которым позднее присоединились Оттоманская Турция и Болгария). Первоначальный энтузиазм затухал по мере того, как война начала приобретать затяжной характер с кровопролитными битвами и позиционными боевыми действиями. Длина системы окопов и укреплений на Западном фронте в самом протяженном месте составляла около 760 км. Огромная протяженность Восточного фронта не позволяла там вести крупномасштабную окопную войну, но масштабы конфликта были столь же значительными, как на Западе.

Тяжелые бои также проходили на севере Италии, на Балканах и в Оттоманской Турции. Боевые действия также велись на море и – впервые в истории – в воздухе.

Первая мировая война стала одной из самых разрушительных войн в современной истории. Погибло почти десять миллионов солдат, что намного превышает общее число жертв всех войн за предшествующие сто лет. По оценке, число раненых в бою достигло 21 миллиона. Эти колоссальные потери отчасти стали результатом применения нового оружия, такого как пулеметы и отравляющие газы. 1 июля 1916 года были понесены самые большие потери живой силы за один день – одна только британская армия потеряла более 57 тысяч человек на Сомме. Наибольшее число погибших было в армиях Германии и России: эти цифры оцениваются в 1 773 700 и 1 700 000, соответственно. Франция потеряла шестнадцать процентов всего мобилизованного состава своих вооруженных сил. Согласно оценке специалистов, в качестве прямого или косвенного результата военных действий погибло 13 миллионов мирных жителей.

Смертность достигла своего пика в конце войны в результате эпидемии «испанки» – самой смертоносной эпидемии гриппа в истории человечества. Миллионы людей были насильственно выселены из своих домов или стали перемещенными лицами. Ущерб, нанесенный зданиям и промышленным объектам, был катастрофическим, особенно во Франции и Бельгии, где шли самые тяжелые бои.

В 11.00 утра 11 ноября 1918 году боевые действия на Западном фонте прекратились. «Великая война», как ее называли в то время, закончилась, но этот конфликт еще на несколько десятилетий оставил свой неизгладимый след в международной, политической, экономической и социальной сферах.

Революция Первой мировой — Ведомости

Центральным фактором Русской революции 1917 г. и последующих преобразований в России была Первая мировая война. Война подготовила как объективные, так и субъективные причины революции.

В состав русской армии входила самая дееспособная часть населения, 15 млн мужчин работоспособного возраста. Русская армия (как и другие участники Первой мировой) испытала влияние небывалой войны – индустриальной, массовой, тотальной. От прошлых войн ее отличал громадный размах военных действий – от Черного до Балтийского моря. Воздействие на воюющего человека осуществлялось на земле, на воде, под водой, в воздухе, под землей и в «четвертом измерении» – в виде пропаганды. Военные действия носили производственный характер, передовая походила на «строительную площадку», а воин превращался в «рабочего войны» (Эрнст Юнгер), полностью оторванного от личных интересов и преданного общему делу.

Русская армия в значительной степени не соответствовала требованиям войны нового типа. Это было следствием незаконченности довоенной модернизации России. Вплоть до конца войны страна уступала в обеспечении армии тяжелыми орудиями и снарядами к ним, пулеметами, самолетами, военно-инженерными сооружениями. Если в западных армиях количество пехотных частей постоянно уменьшалось, сменяясь артиллерийскими, пулеметными, инженерными частями, то в русской армии количество пехотинцев, наоборот, постоянно увеличивалось. В результате русским солдатам приходилось бороться «телом против стали». Несоответствие техническому характеру войны проявлялось и в составе армии. Ее первый состав, из кадровой армии и запасников, прошедших военную службу в армии мирного времени (чуть больше 4,5 млн человек), еще был достаточно обучен, дисциплинирован. Однако этот контингент в течение войны практически исчез. Его заменил новый состав армии, состоявший из запасников второй очереди и новобранцев, никогда не проходивших военной службы (10,5 млн человек). Новые солдаты несли на себе значительный груз традиционализма, характерный для основного населения России, на 85% состоявшего из крестьян. Это резко контрастировало с характером современной войны и давало повод командованию называть армию этого состава ополчением «совершенно скверно-милиционного характера» (генерал Брусилов). Последние пополнения армии, в основном из молодежи 18–19 лет, включали в себя хулиганствующие, антивоенные, а порою и преступные элементы, отражавшие проблемы внутренней России в период разразившегося социально-экономического кризиса накануне 1917 г.

Главным фактором, влиявшим на моральный дух войска, была крестьянская ментальность солдат. Она определяла мотивацию борьбы, моральную стойкость, с одной стороны, а с другой – изменчивость солдатских настроений вплоть до неприятия самой войны. Такой менталитет лежал в основании «пассивного» патриотизма в виде долга перед царем, семьей, крестьянским миром. В письмах солдаты-крестьяне писали: «суждено», «пришлось», «судьба», «так угодно господу», «такая участь» «оказаться на военной службе, защищать свою родину и царя-батюшку» и т. п. Тяготы современной войны было трудно выдержать при наличии имевшихся ресурсов, человеческого контингента, традиций ратного труда, привычных форм трудовой дисциплины. Война не была похожа на «старые» войны с их многодневными маневренными действиями и «решающими», в несколько дней, битвами. Теперь господствовали крупные сражения, тянувшиеся месяцами с неослабевающей интенсивностью и напряжением. А периоды «бездействия» превращались в тягостное «окопное сидение», порою менее переносимое, чем открытый бой. Это противоречило ожидавшемуся по примеру прошлых войн ритму военных действий, совпадавшему с сезонным распорядком труда и отдыха солдат-крестьян. Характерная для русских солдат выносливость подверглась эрозии перед лицом лучше вооруженного противника. Привычное для прошлых войн полковое братство было утрачено в результате больших потерь и постоянной смены состава частей. Потери в офицерском составе привели к утрате устоявшейся иерархии с «отцами-командирами», сменившимися молодыми, не имевшими авторитета «офицерами военного времени» – прапорщиками. Не соответствовали реалиям войны и привычные представления о противнике как об «азиате», «басурмане». Война велась на западных окраинах страны с враждебным в своей массе населением, что ставило под вопрос смысл войны. Крайне угнетающим фактором для солдат-крестьян были сведения из тыла о тяготах, перед которыми оказалось крестьянское хозяйство в условиях войны.

Все это привело к моральному кризису в армии. Уже с осени 1914 г. начались массовые сдачи в плен, нараставшие весь 1915 год и продолжавшиеся до конца войны (3,6 млн человек, 24% всех призванных). С 1916 г. возникла новая проблема – массовое дезертирство (свыше 450 000 только задержанных до начала революции). Другой формой ухода от войны являлось членовредительство (около 200 000 «палечников»). Дезертиры не только оказывали негативное действие на состав армии, но и являлись серьезным фактором роста общей преступности в стране. На театре военных действий дезертиры участвовали в незаконных реквизициях, погромах, прямых грабежах и т. п. Во внутренних районах России дезертиры терроризировали местное население, выступали зачинщиками антивоенных беспорядков, продовольственных бунтов и т. п. В армии широко распространялись антивоенные настроения, что проявилось в феномене братания, набиравшего обороты вплоть до конца войны, большого количества отказников (не менее 2000 человек). В конце 1916 – начале 1917 г. армию поразила серия военных бунтов, отказов идти в бой, прямых восстаний. Особенно опасная ситуация сложилась в Петроградском районе. Здесь было сосредоточено до полумиллиона запасных солдат, готовившихся к отправке на фронт. Но именно в Петрограде скопилось несколько десятков тысяч дезертиров, вступивших в контакт с запасниками, городскими слоями, страдавшими от затянувшейся войны.

Важной частью недовольных войной были рабочие, не считавшие повышение зарплаты достаточным для покрытия тягот от дороговизны и нехватки предметов первой необходимости. Против войны выступали и крестьяне, не согласные с постоянными «рабочими реквизициями» для оборонительных работ, попытками провести продразверстку (с декабря 1916 г.). Недовольному населению внутри страны добавляли смелости прямые призывы с фронта к протестам на почве дороговизны, военных тягот. Антивоенные настроения стали главным фактором роста революционных настроений на фронте, в столице и в стране в целом.

Власти с первых месяцев войны пытались противодействовать негативным тенденциям в армии. Однако серьезность ситуации была недооценена. Военная цензура, проводившая грандиозный мониторинг солдатских настроений, настаивала вплоть до начала революции на преобладании «бодрых настроений». К таковым относили как раз пассивные стратегии поведения, «жизнерадостный фатализм» и т. п. Еще менее прочным для противостояния в современной войне оказался ресурс пропаганды, не обеспеченный ни количеством газет, ни ясным для полуграмотных солдат идейным концептом. Духовенство во главе с протопресвитером русской армии и флота Георгием Шавельским пыталось противопоставить «угнетенным настроениям» в армии «комиссарские методы» работы с паствой на фронте: чтение брошюр, ежедневные беседы, рекрутирование для агитации на фронте учителей семинарий и преподавателей духовных академий, порой в ходе своих лекций одевавшихся в военную форму. Однако религиозное обеспечение военных действий не смогло противостоять широко распространенным в армии антивоенным настроениям, успешной деятельности пацифистов-отказников. Перед лицом громадного количества воинских преступлений военно-судебную машину постиг паралич. Множество преступников на фронте избегали наказания. Происходила, в сущности, латентная декриминализация воинских преступлений, что приняло открытый характер в революционном 1917 году.

Война произвела грандиозный эффект на все российское общество, власти, социальные группы. И здесь сыграли особенности современной, технической войны, требовавшие особого производственного и социально-политического обеспечения. Индустриальный характер войны сопровождался беспрерывными инновациями в сфере вооружений, структура которых резко отличалась от «традиционных» войн, которые велись в основном накопленными средствами. В новой войне до 90% объема вооружений производилось в ходе самих военных действий. Для этого нужна была соответствующая экономика, как по масштабу, так и по управляемости. Война превращалась в «войну заводов и фабрик». Под стать экономике и все общество должно было перестроиться на началах «мобилизации» и «организации страны для обороны». Это включало связь между фронтом и тылом, особую слаженность социального организма, ликвидацию социальных перегородок, допуск к социальной и управленческой деятельности различных групп населения и общественно-политических сил. В странах Запада такая «мобилизация» привела к «внутреннему миру» между буржуазией и пролетариатом, ограничению эксплуатации со стороны первых и социальных требований со стороны вторых. В политическом отношении в ведущих воюющих странах это привело к вхождению в состав правительства представителей социалистических партий. Основными инструментами экономической политики являлись регулирующие мероприятия, введение государственной монополии на товары первой необходимости, обеспечение социальными и материальными гарантиями всех членов общества. Это достигалось участием в сфере управления и распределения множества общественных, кооперативных, муниципальных организаций. По своему характеру такая система уравнительно-распределительных мер носила характер «военного социализма».

В России фактор войны пытались использовать все общественно-политические силы для трансформации общества и государства. Но единства добиться не удалось. Причиной была нехватка компромисса между властями и обществом в довоенной политической жизни. Для власти главным было достижение геополитических интересов, поставленных внешней политикой царской России, а основным инструментом являлась деятельность царской бюрократии. Для либеральной общественности победа в войне вместе с западными демократиями над «реакционной» Германией представлялась залогом развития России на демократических, либеральных началах. Социалистические группы меньшевиков, эсеров, народных социалистов стояли на оборонческих позициях и делали упор на социально-распределительной работе, которая, по их мнению, приближала общество к достижению социалистических идеалов. Высшее военное руководство, недовольное неэффективностью царской бюрократии, настаивало на всеобщей милитаризации. В своих планах военные полагали опереться на общественные организации. Все эти группы хотели мобилизации страны, продолжения войны для воспитания и упрочения новой нации в общей работе. И только группы радикальных демократов – большевиков, эсеров-интернационалистов, анархистов и т. п. – делали ставку на прекращение войны и реализацию широких социально-уравнительных мер, что совпадало с чаяниями как армии, так и городского населения России. Все указанные общественные группы при поддержке армии и населения считали возможным осуществить свои планы. Выиграли в итоге радикальные.

Автор – доцент РГГУ

Полная версия статьи. Сокращенный газетный вариант можно посмотреть в архиве «Ведомостей» (смарт-версия)

100 лет назад Россия вступила в “забытую войну”

  • Ольга Смирнова
  • Русская служба Би-би-си

Автор фото, RIA Novosti

Подпись к фото,

У России была самая большая армия в мире

Первую мировую войну в России нередко называют «забытой». Долгое время эта война находилась в тени Октябрьской революции, Гражданской войны и позднее Великой отечественной войны.

Россия вступила в Первую мировую войну 1 августа 1914 года. В этот день Германия объявила войну России. Поводом стал отказ России выполнить условия германского ультиматума об отмене всеобщей военной мобилизации.

Всеобщая мобилизация была введена в России в ответ на то, что 28 июля 1914 года Австро-Венгрия объявила войну союзнице России — Сербии.

Посол плакал

Профессор Маргарет Макмиллан из Оксфордского университета в своей книге «Война, покончившая с миром» приводит воспоминания о том, как немецкий посол в Петербурге граф Фридрих Пурталес, передав ноту об объявлении войны российскому министру иностранных дел Сергею Сазонову, «отошел к окну и заплакал».

По воспоминаниям очевидцев, узнав об объявлении войны, расплакалась и императрица Александра Федоровна, кстати, приходившаяся внучкой английской королеве Виктории.

Британский король Георг V и Николай II были двоюродными братьями кайзеру Вильгельму II, которого оба недолюбливали за его напористость.

Тем не менее, как рассказал Русской службе Би-би-си американский историк Дэвид Макдональд, «в 1890-е годы Николай Второй и Кайзер вели переписку по-английски и особенно активно переписывались в первый год правления Николая, когда Вильгельм любил представлять себя в роли защитника русского кузена».

Избежать войны?

«Моя совесть чиста. Я сделал все, чтобы избежать войны», — цитирует Маргарет Макмиллан царя Николая II. Однако споры о неизбежности Первой мировой войны продолжаются.

Профессор Борис Колоницкий из Европейского университета в Петербурге считает, что эта война была неизбежной.

«До этого было несколько кризисов, во время которых с трудом удалось удержать мир от войны», — сказал историк в интервью Русской службе Би-би-си.

Автор фото, RIA Novosti

Подпись к фото,

Николай Второй полагал, что сделал все возможное, чтобы избежать войны

Маргарет Макмиллан с этим не согласна, и в качестве аргумента также вспоминает предыдущие кризисы, которые не привели к мировой войне.

«Важно помнить, что до этого момента мировой войны не было. До этого были кризисы, и эти страны пережили их. Я полагаю, что если бы Австро-Венгрия, Германия и Россия приняли другие решение после убийства эрцгерцога Фердинанда, войну можно было бы предотвратить», — рассказывает историк.

Виновата Россия?

Ученые продолжают спорить и о том, насколько действия России привели к Первой мировой войне.

С одной стороны, американский историк Шон Макмикин в своей книге «Русские истоки Первой мировой войны» объясняет эту войну соперничеством и территориальными претензиями России и Германии.

«Похоже, что с точки зрения англосаксонского мира, Россия виновата во всем, — говорит историк МГУ Олег Айрапетов, — если говорить серьезно, ответственность за войну, безусловно, лежит на Германии, объявившей войну России».

Но все чаще и на Западе, и в России высказывают мнение о том, что в этой войне «виноваты все».

Хезер Джоунз из Лондонской школы экономики описывает некоторый клубок взаимосвязанных событий, приведших к войне, в котором определенную роль играет и Россия.

«Война началась потому, что Германия оказывала давление на своего союзника, Австро-Венгрию, с тем, чтобы она напала на Сербию. Это вызвало обеспокоенность в России, союзнице Сербии, и заставило Россию объявить мобилизацию, не дождавшись, пока были исчерпаны все дипломатические возможности. Затем Германия объявила войну Франции и захватила Бельгию. Все это заставило вступить в войну Британию, которая считала себя гарантом нейтралитета Бельгии и союзником Франции», — рассказала Хезер Джоунз в интервью Би-би-си.

Зачем Россия воевала?

«Когда Австро-Венгрия объявила войну Сербии, подавляющее большинство населения понятия не имело, где находится Сербия и, может быть, никогда не слышало об Австрии», – говорит профессор истории Высшей школы экономики Олег Будницкий.

«А воевать приходилось мужикам, у которых очень мало понятия о европейских делах», — добавляет историк.

У России были свои территориальные интересы в Первой мировой войне. Для российской экономики был жизненно важен Босфор, по которому вывозились товары на экспорт, в частности, зерно.

Целью России также было объединение польских территорий. Россия стремилась присоединить польские территории, находящиеся в составе Австро-Венгрии и Германии.

«Этим территориям обещали автономию. Однако вопрос в том, насколько Россия была готова предоставить автономию польским территориям», — говорит Борис Колоницкий.

Кроме того, Россия претендовала на часть Турции — ту, что называют восточной Анатолией, добавляет историк.

Самая большая армия в мире

Российская армия к началу войны была самой большой в мире, и состояла она, в основном, из крестьян-призывников. Как рассказывает профессор Олег Будницкий из Высшей школы экономики, «из 15 с лишним млн мобилизованных за все время войны 13,5 млн были крестьянами».

Автор фото, RIA Novosti

Подпись к фото,

Москвичи читают приказ о мобилизации в 1914 году

После боснийского конфликта 1908-1909 гг. военным министром России был Владимир Сухомлинов, который помог провести значительные реформы в российской армии.

Как рассказывает историк МГУ Олег Айрапетов, к началу 1914 года Россия уже была готова к военным действиям на протяжении четырех-шести месяцев. В это время большинство военных теоретиков считало, что военные действия не продлятся больше.

К 1914 году в российской армии «резко увеличилось количество тяжелой артиллерии, армия получила достаточное количество телефонов и авиацию». Как говорит Айрапетов, по этим показателям российская армия была сравнима с армией Австро-Венгрии или Франции, но уступала армии Германии.

«В общем, состояние армии было неплохим. Но главное не то, что ты имеешь, а как ты можешь этим распорядиться», – говорит историк.

«При этом уровень управления армией был крайне низким. Это было продемонстрировано во время Русско-Японской войны 1904-1905 годов. Армия потихонечку преодолевала эту проблему, но не успела ее полностью преодолеть к 1914 году», — сказал Айапертов в интервью Русской службе Би-би-си.

Патриотический подъем

По словам Дэвида Макдональда, историков, с начала 90-х годов вплотную занявшихся изучением роли России в Первой мировой войне, удивил патриотический подъем в России в начале военных действий.

Автор фото, RIA Novosti

Подпись к фото,

Российская армия состояла, в основном, из крестьян-призывников

Россиянам хотелось поддержать сербов, которым грозила агрессия Австро-Венгрии. «В том, что началась война, не стоит недооценивать силы общественного мнения. Было сильное «давление улицы». На улицах Петрограда проходили массовые манифестации в поддержку сербов», — рассказывает Борис Колоницкий.

Однако он предупреждает о том, что неверно видеть конфликт того времени как конфликт между православными и Западом.

«Православными были и болгары, которые вступили в войну на стороне Германии в 1915 году, а также некоторые жители Австро-Венгрии – были и сербы, которые сражались в рядах Австро-венгерской империи», — говорит он.

Даже Георгий Плеханов, отец русского марксизма, выступал тогда в поддержку военных усилий. Как рассказывает Борис Колоницкий, Плеханов считал, что война может привести к демократизации Европы и России.

Среди наиболее активно патриотически настроенной интеллигенции в начале войны были представители религиозной философской интеллигенции, особенно князь Евгений Трубецкой, Владимир Эрн, Сергей Булгаков и Николай Бердяев.

Автор фото, RIA Novosti

Подпись к фото,

Армия была готова к военным действиям на протяжении четырех-шести месяцев

Как рассказывает американский историк Кристофер Струп, российские религиозные философы полагали, что «у России есть определенная религиозная миссия не просто победить Германию, но и восстановить христианские корни европейской цивилизации, поскольку опасались секуляризма и возможных последствий нигилизма». По их мнению, нигилизм привел к милитаризму и войне.

В патриотическом подъеме в начале Первой мировой войны в России были особенно заметны женщины. В начале войны женщины служили сестрами милосердия, а уже потом были сформированы женские батальоны. По словам Бориса Колоницкого, немаловажную роль в этом сыграл пример женщин во время войны с Наполеоном.

Первую мировую войну тогда называли «отечественной», и в начале Первой мировой войны был возрожден миф о наполеоновской войне. Частью этого мифа была первая русская женщина-офицер Надежда Дурова, которая служила вдохновением для женщин, ушедших добровольцами на Первую мировую войну.

Среди наиболее ярких фигур женского добровольческого движения была Мария Бочкарева, которая уже позже, в 1917 году, воевала в женском батальоне.

Возрождение памяти о войне

Указом 2012 года Владимир Путин утвердил 1 августа в качестве дня памяти погибших в Первой мировой войне. У станции метро Сокол в Москве теперь есть памятник жертвам этой войны. Памятник ее героям был недавно установлен в Калининграде. В Русском музее в Петербурге сейчас проходит выставка, посвященная столетию войны, а в Царском селе собираются открывать музей истории войны.

Профессор Манчестерского университета Вера Тольц связывает возрождение памяти о Первой мировой войне с переоценкой и критикой коммунистического периода.

Действительно, в июне 2012 года Путин, говоря об итогах Первой мировой войны в Совете Федерации, обвинил в поражении России большевиков, которые, по мнению президента, «совершили акт национального предательства».

Российские и западные историки, занимающиеся Первой мировой войной, отмечают, как память об этой войне сейчас используют для воспитания патриотизма.

Автор фото, RIA Novosti

Подпись к фото,

В Калининграде установили памятник российским героям Первой мировой войны

Преподаватель МГУ Олег Айрапетов указывает, что память о Первой мировой войне используется для пропаганды определенных политических взглядов не только в России, но и за рубежом.

«В Великобритании развязана демагогическая пропаганда, которая не имеет отношения к истории, а имеет отношение к современной ситуации. Англичане не любят вспоминать о том, что 100 лет назад на улицах английских городов до демонстраций против немцев были демонстрации в защиту немцев», — говорит историк.

Кроме очевидной цели воспитания патриотизма, по мнению Веры Тольц, память о Первой мировой войне в России совершенно намеренно используют для установления связей с соотечественниками за рубежом.

Историк рассказала в интервью Русской службе Би-би-си о том, что в этом процессе особую роль сыграла созданная в 2007 году организация «Русский мир», в задачи которой входило устанавливать связи с русскоязычными соотечественниками за рубежом.

«Русский мир» выдвинул такую идею, что память о Перовой мировой войне поможет соединить исторические нарративы внутри России с историческими нарративами России зарубежья», — говорит Вера Тольц.

Среди русских эмигрантов за рубежом память о Первой мировой войне сохранилась из-за того, что многие офицеры русской армии, воевавшие в этой войне, впоследствии эмигрировали.

По мнению Тольц, через нарратив о Первой мировой войне российские власти налаживают связи с эмиграцией, например, во Франции. Кроме того, российское государство выделило деньги на реставрацию кладбища в Белграде, где похоронены погибшие во время Первой мировой войны, а также эмигрировавшие после 1917 года офицеры, принимавшие участие в этой войне.

В Прибалтике, однако, память о Первой мировой войне так же слаба, как и в России.

«Мероприятия в Прибалтике, связанные с Первой мировой войной, свидетельствуют о том, что цель культивирования этой памяти не столько связана с историей, сколько связана с современностью. Русскоязычное население в этом важном, с точки зрения Кремля, регионе важно для того, чтобы продвигать свои интересы», — рассказывает Вера Тольц.

Проводятся спонсированные российскими властями конференции, круглые столы, идут передачи по русскоязычным каналам, ставятся памятники героям Первой мировой войны.

Для России Первая мировая война закончилась поражением, «позорным миром» в Брест-Литовске. Как можно такую войну представить, как нечто позитивное?

«Российские власти указывают на то, что невыгодное окончание войны для России — это ошибка большевиков и символ того, что их политика была антироссийской и антинародной», — рассказывает Вера Тольц. «Второй вариант – жертвенное поведение России с целью помочь и защитить западную цивилизацию, западный мир, такие страны, как Францию. То, что вклад России в Первую мировую войну недостаточно признан, является показателем того, что Запад специально всегда пытается принизить роль России в европейской политике. Вот такой антизападный нарратив», — добавляет историк.

www.rkna.ru

 

 Сообщение военного министра В.А. Сухомлинова олонецкому губернатору об объявлении Германией войны. 20 июля 1914 г.

В результате обострения борьбы великих держав за сферы влияния в июле 1914 г. вспыхнула Первая мировая война. 15 (28 по н. ст.) июля 1914 г. Австро-Венгрия объявила войну Сербии, начались бомбардировки Белграда. Попытки Николая II прекратить войну ни к чему не привели. 18 (31) июля в России была объявлена всеобщая мобилизация в армию. 19 июля (1 августа) 1914 г. Германия объявила войну России, через два дня — Франции, затем Великобритания объявила войну Германии, Австро-Венгрия — России. В течение недели в войну были втянуты сильнейшие европейские державы. Первая мировая война принесла огромные человеческие жертвы, перевернула все мироустройство, привела к развалу могущественных империй.
В России 1 августа объявлен Днем памяти российских воинов, погибших в Первой мировой войне 1914-1918 гг. Война отразилась на жизни всех регионов Российской империи, в том числе Олонецкой губернии.
К столетию начала Первой мировой войны Национальным архивом Республики Карелия были подготовлены сборник документов и материалов «Карелия в годы Первой мировой войны», виртуальная выставка «Для ограждения чести, достоинства и славы Родины… (Участие жителей Олонецкой губернии в Первой мировой войне)». Среди представленных документов — предписание военного министра В.А. Сухомлинова, морского министра И.К. Григоровича, министра внутренних дел Н.А. Маклакова олонецкому губернатору М.И. Зубовскому о всеобщей мобилизации, сообщение военного министра В.А. Сухомлинова олонецкому губернатору об объявлении Германией войны, рапорты о ходе мобилизации, приемные формулярные, послужные списки, свидетельства о явке к исполнению воинской повинности, документы об участниках боевых действий, об убитых, раненых, пропавших без вести, о награждениях, письма военнослужащих Русской императорской армии родным, фотографии участников Первой мировой войны.

Первая мировая война и Государственная Дума

(ноябрь 2014 г., ГД РФ)

11 ноября 2014 г. в здании Государственной Думы на Охотном ряду открылась выставка «Первая мировая война и Государственная Дума». Ее организаторами выступили Федеральное архивное агентство, Российское историческое общество, Российский государственный архив социально-политической истории и Российский государственный исторический архив.

«Память о Первой мировой войне важна как урок для нынешнего и последующих поколений», — сказал Председатель Государственной Думы С.Е. Нарышкин, открывая выставку.

«Мы должны знать причины той войны, знать, как она начиналась. Ведь летом 1914 года мало кто верил в возможность военных действий. А когда война началась, большинство полагало, что она будет скоротечной, молниеносной и обязательно победной. К сожалению, эти предсказания не сбылись», — констатировал С.Е. Нарышкин.

Развернутая в здании современной Госдумы экспозиция включает 150 архивных документов и фотографий и рассказывает о деятельности царской Государственной Думы в годы Первой мировой войны. Среди экспонатов Председатель ГД РФ отметил серию фотографий, посвященных визиту депутатов Государственной Думы в Европу в 1916 году. При этом он особо подчеркнул значение парламентской дипломатии в непростые моменты истории.

Директор Российского государственного архива социально-политической истории А.К. Сорокин рассказал о патриотизме российского парламента в годы Первой мировой и высокой гражданской позиции депутатов, многие из которых ушли добровольцами на фронт.

Главным уроком той войны, по словам

А.К. Сорокина, должен стать вопрос о формах, методах, средствах политической борьбы и допустимых границах политического противостояния, вопрос, с которым политическая элита российской империи не справилась, что и привело к столь трагическим для страны последствиям.

В открытии выставки также приняли участие руководители трех парламентских фракций. Руководитель фракции КПРФ Г.А. Зюганов заметил, что на протяжении тысячелетней истории почти 700 лет Россия провела в боях и походах, большая часть которых заканчивалась победой. Но в то же время он напомнил, что Российская империя проиграла три войны: Крымскую, Русско-японскую и Первую мировую — и призвал извлечь из этого надлежащие уроки. Для того чтобы побеждать, по его словам, необходима сильная власть, высокая духовность, чувство коллективизма и справедливости. А чтобы уберечь страну от войны, надо быть умными, сильными, образованными и думать о своих государственных интересах, уверен Г.А. Зюганов.

Руководитель фракции ЛДПР В.В. Жириновский нашел немало общего в работе Государственной Думы начала XX века и современного парламента. «Те же вопросы, те же проблемы», — заключил он.

Руководитель фракции «Единая Россия» В.А. Васильев отметил: «Современные события повышают интерес общества к истории, которая свидетельствует: пока мы едины, мы непобедимы».

Выставка будет работать до конца декабря.

А.К. Сорокин, С.Е. Нарышкин, В.В. Жириновский

Экскурсию по выставке ведет главный специалист РГАСПИ, д.и.н. К.А. Соловьев

Поделиться ссылкой:

Казахстан и Первая Мировая война

Первая мировая война, начавшаяся 28 июля 1914 года и закончившаяся в этот день, произошла между Антантой и государствами Тройственного союза и закончилась победой Антанты. Известно, что конфликты, обострение взаимных счетов, упреки и обвинения с обеих сторон между мировыми державами, зачастую связанные с разделением земли и природных ресурсов, ведут к ожесточенной войне. Здесь же не хватало лишь небольшого повода. Он был найден 23 июня 1914 года. Этим поводом для начала мировой войны стало убийство принца наследника австрийского престола Франца Фердинанда в сербской столице Сараево. Под подстрекательством Германии 28 июля Австро-Венгрия объявило войну Сербии. Спустя некоторое время Германия объявила войну России, Франции и Англии. Всего в этой войне, в которой участвовали 19 стран Европы, Азии и Африки, приняло участие около 70 миллионов человек и погибли 10 миллионов военнослужащих. Тяжелые последствия этой войны, в которой погибло в общей сложности более 18 миллионов человек, включая гражданское население, не обошли стороной и казахские степи, которые на тот момент находились в составе Российской империи. Расскажем об этом.

 

Итоги Первой мировой империалистической войны тяжело отразилась на казахских степях.

Регионы в составе Российской империи, одного из главных участников этой войны, где проживали казахи были мобилизованы для обеспечения фронта сырьем. 

Размер сборов с населения на нужды войны был увеличен в 4 раза по сравнению с мирным временем. Вид налога доходил до десяти. С территории Казахстана на фронт наряду с мясом, войлоком, хлопком, мылом, рыбой, хлопковым маслом было отправлено 70 тыс. ездовых лошадей, 13 тыс. верблюдов. В качестве жилья взяты 14 тысяч юрт. Месторождения на территории Казахстана были мобилизованы в военное положение, продолжительность рабочего дня рабочих угольных, нефтяных производств достигала 14 часов. Промышленность и сельское хозяйство оказались в тяжелом положении.


 

На казахскую землю было завезено и размещено около 230 тысяч военнопленных Тройственного союза. Военнопленные использовались в производстве, строительстве дорог и т.д.

В связи с ухудшением ситуации на войне император Россий Николай II 25 июня 1916 года издал указ «О мобилизации мужского «инородческого» населения Туркестана и Степного края в возрасте от 19 до 43 лет на прифронтовые работы». Планировалось мобилизовать 500 тысяч человек. Такой массовой мобилизации не было с момента вступления в российское подданство. В связи с этим указом в Казахстане и Средней Азии начались национально-освободительные восстания. Это было не просто сопротивлением идти на фронт чернорабочим. Изъятие земли колонизаторам, бесконечное увеличение податей, обострение шовинизма — все это стало толчком для восстаний.

 

Стоит отметить, что мнение казахской интеллигенции, касающееся указа о взятии чернорабочих на фронт, разделилось. В то время как одна группа поддерживала, что нужно идти защищать общую Родину, нужно идти на фронт и рыть окопы, другая группа была категорически против. В связи с этим были и те, кто шли на фронт. По этому случаю написан роман Ж. Аймаутова «Карткожа». Против чрезмерного произвола царской власти, возглавив народные массы, Амангельды Иманов, Бекболат Ашекеев и подобные им вожди восстания в разных регионах казахской степи перешли к вооруженным действиям.

 

Вместо того, чтобы идти на фронт, некоторые, как генерал-губернатор Семиреченской области Фольбаум шли на провокации, чтобы спровоцировать конфликты в крае и совершать карательные походы для подавления очага восстания. Вооруженные до зубов царская армия и переселенцы безжалостно давили повстанцев. Повстанцы, плохо вооруженные, в неравных по силе условиях, потерпели поражение, а их предводители были жестоко наказаны. По общему подсчету, в результате восстания 1916-го года, из-за гибели и откочевку за границу, потери казахов составили более одного миллиона человек. Все это были последствия, вызванные Первой Мировой войной.


 

Результат этой войны увидела будущая мировая супердержава США. Овладев несметным богатством, путем раздачи воюющим сторонам военной техники и оружия, продовольствия, силового транспорта, денежных средств, империалисты США пришли к такому уровню, который отныне позволит им прочно держать в руках мировую гегемонию. Механизм мировой геополитики перешел в руки финансовых кругов США. Первая мировая война привела к распаду Германской, Российской, Османской, Австро-Венгерской империй в Европе. Была создана Лига Наций, которая стала основой современной Организации Объединенных Наций.

 

Хоть армия Союзников и германская сторона в 5.00 утра 11 ноября 1918 года подписали договор «Armistice», о прекращении Первой мировой войны, есть сведения, что в последующие годы от последствий этой войны погибло более пяти миллионов человек. Не должен забыться и голодомор, в котором погибло более миллиона казахов, в годы Гражданской войны начавшейся в Россий.

 

 


Для копирования и публикации материалов необходимо письменное либо устное разрешение редакции или автора. Гиперссылка на портал Qazaqstan tarihy обязательна. Все права защищены Законом РК «Об авторском праве и смежных правах». [email protected] 8 (7172) 57 14 08 (вн — 1163)

1 августа – День памяти российских воинов, погибших в Первой мировой войне 1914-1918 годов

1 августа – День памяти российских воинов, погибших в Первой мировой войне 1914-1918 годов

Первая мировая война нанесла человечеству невосполнимый духовный ущерб. В День памяти российских воинов, погибших в этой войне, первые лица региона призвали забайкальцев бережно относиться к своей исторической памяти.  

 

 

Уважаемые забайкальцы!

 

Первого августа 1914 года Германия объявила войну России, началась Первая мировая война. Это был первый военный конфликт мирового масштаба, в который было вовлечено 38 из существовавших в то время 59 независимых государств. Война привела к падению нескольких могущественных империй и коренным переменам в системе международных отношений. Для России, как одного из ключевых государств — участников войны, она обернулась самыми трагическими последствиями. На полях сражений погибло свыше двух миллионов русских воинов, около четырёх миллионов пострадали от ран.

В годы Советской власти к Первой мировой войне было принято относиться лишь как к предшественнице грандиозного социального переворота – Октябрьской революции 1917 года. По-настоящему российское общество обратилось к её изучению только после Великой Отечественной войны. В наши дни событиям 1914-1918 годов уделяют всё больше внимания в российских фильмах, литературе и школьных учебниках. Наши современники знают имена отличившихся на той войне казака Козьмы Крючкова, генерала Алексея Брусилова, сестры милосердия Риммы Ивановой, лётчика Александра Казакова, атамана-забайкальца Григория Семёнова, подпоручика Марии Бочкарёвой.

Считаем, что объективная информация о Первой мировой войне сегодня должна занимать достойное место в общественном сознании, поскольку, кроме первых в истории многомиллионных жертв, эта война нанесла человечеству невосполнимый духовный ущерб. Именно после войны 1914-1918 годов в Европе набрала популярность нацистская идеология, которая привела ко Второй мировой войне и уже десяткам миллионов жертв.

Конечно, сейчас не осталось живых свидетелей тех событий вековой давности. Но мы должны бережно относиться к своей исторической памяти, осознавать, насколько важно сохранять мир, решать все спорные вопросы цивилизованным дипломатическим путём. Пусть наши потомки никогда не узнают ужасов войны!

 

Губернатор Забайкальского края Н.Н. Жданова 

 

Председатель Законодательного Собрания Забайкальского края И.Д. Лиханов

 

 

A PHP Error was encountered

Severity: Notice

Message: Undefined variable: news_audio

Filename: views/news.php

Line Number: 37

Почему началась Первая мировая война?

К концу войны союзные державы вышли победителями, но обе стороны были потрясены масштабами насилия. Новые технологии, такие как отравляющие газы и дальнобойная артиллерия, довели конфликт до новых жестоких высот. Девять миллионов солдат погибли, а число погибших среди гражданского населения, вероятно, превысило десять миллионов. Инфекционные заболевания также свирепствовали, боевые действия разрушили инфраструктуру, а финансовые потери от войны были огромными, в результате чего Европа оказалась в экономическом беспорядке.

При попытке разобраться в этих смертях и разрушениях возникает один очевидный вопрос: почему Первая мировая война разразилась на прежде мирном и процветающем континенте?

Специалисты продолжают ожесточенные споры по этому вопросу. Да, убийство в 1914 году эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника престола Австро-Венгрии, вызвало серию объявлений войны. Но многие ученые утверждают, что стечение факторов создавало условия для конфликта в Европе десятилетиями ранее.Как писал военный историк Лиддел Харт, «50 лет ушло на то, чтобы сделать Европу взрывоопасной. Пяти дней хватило, чтобы его взорвать».

На этом уроке исследуются факторы, которые привели к началу Первой мировой войны, и способы, которыми конфликт изменил общество.

Дорога к Первой мировой войне

Чтобы понять истоки Первой мировой войны, давайте сначала вернемся в начало 1800-х годов.

На протяжении веков соперничающие лоскутные одеяла европейских империй и королевств вели почти непрерывные войны друг с другом по таким причинам, как земля, колонии, религия, ресурсы и династическое соперничество.В результате границы внутри континента часто менялись.

Но после серии военных кампаний, направленных на поражение французского императора Наполеона Бонапарта, завоевавшего большую часть Европы, представители нескольких европейских держав встретились в Вене в 1814 и 1815 годах, чтобы положить конец повторяющемуся циклу войн. Возникла серия соглашений и договоренностей, которые положили начало необычному периоду относительной стабильности на континенте. Возникшая в результате дипломатическая система, известная как Европейский концерт, стремилась сохранить мир, поддерживая существующие династии над революционными движениями.

С миром дома Европа пережила столетие огромного прогресса с соответствующим влиянием на мировой арене. Технологические инновации, такие как развитие машиностроения, стали, электричества и современной химии, обогатили континент. Между тем, улучшения в судоходстве, железных дорогах и вооружении позволили странам проецировать свою мощь дальше за границу. В результате сильнейшие империи Европы, а именно Бельгия, Великобритания, Франция, Нидерланды, Португалия, а позднее Германия, Италия и Россия, контролировали большую часть мира на протяжении всего XIX века.

Однако этот период европейского мира и процветания не будет длиться вечно. Многие историки считают, что ситуация начала рушиться в середине 1800-х годов из-за различных региональных конфликтов и войн, направленных на объединение Германии и Италии. Но, несомненно, столетие стабильности в Европе закончилось катастрофой с Первой мировой войной.

Давайте рассмотрим три фактора, которые привели к этому великому распутыванию:

Возвышение Германии: После наполеоновских войн Европа столкнулась с грубым балансом сил на континенте.Иными словами, сильнейшие страны региона, как правило, избегали массовых конфликтов друг с другом, поскольку были достаточно равными по силе. Это означало, что затраты на войну почти наверняка перевесят любые ожидаемые выгоды.

Первоначально силы Австрии, Британии и России сохраняли мир и порядок. Позднее Великобритания и Пруссия (которая вошла в состав Германии в 1871 г.) сохранили этот баланс как сильнейшие страны континента. У обеих стран было большое население, мощная экономика и сильные вооруженные силы.

Однако во второй половине девятнадцатого века динамика власти снова изменилась.

Великобритания — крупнейшая в мире империя и крупнейшая военно-морская и экономическая держава — стала свидетелем того, как ее относительная мощь начала ослабевать в середине-конце 1800-х годов. На протяжении поколений Великобритания пользовалась глобальным превосходством благодаря своим прочным торговым связям, беспрецедентному военно-морскому флоту и обширной империи, которая обеспечивала доступ к природным ресурсам и рынкам по всему миру. Однако затраты на содержание такой огромной империи, охватывающей всю планету, начали расти.Кроме того, к концу девятнадцатого века быстро индустриализирующиеся страны, такие как Соединенные Штаты и Германия, начали вытеснять Великобританию, которая раньше имела технологическое и производственное превосходство над остальным миром.

Германия стала независимой страной только в 1871 году, когда прусский лидер Отто фон Бисмарк объединил то, что раньше было тридцатью девятью независимыми государствами, состоящими из группы людей, достаточно единых по языку и культуре, но не по религии, в единую политическую единицу. .Эта новая объединенная Германия вскоре станет чрезвычайно богатой благодаря индустриализации и начнет демонстрировать свою мощь на мировой арене путем приобретения колоний в Африке.

Первая мировая война и ее последствия в Африке

Первая мировая война стала поворотным моментом в истории Африки, не таким драматичным, как Вторая мировая война, но, тем не менее, важным во многих областях. Одним из его самых важных наследий было изменение порядка карты Африки примерно в том виде, в каком она есть сегодня.

Майкл Краудер

Первая мировая война была, по существу, ссорой между европейскими державами, в которую была вовлечена Африка, как прямо, так и косвенно, потому что к началу военных действий большая ее часть находилась под властью европейских воюющих сторон. Кампании велись на африканской земле, которые, хотя и лишь незначительно влияли на общий ход войны, имели значительные последствия для Африки. В этих походах или походах в Европу было задействовано более миллиона африканских солдат.Еще больше мужчин, а также женщин и детей вербовалось, часто насильно, в качестве перевозчиков для поддержки армий, припасы которых нельзя было доставить обычными способами, такими как автомобильный, железнодорожный или вьючный. За время войны погибло более 150 000 солдат и авианосцев. Многие другие были ранены и стали инвалидами. К моменту окончания войны все страны Африки, за исключением небольших испанских территорий, которые оставались нейтральными, формально были привержены той или иной стороне. Бельгийские, британские, французские, итальянские и португальские администрации объединились — более или менее активно — против немецких колоний.

Даже последние оставшиеся независимые государства на континенте — Либерия, Эфиопия и Дарфюр — оказались вовлечены. Либерия выступила за союзников после вступления США в войну в 1917 году. Промусульманский мальчик – император Эфиопии Лидж Иясу провозгласил верность своей страны Турции, тем самым вызвав немало опасений у союзников, что он вдохновит джихад среди мусульман Африканского Рога, где силы Сайида Мухаммада Абдуле Хасана все еще доставляли неприятности британцам.Британские, французские и итальянские войска двинулись в Берберу, Джибути и Массауа, но вмешательство оказалось ненужным, поскольку потрясенная христианская знать свергла императора в сентябре 1916 года. -Египетский Судан откликнулся на турецкий призыв к джихаду и совершил набег на французский Чад, угрожал британскому Борно (Северная Нигерия) и пытался поднять восстание в Кордофане (Судан). Только в феврале 1916 года он был побежден и убит в бою, и Дарфюр полностью присоединился к Судану.

Независимо от того, были ли они непосредственно вовлечены в боевые действия или нет, почти каждая африканская территория пострадала от исключения немцев из африканской торговли, дефицита импорта во время войны, вызванного нехваткой судоходных площадей, или, что более ярко, внезапным ростом спроса. для стратегических ресурсов.

Много было написано о европейских кампаниях в Африке во время Первой мировой войны и последующем распределении территории Германии между победившими союзными державами — последняя глава в борьбе за Африку.Гораздо меньше написано о влиянии войны на африканцев и на административные структуры, недавно навязанные им их европейскими завоевателями. Насколько эти хрупкие структуры выдерживали исход европейского административного персонала, зрелище борьбы белых завоевателей с белыми завоевателями, требования к недавно покоренным африканцам с точки зрения людей и материалов, а также массовые восстания, имевшие место по этому поводу, хотя и не всегда прямо или хотя бы косвенно в результате войны? Каковы были социальные, политические и экономические последствия вовлечения африканцев в европейскую войну? Именно этим широким вопросам и будет посвящена эта глава. Однако краткий отчет о военных кампаниях необходим, если мы хотим полностью понять последствия войны для Африки.

Война на африканской земле

Непосредственным последствием для Африки объявления войны в Европе стало вторжение союзников в германские колонии. Ни одна из сторон не была готова к войне в Африке к югу от Сахары. На самом деле была недолговечная надежда, что он может быть изолирован от войны. Губернатор Того Деринг предложил своим соседям в Британском Золотом Берегу (ныне Гана) и французской Дагомее (ныне Бенин) нейтрализовать Того, чтобы их африканские подданные не увидели зрелище сражений европейцев друг с другом.В Германской Восточной Африке (теперь Танзания) губернатор, доктор Шни, стремился избежать военных действий, чтобы он мог продолжать свою энергичную программу развития, и когда британцы обстреляли Дар-эс-Салам вскоре после объявления войны, он подписался на краткосрочное соглашение. жило перемирие, которое нейтрализовало Германскую Восточную Африку. В некоторых кругах даже существовал оптимизм по поводу того, что статьи Берлинского акта 1885 года, касающиеся нейтралитета обычного бассейна Конго, предотвратят войну в восточно-центральной Африке.

Силы, выступавшие за вовлечение в войну африканских владений Германии, были, однако, более настойчивыми. С точки зрения Британии, учитывая ее военно-морское превосходство, стратегия, изложенная Комитетом имперской обороны, заключалась в том, чтобы вести войну с колониями ее противника. Чтобы сохранить это военно-морское превосходство, необходимо было вывести из строя африканскую систему коммуникаций и основные порты Германии. Для союзников успешные кампании в колониальных владениях Германии могли привести к тому, что победители разделят их в качестве военных трофеев.Это, безусловно, было важным соображением при решении коменданта — генерала южноафриканских сил генерала Луиса Боты и министра обороны Дж. К. Смэтса — перед лицом реального противодействия со стороны непримиримых африканеров ввести южноафриканские силы в бой. Союзники вторгаются в Германию в Юго-Западную Африку (ныне Намибия), а затем участвуют в кампании в Восточной Африке. Бота и Смэтс не только возжелали Юго-Западную Африку как потенциальную провинцию, но и надеялись, что, если они помогут британской победе в Германской Восточной Африке, части завоеванной территории Германии могут быть предложены португальцам в обмен на залив Делагоа, естественный порт для Трансвааль – в Южную Африку.В Великобритании считалось, что участие Южной Африки и ее лояльность будут обеспечены перспективой того, что Юго-Западная Африка станет ее собственностью. Для французов вторжение в Камерун вернуло бы территорию, неохотно уступленную в 1911 году Германии после Агадирского кризиса. Даже Бельгия, которая немедленно сослалась на вечный нейтралитет Конго (ныне Заир) в соответствии со статьей X Берлинского акта, охотно присоединилась к вторжению на немецко-африканскую территорию, как только ее собственный нейтралитет был нарушен немцами, в надежде, что успешный участие дало бы ей позицию на переговорах в конечном мирном урегулировании.

Немецкие колонии было нелегко защитить, учитывая военно-морское превосходство союзников и ее гораздо меньшие колониальные силы. С самого начала существовал оптимизм в отношении того, что ожидаемая скорая победа Германии в Европе позволит избежать прямого колониального вмешательства, одновременно достигнув амбиций Германии по созданию Средней Африки, соединившей Камерун и Германскую Восточную Африку и раз и навсегда помешавшей Британии достичь долгожданного маршрута от мыса до Каира. Но как только стало ясно, что быстрой победы не добиться, стало ясно, что затяжные кампании в Африке сковывают союзные колониальные войска, которые в противном случае могли бы быть отправлены на европейский фронт.Эта стратегия была блестяще реализована генералом П. Э. фон Леттов-Форбеком, немецким командующим в Восточной Африке, который в течение всей войны вступал в бой с объединенными силами союзников — когда-то более чем в десять раз превышающими его собственные.

Кампании в Африке можно разделить на две отдельные фазы. Во время первого, который длился всего несколько недель, союзники были заинтересованы в том, чтобы вывести из строя наступательный потенциал Германии и сделать так, чтобы ее флот не мог использовать ее африканские порты. Так, вскоре после начала войны были оккупированы Ломе в Того, Дуала в Камеруне, Свакопмунд и залив Людериц в Юго-Западной Африке.В Германской Восточной Африке британские крейсера в августе обстреляли Дар-эс-Салам и Тангу, и, хотя ни один порт не был взят до конца войны, немецкие военные корабли не могли их использовать. В Египте, после вступления Турции в войну на стороне Германии, британская оборона Суэцкого канала была усилена, а турецкая экспедиция была отражена в феврале 1915 года. После этого Египет служил главной базой для британских операций против Турции и ее ближневосточных провинций. и стал опорой британской власти в Африке и на Ближнем Востоке на следующие три десятилетия.

Кампании первой фазы войны в Африке были жизненно важны для его глобальной стратегии. Кампании второй фазы, за исключением походов из Египта против Турецкой империи, имели второстепенное значение для исхода мировой борьбы. Тем не менее союзники были полны решимости завоевать немецкие колонии, чтобы не допустить их использования в качестве баз для подрыва их часто слабой власти в своих собственных колониях, а также разделить их между собой в случае общей победы союзников.Таким образом, как только правительство Южной Африки подавило восстание африканеров, получившее поддержку немцев в Юго-Западной Африке, оно предприняло вторжение на территорию, на завершение которого ушло шесть месяцев. Кампания в Юго-Западной Африке была единственной, в которой не участвовали африканские войска, поскольку генералы Союза не хотели вооружать свое африканское население, а немцы не осмелились после столь жестокого подавления восстаний гереро и нама.

Затяжная Камерунская кампания в основном велась африканскими войсками.Несмотря на численное превосходство, французским, британским и бельгийским союзникам потребовалось более пятнадцати месяцев, чтобы завершить завоевание территории.

В Восточной Африке фон Леттов-Форбек, понимая, что он не может надеяться на победу в битве против сил, превосходящих его численность более чем в десять раз, решил, по крайней мере, сковать их как можно дольше, прибегнув к партизанской тактике. Вплоть до конца боевых действий он оставался непобежденным, ведя свою оборванную колонну через Португальскую Восточную Африку (ныне Мозамбик), а затем в последний поход в Северную Родезию (ныне Замбия), где он узнал о перемирии в Европе.По самым скромным подсчетам, около 160 000 солдат союзников были вовлечены в бой силами фон Леттоу-Форбека, численность которых никогда не превышала 15 000 человек. Белые южноафриканские войска были уничтожены болезнями. Временами паек нигерийских пехотинцев составлял полфунта риса в день, и с ним ничего не было. Носильщики испытывали особые трудности, и было подсчитано, что по крайней мере 45 000 человек умерли от болезней в ходе кампании.

Исход европейцев

Во время войны произошел массовый исход европейского административного и торгового персонала из колоний союзников в Африке, поскольку они уехали на Западный фронт или записались в местные полки для участия в кампаниях в других частях Африки. В некоторых частях европейское присутствие, и без того незначительное, сократилось более чем наполовину. В Северной Нигерии многие политические офицеры, откомандированные из армии, были отозваны в свои полки, а другие зачислены добровольно, в результате чего Северная Нигерия лишилась администраторов.Некоторые дивизии в Северной Нигерии, такие как Боргу, большую часть войны не имели европейского администратора. В Северной Родезии до 40% взрослого европейского населения находились на действительной службе. Во Французской Черной Африке была всеобщая мобилизация европейцев призывного возраста, а в Британской Восточной Африке европейцев ставили на военный учет. В некоторых местах, особенно в сельской местности, ходили слухи, что белый человек уезжает навсегда. В Марокко, где генерал-резидент Луи Лиоте был вынужден вывести так много своих войск для европейского фронта, немецких военнопленных использовали на общественных работах, чтобы убедить марокканцев в том, что французы выигрывают войну.

Результатом этого исхода стало замедление, если не полное прекращение работы многих основных служб, укомплектованных европейцами. В некоторых случаях африканцы были специально обучены, как в Сенегале, чтобы заполнить образовавшиеся таким образом вакансии. В Британской Западной Африке другие рабочие места, которые до сих пор были зарезервированы для белых, были заполнены образованными африканцами, что, как указал Ричард Рэтбоун, в некоторой степени объясняет лояльность элит во время войны. Во Французской Западной Африке генерал-губернатор жаловался, что британцы, которые не были подвергнуты всеобщей мобилизации в своих колониях, воспользовались тем, что их французские союзники были подвергнуты, заполняя торговый вакуум, оставшийся после отъезда французских торговых агентов. спереди.Только в Египте произошло чистое увеличение европейского присутствия, поскольку произошел огромный приток британских войск, использующих Египет в качестве базы для наступления союзников на Ближнем Востоке.

С африканской точки зрения, возможно, даже более примечательным, чем очевидный исход европейцев, было зрелище, когда белые люди сражались друг с другом, чего они никогда не делали во время колониальной оккупации. Более того, они поощряли своих подданных в униформе убивать «вражеского» белого человека, который до сих пор принадлежал к клану, который в силу своего цвета кожи считался неприкосновенным, и осквернение личности которого до сих пор подвергалось сомнению. с самым суровым возмездием.

Участие африканцев в войне

За исключением немецкой кампании в Юго-Западной Африке, африканские войска были основным фактором успеха союзников в их африканских кампаниях. Африканские войска были призваны во время войны не только воевать на африканской земле, но и для усиления европейских армий на Западном и Ближневосточном фронтах. Кроме того, они сыграли важную роль в подавлении различных восстаний против колониальной власти, точно так же, как они сыграли важную роль в европейском завоевании Африки.

Фактически, во время войны было набрано более миллиона солдат, чтобы пополнить обычно небольшие силы, поддерживаемые колониальными властями. Только Франция располагала значительной армией в ее различных африканских колониях к началу войны, и хотя впоследствии Германию обвинили в милитаризации своих колоний, на самом деле это обвинение можно было с точностью выдвинуть только против Франции. В дополнение к войскам в массовом порядке набирались авианосцы, требовалось около трех авианосцев, чтобы удерживать каждого сражающегося солдата в полевых условиях.Кроме того, североафриканцы были завербованы для работы на фабричных рабочих местах, освобожденных французами, призванными в армию. Последующая добровольная миграция алжирской рабочей силы во Францию ​​берет свое начало во время Первой мировой войны. В целом более 2,5 миллионов африканцев, или более 1% населения континента, были вовлечены в какую-либо военную работу.

Рекрутов для боевой и авианосной службы набирали тремя способами. Первый был чисто добровольным, когда африканцы бесплатно предлагали свои услуги без какого-либо давления извне.Таким образом, на ранних этапах войны на палестинском и сирийском фронтах большое количество обедневших фаллахинов (крестьян) в Египте предлагали свои услуги в обмен на сравнительно привлекательную заработную плату. Нет сомнения, что в большинстве африканских стран были добровольцы в армию, которые точно знали, что влечет за собой призыв на военную службу. Сенегальские граждане четырех сенегальских коммун были вполне готовы принять все обязательства обязательной военной службы, предъявляемые к французам-митрополитам, если это гарантировало их собственный статус граждан.И с этой целью их заместитель Блез Диань добился принятия Закона от 29 сентября 1916 года, в котором говорилось, что «уроженцы общин Сенегала являются и остаются французскими гражданами, как это предусмотрено законом от 15 октября 1915 года». На Мадагаскаре все 45000 рекрутов во французскую армию, как говорили, были добровольцами, но подавляющее большинство новобранцев-африканцев пошли в различные армии против своей воли, либо в качестве принудительных «добровольцев», либо в качестве призывников.

Большая часть вербовки проводилась через вождей, от которых ожидалось, что они предоставят количество, требуемое от них политическими офицерами.В некоторых районах им не составило труда найти настоящих добровольцев; в других начальники произвели впечатление на мужчин и представили их политрукам в качестве добровольцев. Во многом непопулярность вождей в Северной Родезии после войны можно объяснить их ролью в вербовке солдат и перевозчиков.

Однако официально было призвано большое количество солдат и авианосцев. Во французской Черной Африке Указ 1912 года, направленный на создание постоянной черной армии, сделал военную службу в течение четырех лет обязательной для всех африканских мужчин в возрасте от 20 до 28 лет.Цель состояла в том, чтобы заменить гарнизонные войска в Алжире чернокожими африканскими войсками, чтобы первые были доступны для службы в Европе в случае войны. Если бы такая война затянулась, писал генерал Манжен, «наши африканские силы составили бы почти неограниченный резерв, источник которого находится вне досягаемости противника». После начала войны, когда только в Западной Африке находилось 14785 африканских солдат, было решено набрать еще 50000 в ходе вербовочной кампании 1915-1916 годов. Так во Французской Африке началось мероприятие, названное губернатором Ангулваном настоящей погоней за человеком26 и недавно описанное Жидэ Осунтокун как новая работорговля.Вождям давали квоты на лечение больных, и они собирали чужаков и бывших рабов, чтобы избежать вербовки их непосредственных иждивенцев или родственников. Поскольку рождение не регистрировалось, было завербовано много мужчин старше и младше призывного возраста. Но, как мы увидим, вербовочная кампания спровоцировала массовые мятежи, и вербовать в повстанческих районах было невозможно. Отчаянно нуждаясь в большем количестве людей и в надежде, что высокопоставленный африканец сможет добиться успеха там, где не удавалось французам, французское правительство прибегло к назначение в 1918 году Блеза Дианя Верховным комиссаром по вербовке черных войск.Поставив цель набрать 40 000 человек, его команды фактически набрали 63 378 человек, немногие из которых, однако, видели фронт после окончания войны в ноябре 1918 года. 90 003

Обязательный набор также использовался для набора войск и авианосцев в Британской Восточной Африке в соответствии с приказом об обязательной службе от 1915 года, согласно которому все мужчины в возрасте от 18 до 45 лет подлежат военной службе. В апреле 1917 года это было распространено на Протекторат Уганда. Принудительный набор носильщиков во всех округах Северной Родезии означал, что на протяжении большей части войны более трети взрослых мужчин территории были задействованы в авианосной службе.После 1917 года тяжелые требования сирийского фронта вынудили правительство британского протектората в Египте ввести воинскую повинность и реквизицию животных, несмотря на ранее обещанное, что оно возьмет на себя все бремя войны. Деревенские умдас «расплачивались по старым счетам, загоняя своих врагов в объятия вербовщиков или загоняя животных в ненасытный сирийский караван». В Алжире, Тунисе и даже Марокко, которое еще завоевывали, в войну были втянуты колониальные подданные.По оценкам, более 483 000 колониальных солдат со всей Африки служили во французской армии во время войны, большинство из них были завербованы в принудительном порядке. Бельгийцы в Конго впечатлили до 260 000 носильщиков во время восточноафриканской кампании.30 Огромные цифры ошеломляют, тем более, что это произошло вскоре после европейского завоевания. Работорговля на пике своего развития никогда не достигала и десятой части количества, задействованного в каком-либо одном году.

В то время как война непосредственно привела к огромному количеству убитых и раненых в Африке, она также стала причиной бесчисленных косвенных смертей во время эпидемии гриппа, охватившей всю Африку в 1918-1919 годах, распространению которой способствовало перемещение войск и переносчиков, возвращающихся домой.

Африканский вызов европейской власти

В то время, когда колониальные режимы союзников в Африке меньше всего могли позволить себе неприятности на своих задворках, их власть — все еще слабо установленная в таких местах, как южная часть Берега Слоновой Кости, большая часть Ливии или Карамоджа в Уганде — широко оспаривалась вооруженными восстаниями и иные формы протеста их субъектов. В результате союзным державам пришлось направить скудные военные ресурсы, необходимые для борьбы с немцами в Африке, а также на Западном фронте, на борьбу с местными восстаниями.Эти ресурсы были настолько скудны, а восстания в некоторых областях, таких как Французская Западная Африка и Ливия, были настолько широко распространены, что восстановление европейского контроля над восставшими территориями пришлось отложить до тех пор, пока не появятся войска. Большие районы Верхнего Сенегала, Нигера и Дагомеи оставались вне контроля Франции в течение года из-за отсутствия войск. Таким образом, французы изначально были не в состоянии справиться с восстанием 1916 года в Дагомеянском Боргу, потому что соседние группы — сомба из Атакоры, пила пила из Семере и охори среди прочих — также восстали.В Марокко Лиотей, его конкистадор, опасался, что приказ метрополии вернуть половину его 70-тысячного войска во Францию ​​и отступить к атлантическому побережью может привести к восстанию. Хотя ему пришлось отпустить мужчин, он не отступил и сумел предотвратить вызов своей власти. Как бы то ни было, Франции пришлось держать остальные 35 000 солдат в Марокко на протяжении всей войны. В португальской Восточной Африке немецкое вторжение вдохновило португальских подданных воспользоваться случаем, чтобы свергнуть своих ненавистных повелителей.

Причины массовых мятежей и протестных движений, имевших место во время войны, были весьма разнообразны и не все были непосредственно связаны с самой войной.В некоторых случаях то, что описывалось как восстание, на самом деле, как в Ливии, было просто продолжением первичного сопротивления европейской оккупации. Во многих случаях мотивы восстания или протеста были смешанными. Не может быть никаких сомнений в том, что наглядное свидетельство очевидного ослабления европейской власти, представленное исходом европейцев, воодушевило тех, кто замышлял восстание, точно так же, как приток европейцев, в частности британских войск, обескуражил его в Египте.

Восстания военного времени проходят через ряд тем: желание восстановить утраченную независимость; недовольство мерами военного времени, в частности принудительным набором и принудительным трудом; религиозная и, в частности, панисламская оппозиция войне; реакция на экономические трудности, вызванные войной; и недовольство отдельными сторонами колониального устроения, полное осознание характера которого во многих районах совпало с военными годами. И последняя тема, особенно важная для Южной Африки, — это прогерманские настроения среди подданных союзных держав.

Желание вернуться к жизни, независимой от правления белых, т. е. вернуться к существовавшему ранее положению вещей, ясно проявляется в восстаниях боргава и охори-идже во французской Дагомее и различных групп игбо в провинции Оверри в Нигерии. Желание избавиться от белого сюзерена в большей или меньшей степени пронизывает большинство восстаний против французской власти в Западной Африке.Безусловно, одним из факторов, усугубляющих восстание Эгба в 1918 году в Южной Нигерии, была совсем недавняя потеря их полунезависимого статуса с началом войны. В Египте беспорядки в Вафде, которые произошли сразу после войны, были в значительной степени вызваны желанием избавиться от недавно установленного британского протектората, который за свою короткую военную жизнь в четыре года оказался чрезмерно неприятным как для националистов, так и для фаллахтнов. На Мадагаскаре 500 малагасийцев, в основном интеллектуалов, были арестованы в конце 1915 года и обвинены в «создании хорошо организованного тайного общества с целью изгнания французов и восстановления малагасийского правительства».

Главной заботой союзных держав во время войны было то, что вступление Турции на стороне Германии могло спровоцировать инакомыслие среди их мусульманских подданных. Хотя призыв Турции к джихаду вызвал меньший отклик среди подчиненного мусульманского населения Африки, чем опасались союзные колониальные власти, они постоянно были начеку на случай недовольства среди своих мусульманских подданных и изо всех сил старались заверить мусульманских вождей и лидеров в том, что союзники не были враждебны исламу. Введение военного положения и тюремное заключение националистов в Египте отчасти было вызвано опасением сочувственного отклика египтян на турецкий призыв к джихаду.Британцы в Северной Нигерии, которая была преимущественно мусульманской, были очень чувствительны к возможному влиянию там исламской пропаганды, но общность интересов, установившаяся между султаном и эмирами Сокотского халифата и британцами, обеспечила лояльность основной части северных нигерийцев. мусульмане.

У британцев были некоторые нервные моменты, когда суфийское братство Сануси в Ливии, все еще сопротивлявшееся итальянской оккупации своей страны, ответило на турецкий призыв к джихаду и вторглось в западный Египет в ноябре 1915 года. Силы Сануси захватили египетский порт Аль-Саллум, при этом три четверти египетского гарнизона перешли на их сторону, а британцы бежали морем. Затем он продвинулся на Сиди Баррани и Марса Матрух. После этого британцы перехватили инициативу и вытеснили Сануси обратно в Ливию. Несмотря на поражение в Египте, члены братства, а также другие ливийцы нанесли решающее поражение итальянцам в битве при аль-Карадабийе, худшем поражении, понесенном итальянцами со времен Адовы в 1896 году.Затем они вытеснили итальянцев, которые должны были отвлечь основную часть своих войск на австрийский фронт, к побережью, так что к 1917 году Италия оказалась на грани полной потери Ливии. Эти победы привели к созданию Триполитанской республики (аль-Джумхурия аль-Тарабулусийя) 16 ноября 1918 года в западной Ливии и эмирата Киренаика в восточной Ливии. Италия признала эти государства в 1919 году и предоставила каждому из них собственный парламент. Дополнительные права были предоставлены Италией в соответствии с Ар-Раджмским договором в 1920 году. В январе 1922 года эти два штата согласились сформировать политический союз и избрали Идриса аль-Сануси, лидера санусийя, главой союза и создали центральный комитет со штаб-квартирой в Гарьяне.

Восстания в Ливии нашли сочувственный отклик на юге Туниса, где для подавления восстания было необходимо 15000 французских солдат, а также среди тавариков и других мусульман во французском Нигере и Чаде, где исламское отвращение к правлению неверных, засуха 1914 года и интенсивная вербовка ибо армия вызвала значительное недовольство.Силы его вторглись в Нигер, где они заручились поддержкой Каоссена, лидера Тарки Таварика, Фирхуна, вождя Уллимиден Таварика, и султана Агадеса. Они взяли Агадес, и для их победы потребовались объединенные французские и британские силы.

Не только исламские восстания угрожали союзным державам в их колониях. Восстание Джона Чилембве в Ньясаленде (ныне Малави) в январе 1915 года имело сильный христианский подтекст, в то время как движение Сторожевой башни Китавала в Родезии проповедовало неизбежность конца света и неповиновение установленной власти. Он воспользовался разрушением, вызванным в Северной Родезии вторжением фон Леттов-Форбека в конце войны. Столь же апокалиптическим было широко распространенное движение в районе дельты Нигера в Нигерии, возглавляемое Гарриком Брейдом, также известным как Элайджа II, который проповедовал неминуемую кончину британской администрации. В Кот-д’Ивуаре пророк Харрис был депортирован в декабре 1914 года, потому что «события в Европе более чем когда-либо требуют поддержания спокойствия среди жителей колонии».В Кении, в Ньянзе, культ Мумбо, быстро разросшийся в годы войны, отверг христианскую религию и заявил: «Все европейцы — ваши враги, но скоро наступит время, когда они исчезнут из нашей страны».

Возможно, самой важной причиной восстания была принудительная вербовка людей для службы в качестве солдат и перевозчиков. Такова была ненависть к насильственной вербовке, что она послужила главным источником вдохновения почти для всех восстаний , которые произошли во французской Черной Африке, и вызвала некоторое сопротивление в мирной в остальном колонии на Золотом Берегу.

Восстание Джона Чилембве было вызвано вербовкой ньяса и большим числом погибших в первые недели войны в боях с немцами. В своем памятном цензурированном письме в Nyasaland Times от 26 ноября 1914 года он протестовал: «Мы понимаем, что нас пригласили пролить нашу невинную кровь в этой мировой войне… мы навязаны больше, чем любой другой национальности под солнцем».

Экономические трудности, вызванные войной, безусловно, лежали в основе и даже вызывали сопротивление колониальным властям.Восстания на Среднем Западе Нигерии и в дельте Нигера на ранних этапах войны нельзя понять, кроме как в контексте падения цен на пальмовую продукцию и спада в торговле из-за исключения основных клиентов производителей, немцев. . Действительно, прогерманские симпатии среди подданных союзников, где они были обнаружены, в значительной степени проистекали из того факта, что немцы во многих частях Африки были основными торговцами; и их исключение союзниками было связано с экономической депрессией, сопровождавшей первый год войны.

В Южной Африке восстание африканеров в конце 1914 г. против решения правительства поддержать союзников было вызвано как прогерманскими симпатиями, так и ненавистью к Британии. Сами немцы всячески старались вызвать недовольство африканских подданных союзников, проявляя особую активность вдоль северо-восточной границы Нигерии и в Ливии. В Уганде, вскоре после начала боевых действий, Ньиндо, верховный вождь Кигези, был убежден своим сводным братом, мвами из Руанды, восстать против британцев от имени немцев.

Во многих случаях, особенно в Нигерии, восстания военного времени не были напрямую связаны с конкретными мерами военного времени. Скорее, они были направлены против неприятных особенностей колониального правления, таких как налогообложение, которое впервые было введено в Йорубаленде в 1916 году и вместе с расширением полномочий, предоставленных традиционным правителям в рамках политики «непрямого правления», спровоцировало беспорядки Исейн. Во Французской Западной Африке введение indigénat (дискриминационного судебного кодекса), реорганизация административных границ, подавление вождей или притеснение вождей без традиционной власти были основными причинами восстаний, вспыхнувших в каждой колонии федерации. .

Эти восстания, независимо от их причины, были безжалостно подавлены колониальными властями. «Повстанцев» загоняли в армию, пороли или даже вешали, вождей сослали или заключили в тюрьму, а деревни сравняли с землей в качестве предупреждения. Но не все протесты носили насильственный характер. Многие люди пытались избежать источника своих недовольств путем эмиграции или других форм уклонения. Таким образом, большое количество французских подданных в Сенегале, Гвинее, Верхнем Сенегале, Нигере и Кот-д’Ивуаре предприняли то, что А.И. Асиваджу назвал «протестными миграциями» на соседние британские территории. Чтобы избежать вербовки отрядов, жители целых деревень бежали в заросли. Молодые люди скорее калечили себя, чем служили в колониальной армии. Протестные миграции были такими масштабными, что, по оценкам, Французская Западная Африка потеряла в результате их около 62 000 подданных46. На Занзибаре мужчины тоже прятались весь день, а ночью спали на деревьях, чтобы не произвести впечатление переносчиков.

Экономические последствия войны

Объявление войны привело к значительным экономическим потрясениям в Африке.Как правило, за этим последовало снижение цен на сырьевые товары Африки, а осознание того, что отныне импортных товаров будет не хватать, привело к росту цен на них. В Уганде в одночасье цены на импорт выросли на 50 %48. Модель африканской торговли с Европой радикально изменилась в результате изгнания немцев с союзных территорий, где в некоторых случаях, как в Сьерра-Леоне, они на 80% импортно-экспортной торговли. Собственные колонии Германии еще до того, как они были оккупированы союзниками, были отрезаны от торговли с метрополией из-за господства союзников над морями.Германия, которая была основным зарубежным торговым партнером тропической Африки, теперь была почти полностью исключена из торговой деятельности на континенте, поскольку, как только союзники завершили оккупацию немецких колоний, все немецкие граждане были интернированы, а их плантации, торговые дома и предприятия были захвачены. над оккупационными властями. Даже в случае французских африканских территорий, где французская промышленность по переработке арахиса обычно была в состоянии усваивать семена масличных культур, которые до сих пор импортировались немцами, она не могла этого сделать, так как находилась на оккупированной немцами территории. часть северо-востока Франции.Таким образом, там, где Франция была главным импортером урожая арахиса в Гамбии, теперь ее заменила Великобритания, чья доля урожая выросла с 4% в 1912 году до 48% в 1910 году. что война, что касается африканских колоний, рассматривалась Великобританией (как и Германия, страна свободной торговли) как возможность для экономического роста. В то время как обычно исключенные немецкие торговцы заменялись гражданами правящей власти колоний, в которых они торговали, во Французской Западной Африке британцы добились успеха против французов благодаря мобилизации французских торговцев.

Депрессия, последовавшая за началом войны, вскоре сменилась бумом на товары, необходимые для поддержки военных действий союзников. Таким образом, стоимость египетского хлопка выросла с центнера на 1 евро в 1914 году до 8 евро в 1916–1918 годах. Но увеличение спроса не всегда отражалось в росте цен, поскольку часто колониальные правительства контролировали цены, выплачиваемые производителям. Некоторые страны сильно пострадали на протяжении всей войны. Возьмем пример Золотого Берега, его основная экспортная культура какао не пользовалась таким спросом, как, например, семена масличных культур.Кроме того, покупательная способность африканских импортно-экспортных компаний была серьезно ограничена набором, добровольным или обязательным, столь большого количества европейского персонала; во Французской Западной Африке к 1917 г. на войну уехало около 75% европейских торговцев.

Хотя цены на экспорт не всегда отражали возросший спрос на него из-за регулируемых цен, и хотя спрос на рабочую силу тоже не всегда отражался на повышении заработной платы, цены на импорт, где его можно было получить, росли на протяжении всей войны. .В то время как подавляющее большинство африканцев, занятых в натуральном хозяйстве, эта инфляция не затронула, в отличие от работающих по найму или экспортных сельскохозяйственных культур. Таким образом, египетский крестьянин, производящий хлопок, обнаружил, что выгода, которую он получил от повышения цен на свою продукцию, не компенсировала резкого повышения стоимости топлива, одежды и зерна.

Война стала свидетелем повышенного уровня государственного вмешательства в экономику африканских колоний, будь то в форме контроля над ценами, реквизиции продовольственных культур, принудительного выращивания сельскохозяйственных культур, найма рабочей силы для важных проектов или выделения места для доставки.Как правило, такое вмешательство имело тенденцию благоприятствовать импортно-экспортным домам колониальной державы, контролирующей соответствующую колонию. Так, в Нигерии такие компании, как «Джон Холт» и «Юнайтед Африка компани», использовались в качестве агентов по закупкам и имели как приоритет в судоходном пространстве, так и более легкий доступ к кредитам в банках, в результате чего более мелкие импортно-экспортные компании, в частности контролируемые Нигерией , страдал.

Потребность в культурах, традиционно используемых для пропитания, в том числе батате, маниоке и бобах, для прокорма союзников в Европе и для армий в Африке или на Ближнем Востоке усугубляла трудности тех, кто не занимался натуральным хозяйством.А там, где урожай для пропитания реквизировали — а это было широко распространено — или оплачивали по ценам ниже цен свободного рынка, страдали сами производители. Таким образом, к концу войны египетским фаллахинам было трудно сохранить тело и душу вместе из-за инфляции и реквизиции их зерновых и животных. 55 Во Французской Западной Африке потребность в людях для войны противоречила потребности в сорго. , просо, кукуруза и т. д., которые они обычно производили. К 1916 году Франция находилась в отчаянном положении с продовольствием, поскольку ее урожай в пересчете на пшеницу недополучил 30 миллионов центнеров, 60 миллионов по сравнению с требуемыми 90 миллионами.В следующем году, из-за мирового дефицита урожая пшеницы, ее собственный урожай составил всего 40 миллионов центнеров. Таким образом, в оба эти года пшеницу или ее заменители приходилось искать за границей. Северная Африка, столь близкая к Франции, была очевидным источником снабжения, и даже недавно завоеванное Марокко было зачислено в ее снабжение. Но требования предъявлялись даже на Мадагаскаре. Вдобавок к таким требованиям крестьяне, ведущие натуральное хозяйство, на территориях, на которых велись военные действия, особенно в Восточной Африке, подвергались поборам со стороны армий, которые из-за проблем со снабжением не могли не жить за счет земли.

Потребность в войсках и авианосцах, а также в увеличении производства как экспортных, так и продовольственных культур привели к нехватке рабочей силы во многих частях континента во время войны. Вербовка авианосцев в Северной Родезии для кампании в Восточной Африке отрезала Южную Родезию (ныне Зимбабве) и Катангу от их традиционного источника рабочей силы, и бельгийской администрации в Конго пришлось проводить принудительный набор рабочей силы для шахт страны. Эпидемия гриппа в конце войны в Восточной и Центральной Африке особенно затронула вернувшихся носителей и создала острую нехватку рабочей силы в Кении и Родезии.Эта нехватка имела место как среди европейского, так и среди африканского персонала; а в Южной Родезии, где до сих пор работодатели увольняли белых железнодорожников по собственному желанию из-за наличия замены, они теперь находились в таком привилегированном положении, что могли создавать союзы58, против чего ранее сопротивлялись работодатели и правительство.

Дефицит импорта, возможно, привел к падению производства там, где сельское хозяйство, как в Египте, зависело от импорта удобрений, сельскохозяйственного инвентаря и ирригационной техники, но он также способствовал развитию импортозамещающих отраслей в некоторых странах, особенно в Южной Африке. где в это время были реализованы возможности зарубежных рынков для местных продуктов.В Бельгийском Конго, отрезанном от оккупированной метрополии, война явилась большим стимулом к ​​повышению самодостаточности, как это было в первые годы войны в Германской Восточной Африке. Приток британских войск в Египет и вливание в экономику около 200 миллионов фунтов стерлингов в период войны явились важным стимулом для промышленного роста.

Война представила двигатель внутреннего сгорания, а вместе с ним и автомобильные дороги во многих частях Африки. В Восточной Африке затяжная кампания против немцев и проблемы с доставкой припасов привели к строительству ряда автомобильных дорог, таких как дорога от Додомы в Германской Восточной Африке до Тукую на северной оконечности озера Ньяса, что сократило до двух до трех дней пути, который до сих пор занимал две-три недели.60 В тех районах, где велась постоянная военная деятельность или где требовались транзитные сооружения, быстро развивались порты. Момбаса, Бизерта, Порт-Харкорт и Дакар тому пример. В Нигерии во время войны были открыты угольные шахты Энугу, чтобы обеспечить железные дороги местным источником топлива.

В целом государственные доходы во время войны уменьшились, так как они в значительной степени зависели от пошлин на ввозимые товары. Тем не менее колонии несли большую часть бремени расходов на местные кампании, помимо предоставления грантов столичным державам для помощи в военных действиях.За исключением случаев, когда этого требовала военная необходимость, общественные работы были остановлены, а планы развития были отложены до окончания войны.

Социально-политические последствия войны

Социальные последствия войны для Африки значительно различались от территории к территории и зависели от степени их участия, в частности от степени вербовки или военной активности в них. К сожалению, до недавнего времени сравнительно мало внимания уделялось социальным последствиям войны.Это несколько удивительно, поскольку для некоторых областей, таких как Восточная Африка, Первая мировая война, как выразился Рейнджер, была «самой внушающей страх, разрушительной и капризной демонстрацией европейской «абсолютной силы», которую когда-либо испытывала Восточная Африка. Масштабы задействованных сил, массивность огневой мощи, степень опустошения и болезней, количество потерянных жизней африканцев — все это затмевало первоначальные кампании колониального завоевания и даже подавление восстания Маджи Маджи. В 1930-х годах д-р HRA Филип заметил, что «опыт 1914–1918 годов был таков, что эффективно пробудил кенийца от сна веков»62. По сравнению с исследованиями политических последствий войны для Африке, относительно мало было предпринято в отношении его социальных последствий. Тем не менее его влияние на солдат, перевозчиков и рабочих, которые были изгнаны из ограниченных миров своих деревень и отправлены за тысячи миль, и их влияние на их общества по возвращении63, составляет главную тему в колониальной истории.

Нет сомнений в том, что война открыла новые окна для многих африканцев, особенно для образованных элитных групп. Марджери Перхам писала, что «трудно переоценить влияние на африканцев, которые были в значительной степени замкнуты в рамках двусторонних отношений со своими европейскими правителями, взгляда за пределы этого ограждения и видения себя частью континента и мира»64. Во многих частях Африки война дала толчок если не всегда националистической активности, то, по крайней мере, развитию более критического отношения образованных элит к своим колониальным хозяевам. Бетвелл Огот предположил, что общий военный опыт африканских и европейских солдат оказал аналогичное влияние на менее образованных:

Африканский солдат вскоре обнаружил слабость и силу европейца, которого до того времени большинство африканцев считало сверхчеловеком. На самом деле прапорщики и унтер-офицеры-африканцы обучали европейских добровольцев приемам современной войны. Становилось очевидным, что европеец не знает всего.Вернувшиеся носильщики и солдаты распространяли новые взгляды белого человека; и большая часть уверенности в себе и напористости, которые африканцы в Кении демонстрировали в 1920-х годах, во многом были связаны с этим новым знанием.

Он также отмечает, что, что немаловажно, несколько африканских политических лидеров в Кении либо сражались, либо участвовали в кампании в Восточной Африке. В Гвинее возвращение старых комбатантов ознаменовалось забастовками, бунтами в демобилизационных лагерях и нападениями на авторитет вождей.

Если война положила конец попыткам африканцев восстановить утраченный суверенитет своих доколониальных политий, она также привела к росту требований об участии в процессе управления новыми политиями, навязанными им европейцами. Эти требования, вдохновленные Четырнадцатью пунктами президента Вудро Вильсона, которые были выдвинуты в ответ на выдвинутые в октябре 1917 года советские предложения о немедленном заключении мира без аннексии или контрибуции, распространялись даже на право на самоопределение.Что касается арабских стран Северной Африки, то совместное заявление Великобритании и Франции в ноябре 1918 г. о том, что союзники рассматривают возможность предоставления избирательных прав народам, угнетаемым турками, представляло собой зрелище, когда одной группе арабов предлагается независимость, в то время как другой, управляемой тем самым державам, которые предлагали свободу турецким провинциям, в ней было отказано.

Партия Вафд Саада Заглула в Египте получила свое название от делегации (Вафд), которую он пытался отправить на Версальскую мирную конференцию для переговоров о возвращении Египта к независимости.Точно так же в Тунисе, хотя резидент военного времени Алапетит так же крепко контролировал националистов, как и британцы в Египте, после войны их лидеры отправили телеграмму президенту Соединенных Штатов Вильсону, чтобы заручиться его помощью в их требованиях. самоопределение.

Хотя «Четырнадцать пунктов» Вильсона не вызвали требований о немедленной независимости в Африке к югу от Сахары, его либеральные настроения побудили западноафриканских националистов надеяться, что они могут повлиять на Версальскую мирную конференцию, а также побудили их требовать большего голоса в своих собственных делах.69 Как сьерралеонец Ф. У. Дав, делегат Национального конгресса Британской Западной Африки, сказал, что «прошло время, когда африканские народы должны были принуждаться против их воли делать то, что не соответствует их интересам». .70 В Судане «Четырнадцать пунктов» Вильсона вкупе с вдохновением арабского восстания 1916 года стали поворотным моментом в суданском национализме, определив взгляды нового поколения политически сознательных молодых людей, которые прошли через государственные школы и приобрел некоторые современные, западные навыки.

На многих территориях, где в военные усилия был внесен большой вклад в виде людей и материалов, существовала надежда, что они будут вознаграждены хотя бы социальными и политическими реформами. В некоторых случаях колониальные правительства специально обещали реформы в обмен на увеличение помощи со стороны подвластного им населения. Блезу Дианю пообещали пакет послевоенных реформ во французской Черной Африке, если он сможет набрать дополнительных людей, необходимых Франции для европейского фронта.Он так и сделал, но реформы так и не были проведены в жизнь. Вклад Алжира в военные действия был вознагражден экономическим и политическим улучшением положения алжирцев, против чего, однако, выступали поселенцы и которые считались слишком ограниченными эмиром Халидом, внуком Абд аль-Кадира, который резко критиковал французской администрации и был депортирован в 1924 году. Его справедливо называют основателем алжирского националистического движения. В Тунисе делегация из тридцати человек, представляющих арабское сообщество, призвала бея инициировать политическую реформу, напомнив ему о жертвах, принесенных Тунисом в войне.Несомненно, большой импульс к созданию в 1920 году партии «Дестиир» или «Конституция» исходил от вернувшихся солдат и рабочих, которые были недовольны своим подчиненным положением в своей собственной стране. В Британской Западной Африке пресса, в целом чрезвычайно лояльная к британцам и критически настроенная по отношению к немцам, считала, что наградой за эту лояльность будет более значительная роль образованной элиты в процессе принятия решений в колонии.

Война послужила стимулом не только для африканского национализма, но и для белого национализма, особенно в Южной Африке.Там, хотя восстание африканеров было быстро подавлено, духа, который его породил, не было. Как выразился Уильям Генри Ватчер:

Восстание вновь подтвердило то, чему учила англо-бурская война, что сила не является ответом, что битва должна разыгрываться на политической арене. Таким образом, в реальном смысле современный африканерский национализм, зародившийся во время англо-бурской войны, родился в восстании 1914 года. Если бы не первая мировая война, буры могли бы лучше приспособиться к примирительной политике Боты и Смэтса.Война вынудила их принять решение организоваться сначала тайно в форме Африканской брудербонд, а затем в форме «очищенной» Национальной партии.

В Кении белые поселенцы использовали войну для достижения крупных политических успехов в борьбе с колониальным правительством. Они закрепили за белыми право избирать представителей в Законодательный совет, где после 1918 г. они составляли большинство. Это, в сочетании с Постановлением о землях Короны, которое сделало возможной расовую сегрегацию в Белом нагорье, Постановлением о регистрации коренных жителей, которое ввело закон о псевдо-проходе для африканцев, и Схемой поселения солдат, которая выделила большие части заповедника Нанди для поселения. белые солдаты после войны закрепили за белым меньшинством доминирующее положение в Кении вплоть до 1950-х годов.

Основным стимулом кенийского национализма была реакция на такие привилегии, полученные белым сообществом, в частности в отношении земли. Таким образом, Ассоциация кикуйю, состоящая в основном из вождей, была основана в 1920 году для защиты земельных интересов кикуйю, а Ассоциация молодых кикуйю Гарри Туку, основанная годом позже, была нацелена на защиту как земли, так и труда.

В Южной Африке рост африканерского национализма и республиканская агитация во время войны вызвали серьезную обеспокоенность африканских лидеров в Свазиленде и Басутоленде (ныне Лесото).Они опасались, что их страны могут быть интегрированы в Союз, который с его все более расистской политикой, примером которой являются положения Закона о коренных землях 1913 года, может под давлением африканеров обрести независимость, и что после этого не будет никакой защиты для их интересы. Как заявил Саймон Фамоте из Национального совета сото, его народ боялся «Союза, потому что мы знаем, что… буры однажды получат независимость от британцев». стать Африканским национальным конгрессом) представил после войны меморандум королю Великобритании Георгу V, в котором упоминается вклад Африки в войну как в кампаниях в Юго-Западной и Восточной Африке, так и во Франции, и напоминается, что война велась освободить угнетенные народы и предоставить каждой нации право определять свою суверенную судьбу.81 Конгресс был проинформирован Британским министерством по делам колоний, что Великобритания не может вмешиваться во внутренние дела Южной Африки, и обращение Конгресса не было представлено на мирной конференции.

Заключение 

Война серьезно изменила климат международного общественного мнения в отношении колониализма. До войны европейские колониальные державы были подотчетны только самим себе. После войны на Версальской мирной конференции колониальный послужной список одной из них, Германии, был рассмотрен и признан недостаточным в соответствии с недавно сформулированными стандартами морали в отношении управления колониальными народами.82 Несомненно, большинство других колониальных держав оказались бы столь же неудовлетворительными, если бы их собственный послужной список подвергся аналогичному тщательному анализу. например, о продаже алкоголя африканцам теперь было закреплено в мандатах, в которых победившие союзники взяли на себя управление немецкими колониями от имени Лиги Наций — «ответственные за … максимальное продвижение материала». и моральное благополучие и социальный прогресс [их] жителей».84 Теоретически был подчеркнут принцип международной подотчетности, хотя из-за слабости Лиги Наций мало что можно было сделать, например, в отношении плачевного положения коренных жителей Юго-Западной Африки, находящихся под мандатом Союза. 85 Право на самоопределение, впервые провозглашенное на Конгрессе Второго Социалистического Интернационала, проходившем в Лондоне в 1896 г., также было провозглашено лидером крупной мировой державы Вудро Вильсоном, в то время как только что возникший Советский Союз должен был напасть на все формы колониализма в Африке.

Даже если судьба подвластных народов не сильно изменилась к лучшему в годы после войны, когда даже добровольные попытки реформ были сорваны депрессией, начали задаваться насущные вопросы о морали колониализма. И именно в этом климате зародилось националистическое движение, которое в конечном итоге привело к обретению независимости многими африканскими странами. Например, лидеры Национального конгресса Британской Западной Африки, такие как Дж. Э. Кейсли Хейфорд и Х.К. Банколе-Брайт смогли добиться международного внимания через Союз Лиги Наций, занимаясь управлением Тоголендом и апеллируя к Пакту Лиги как к хартии «справедливого обращения с нашим народом». А в долгосрочной перспективе идея мандата превратилась в концепцию опеки после Второй мировой войны, которая включала в себя явную цель окончательной независимости подопечных территорий, которые должны были посетить «нейтральные» инспекционные миссии.

Таким образом, Первая мировая война стала поворотным моментом в истории Африки, не таким драматичным, как Вторая мировая война, но, тем не менее, важным во многих областях. Одним из его самых важных наследий было изменение порядка карты Африки примерно в том виде, в каком она есть сегодня. Германия была ликвидирована как колониальная держава и заменена Францией и Великобританией в Камеруне и Того, Южно-Африканским Союзом в Юго-Западной Африке и Великобританией и Бельгией в Германской Восточной Африке, последняя получила небольшие, но густонаселенные провинции Руанда и Урунди (ныне Руанда и Бурунди).

Запутанные переговоры, имевшие место в Версале по поводу передачи этих территорий союзным победителям, должным образом относятся к истории Европы, хотя то, как были разделены Камерун и Того, без учета исторических и этнических соображений, должно было создать значительное ожесточение среди некоторых слоев населения этих территорий и их непосредственных соседей, в частности овец Того и Золотого Берега. Что же касается африканских жителей бывших немецких колоний, то их положение от смены хозяев заметно не улучшилось.Действительно, некоторые африканцы выгодно сравнивали своих прежних хозяев с новыми, а в Камеруне и Того некоторая ностальгия по прежнему режиму усилилась, поскольку французы ввели свой принудительный труд, а британцы оказались менее энергичными, чем их тевтонские кузены, в освоении своих территорий. Поскольку Франция и Великобритания считали себя временными управляющими на подмандатных территориях, две земли Того оставались менее развитыми, чем, скажем, Берег Слоновой Кости и Золотой Берег, а Танганьика менее развита, чем Кения или Уганда.И если Юго-Западная Африка впечатляюще развивалась под «управлением» Южной Африки, это шло на пользу быстрорастущему поселенческому населению; что касается коренных жителей, жестокий опыт немецкого правления был заменен опытом правительства, приверженного расистской политике, заселению и эксплуатации страны белыми и для них.

Первая мировая война, хотя и была в основном европейской войной, тесно затронула Африку. Это ознаменовало как конец раздела Африки, так и попытки африканцев восстановить независимость на основе их государственного устройства до раздела.Хотя это был период огромных социальных и экономических потрясений для многих африканских стран, он открыл двадцатилетний период спокойствия для европейских администраций, за исключением таких мест, как французский и испанский Риф, французская Мавритания и итальянская Ливия.

Однако в ходе этой войны были посеяны идеи о самоопределении народов и ответственности колониальных держав. Эти идеи оказали глубокое влияние на развитие зарождавшихся националистических движений в последующий мирный период.Но понадобилась вторая мировая война, чтобы вызвать катаклизм, превративший требования националистов о большем участии в процессе управления в требования полного контроля над ним.
 

 

Этот текст является главой
Всеобщей истории Африки, том VII , HEINEMANN-CALIFORNIA — Издательство ЮНЕСКО
© ЮНЕСКО, 1985 г.

Начало Первой мировой войны

Конец 1800-х и начало 1900-х годов отмечен яростной конкуренцией между европейскими державами.Сила нации измерялась размахом ее богатства и ресурсов, количеством земли, которой она владела, и размером ее армии и флота. Лидеры многих стран считали, что нация может достичь своих политических и экономических целей только в том случае, если у нее есть сильная армия, убеждение, известное как милитаризм . В большинстве стран росли призывные армии, в которых молодые люди должны были пройти год или два военной подготовки, а затем были отправлены домой в качестве резерва для мобилизации или призыва к действию, когда это необходимо для боевых действий.Военно-морские бюджеты увеличивались с каждым годом, особенно в Великобритании и Германии. Ни одна страна не хотела оставаться без союзников, если разразится война, поэтому сложились два основных военных союза. Германия, опасаясь быть окруженной врагами на востоке и западе, подписала соглашение с Австро-Венгрией о поддержке друг друга в европейской войне. К аналогичному соглашению пришли Россия и Франция.

Милитаристы все чаще считали вооруженные силы своих стран неподверженными критике. И многие очень восхищались такими военными ценностями, как самопожертвование, дисциплина и послушание.Война все чаще рассматривалась как приключение, возможность сражаться и даже умереть за свою страну. Карл Пирсон, британский писатель того времени, утверждал, что войны необходимы. Он утверждал, что нации могут установить свое законное положение в мире «путем соперничества, главным образом путем войны с низшими расами, а с равными расами — путем борьбы за торговые пути и за источники сырья и продовольствия». 1

Подобных взглядов придерживались и другие. Граф Теобальд фон Бетманн Хольвег, канцлер Германии на рубеже двадцатого века, утверждал, что «старая поговорка все еще остается в силе, что слабый будет добычей сильного.Когда народ не хочет или не может продолжать тратить достаточно средств на вооружение, чтобы проложить себе путь в мире, тогда он возвращается на второй уровень». 2

Для Пирсона, Хольвега и других европейцев нация была больше, чем страна. Для них члены нации имели не только общую историю, культуру и язык, но и общих предков, черты характера и физические характеристики. Поэтому многие считали, что нация представляет собой биологическое сообщество и что членство в нем передается от одного поколения к другому.Другими словами, вера в нацию была похожа на то, что многие верили в расу .

Некоторые историки называют Европу начала 1910-х годов пороховой бочкой (бочкой с порохом). Европейские народы жаждали войны, чтобы доказать свое превосходство над другими народами. У них были растущие вооруженные силы. И они объединились, чтобы сформировать противоборствующие военные союзы, пообещав поддержать свои страны-партнеры в случае войны. Как бочка с порохом, малейшая искра может все взорвать.

Искра, положившая начало Первой мировой войне, возникла 28 июня 1914 года, когда молодой сербский патриот застрелил в городе Сараево эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника Австро-Венгерской империи (Австрии). Убийца был сторонником Королевства Сербия, и в течение месяца австрийская армия вторглась в Сербию. В результате военных союзов, образовавшихся по всей Европе, весь континент вскоре был охвачен войной. Поскольку европейские страны имели многочисленные колонии по всему миру, война вскоре переросла в глобальный конфликт.

Первая мировая война изменила Америку и изменила ее роль в международных отношениях

Американские экспедиционные силы прибыли в Европу в 1917 году и помогли переломить ситуацию в пользу Великобритании и Франции, что привело к победе союзников над Германией и Австрией в ноябре 1918 года. во время перемирия более четырех миллионов американцев служили в вооруженных силах и 116 708 человек погибли. Война сформировала произведения Эрнеста Хемингуэя и Джона Дос Пассоса. Это помогло сделать военную карьеру Дуайту Д.Эйзенхауэр, Джордж С. Паттон и Джордж К. Маршалл. В тылу миллионы женщин пошли работать, заменив ушедших на войну мужчин, а другие вязали носки и делали бинты. Для афроамериканских солдат война открыла мир, не связанный формальными и неформальными расовыми кодексами Америки.

И мы все еще боремся с одним из главных наследий Первой мировой войны: дебатами о роли Америки в мире. В течение трех лет Соединенные Штаты шли по натянутому канату нейтралитета, поскольку президент Вудро Вильсон решил уберечь страну от кровавой бани, поглотившей Европу.Даже когда немецкая кампания неограниченной подводной войны в Атлантике поставила под угрозу американских моряков и корабли, Соединенные Штаты оставались в стороне. Но после того, как телеграмма Циммермана раскрыла планы Германии завербовать Мексику для нападения на Соединенные Штаты, если она не сохранит нейтралитет, американцы были готовы к бою.

В апреле 1917 года президент Вильсон выступил перед Конгрессом и сказал: «Мир должен быть безопасным для демократии». С этими словами он потребовал объявления войны, что Конгресс дал с удовольствием.Впервые в своей истории Соединенные Штаты присоединились к коалиции, чтобы вести войну не на своей территории и не по собственной инициативе, создав прецедент, на который будут неоднократно ссылаться в следующем столетии.

«Для большинства американцев начало войны в 1917 году было связано с устранением немецкой угрозы для родины США», — говорит Майкл С. Нейберг, профессор истории в Военном колледже армии США. «Но после войны Уилсон разработал гораздо более широкое видение, чтобы искупить грех войны путем создания нового мирового порядка, что вызвало споры и горечь в Соединенных Штатах.

Бремя отправки людей на смерть тяготило Вильсона. Это была одна из причин, по которой он предложил создать Лигу Наций, международный орган, основанный на принципах коллективной безопасности. Но вступление в Лигу потребовало от Соединенных Штатов пожертвовать частью суверенитета. Когда его судили по счету мясника за эту войну, Уилсон подумал, что это небольшая цена. Другие, такие как давний враг Вильсона, сенатор Генри Кэбот Лодж, считали, что Соединенные Штаты должны быть свободны в преследовании своих собственных интересов и не должны подчиняться международному органу.Америка воевала не только для того, чтобы отказаться от вновь обретенного статуса военной державы.

Когда солдаты вернулись домой и парады победы стихли, борьба за Лигу Наций стала ожесточенной. Чувство выполненного долга быстро испарилось. «Затем пришла депрессия (прямой результат войны) и еще один глобальный кризис, — говорит Найберг. «Все это сделало память о Первой мировой войне сложной для американцев после 1930 года».

Несмотря на то, что мир изменился, позиции Уилсона и Лоджа не сильно изменились за последние сто лет.Когда в 1930-х годах над Европой сгустились новые грозовые тучи, изоляционисты переформулировали аргумент Лоджа в формулировку «Америка прежде всего» — фразу, которая снова вошла в моду как еще один пример непреходящего влияния войны. «Война затронула все вокруг земного шара. Весь наш мир был сформирован им, даже если мы не всегда находим связи», — говорит Нейберг.

Историк и писатель А. Скотт Берг решительно соглашается. «Я думаю, что Первая мировая война — самое малопризнанное значимое событие за последние несколько столетий.Истории из этой глобальной драмы — и ее невероятные персонажи — действительно суть греческая трагедия и имеют библейские пропорции; и сама идентичность современной Америки была выкована во время этой войны».

Биограф Уилсона и Чарльза Линдбергов, Берг в качестве редактора обратил внимание на богатый корпус современных произведений, чтобы создать Первая мировая война и Америка , почти тысячестраничную книгу писем, речей, дневниковых записей. , газетные отчеты и личные отчеты.Этот новый том из Библиотеки Америки начинается с рассказа New York Times об убийстве Франца Фердинанда в июле 1914 года и заканчивается отрывком из романа Джона Дос Пассоса 1919 . В промежутках голоса солдат, политиков, медсестер, дипломатов, журналистов, суфражисток и интеллектуалов задают вопросы, которые все еще с нами.

«Какова роль Америки в мире? Подрываются ли наши претензии на моральное лидерство за границей расовой несправедливостью дома? Что мы должны тем, кто участвует в наших войнах?» — спрашивает Макс Рудин, издатель Американской библиотеки.Поскольку в 2017 году исполняется сто лет со дня вступления Америки в войну, казалось, настал момент вернуться к конфликту, призраки которого до сих пор преследуют страну. «Это дало возможность повысить осведомленность о поколении американских писателей, которые взывают к тому, чтобы стать более известными», — говорит Рудин.

Том демонстрирует знакомые имена в неожиданных местах. Нелли Блай и Эдит Уортон сообщают с передовой. Генри Моргентау-старший, посол в Османской империи, подает все более ужасающие доклады о геноциде армян.Пока Тедди Рузвельт возглавляет борьбу за американское вмешательство, Джейн Аддамс и Эмма Голдман ставят под сомнение цели войны. В письме из Италии Эрнест Хемингуэй жалуется семье на ранение. Пока Уилсон и Лодж борются за суверенитет Америки, Эзра Паунд выражает свое разочарование и горе в стихах.

Мы также встречаемся с Флойдом Гиббонсом, криминальным репортером Chicago Tribune . Перед войной он освещал множество расстрелов, но «я так и не смог узнать от жертв, какое именно чувство они испытывали при попадании куска свинца.Он узнал об этом в июне 1918 года в Белло-Вуде, когда немецкая пуля нашла его — «зажженный конец сигареты задел меня в мясистой части верхней части левой руки». Вторая пуля также попала ему в плечо, вызвав сильное жжение. «А потом меня поразил третий. . . . Мне показалось, что кто-то уронил стеклянную бутылку в фарфоровую ванну. Бочка с побелкой опрокинулась, и казалось, что все на свете побелело». Третья пуля попала ему в левый глаз.

Когда вы входите в операционную вместе с Мэри Борден, наследницей Чикаго, основавшей больницы во Франции и Бельгии, запах крови и смерти почти сходит с ума.«Мы отправляем наших людей вверх по разбитой дороге между кустами колючей проволоки, и они возвращаются к нам по одному, по двое на машинах скорой помощи, лежа на носилках. Они ложатся на спину на носилках и их вытаскивают из машин скорой помощи, как вытаскивают буханки хлеба из печи». Как укладывают раненого солдата, «мы устраиваем заговор против его права на смерть. Мы экспериментируем с его костями, мускулами, сухожилиями, кровью. Мы копаемся в зияющих пастях его ран. Беспомощные отверстия, они впускают нас в потаенные места его тела.

Когда американские экспедиционные силы отправились в Европу, туда же отправились примерно 16 500 женщин. Они работали клерками, телефонными операторами и медсестрами; у них также были столовые, в которых солдатам подавали еду и предлагали передышку от боя. «У этих женщин часто были сложные мотивы, такие как стремление к приключениям или профессиональному росту, и они часто были свидетелями большей бойни, чем солдаты-мужчины, что создавало непризнанные проблемы с посттравматическим стрессовым расстройством, когда они возвращались домой», — говорит Дженнифер Кин, профессор истории в Университете Чепмена.

Конечно, большинство женщин пережили войну в США, где они возделывали сады победы и работали, чтобы приготовить здоровую пищу из скудного пайка. Они вызвались в Красный Крест и участвовали в акциях Liberty Loan. Как Уилла Кэтер узнала, когда летом 1918 года сбежала из Нью-Йорка в Ред-Клауд, штат Небраска, война может быть всепоглощающей. «В Нью-Йорке война была одной из многих тем, о которых говорили; но в Омахе, Линкольне, в моем родном городе и в других городах республиканской долины и на севере Канзаса не было ничего, кроме войны.

В томе «Библиотеки Америки» У. Э. Б. Дюбуа, который после смерти Букера Т. Вашингтона принял на себя мантию представителя чернокожего сообщества, приводит другой пример. С самого начала Дюбуа считал войну основанной на колониальном соперничестве и чаяниях европейских воюющих сторон.

Чад Уильямс, адъюнкт-профессор африканских и афроамериканских исследований Университета Брандейса, говорит, что Дюбуа опередил свое время. «Его работы также ярко освещают противоречия между провозглашаемыми демократическими целями союзников — и Соединенных Штатов в частности — и суровыми реалиями превосходства белых внутри страны и в мире для чернокожих.Дюбуа надеялся, что, поддерживая военные действия Америки и поощряя афроамериканский патриотизм, это напряжение может быть устранено. В конечном итоге он был — и трагически — неправ».

Наряду с комментарием Дюбуа имеются сообщения о расовых беспорядках в Ист-Сент-Луисе и Хьюстоне в 1917 году. Подобные инциденты побудили Джеймса Уэлдона Джонсона отбросить сентиментальность и ответить на вопрос: «Зачем негру воевать?»

«Америка — это страна американских негров», — писал он. «Он был здесь триста лет; то есть примерно на двести лет дольше, чем у большинства белых людей.”

Армия США объединила афроамериканских солдат в отдельные подразделения и чаще выдавала им лопаты, чем винтовки. Некоторые, однако, сражались вместе с французами на равных, что вызвало вопросы об отношении к ним в их собственной стране. Афроамериканские солдаты вернулись домой как граждане мира с вопросами об их месте в американском обществе. «Понимание того, как война повлияла на чернокожих и важность этого наследия, бесконечно увлекательно и, учитывая наше нынешнее время, чрезвычайно актуально», — говорит Уильямс.

В дополнение к своему изданию о Первой мировой войне Библиотека Америки запустила общенациональную программу с участием ученых, чтобы способствовать обсуждению войны и ее наследия. Сто двадцать организаций, от библиотек до исторических обществ, проводят мероприятия, в которых участвуют ветераны, их семьи и их сообщества.

«В каждом сообществе Америки есть ветераны недавних конфликтов, для которых опыт и проблемы, поднятые Первой мировой войной, очень важны, — говорит Рудин. «Нам всем есть чему поучиться у этого».

«Каждая война уникальна, и все же у каждой войны есть почти жуткие сходства с войнами прошлого», — говорит Фил Клэй, автор книги « Передислокация », сборника рассказов о его службе в Ираке, получившего Национальную книжную премию. «Я не думаю, что ветераны обладают исключительным авторитетом в этих дискуссиях, но наш личный опыт неизбежно влияет на наше чтение. В моем случае меня неустанно тянет извлечь уроки на будущее из этих чтений, поскольку моральные ставки войны имеют для меня внутреннее ощущение.”

Для общественных программ Библиотека Америки разработала более тонкую версию своего тома «Первая мировая война и Америка», добавив вступительные эссе и вопросы для обсуждения. Кин, Нейберг и Уильямс вместе с Эдвардом Ленгелем работали редакторами. «На самом деле нет ни одной части страны, которую не коснулась война, — говорит Уильямс. «Этот проект может напомнить людям о его далеко идущем значении и, возможно, раскрыть новые истории об американском опыте войны, о которых мы еще не слышали.

Берг повторяет это мнение. «Я надеюсь, что зрители оценят присутствие Первой мировой войны в нашей жизни сегодня — будь то наша экономика, расовые отношения, права женщин, ксенофобия, свобода слова или основа американской внешней политики за последние сто лет: все они уходят своими корнями в Первую мировую войну».

 

Последствия Первой мировой войны и подъем нацизма, 1918–1933 гг. — Мемориальный музей Холокоста США

РАССКАЗЧИК:
Париж, 1900 г.Более пятидесяти миллионов человек со всего мира посетили Универсальную выставку — всемирную ярмарку, призванную способствовать большему взаимопониманию и терпимости между народами, а также праздновать новый век, новые изобретения, захватывающий прогресс. 20-й век начался так же, как и наш, — с надежды на то, что образование, наука и технологии смогут создать лучший и более мирный мир. Вскоре последовали две опустошительные войны.

ТЕКСТ НА ЭКРАНЕ:
Путь к нацистскому геноциду

РАССКАЗЧИК:
Первая «мировая война» с 1914 по 1918 год велась по всей Европе и за ее пределами. Она стала известна как «война за прекращение всех войн». Он бросил огромную тень на десятки миллионов людей. «Это не война, — писал домой один раненый солдат. «Это конец света». Половина всех французов в возрасте от 20 до 32 лет в начале войны были мертвы, когда она закончилась. Более трети всех немецких мужчин в возрасте от 19 до 22 лет были убиты. Миллионы ветеранов были искалечены телом и духом. Достижения в технологии убийства включали использование ядовитого газа. Под давлением нескончаемой бойни свергли правительства и распались великие империи.Это был катаклизм, омрачивший представление мира о человечестве и его будущем. Уинстон Черчилль сказал, что война оставила «искалеченный, сломленный мир».

ТЕКСТ НА ЭКРАНЕ:
Последствия Первой мировой войны и подъем нацизма, 1918-1933

РАССКАЗЧИК:
Унижение поражения Германии и последовавшее за ним мирное урегулирование в 1919 году сыграют важную роль в подъеме нацизма и наступлении второй «мировой войны» всего 20 лет спустя. Что потрясло многих в Германии в договоре, подписанном под Парижем, в Версальском дворце, так это то, что победители диктовали будущее, в котором Германия была лишена какой-либо значительной военной мощи.Территория Германии сократилась на 13%. Германия была вынуждена взять на себя полную ответственность за развязывание войны и выплатить крупные репарации. Многим, в том числе 30-летнему бывшему армейскому капралу Адольфу Гитлеру, казалось, что страна получила «удар ножом в спину» — ее предали мятежники дома и правительство, принявшее перемирие. На самом деле, немецкие военные тихо стремились положить конец войне, которую они больше не могли выиграть в 1918 году. «Не может быть, чтобы два миллиона немцев пали напрасно», — писал позднее Адольф Гитлер.«Мы требуем мести!»

Многие ветераны и другие граждане изо всех сил пытались понять поражение Германии и неопределенное будущее. Войска покидали поля кровавых сражений и возвращались в растерянное общество. Новая и незнакомая демократическая форма правления — Веймарская республика — пришла на смену авторитарной империи и сразу же столкнулась с серьезными проблемами. В начале 1920-х годов тысячи немцев стояли в очередях за работой и едой. Сбережения среднего класса были уничтожены, так как сильная инфляция обесценила валюту.Некоторые сжигали его в качестве топлива. Экономические условия стабилизировались на несколько лет, затем в 1929 году разразилась всемирная депрессия. Немецкая банковская система рухнула, и к 1930 году безработица взлетела до 22%. В стране, страдающей от безработицы, озлобленной потерей территории и деморализованной неэффективным правительством, политические демонстрации часто перерастали в насилие. Многие политические партии имели собственные военизированные формирования для нападения на оппонентов и запугивания избирателей. В 1932 году за один месяц на улицах было убито девяносто девять человек.Правая пропаганда и демонстрации играли на страхе перед коммунистической революцией, распространяющейся из Советского Союза.

Новые социальные проблемы возникли под влиянием быстрой индустриализации и роста городов. Стандарты поведения менялись. Преступность росла. Сексуальные нормы менялись. Впервые женщины в большом количестве работали вне дома, и новая конституция дала женщинам право голоса. Зарождающаяся немецкая демократия подверглась серьезному испытанию разрушением старых ценностей и страхом перед тем, что может произойти дальше.Адольф Гитлер был бесспорным лидером Национал-социалистической немецкой рабочей партии, известной как нацисты, с 1921 года. В 1923 году он был заключен в тюрьму за попытку свергнуть правительство. Его испытание принесло ему известность и последователей. Он использовал тюремное заключение, чтобы диктовать свои политические идеи в книге «Майн кампф — моя борьба». Идеологические цели Гитлера включали территориальную экспансию, укрепление расово чистого государства и уничтожение европейских евреев и других предполагаемых врагов Германии. Он отсидел лишь короткий тюремный срок, и после того, как запрет на его Национал-социалистическую партию был снят, Гитлер и его последователи снова присоединились к битве на улицах и в сельской местности.

Нацистская партия наняла, организовала и выпустила газету для распространения своих идей. Преуменьшая более радикальные нацистские цели, они предлагали простые решения проблем Германии, используя страхи, разочарования и надежды людей. В начале 1930-х частота выборов была головокружительной. Как и количество партий и отколовшихся групп, борющихся за голоса. Гитлер оказался харизматичным участником кампании и использовал новейшие технологии, чтобы достучаться до людей. Нацистская партия получила широкую поддержку, в том числе многих представителей среднего класса — интеллектуалов, государственных служащих, студентов, профессионалов, владельцев магазинов и клерков, разоренных Великой депрессией.Но нацисты никогда не получали более 38% голосов на свободных общенациональных выборах. Ни одна партия не смогла получить явное большинство, а без политического консенсуса сменявшие друг друга правительства не могли эффективно управлять страной.

Адольф Гитлер не был избран на должность, и ему не нужно было захватывать власть. Ему предложили сделку как раз в тот момент, когда нацисты начали терять голоса. В январе 1933 года, когда старый герой войны президент Пауль фон Гинденбург пригласил Гитлера стать рейхсканцлером в коалиционном правительстве, нацисты не могли поверить своему счастью.Нацисты были революционерами, которые хотели радикально преобразовать Германию. Консервативные политики в новом кабинете не любили Гитлера и не доверяли ему, но еще меньше им нравилась демократия, и они видели в левых партиях большую угрозу. Они обратились к нацистам, чтобы помочь создать большинство в парламенте. Они были уверены, что смогут контролировать Гитлера. Месяц спустя, когда в результате поджога было уничтожено здание немецкого парламента, Гитлер и его партнеры по националистической коалиции воспользовались своим шансом. Используя широко распространенные страхи перед коммунистическим восстанием, они обвинили в пожаре коммунистов и объявили чрезвычайное положение.Президент Гинденбург подписал указ, приостанавливающий действие всех основных гражданских прав и конституционных гарантий, что послужило основанием для произвольных действий полиции.

Первыми целями нового правительства стали политические оппоненты. По указу о чрезвычайном положении их можно было терроризировать, избивать и удерживать на неопределенный срок. Были арестованы лидеры профсоюзов и оппозиционных партий. Немецкие власти отправили тысячи человек, в том числе левых членов парламента, во вновь созданные концлагеря. Несмотря на нацистский террор и жестокое подавление их противников, многие граждане Германии охотно приняли или активно поддержали эти крайние меры в пользу порядка и безопасности.Многие немцы почувствовали новую надежду и уверенность в будущем своей страны с перспективой смелого, молодого харизматичного лидера. Глава нацистской пропаганды Йозеф Геббельс планировал привлечь на свою сторону тех, кто еще не был убежден.

ГЕББЕЛЬС [говорит по-немецки]:
Нужно хорошо управлять, а для хорошего управления нужно также вести хорошую пропаганду. Они работают вместе. Хорошее правительство без пропаганды не более возможно, чем хорошая пропаганда без хорошего правительства.

РАССКАЗЧИК:
Гитлер говорил с СА, его армией штурмовиков.

ГИТЛЕР [говорит по-немецки]:
Германия проснулась! Мы завоевали власть в Германии. Теперь мы должны завоевать немецкий народ.

Первая мировая война | Энциклопедия Первой поправки

На этой фотографии из архива, сделанной в апреле 1917 года, новобранцы армии времен Первой мировой войны, откликнувшиеся на призыв о призыве на военную службу, заполнили улицу в Нью-Йорке вскоре после того, как президент Вудро Вильсон объявил войну Германии. В том же году президент Вильсон предложил Закон о шпионаже, чтобы ограничить антивоенную критику, которая, по его мнению, подорвет военные усилия.Осуждение в соответствии с Законом о шпионаже людей, которые публиковали антивоенные настроения или отговаривали людей от призыва на военную службу, привело к некоторым из первых дел Верховного суда, связанных с подавлением речи в соответствии с Первой поправкой. (Фото AP, использовано с разрешения Associated Press)

Верховный суд рассмотрел многочисленные вопросы, связанные с Первой поправкой, возникшие в связи с политическими действиями, предпринятыми правительством США во время Первой мировой войны, хотя суд принял решение только после окончания боевых действий.Хотя суд оставил в силе обвинительные приговоры многих лиц, возражавших против войны, их дела также заложили основу для современного закона о Первой поправке.

Президент Вудро Вильсон хвастался во время своей предвыборной кампании 1916 года, что он удержал Америку от войны, охватившей Европу. Однако через месяц после своей второй инаугурации Вильсон попросил Конгресс объявить войну Германии. Немецкие подводные лодки потопили три американских судна в рамках интенсивной подводной войны, чтобы перехватить поставки боеприпасов и поставок из Соединенных Штатов союзникам.

Вудро Вильсон нацелился на свободы Первой поправки во время Первой мировой войны

В своем выступлении перед Конгрессом Уилсон пригрозил «жестокими репрессиями» в отношении любых актов нелояльности стране и вскоре предложил закон о шпионаже, первый закон, направленный против нелояльных мнений со времен печально известного Закона о подстрекательстве к мятежу 1798 года.

Уилсон, никогда не терпящий критики, оправдывал закон, утверждая, среди прочего, что нелояльные люди сами пожертвовали своими правами в пользу гражданских свобод.Его предложение задало тон, возможно, одному из самых репрессивных периодов в американской истории в отношении свободы слова и прессы. «По иронии судьбы, — отмечают ученые-конституционалисты Мелвин Урофски и Пол Финкельман (2002), — война за то, чтобы сделать мир безопасным для демократии, спровоцировала худшее вторжение в гражданские свободы… в истории страны» (стр. 613).

Ограничения на высказывания во время Первой мировой войны привели к рассмотрению в Верховном суде первых дел о публичной критике войны

Вопрос о том, может ли правительство ограничить публичную критику войны, потому что это может подорвать поддержку военных действий, не был новым, когда Соединенные Штаты вступили в Первую мировую войну, и он повторялся в каждой последующей войне, включая войну с террором.Однако Первая мировая война была уникальной, поскольку впервые этот вопрос рассматривался Верховным судом.

Серия решений, принятых в 1919 году, положила начало процессу судебных и научных дебатов, которые впоследствии сформировали интерпретацию защиты Первой поправки.

В течение нескольких недель после объявления войны Конгресс начал обсуждение положений того, что стало Законом о шпионаже 1917 года. Вопреки общепринятому мнению о том, что Конгресс пытался подавить любую критику войны и призыва на военную службу, Конгресс проявил чувствительность к вопросам свободы слова и явно отклонил несколько ключевых мер, предложенных администрацией Вильсона.

Конгресс отклонил требование Вильсона о полномочиях цензуры прессы

Наиболее интенсивно обсуждалось положение, предусматривающее наказание за публикацию в военное время любой информации, которая, по заявлению президента, может быть полезна противнику.

Несмотря на заявления Уилсона о том, что цензура прессы необходима для общественной безопасности, Палата представителей проголосовала против этого положения 184–144. Тридцать шесть демократов разошлись с президентом.

Окончательная версия Закона о шпионаже предусматривала наказание за нелояльную речь

Окончательная версия акта объявила преступлением в военное время ложные заявления с намерением помешать военным усилиям, вызвать или попытаться вызвать нелояльность или отказ от службы в вооруженных силах, или воспрепятствовать вербовке и зачислению в армию .Нарушителям грозило максимальное тюремное заключение сроком на 20 лет. Генеральный почтмейстер был уполномочен исключать из почты любые материалы, нарушающие эти положения закона.

Стенограммы дебатов в Конгрессе свидетельствуют о серьезной обеспокоенности важностью свободы слова даже (или, возможно, особенно) в военное время. Но после прохождения внимание обратилось на Министерство юстиции, федеральное агентство, отвечающее за правоприменение. Любые надежды на прокурорскую сдержанность быстро рассеялись в конце 1917 года, когда генеральный прокурор Томас Грегори предупредил инакомыслящих, чтобы они не ждали пощады от «возмущенного народа» и «мстительного правительства».

Администрация Вильсона начала кампанию за суперпатриотизм

Президент Вудро Вильсон учредил Комитет общественной информации во время Первой мировой войны, основной темой которого было требование конформизма и суперпатриотизма. Этот плакат 1917 года призывает рабочих поддержать военные действия. (Из Библиотеки Конгресса, общественное достояние)

Администрация Вильсона использовала подстрекательскую риторику, чтобы вызвать, а затем усугубить состояние общественного возмущения, вызванное отсутствием какого-либо прямого нападения Германии на Соединенные Штаты.

Уилсон учредил Комитет общественной информации (CPI), который наводнил страну материалами, доминирующей темой которых было требование конформизма и суперпатриотизма. Многие общины запретили преподавание немецкого языка и книги на немецком языке, а граждане немецкого происхождения часто становились объектами самообороны.

Тысячи политических диссидентов, пацификтов, обвиненных в соответствии с Законом о шпионаже; 45% осуждены

Наиболее частыми объектами федерального преследования были политические диссиденты, левые радикалы и пацифисты. В конечном итоге обвинения были предъявлены тысячам; почти 45 процентов были осуждены. В этой атмосфере федеральные судьи оказались чем-то иным, чем бесстрашными оплотами свобод, закрепленных в Первой поправке, хотя были и отдельные исключения, в первую очередь судья федерального округа Лэрнед Хэнд.

Апелляции часто откладывались из-за того, что Министерство юстиции не стремилось к рассмотрению Верховным судом конституционности этих федеральных законов. Только в начале 1919 года — после окончания военных действий — Суд, наконец, столкнулся лицом к лицу с Первой поправкой в ​​серии дел, оспаривающих Закон о шпионаже.

Дело о Законе о шпионаже, касающееся листовок против призывников, передано в суд

В то время было мало судебных прецедентов относительно значения Первой поправки, и большинство судей полагали, что она отражает английское общее право, которое допускало наказание, если речь имела «плохую тенденцию» вести к незаконным действиям, независимо от того, были ли уголовные действия на самом деле последовало.

Это первая страница брошюры Чарльза Шенка, в результате которой он был осужден в соответствии с Законом о шпионаже.(Общественное достояние)

Подавляющее большинство федеральных судов следовали критерию «плохая склонность», когда им приходилось толковать и применять положения Закона о шпионаже.

Schenck v. United States (1919) возник в результате судебного преследования Чарльза Шенка за нарушение Закона о шпионаже, запрещающего воспрепятствование вербовке в армию. Шенк, генеральный секретарь Социалистической партии, печатал листовки против призыва, которые рассылались потенциальным призывникам. Он утверждал, что Закон о шпионаже нарушил его право на публичное обсуждение вопросов войны, закрепленное в Первой поправке.

Верховный суд оставил в силе обвинительный приговор за шпионаж по критерию «явной и реальной опасности»

Верховный суд единогласно отклонил апелляцию Шенка. Судья Оливер Венделл Холмс-младший написал заключение, в котором американское законодательство подверглось знаменитому тесту на «явную и реальную опасность». Холмс утверждал, что намерения говорящего, а также контекст, в котором были сделаны замечания, должны быть изучены, обнаружив, что военное время менее способствует свободе слова, чем мирное время. Он писал: «Вопрос в каждом случае заключается в том, используются ли используемые слова в таких обстоятельствах и имеют ли они такой характер, чтобы создать явную и непосредственную опасность того, что они приведут к существенному злу, которое Конгресс имеет право предотвратить.

Хотя подход Холмса «явная и реальная опасность» кажется более защищающим речь, чем тест доминирующей «плохой тенденции», многие ученые утверждают, что Холмс не пытался вытеснить последний подход. Он просто дал ему другое имя.

В двух последующих делах, Frohwerk v. Якоба Фроверка (редактора немецкоязычной газеты, опубликовавшего серию антивоенных статей) и Юджина Дебса (кандидата в президенты от Социалистической партии в 1912 году, получившего около миллиона голосов по всей стране).

Холмс, Брандейс начал поддерживать диссидентские выступления, защищенные Первой поправкой

.

В последующие месяцы в результате серии писем и бесед с Хэндом и профессором права из Гарварда Захарией Чейфи-младшим взгляды Холмса на свободу слова начали меняться. Когда суд в деле Абрамс против Соединенных Штатов (1919) оставил в силе обвинительные приговоры в соответствии с Законом о подстрекательстве к мятежу 1918 года, Холмс выразил несогласие и, возможно, произнес свою величайшую риторику.

Джейкоб Абрамс и другие написали и распространили листовки с критикой решения Уилсона послать У.Войска С. для боя в Советской России. Абрамс призвал к всеобщей забастовке в знак протеста против этой якобы антибольшевистской политики. Ему было предъявлено обвинение в соответствии с Законом о подстрекательстве к мятежу (поправка к Закону о шпионаже), который квалифицирует как преступление «подстрекательство, провоцирование или поощрение сопротивления Соединенным Штатам» или сговор с целью призвать к сокращению производства боеприпасов с намерением «нанести ущерб или воспрепятствовать США в ведении войны».

В своем несогласии, к которому присоединился судья Луи Д. Брандейс, красноречие Холмса достигло новых высот.Он признал логику преследования за выражение мнения, но затем добавил:

«Когда люди осознают, что время опрокинуло многие борющиеся веры, они могут прийти к убеждению даже больше, чем они верят в сами основы своего поведения, что конечное желаемое благо лучше достигается свободной торговлей идеями — что лучшая проверка истина — это способность мысли завоевать признание в рыночной конкуренции, и эта истина — единственная основа, на которой их желания могут безопасно осуществляться.

Брандейс сказал, что наказывать следует только за высказывания, ведущие к неизбежным противоправным действиям

В последующее десятилетие Холмс продолжал не соглашаться, как и Брандес. Некоторые из мнений Брандейса так же важны, как и мнения Холмса, в их акценте (конечно, Холмс разделяет) важности неизбежных беззаконных действий как единственного оправдания наказывающей речи.

Текущий тест с высокой степенью защиты речи на предмет конституционности государственного регулирования высказываний, пропагандирующих незаконную деятельность —  Brandenburg v.Огайо (1969 г.) — глубоко укоренился в этих разногласиях.

Федеральный судья Хэнд пытался неверно истолковать Закон о шпионаже

Сегодняшняя точка зрения также основана на заключении Хэнда по делу Masses Publishing Co. против Паттена (SDNY 1917), которое на два года старше дела Schenck и представляет собой одну из немногих попыток федерального судьи во время Первой мировой войны. время толковать Закон о шпионаже узко, сосредоточив внимание на явной защите незаконной деятельности.

Закон о шпионаже остается в силе

Конгресс отменил Закон о подстрекательстве к мятежу 1918 года 13 декабря 1920 года.Закон о шпионаже 1917 года остается в силе.

21 мая 2006 г. генеральный прокурор Альберто Р. Гонсалес, назначенный президентом Джорджем Бушем-младшим, заявил о возможности того, что New York Times журналистов, опубликовавших статьи, раскрывающие тайное наблюдение Агентства национальной безопасности за звонками между отдельными лицами в Соединенных Штатах и предполагаемые террористы за границей могут быть привлечены к ответственности за публикацию секретной информации. Основанием для любого судебного преследования будет Закон о шпионаже 1917 года.

Эта статья была впервые опубликована в 2009 году. Филип А. Дайния — адъюнкт-профессор факультета политологии Университета Лойолы в Новом Орлеане. Он преподает конституционное право и судебный процесс, а также специализированные курсы по Биллю о правах и Первой поправке.

Отправить отзыв об этой статье

Истоки войны — Первая мировая война — обзор

Объявление Великобританией войны Германии 4 августа 1914 года подтвердило начало Великой войны (как она была известна в то время).Сейчас ее чаще называют Первой мировой войной или Первой мировой войной.

Определяющим моментом стало убийство эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника австро-венгерского престола, и его жены Софии в боснийской столице Сараево 28 июня 1914 года. Это событие явилось кульминацией ряда исторических сил и процессов, назревавших в Европе на протяжении многих лет.

Некоторые факторы начала войны

Национализм

Объединение Германии под руководством Пруссии во второй половине XIX века частично было достигнуто в результате войны с Францией (1870–1871 гг. ).Появление крупного германского государства в центре Европы изменило геополитическую динамику континента и заставило Францию ​​отчаянно жаждать мести.

Дальше на восток, на Балканах, Австро-Венгерская империя столкнулась с проблемами, связанными с конфликтующими национальными группами, которые угрожали австрийскому контролю. В частности, Сербия хотела объединить всех славян в регионе под своим контролем, и Российская империя поддержала это стремление. Германия поддержала оппозицию Австрии требованиям Сербии.

Империализм

Великобритания, Германия и Франция были соперниками в экономической эксплуатации Африки.Несколько инцидентов с участием Германии в Африке вызвали подозрения у Великобритании и Франции, которые разрешили свои разногласия в регионе, пытаясь защитить то, что у них было. Они были обеспокоены тем, что Германия бросила вызов установленному колониальному порядку.

На Ближнем Востоке разваливающаяся Османская (Турецкая) империя усилила напряженность в отношениях между Австро-Венгрией, Россией и Сербией.

Европейские союзы

После франко-прусской войны 1870–1871 годов Германия пыталась изолировать Францию.В 1872 году немцы заключили союз с Россией и Австро-Венгрией, который оказалось трудно сохранить из-за соперничества за Балканы. К 1891 году Франция заключила союз с Россией.

Британия сделала все возможное, чтобы держаться подальше от Европы и сконцентрироваться на своей огромной империи. Некоторые действия и политика немецкого кайзера Вильгельма II бросали вызов этой позиции. Вильгельм разозлил Великобританию в 1896 году, когда он официально поздравил южноафриканских буров с поражением поддерживаемого британцами рейда в Трансвааль.Его инвестиции в военно-морской флот Германии рассматривались как прямой вызов притязаниям Британии на господство на море.

В ответ Великобритания укрепила дипломатические связи с Францией и ее союзником Россией. В 1907 году эти державы создали неформальную коалицию Тройственное согласие.

Планирование войны

Постоянные армии Франции и Германии удвоились между 1870 и 1914 годами. Великобритания проводила политику содержания военно-морского флота в два с половиной раза больше, чем у любого соперника. Расширение военно-морского флота Германии спровоцировало гонку военно-морских вооружений.

Европа едва избежала войны в 1908 году. Австро-Венгрия аннексировала бывшую османскую провинцию Боснию, помешав при этом Сербии. В ответ Сербия начала мобилизацию своей армии (при поддержке России). Когда Германия пригрозила войной в защиту своего австрийского союзника, Россия и Сербия отступили.

Эта напряженность побудила многие страны составить подробные планы военной мобилизации. Для Германии любой план должен был учитывать возможность войны на два фронта, поэтому его схема предполагала быстрое сокрушение одного соперника.Начавшись, мобилизацию будет трудно, если вообще возможно, обратить вспять. Это было проиллюстрировано немецким планом фон Шлиффена, разработанным в 1905 году. Исходя из необходимости победить Францию ​​до того, как Россия успеет отреагировать, немецкие войска вторглись во Францию ​​​​через Бельгию, чтобы избежать французских пограничных оборонительных сооружений. Бельгия не представляла серьезной военной угрозы для этого плана, хотя Великобритания формально гарантировала свой нейтралитет с 1839 года. Германия считала, что в конечном итоге Британия не пойдет на риск войны, чтобы спасти Бельгию.

Смерть в Сараево

В мае 1914 года сербскому правительству стало известно о заговоре с целью убить Франца Фердинанда.Имелись доказательства причастности высокопоставленных сербских военных, а полковник Драгутин Димитриевич, начальник разведки сербской армии, почти наверняка помогал вооружать тех, кого выбрали для убийства эрцгерцога.

Посол Сербии в Вене дал расплывчатые предупреждения о возможном покушении. Эрцгерцог настоял на запланированном визите в июне. Ему и его жене чудом удалось избежать покушения на их жизнь в Сараево утром 28 июня, и в тот же день они продолжили свои официальные дела.Но их кортеж свернул не туда и остановился в нескольких метрах от одного из убийц, Гаврило Принципа. В отличие от своих коллег в то утро, Принцип не подвел.

Германия предоставила Австрии карт-бланш на любые действия, которые она сочтет целесообразными. Австро-Венгрия предъявила Сербии суровый ультиматум, лишивший ее национального суверенитета. Хотя Сербия согласилась почти со всеми пунктами ультиматума, Австро-Венгрия воспользовалась разногласиями по ряду второстепенных пунктов, чтобы объявить войну 28 июля 1914 года.

Как падающие костяшки домино

На следующий день Россия объявила частичную мобилизацию против Австро-Венгрии. В ответ Германия пригрозила России войной, если она не остановит этот процесс. Франция отреагировала на перспективу русско-германской войны мобилизацией собственных сил. Германия объявила войну России 1 августа и Франции двумя днями позже. Когда план фон Шлиффена был активирован, вторжение в Бельгию побудило Великобританию объявить войну Германии 4 августа. Началась Первая мировая война.

На другом конце света Веллингтон получил известие об объявлении Великобританией войны 5 августа. Губернатор, лорд Ливерпуль, объявил новости со ступеней парламента перед толпой из более чем 12 000 человек.