Содержание

Операция «Меркурий». Испытание огнем

Операция «Меркурий»

После разгрома англо-греческих войск на континентальной территории Греции ареной противостояния противоборствующих сторон стал остров Крит.

Остров Крит является пятым по величине в Средиземном море (длина с запада на восток около 260 км, ширина от 20 до 50 км) и имеет важное стратегическое значение: он блокирует вход в Эгейское море и так же, как остров Кипр (560 км к востоку от Крита), контролирует турецкое побережье Средиземного моря. Кроме того, Крит прикрывает западные подступы к восточному бассейну Средиземного моря — Египту, Суэцкому каналу и Палестине.

После итальянского вторжения в Грецию англичане взяли остров под свой контроль. Они намеревались нести на Крите гарнизонную службу и использовать его как крупную базу для своих войск. Оставаясь в руках англичан, остров создавал серьезную угрозу местам нефтедобычи в Румынии. Кроме этого, контроль над Критом делал уязвимым южный фронт германских войск, готовых вторгнуться на территорию Советского Союза. Вот почему Германия рассматривала возможность захвата острова своей первоочередной задачей.

Крит также в локальном плане препятствовал продвижению немцев на острова восточной части Средиземного моря и к Красному морю. Поэтому германское командование решило захватить этот остров как можно скорее.

20 апреля командир 11-го авиадесантного (воздушно-штурмового) корпуса генерал Штудент представил командующему люфтваффе рейхсмаршалу Герингу план наступательной операции с целью захвата острова Крит силами парашютных частей. Примерно в то же самое время ОКВ (штаб оперативного командования вермахтом) подготовило план удара по Мальте, стратегическая важность которой расценивалась также высоко. Окончательное решение по этому вопросу принимал сам Гитлер. В приказе фюрера № 28 от 25 апреля 1941 года ставилась следующая задача: «Подготовить план захвата острова Крит, рассматривая его как базу для воздушной войны против Англии в Восточном Средиземноморье». Разработка операции, получившей наименование «Меркурий», началась…

Британскому командованию также (по вышеизложенным причинам) был очень необходим этот остров, поэтому часть войск, эвакуируемых из континентальной Греции, направлялась на Крит. В мае этот остров при поддержке танков и артиллерии обороняли 27,5 тысяч солдат Британского Содружества (14 тысяч англичан, 6,5 тысяч австралийцев и свыше 7 тысяч новозеландцев), а также 14 тысяч греков (11 батальонов) под общим командованием новозеландского генерала Фрейберга. Последнему были даны самые жесткие инструкции по обороне Крита, тем более что премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль, выступая 17 мая в парламенте страны, заявил, что Крит будет защищаться до последнего человека.

Британское командование на Крите постоянно наращивало численность своего контингента. К 19 мая, после получения подкреплений из Египта, численность гарнизона острова составляла 32 тысячи англичан, австралийцев (часть сил 2-й пехотной бригады) и новозеландцев (4-я и 5-я бригадные группы из состава 2-й новозеландской дивизии, вскоре реорганизованные на острове в 4-ю и 5-ю пехотные и 10-ю «импровизированную» пехотные бригады), а также 14 тысяч греков (греческий король с личной охраной тоже остались на этом последнем свободном клочке своей территории).

Германское командование, планируя операцию, учитывало данные немецкой армейской разведки (абвера) о том, что большая часть британских экспедиционных войск эвакуирована из континентальной Греции непосредственно в Египет, и, таким образом, гарнизон Крита не увеличился. Кроме того, уже упоминавшийся новозеландский генерал Бернард Фрейзер (командующий силами союзников на Крите), по немецким данным, не предпринимал серьезных мер по защите от нападения с воздуха. Исходя из подобной информации, немецкие штабисты и командиры предполагали, что британские и греческие войска на острове деморализованы предыдущими неудачами, а неожиданность атаки егерей-парашютистов после внезапной высадки с планеров должна обеспечить германским войскам дополнительное превосходство над противником.

Как оказалось впоследствии, представленный анализ ситуации был абсолютно неверным. Солдаты экспедиционного корпуса находились большей частью не в Египте, а на Крите, система ПВО острова активно укреплялась, аэродромы, дороги и поля, которые могли послужить посадочными площадками для планеров, оборудовались заграждениями. Так, на Крит для усиления обороны аэродромов была переброшена полурота 7-го танкового полка под командованием капитана С. Х. Бардока, оснащенная танками Mk.VI «Виккерс» (предположительно 6 машин) и двумя «Матильдами». Танкисты обороняли аэродромы в районах Гераклиона и Малеме. Вокруг острова крейсировали суда королевских ВМС. Ошибкой оказалось и предположение о деморализованном состоянии британских и греческих войск.

Однако не зная всего этого, немцы продолжили планирование операции. Согласно приказу № 28 контроль за ней (операцией) был возложен на главнокомандующего люфтваффе. Проведение самой операции было поручено командующему 4-м воздушным флотом генерал-полковнику Александру Леру. Операция должна была проводиться только силами 11-го авиадесантного корпуса в течение мая, ибо дальнейшее затягивание сроков могло привести к срыву операции «Барбаросса». Но в реальности все вышло несколько иначе.

Чтобы собрать все силы 11-го авиадесантного корпуса, части которого были рассредоточены по разным местам от Германии до Греции, требовалось принять соответствующие меры. В это время в штатном расписании 7-й парашютной дивизий генерал-лейтенанта Вильгельма Зуссмана (15 тысяч стрелков-парашютистов) числились: три парашютно-десантных полка по три батальона каждый; один парашютный танкоистребительный батальон; один парашютный артиллерийский дивизион; один парашютный зенитно-пулеметный батальон; один батальон связи и один парашютный санитарный батальон. Штурмовой (посадочно-десантный) полк генерал-майора Майндля с транспортными планерами в составе четырех батальонов являлся отдельной частью. 22-я пехотная дивизия, также входившая в корпус и расквартированная в Бухаресте, не могла выдвинуться на юг из-за пробок на дорогах.

Танковые войска сосредоточивались для наступления на «российском направлении», и, по приказу Гитлера, их нельзя было трогать. В связи с этим в предстоящей операции «Меркурий» было решено использовать находившуюся в Греции 5-ю горнопехотную дивизию (8,5 тысяч горных егерей) генерал-майора Юлиуса Рингеля, усиленную 3-м полком и дивизионом горной артиллерии из 6-й горнопехотной дивизии, также находившейся в Греции. К этим частям добавили подразделения 5-й танковой дивизии (5-я рота 31-го танкового полка) и два зенитных дивизиона подчинения штаба 11-го корпуса. Эти силы планировалось доставить на остров Крит путем выброски и высадки десантов с транспортных самолетов и планеров, а при необходимости и с десантных судов.

В конце концов было определено, что в операции будут участвовать 7-я парашютная и 5-я горнопехотная дивизии с частями усиления и Отдельный «планерный» полк — всего около 25 тысяч человек. В резерве находилась 6-я горнопехотная дивизия.

Транспортные авиасредства у 11-го авиадесантного корпуса имелись: 622 самолета «Юнкерс-52» и около 600 планеров. Для подготовки самолетов к предстоящему сражению потребовалось проявить чудеса технического умения. Большая их часть до этого перевозила грузы на Балканы и в Грецию, и они нуждались в ремонте. Работая круглосуточно, техперсонал привел транспортные самолеты в готовность к назначенному сроку. К операции было подготовлено 550 транспортных самолетов «Юнкерс-52» и 72 транспортных планера DFS-230, а участвовали в ней 493 транспортных самолета Ю-52 и 60 планеров DFS-230.

Германские самолеты военно-транспортной авиации 11-го авиакорпуса были объединены в составе специально сформированных 1, 2, 3-й и 172-й эскадр (транспортной авиации) особого назначения. 1-я эскадра под командованием полковника Вильке и 172-я эскадра действовали с греческих аэродромов Коринф, Дадион и Мегара. 2-я эскадра полковника фон Хейкинга (60, 101-я и 102-я группы особого назначения) и 3-я — полковника Буххольца (40, 105-я и 106-я группы особого назначения) работали с Танагры и Тополи.

С Танагры, буксируемые «Юнкерсами», также взлетали 60 планеров DFS-230, имевшихся в составе 1-й эскадры группы буксировщиков планеров. Забегая вперед, следует сказать, что за время всей операции с помощью этих сил на Крит было сброшено около 10 тыс. парашютистов. Общая численность войск, перевезенных по воздуху, составила 23 464 человека, кроме того, самолетами были доставлены 353 орудия, 771 мотоцикл (главное транспортное средство германских парашютистов), 5358 десантных контейнеров с оружием и снаряжением и 1090 тонн различных грузов. Обратно на материк было вывезено 3173 раненых.

Транспортный самолет «Юнкерс-52» вмещал 12–18 парашютистов, в полете сидевших на сиденьях вдоль фюзеляжа. Кроме того, один транспортный «Юнкерс» мог буксировать несколько планеров (обычно 4, но в некоторых случаях и 7–9). Таким образом, вместо 20 парашютистов, используя Ю-52, можно было доставить в район высадки 30, а то и 50 десантников.

Основным легким планером для высадки личного состава парашютно-егерских войск был легкий планер DFS-230. Эта машина имела размах крыльев 20,9 м при длине 11,3 м. Планер мог транспортировать 8 человек с полным снаряжением. В крыше пассажирской кабины имелся люк, приспособленный для установки турельного пулемета MG-15. Для пикирования DFS-230 снабжался тормозным парашютом, объем купола которого мог изменяться при помощи специального стропа. Как правило, планеры буксировались транспортными самолетами при помощи троса. Однако только планеров и самолетов 11-го авиадесантного корпуса для проведения десантной операции было недостаточно.

8-й воздушный корпус ВВС генерала авиации фон Рихтгофена добавил две эскадры бомбардировщиков (180 самолетов), одну эскадру пикирующих бомбардировщиков (120 самолетов «Юнкерс-87»), одну эскадру истребителей (110 самолетов Ме-109), одну эскадру истребителей дальнего действия (60 самолетов Ме-110) и две группы разведывательных самолетов (около 50 машин разных моделей). Без транспортников и планеров общая численность авиации двух корпусов достигала 433 бомбардировщика и 235 истребителей, а также 50 разведывательных самолетов.

В конце апреля, в соответствии с планом, началось «воздушное наступление» на остров. Его результатом стало фактическое уничтожение английской истребительной авиации на Крите — 19 мая последние 7 самолетов Королевских ВВС вынуждены были перебазироваться в Египет.

Морской транспорт был задействован для перевозки тяжелого вооружения и техники, которые невозможно было доставить по воздуху. Для формирования морского конвоя было выделено 63 единицы самоходных плавсредств и 7 пароходов. Защита этих судов была поручена итальянским ВМС, которые для этой цели привлекли 4 подводные лодки, 4 патрульных торпедных катера типа MAS, 8 тральщиков и 12 торпедных катеров. Однако эти морские силы не сыграли никакой роли в сражении, поскольку часть из них уничтожили британские королевские ВМС, а часть вынуждена была вернуться на свои базы. Теперь основной расчет строился только на возможностях люфтваффе.

Все войска, участвующие в операции, были разделены на три группы, которым были определены объекты для атаки: Западная группа (под руководством командира Отдельного воздушно-штурмового полка генерал-майора Майндля) — аэродром в Малеме; Центральная группа (генерал-майора Зуссмана, командира 7-й парашютной дивизии) — аэродромы Кания и Ретимнон; Восточная группа (полковника Бауэра, замененного позднее генералом Рингелем) — аэродром Гераклион.

Для высадки всех сил сразу имевшихся транспортных самолетов и планеров было недостаточно. Поэтому было решено наступать тремя волнами. Первая волна захватывала Малеме и Канию, вторая — Ретимнон и Гераклион, третья имела задачу доставить подкрепления на все четыре аэродрома.

На острове были намечены четыре района высадки, три из которых приходились на основные авиабазы. Парашютные и планерные части 11-го авиакорпуса должны были стать авангардом сил вторжения. Первыми на Крит должны были ступить солдаты и офицеры десантно-штурмового полка генерал-майора Майндля, в задачу которых входили захват и удержание аэродрома Малеме и многочисленных дорог, мостов и позиций зенитной артиллерии, расположенных в окрестностях административного центра острова Крит — города Кания или Хания (разница в русскоязычном написании критской столицы объясняется тем, что различные авторы пользуются либо немецкими, либо английскими источниками; по-немецки это название пишется Chania — Хания, а по-английски Cania — Кания).

Операции в этом районе должны были осуществляться при поддержке подразделений 3-го парашютного полка (7 пдд) полковника Хайдриха. Необходимость захвата Кании обуславливалась пребыванием в городке основных британских штабов, органов управления войсками гарнизона, а также размещением там резиденции греческого короля.

2-й парашютный полк (7 пдд) полковника Штурма имел задачу захватить аэродром и городок Ретимнон (Ретимо), в то время как 1-й парашютный полк полковника Брауера должен был высадиться в нескольких милях к востоку, над аэродромом у селения Гераклион (Ираклион). 5-ю горнопехотную дивизию Рингеля планировалось высадить в ключевых районах острова после того, как парашютисты захватят посадочные полосы и нейтрализуют вражеские зенитные батареи. Целью захвата всех имеющихся ВПП была необходимость создания плацдармов для выгрузки посадочным способом тяжелого вооружения и второй волны десанта. Пока эта задача не была выполнена, поддерживать действия парашютистов могла лишь авиация 8-го авиакорпуса люфтваффе.

18 мая немцы приступили к воздушной бомбардировке Крита, а также штурмовым атакам с высоты бреющего полета. В ночь на 20 мая началась высадка ударных групп парашютистов в четырех пунктах острова (см. схему 4). В 7 час. 15 мин. первые планеры (за пределами аэродрома Малеме) коснулись земли. Основным пунктом высадки явился аэродром Малеме, на котором находилась единственно пригодная (вне аэродрома) взлетно-посадочная площадка на острове Крит. В этом районе в первом эшелоне высадился Отдельный штурмовой парашютно-десантный полк в составе двух батальонов. Между Малеме и Канией приземлился 3-й парашютно-десантный полк, в Ретимноне — два батальона 2-го парашютно-десантного полка, в Гераклионе — 1-й парашютно-десантный полк. Всего в первом эшелоне было сброшено около 8 тысяч парашютистов. Немецкие десантники были вооружены не только стрелковым оружием, но и безоткатными орудиями, что явилось для англичан большой неожиданностью. Подобные артсистемы калибром 75-мм и 105-мм с общим индексом LG-40 разрабатывались в Германии в 1937–1940 годах и впервые были применены именно на Крите. Достоинство таких пушек — легкость конструкции, недостатков — «целый букет»: опасная для расчета зона позади орудия, низкая начальная скорость снаряда, пламя и дым, демаскировавшие позицию пушки, а в тот период — и отсутствие противотанковых боеприпасов. Однако в подобных условиях для немецких десантников наличие таких артсистем было благом.

Воздушно-десантная операция по захвату острова Крит (20 мая — 1 июня 1941 года)

Интересно заметить, что при проведении этой операции в боях в противоборствующих лагерях сражались довольно известные личности. Среди немецких парашютистов — это победитель чемпиона США Джо Луиса и Берлинской олимпиады 1936 года знаменитый боксер Макс Шмеллинг, с английской — писатель Джеймс Олдридж, позднее написавший об этих событиях литературное произведение под названием «Дело чести».

Во всех местах выброски немецких парашютно-десантных частей находились сильные группы британских и греческих войск: в Малеме — 4-я новозеландская бригада, смешанная англо-греческая бригада и греческий батальон; между Канией и Малеме — 5-я новозеландская бригада; в районе Кания-Суда — английская пехотная бригада, два австралийских, пять английских и пять греческих батальонов; в районе Ретимнона — австралийская бригада и шесть греческих батальонов; в Гераклионе — два английских и три греческих батальона. Генерал Фрейберг расположил свои войска так, чтобы оборонять четыре указанных (Малеме, Кания, Ретимнон, Гераклион) аэродрома, а также отразить любые попытки высадить десант с моря в заливе Суда. Эти силы оказали сопротивление немецким парашютистам. Англичане развернули энергичные оборонительные действия в самый ответственный момент операции — в момент выброски десантников, когда первые германские парашютисты, пока еще беспомощные, начали прыжки. Тем более что транспортные самолеты с парашютистами после подготовительного налета немецких бомбардировщиков и истребителей появились над местом выброски с большим запозданием, и англо-греческие силы успели подготовиться к отражению парашютного десанта. Танки «Матильда», поддерживающие британские войска, вообще не могли быть выведены из строя немецкими 37-мм противотанковыми пушками, так как последние не пробивали их броню.

Захват 600-метровой взлетной полосы аэродрома в Малеме на северо-восточном конце острова был одним из важнейших этапов борьбы за остров. После налета пикирующих бомбардировщиков на позиции зенитной артиллерии в 07.00 на поле аэродрома начали садиться планеры авангарда из Отдельного десантно-штурмового полка — сначала 90 егерей одной роты, затем — другие подразделения полка. Сопротивление англичан было ожесточенным, к тому же планеры 4-й роты и роты управления отклонились от намеченного места высадки и сели как раз в середине опорного пункта британцев. В первые же минуты из строя было выведено более половины егерей, ранен командир батальона майор Кох. Запланированная атака сорвалась.

«Новые планеры подлетали к аэродрому и шли на снижение.

Первый снизился слишком быстро, стремительно заскользил по траве, наскочил на воронку и опрокинулся. Раздался треск; люди, планер — все смешалось. Тотчас пулеметы подняли вокруг столбы пыли. Некоторые из немцев побежали, другие нырнули в усеивавшие аэродром воронки. И засевшие в одной из них тотчас в свою очередь открыли бешеный пулеметный огонь.

Два новых планера выровнялись над площадкой, приземлились и выбросили целый ряд черных фигур. И опять одни устремились к краю площадки, другие нырнули в воронки. Теперь в воздухе стоял непрерывный треск вступивших в единоборство пулеметов обеих сторон».

Д. Олдридж. «Дело чести».

3-я рота 1-го батальона Отдельного штурмового полка высадилась на западном краю аэродрома и смогла окопаться в русле пересохшей речушки Тавронитис. Вскоре к созданному опорному пункту начали подтягиваться егеря других подразделений.

3-й батальон Отдельного штурмового полка был выброшен на парашютах к северо-востоку от аэродрома. Как и 1-й батальон, он был прижат к земле сильным ружейно-пулеметным и артиллерийским огнем с господствовавшей над местностью высоты 107. Англичане расстреливали парашютистов еще в воздухе, а после приземления уничтожали немцев, не успевших добраться до сброшенных контейнеров с оружием, в рукопашной схватке.

Штаб полка и 4-й батальон успешно высадились поблизости от большого автомобильного моста к западу от взлетно-посадочной полосы, но во время этого боя был тяжело ранен в грудь и живот командир Отдельного штурмового полка генерал-майор Майндль. И все же десантники продолжали прибывать на Крит. Командование Штурмовым полком принял на себя командир 2-го батальона этой части майор Штенцлер (его подразделения вначале предполагалось использовать в качестве полкового резерва, но в связи с тяжелым положением высадившихся войск в бой были брошены все, кто мог держать оружие. Сражение продолжалось весь день, отбиться от атакующих со всех сторон англичан десантникам, раздробленным на небольшие группы, лишенным связи, казалось невозможно. Несмотря на это, они врывались в английские и греческие окопы, откатывались с потерями и вновь упорно шли в атаку. Позиции вокруг аэродрома несколько раз переходили из рук в руки. Немцы захватили практически все зенитные орудия, после чего успешно расстреливали из них грузовики с подкреплениями, спешащие к аэродрому, — в результате дневного боя превосходящие силы гарнизона так и не сумели уничтожить противника. К исходу первого дня операции Штурмовой полк захватил ВПП на всем ее протяжении, но «пятачок», который удерживался его подразделениями, простреливался насквозь. Поскольку очередная контратака англичан ожидалась в любую минуту, даже спустившаяся безлунная ночь не ослабила напряжения изготовившихся к бою парашютистов.

3-й парашютный полк, выделенный для оказания поддержки Штурмовому полку, утром 20 мая начал высадку к западу от объекта атаки Штурмового полка. В его задачу входили захват расположенных поблизости населенных пунктов Кания и Галатас, а также овладение пригодной для базирования транспортных гидросамолетов и десантных судов бухтой Суда. В авангарде на этом участке действовал 3-й батальон майора Хайльмана, сброшенный с парашютами прямо в центр расположения ошеломленных неожиданной атакой, но быстро опомнившихся солдат новозеландских частей. Подлетевшие в 7 утра к острову экипажи транспортных самолетов увидели на горных склонах длинные шлейфы сигнальных дымов, обозначавших место высадки. Роты парашютистов начали десантирование, несмотря на страшный огонь с земли, и многие солдаты опустились на критскую землю уже мертвыми. Уцелевшие от пуль нередко попадали в заросли колючей агавы, повисали высоко в ветвях оливковых деревьев или гибли на телеграфных проводах. Часть парашютистов были порывом ветра унесены в море, где и нашли свою смерть.

Из сброшенного с парашютами 3-го полка только одна рота 3-го батальона (9-я) приземлилась в намеченном районе. Из-за ошибок наблюдателей при отыскании района выброски парашютистов большое количество десантников спрыгнули в море и в искусственное озеро-водохранилище Аликиану и утонули, а остальные угодили в расположение новозеландской части и были взяты в плен. В результате лишь немногие десантники сумели кое-как собраться в группы и организовать оборону.

Все наличные подразделения были обескровлены, и штурм Кании оставшимися силами не удался. После тяжелого боя за обладание важной в тактическом отношении высотки в районе Галатас, продолжавшегося до захода солнца, 9-я рота была вынуждена оставить ее и отступить в глубь острова. Отчаянно сражавшиеся на этом участке новозеландские и греческие подразделения тоже понесли очень тяжелые потери.

Выброска 1-го батальона 3-го полка была произведена в районе тюрьмы Атья, приспособленной под опорный пункт, позволявший контролировать дорогу Аклион (Аликьянон) — Кания. Парашютисты приземлились в точно указанном им районе, но незамедлительно попали под огонь станковых пулеметов со стен тюрьмы. Звуки начавшегося боя привлекли внимание расположившегося поблизости в небольшом деревенском доме греческого короля Георга II. Подбежав к окну, монарх внезапно увидел в 100 метрах от себя приземляющихся немецких парашютистов. Королевская штаб-квартира немедленно, без оповещения своих же защитников, была эвакуирована из ставшей небезопасной деревни, и Георг с охраной из гвардейцев-эузонов и приближенными направился в Аклион, а затем пешком, прячась от немецких самолетов по обочинам дорог, — на южное побережье острова.

Тем временем при поддержке подоспевшего 2-го батальона солдаты 1-го батальона очистили от противника здание тюрьмы и превратили его в полковой штаб. Тем не менее в течение дня парашютисты не сумели продвинуться вдоль дороги по направлению к Кании. Несмотря на неудачи, вызванные ошибками наблюдателей и ожесточенным сопротивлением гарнизона острова, «линия фронта» на этом участке стабилизировалась. К вечеру к немецкой группировке присоединился 3-й батальон этого же полка под командованием майора Хайльмана.

Ошибки германских наблюдателей, приводившие к тяжелым, а часто и трагическим результатам, были довольно часты при выброске немецких парашютных десантов. Отчасти они объяснялись неправильным подбором и недостаточным обучением наблюдателей. Было известно, что военные авиационные училища рейха не были ориентированы на подготовку кадров для воздушно-десантных войск. Однако основную роль играло отсутствие взаимодействия между парашютистами, наблюдателями и летчиками в период боевой подготовки и во время тренировочных вылетов. Парашютный наблюдатель не знал своих парашютистов, которым он давал сигнал для прыжка, а те в свою очередь не знали своего наблюдателя. Летчики и наблюдатели знакомились со своими десантниками только перед самым началом боевых действий. Как сокрушались по этому поводу сами немцы, егерь-парашютист испытывал при этом чувство кавалериста, который, не зная коня, садился на него перед самой атакой, и тот галопом нес его на противника.

Немецкая транспортная авиация играла во Второй мировой войне роль «мальчика на побегушках». Транспортные самолеты предоставлялись кому угодно и для чего угодно, однако получить их для обучения егерей-парашютистов было трудно. Требования командования парашютных войск о закреплении во время тренировок и на маневрах летного состава и наблюдателей за определенными парашютными частями и подразделениями, с которыми им приходилось работать вместе, оставались без ответа.

Все эти недостатки в полной мере проявились при выброске десанта на Крит. Две роты 2-го парашютного полка при приземлении в районе Ретимнона были сразу же прижаты к земле сильным огнем противника. Третья рота, сброшенная в восьми километрах от цели, потеряла значительную часть личного состава из-за травм при приземлении в скалистом районе.

1-й полк при поддержке 2-го батальона 2-го полка должен был захватить Гераклион (Ираклион). Этот город, расположенный почти в центре северного побережья острова, с юга и запада окружен горами высотой до 2400 м. Чтобы избежать столкновения со скалами, транспортные Ю-52 должны были идти на довольно большой высоте и не могли сильно снизиться для выброски десанта. В результате многие парашютисты были уничтожены британскими пулеметчиками еще в воздухе.

«Белые вспышки внезапно возникали теперь тут и там, далеко и близко — повсюду. Они приближались с подветренной стороны прямо к аэродрому. Когда подошли последние „Юнкерсы“, в красно-голубом небе замелькало еще больше парашютистов. Теперь все небо было неравномерно испещрено пятнами. Парашюты были белые, красные, полосатые. Одни опускались быстрей, другие медленней. Вокруг раздавался непрерывный треск пулеметов, трассирующие пули неслись к парашютистам непрерывным потоком. Когда парашютисты приблизились к земле, пулеметы снизили прицел и над всем аэродромом нависла сплошная завеса перекрестного огня.

Скорчившись, чтобы не попасть под пули пулеметов „BREN“, они смотрели, как опускается последний слой парашютистов, как некоторые парашюты загораются и огонь охватывает их и как человеческая фигура, камнем упав на землю, мгновенно превращается в комок черной грязи».

Д. Олдридж. «Дело чести».

Словом, в первый день штурма Крита у немцев все шло не так, как планировалось. В разбившемся планере в результате ошибки пилота погиб командир 7-й десантной дивизии генерал-лейтенант Зусманн, генерал-майор Майндль был тяжело ранен, некоторые батальоны и роты остались без командиров. Благодаря активным действиям немецких десантников при выброске первой волны (десанта) зенитным огнем было сбито только 7 транспортных самолетов, но потери в планерах были очень большими. Связь с командованием в Греции отсутствовала, а между тем и там складывались серьезные проблемы с организацией второй волны десанта. Время, отведенное планом для заправки и загрузки вернувшихся транспортных самолетов, было слишком мало. Ю-52, машины с почти тридцатиметровым размахом крыльев, заправлялись вручную из канистр. Страшная жара и пыль еще больше затруднили работу. Чтобы разгрузить базовые аэродромы, подготовленные самолеты отправились сразу же, поодиночке. В результате егеря-парашютисты второй волны десанта выбрасывались малыми группами и не могли обеспечить себе надежных опорных пунктов в местах высадки.

Проблемы у второго эшелона парашютистов начались еще до вылета с материка на Крит — время, выделенное на заправку возвращающихся на свои аэродромы «Юнкерсов-52», оказалось слишком коротким. По этой причине горючее в баки транспортников пришлось накачивать вручную, прямо из цистерн. Все это происходило при изматывающей жаре, к тому же постоянное движение больших масс самолетов, собранных на плохо подготовленных аэродромах, поднимало огромные тучи пыли, висевшие в воздухе и затруднявшие все действия наземных технических команд. В результате вместо того, чтобы действовать в крупных соединениях, транспортные самолеты были вынуждены подниматься в воздухе по готовности, мелкими группами. Их путь лежал в направлении Гераклиона и Ретимнона.

2-й парашютный полк вылетел к Ретимнону около 13 часов 30 минут (за исключением его 2-го батальона, который направлялся к Гераклиону). Две роты батальона десантировались в нужном месте, где были скованы сильным огнем стрелкового оружия. Третья рота, выброшенная с промедлением, неожиданно оказалась в пяти милях от места боя, над скалистой горной грядой (множество солдат и офицеров при приземлении получили различные травмы). Несмотря на эти помехи, подразделения десантников сумели собраться вместе и захватили покрытый зарослями винограда холм, господствующий над полосой аэродрома Ретимнон. Поскольку штурм английских укреплений на этом участке ввиду явного неравенства сил не представлялся возможным, парашютисты окопались и стали ожидать прибытия подкреплений.

1-й полк, усиленный подразделениями 2-го батальона 2-го парашютного полка, направился к острову позже всех. Его целью был третий критский аэродром — Гераклион. Район базы прикрывался большим количеством средств ПВО, из-за чего пилотам «Юнкерсов» пришлось производить выброску парашютистов с большей высоты, чем обычно. Люди Брауера, долго висевшие под куполами парашютов, понесли по этой причине большие потери от пулеметного огня еще в воздухе. Дополнительным фактором, осложняющим положение высаженной группы, стал тот факт, что высадка проводилась со значительным опозданием, когда бомбардировщики и истребители, задачей которых было прикрытие с воздуха, ввиду недостатка горючего уже легли на обратный курс. Это позволило англичанам подготовиться к отражению атаки. Две роты, высадившиеся на западной окраине аэродрома, были истреблены до последнего человека — в живых остались только пятеро десантников, прыгнувших в море и спасшихся вплавь. Все остальные части были рассеяны и лишь после наступления темноты сумели собрать свои поредевшие ряды в кулак. Оценив обстановку, Брауер сразу же отказался от намерения атаковать аэродром в первый день операции, посвятив остаток дня и ночь сбору своих уцелевших людей.

К вечеру дела 7 тыс. оставшихся в живых парашютистов были почти безнадежны. Не было захвачено ни одного из намеченных объектов. Господствующие высоты оставались в руках противника. Было создано всего несколько опорных пунктов.

Десант спасла пассивность британского командования в ночь с 20 на 21 мая. Предпринятые отдельными подразделениями британцев локальные контратаки прошли успешно. Под покровом темноты местные жители самостоятельно начали охоту за отбившимися егерями. Из 580 солдат и офицеров 3-го батальона Штурмового полка партизанами было уничтожено 135. Если бы в эту ночь генерал Фрейберг организовал согласованные контратаки своих частей, Крит был бы очищен от десантников. Для этого были все условия: превосходящая численность обороняющихся, связь между их частями и подразделениями, наличие артиллерии и транспорта. Но ничего сделано не было.

В течение всей ночи немецкие десантники упорно держались на занятых ими позициях. Несколько Ю-52, пытаясь приземлиться, упали вблизи Малеме, и благодаря этим отчаянным попыткам немцам удалось подобрать боеприпасы, пополнив почти иссякший боезапас.

На следующий день, утром 21 мая, 1-й батальон Штурмового полка успешно атаковал высоту 107 и захватил два зенитных орудия. «Бофорсы» были тут же пущены в дело немцами, благо, что оружие было знакомым — эти шведские 40-мм пушки состояли на вооружении и британской, и германской армий. Захватить взлетно-посадочную полосу с ходу немцам тем не менее не удалось, самолеты, груженные боеприпасами, пытались садиться прямо на морское побережье, терпя при этом аварии. Удачно приземлился только один «Юнкерс», пилотируемый унтер-офицером Грюнертом, с которого приняли груз гранат и патронов, отправив обратным рейсом на материк группу раненых, в том числе истекавшего кровью генерала Майндля. Самолет, сопровождаемый яростным огнем противника, немедленно взлетел, взяв курс на Пелопоннес. К удивлению немцев, англичане во время суеты вокруг «Юнкерса» даже не попытались улучить момент и атаковать, оставшись безучастными наблюдателями. Битва за аэродром продолжалась.

К исходу первых суток операции генерал ВВС Штудент в своей штаб-квартире, расположенной в номере фешенебельного афинского отеля, получил сообщения о тяжелейших потерях, бедственном положении высаженных частей (к этому времени подразделения парашютистов сумели кое-как закрепиться только в районе Малеме и на подступах к Кании) и гибели генерала Зусмана, который должен был непосредственно руководить операцией. Штудент осознал реальную угрозу полного провала операции. Генерал решительно отверг предложение прекратить вторжение на Крит, оставив, таким образом, на произвол судьбы несколько тысяч отборных солдат, окопавшихся вокруг английских аэродромов. После краткого совещания, ввиду отсутствия парашютных резервов, он принял решение о досрочной отправке посадочным способом на Малеме, где все еще продолжались ожесточенные бои третьего эшелона десанта — горных стрелков. Приказ был отдан, невзирая на реальное положение вещей: самолетам первой волны предстояло приземляться на фактически находящийся в руках врага небольшой горный аэродром.

В два часа пополудни 21 мая после очередной ожесточенной бомбежки английских позиций в Малеме были стремительно высажены две оставшиеся парашютные роты Штурмового десантного полка. С их помощью защитники аэродромных укреплений после ожесточенной схватки были окончательно вытеснены за пределы летного поля, хотя взлетно-посадочная полоса продолжала обстреливаться ими практически из всех видов оружия. Вскоре после этих событий десантировался последний резерв ВДВ — 550 человек под командованием полковника Бернхарда Рамке. Отряд шел в авангарде первой волны горных стрелков дивизии Рингеля. 100 гсп первым погрузился в самолеты (в 15.00) и вскоре первые группы неуклюжих Ю-52 под радостный рев ведущих бой по периметру аэродрома Малеме парашютистов появились из-за горизонта и пошли на посадку. Однако торжество быстро сменилось трагедией.

После посадки первых же самолетов на них немедленно обрушился сильнейший огонь. Находившиеся в их «чреве» горные егеря еще не успевали выскочить наружу, как оказывались в центре адского костра, из которого немногим удавалось вырваться. Получив множество попаданий еще в воздухе, многие «Юнкерсы», объятые пламенем, камнем падали на посадочную полосу, другие разбивались, выскочив за край летного поля. Машинам, садившимся после них, приходилось выполнять сложные маневры, чтобы избежать столкновения с нагроможденными корпусами перевернувшихся самолетов и обломками, засыпавшими весь аэродром. Положение осложнялось тем, что маленький аэродром Малеме изначально не был приспособлен для принятия столь большого количества тяжелых машин. Теперь же на нем творился настоящий хаос. С помощью захваченных английских тягачей и автомашин десантники пытались оттащить пылающие останки Ю-52 к его краю. По свидетельству очевидцев, в течение считаных минут аэродром Малеме превратился в кладбище самолетов…

Как ни была тяжела участь горных стрелков, отправленных на Крит по воздуху, судьба 3-го батальона 100-го горного полка и 2-го батальона 85-го горного полка оказалась гораздо более печальной. Часть сил десанта все же была отправлена морем с о. Милос на небольших судах, реквизированных у греков, в составе сформированных в Пире и на Эвбее так называемых 1-го и 2-го легких корабельных отрядов — сборища тихоходных траулеров, моторных яхт, парусных катеров и каботажных судов. Суда вышли в море в ночь на 21 мая — на верную гибель. Два горнопехотных батальона с тяжелой техникой должны были высадиться с них в районе мыса Спата для оказания поддержки немецким частям у Кании и Малеме. 22 мая конвой, прикрываемый всего лишь двумя старыми итальянскими эсминцами («Лупо» и «Сагиттарио») был перехвачен кораблями английского флота в 20 милях от Кании и разгромлен. Вмешательство пикировщиков 8-го авиакорпуса предотвратило его полное уничтожение, но суда рассеялись, и большая часть их была потоплена. Из двух полнокровных батальонов в живых остались один офицер и 51 солдат. Однако к этому времени немецкая авиация вовсю заявила о себе — уходившие с места побоища британские корабли были атакованы «Юнкерсами-87». Результатом боя стало потопление следующим утром двух легких крейсеров и эсминца, а также серьезные повреждения, нанесенные двум линкорам и еще двум крейсерам.

В Малеме, заваленном трупами, обломками разбитых самолетов, продолжался бой. В языках пламени, в дыму и пыли часто было невозможно отличить друга от врага. Подкрепленный горными стрелками Штурмовой полк перешел в наступление и закрепился на окраинах городка и аэродрома. Около полудня 21 мая десантники начали продвигаться в направлении Кании, но англичане сопротивлялись ожесточенно, и парашютистам удалось ворваться в город лишь 27 мая. С взятием неприятельских позиций на высоте 107 обстрел летного поля практически прекратился. Ворота на Крит были открыты. Генерал Рингель взял на себя общее руководство основной тактической группой.

Прибытие горных стрелков решило исход битвы — вскоре после этого немцы захватили расположенную юго-восточнее к Кании бухту Суда, которую использовали для приема транспортных гидропланов. Части 7-й десантной и 5-й горнопехотной дивизий начали стремительное продвижение в глубь острова, отбивая постоянные контратаки англичан. Генерал Рингель, оценив положение в районе критской столицы как удовлетворительное, приказал свежим частям горных егерей двигаться ускоренным маршем в сторону Ретимнона, где их помощь была крайне необходима.

Под Ретимноном егеря 2-го полка рано утром 21 мая были отброшены атакой австралийской пехоты на полтора километра с занятых накануне позиций. Егеря смогли закрепиться в здании фабрики посреди оливковых рощ, и в последующие четыре дня два батальона сдерживали натиск почти 7000 британцев, поддерживаемых артиллерией. В ночь с 25 на 26 мая 250 парашютистов под покровом темноты попытались отойти в направлении Гераклиона (Ираклиона), но были остановлены уже в нескольких километрах к востоку. Австралийцы тем временем заняли оставленное здание фабрики, и когда остатки отряда парашютистов согласно приказу командования, отданному по радио, попытались вернуться на свою прежнюю позицию, они были встречены огнем. Во время этих событий в плен к англичанам попал командир 2-го парашютного полка полковник Альфред Штурм.

Бои под Ретимноном продолжались до 30 мая. В этот день на помощь уцелевшим парашютистам из Кании подошли силы 85-го горнопехотного полка. 1200 австралийцев были взяты в плен среди развалин фабрики по производству масла.

Чтобы показать взаимосвязь серии локальных побед на различных участках и успешности для немцев всей кампании на Крите, вернемся на несколько дней назад, на аэродром Гераклион. Там 1-й парашютный полк Брауера в течение ночи с 20 на 21 мая успешно закончил сосредоточение, а к утру начал продвигаться к своей цели. К сожалению, полковник не знал о том, что ему противостоит восьмитысячная группировка англичан и греков, в избытке оснащенная артиллерией. Наступление быстро захлебнулось. На следующий день немцы получили британский ультиматум о капитуляции, а вскоре после этого — радиограмму из Афин с приказом прекратить наступление на Гераклион, закрепиться на захваченных позициях и не допустить оттока союзных резервов в западном направлении, к Ретимнону. Прежде чем части Брауера перешли к обороне, им пришлось уничтожить позиции английской артиллерии на высоте 491. После наступления темноты отряд из состава 3-го батальона под командованием майора Шульца скрытно подобрался к склонам холма и неожиданно атаковал противника. Британские артиллеристы были захвачены врасплох и быстро сдались.

24 мая Брауер значительно упрочил свое положение, получив подкрепления — один батальон, обращенный в расположение его частей с парашютами. Утром 1-й полк перешел в наступление, успешно атаковав господствующую над взлетно-посадочной полосой Гераклиона высоту 296. Все приготовления к атаке на аэродром были завершены, когда 27 мая в тылу противника появились авангарды 5-го горнопехотного полка. К этому времени англичане были уже настолько деморализованы, что поспешно отступили к югу, оставив на летном поле только маленький заслон с приказом защищаться до последнего. Фактически это ознаменовало конец сражения за Крит. В тот же день генерал Фрейберг отдал приказ о начале эвакуации британских войск в Египет.

Английская авиация в этой операции не оказала серьезного сопротивления. Летчики получили приказ заботиться не о сопротивлении, а о переброске уцелевших самолетов в Египет, что и было сделано 19 мая 1941 года.

Как уже говорилось, в ночь на 22 мая германское командование начало отправку войск на остров Крит морским путем. Два каравана в составе 50 моторных баркасов и в сопровождении торпедных катеров и итальянских эсминцев перевозили с острова Милос 7 тысяч немецких солдат и офицеров. Караваны должны были пройти расстояние в 120 км. Еще раз уточним их судьбу.

Один караван в составе 24 моторных баркасов английская эскадра перехватила к северу от Кании, и он стал легкой добычей трех английских крейсеров («Аякс», «Орион», «Дидо») и четырех эсминцев. Большая часть судов (14 моторных баркасов) пошла ко дну вместе со своим грузом. 800 человек из состава их команд погибли. Из 2300 солдат спаслось лишь полторы тысячи.

Второй караван был перехвачен английскими кораблями вблизи Гераклиона, но подоспевшая германская авиация потопила легкие крейсера «Глостер» и «Фиджи». Караван достиг цели. 25 мая немецкие сухопутные части высадились на остров. На Крит были переброшены даже танки 5-й роты 31-го танкового полка 5-й танковой дивизии вермахта (впоследствии эта рота была переименована в 1-ю роту Критского танкового батальона. — Примеч. авт.).

Успешные действия парашютно-десантных войск на острове Крит были обеспечены тем, что германская авиация установила блокаду острова с воздуха. В результате господства немецкой авиации в воздухе остров не получал никакой помощи извне.

Начав эвакуацию, британцы продолжали обороняться. Шли ожесточенные бои. Так, 27 мая батальон подполковника Уокера из 6-й австралийской пехотной дивизии под Суда-Бей, спасая от разгрома новозеландский пехотный батальон «Маори», ринулся на немцев в штыковую атаку. Ошарашенные нацисты отступили. Однако в целом удача склонялась в сторону Германии.

27 мая горно-егерские войска захватили порт Кания. На другой день подвижная группа войск вермахта в составе мотоциклетно-стрелкового батальона, горноразведывательного батальона, нескольких батарей и нескольких танков деблокировала окруженных немецких парашютистов в районах Ретимнона и Гераклиона.

23 мая ввиду тяжелых потерь от постоянных атак с воздуха самолетов 8-го авиакорпуса Рихтгофена (всего англичане потеряли в боях за Крит три легких крейсера, шесть эсминцев и 29 других судов, 17 кораблей были тяжело повреждены, погибли две тысячи моряков) британский флот прекратил патрулирование вокруг острова и ушел в Александрию, так и не сумев оказать существенную помощь своим сухопутным войскам. Противник быстро воспользовался этим — 28 мая на восточной оконечности острова, в районе населенного пункта Сития с моря успешно высадились главные силы морского десанта — шеститысячный отряд итальянских войск, прибывший с расположенного неподалеку острова Карпатос (архипелаг Додеканес, принадлежавший тогда Италии). Адмирал Каннигхэм потерпел такое же тяжелое поражение, что и генерал Фрейберг.

Британцы начали эвакуацию своих войск с южного побережья острова Крит в районе Сфакии (с причалов портов Сфакия, Мирта, Иеро-Петра и Кали-Лиминес). Первые погрузки на суда они произвели в ночь с 28 на 29 мая. Английская эскадра в составе трех крейсеров и шести эсминцев эвакуировала с Гераклиона 14 900 человек. Эсминцы «Декой» и «Хиро» приняли на борт греческого короля со свитой и переправили его в Александрию. Вместе с английской эскадрой ушли в Александрию греческие военные корабли: тяжелый крейсер, шесть эсминцев и несколько подводных лодок.

На обратном пути, в 100 км от Александрии, британские корабли подверглись нападению немецкой авиации. Английские самолеты, выделенные для прикрытия кораблей, не смогли найти в море свою эскадру, несмотря на сравнительно небольшие границы района ее возможного местонахождения. В результате английская эскадра потеряла четыре корабля, в том числе крейсер «Калькутта».

20 мая - Битва за Крит

Битва за Крит, 20 мая 1941

«Битва за Крит» - под таким названием вошла в историю крупнейшая воздушно-десантная операция, предпринятая фашистской Германией против Крита 20 мая 1941 года и которая закончилась двенадцать дней спустя, 1 июня, оккупацией острова. Эта битва стала одним из самых важных сражений Второй мировой войны, приведшим к множеству нововведений на стратегическом уровне.

Решение атаковать Крит было принято Гитлером 25 апреля 1941 года. Операция под кодовым названием «Меркурий» («Unternehmen Merkur») должна была обеспечить стратегический контроль над Средиземноморьем в преддверии нападения на Советский Союз (План Барбаросса) и продолжении Северо-Африканской кампании.

Накануне операции на Крите, союзники имели тактическое преимущество на суше и на море, в то время как немцы имели преимущество в воздухе. Таким образом, немецкий штаб решил вести свою операцию с воздуха силами парашютистов. Главой немецких войск стал 51-летний генерал Курт Штудент, лётчик-ветеран Первой мировой войны. Он располагал 1190 самолетами и 29 000 солдатами (десантники и пехотинцы), ещё 3 000 солдат были представлены итальянской стороной.

Крит защищали греческие солдаты, остающиеся на острове, и силы Британского содружества (британцы, австралийцы и новозеландцы), которые были переброшены из оккупированной Греции. Общее командование было возложено на 52-летнего новозеландца Бернарда Фрейберга, также ветерана Первой мировой войны. В общей сложности, число защитников острова составило около 40000 человек. Защитникам, особенно грекам, не хватало оружия, а имеющееся оружие зачастую было устаревшим.

Битва за Крит, худ. Гоналакис

Нападение Германии началось в 8 часов утра 20 мая 1941 года высадкой парашютистов на двух фронтах: в аэродроме Малеме и в районе Ханьи. Первый десант стал легкой добычей новозеландских и греческих защитников Малеме. В боях принимало участие также большое количество мирных жителей, имеющих в своём распоряжении от ножей до оружия, сохранившегося со времён… критской революции.

Участие тысяч мирных жителей стало неприятным сюрпризом, который не был учтён немецкими стратегами кампании. Они считали, что критяне, известные своими анти-монархическими настроениями, приняли бы немцев, как освободителей. Другим просчетом немецкой контрразведки под командованием адмирала Вильгельма фон Канарис стало неправильное определение числа воинов на Крите, которое оценивалось всего в 5 000 человек.

Во второй половине дня 20-го мая новый десант парашютистов высадился в Ретимно и, спустя ещё один час, в Ираклионе. Теперь бои велись на четырех фронтах: Ханья, Малеме, Ретимно и Ираклион. Первый день битвы за Крит закончился большими потерями для немцев и неопределенным исходом. Командующий немецкими войсками, генерал Курт Штудент, разочарованный исходом, даже подумывал о самоубийстве, размышляя об обещании лёгкой победы, данном фюреру. В тот же вечер греческий король Георг II и находящееся в изгнании греческое правительство, пребывавшие в районе Ханьи, с большими трудностями были переправлены в Египет.

Утром 21 мая боевые действия продолжались с большой интенсивностью на всех четырех фронтах. Немцы сосредоточились на захвате приоритетного для них аэродрома Малеме, что им удалось к концу дня, несмотря на тяжелые потери. Среди немецких десантников, занявших Малеме, находился известный спортсмен, бывший чемпион мира по боксу в супертяжелом весе 36-летний Макс Шмелинг, капрал.

Битва за Крит

Захват аэропорта был стратегически важным для последующего развития операции. Немцы стали переправлять из оккупированной материковой Греции на Крит крупные силы и современное оружие, после чего захват острова стал вопросом времени. 28 мая немцы отбили союзные войска на юг. После этого Лондон решил снять силы Содружества с Крита и транспортировать их в Египет. Большая часть греческих воинов и 500 британцев ушли в неприступные горы Крита, откуда продолжили партизанскую войну. 1 июня британцы официально объявили о сдаче острова.

Потери союзников составили 3500 погибших, 1900 раненых и 17 500 захваченных в плен. Немцы, в соответствии с их собственным данным, понесли следующие потери: 3986 погибших и пропавших без вести, 2594 раненых и 370 самолетов. В то же время, по оценкам союзников, немецкие потери превысили 16 тысяч человек.

Битва за Крит была названа «кладбищем немецких парашютистов» из-за понесённых ими больших потерь, что вынудило Гитлера запретить подобные воздушные операции в будущем. Со своей стороны, союзники были впечатлены большим потенциалом десантников в бою и создали свои собственные парашютные силы.

А также почитайте:

к 75-летию захвата немцами Крита — ЖЖ

Операция «Меркурий»

Так называлась разработанная немцами операция по захвату Крита преимущественно силами самых передовых по тому времени воздушно-десантных войск. Высадка немецких парашютистов на остров началась 20 мая 1941 года и все сражения за Крит уложились в 11 дней — с 20 по 31 мая. Они закончились победой фашистов: остаткам греческих войск и помогавшим им англичанам пришлось эвакуироваться в Египет. Германия получила контроль над коммуникациями восточного Средиземноморья и удерживала отдельные районы Крита до самой капитуляции в мае 1945 года. Но за победу пришлось заплатить дорого: немецкие десантники понесли такой урон, что впоследствии этот род войск уже не проводил крупных воздушно-десантных операций до конца войны.

byrnas
Летом 1941 года, в ходе нападения фашисткой Германии на СССР многие военные специалисты обратили внимание, что германское командование практически исключило широкое применение своих воздушно-десантных войск на Восточном фронте. Да, воздушные десанты немцами применялись, но только в составе не больших подразделений и в ближних тылах Красной Армии. В чем причины такой осторожности германцев?

Причиной, оказывается, был личный приказ фюрера, запрещавший использование германских воздушно-десантных войск в специальных масштабных десантных операциях, данный приказ состоялся по итогам операции по захвату о. Крит, проведенный силами германских ВВС и ВДВ в мае 1941 года.

Сгоревший немецкий парашютист. Рядом стоит английский солдат с трофейным пистолетом Р.08 «Люгер». Операция «Меркурий» (высадка немецких войск на Крите), из блога byrnas, 1941 год

Для чего вообще немцам понадобилось захватывать этот остров, находящийся в восточном Средиземноморье, да еще буквально накануне начала большой и серьезной войны против Советского Союза? Многие исследователи полагают, что немцы серьезно опасались того, что, используя Крит как базу и своего рода непотопляемый авианосец, союзники начнут бомбардировки румынских нефтяных месторождений, имевших для Германии важнейшее стратегическое значение, так как без румынской нефти было практически не возможно вести войну против СССР. Так что захват Крита был залогом успешного безостановочного продвижения германских танков на будущем Восточном фронте.

Из различных данных известно, что к началу операции гарнизон Крита насчитывал около 40 тыс. греческих и британских солдат, цифра кажется на первый взгляд внушительной, однако из них 25 тыс. солдат были практически без тяжелых вооружений и имели крайне ограниченное количество боеприпасов. Главными силами, которые составляли основу противодесантной обороны Крита, являлись британскими, это две пехотные дивизии не полного состава и одна пехотная бригада, которые имели на вооружении даже легкие танки.

Слабыми сторонами в обороне острова было также отсутствие транспорта, в связи, с чем невозможно было быстро перебрасывать войска с одного угрожаемого направления на другое, обороняющиеся также не имели на вооружении достаточного количества артиллерии и боеприпасов к ней. На вооружении ПВО, чтобы прикрыть хотя бы наиболее важные объекты и то, зенитных орудий было не более половины от необходимого количества. По всей видимости, английское командование рассчитывали в основном на свои военно-морские силы, так как их боевые корабли почти полностью контролировали все прибрежные воды Крита. Все это как им казалось, делало остров практически неприступным для традиционного на то время морского десанта, однако немцы ударили там, где их ожидали меньше всего, удали с воздуха.

Германцы для вторжения на Крит создали специальную авиационно-десантную группировку, в состав которой входили: 11-й авиационный корпус, который привлекался для осуществления непосредственно высадки на остров и 8-й авиационный корпус, который должен был прикрыть все действия десанта на земле. Немецкие авиационные корпуса в общей сложности насчитывали 430 бомбардировщиков и 180 истребителей, более 500 транспортных самолетов и 80 планеров. Немцы имели полное господство в воздухе. Командование всей операцией осуществляло ведомство Геринга-Люфтваффе, германские ВДВ в то время входили в состав ВВС, также как и ПВО как у них говорили, все что летало, подчинялось борову-Герингу. .. Всего в состав десанта, включая части, которые предполагалось доставить морем, входило около 23 000 человек.

Несмотря на подавляющее преимущество в воздухе, штурм Крита являлся по прежнему очень рискованным и авантюрным мероприятием, так как Люфтваффе намеревались захватить остров, расположенный почти в 100 милях от материковой части Греции, фактически без участия военно-морских сил, то есть при помощи только одних самолетов и десантников. Получалось, что численность сил вторжения была почти вдвое ниже, чем защитников острова. Немцы торопились и как показали дальнейшие события эта спешка при подготовке к столь серьезной операции чуть не привела их лучшие войска к настоящей трагедии и полному краху... На Крите десантирование происходило практически на позиции противника, немецкие десантники после приземления гибли десятками, а то и сотнями, так как оказывались перед врагом практически безоружными, греки и англичане их просто безнаказанно расстреливали, не давая добраться до контейнеров с личным оружием...

Иногда окружающее наблюдали страшные картины, это когда подбитые германские самолеты разламывались на части прямо в воздухе, парашютисты высыпались из них словно картошка из мешка и гибли, не имея возможности раскрыть парашют с помощью вытяжного кольца. Конструкция тогдашнего немецкого парашюта не позволяла каким-либо образом изменить траекторию полета, так что в парашютном деле, как показал Крит, немцы были явно в отстающих. Многие потери десантников можно было бы избежать, имея на вооружении более совершенную посадочную технику...

Лишь 25 мая, на шестой день сражения, наступил перелом в битве в пользу германцев. Генерал Штудент вылетел из Афин в Малеме, вместе со своим штабом, где на месте лично возглавил свои войска. А вскоре, 27 мая, британцы поняли, что проиграли. Их командованием был отдан приказ о начале эвакуации в Египет и уже вечером 28 мая началась эвакуация в Египет измотанных и деморализованных английских войск... Победа немцам досталась очень дорогой ценой, успех в боях за Крит ими был достигнут прежде всего благодаря всесторонней личной подготовке немецких десантников и горных стрелков, их умению вести бой в любых условиях местности и в любой обстановке. Да, германскому командованию удалось довести операцию «Меркурий» до её логического завершения, Крит в итоге был завоеван. Однако победа оказалась по настоящему «пирровой» — за две недели боев их десантные части потеряли только убитыми и пропавшими без вести около 4 тысяч человек, почти 3400 человек было ранено. Потери военно-транспортной авиации также катастрофические, из 500 военно-транспортных самолетов, принимавших участие в операции, в строю осталось только 185 единиц, после Крита германцы остались практически без своей транспортной авиации.

После окончания операции «Меркурий», генерал Штудент был вызван на «ковер» к фюреру, Гитлер, узнав о потерях, был в ярости, из громадного кабинета рейсхканцелярии доносились крики и упреки в адрес Штудента, в результате Гитлер запретил впредь проводить крупномасштабные десантные операции с участием ВДВ.

Возможно немцы были правы, что поступили таким образом, так как в дальнейшем опыт Второй Мировой войны в целом показал, что крупномасштабные операции воздушно-десантных войск слишком затратные и рискованные мероприятия, как например операции ВДВ проведенные Красной Армией в 1943 г. на Днепре и нашими союзниками в 1944 г. в Голландии, которые к большим успехам не привели, а вот потери в людях и технике были довольно значительными.

Читать подробнее в блоге автора

Пиррова победа

Впрочем, многие немецкие генералы и после Крита настаивали на проведении новых десантных операций в Средиземноморье, например — для захвата ещё одного стратегически важного острова Мальта, ключевого пункта англичан на маршруте из Гибралтара в Александрию. Но Гитлер был непреклонен и его упорное нежелание брать Мальту впоследствии расценивалось участниками событий и историками как крупный стратегический просчет. Это означает, что несмотря на тактической поражение в ходе боёв за Крит стратегически англичане одержали победу, удержав свои позиции в Средиземноморье и предотвратив обширный прорыв немцев на Ближний Восток до самой Индии, что могло бы изменить весь ход войны непредсказуемым образом. Сами же критяне от схватки «британского льва» с «германским орлом» на их земле только пострадали. Четырёхлетняя оккупация далась им тяжело, её жертвами пали более 8 тысяч жителей острова.

humus
Расстрел в Кондомари — казнь мужского населения села Кондомари, остров Крит, произведённая немецкими парашютистами 2 июня 1941 года во время Второй мировой войны. Расстрел был первым в своем роде в оккупированной Европе и положил начало серии расстрелов по всему Криту. Приказ о расстрелах дал генерал-полковник Курт Штудент, в отместку за участие критян в боях, которые закончились двумя днями ранее захватом острова немцами.

Согласно приказу Штудента, жители Кондомари были обвинены в убийстве немецких парашютистов, тела которых были найдены возле села. 2 июня 1941 года парашютисты 3-го батальона, под командованием оберлейтенанта Хорста Требса окружили Кондомари. Требс, бывший член гитлерюгенда, был единственным офицером батальона, вышедшим из сражения за Крит без ранения. Мужчины, женщины и дети были собраны на площади села, где из числа мужчин были выбраны заложники, а женщины и дети были отпущены. Заложники были отведены в оливковую рощу и хладнокровно расстреляны.

Жители села Кондомари накануне расстрела, из блога humus, 1941 год

Информация о числе расстрелянных разнится: согласно немецким данным были расстреляны 23 мужчины (в возрасте от 18 до 50 лет), по другим данным число расстрелянных достигает 60 человек. Вся операция была заснята для вермахта в целях пропаганды военным фотокорреспондентом Францем-Петером Вейкслером.

После капитуляции Германии Штудент был взят в плен англичанами. В мае 1947 года он предстал перед военным трибуналом, чтобы ответить на обвинения в плохом обращении и убийстве военнопленных, произведённых его частями на Крите. Греческое требование о выдаче Штудента было отклонено. Штудент был признан виновным в 3-х из 8-и обвинений и заключён в тюрьму на 5 лет. Однако, по состоянию здоровья он был выпущен на свободу в 1948 году. Штудент никогда не был судим за преступления против гражданского населения.

Читать подробнее в блоге автора

Критская операция - Вики

Сражение за Крит
Основной конфликт: Вторая мировая война
Высадка немецких парашютистов на Крит. Дым якобы подбитого «Junkers 52» добавлен на фотографию британцами в пропагандистских целях
Дата 20 — 31 мая 1941
Место Остров Крит, Греция
Итог Победа Германии. Поставленные цели в ходе операции были выполнены.

15 000
11 000
7100
6700
Всего: 40 000

22 000—35 000 пехотинцев
280 бомбардировщиков
150 пикирующих бомбардировщиков
180 истребителей
500 транспортных самолётов
80 планеров
2700

3990 погибших
2750 раненых
17 090 пленных
(в том числе 5255 пленных греков)

Официально:
3627 погибших и пропавших без вести
2594 раненых

 Медиафайлы на Викискладе

Сражение на Крите (нем. Luftlandeschlacht um Kreta; греч. Μάχη της Κρήτης), в немецких планах — операция «Меркурий» (нем. Unternehmen Merkur) — стратегическая десантная операция Германии в ходе Второй мировой войны. Сражение за Крит происходило с 20 по 31 мая 1941 года. Операция имела целью уничтожение британского гарнизона на острове Крит для установления стратегического контроля над Средиземноморским бассейном. Является прямым продолжением греческой кампании итало-германских вооружённых сил, нацеленной на вытеснение Великобритании из Средиземного моря. Окончилась оккупацией Крита, Германия получила контроль над коммуникациями восточного Средиземноморья.

Операция «Меркурий» вошла в историю как первая крупная операция воздушно-десантных войск. Несмотря на тяжёлые потери, немецкие десантники смогли выполнить поставленные перед ними задачи и обеспечить высадку основных сил немецких войск. Успехи немецких воздушно-десантных частей заставили высшее руководство остальных стран-участниц войны (в частности, Великобритании) пересмотреть своё отношение к этому роду войск.

Обстановка перед операцией

Крит по отношению к материковой Греции

Войска союзников оккупировали Крит в ходе итальянского вторжения в Грецию 28 октября 1940 года. Несмотря на то, что итальянское наступление было отражено, последующее вмешательство в конфликт гитлеровской Германии (Операция «Марита») заставило союзное командование вывести свои войска численностью 57 тыс. человек с континентальной части Греции. Часть этих войск была направлена на Крит для усиления его 14-тысячного гарнизона.

Крит являлся важной морской и авиационной базой союзников. К началу операции его защищали около 40 тыс. солдат. Военно-морской флот Великобритании полностью контролировал прибрежные воды. Всё это делало остров практически неприступным для традиционного в то время морского десанта. Силы союзников на Крите создавали постоянную угрозу странам Оси, в частности — нефтяным промыслам Плоешти, поэтому вторжение на остров было лишь вопросом времени.

Силы союзников

30 апреля 1941 года генерал-майор новозеландской армии Бернард Фрейберг был назначен командующим силами союзников на Крите.

Численность греческих войск составляла около 9 тыс. чел. В их состав входили эвакуированные с материка 12-я и 20-я дивизии, 3 батальона 5-й (Критской) дивизии, батальон критской жандармерии, гарнизон Ираклиона (численностью до батальона) и прочие разрозненные части. Помимо этого, на острове также находились сводные части курсантов военной академии и эвакуированные с материка учебные полки греческой армии, укомплектованные новобранцами.

Британские войска на Крите состояли из гарнизона острова (14 тыс. чел.) и эвакуированных из Греции частей британской армии, насчитывающих до 15 тыс. чел. В эвакуированных войсках отсутствовала значительная часть тяжёлого вооружения, оставленного при отступлении. Зачастую эти подразделения также были оторваны от своего командования. Ядро этих войск составляли 2-я новозеландская дивизия (всего 6700 человек), 19-я австралийская бригада (всего 7100 человек) и 14-я британская пехотная бригада.

Портал «Вторая мировая война»

Силы Германии

План генерала Штудента подразумевал захват аэродромов силами парашютистов 7-й парашютной дивизии с последующей переброской на захваченные аэродромы войск 22-й аэромобильной дивизии. Датой начала операции первоначально было назначено 16 мая. Впоследствии она была перенесена на 20 мая, а 22-я аэромобильная дивизия была заменена 5-й горнострелковой дивизией. Кроме этого, в резерве находилась 6-я горнострелковая дивизия, дислоцированная в районе Афин.

Общая численность 7-й парашютной и 5-й горнострелковой дивизий составляла 22 750 человек. 750 человек должны были быть доставлены планерами, 10 000 выброшены с парашютами, 5000 высажены транспортными самолётами и 7000 доставлены морем. Воздушную поддержку осуществлял 8-й воздушный корпус люфтваффе в составе 280 горизонтальных бомбардировщиков, 150 пикирующих бомбардировщиков и 150 истребителей.

Расстояние от Крита до немецких воздушных баз, созданных на материке и островах, колебалось от 120 до 240 км и не превышало радиуса действия немецких самолётов. Расстояние до английских воздушных баз в Египте, на Мальте и в Мерса-Матрух составляло соответственно 700, 1000 и 500 км.

Разведка

Британская разведка и проект «Ультра»

Британское командование было осведомлено о готовящемся вторжении благодаря немецким переговорам, расшифрованным в рамках проекта «Ультра». Генерал Фрейберг был информирован о планах высадки и предпринял ряд мер по укреплению обороны вокруг аэродромов и на северном побережье острова. Однако на подготовке обороны серьёзно сказалось практически полное отсутствие современного вооружения и недооценка высшим командованием союзников угрозы штурма. Не последнюю роль сыграли и неточности расшифровки немецких сообщений. В частности, в большинстве расшифровок немецких радиограмм под словом «десант» подразумевался в первую очередь морской десант, а не воздушный. Верховное командование союзников также отклонило предложение Фрейберга разрушить аэродромы, чтобы не допустить подвоза подкреплений в случае их захвата немецкими парашютистами.

Германская разведка

Руководитель германской военной разведки (абвера) Канарис первоначально доложил о наличии на Крите только 5 тыс. британских солдат и отсутствии греческих войск. Остаётся неясным, был ли Канарис, обладавший развитой сетью разведывательных источников в Греции, неверно информирован или намеревался таким образом саботировать планы высадки. Канарис также предсказывал, что гражданское население встретит немцев как освободителей вследствие сильных республиканских и антимонархических настроений в обществе. Как показали дальнейшие события, Канарис серьёзно недооценил патриотический настрой части населения Крита.

Разведка 12-й армии нарисовала менее оптимистичную картину, однако она также значительно приуменьшила численность гарнизона и эвакуированных с материка войск. Командующий 12-й армией генерал Лёр был уверен, что для успешного захвата острова будет достаточно двух дивизий, однако оставил 6-ю горную дивизию в резерве в Афинах. Впоследствии эта предосторожность себя полностью оправдала.

Вооружение

Германия

Основным вооружением немецкого десантника был карабин Маузер 98k. Около четверти высаженных парашютистов вместо карабина были вооружены пистолет-пулемётом MP-38 или МР-40. Каждое отделение имело в своем распоряжении ручной пулемёт MG-34. Недостаток более тяжёлого вооружения немецкие технические и военные специалисты попытались компенсировать новинкой — 75-мм безоткатным орудием 7,5 cm Leichtgeschütz 40. При весе в 130 кг оно было в 10 раз легче немецкого 75-мм полевого орудия при всего на треть меньшей дальности стрельбы.

Оружие и боеприпасы сбрасывались в контейнерах. Немцы использовали парашюты разных цветов, чтобы обозначить контейнеры с различными грузами: личным оружием, тяжёлым оружием, боеприпасами. Безоткатные орудия LG 40 сбрасывались на специальных связках из 3 парашютов.

В отличие от парашютистов большинства других стран, немецкие парашютисты прыгали без карабинов и пулемётов (десантники, вооружённые MP-38/40, покидали самолёт с оружием, так как компактность позволяла крепить его под подвесной системой парашюта), которые сбрасывалось отдельно — в контейнерах. Конструкция немецкого армейского парашюта была очень надёжна, но не позволяла управлять направлением полёта, и десантники нередко приземлялись вдали от своего вооружения. В эти моменты они могли рассчитывать только на личное оружие — пистолеты и ручные гранаты, которыми набивали объёмные карманы десантных комбинезонов. В результате многие немецкие парашютисты были убиты именно при попытках добраться до контейнеров с оружием.

Великобритания

Английские войска использовали винтовки «Ли-Энфилд», ручные пулемёты «Брен» и станковые пулемёты «Виккерс». Силы союзников на Крите не обладали достаточной мобильностью для переброски войск, необходимой для быстрой реакции на атаки парашютистов, пока те не успели организовать оборону.

Союзники имели около 85 орудий различных калибров, часть из которых была трофейными итальянскими орудиями без боеприпасов.

ПВО состояло из одной лёгкой зенитной батареи 20-мм пушек, силы которой были поделены между двумя аэродромами. Орудия были тщательно замаскированы в близлежащих оливковых рощах, части из них было приказано не открывать огонь во время первоначальных воздушных атак немецких истребителей и штурмовиков, чтобы сохранить их в резерве.

Танковые силы союзников состояли из 9 пехотных танков «Matilda IIА» дивизиона «B» 7-го Королевского Танкового полка и 16 лёгких танков «Mark VIB» дивизиона «С» 4-го Гусарского полка Его Величества. Так же, как у большинства британских танков того времени, 40-мм пушки Матильды имели в своём боекомплекте по большей части бронебойные снаряды, неэффективные против пехоты.

Танки имели ряд технических проблем. Их двигатели были изношены и не могли быть восстановлены с помощью ресурсов, имевшихся на Крите. Из-за этого большая часть танков использовалась в качестве ДОТов в стратегических точках обороны. Многие из британских танков были потеряны не в бою, а на марше из-за тяжёлых условий эксплуатации в горной местности.

Греция

Греческие войска преимущественно были вооружены 6,5-мм горными карабинами Манлихер-Шенауер и 8-мм винтовками Штайр-Манлихер М1895, полученными в качестве репараций после окончания Первой мировой войны. Около тысячи греков имели старинные французские винтовки Гра образца 1874 года. Большая и лучшая часть тяжёлого вооружения была ранее передана на континент, в распоряжении же греческого гарнизона Крита осталось двенадцать устаревших французских пулемётов Сент-Этьен М1907 и около сорока лёгких пулемётов различных производителей. Большой проблемой являлась нехватка боеприпасов — в некоторых частях было всего по 30 патронов на солдата. Из-за несоответствия калибров вооружения греки не могли использовать британские боеприпасы. Поэтому греки были дислоцированы в восточном секторе, где не ожидалось значительных сил немцев.

Высадка

Силы передового базирования составили 750 человек. Целью передового отряда стал аэродром Малеме, который мог принимать «Юнкерсы» с главным десантом.

Силы вторжения были разделены на три группы с различными задачами:

  • Группа «Марс»: Центральная группа (командующий генерал Зюсманн), — захват Ханьи, Галатасаи и Ретимнона.
  • Группа «Комета»: Западная группа (командующий генерал-майор Ойген Мейндель), — захват аэродрома Малеме и подходов к нему.
  • Группа «Орион»: Восточная группа (сначала под командованием полковника Бруно Брауера, позже командование должен был принять генерал Рингель), состоящая из одного парашютного полка и одного горно-пехотного полка, — захват города Ираклиона и его аэродрома.

Захват Крита

Главным пунктом атаки оказался аэродром Малеме. В день высадки, 20 мая, германским парашютистам не удалось полностью захватить посадочную площадку. Однако в 5 часов утра 21 мая новозеландские пехотинцы, австралийские солдаты взвода техобслуживания и взвод зенитчиков, которые держали оборону на этом участке, предприняли атаку при поддержке двух танков. Немцы атаку отбили и контратакой отбросили войска Британской коалиции. Генерал Фрейберг экономил силы, так как ждал основные силы немцев, которые, по его данным, должны были высадиться с моря, и, таким образом, упустил шанс на победу. Утром 21 мая немцы получили подкрепление и очистили окрестности Малеме, после чего появилась возможность сажать на аэродроме тяжёлые транспортные самолёты. 23 мая британцы безуспешно атаковали аэродром. 24 мая они были вынуждены оставить подходы к аэродрому и отойти на укреплённые позиции к востоку от Малеме. По сути, это и предопределило ход сражения — уже 21 мая на аэродроме стали приземляться части 5 немецкой горно-стрелковой дивизии и артиллерия. Получив возможность высаживать пехоту, используя воздушный мост, нанеся авиацией серьёзные потери британскому флоту и наземным силам, немцы достаточно быстро захватили остров. 1 июня, на следующий день после окончания эвакуации, британцы официально объявили о сдаче острова.

Потери

Британская армия потеряла бóльшую часть дислоцированных на острове военнослужащих. Греческая армия после операции практически перестала существовать.

  • Британский ВМФ потерял в битве за Крит (исключительно от действий авиации): три крейсера, шесть эсминцев, 10 вспомогательных судов и более 10 транспортов и торговых судов. Также были повреждены три линкора, авианосец, шесть крейсеров, 7 эсминцев. Погибли около 2 тыс. человек. Потери союзного греческого флота не уточнены.
  • Британские ВВС потеряли 46 самолётов.
  • Люфтваффе потеряло 147 самолётов сбитыми и 73 в результате аварий (в основном транспортные).

Уроки кампании

Серьёзные потери, которые понесла Германия в ходе операции, показали, что масштабное воздушное вторжение в район локального хорошо укреплённого оборонительного района хотя и может быть успешным, сопряжено со значительными потерями наиболее хорошо подготовленных воинских подразделений. Причина заключалась в невозможности обеспечения десантной операции артиллерийской и полноценной воздушной поддержкой в условиях высадки на неподготовленные плацдармы. Германские парашютисты были вынуждены действовать в условиях отрыва от централизованного командования и соседних подразделений против подготовленной обороны, которая была снабжена артиллерией и бронетехникой. С другой стороны, при традиционной высадке с моря потери могли быть ещё более высокими. Особо проявилось чёткое взаимодействие родов войск вермахта, в частности — поддержка авиацией наземных сил.

Битва за Крит в культуре

Литература и ссылки

Примечания

Критская операция. Самое успешное применение воздушного десанта! (фоторассказ)

Сражение на Крите (в немецких планах — операция «Меркурий») — стратегическая

десантная операция Германии в ходе Второй мировой войны. Сражение за Крит

происходило с 20 по 31 мая 1941 года.


Немецкие парашютисты у транспортного самолета Юнкерс Ю.52 (Ju.52) перед началом операции «Меркурий» (немецкая десантная операция по захвату Крита).

Операция имела целью уничтожение британского гарнизона на острове Крит для установления стратегического контроля над Средиземноморским бассейном. Является прямым продолжением греческой кампании итало-германских вооружённых сил, нацеленной на вытеснение Великобритании из Средиземного моря.
Окончилась оккупацией Крита, Германия получила контроль над коммуникациями восточного Средиземноморья.


Немецкие транспортные самолеты Юнкерс Ю.52 (Ju.52) буксируют планеры DFS 230 во время первого дня проведения операции «Меркурий» (немецкая десантная операция по захвату Крита). На фотографии запечатлен полет Западной десантной группы (кодовое наименование «Комета»). Ее целью был захват аэродрома Малеме и подходов к нему.

Вторая волна немецких парашютистов группы «Марс» из состава 7-й воздушно-десантной дивизии десантируется восточнее города Ретимнон во время операции «Меркурий» (немецкая десантная операция по захвату Крита). В задачу группы «Марс» (Центральная группа) под командованием генерала Зюсманна входил захват городов Ханья и Ретимнон.

Операция «Меркурий» вошла в историю как первая крупная операция воздушно-десантных войск. Несмотря на тяжёлые потери, немецкие десантники смогли выполнить поставленные перед ними задачи и обеспечить высадку основных сил немецких войск.


Немецкие транспортные самолеты Юнкерс Ю.52 (Ju.52) производят выброску десанта на Крит.


Пилоты 7-й эскадрильи 2-й учебной эскадры люфтваффе (7.(F)/LG 2) совещаются после вылета во время операции «Меркурий». Снимок сделан на греческом аэродроме после возвращения 7.(F)/LG 2 из вылета на прикрытие десанта на Крит.

Пилот немецкого истребителя Мессершмитт Bf.110C-5 из 7-й эскадрильи 2-й учебной эскадры (7.(F)/LG 2)  после бевого вылета. Снимок сделан на греческом аэродроме после возвращения 7.(F)/LG 2 из вылета на прикрытие десанта на Крит.

Успехи немецких воздушно-десантных частей заставили высшее руководство остальных стран-участниц войны (в частности, Великобритании) пересмотреть своё отношение к этому роду войск.


Группа немецких парашютистов идет по улице греческой деревни на Крите.

Основным вооружением немецкого десантника был карабин Маузер 98k. Около четверти высаженных парашютистов вместо карабина были вооружены пистолет-пулемётом MP-38 или МР-40. Каждое отделение имело в своем распоряжении ручной пулемёт MG-34. Недостаток более тяжёлого вооружения немецкие технические и военные специалисты попытались компенсировать новинкой — 75-мм безоткатным орудием LG 40. При весе в 130 кг оно было в 10 раз легче немецкого 75-мм полевого орудия при всего на треть меньшей дальности стрельбы.


Оружие и боеприпасы сбрасывались в контейнерах. Немцы использовали парашюты разных цветов, чтобы обозначить контейнеры с различными грузами: личным оружием, тяжёлым оружием, боеприпасами. Безоткатные орудия LG 40 сбрасывались на специальных связках из 3 парашютов.


Группа немецких парашютистов  на Крите. Позируют перед объективом.


Немецкие парашютисты и пролетающие над ними транспортные самолеты Юнкерс Ю-52 в районе высоты №107 на Крите. Высота №107 в районе аэродрома Малеме была одной из важнейших опорных точек союзников, за которую шли ожесточенные бои. 21 мая высота была захвачена немцами.

В отличие от парашютистов большинства других стран, немецкие парашютисты прыгали без карабинов и пулемётов (десантники, вооружённые MP-38/40, покидали самолёт с оружием, так как компактность позволяла крепить его под подвесной системой парашюта), которые сбрасывалось отдельно — в контейнерах.



Трое немецких парашютистов вынимают оружие из контейнера после высадки на Крите.



Немецкие парашютисты несут контейнеры (Fallschirmjäger Abwurfbehälter) со снаряжением по дороге на Крите.

Для удобства транспортировки по земле, данные контейнеры были снабжены специальными колесами и ручками (частично видны на фото).

Конструкция немецкого армейского парашюта была очень надёжна, но не позволяла управлять направлением полёта, и десантники нередко приземлялись вдали от своего вооружения.
В эти моменты они могли рассчитывать только на личное оружие — пистолеты и ручные гранаты, которыми набивали объёмные карманы десантных комбинезонов. Многие парашютисты были убиты именно при попытках добраться до контейнеров с оружием.


Могилы немецких парашютистов на Крите.


Итальянские морские пехотинцы у 8-мм пулемета Breda M37 после высадке в Ситии на Крите.


Командир боевой группы «Орион» (FJR-1 и II./FJR-2 из состава 7. Fliegerdivision) оберст парашютных войск люфтваффе Бруно Бройер (Bruno Oswald Bräuer, 1893—1947, слева) во время боев на Крите.


Немецкие парашютисты конвоируют британских пленных по улице города на Крите.

Немецкие парашютисты обыскивают пленных британских солдат на Крите.

Немецкие парашютисты проходят мимо убитых на Крите британских солдат.

Колонна британских пленных под конвоем немецких парашютистов на Крите.

Парашютист 3-го батальона 7-й немецкой дивизии у тел расстрелянных жителей деревни Кондомари на Крите.

Немецкие парашютисты на отдыхе в оливковой роще на Крите.

Немецкие парашютисты в трофейном британском автомобиле Morris-Commercial CS8 на Крите.

Немецкие парашютисты на мотоцикле у разбитого немецкого военно-транспортного самолета Юнкерс Ю-52 (Ju-52, бортов номер 1Z+BA) на аэродроме Малеме (Malemes) острова Крит.

Снимок с воздуха аэродрома Малеме на Крите, захваченного немецкими войсками в ходе операции «Меркурий». Фотография сделана с немецкого транспортного самолета Юнкерс Ю-52 (Ju.52). На земле видны разбитые и целые немецкие транспортники Ю-52 и пикирующие бомбардировщики Ю-87 (Ju.87).

Немецкие десантники ведут бой в городе Ханья (Χανιά, Chania) на острове Крит.

Немецкие парашютисты на отдыхе в перерыве между боями на Крите.

Немецкие парашютисты в бою с частями союзников на Крите.

Захваченный немецкими войсками британский военный палаточный лагерь в районе города Ханья на Крите

Пленные британские солдаты под конвоем немецких парашютистов на Крите.

Немецкий грузовик проезжает мимо колонны британских военнопленных на Крите.

Немецкие солдаты в трофейных британских грузовиках на Крите.

Командир 5-й немецкой горнострелковой дивизии генерал-майор Юлиус Рингель (Julius Ringel) награждает железными крестами солдат и офицеров из числа своих подчиненных, отличившихся во время операции по захвату Крита.

Вид на бомбежку кораблей у побережья Крита.

Британский ВМФ потерял в битве за Крит (исключительно от действий авиации): три крейсера, шесть эсминцев, 10 вспомогательных судов и более 10 транспортов и торговых судов. Также были повреждены три линкора, авианосец, шесть крейсеров, 7 эсминцев.

Потери союзного греческого флота не уточнены.


Британские ВВС потеряли 46 самолётов.


Люфтваффе потеряло 147 самолётов сбитыми и 73 в результате аварий (в основном транспортные).


Британская армия потеряла большую часть дислоцированных на острове военнослужащих

 Греческая армия после операции практически перестала существовать.

После окончания операции «Меркурий», генерал Штудент был вызван на «ковер» к фюреру, Гитлер, узнав о потерях, был в ярости, из громадного кабинета рейсхканцелярии доносились крики и упреки в адрес Штудента, в результате Гитлер запретил впредь проводить крупномасштабные десантные операции с участием ВДВ, возможно немцы были правы, что поступили таким образом, так как в дальнейшем опыт Второй Мировой войны в целом показал, что крупномасштабные операции воздушно-десантных войск слишком затратные и рискованные мероприятия, как, например, операции ВДВ, проведенные Красной Армией в 1943г. на Днепре и нашими союзниками в 1944г. в Голландии, которые к большим успехам не привели, а вот потери в людях и технике были довольно значительными.

Десант на Крит (операция «Меркурий»)

К списку статей

Десант на Крит (операция «Меркурий»)

 

 

Взгляд со стороны союзников

(текст взят из книги Д. Ричардс, X. Сондерс. Военно-воздушные силы  Великобритании во второй мировой войне 1939-1945 гг. Сокращенный перевод с английского.-М.: Военное изд. министерства обороны СССР—1963, расположенной по адресу http://eroplan.boom.ru/bibl/raf_wwII/pt1/raf1_7-2.htm)

 

 

20 мая немецкие воздушнодесантные войска высадились на острове Крит. План операции был подготовлен командующим немецкими воздушнодесантными войсками генералом Штудентом. 15 апреля он доложил о своем плане Герингу. На детальную разработку и осуществление плана операции потребовалось немногим более одного месяца. Нападение немцев на Крит могло явиться неожиданностью для защитников острова. Однако это было не так. Еще 26 апреля английской разведке было известно о намерении противника высадить на остров воздушный десант, а к 6 мая в руках англичан находилось большинство немецких приказов, касающихся проведения этой операции; была также известна приблизительная дата высадки немецких войск. Ни об одной из предшествующих операций противника мы не были так хорошо осведомлены, как об этой. К несчастью, это большое преимущество не могло компенсировать те затруднения, которые мы испытывали в сложившейся обстановке.

С ноября 1940 года английские войска несли гарнизонную службу в различных частях Крита. Однако вплоть до апреля 1941 года на острове не было ни одной постоянно базирующейся эскадрильи английских ВВС. В течение этого периода проводились работы по укреплению обороноспособности острова: строились аэродромы, устанавливались радиолокационные станции, создавались запасы горючего, бомб и боеприпасов. К сожалению, эти работы продвигались очень медленно.

К началу апреля на Крите были готовы к использованию только два аэродрома: Малеме и Гераклион — и посадочная площадка Ретимнон, которые находились на северном побережье острова. К этому времени Крит приобрел важное стратегическое значение: британские вооруженные силы находились в Греции, и Крит стал не только заправочным пунктом, но и основной базой английского военно-морского флота. В связи с тем что фронт союзных войск в Македонии рушился под ударами немцев, пребывание английских войск на Крите приобретало совершенно иной смысл. Вместо того чтобы отражать, как первоначально предполагалось, налеты противника на якорную стоянку флота, английские войска теперь должны были оборонять от намечавшегося вторжения немцев весь остров, длина которого составляет около 300 километров.

17 апреля командующим военно-воздушными силами Крита был назначен полковник Бимиш. Перед ним в первую очередь стояла задача обеспечить прием и размещение 30-й и 203-й эскадрилий, вооруженных самолетами «Бленхейм», которые перебрасывались на Крит из Египта, и истребителей, прибывавших из Греции. Последние должны были обеспечить прикрытие войск, эвакуировавшихся из Греции. С этой задачей Бимиш успешно справился.

В период с 1 по 20 мая из Египта на Крит было отправлено около 27 000 тонн различных грузов, однако в результате активных действий немецкой авиации большинство наших транспортов не сумело дойти до Крита и возвратилось в Египет. На Крит была доставлена только одна десятая часть этих грузов.

Теперь после завершения эвакуации английских войск из Греции гарнизон Крита насчитывал 28500 человек, усталых и плохо вооруженных. Для авиационной поддержки мы имели только остатки трех потрепанных в боях в Греции эскадрилий (33, 80 и 112-й) и одну эскадрилью морской авиации. К середине мая общая численность самолетного парка этих эскадрилий составляла 24 самолета, из них только 12 были исправными. 30-я и 203-я эскадрильи были к тому времени передислоцированы обратно в Египет. Немцы же имели для проведения операции около 15000 отлично подготовленных солдат и офицеров воздушнодесантных войск. Кроме того, 7000 человек должны были высадиться с кораблей.

В численном и тактическом отношении защитники Крита были сильнее своего противника. Но это преимущество отступало на задний план по сравнению с безраздельным господством, которого могли добиться немцы в воздухе. Противник имел в своем распоряжении 8-й авиационный корпус для прикрытия сил вторжения и 11-й авиационный корпус для осуществления вторжения. Немецкие авиационные корпуса в общей сложности насчитывали не менее 650 боевых самолетов (в том числе 430 бомбардировщиков и 180 истребителей), 700 транспортных самолетов и 80 планеров.

На Крите, как уже упоминалось, имелись всего два аэродрома и одна посадочная площадка, на которых можно было разместить не более пяти эскадрилий истребителей «Харрикейн». В начале мая такого количества истребителей не было в составе ВВС Среднего Востока. Даже в том случае если бы мы освободили две или три эскадрильи от выполнения других задач – что практически было невозможно, так как Мальта подвергалась непрерывным налетам вражеской авиации, а войска Роммеля стояли на границе Египта,— эти эскадрильи не смогли бы противостоять подавляющим силам противника. Переброска же на Крит дополнительного количества эскадрилий в условиях такого неравного соотношения сил привела бы, по мнению Теддера, который теперь занимал пост Лонгмора, убывшего в Лондон, лишь к дополнительным потерям и утрате Египта. Поэтому Теддер принял решение оставить на Крите имевшиеся там 12 истребителей, чтобы противник не мог осуществлять беспрепятственные налеты на остров. Выделять же для этой цели большее количестве самолетов он не хотел, так как они могли быть уничтожены на аэродромах. Решение Теддера было полностью одобрено Лондоном.

До середины мая самолеты 8-го авиационного корпуса, на который была возложена задача проведения подготовительных действий, связанных с захватом Крита, совершали налеты на наши корабли, находившиеся в бухте Суда и на подступах к острову. И хотя наши истребители «Гладиатор» и «Харрикейн» вылетали на перехват самолетов противника и неплохо справлялись с этой задачей, английский военно-морской флот все же понес тяжелые потери. 14 мая немецкая авиация переключила свои действия на аэродромы острова. Самолеты наносили удары с таким расчетом, чтобы, уничтожив наземное оборудование и подавив зенитную артиллерию, прикрывавшую аэродромы, оставить невредимым летные поля, которые немцы намеревались использовать в связи с предстоящей высадкой воздушного десанта. К исходу 18 мая у нас осталось только 7 боеспособных истребителей. По предложению полковника Бимиша, одобренному Теддером, эти самолеты 19 мая перелетели в Египет.

Подавив сопротивление английской истребительной авиации, утром 20 мая немцы начали высадку воздушного десанта на острове Крит. Общий замысел операции был весьма прост. Немецкие воздушнодесантные войска должны были высадиться в районах: аэродром Малеме, Кания, бухта Суда, Ретимнон и Гераклион. Они имели задачу захватить расположенные в этих районах аэродромы и участки побережья, затем, наступая вдоль побережья, все группы должны были соединиться и захватить весь прибрежный район. После этого на этот плацдарм высаживались подкрепления, перебрасываемые на самолетах и кораблях, в том числе отряд итальянских войск с Додеканесских островов. Собрав достаточное количество сил на прибрежном плацдарме, противник рассчитывал перейти отсюда в наступление и захватить весь остров. План захвата аэродрома Малеме состоял в следующем: утром в течение часа немецкая авиация производит интенсивную бомбардировку огневых позиций зенитной артиллерии, прикрывающей аэродром, затем высаживаются планерно-десантные войска и занимают позиции в непосредственной близости от аэродрома. После этого производится выброска парашютистов. Объединенными усилиями планерно-десантных войск и парашютистов захватывается аэродром, на котором должны немедленно приземлиться транспортные самолеты с войсками. Одновременно с этим выбрасывается воздушный десант в районе Кании. В Гераклионе и Ретимноне первый эшелон воздушного десанта, состоявший исключительно из парашютистов, должен был высадиться в полдень.

Фактически большая часть намеченного плана немцев потерпела неудачу. Атаки парашютистов, сброшенных в районах Гераклиона и Ретимнона, были отбиты. Немецким войскам, высадившимся на планерах в районе Кании, пришлось вести тяжелые бои. Транспорты, на которых перебрасывался морской десант, были потоплены или отогнаны английскими кораблями. Однако немцы прекрасно использовали то положение, которое создалось в районе Малеме, где и была решена судьба сражения за Крит. Немцы высадили с самолетов десантные войска на побережье и в высохшем русле реки Тавонитис как раз в то время, когда их самолеты совершали налет на позиции английских войск и последние не смогли оказать им сопротивления. К наступлению ночи 20 мая немцы овладели аэродромом Малеме. Утром 21 мая на аэродроме приземлились несколько отрядов парашютистов. Начиная с полудня на аэродром стали непрерывно прибывать транспортные самолеты «Юнкерс-52» с войсками. Все контратаки наших войск, проводившиеся в течение двух следующих дней с целью восстановления положения на Крите, успеха не имели. К 27 мая немцы перебросили на Крит от 20 до 30 тысяч человек. Наши гарнизоны в Гераклионе и Ретимноне оказались полностью окруженными войсками противника. Непрерывные налеты немецкой авиации в сочетании с сильным натиском наземных войск сломили волю защитников острова к дальнейшему сопротивлению.

На протяжении этой тяжелой недели английская авиация прилагала все усилия, чтобы повернуть ход сражения в свою пользу. Несмотря на темные ночи, бомбардировщики «Веллингтон», базировавшиеся в зоне Суэцкого канала, производили налеты на немецкие аэродромы в Греции и на Додеканесских островах и сбрасывали снабжение осажденным гарнизонам Гераклиона и Ретимнона. Английские эскадрильи, базировавшиеся в Ливийской пустыне, на вооружении которых находились самолеты «Бленхейм», «Мэриленд» и «Бофайтер», производили налеты на войска противника в районе Малеме. Теперь английское командование приняло решение, противоположное тому, которое было принято перед нападением немцев на Крит,— попытаться использовать для защиты Крита истребительную авиацию, базирующуюся на самом острове. В районе Гераклиона подготовили посадочную площадку, на которую из Египта были переброшены 12 истребителей «Харрикейн». При этом два самолета были сбиты огнем своей корабельной артиллерии и четыре получили повреждения при посадке на разрушенную взлетно-посадочную полосу или выведены из строя во время налета немецкой авиации. Несмотря на то что значительное количество немецких самолетов было уничтожено во время налетов нашей авиации на аэродром Малеме, Теддер был не в состоянии изменить ход сражения в воздухе. Немецкая авиация ежедневно совершала на Крит несколько сот самолето-вылетов; английская же авиация производила в среднем менее 20 самолето-вылетов в день.

К счастью, эвакуация английских войск с острова проходила более или менее благополучно, за исключением частей, находившихся в Ретимноне, которые были полностью окружены, уничтожены или взяты в плен. Эвакуация производилась в ночное время. Немецкая авиация еще раз показала свою неспособность помешать эвакуации наших войск.

Из 28000 английских войск, находившихся на Крите, было эвакуировано около 14500 человек. Потери английской авиации за период с 17 мая до конца кампании составили 38 самолетов, потери немецкой авиации — 220 самолетов, в том числе 119 транспортных; кроме того, 148 самолетов противника были повреждены. Потери английского военно-морского флота были очень большими: потоплены три крейсера и шесть эскадренных миноносцев; получили повреждения один линейный корабль, один авианосец, одно вспомогательное судно, шесть крейсеров и восемь эскадренных миноносцев. Такой ценой заплатил Средиземноморский флот Великобритании за срыв операции противника по высадке морского десанта и за спасение своей армии.

Потеря Крита, вслед за потерей Киренаики и Греции, вызвала в военных кругах резкую критику в адрес наших военно-воздушных сил *. Такая критика в целом была справедливой. В Каире многие ответственные лица, включая английского посла в Египте и лорда Маунтбэттена, обвиняли Теддера в недостаточной поддержке с воздуха английской армии и флота.

Захват Балканского полуострова и острова Крит войсками Германии и Италии значительно укрепил их положение и создал прямую угрозу английским морским коммуникациям на Средиземном море. Вместе с этим гитлеровское командование обеспечило правое крыло Восточного фронта для нападения на СССР.

 

 

Взгляд со стороны немцев

(перевод с англоязычного сайта Feldgrau.com)

 

Высадка парашютистов (20 мая 1941 г.)

 

Ранним утром 20 мая волны пикирующих бомбардировщиков и низколетящих истребителей подвергли Малем, Канэ и бухту Суда тяжелейшей бомбардировке, атакуя с бреющего полета даже укомплектованные обученными регулярными войсками защитные сооружения. Большая часть зениток была выведена из строя и защитники были вынуждены укрыться в бомбоубежищах. На подступах к аэродромам, на которые должны были высаживаться десантники, были сброшены бомбы, чтобы вывести из строя телефонные линии.

В 8.00 первые планеры, несущие по 12 человек каждый, приземлились на аэродроме и на пляжах возле Канэ. Приблизительно в это же время на остров высадилось около 2000 парашютистов несколькими волнами с 15-минутными интервалами.  Два из трех парашютов в каждой волне несли контейнеры с оружием и снаряжением. В Малеме парашютные войска прыгали под сильным обстрелом противника из стрелкового оружия. Многие десантники были убиты во время прыжка или сразу после приземления, т.к. под плотным огнем солдаты не могли добраться до контейнеров с оружием, и были вооружены только пистолетом, 4 гранатами и большим ножом.  Один батальон штурмового полка приземлился среди оливковых деревьев и виноградников возле Малема и попал под убийственный огонь пулеметов и тяжелого оружия. Было очень много убитых и раненых и в здании фермы медицинским взводом был развернут пункт оказания первой медицинской помощи, который очень быстро оказался перегружен потоком тяжело раненых десантников. Все планеры были уничтожены противником, т.к. не были прикрыты дымовой завесой во время высадки. Командир 7-й парашютной дивизии генерал-лейтенант Вильгельм Сусманн был убит в бою, а командир десантников, высаживающихся в Малеме, генерал-майор Евгений Мейндль, был тяжело ранен сразу после высадки. Малемская и Канская группы остались без командиров.

Успех Малемской операции зависел от быстроты захвата аэродрома, на который могли сесть планеры с подкреплениями. Для достижения этого необходимо было выбить британские войска с высоты 107, которая возвышалась над аэродромом и прилегающей местностью. Остатки высадившихся в первых волнах десантников одновременно атаковали высоту и аэродром в 15.00. Несмотря на мощное сопротивление и огонь из уцелевших английских зенитных пушек, размещенных поблизости от аэродрома, атакующие захватили северную и северо-западную части аэродрома и поднялись на северный склон высоты 107. Два немецких транспортных самолета вечером попыталось приземлиться, но они им не удалось это проделать из-за сильного пулеметного огня.

Канская группа, которая должна была захватить деревню Суда и город Кания и уничтожить английский штаб, расположенный в этом месте, приземлилась в скалистой местности и многие парашютисты получили травмы при приземлении. Немногие приземлившиеся благополучно собрали оружие и снаряжение и установили контакт со своими товарищами. Здесь немецким парашютистам противостояли новозеландцы, укрывшиеся за оливковыми деревьями, обеспечивающими отличную маскировку снайперам и пулеметным точкам. Отрезанные от своих десантники медленно продвигались навстречу хорошо укрепленному противнику.  

В это время, немецкое командование в Греции решило, что операция идет по плану, т.к. все транспортные самолеты, за исключением семи, успешно вернулись на свои базы. В соответствии с этим предположением (ошибочным, как это выяснилось через несколько часов) транспортники должны быть готовы к полуденной высадке в Гераклионе и Ретимо. Из-за задержки с заправкой эти самолеты выбросили десант несколько позже намеченного времени и высадившиеся оказались без поддержки истребителей и бомбардировщиков. Одна группа парашютистов высадилась между 15.30 и 16.00. Двигаясь под очень сильным огнем британцев, десантники понесли еще большие потери, чем в Малеме, и не смогли выполнить своих задач. Некоторые группы высадились в неправильных навигационных точках из-за ошибок пилотов транспортных самолетов. Приземлившись, немцы обнаружили, что находятся в практически безнадежной ситуации. Средства связи были утеряны в ходе высадки и они не могли установить контакт с другими группами.

Благодаря воздушной разведке и радиосвязи была прояснена обстановка на западе острова Крит – месте высадки первых десантников. К вечеру 20 мая немцами так и не было захвачено ни одного аэродрома, пригодного для безопасной высадки подкреплений. Самые обнадеживающие донесения поступили из Малема, где защитники оставили высоту 107 и оборонительный периметр вокруг аэродрома, который, однако, все еще обстреливался британской артиллерией. К тому же уничтоженные самолеты и планеры загромождали взлетно-посадочные полосы. 20 мая после захвата парашютистами аэродрома на остров должны были приземлиться части 5-й горнострелковой дивизии, но из-за отсутствия пригодного аэродрома им пришлось высаживаться только на следующий день. Канэ остался в руках противника, а изолированные группы десантников, приземлявшиеся в четырех навигационных  точках, не могли даже соединиться друг с другом. Хотя атакующие так и не смогли прорвать сильную оборону и не выполнили намеченные цели, ярость и мощь штурма ошеломила защитников острова.
 
Высадка с моря (20-22 мая)

 

В ночь с 20 на 21 мая британские легкие морские силы прорвали немецкую воздушную блокаду и стали искать немецкие транспорты в Эгейском море к северу от Крита. Адмирал Шустер из-за этой опасности решил отозвать на Милос первый конвой, вышедший к Криту под эскортом итальянского эсминца. На рассвете 21 мая немецкие самолеты обнаружили корабли англичан и подвергли их бомбардировке, потопив один эсминец и повредив два крейсера. К 9.00 воды к северу от Крита были очищены от вражеских кораблей и конвой продолжил движение в направлении Малема.  В течение всего дня немецкие пикирующие бомбардировщики, базирующиеся в Скарпанто и итальянские самолеты, взлетающие с острова Родос, постоянно атаковали британские корабли, двигающиеся на перехват конвоя. Немецкие войска на Крите испытывали жестокую нехватку артиллерии, противотанковых пушек и боеприпасов, но конвой не успел прибыть до темноты из-за плохой погоды. Ночью авиация не могла оказывать свою поддержку. Когда конвой проходил мимо мыса Спаза в 23.00, двигаясь в бухту Суда, произошла неожиданная встреча с кораблями английской морской оперативной группы. Было быстро выведено из строя итальянское эскортное судно и потоплена большая часть высадочных средств. Многие германские солдаты, которые в основном были горнострелками, утонули. Второй конвой, вышедший из Милоса, было решено отозвать к Пиросу, дабы избежать той же участи. В итоге так и не было доставлено морским путем нужных подкреплений и боеприпасов, когда решалась судьба высадившихся на острове.

Утром 22 мая восьмой  авиакорпус начал решительное наступление против британского флота, который, понеся тяжелые потери, был вынужден уйти из Эгейского моря. Битва между Люфтваффе и британским флотом закончилась победой немецкой авиации.
 
21 мая – 1 июня

 

Утром 21 мая несколько самолетов, которые смогли совершить рискованную посадку на пляжах возле Малема, доставили необходимое оружие и аммуницию десантникам в этом районе. Огонь английской артиллерии по-прежнему делал невозможной посадку непосредственно на аэродром. Было решено выбросить еще один парашютный десант возле артиллерийских позиций.

Полковник Бернард Рамке собрал оставшиеся после первого дня 550 парашютистов и сформировал из них резервный батальон. Его задачей было нанести удар по позициям англичан к западу от аэродрома. В это время на аэродроме должны были приземлиться транспортные самолеты с горными егерями, которые с ходу вступили бы в бой. Около полудня 4 роты парашютистов прыгнуло с небольших высот в виноградники возле Малема. Две из них приземлились прямо среди английских позиций и были полностью уничтожены. Две другие присоединились к штурмующим войскам, которые к 17.00 выбили пехоту противника из города Малема и холмов вокруг аэродрома. Высадка эффективно прикрывалась бомбардировочной авиацией, непрерывно атакующей оборону англичан. В этом бою пикирующие бомбардировщики не смогли подавить английскую артиллерию, которая была хорошо замаскирована и соблюдала приказ не открывать огонь пока в зоне видимости есть немецкие самолеты.

Транспортные самолеты с подразделениями 5-й горнострелковой дивизии начали приземляться на малемский аэродром с 16.00, когда ВПП еще находились под артиллерийским и пулеметным огнем. Низколетящие бомбардировщики и штурмовики свели огонь противника к минимуму и высадка прошла без особых потерь. Для расчистки аэродрома от останков сбитых и поврежденных самолетов был использован трофейный английский танк.

После прибытия подкреплений и снаряжения судьба Крита была предрешена. Постепенно на острове сосредоточилась вся 5-я горнострелковая дивизия. Были доставлены гаубицы и противотанковые пушки, которых так не хватало в начальной фазе вторжения.

22 мая генерал-майор Юлий Рингель, командир 5-й горнострелковой дивизии, принял командование над всеми немецкими силами вокруг малемского аэродрома. Его первыми задачами было установить контакт с войсками в Канэ и очистить от противника западную часть острова. Для этого его горные егеря использовали тактику, успешно применявшуюся ими в Греции на горе Олимп и в Термопилах. Карабкаясь со стороны, ранее считавшейся неприступной, горные егеря атаковали противника во фланг или с тыла, где была минимальная оборона. У них не было вьючных животных, и все тяжелое оружие приходилось нести на себе. В борьбе за Крит они строго придерживались девиза «Лучше пролить пот, чем кровь!». В своем тяжелом снаряжении они испытывали лишения днем, когда температура доходила до 130 градусов по Фаренгейту и ночью, когда на высоте 7000 футов (2134 м) было так холодно, что невозможно было заснуть.

На пятый день горные стрелки вышли во фланг британским позициям на востоке от Малема и на следующий день захватили Канэ, главный город Крита. Англичане оказали сильное сопротивление и не проявили желания к сдаче в плен. Они очень хорошо использовали преимущества местности и задерживали немецкое наступление огнем снайперов и станковых пулеметов. Их позиции были защищены проволочными заграждениями и минными полями. Вооруженные группы жителей Крита свирепо дрались в горах, используя хитрость и обман и совершая акты жестокости, калеча и уродуя мертвых и раненых немецких солдат.    

В эти дни дала сбой отлаженная система координации действий авиации и наземных частей. В 13.10 26 мая самолеты «Дорнье» подвергли сильной бомбардировке подразделения 85-го горнострелкового полка, несмотря на то, что последние выложили флаги со свастикой и стреляли белыми сигнальными ракетами. Бомбардировка продолжилась и в 14.00 и оказала очень негативный эффект на боевой дух наземных частей.

Пока в западной части Крита велись ожесточенные бои, немецкая воздушная разведка обнаружила, что некоторые английские самолеты 23 мая  перебазировались на аэродром в Гераклионе и что к восточной части острова морем движутся подкрепления. Было решено подбросить подкрепление немецким войскам возле Гераклиона в виде еще одного парашютного десанта. Пока аэродром находился под угрозой захвата наземными войсками можно было предотвратить возвращение на Крит британской авиации. В Малеме было сформировано четыре группы парашютистов, которые высадились к западу от Гераклиона. Сразу после приземления 28 мая парашютисты соединились с ранее высаженными и предприняли дружную атаку против англичан, уничтожая очаги сопротивления при поддержке пикирующих бомбардировщиков. Ночью войска перегруппировались и рано утром немецкий командующий в Гераклионе отдал приказ захватить город и аэродром. Днем войска были уже на британских позициях. Оказывается, этой ночью гарнизон Гераклиона был эвакуирован английскими судами.

К этому времени английское сопротивление повсеместно закончилось. Немецкие транспорты прибывали в бухту Суда без какого-либо противодействия противника. 29 мая моторизованная разведывательная группа установила контакт с немецкими войсками в Ретимо и прибыла в Гераклион на следующий день. Небольшая группа итальянских войск 28 мая высадились в бухте Сити на восточной оконечности острова и спустя два дня соединилась с немецкими войсками.

После неоднократных столкновений с частями, прикрывающими эвакуацию союзников, немецкие войска к 1 июня достигли южного побережья острова. Сражение за Крит было закончено. Несмотря на запоздалый приказ об эвакуации, британский флот смог вывезти в Египет 14.800 человек.

Карты Battlefield V: «Меркурий»

30 мая в непрерывно развивающемся Battlefield™ V появится новая карта, добавляющая в игру средиземноморский фронт. Приготовьтесь к ожесточённым боям у живописного побережья на «Меркурии»*.

Обзор карты

Данная карта создана по мотивам событий операции «Меркурий» 1941 г. Вам предстоит высадка на побережье Крита, где британцы пытаются отразить вторжение германских сил. Основные особенности «Меркурия» с точки зрения игрового процесса — полномасштабность боевых действий, вертикальность пространства и неравномерное распределение техники между сторонами: британские войска имеют в своём распоряжении танки и очень скромное число самолётов, тогда как немцы доминируют в небе. Чтобы достичь здесь успеха, вам придётся научиться использовать скалистые склоны с максимальной выгодой для себя в ходе вертикально ориентированных ближних боев.

«Меркурий»: краткая информация

Войска:

  • пехота
  • авиация
  • техника

Размер:

  • выше среднего

Темп:

  • умеренный и выше

Стиль игры

«Меркурий» предусматривает разнообразные стили игры. Данная карта создавалась с прицелом на полномасштабные боевые действия с танковыми штурмами, использованием воздушной поддержки и отчаянными схватками за контроль над флагами. Ветераны Battlefield наверняка отметят некоторое сходство «Меркурия» с тремя классическими картами из других игр серии: «Гуадалканалом» из Battlefield™ 1942, «Алтайским хребтом» из Battlefield™ 4 и «Монте-Граппой» из Battlefield™ 1.

Из-за размера карты и вертикальности её пространства темп игры на ней может быть разным. Ищите дыры во вражеской обороне и наносите удары с фланга или же вступайте в ожесточённые перестрелки возле флагов. На «Меркурии» найдётся место как для стычек любителей пистолетов-пулемётов и дробовиков, так и для снайперов, которые могут охотиться на бойцов поддержки, пытающихся подавить врага огнём из ручных пулемётов.

Ключевые зоны и контрольные точки режима «Захват»

Разгораясь, бои охватят живописные оливковые рощи, окрестности ультрасовременных радарных вышек и всё остальное пространство между этими местами. Давайте познакомимся с ключевыми зонами карты поближе. Перечисленные ниже точки захвата (они же флаги) актуальны в первую очередь для режима «Захват»; тем не менее, их описание должно помочь вам составить неплохое представление и о карте в целом.

Точка захвата A: бухта
Этот флаг установлен на тихом пляже у разбившегося транспортного самолёта Оси. Его окружают мощные скалы, которые обеспечивают защиту от дальних атак и провоцируют вертикальные перестрелки между игроками на вершинах утесов и теми, кто находится внизу, на берегу.

Точка захвата B: дом Пулоса
Заброшенное жилище зажиточной семьи, расположенное над старыми оливковыми рощами. Отсюда открываются завораживающие виды на Эгейское море. Стены и ворота усадьбы — не самая надёжная защита от пуль и взрывов, однако это можно исправить при помощи укреплений.

Точка захвата C: радарные станции
Пара радиолокационных установок с высокой мачтой связи появилась на острове во время войны, являя собой высокотехничную демонстрацию военной мощи. Обширная зона захвата включает в себя оба радара и расположенное рядом здание. Благодаря укреплениям здесь имеется множество огневых позиций и возможностей для скрытного перемещения.

Точка захвата D: деревня
На краю деревни стоит одинокий дом, соседствующий с тихой площадью. Окружающие небольшой участок земли побеленные стены могут частично защитить от пуль, которые непременно будут лететь сюда из расположенных выше радарных станций, с находящихся чуть ниже возвышенностей, а также из окон ближайших домов.

Точка захвата E: пристань
До войны это место было пристанищем местных рыбаков. После долгого дня в море они отдыхали в стоящем здесь же скромном кафе. Открытая местность зоны захвата благоприятствует использованию танков, однако дома и возвышенности вокруг могут стать отличным укрытием и для пехоты.

Четыре совета для тех, кто хочет достичь успеха

Разработчики подготовили несколько рекомендаций, которые помогут вам и вашему отряду одержать победу на «Меркурии».

  • Всегда оставайтесь начеку! На такой вертикально ориентированной карте, как «Меркурий», атаки могут последовать с самых неожиданных направлений. Здесь также немало маршрутов, позволяющих врагам обойти вас с фланга — внимательнее смотрите по сторонам!
  • Помогайте союзной технике! Коварный рельеф карты таит немало опасностей для наземной техники. Помогайте водителям, ремонтируя их машины и уничтожая назойливых вражеских штурмовиков. Чтобы оказать поддержку самолётам, нейтрализуйте вражеские позиции ПВО и ведущую зенитный огонь технику.
  • Стройте укрепления! Неровный рельеф «Меркурия» с массой впадин и возвышенностей зачастую не прощает ошибок, однако сложенные в нужном месте мешки с песком вполне могут принять на себя вражеские пули, если вы вдруг попадёте под обстрел.
  • Обходите врага с фланга! Не ограничивайтесь одними лобовыми атаками. Используйте береговую линию и возвышенности с пользой.

Возьмите эти советы на вооружение, чтобы задать противнику жару! До встречи на поле боя! Надеемся, вы будете с нетерпением ждать продолжения битвы за Грецию — карты «Марита», которая станет частью главы 4: «Вопреки всему». 

– Джонас Элфвинг


Участвуйте в крупнейшем военном конфликте за всю историю на Xbox One, PlayStation®4 и ПК со стандартным или Deluxe-изданием Battlefield™ V. Получите доступ к полной версии игры в Origin Access Premier или ознакомьтесь с её пробной 10-часовой версией в EA Access или Origin Access Basic**.

Подпишитесь на новостную рассылку, чтобы получать свежие новости о Battlefield, закулисный контент, эксклюзивные предложения и многое другое (включая прочие новости EA, информацию о продуктах, событиях и акциях) по электронной почте.

Следите за новостями Battlefield в Twitter и Instagram, нажимайте «Нравится» на нашей странице в Facebook и подписывайтесь на наш YouTube-канал. Составьте нам компанию — присоединяйтесь к сообществу на форуме Battlefield и участвуйте в наших беседах на Reddit и в Discord.

*ДЛЯ ИГРЫ МОЖЕТ ПОТРЕБОВАТЬСЯ ПОСТОЯННОЕ ПОДКЛЮЧЕНИЕ К ИНТЕРНЕТУ.

**ДЕЙСТВУЮТ ОПРЕДЕЛЁННЫЕ УСЛОВИЯ, ОГРАНИЧЕНИЯ И ИСКЛЮЧЕНИЯ. ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ СВЕДЕНИЯ СМ. НА СТРАНИЦАХ ea.com/ea-access/terms И origin.com/store/origin-access/terms.

Операция «Меркурий: Битва за Крит»

Библиотека Александра Тернбулла

История

Операция Меркурий: Битва за Крит

Операция «Меркурий» - вторжение на Крит нацистской Германии - началась 20 мая 1941 года, когда планеры и парашютисты пролетели сквозь пыль и дым, поднятые бомбами и пушками Люфтваффе. На земле смешанная армия Великобритании, Доминиона и Греции подняла орудия им навстречу. Опорой обороны союзников, где конфликт был наиболее ожесточенным и решился его исход, была 2-я новозеландская дивизия.Шестьдесят лет спустя, когда толпы собирались в память о многих, кто погиб в жестоком столкновении, Марк Батерст шагал по полю битвы и слушал тех, кто рассказывал истории.

«Все было здесь. Все здесь, в этом углу ». Раскинув руки, белые волосы выбивались из-под синей бейсболки, Мик Рирдон жестикулировал и указывал. «У них был точный диапазон. Раздался минометный снаряд и попал в лежащих здесь мальчиков, а прямо мимо меня выплыл шлем ». Он подул сквозь сжатые губы и правой рукой вырезал дугу в воздухе, вращая указательным пальцем.

«Я лежал вне кладбища, там прямо за стеной». Мы прошли через вход, чтобы посмотреть. "Там."

Земля была залита бетоном и построена автобусная остановка. Был даже мусорный бак на колесах, но он не промахнулся. «Я никогда не думал, что снова буду здесь стоять. Шлем… пронесся мимо меня… »

В мае 2001 года, в 60-ю годовщину битвы за Крит, я присоединился к Мику и другим ветеранам войны на острове Эгейского моря для того, что было объявлено последним официальным воспоминанием о конфликте.Недельная программа памятных мероприятий достигла апогея с отдельными поминальными службами в честь тех стран, которые участвовали в боевых действиях: Греции, Новой Зеландии, Австралии, Великобритании и Германии.

Месяцем ранее я был в Галлиполи, примерно в 550 км по Эгейскому морю, чтобы отметить День Анзака. Неумолимое течение лет означает, что о битвах там больше не вспоминают из первых рук, и для понимания опыта битвы нужно обратиться к письменным записям.Для сравнения, на Крите события мая – июня 1941 г. и последовавшие за ними годы нацистской оккупации стали раскаленной добела памятью для многих еще живых, которые пережили их. Мы не говорим здесь об истории, а о людях вчерашнего дня.

[разрыв главы]

Некоторые историки назвали период от объявления Австрией войны Сербии в июле 1914 г. до безоговорочной капитуляции Японии в августе 1945 г. Тридцатилетней войной. В этом контексте неудивительно, что британские войска и войска Доминиона через 26 лет после высадки в Галлиполи снова были вовлечены в военные операции в Средиземном море.Победители Версаля просто схватили немецкую империалистическую змею, а не убили ее. Теперь, под флагом свастики и более ядовитый, чем когда-либо, старый враг снова был склонен к европейскому господству и экспансии на восток.

Раздраженный неудачным вторжением в Грецию зимой 1940–1941 годов итальянского соучастника преступления Бенито Муссолини, Адольф Гитлер взял дело в свои руки. Чтобы защитить румынские нефтяные месторождения в Плоешти и укрепить свой южный фланг до начала операции «Барбаросса» - вторжения в Советскую Россию, - он нанес одновременный удар по Югославии и Греции из Румынии и Болгарии, присоединившихся к Оси.

Недостаточные силы и снаряжение, греческие и британские силы на его пути - включая неопытную 2-ю новозеландскую дивизию - просто не могли сравниться с превосходно обученными силами вторжения с их тяжелой броней и подавляющей поддержкой с воздуха. В течение трех недель они отступили в порты недалеко от Афин и на Пелопоннесе, откуда корабли Королевского и Торгового флотов доставили около 50 000 человек в безопасные места на Крите и Александрии. Еще 14000 остались и взяты в плен, поскольку дом демократии попал под нацистское иго.

В конце апреля британские, австралийские и новозеландские войска, пораженные блицкригом Гитлера на материковой Греции и эвакуированные на корабле на Крит, высадились в заливе Суда.

Многие новозеландцы, эвакуированные на Крит, в День Анзака отправились в залив Суда, большую естественную гавань на северном побережье. Затонувшие корабли, пострадавшие от итальянских торпедоносцев и немецких штурмовиков, завалили залив. Измученные, мужчины разбили лагерь среди оливковых рощ за заброшенной прибрежной деревней Суда и соседним венецианским городом Хания.

Некоторые вскоре продолжили свой путь в Александрию, в то время как остальные считали, что вскоре последуют за ними. Но 30 апреля генерал сэр Арчибальд Уэйвелл, главнокомандующий на Ближнем Востоке, сообщил командующему новозеландской дивизией генерал-майору Бернарду Фрейбергу, что в считанные дни ожидается нападение Германии на Крит. Фрейберг был должным образом назначен главнокомандующим Creforce. Защита острова должна была быть его.

Стратегическая ценность Крита была очевидна как для британских военных, так и для военных плановиков стран Оси с прошлого года.В качестве авиабазы ​​остров мог использоваться британцами для зондирования Балкан и, в частности, для угрозы Плоешти, а со стороны Оси - для нанесения ударов по Египту и Суэцкому каналу и для преследования Королевского флота, доминирующей морской державы в регионе. В качестве военно-морской базы он предлагал самую большую естественную гавань в Восточном Средиземноморье, хотя и с минимальными портами.

На ранних этапах успешной кампании Греции против итальянского вторжения Британия взяла на себя обязательство разместить на Крите греческий гарнизон.5-я критская дивизия, убедившаяся, что их дом в безопасности в руках британцев, вступила в боевые действия на материке. К сожалению, Уэйвелл не пожалел немного больше, чем символическую пехоту, чтобы заменить их. С тех пор соединение Королевской морской пехоты, оснащенное некоторыми зенитными батареями, обосновалось в заливе Суда, в то время как скелетная авиация и ничтожный ассортимент некачественных полевых орудий и легких танков также нашли свой путь к острову. Крепости Крит, однако, не было.

Теперь ресурсы больше не поступали после того, как греческая кампания закончилась.Огромное количество самолетов, тяжелого вооружения, транспортных средств, оборудования связи и материальных средств было потеряно или брошено в полете, и их нельзя было легко заменить, особенно потому, что у Уэйвелла были другие неотложные проблемы в Северной Африке и в других местах.

Менее чем через месяц после воздушно-десантного штурма острова - первого такого рода в военной истории - немецкий пехотный самолет недалеко от Афин будет доставлен по воздуху на аэродром Малеме, оставленный 5-й бригадой Новой Зеландии после ожесточенных боев в первый день.

Немецкие планы нападения на Крит обретали форму с начала апреля. Учитывая мощь Королевского флота, они были связаны с атакой с воздуха, а не с высадкой десанта. Гитлер был сразу взволнован и скептически настроен по поводу такого нововведения. Генерал Курт Студент - страстный сторонник стратегического использования парашютистов и планеров - преодолел сомнения фюрера, понимая, что подготовка к Барбаросе не будет поставлена ​​под угрозу и что в качестве страховки от катастрофы воздушное наступление будет усилено и обеспечено морем. .Так началась операция «Меркурий».

Британцы обладали надежной информацией о немецком плане нападения, когда он разрабатывался, благодаря их оборудованию для взлома и дешифрования кода в Блетчли-парке. Здесь криптоаналитики смогли расшифровать немецкие радиопередачи и таким образом раскрыть намерения врага. Этот самый секретный источник военной информации назывался Ультра. Он был настолько ценным, что полевые командиры, включая Фрейберга, не знали его истинной сущности. Им было приказано просто принять Ультра-разведку как абсолютно надежную, в то время как слухи о высокопоставленных шпионах распространялись как ширма.

Действия Фрейберга в ответ на немецкий план нападения и его действия во время последовавшего сражения вызвали критику со стороны некоторых комментаторов, которые считают, что он придавал слишком большое значение угрозе с моря. Другие утверждали, что, хотя Фрейберг явно опасался, что комбинированная воздушная и морская атака окажется слишком сильной, учитывая ограниченные ресурсы в его распоряжении, Фрейберг прекрасно осознавал второстепенную важность только наблюдения за пляжами и первостепенную важность защиты основных целей Студента - аэродромы в Малеме, Ретимно и Ираклионе ( см. карту ).

Однако все согласны с тем, что некоторые полевые командиры Фрейберга оказались недостаточно сообразительными после того, как началось сражение, и чрезмерная озабоченность возможностью крупного морского нападения сыграла свою роль в их рассуждениях. Последствия их неудач были действительно серьезными.

[разрыв главы]

Ранним теплым вечером вдоль побережья к западу от Хании я шел в гору мимо кустов и клумб.

Обогнув последний поворот пути, я остановился, на мгновение очарованный.

Склон холма наверху был красным ковром, покрытым плотным цветущим почвенным покровом. Непосредственно передо мной в строгом благословении возвышался высокий крест, выкрашенный в серый цвет поля. Залитое ярким светом заходящего солнца место казалось залитым кровью. Красота и покой были проникнуты чувством вагнеровской драмы.

[sidebar-1]

Deutscher Soldatenfriedhof, или немецкое военное кладбище, является последним местом памяти примерно четырех с половиной тысяч погибших.

В малиновую груду плашмя лежали ряды надгробий. Изредка торчали тройки приземистых бледных крестов, а кое-где букет цветов - потрясающие вертикальные всплески пурпурного, желтого или кремового - свидетельствовал о запомненной жизни.

Вид с этого ярко-красного поля покоя - на море и горы, на города и деревни, теперь мерцающие огнями, - не был недостойным вечного созерцания. Особенно для тех, кого там помнят. Немного ниже, между дорогой и пляжем, находился аэродром Малеме.По ее западному периметру протекала низко затонувшая река с каменистыми берегами - Тавронитис. Кладбище лежало на склоне холма, когда-то известном под номером 107.

Я смотрел, где битва на Крите была выиграна и проиграна.

[разрыв главы]

Фрейберг основал свою штаб-квартиру в карьере на склоне холма к востоку от Хании. Прочитав, а затем тщательно уничтожив каждую переданную ему Ультра-информацию, он развернул свои силы, чтобы противостоять приближающемуся вторжению. Новозеландская дивизия прикрывала сектор Малеме-Хания, четыре батальона 5-й бригады Новой Зеландии под командованием бригадного генерала Джеймса Харгеста выполняли важнейшую задачу по защите аэродрома Малеме.Не имея окопных инструментов, солдаты рыли траншеи и туалеты штыками и касками и лепили из металлолома прицелы для своей ветхой полевой артиллерии.

Регулярные обстрелы и бомбардировки люфтваффе, известные как ежедневная ненависть, заставляли всех нырять в укрытие - не только для спасения своих жизней, но и для того, чтобы не выдать свои позиции. Скрытие было жизненно важно для обеспечения неожиданности. В грядущей битве, по крайней мере для начала, не будет никакого фронта, о котором можно было бы говорить. Враг падал с неба на большой площади, так что атакующие и защитники мгновенно смешивались.Таким образом, защита повлечет за собой мгновенную атаку - нападение на врага, где он приземлился до того, как он успеет захватить ложу, и мобилизацию резервов, чтобы разбить скопления там, где они начали формироваться.

Инициатива потребуется на всех уровнях командования - взводе и роте, а также батальоне и бригаде. Никакой помощи с воздуха ожидать не приходилось, так как несколько уцелевших самолетов ВВС Великобритании были выведены.

Многие парашютисты перепрыгнули через замаскированные позиции союзников и в результате понесли тяжелые потери как в воздухе, так и в первые минуты пребывания на земле.Парашюты, либо выброшенные, либо с прикрепленными трупами, украшали сельскую местность.

Утром 20 мая сквозь пыль и дым, поднимаемые вокруг Малеме ежедневной ненавистью, флоты планеров устрашающе взмывали к земле, вызывая с земли град огня из стрелкового оружия. Некоторые были сбиты; другие совершили аварийную посадку и развалились. Потери были тяжелыми.

Мгновением позже, воздух пульсировал под гудение тяжелых двигателей, казалось, бесконечная процессия транспортов Юнкерс 52 неуклюже неслась над островом, извергая потоки черного цвета, которые разделялись на тропы с навесами V-образной формы.Под беспомощно болтающимися парашютистами раздался грохот выстрелов Брена и винтовок. Для многих извергнувшихся из-за скрытых позиций это был их последний прыжок. Некоторые закончили спуск как трупы, других бросили на землю, прежде чем они смогли вырваться из упряжи. Еще больше были срублены, когда они пытались добраться до сброшенных вместе с ними канистр с тяжелым оружием. Некоторые упали в море и утонули. Парашюты свисали, словно пеленки с оливковых деревьев, телеграфных столбов и крыш зданий.

Не только новозеландские солдаты, но и гражданские лица Крита - мужчины, женщины и дети, вооруженные старинными ружьями, ножами и лопатами - преследовали рассеянных и на мгновение уязвимых немцев. Но охота на индейку длилась недолго. Выжившие вскоре начали смертельно опасаться, когда сформировали отряды.

Самую непосредственную угрозу представляли солдаты штурмового полка, самого большого формирования Студента, которые вышли на беззащитную землю к западу от реки Тавронитис. Вскоре они предприняли решительный штурм аэродрома Малеме и позиций, выходящих на него на высоте 107, которые удерживал 22-й батальон, и захватили лагерь британских ВВС в центре периметра Новой Зеландии.

Подкованный безнадежно неадекватной связью, командир батальона подполковник Лесли Эндрю не мог должным образом оценить состояние боя, где бои были наиболее ожесточенными. Однако давление явно нарастало; отсюда также необходимость быстрой контратаки. Тем не менее, несмотря на все более настоятельные просьбы о помощи, он не смог убедить удивительно равнодушного Харгеста в штабе бригады или самих командиров резерва послать помощь.

В нарастающем отчаянии Эндрю выделил свой скудный резерв - пару танков «Матильда» и пехотный взвод, но танки вышли из строя, и люди были отброшены.Эндрю сообщил Харгесту о своем намерении уйти. «Если вы должны, вы должны», - последовал обескураживающий ответ, за которым вскоре последовало запоздалое обязательство отправить две роты подкреплений. Эндрю твердо стоял до наступления темноты, но, так и не дождавшись обещанной поддержки, он наконец принял роковое решение отозвать своих людей. К тому времени, как прибыло подкрепление, и аэродром, и высота 107 были заброшены.

Те, кто выжил при падении возле Галатоса - сцену, воссозданную военным художником Питером Макинтайром, - собрались в Тюремной долине и вступили в бой с 10-й новозеландской бригадой, пехотным формированием новозеландских артиллеристов и обслуживающего персонала, а также с парой плохо вооруженных и возглавляемых греческих полков.

То, что немцы вторглись не сразу, было иронией. Эндрю отступил, опасаясь, что его самые передовые части, с которыми он потерял связь, были уничтожены, и что без поддержки его оставшиеся силы будут уничтожены, когда утром люфтваффе вернется. Фактически, вдоль западного края аэродрома и со стороны Тавронитиса высоты 107 люди все еще мрачно держались. Приказ об отступлении до них так и не дошел.

Со своей стороны, немцы опасались, что битва почти проиграна.Разведка не смогла обнаружить большую часть замаскированных позиций на земле, поэтому их спуск в неожиданно ожесточенное сопротивление было очень дезориентирующим, и они не смогли достичь ни одной из своих целей. Их ужасающие потери - с наступлением темноты у них было всего 57 боеспособных, стоящих перед аэродромом, - включали большинство командиров взводов, рот и батальонов. Выжившие с трепетом ждали ожидаемой контратаки.

Оба боевых командира тоже были обмануты относительно истинного положения вещей.В своей штаб-квартире в Афинах на Студента оказывалось огромное давление, чтобы он прервал операцию, которая считалась катастрофической. Малеме был настолько хорош, насколько мог. В долине Агиа, к юго-западу от Хании, 3-й полк занял еще один плацдарм, но был вынужден перейти к обороне. Тем временем атаки на Ретимно и Ираклион, которые были осуществлены днем, не захватили ни город, ни аэродром, и перспективы на следующий день были мрачными.

Что касается Фрейберга, то его 10 р.м. сигнал в Каир показал его озабоченность по поводу «голого» запаса, на котором его силы держались, он был явно воодушевлен тем, что они «убили большое количество немцев» и захватили приказ врага «с самыми амбициозными целями, но все они потерпели неудачу» . Он еще не знал об уходе Эндрю.

Еще не наступила полночь, когда капитан Кэмпбелл, командующий 22-м батальоном роты D на высоте 107, внезапно обнаружил, что он и его люди одни. Вскоре он решил, что у него нет другого выбора, кроме как уйти.При штурме холма в утренние часы немецкие части вступали в бой только друг с другом. Несмотря на путаницу, жизненно важная высота была обеспечена, и Студент увидел свой шанс.

Входит капитан Клей. Отважный летчик, он принял отважную миссию, которую попросил у него Студент: попытаться приземлиться в Малеме, чтобы убедиться, что защитники все еще находятся на позиции по западному периметру аэродрома. Когда он отправлялся в путь, рота «С» капитана Джонсона, потрясенная, обнаружив, что остальная часть 22-го батальона исчезла в ночи, а высота 107 находится в руках врага, покидала то самое место.Когда Клие выполнил свою тестовую посадку, при первых лучах дня он был обстрелян легкой артиллерией на некотором расстоянии к востоку от аэродрома, но западный край находился вне досягаемости.

Дверь была приоткрыта. Студент добавил свои резервы парашютистов и приказал своим наземным войскам немедленно перейти в боевую готовность.

[разрыв главы]

Так много исторической записи. Но как быть с теми, кто там был?

Иоганн Штадлер, дантист на пенсии, остановившийся в отеле недалеко от Малеме с другими немецкими ветеранами, был категоричен, когда я сидел с ним и его женой среди столиков и шезлонгов возле бассейна.

«Я был очень горд. Это был первый случай в истории войны, когда остров был захвачен с воздуха ».

Рядовой штурмового полка, Иоганну было всего 20 лет, когда он бросился в позицию распятия из своего транспорта «Юнкерс» над мостом Тавронитис в первой волне атаки.

«Вы испугались?» Я спросил. "Нет." Он был почти неистовым. «Если боялись, уходили, никому не нужны. Мы должны быть готовы к смерти ». Он ухмыльнулся, как школьник, который только что сделал первый XV, и произнес: «Мы были die Speerspitze der Wehrmacht .Острие копья вермахта.

Что он вспомнил о прыжке?

«Мой сосед был убит». Он имел в виду товарища, который прыгнул вместе с ним - одного из многих, кто не спустился на землю живым. «Вчера я видел его могилу».

Он помолчал, а затем продолжил объяснять, как он упал «около двух или трех других». Вооруженные только пистолетами и ручными гранатами при выходе из самолета, они достали минометы из выброшенных вместе с ними канистр и собрались к западу от реки вместе с другими, которые благополучно добрались до земли.Их приказ, по его словам, был невыполнимым: «захватить аэродром за два часа». Тем не менее, в ответ на мой вопрос, как он себя чувствует на данном этапе, он снова был недвусмысленен.

«Я был взволнован боем».

И он сражался в ожесточенной борьбе за аэродром.

В разгар контратаки с целью отбить Малеме аэродром был усыпан разбитыми и случайно припаркованными немецкими транспортными самолетами.

Людьми, с которыми он столкнулся, руководил человек, не менее увлеченный схваткой.Несколько месяцев назад я разговаривал по телефону со Стэном Джонсоном, капитаном роты С, в Окленде. Он тоже «гордился тем, чего мы достигли». Его люди под покровом ночи украли орудия с крыльев какого-то самолета в Малеме.

«Итак, у нас было много оружия и боеприпасов, вопреки тому, что вы иногда слышите. Мы установили крылатые орудия на стендах вокруг аэродрома, а также много-много боеприпасов. Вот как такое небольшое количество новозеландцев убило так много немцев.Мы не смогли бы сделать это только с нашими пистолетами. Мы не были такими сильными по сравнению с тем, что было у немцев во время ухода из Греции - они были сильны в то время. Но мы хорошо себя зарекомендовали. Мы не думали, что потерпели поражение. Малеме было действительно прекрасным шоу ».

Я не мог выбросить из головы «соседа» Иоганна - или человека внизу, который нарисовал на нем бусину и нажал на спусковой крючок. Однажды вечером я выпил со Стэном Хэдфилдом в баре отеля. Он описал, как, находясь к востоку от Малеме в составе новозеландского инженерного отряда, импровизируя как пехота, он наблюдал, как воздух над головой «наполнялся самолетами и парашютами, как сидящие утки».

"Вы стреляли в них?"

«Да».

«Какое у тебя было оружие?»

«Винтовка».

«Как это было?»

Его голос дрожал. «Я немного нервничал. Я потерял дикси каши. Он слабо ухмыльнулся. «Это был первый раз, когда мы вплотную подошли к противнику. В Греции мы отступали, взрывали мосты и так далее ».

«Ты помнишь бой?» Его румяное лицо затуманилось. «Я не хочу об этом думать», - сказал он и посмотрел на свой стакан.

Высадившись под обстрелом, горные войска генерала Стьюдента бросились в бой, а немецкие артиллеристы направили зенитные батареи аэродрома на пехоту Новой Зеландии.

Несколькими месяцами ранее, в его доме в Эллерсли, я сидел с «Фво» Джонсом (аббревиатура, произносимая «Враг», состоит из его инициалов), когда он рассказывал о своем опыте на Крите и, впоследствии, о лагере для военнопленных в Силезия. Лейтенант, он тоже был в Инженерном отряде, и Фрейберг спросил его, что, по его мнению, они могут сделать, чтобы защитить аэродром, не разрушая Фво, ответом было классическое мастерство Киви.

«Я предложил взять всю возможную проволоку для ограждения и плотно натянуть ее на взлетно-посадочной полосе, чтобы самолеты, заходящие на посадку с войсками, не могли ее увидеть и опрокидывались. Это было то, что наши мальчики могли сделать в одночасье. Это сохранит аэродром в рабочем состоянии, если RAF вернется.

«Но Фрейберг думал, что эти провода, пересекающие взлетно-посадочную полосу, нейтрализуют вещь, и никто не сможет ею воспользоваться. Я хотел сказать, что с помощью кусачек вы разрезаете его, и он возвращается в свою катушку, полностью назад в одну сторону.”

В итоге сам аэродром остался нетронутым. Возможно, это не имело бы никакого значения, если бы территория за Тавронитисом не осталась без людей, что предоставило немцам удобный пункт сбора.

Одно из популярных объяснений этого поразительного упущения состоит в том, что, разместив там войска, Фрейберг опасался, что он предаст Ультру.

Но тогда для чего была разведка? Предположительно, цель информирования его о намерении немцев спуститься туда заключалась в том, чтобы сообщить ему, что место необходимо защищать, как и другие зоны высадки.Зачем делать исключение, особенно так близко к главной цели?

Фактически Фрейберг и его заместитель на посту командира дивизии, бригадный генерал Эдвард Паттик, действительно обсуждали возможность перемещения греческого полка из Кастелли, примерно в 25 км западнее, в этот район. Но к тому времени было поджимать время - немецкая атака была близка - и инструментов было мало, и двое мужчин, по-видимому, решили, что грекам уже слишком поздно двигаться и окапываться. Все же разумно спросить, почему Однако ранее этот вопрос не рассматривался.Не только Фво пришел к удручающему выводу.

«С первого раза я встретил бригадного генерала [Харгеста], который отвечал за этот район [т.е. сектор Малеме], откровенно говоря, он больше думал об отступлении, чем о нападении. Стало очевидно, что вся тактика и стратегия были к востоку от аэропорта. И это разрушило наши шансы. Мы, без сомнения, могли удержать Крит. Но был чрезмерный акцент на земле [т.е. морское] нападение ».

Вот, таким образом, от «обычного» солдата на месте был вопрос, который волновал историков: выделил ли Фрейберг недостаточные силы для защиты Малеме из-за страха уменьшить свои резервы, сдерживаемые в случае высадки на море дальше на восток? ? Фво не хотел напрямую обвинять генерала.Что касается Харгеста, то его слова вызвали отклик в большинстве рассказов о битве.

Келли Форест-Браун, покровитель Ассоциации ветеранов Крита, был еще более откровенен в то утро, когда мы сидели за кофе и кексами в его доме в Ремуэре. Лейтенант 18-го батальона, Келли был отправлен в 8-й греческий полк в долине Агиа, которую обычно называют Тюремной долиной из-за тюремного блока. Утром 21 мая он был взят в плен на несколько часов, но сбежал, когда его немецкие похитители были атакованы группой «греческих фермеров, стреляющих из мушкетонов».

Относительно Фрейберга: «Я думаю, что его общий план защиты острова был первоклассным, за исключением одной ошибки: он никого не разместил на западной стороне аэродрома».

Измученным войскам, только что прибывшим на Крит из материковой Греции, тенистые оливковые рощи вокруг Хании принесли долгожданное облегчение в их недавнем испытании - когда они не рыли траншеи и туалеты и не ныряли в поисках укрытия от ревущих мессершмиттов и визжащих штук.

А Харгест? Келли перешла от кипения к кипению.«Он был слишком стар. Он находился в пяти милях от линии фронта со своим штабом ».

Келли выделил еще одну фигуру, которую также широко критиковали за его бездействие в критический момент: полковник Леки, командир 23-го батальона, резервных сил Эндрюс, которые ожидал прийти ему на помощь.

«Его выступление было ужасным. Просто лежал на дне траншеи, не отдавал приказов, не контратаковал, ни черта не делал.

«Большинство командиров были военнослужащими, вернувшимися с Первой мировой войны, или им было под сорок», - продолжил он.«Они не отреагировали достаточно быстро. У них всех была фобия Первой мировой войны: окапываться и защищаться, тогда как действия против десантников заключаются в том, чтобы атаковать в тот момент, когда они падают, и с этого момента вы никогда не отступаете, вы продолжаете контратаковать, пока не уничтожите их всех. . »

Независимо от того, являются ли они признаком возраста или нет, мотивация Харгеста и Леки не действовать, когда это было необходимо, так и не была удовлетворительно объяснена. Что бы ни думал Фрейберг по этому поводу, считал ли Харгест более важным сохранить свои резервы на случай нападения с моря? Если так, то он явно не осознавал первостепенной важности лишить врага плацдарма рядом с его основной целью - аэродромом.Был ли батальон Леки сильно занят? По собственной радиосвязи со штабом бригады. Разве ситуация не была ясна Харгесту, учитывая прерывистый характер общения и общую неразбериху в битве? Если да, то почему он не выступил и не оценил ситуацию для себя?

Как член парламента, хотя и от Национальной партии, Харгест услышал премьер-министра лейбористов Питера Фрейзера. Таким образом, он смог придать своим действиям положительный оттенок после вскрытия битвы. Истинное объяснение его поведения умерло вместе с ним в 1944 году.

[разрыв главы]

От своей новой линии фронта, недалеко к востоку от Малеме, Харгест и командиры его батальонов не предприняли попыток контратаки в дневные часы 21 мая. С одобрения Паттика они решили вместо этого провести ночную операцию, чтобы избежать атаки с воздуха. Оставшиеся в живых 22 батальона были разделены и переведены в 21 и 23 батальоны, которые должны были быть усилены 20 и 28 батальонами (маори). Три легких танка из трех гусар и немного австралийской артиллерии должны были добавить некоторое влияние.

Немцы тем временем энергично готовились к новому наступлению. Утром резервы парашютистов благополучно были выброшены западнее Тавронитиса. Днем бомбардировки и обстрелы люфтваффе подготовили почву для наземной атаки с Малеме и одновременного сброса еще большего количества парашютистов. Любопытно, что они обрушились на позиции Новой Зеландии и, следовательно, постигла та же участь, что и многие из их несчастных товарищей накануне. Лишь треть выжила и после сумерек ускользнула на запад.

Наземная атака также была отражена, но аэродром остался в руках немцев, и ближе к вечеру приземлился первый, который вскоре стал устойчивым эшелоном авианосцев. Новозеландская артиллерия открыла огонь, поразив одни самолеты и вызвала крушение других, но не смогла остановить наплыв баварских и австрийских альпийских войск. Немцы открыли ответный огонь из аэродромных батарей Bofors и яростно очистили взлетно-посадочную полосу от обломков. Накануне заключенных под дулом пистолета заставляли засыпать воронки, некоторые, по всей видимости, были расстреляны наповал.

Генерал Фрейберг (на переднем плане), которому командует обороной острова, наблюдает за немецким парашютом и парашютом с адъютантом Джеком Гриффи из-за защитной стены вокруг своего штаба, с видом на Ханю и далекую Малеме.

Тем временем первая из двух немецких флотилий вышла в море - не очень внушительное скопление невооруженных моторных парусных судов, набитых войсками, парой ржавых пароходов и итальянским легким эсминцем Lupo . Он должен был прибыть с Хании до наступления темноты. Люфтваффе присутствовали на тот случай, если Королевский флот не появится.Но при плохом ветре продвижение шло медленно. Настала ночь, люфтваффе отошли, и Королевский флот вошел в Эгейское море из дневного отступления к западу от Крита. Поднятый группой эсминцев и крейсеров Lupo и его заряды не имели шансов. Пойманные светом прожекторов, они были выброшены из воды, вспышки оружия и свечение горящих судов были видны из штаб-квартиры Creforce.

Вернувшись на сушу, подготовка к контратаке с целью отбить Малеме отставала от графика.Было приказано начать бой только после того, как австралийский батальон, находящийся в резерве в Георгиуполи, примерно в 40 км к востоку от Хании, не освободит 20-й батальон, находящийся в резерве для отражения угрозы высадки на море. Австралийцы были задержаны авиаударами; в результате 22 мая почти рассвело, прежде чем началось наступление.

Двигаясь на запад по двум направлениям - один по прибрежной полосе по обе стороны от главной дороги, поддерживаемый танками, а другой дальше вглубь страны за высотой 107, новозеландцы вскоре столкнулись с ожесточенным сопротивлением.Фактически они сорвали полномасштабное наступление немцев. Видным в схватке был лейтенант Чарльз Апхэм, который нанес серию разрушительных атак на немецкие пулеметные посты и сплотил своих людей, чтобы нести раненых с поля боя. Действия, которые будут засчитаны в счет первого из двух крестов Виктории. Но дневной свет снова заставил люфтваффе стремительно смыться с неба, а на загроможденную взлетно-посадочную полосу спускалось еще больше транспортных средств, а войска с выруливающих самолетов уходили в самую гущу битвы.Обе стороны понесли тяжелые потери, но именно новозеландцы были вынуждены уступить позиции, не достигнув своих целей.

В то время как бушевала сухопутная битва, Королевскому флоту было гораздо труднее иметь дело со второй флотилией, чем с первой. Несколько моторных парусников были уничтожены, остальные спугнуты, но немецкие истребители и бомбардировщики нанесли тяжелый урон. Три британских корабля затонули, многие другие получили серьезные повреждения. Сотни людей утонули или были обстреляны из пулеметов и бомбили, находясь в воде.

[разрыв главы]

В Тюремной долине в первый день боя десантники 3-го полка заняли тюремный блок. Получив таким образом безопасную базу, они нанесли несколько зондирующих атак на новозеландцев и греков из 10-й бригады Новой Зеландии на холмах вокруг них. Бригада представляла собой единое целое, большая часть которого представляла собой так называемый сводный батальон, состоящий из обслуживающего персонала и артиллеристов, служащих пехотой. Полковник Ховард Киппенбергер, командующий, хотел контратаковать 20-м батальоном дивизионного резерва.Бригадный генерал Линдсей Инглис также настаивал на том, чтобы с той же целью развернуть всю свою 4-ю новозеландскую бригаду, освобожденную от роли резерва, для усиления обороны в этом районе. Путтик, однако, отклонил оба запроса. У него, как и у Харгеста, было несколько глаз, выученных в море. Резервы должны были храниться в резерве. В конце концов, были отправлены совершенно неадекватные силы, и попытка в темноте провалилась в замешательстве.

Обе стороны провели 21 мая в перестрелках.Слишком слабые, чтобы начать крупную атаку, немцы опасались, что сами будут захвачены, но единственный удар Новой Зеландии - 19-м батальоном - был на передовой позиции на Кладбищенском холме, недалеко от деревни Галатос. Защитники были отброшены, но немецкий пулеметный и минометный огонь из долины сделал это место непригодным для проживания - о чем никогда не переставало напоминать Мика Рирдона о летающем шлеме.

Ободренные относительной тишиной, немецкие патрули на следующее утро двинулись на север, в то время как борьба за возвращение Малеме была в разгаре, угрожая тылу 5-й бригады.В свою очередь, Киппенбергер послал 19-й батальон вперед в Тюремную долину, но тот был вынужден отступить. В тот вечер десантный батальон опасно двинулся к Галатосу, отбросив назад Новозеландскую бензиновую компанию - группу механиков, водителей и техников.

Живые и мертвые. Трупы - немое свидетельство потерь в войне - помимо приземленного немецкого планера.

Deliverance прибыл в необычной форме. Толпа сельских жителей, включая женщин и детей, с шумом вырвалась из ближайшей оливковой рощи.Впереди, размахивая револьвером и давая инструкции по свистку, бежала лихая светловолосая фигура Майкла Форрестера, английского капитана, которому суждено было обрести почти мифический статус лидера критских нерегулярных отрядов. Как урок эффективности энергичной контратаки, эта выходка не имела себе равных. Десантники развернулись и скрылись. Какие большие поражения могли бы быть нанесены противнику, если бы Путтик предоставил Киппенбергеру и Инглису полную свободу действий?

Как бы то ни было, волна все сильнее шла в пользу немцев.Планы по дальнейшему нападению на Малеме 5-й бригадой были отменены, и рано утром 23 мая всем войскам в этом районе был отдан приказ вернуться на линию к западу от Платаниаса. Вскоре началось дальнейшее отступление на позиции Галатоса за позициями 10-й и 4-й бригад. Но упорное сопротивление критских нерегулярных и 8 греческого полка в южных пределах Prison долины, ни в каком настроении перед выходом немецкого права свинга, вероятно, Отдел Новой Зеландии был бы окружен и вынужден сдаться.

Это было начало того, что вскоре должно было стать разгромом. Но не раньше акции, которую помнят как одну из самых ярких и жестоких в Новой Зеландии.

[разрыв главы]

Сегодня по всему Криту киви ждут теплый прием со стороны благодарных людей. Если это излияние щедрости и имеет источник, то он находится в Галатосе, что является синонимом военной помощи Новой Зеландии в связи с событиями, произошедшими там 25 мая 1941 года. Каждый год на маленькой площади на вершине холма, над которой возвышается белая церковь с двумя башнями. и пара таверн, в деревне проводится новозеландская служба памяти в честь тех, кто отдал свою жизнь в защиту острова.

Посещение 60-летнего юбилея было впечатляющим. Автобусы ветеранов войны с маками, орденами и полковыми знаменами; сановники и солдаты в униформе из стран-союзников; местный почетный караул с военным оркестром; номархи и священники в черных халатах и ​​головных уборах греческой православной церкви; Новозеландские туристы и доброжелатели; пресса и телеэкраны; Сами жители деревни, довольствуясь тем, что отошли на второй план, поскольку их дом стал центром внимания нации, - все толпились, когда вечерние тени ползли по площади, увешанные греческими флагами.

В ранних сумерках знакомый крик и кряхтение проникли сквозь гул голосов. В одно мгновение гарцуя, как на горячих углях, а в следующий - принимая вызывающие позы с поднятой тайахой, отряд воинов, одетых в моко'д и пупиу, повел премьер-министра Хелен Кларк и ее мужа к маленькому кенотафу. Ритуальное возложение холма венков и возложение похутукавы премьер-министром предшествовало собранию всех собранных панихидов и торжественных речей священников.

На неопознанной улице (вверху) и в Галатосе, когда немецкие войска снова захватывают деревню, из которой они были ненадолго изгнаны в результате яростной контратаки Новой Зеландии (внизу).

После завершения формальностей и сопровождения VIP-персон с площади, толпа в приподнятом настроении разошлась - в основном в направлении гостиницы «Панорама», которая находилась на прибрежной дороге. Когда я приехал, празднование было в самом разгаре, посещаемость угрожала переполнить внешнюю столовую, так как все больше людей, требующих новозеландских документов, появлялись у дверей и без колебаний входили.

На следующий день, в обеденное время, после греческой поминальной службы на соседнем кладбище - повод для страстной декламации подсчета смертей каждого союзника, перемежающейся залпами автоматической стрельбы - я вернулся на Галатос.В тишине сиесты на площади я наблюдал, как группа из трех мужчин ненавязчиво возложила венок сбоку от груды дани накануне вечером и склонила головы.

немцев.

[разрыв главы]

Днем 24 мая люфтваффе, как и Герника во время гражданской войны в Испании, нанесли ковровые бомбардировки Хании. Осталась нетронутой только полезная гавань - сегодня магнит для туристов. Та же участь постигла Ираклиона на следующий день. Здесь преобладала британская оборона, а в Ретимно объединенная австралийская и греческая оборона нанесла большой эффект контратаки и сдержала немецкую угрозу на земле.Окрестные деревни приняли бегущее население города, в то время как партизаны и вооруженные гражданские лица бродили по сельской местности за пределами Ретимно, а Ираклион убивал отдельные группы десантников, где бы они их ни находили.

25 мая позиции Новой Зеландии перед Галатосом подверглись сильнейшему давлению минометов, обстрелов «Мессершмиттов» и бомбардировщиков с пикирования. В отличие от Харгеста, Киппенбергер пошел вперед, чтобы наблюдать за битвой. Пока он был там, люди начали беспорядочно отступать в сторону деревни, и линия грозила развалиться.

Киппенбергер шагал среди толпы, хватая самых близких и крича: «За Новую Зеландию!» но безрезультатно. Подкрепление - среди них отряд 4-й бригады и группа Kiwi Concert - были собраны вместе и поспешили вперед к линии между Галатосом и морем, но к раннему вечеру сама деревня была уступлена.

Будучи преисполнен решимости не бросать отряды, все еще держащиеся у юго-западного угла Галатоса, и убежденный в срочности необходимости нанести удар по врагу, чтобы предотвратить полное разрушение его фронта, Киппенбергер решил немедленно контратаковать.Из сгущающихся сумерек подъехала пара из трех легких танков «Гусар» под командованием лейтенанта Роя Фаррана, жаждущего протянуть руку помощи. Вернувшись после разведки до деревенской площади, где произошла ожесточенная перестрелка, Фарран сообщил, что это место «жестоко с Джеррисом», и взял на себя ответственность возглавить атаку.

Торжественные священники ожидают начала формальностей на новозеландской поминальной службе в Галатосе.

По приказу Киппенбергера две роты 23-го батальона, только что прибывшие за деревню с тыла, закрепили штыки.Экипаж его второй машины был ранен, Фарран взял пару добровольцев на небольшой урок по основам работы с танком. Тем временем из мрака материализовался еще один персонаж сражения - светловолосый капитан Форрестер. Как по команде, стали появляться и другие - люди, которые совсем недавно торопились или хромали. По мере того, как их число увеличивалось, воцарилось заразительное чувство необузданной решимости.

Импровизированные штурмовые силы построились по обе стороны переулка.Танки вернулись, ненадолго остановились, обменявшись последними словами, затем двинулись вперед. Группа маори ворвалась в хака. Остальные в очереди сразу же ответили на звонок. Вскоре вся формация вопила свирепой свирепой стаей. Мужчины роились по переулку вслед за грохотом брони, элементы 18-го батальона оказывались стихийной поддержкой слева.

Танк Фаррана врезался в площадь, распыляя пули. Его подбила противотанковая граната. Экипаж освободился. Бросая гранаты в окна, выбивая двери ногами, стреляя в упор и управляя штыками, новозеландские солдаты неистовствовали по узким улочкам.Когда они вывалились на площадь, Фарран, тяжело раненный, крикнул ободряюще из укрытой стороны своего танка. Автоматический огонь из домов напротив грозил перекрыть поток. Наспех организованная лобовая атака вызвала панику у большинства немецких защитников, которые в беспорядке бежали. Другие стояли твердо, превратив давку в мучительное отступление, но к полуночи Галатос снова оказался в руках Новой Зеландии.

Однако почти сразу же из-за пределов деревни пошел дождь из немецких минометов, и вскоре последовал приказ об отступлении.Тем не менее, неистовое нападение дало ценную передышку, что позволило новозеландской линии отступить к соседней деревне Даратсос в относительно хорошем состоянии. Непосредственно к западу от Хании 5-я бригада заняла северный конец фронта, за ней стояла 4-я бригада и остатки 10-й бригады. В центре, блокируя Тюремную долину за городом, находились два батальона 19-й австралийской бригады. В предгорьях Белых гор плохо вооруженный 2-й греческий полк удерживал южную оконечность.

Контратака на Галатос стала спонтанным выражением сдерживаемого разочарования в связи с неохотным отступлением, тусклым лидерством и бессилием перед лицом мародерствующего люфтваффе. Если бы только Малеме было оспорено с такой же остротой!

На следующий день премьер-министр Хелен Кларк и Невилл Перкинс возложили венок рядом с местом, где брат Невилла, Дадли, известный на Крите своим доблестным вкладом в сопротивление нацистской оккупации, попал в засаду и был застрелен.Киви, товарищи по оружию Артур Ламберт, 4-й резервный механический транспорт (слева), Стэн Хэдфилд, инженерный отряд Новой Зеландии (в центре), и Берт Сэндфорд, офицер связи из штаба 5-й бригады Новой Зеландии, делятся тихим словом.

В одной из таверн на краю деревенской площади я сидел с Биллом Смитом, родившимся и выросшим в Горе, и все еще живущим там в возрасте 83 лет, и он делился своими воспоминаниями об этом знаменитом событии. Он говорил спокойно, его голос был полон южной окраски.

«Бойня была неописуемой.Теперь это просто туман в моей голове, если не считать ужаса. Это был безумный рывок - просто неистовый рывок. У меня были винтовка, штык и трофейный немецкий пистолет. Полагаю, я использовал свою винтовку, но предпочитаю о ней забыть ».

Демоны Билла, однако, наконец были изгнаны. Три ночи назад жители деревни устроили вечеринку на своей площади. Всех, кто появился, встречали радушно, подавали еду и вино за длинными рядами козловых столов и угощали исполнением традиционных критских танцев.

«Субботняя ночь помогла мне забыть об ужасах, когда я был здесь в последний раз», - сказал Билл; «Для меня это было своего рода терапией. Теперь я буду думать о Галатосе как о субботнем вечере со всем весельем - от сердца людей ».

[разрыв главы]

26 мая немцы, вновь заняв Галатос, возобновили наступление. Вдоль прибрежной дороги они свернули на Ханю, а в глубь страны они двинулись к югу от города в сторону залива Суда. Безнадежно уступив в вооружении, 2-й греческий полк начал распадаться; в других местах давление стало сильным.

Фрейбергу было ясно, что его силы находятся в неприемлемом положении и что для спасения хотя бы части из них необходимо без промедления организовать эвакуацию. Он просигналил Уэйвеллу и приступил к организации настолько упорядоченного вывода войск, насколько это было возможно, хотя прошло еще почти 30 часов, прежде чем Уэйвелл, напрасно дождавшись подтверждения от военного министерства, дал свое согласие. Последний резерв британских войск должен был сменить 5 бригад и, с двумя относительно свежими австралийскими батальонами, которые уже были на месте, удерживать линию до тех пор, пока отряд коммандос, который, как ожидается, прибудет на корабле в залив Суда, не будет развернут для прикрытия общего отступления. через Белые горы к южному берегу.С крошечного пляжа в Хора Сфакион Королевский флот снова переправлял в безопасное место таких людей, как только мог.

Фрейберг также выбрал этот момент, чтобы изменить свою иерархию команд. Это еще больше запутало ситуацию, когда связь с его различными полевыми штабами и между ними уже была серьезно затруднена из-за отсутствия проводов и полевых телефонов, в результате чего передвижения войск были катастрофически несвоевременными.

Под звуки Rot Scheint die Sonne («Красное сияние солнца») - Fallschirmjäger или десантник, марш-песня - немецкие ветераны и парашютисты чествуют своих погибших на Soldatenfriedhof, военном кладбище на холме Кавзакия (высота 107), над Малеме.

В ночь с 26 на 7 мая резерв наступил по заданию. Но теперь, когда 2 греческих полка были рассредоточены, австралийцев в Тюремной долине обошли с фланга, и они вместе с 5-й бригадой уже отступили, чтобы избежать окружения. В результате британцы оказались в пустоте и к следующему утру были отрезаны. Небольшие отряды пробивались обратно на восток, чтобы присоединиться к основным силам, но большинство либо погибло, либо попало в плен.

В то время как немецкие парашютисты, грязные и небритые, продвигались по усыпанным щебнем улицам Хании, отступающие армии отступили на своей следующей линии обороны: затонувшей тропе, идущей на юг, недалеко от начала залива Суда, получившей прозвище 42-я улица.Тем временем арьергардный отряд коммандос, названный Layforce в честь полковника Королевской конной гвардии Лейкока, высадился и начал занимать позиции.

Несмотря на растущее истощение и неизбежность поражения, духи-антиподы были еще далеки от разгрома. Когда немецкий горный полк, избежав столкновения с англичанами, натолкнулся на отдыхающих новозеландцев и австралийцев, они были отброшены под штыком в другой жестокой контратаке, 28 батальон маори вышел вперед.Мик Рирдон со своими товарищами из 19-го батальона роты D (Таранаки) был среди тех, кого разбудили леденящие кровь крики.

«Мы сняли сапоги на время, когда подошли немцы и закололи нескольких лежавших маори штыками. Остальные были скованы веревкой и пришли в ярость - маори нельзя убить, пока он лежит, и избежать наказания за это - и что из-за хаки и криков немцев, это место вызвало бурю негодования.

Многих новозеландцев, погибших на Крите, вспоминают на военном кладбище Содружества с видом на залив Суда, где и начались их страдания на острове.В борьбе за места на аварийно-спасательных кораблях ходячие раненые, офицеры и боевые части преобладали над небоевыми солдатами. Их прибытие в Александрию ознаменовало конец трагической греческой кампании союзников.

: «К тому времени, как мы достигли цели, маори отбросили немцев как минимум на сотню ярдов. Несколько человек стреляли в нас немного дальше, но они в панике сбежали, выбросив все. Маори вернулись с их штыками, истекающими кровью. Думаю, немцев они сделали робкими, что помогло нам уйти.Я всегда говорил, что был бы заключенным, если бы они этого не сделали. Я не думаю, что они даже сапоги надели ».

Немцы, возможно, и были осторожнее, но они продолжали наступать. Когда вечером 27 мая 42-я улица была заброшена, штаб Creforce присоединился к исходу на юг. Новозеландская и австралийская пехота ночью двинулись к Стилосу. На рассвете 23-й батальон отбил еще один горный полк в ожесточенном сражении, включавшем рукопашный бой. Когда затем продолжающийся отход оторвался от снайперского и минометного огня, сержант Клайв Халм проник в немецкие позиции и добавил к уже поразительному количеству снайперов, преследовавших и стрелявших в предыдущие дни.За его окончательный счет 33, а также за выдающуюся храбрость в генеральном сражении при Малеме и Галатосе он впоследствии был награжден Крестом Виктории.

В ходе дальнейших оборонительных действий в тылу Layforce сдерживал врага с помощью маори и австралийцев. Тем временем основная часть армии союзников устало продвигалась через предгорья к Вриссу и возвышающимся за ним горам.

Для мужчин, уже измученных в боях, измученных ногами, измученных жаждой и ослабленных от голода, восхождение с Врисса было изнурительным походом.Когда нескончаемый поток людей и машин несся по пыльной, каменистой дороге под палящим солнцем, один ложный гребень сверкающего сланца и известняка душераздирающе сменялся другим. Путь был завален брошенным снаряжением - вещмешками и одеялами, винтовками и гильзами. Машины, которые вышли из строя или у них закончился бензин, были брошены или брошены в долину внизу.

Отряды, которые еще могли строиться, маршировали обычным образом; другие действовали в беспорядке. Гневный рев набегающего «Мессершмитта» был сигналом к ​​тому, чтобы в ужасе прижаться к каменистой земле.Первым отступившим и с небольшим количеством офицеров для поддержания дисциплины, невооруженный тыловой эшелон личного состава базового района совершил набег на такие склады припасов, на которые было время заложить, оставив последовавшие за ними сражающиеся войска собирать останки или фураж.

Многие не могли попасть на эвакуационные суда, и через несколько дней их отправили обратно через горы в качестве военнопленных.

Достигнув равнины Аскифу, плодородного оазиса полей и садов, усталые новозеландские и австралийские батальоны снова заняли оборону в ночь с 28 на 29 мая.После серии арьергардных сражений они отступили через равнину и вниз по ущелью Имброс к побережью, прикрывая эвакуацию в течение трех ночей многих из тех, кто шел впереди них. Штаб Creforce был основан в пещере внизу, где дорога заканчивалась на вершине крутого обрыва с видом на море.

Кто должен был уйти, а кто остаться? Возможно, неминуемо несколько тысяч невоюющих мужчин, к тому времени ведущих дикую жизнь во многих пещерах этого района, натолкнулись на эту короткую соломинку.Приоритет отдавался ходячим раненым, офицерам и боевым частям, и на борт допускались только сформированные отряды. За пределами кордона закрепленных штыков вокруг места посадки, без командира умолял любого проходящего офицера поднять их и таким образом закрепить их место. Некоторые прибегали к уловкам, симулированию ран или требованию особого статуса. Батальон маори не рисковал, не давая возможности проникнуть на территорию с помощью автоматов. Сам Фрейберг был доставлен в безопасное место на летающей лодке «Сандерленд» в ночь на 30 мая.

За несколько часов до его отъезда немецкий отряд проник к берегу в ущелье к западу от ущелья Имброс. Лейтенант Апхэм, к тому моменту уже раненый и измученный дизентерией, повел свой взвод вокруг вершин скал наверху, откуда он и его люди обстреляли злоумышленников пулеметным и винтовочным огнем. Первый Кросс Виктории от Upham был в кармане.

В Ираклионе приказ об эвакуации был встречен с горьким изумлением. Тем не менее британский гарнизон отступил в полном порядке, чтобы его увезла эскадра Королевского флота.На следующее утро, однако, бомбы «Штука» проникли под палубу и взорвались среди набитых солдат с разрушительным эффектом.

Что касается боевой группы в Ретимно, Фрейберг не смог установить контакт. Более того, введенные в заблуждение ужасной разведкой, немцы бросили в этом направлении основную часть своей армии, и лишь небольшая часть их отошла к Хора Сфакион в погоне за основным отступлением. Теперь, когда из Ираклиона наступали парашютисты, выхода не было. Под угрозой репрессий против гражданского населения в случае продолжения сопротивления австралийский командир полковник Кэмпбелл сдался.

Бар VC. Лейтенант Чарльз Апхэм из 20-го батальона Новой Зеландии был одним из двух новозеландцев, получивших Крест Виктории на Крите (второй - сержант 23-го батальона Клайв Халм). Позже он выиграл второй VC в Северной Африке.

В четвертую и последнюю ночь спасения военно-морского флота, 31 мая - 1 июня, четыре быстроходных корабля должны были поднять на борт столько людей, сколько было возможно. Все, кто остался позади, должны были сдаться. По настоянию премьер-министра Питера Фрейзера в Александрии сделать все возможное для своих осажденных соотечественников и принять их с лодок, к эвакуационным силам было добавлено пятое судно.

Настала очередь последнего арьергарда. Но австралийцам из 2/7 батальона, которые удерживали периметр до конца, на пути к пляжу помешали другие, рассерженные тем, что их оставили позади, и опоздали в очередь. Скрежет подъема якорных цепей по воде предвещал их судьбу - горькую награду за их усилия.

Утром их командир, подполковник Тео Уокер, сдался.

[разрыв главы]

От 5 до 6 тысяч солдат остались во власти врага.Сотни людей ушли в горы, чтобы избежать захвата. Некоторым из них удалось спастись на подводной лодке или рыбацкой лодке; другие скрывались годами и участвовали в сопротивлении. Большинство из них в конечном итоге попали в плен. Большинству из тех, кто остался позади, пришлось столкнуться с мучительным возвращением через горы в Ханю, антисанитарными условиями временного лагеря для военнопленных и, в конечном итоге, отправкой в ​​сталагы в континентальной Европе.

Для тех, кому посчастливилось быть спасенными, угроза воздушного нападения была последним испытанием.Несколько кораблей были подбиты, многие находившиеся на борту были убиты или ранены, а зенитный крейсер HMS Calcutta , отправленный для прикрытия флотилии прошлой ночи, был потоплен.

Неуклюже спустившись по трапу в Александрии, некоторые батальоны отказались выглядеть побежденными. Они упали на набережную, прежде чем двинуться в путь. Для их лидеров вырисовывалось расследование того, что пошло не так.

Харгест снабдил Фрейзера своей искусно обрисованной версией событий, в то время как Инглис в устном докладе Черчиллю в Лондоне критиковал как командование на Ближнем Востоке - провинция Уэйвелла, - так и ведение сражения - ответственность Фрейберга.В результате Фрейберг попал под подозрение обоих премьер-министров. Однако в отличие от Уэйвелла, которому Черчилль уже не доверял, он выжил, отчасти благодаря показаниям как самого Уэйвелла, так и его возможной замены, генерала сэра Клода Окинлека.

Небольшое поселение Хора Сфакион, расположенное на южном побережье Крита, где Белые горы впадают в море, сегодня не намного больше, чем 60 лет назад, когда побежденные войска союзников с тревогой собрались на окружающих склонах и пляжах надежда на эвакуацию Королевским флотом.В сентябре 1945 года недавно освобожденные жители Галатоса устроили обед в честь солдата, защищавшего свою родину: их гостеприимство и благодарность сохраняются и по сей день. Для большинства из 2 новозеландских дивизий битва за Крит стала первым опытом реальных боев и уроком смирения. Успех в Северной Африке и Италии подтвердил эффективность этого горького лекарства.

Для Студента взятие Крита было «катастрофической победой», сам остров - «могилой немецкого парашютиста».Хотя каждый выживший десантник был награжден Железным крестом, потери были огромными, и Гитлер больше никогда не отдавал приказы о воздушной атаке. Однако психологическое воздействие операции «Меркурий» на Великобританию и Америку было таким, что обе страны продолжали развивать свои собственные воздушные возможности. Они докажут свою ценность во время вторжения в Нормандию в 1944 году и перехода через Рейн в следующем году. Между тем, однако, в Арнеме была неудача. Командовал немецким фронтом в тот роковой момент не кто иной, как сам генерал Курт Студент.

Когда Крит был связан с нацистским лагерем, немецкая оккупация Западной Европы достигла своего апогея. Гитлер повернул на восток, начав операцию «Барбаросса» всего через три недели. Последствия для Третьего рейха в конечном итоге оказались окончательными, в то время как война в Северной Африке, в которой Фрейберг, все еще командующий 2-й дивизией Новой Зеландии, многое сделал для восстановления своей репутации, вскоре принесла Германии первое сухопутное поражение. Но в июне 1941 года понадобился смелый человек, чтобы опровергнуть мечту фюрера об империи, простирающейся от Атлантического побережья до Урала.

Однако в Ираклионе, Ретимно и Галатосе в темноте ненадолго вспыхнул свет. В своей импровизированной защите Крита союзники оказали самое энергичное на сегодняшний день сопротивление беспощадному маршу нацистской Германии по континентальной Европе и нанесли своей армии отчетливо окровавленный нос. Было получено уведомление о том, что враги фашизма, в том числе Новая Зеландия, отныне будут становиться все более грозным противником.

Operation Mercury - Главные герои сил Оси

Адольф Гитлер санкционировал Unternehmen Merkur (названный в честь быстрого римского бога Меркурия) с директивой 28 используемые силы должны были прибыть из воздушно-десантных подразделений, уже находящихся в этом районе, а подразделения, предназначенные для Unternehmen Barbarossa, должны были завершить операции до В конце мая Барбаросса не должна была задерживаться из-за нападения на Крит, которое должно было начаться в ближайшее время или было отменено.Планирование было поспешным, и большая часть Unternehmen Merkur была импровизирована, включая использование войск, которые не были обучены для воздушных атак. Немцы планировали захватить Малеме, но велись споры по поводу концентрации там сил и их количества, которое будет развернуто против других целей, таких как небольшие аэродромы в Ираклионе и Ретимно. Командующий люфтваффе генерал-полковник Александр Лёр и командующий Кригсмарине адмирал Карл-Георг Шустер хотели сделать больший упор на Малеме, чтобы добиться подавляющего превосходства в силе. Генерал-майор Курт фон Студент хотел еще больше разогнать парашютисты, чтобы добиться максимального эффекта внезапности. В качестве основной цели Малеме предлагал несколько преимуществ: это был самый большой аэродром и достаточно большой для размещения тяжелых транспортных самолетов, он находился достаточно близко к материку для воздушного прикрытия от наземных истребителей Bf 109 и находился недалеко от северного побережья, так что можно было летать по морю. подкрепление могло быть доставлено быстро. Был согласован компромиссный план Германа Геринга, и в окончательном варианте Малеме должен был быть схвачен первым, не игнорируя при этом другие цели.

Силы вторжения были разделены на Kampfgruppen (боевые группы), Центр, Запад и Восток, каждая из которых имела кодовое название, соответствующее классической теме, установленной Меркурием, 750 десантников на планерах, 10000 парашютистов, 5000 переброшенных по воздуху горных солдат и 7000 морских военнослужащих были выделены на вторжение. Наибольшая доля сил была в группе «Запад». Немецкая воздушно-десантная теория основывалась на парашюте небольшого отряда на аэродромах противника. Силы захватят периметр и местные зенитные орудия, что позволит гораздо большему отряду приземлиться на планерах.В этой статье мы познакомимся с главными героями операции «Меркурий».

Александр Лёр

Генерал дер Флигер Александр Лёр (20 мая 1885 - 26 февраля 1947) был командующим австрийскими ВВС в 1930-х годах, а после аннексии Австрии он был командующим Люфтваффе. Лёр служил в Люфтваффе во время Второй мировой войны и стал главнокомандующим в Юго-Восточной Европе. Лёр был одним из трех бывших австрийцев, дослужившихся до звания генерал-полковника в немецком вермахте.Двое других - Эрхард Раус и Лотар Рендулич.

Лёр сдался югославским партизанам в мае 1945 года. Осужденный и осужденный за военные преступления за антипартизанские репрессии, совершенные под его командованием, он был казнен 26 февраля 1947 года.

Под его командованием:

Штаб-квартира Luftflotte IV

  • 5 th Panzer Div. (Густав Фен)
  • 6 th Gebirgs Div. (Фердинанд Шёрнер)

Курт Студент

Курт Артур Бенно Студент (12 мая 1890 - 1 июля 1978) был генералом Люфтваффе во время Второй мировой войны.Он руководил первой крупной воздушно-десантной операцией войны - битвой за Гаагу в мае 1940 года. Являясь высокопоставленным членом парашютной пехоты Германии, он командовал Fallschirmjäger на протяжении всей войны. В 1947 году Стьюдента судили и признали виновным в военных преступлениях, совершенных во время командования на Крите.

В январе 1941 года Студент был назначен командующим XI. Fliegerkorps, недавно сформированное командование расширяющихся немецких воздушно-десантных сил. В этом качестве Студент руководил операцией «Меркурий» (Unternehmen Merkur), воздушным вторжением на остров Крит в мае 1941 года.Крит был взят, но из-за высоких потерь Гитлер запретил дальнейшие воздушно-десантные операции. Действуя в качестве временного командира острова, сразу после сдачи Крита 31 мая 1941 года, по приказу Геринга Студент издал приказ о начале волны жестоких репрессий против местного населения в результате резни в Кондомари и разрушения канданосов. являясь типичными примерами. Его фактический приказ гласил:

.

«Несомненно, гражданское население, включая женщин и мальчиков, принимало участие в боевых действиях, совершало диверсии, калечило и убивало раненых солдат.Поэтому настало время бороться со всеми подобными случаями, предпринимать репрессалии и карательные операции, которые необходимо проводить с образцовым террором. Действительно, должны быть приняты самые суровые меры, и я приказываю следующее: стрелять во все случаи доказанной жестокости, и я хочу, чтобы это делали те же подразделения, которые понесли такие зверства. Будут приняты следующие репрессалии:
1. Расстрел
2. Штраф
3. Полное разрушение деревень путем сжигания
4.Уничтожение мужского населения рассматриваемой территории

Мои полномочия будут необходимы для мер по пунктам 3 и 4. Однако все эти меры должны быть приняты быстро и без соблюдения всех формальностей. Учитывая обстоятельства, войска имеют на это право, и военным трибуналам не нужно судить животных и убийц ».

В 1943 году Студент приказал майору Харальду Морсу спланировать операцию «Дуб» (Unternehmen Eiche) - успешный рейд, проведенный специальным подразделением Fallschirmjäger для освобождения итальянского диктатора Бенито Муссолини.Они приземлились на вершине холма с планерами и самолетами для взлета и посадки. Студент получил Дубовые листья к Рыцарскому кресту Железного креста за участие в операции.

Студент был переведен в Италию, а затем во Францию, где он участвовал в сражениях за Нормандию в 1944 году. Он был назначен командующим Первой парашютно-десантной армией и принимал участие в противодействии союзной операции Market Garden возле Арнема. После непродолжительного пребывания на Восточном фронте в Мекленбурге в 1945 году он был захвачен британскими войсками в Шлезвиг-Гольштейне в апреле того же года, прежде чем он смог принять командование группой армий «Висла».

Под его командованием:

Штаб-квартира Fliegerkorps XI - генерал-майор Курт Студент, с бриг. Альфред Шлемм (начальник штаба), полковник Генрих Треттнер (оперативное управление) и майор Георг-Ханс Рейнхардт (внутренний)

Георг-Ганс Райнхардт, Альфред Шлемм, Генрих Треттнер,

Подразделение KGzbV 1 под командованием оберста (полковника) Фрица Морзика

Подразделение KGzbV 2 под командованием оберста (полковника) Рюдигера фон Хейкинга

Отряд KGzbV 3 под командованием оберста (полковника) У.Бухольц

22-я люфтландская дивизия Генерал Ханс Граф фон Шпонек Резерв Сил (в Румынии) Fliegerkorps VIII

Фриц Морзик, Ханс Граф фон Шпонек, Рюдигер фон Хейкинг,

Вольфрам фон Рихтгофен

Генерал дер Флигер Фрейгер Вольфрам фон Рихтгофен (10 октября 1895 г. - 12 июля 1945 г.) был немецким фельдмаршалом Люфтваффе (ВВС Германии) во время Второй мировой войны.

В апреле 1941 г. VIII. Fliegerkorps было поручено поддержать немецкое вторжение в Югославию и немецкую армию в битве за Грецию и битве за Крит. Неудача итальянской армии в греко-итальянской войне вынудила Гитлера вмешаться, чтобы обезопасить фланг Оси, недалеко от румынских нефтяных месторождений. Операция «Марита» была расширена за счет вторжения в Грецию и Югославию.

Корпус

Рихтгофена получил два крыла Ju 87 для задач StG 2 и Sturzkampfgeschwader 3 (StG 3), базирующихся в Болгарии.С подкреплением немецкий воздушный контингент под командованием Luftflotte 4 будет иметь в общей сложности 946 боевых самолетов, поддерживаемых сотнями транспортных машин. Эти силы превосходили по численности греческие, югославские и британские силы вместе взятые. Рихтгофен договорился о том, чтобы подразделения воздушной разведки 12-й немецкой армии взаимодействовали с его собственными формированиями посредством связи. Операции Корпуса поддерживали 12-ю немецкую армию на юге Югославии, которая отрезала югославскую армию от Греции и союзных войск там.Победа в Югославии завершилась бомбардировкой Белграда, что способствовало быстрой победе за счет уничтожения центров управления и контроля. Югославия сдалась 17 апреля.

Операции перенесены в Грецию. Успех Оси в битве на линии Метаксаса позволил им обойти основные позиции греческой армии и окружить наиболее эффективные греческие силы. Подразделения Рихтгофена поддержали атаку на Линию без особого вмешательства со стороны авиации союзников. Всего 99 самолетов британских ВВС (74 бомбардировщика) и 150 греческих самолетов противостояли 500 самолетам Рихтгофена.К 15 апреля RAF были выведены. С этого момента основными целями Fliegerkorps VIII были корабли союзников, заполнившие эвакуационные порты. В отличие от общих претензий к британскому судоходству в Ла-Манше в 1940 году, утверждения о 280 000 тонн судов (60 судов), уничтоженных до 30 апреля 1941 года, были приблизительно правильными.

Войска союзников отошли к восточному побережью Греции, где Королевский и Греческий флот начали их эвакуацию из портов на юге Греции, включая столицу Афины.Подразделения Ju 87 из корпуса Рихтгофена нанесли большой урон судоходству, уничтожив небольшой греческий флот и нанеся ущерб британскому судоходству. За два дня греческая военно-морская база в Пирее потеряла 23 судна в результате атаки Штуки. С 21 по 24 апреля на южном берегу было потоплено 43 корабля. Общие потери кораблей союзников составили 360 000 тонн.

Конец кампании на материке означал, что единственной оставшейся целью был остров Крит, лежащий у южного побережья Греции. Во время битвы за Крит «Ю-87» Рихтгофена также сыграли значительную роль.В первый же день операция была близка к катастрофе. Большинство десантников, которые приземлились на планерах или парашютах, потеряли большую часть своих радиостанций, что означало, что Рихтгофену пришлось полагаться на самолеты-разведчики. Немецкие парашютисты были скованы на острове, на критских аэродромах они должны были захватить. Уровень усилий Рихтгофена, направленных на ослабление давления на них, вполне вероятно, спас немецкие части от поражения.

21–22 мая 1941 года немцы попытались отправить подкрепление на Крит по морю, но потеряли 10 судов «Force D» под командованием контр-адмирала Ирвина Гленни.Силы, состоявшие из крейсеров HMS Dido, Orion и Ajax, заставили оставшиеся немецкие корабли отступить. Штуки были призваны справиться с угрозой военно-морского флота Великобритании. С 21 мая было потоплено около восьми британских эсминцев и четыре крейсера (не все воздушными ударами), а также пять эсминцев ВМС Греции.

Боевые группы операции «Меркурий»
Название группы Кодовое название Командир Цель
Gruppe Mitte (Group Center) Марс Генерал-майор Вильгельм Зюссманн Prison Valley, Ханья Суда, Ретимнон
Группа West (Группа West) Комета Генерал-майор Ойген Майндл Малеме
Gruppe Ost (Группа Восток) Орион Оберст Бруно Бройер Ираклион

Вильгельм Зюссманн

генерал-лейтенант (майор.Генерал) Вильгельм Зюссманн (16 сентября 1891 - 20 мая 1941), немецкий генерал Люфтваффе (ВВС) во время Второй мировой войны, погиб в бою во время битвы за Крит.

Зюссманн был первым командиром 55-го бомбардировочного крыла с момента его формирования 1 мая 1939 года по 6 марта 1940 года. Он командовал 2-м полком Fallschirmjäger, а затем 7-й летной дивизией во время битвы за Крит. Он командовал «Оперативной группой Марс» , предназначенной для захвата тюремной долины (Айя), Ханьи, Суда и Ретимно.Когда его планер DFS 230, на борту которого находился он и его штаб, буксировался из Греции на Крит, буксирный трос оборвался, левое крыло оборвалось, и корабль рухнул на небольшой остров Эгина. Зюссманн погиб при ударе. Он похоронен на немецком военном кладбище в Дионис-Рапендоза, Греция.

Альфред Штурм

Под командованием Зюссмана находился также оберст (полковник) Альфред Штурм (23 августа 1888 г. - 8 марта 1962 г.). Штурм был командиром 2-го полка Fallschirmjäger.Он был награжден Рыцарским крестом Железного креста за свои действия во время битвы за Крит. Он прыгнул к западу от аэропорта Пиги в Ретимно-Крит (Grouppe Mitte - 2-я волна) и был схвачен в плен 21 мая 1941 г. греческими солдатами 4-го пехотного батальона и доставлен в штаб 2/11. В течение десяти дней он был военнопленным в лагере для военнопленных деревни Пиги в отдельном месте в лагере, потому что ему не нравилось находиться вместе со своими солдатами.

В районе Ретимнона под командованием Штурма находился 1-й батальон ( майор Кро ), 2-й батальон ( Hauptmann Erich Pietzonka ), 3-й батальон ( Hauptmann Wiedemann )

Ричард Гейдрих

Командиром 3-го полка Fallschirmjäger был оберст (полковник) Ричард Хайдрих (27 июля 1896 - 22 декабря 1947).Он был награжден Рыцарским крестом Железного креста с дубовыми листьями и мечами нацистской Германии. Он принадлежал к Gruppe Mitte - «Оперативная группа Марс» под командованием Зюссмана.

В районе Ханьи, Галатаса и тюремной долины под командованием Гейдриха находился 1-й батальон ( гауптмана Фридриха фон дер Хейдте, ), 2-й батальон ( майор Дерпа, ), 3-й батальон ( майор Людвиг Хейльман, ).

Фридрих Август Фрайхер фон дер Хейдте Людвиг-Себастьян Хейльманн

Ойген Майндл

Generalmajor Eugen Meindl (16 июля 1892 - 24 января 1951) был командиром Luftlande Sturmregiment - Gruppe West - «Оперативная группа Комета».

Родившийся в 1892 году, Ойген Майндл поступил в армию в 1912 году и служил во время Первой мировой войны. Майндл служил в различных артиллерийских частях рейхсвера, послевоенных вооруженных сил Веймарской республики, а затем и в вермахте нацистской Германии. В ноябре 1938 года Майндл был назначен командиром 112-го горно-артиллерийского полка в Граце. Получив повышение до Оберста, он возглавил «Meindl Group» и совершил свой первый прыжок с парашютом в Нарвике. Он перешел в Люфтваффе в ноябре 1940 года.

Во время воздушно-десантного вторжения на Крит Майндл прыгнул возле моста Платаниас, где получил ранение в грудь и был тяжело ранен, и ему пришлось передать управление полком оберст-дер-Фоллширмьягеру, Герману Рамке.

Герман-Бернхард Рамке

Полковник Герман-Бернхард Рамке (24 января 1889 - 4 июля 1968) был немецким офицером парашютно-десантных войск во время Второй мировой войны. Он возглавлял подразделения на Крите, в Северной Африке, Италии, Советском Союзе и Франции и был захвачен американскими войсками по завершении битвы за Брест в сентябре 1944 года.Он был награжден Рыцарским крестом Железного креста с дубовыми листьями, мечами и бриллиантами, одним из 27 человек в нацистской армии Германии, награжденных таким образом.

19 июля 1940 года Рамке был переведен в 7-ю летнюю дивизию под командованием генерала Курта Стьюдента и получил звание оберста. В 51 год успешно окончил парашютно-квалификационный курс. В мае 1941 года, работая с дивизией Stab, он помогал планировать, а также принимал участие в операции Merkur. Войска под его командованием захватили аэродром Малеме, который использовался для переброски подкреплений.После дорогостоящей победы на Крите остатки нескольких парашютно-десантных подразделений были сформированы в специальную бригаду, а командование было передано Рамке. 22 июля 1941 года его повысили до генерал-майора. Находясь на Крите, Рамке приказал своим людям атаковать мирных жителей в деревнях, где были обнаружены изуродованные тела немецких десантников.

Под командованием Майндла и Рамке находился штурмовой полк Люфтланда, кроме:

1-й батальон Майор Уолтер Кох планерный батальон
2-й батальон Major Эдгар Стентцлер
3-й батальон Майор Отто Шербер
4-й батальон Hauptmann (Капитан) Вальтер Герике

Бруно Бройер

Оберст Бруно Бройер (4 февраля 1893 - 20 мая 1947) был офицером парашютно-десантных войск нацистской Германии во время Второй мировой войны.Он служил командиром на Крите (так называемая Крепость Крит), а затем командовал 9-й парашютно-десантной дивизией. После войны Бройер был осужден за военные преступления и казнен вместе с Фридрихом-Вильгельмом Мюллером в годовщину вторжения Германии на Крит.

20 мая 10941 г. Брюэр должен был возглавить первый полк Fallschirmjäger и второй батальон 2-го полка Fallschirmjäger. Его целью было захватить аэродром в Ираклионе, но нацисты потерпели неудачу из-за храбрости обороны союзных войск и гражданского населения Крита.

В ноябре 1942 года Бройер сменил генерала Александра Андрэ в качестве командира на Крите. 25 марта, в День независимости Греции, он освободил 100 критян, заключенных в тюрьму Агиа. Среди них был Константинос Мицотакис, который позже стал депутатом и премьер-министром Греции. После неудач немцев под Сталинградом и Эль-Аламейном Бройер приказал построить подземные командные бункеры, укрепить оборону вокруг залива Суда и увеличить запасы боеприпасов. В 1944 году Бройера сменил генерал Фридрих-Вильгельм Мюллер.

В январе 1945 года немецкая 9-я парашютная дивизия была сформирована под командованием Бройера и в основном состояла из сухопутных войск Люфтваффе. Затем два его батальона были окружены 1-м Украинским фронтом в Бреслау, где были уничтожены. Остальная часть дивизии отступила к Зееловским высотам. Многие войска бежали, когда начался советский заградительный огонь. Вскоре линия почти полностью разрушилась, и многие люди Бройера начали дезертировать. Бройер пережил нервный срыв и был освобожден от командования.

Юлиус Рингель

Generalmajor Юлиус «Папа» Рингель (16 ноября 1889 г. - 11 февраля 1967 г.) был австрийским генералом в вооруженных силах нацистской Германии во время Второй мировой войны. Он сражался на Западном и Восточном фронтах, а также в Балканской кампании. Рингель командовал 3-й горной дивизией, 5-й горной дивизией, LXIX корпусом, 11-м Wehrkreis и армейским корпусом Рингеля. Он был награжден Рыцарским крестом Железного креста с дубовыми листьями.

Во время битвы на Крите он был командиром 5-й Гебиргской (горной) дивизии. Все его войска переброшены на Крит немецкими военно-воздушными силами после захвата аэродрома Малеме.

Вильгельм Канарис

Вильгельм Франц Канарис (1 января 1887 - 9 апреля 1945) был немецким адмиралом и начальником Абвера, немецкой военной разведки, с 1935 по 1944 год. Первоначально сторонник Адольфа Гитлера, к 1939 году он выступил против нацистов как он чувствовал, что Германия проиграет еще одну крупную войну.Во время Второй мировой войны он был среди офицеров, участвовавших в подпольной оппозиции руководству нацистской Германии. Он был казнен в концентрационном лагере Флоссенбюрг за государственную измену, когда нацистский режим падал.

Для операции «Меркурий» он проинформировал штаб, что для защиты Крита имеется всего 5000 союзных войск, и местное население с нетерпением ждет их встречи.

Из-за этой неверной информации и массового сопротивления союзников и гражданского населения нацисты понесли тяжелые потери после битвы за Крит.

Вторжение на Крит: погружение в ад

Уильям Э. Уэлш

К маю 1941 года состояние немецких люфтваффе достигло огромных высот и резко упало в течение одного года блицкрига на Западе. Европа. Люфтваффе, возглавляемое самовлюбленным Германом Герингом, бывшим летным асом Первой мировой войны, было идеальным дополнением к наземному вермахту в первые месяцы войны. Весной 1940 года в Скандинавии и Нидерландах парашютная легкая пехота Люфтваффе, или Fallschirmjäger, захватила ключевые объекты, чтобы ускорить продвижение танковых войск Германии, в то время как высокоуровневые бомбардировщики и пикирующие бомбардировщики ускорили капитуляцию упорных наций. умышленные немилосердные бомбардировки европейских городов, посмевшие бросить вызов Адольфу Гитлеру.
[text_ad]

Но удача Люфтваффе испортилась во время эвакуации Дюнкерка и последовавшей битвы за Британию, когда авиация не смогла одержать обещанные победы. После катастрофической воздушной войны Геринг был похож на игрока, которому не повезло. Рейхсмаршал отчаянно пытался восстановить свой престиж и престиж своей любимой Люфтваффе. Королевские военно-воздушные силы, возможно, одержали верх над люфтваффе в небе над Великобританией, но десантники Геринга еще не были побеждены.После того, как нацистские войска ворвались на Балканы весной 1941 года, чтобы искупить злонамеренное вторжение итальянского диктатора Бенито Муссолини в Грецию, Геринг надеялся, что у Люфтваффе будет еще одна возможность проявить себя для фюрера, который, как известно, трудно угодить.

Во имя гордости Люфтваффе

Генерал-лейтенант Александр Лёр, командующий 4-м воздушным флотом Люфтваффе, и генерал-майор Курт Студент, командующий XI авиакорпусом, представили планы вторжения на Крит, которое будет проводиться исключительно десантниками люфтваффе.Геринг сразу понял эту идею. Успешное воздушное вторжение на Крит вернет ему благосклонность фюрера. Ставки были высоки - Геринг делал ставку на то, что его воздушно-десантный корпус сможет захватить стратегический остров при небольшой поддержке вермахта или вообще без нее.

Остров, расположенный в 60 милях от самой южной оконечности материковой Греции, протяженностью 160 миль с востока на запад и простирается от 12 до 30 миль с севера на юг. Его жители живут в основном на узких полосах плодородных земель на северном и южном берегах.Плодородные пояса сменяются предгорьями, которые затмеваются вулканическими горами, высота которых превышает 8000 футов. Его большие размеры могли вместить несколько аэродромов, а огромная естественная гавань в заливе Суда могла укрыть большое количество судов. План Студента по вторжению на Крит состоял в том, чтобы одновременно нанести удар по семи ключевым целям на северном побережье острова и укрепить эти плацдармы, пока отдельные группы соединяются друг с другом. Но Лёр хотел сосредоточить все вторжение на западной оконечности Крита, где располагались аэродром Малеме и порт Суда, а затем двинуться на восток, чтобы захватить остальную часть острова.

Чтобы урегулировать спор, Геринг придумал компромисс. Согласно окончательному плану операции «Меркурий», Студент будет командовать более чем 22 000 войсками, все из которых будут участвовать во вторжении либо в первой серии атак, либо в качестве подкрепления. В состав XI студенческого авиационного корпуса входили 7-я воздушно-десантная дивизия, а также 5-я горнострелковая дивизия под командованием бриг. Генерал Юлиус Рингель. Последний заменил 22-ю воздушно-десантную дивизию, которая была выделена для охраны румынских нефтяных месторождений.План предполагал, что 750 военнослужащих из парашютной дивизии должны приземлиться на планерах, 9250 - на парашютах, 5000 - на захваченных аэродромах и 7000 - по морю. Поскольку транспортных самолетов для сброса всех парашютистов сразу не хватило, потребовалось два шаттла. План состоял в том, чтобы сбросить первую волну вскоре после рассвета, а вторую - к середине дня. Первый будет сосредоточен на захвате аэродрома Малеме, столицы Канеи и порта Суда, а второй - на взятии аэродромов Ретимо и Ираклиона.

Утром первого дня четыре батальона штурмового полка 7-й воздушной дивизии спустятся на аэродром Малеме на планере и парашюте, а 3-й парашютный полк приземлится возле Канеи, столицы Крита, и также захватит его. как порт Суда. Затем авиапарк из 500 Junkers Ju-52 вернется на материк, где он дозаправится и вернется с оставшимися парашютистами через шесть часов. Во второй волне 2-й парашютный полк высадится на Ретимо, а 1-й парашютный полк приземлится на вершине Ираклиона.

Атакующие разделились на три группы. Бриг. Генерал Юджин Майндл командовал штурмовым полком, сформировавшим западную группу, генерал-майор Вильгельм Сассман командовал 2-м и 3-м парашютными полками в средней группе, а полковник Бруно Брауэр командовал 1-м парашютным полком в восточной группе. На второй день 5-я горнострелковая дивизия будет переброшена по воздуху на три захваченных аэродрома, а конвои стран Оси высадят войска, танки, артиллерию и припасы в глубоководных портах залива Суда и Ираклиона.VIII воздушный корпус под командованием генерала Вольфрама фон Рихтгофена будет обеспечивать поддержку с воздуха до и во время вторжения, используя 650 самолетов, в том числе 280 средних бомбардировщиков, 150 пикирующих бомбардировщиков, 180 истребителей и 40 самолетов-разведчиков.

К 14 мая части 7-й авиационной дивизии явились на семь аэродромов, с которых они должны были вылететь на Крит. На следующий день Стьюдент проинструктировал командиров полков и батальонов в своем штабе в отеле «Гранд Бретань» в Афинах.Хотя посадка планеров и десант парашютистов первоначально были запланированы на 17 мая, задержка с транспортировкой 5000 тонн авиационного топлива танкерами через Адриатическое море вынудила Студента отложить атаку до 20 мая. Что еще больше усложнило ситуацию, немцы не смогли точно выполнить поставку. оценить численность сил противника на Крите, несмотря на регулярные разведывательные полеты. Только в последние часы перед вторжением Студент и его люди узнали, что силы союзников на Крите были в четыре раза больше, чем предыдущие оценки в 10 000 человек.

Когда в апреле материковая Греция была захвачена немцами, около 18 000 солдат отправились на Крит, где к ним присоединились 12 000 свежих солдат из Египта. Теоретически союзные части были объединены с 12 000 греческих войск, разделенных на восемь полков, с общей численностью войск около 42 000 человек. Генерал сэр Арчибальд Уэйвелл, главнокомандующий британским Ближневосточным командованием, вылетел на Крит 30 апреля и сразу же заменил генерала Мейтленда «Джамбо» Уилсона на генерал-майора Бернарда «Тайни» Фрейберга, командующего новозеландской дивизией. , который воевал при Вильсоне на материковой части Греции.Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль направил Уэйвеллу сообщение, в котором ясно давалось понять, что союзники не сдадут остров без боя. «Это должна быть прекрасная возможность для уничтожения парашютистов», - писал Черчилль. «Остров должен быть упорно защищал.»

«Остров Должен быть Упорно Защитил»

Фрейберга унаследовал сложную ситуацию. Войска союзников, эвакуированные из Греции, оставили почти все свои машины и тяжелое вооружение. На Крите их скудный арсенал насчитывал 49 полевых орудий, восемь - 3.7-дюймовые гаубицы и 22 танка. Воздушного прикрытия не существовало. Все самолеты, которые еще могли летать, вернулись в Египет. Различные позиции вокруг острова не были укреплены, и большинство подразделений не имели радиосвязи. Что касается греков, то они были вооружены устаревшими винтовками и всего по три патрона.

Пехота и десантники передвигаются и сдаются.

Однако у британцев было несколько преимуществ, которые могли помочь им задержать нацистских захватчиков или даже дать им отпор. Самое главное, они контролировали моря и, следовательно, могли перехватить любое немецкое подкрепление, оборудование или припасы, прибывающие на лодке на остров.У союзников также будет больше людей на земле в первый день битвы, чем немцы могут сбросить с неба. Благодаря Ультре, названию, данному расшифрованным немецким кодам, Фрейберг вскоре после своего прибытия узнал, что немцы планируют массированное воздушное вторжение с целью захвата трех основных аэродромов на северном побережье Крита в Малеме, Ретимо и Ираклионе. Британская разведка ошибочно полагала, что немцы могут штурмовать пляжи в секторе Малеме с помощью итальянского флота, но немцы не собирались устраивать какие-либо штурмы пляжей.

План союзников

Полагая, что однажды они вернут остров, если они уступят его немцам, союзники не разрушали аэродромы, чтобы противник не мог их использовать. Вместо этого Фрейберг выбрал пять ключевых целей для защиты. Помимо трех действующих аэродромов, он также будет защищать Канею и порт Суда. Малеме удерживала новозеландская дивизия, состоящая из 4-й, 5-й и 10-й бригад, а также 1-го, 6-го и 8-го греческих полков.В Суда-Бей оборона состояла из Организации обороны мобильной военно-морской базы под командованием генерал-майора Эрика Уэстона, усиленной двумя австралийскими батальонами и 2-м греческим полком. В непосредственной близости и охраняли столицу Канеи 1-й батальон (Королевские валлийские фузилеры), 1-й батальон рейнджеров и гусарские гусары Нортумберленда. Штаб-квартира Фрейберга была спрятана в карьере недалеко от Канеи.

Сектор Ретимо примерно в 31 милях к востоку от Канеи находился под командованием австралийского бригада. Генерал Джордж Васи.Для защиты сектора у него была 19-я австралийская бригада, три артиллерийские батареи, а также 4-й и 5-й греческие полки. Васи управлял бригадой из своего штаба в Георгиуполисе, расположенном на полпути между Ретимо и заливом Суда. Подполковник Ян Кэмпбелл из 1-го австралийского пехотного батальона возглавил австралийцев, которые должны были защищать сектор от первой атаки. Еще в 30 милях к востоку находился сектор Ираклиона, которым командовал Бриг. Генерал Б. Чаппел, который будет защищать город и аэродром своей 14-й бригадой, батальоном, выделенным из 19-й австралийской бригады, а также 3-го и 7-го греческих полков.Из-за острой нехватки транспортных средств силы в Ретимо и Ираклионе во время вторжения оставались одни.

Воздушное вторжение начинается

В предрассветной темноте 20 мая элитные десантники 7-й немецкой авиационной дивизии сели на транспорты и планеры семи захваченных греческих аэродромов для полета на Крит. Пятнадцать человек поднялись на борт каждого из 502 Ju-52, а еще 750 человек поднялись на борт 75 планеров DFS-230, которые должны были доставить их на землю, полностью оборудованные для штурма зенитных батарей и различных ключевых объектов.В 4:30 утра первый из сильно загруженных самолетов отскочил от импровизированной взлетно-посадочной полосы на юге Греции. Вскоре после рассвета люфтваффе начали серию бомбардировок в рамках подготовки к воздушно-десантной атаке. Услышав гул бомбардировщиков высоко над головой, войска союзников бросились в укрытие. Они ютились в узких траншеях, над их позициями взрывались бомбы, разнося раскаленные добела шрапнели в воздухе. Рихтгофен использовал сотни средних бомбардировщиков, чтобы смягчить цели для первой волны воздушного нападения.Как только бомбардировщики повернули назад, пикирующие бомбардировщики «Штука» и «Мессершмитты-109» устремились в поисках подходящих целей.

Едва рассеялись дым и пыль от бомбардировок, как пехота союзников, размещавшаяся вокруг аэродрома, заметила планеры с элементами штурмового полка. Одна гирлянда планеров приземлилась в высохшем русле реки тавронитов, недалеко от колючей проволоки от подполковника Л.В. 22-й новозеландский батальон Эндрю. Тем временем транспортные самолеты пролетели над береговой линией и начали выпускать в небо маленькие пятнышки, которые превратились в парашюты ослепительной палитры цветов - белого, красного, зеленого и желтого.Войска спускались на землю под белыми парашютами, в то время как желоба других цветов обозначали канистры с оружием, снаряжение или припасы. Пейзаж разразился огнем из стрелкового оружия. Новозеландцы обстреляли планеры, убив многих десантников, прежде чем они успели покинуть самолет. Одной из первых жертв стал командир 3-го планерного отряда майор Франц Браун. Несмотря на потерю Брауна, десантники атаковали и захватили мост Тавронитов. Войска с обеих сторон пытались найти укрытие и хорошие боевые позиции.

Нападение на аэродром Малеме

Захват аэродрома Малеме был исключительной обязанностью четырехбатальонного штурмового полка Майндла, который должен был прибыть как на планере, так и на парашютах. Немцы планировали трехстороннюю атаку, чтобы захватить Малеме. Одна группа десантников приземлится к западу от реки Тавронитес, другая группа приземлится к востоку от аэродрома вдоль прибрежной дороги, а третья группа приземлится на высоте 107 непосредственно к югу от аэродрома. Около двух третей планеров, составлявших ударную группу, известную как оперативная группа «Комета», захватили бы ключевые объекты, расположенные рядом с аэродромом Малеме.Люди из оперативной группы были набраны из 1-го батальона штурмового полка майора Вальтера Коха.

Майор Вальтер Кох.

Планеры с 1-м отрядом планеров 2-го лейтенанта Вульфа фон Плессена, который был почти идентичен по размеру с Брауна, приземлились прямо за батареей орудий Bofors в устье реки. Десантники легко подавили расчеты орудий, которые были вооружены только пистолетами. Выключив орудия, люди Плессена продвинулись по северному периметру аэродрома, но быстро обнаружили, что их прижали солдаты роты С 22-й Новой Зеландии.При попытке выйти из боя и отступить к немецким позициям вдоль Тавронитов, Плессен был поражен и убит вражеским ружейным огнем.

В то же время, когда силы Брауна высадились в русле реки, планеры группы Коха и штаб 1-го батальона штурмового полка устремились вниз на высоту 107. Пятнадцать планеров под командованием Коха устремились к юго-западному склону холма. в то время как еще 15 планеров приземлились на северо-восточном склоне. Планер, в котором сидел Кох, задел каменную стену, развернулся по кругу и раскололся пополам.Несмотря на тяжелую травму головы во время приземления, Кох взял ситуацию под личный контроль, отправив бегунов инструктировать парашютистов на своей стороне холма, чтобы они собрались возле обломков его планера в защищенном пласте на склоне холма. Как и две другие группы планеров, приземлившиеся недалеко от Малеме, парашютисты Коха подверглись шквальному огню новозеландцев. Потери в группе Коха были настолько серьезными, что только 25 десантников из 150, высадившихся на юго-западной стороне холма, собрались вместе с Кохом в безуспешной попытке штурмовать холм.Атака была остановлена ​​сразу после ее начала.

Остальные три батальона штурмового полка должны были десантироваться на парашютах вдоль берега подальше от аэродрома Малеме и обезопасить подходы к аэродрому. 2-й и 4-й батальоны штурмового полка под командованием майора Э. Стенцлера и капитана Вальтера Герике, соответственно, высадились к западу от тавронитов. Эти десантники благополучно достигли земли, нашли канистры с оружием и сформировали сплоченные отряды. Герике приземлился ближе всех к тавронитам, а Стенцлер - дальше на запад.В состав батальонов входили две роты тяжелого вооружения, вооруженные горными гаубицами и противотанковыми орудиями. Оценив тактическую ситуацию и осознав, что отряд Коха находится в серьезной опасности, Майндл отправил Стенцлера с двумя ротами из 2-го батальона широким фланговым маршем на юг в надежде захватить высоту 107 с тыла. Вскоре после этого Майндл был тяжело ранен в грудь, и Герике принял командование штурмовым полком.

Самой неудачной группой немцев в секторе Малеме был 3-й батальон штурмового полка под командованием майора Отто Шербера.Вместо того, чтобы сбросить этих людей на пляжи, как первоначально планировалось, пилоты Ju-52 выпустили их на невысокие холмы за прибрежной дорогой, где они были расстреляны 21-м и 23-м новозеландскими батальонами. «Они были прямо над нами», - написал новозеландский офицер. «Вокруг меня трескались винтовки. У меня был пистолет Томми, и это было похоже на стрельбу по уткам ». Некоторым десантникам удалось прорваться к дружественным силам вдоль тавронитов, в то время как другие просто заняли оборонительные позиции в ожидании спасения.

Отступление с высоты 107

По мере того как день шёл, Эндрю 22-го полка все больше беспокоился о консолидации немецких парашютистов вдоль тавронитов. К полудню фланговая группа Стенцлера оказывала давление на высоту 107 с запада. Без всяких оговорок Эндрю запросил подкрепление у 5-го новозеландского командующего Брига. Генерал Джеймс Харгест, но запрос был отклонен на том основании, что остальные три батальона бригады находились в таком же тяжелом положении.Андрей направил свои только два танка в слабую контратаку в сторону тавронского моста. Один танк повернул назад, потому что у него были неподходящие боеприпасы; другой застрял на валуне в русле реки. В свете неудачной контратаки Эндрю начал сомневаться, сможет ли он удержать холм без подкрепления. В какой-то момент он по рации сообщил Харгесту, что его могут вынудить уйти, на что его начальник легкомысленно ответил: «Если вы должны, вы должны».

Тюремная долина

Первая волна штурма в Канеа и Суда-Бэй произошла одновременно с воздушной атакой на аэродром Малеме.Один отряд из 15 планеров под командованием капитана Густава Альтмана атаковал зенитную батарею на западной стороне залива Суда, но обнаружил, что это была фиктивная позиция с бревнами, которые выглядели с воздуха как действующая батарея. Парашютисты были замечены и окружены британскими резервами, расквартированными вокруг штаб-квартиры союзников. Второй группе повезло немногим больше. Группа из примерно девяти планеров под руководством 2-го лейтенанта Альфреда Генца приземлилась практически на вершине 234-й тяжелой зенитной батареи. После вывода батареи десантники были отброшены Королевской морской пехотой, когда они попытались захватить центральную радиостанцию.

Оставшиеся Ju-52 сбросили 3-й парашютный полк к югу от Канеа в долине Айя для общего наступления на Канеа и Суда-Бэй. Местные жители называли этот район Тюремной долиной, потому что из ряда крупных зданий здесь располагалась тюрьма. Бойцы трех батальонов полка спустились на землю около 8:15 утра. Со своей позиции они могли слышать боевые действия на севере в направлении Галатоса. 1-й и 2-й батальоны благополучно приземлились, но 3-му батальону не повезло.Он приземлился на два батальона Брига. 4-й новозеландской бригады генерала Л.М.Инглиса и постигла судьба, аналогичная судьбе 3-го батальона штурмового полка Шербера. Тем временем четыре планера, на борту которых находился штаб дивизии, за исключением планера Майндля, разбившегося перед тем, как достичь Крита, совершили грубую посадку к северу от города Агиа. Подполковник Ховард Киппенбергер, командующий недавно сформированной 10-й новозеландской бригадой, стоящей на якоре в Галатосе, совершил серьезную тактическую ошибку, не заняв тюрьму к югу от своей позиции.Незанятое соединение предоставило 3-му парашютному батальону готовый сборный пункт, с которого можно было начать боевые действия.

Сильно защищенный остров привел к серьезным жертвам еще до того, как упал на землю.

3-й парашют столкнулся с ожесточенным сопротивлением не только войск Анзака в секторе Канеа, но и греческих подразделений, закрепленных за секторами Канеа и Малеме. 2-й греческий полк был развернут к юго-востоку от Тюремной долины, в то время как 8-й греческий полк удерживал территорию к юго-западу от Тюремной долины, включая Агию и проходящие через нее дороги.Немецкое командование предполагало, что критяне, не любившие нынешний режим на материке, будут приветствовать захватчиков. Как раз наоборот. Греческие войска и критские граждане охотились на немецких десантников с той же решимостью, что и союзники.

Студент с нетерпением ждал в своем штабе отчетов о битве. Если бы атака прошла хорошо, то к полудню большинство, если не все цели были бы в руках немцев. Поскольку греческие партизаны перерезали линии между его штабом и люфтваффе, он получил мало информации в первые часы атаки.Без надежной сети связи Студенту не оставалось ничего другого, как позволить операции продолжаться в соответствии с задумкой. График второй волны, вылет которой должен был начаться уже в 13:00, быстро нарушился, потому что дозаправка должна была производиться вручную, а пыль, создаваемая мытьем несущих винтов на грунтовых взлетно-посадочных полосах, уменьшала видимость во время взлетов и посадок. В результате самолеты взлетали небольшими группами. В таких условиях подразделения теряли бы силы и могли уничтожать их по частям.

Retimo

Ju-52 со второй волной группы «Центр», состоящей примерно из 1500 человек из 1-го и 3-го батальонов 2-го парашютного полка, прибыли над сектором Retimo около 16:00. Самолеты пролетели над береговой линией к востоку от зоны приземления и повернули на запад, чтобы сбежать. Как и во время десантирования в то утро, десантники были рассредоточены на трехмильной территории. Подполковник Альфред Штурм, который возглавил атаку на Ретимо, разделил свои силы на три группы.1-й батальон должен был приземлиться к востоку от взлетно-посадочной полосы и захватить ее в целости, 3-му батальону было приказано приземлиться дальше на запад и захватить город и порт, а Штурм и около 200 человек попытались бы застать защитников врасплох, высадившись прямо на аэродром.

Кэмпбелл оставил оборону города Ретимо агрессивному отряду греческих жандармов численностью 800 человек и развернул два австралийских батальона под своим командованием для защиты небольшого аэродрома, расположенного примерно в трех милях к востоку от города.Его батальон 2/1 был развернут рядом с аэродромом на скалистом плато, которое союзники назвали Холмом А, в то время как батальон 2/11 под командованием майора Р.Л. Сандовера был развернут на поддерживающем расстоянии к западу на другом мысе, известном как Холм Б. плотно закопался среди виноградников на склоне холма и решил удержать взлетно-посадочную полосу. У них в резерве было несколько артиллерийских орудий и два танка.

1-й батальон численностью 500 человек высадился в хорошей форме в Ставроменосе и его окрестностях, к востоку от аэродрома Ретимо.В состав сил входили взвод тяжелых минометов, противотанковых орудий и легкой артиллерии, а также рота крупнокалиберных пулеметов. Третьему батальону численностью 800 человек повезло меньше. Только половина упала в предполагаемом месте, а остальные приземлились у восточного склона холма А, где они были срезаны батальоном Кэмпбелла. Те, кто приземлился в правильном месте, не продвинулись против греческих жандармов. Они бросились укрываться среди песчаных дюн вдоль пляжа.

Когда 1-й батальон продвигался к аэродрому, австралийцы заложили стену огня. Четыре австралийские пулеметные группы втиснулись в ландшафт на переднем склоне холма А, и их огонь временно остановил лучше вооруженных немцев. Но нападавшие развернули минометы и методично взялись за ликвидацию пулеметных гнезд. Не имея оружия, австралийцы отступили на обратный склон.

Танки Чаппела

Восточная боевая группа численностью 2400 человек во второй волне направлялась в Ираклион.Чаппел, командующий силами союзников в Ираклионе, расположил различные батальоны своей 14-й британской пехотной бригады, которые были усилены австралийским батальоном, вокруг аэродрома к востоку от города и подготовился к предстоящему воздушно-десантному нападению. Транспорты начали появляться в 17.00, грохотали над головой классическими V-образными формированиями, чтобы сбрасывать свои отряды десантников. Падения, которые распространились по 12-мильной зоне, затянулись намного дольше, чем планировалось, из-за задержек на аэродромах на материке.Когда самолеты проносились мимо, пехота обстреливала транспорты из стрелкового оружия с двух скалистых вершин, известных как «Чарли».

Чаппел приказал своим резервным танкам вступить в бой вскоре после высадки десантников. Две «Матильды», стоявшие на противоположных концах аэродрома, ожили, как и еще шесть пехотных танков 3-го гусарского полка. Танки преследовали десантников, которых либо расстреляли командиры танков, либо их сбила техника. Тем временем Брауэр высадился с 1-м батальоном 1-го полка под командованием майора Эрика Вальтера примерно в миле к востоку от Ираклиона в районе, не занятом союзниками.Десантники Вальтера немедленно двинулись на помощь своим набегающим товарищам.

На западе 2-й батальон 2-го полка под командованием капитана Герхарда Ширмера высадился и занял позицию блокирования вдоль прибрежной дороги, чтобы не дать подкреплениям союзников добраться до Чаппеля. 3-й батальон капитана Карла-Лотара Шульца высадился недалеко от Ираклиона и немедленно атаковал батальон греческого гарнизона, который Чаппел поручил защищать город. Когда немцы попытались прорваться в город, разгорелась ожесточенная перестрелка.С наступлением темноты контратака танков 3-го гусарского полка отбросила части 1-го батальона Вальтера с восточной окраины аэродрома.

Сумрак в Малеме: удержание на голой границе

Когда после наступления темноты в секторе Малеме боевые действия стихли, Фрейберг телеграфировал Каиру: «Граница, на которой мы их удерживаем, ничтожна, и было бы неправильно с моей стороны нарисовать оптимистичную картину ». Вскоре после полуночи Эндрю отдал приказ 22-му батальону отступить на восток.Не имея радиосвязи со своими ротами, он послал бегунов, чтобы предупредить передовые роты, чтобы те отошли и начали движение на восток с ртами А и Б. Решение Эндрю было катастрофическим для обороны союзников. Отступая от Малеме, он просто передал немцам аэродром. К 5 часам утра весь батальон направился к территории, занятой другими частями 5-й новозеландской бригады.

Не зная, что 22-й новозеландский батальон покинул Малеме, немцы опасались, что контратака англичан на следующее утро может укрепить позиции союзников на Малеме и вытеснить немцев за пределы тавронитов.В тот вечер до немецкого командования дошли слухи о возможном разгроме на Крите. Потери первого дня, которые, как позже выяснилось, превысили 1800, шокировали немецкое командование. Под растущим давлением с целью прекратить вторжение Студент ломал голову над тем, как повернуть битву в пользу немцев. Исходя из предположения, что на второй день можно будет начать высадку транспортов в Малеме, он приказал 600 резервным десантникам, направляющимся в Ираклион для усиления штурмового полка в Малеме, и поручил Рингелю подготовить первую волну горных войск для полета в Ираклион. Малеме в тот день.Транспорты с припасами и боеприпасами начали приземляться в Малеме в 8 часов утра, но горные войска прибудут только во второй половине дня. В тот же день Студент приказал высадить еще четыре роты десантников в секторе. Две роты благополучно приземлились к западу от аэродрома, но две другие, упавшие к востоку от аэродрома, были сильно повреждены 28-й Новой Зеландией.

Когда Фрейберг и Уэстон готовились к отплытию в Сфакион, резервные силы приготовились принять немецкую атаку.

Теперь, когда немцы высадили войска прямо на аэродром, Фрейберг приказал 20-му батальону 4-го Новозеландского и 23-му батальону (Маорис) 5-го Новой Зеландии вернуть себе аэродром Малеме. Поскольку атака включала сложную перестановку войск, атака союзников началась только в 3 часа ночи 22 мая. Менее чем за три часа до рассвета новозеландцы продвинулись на запад вдоль прибрежной дороги. 20-я новозеландская дивизия двинулась к аэродрому к северу от прибрежной дороги, а маори продвинулись к югу от дороги.Новозеландцы быстро увязли в боевых действиях по домам против отдельных групп десантников из батальона Стенцлера, которые были усилены. К рассвету силам союзников все еще не хватало взлетно-посадочной полосы и они были атакованы истребителями и бомбардировщиками люфтваффе. В тот же день союзники прекратили атаку.

Немцы пополняют запасы

В ходе значительных боевых действий на море, которые начались ночью 21 мая и продолжились на следующий день, Королевский флот отбил два слабо защищенных немецких конвоя, направлявшихся на Крит.Первый конвой с 2330 людьми был атакован оперативной группой в составе трех крейсеров и четырех эсминцев, когда он находился в пределах 18 миль от Канеи. Хотя большинство немцев в конечном итоге было спасено из воды, их суда с оружием и снаряжением были потоплены. Отдельная оперативная группа в составе четырех крейсеров и четырех эсминцев перехватила более крупный конвой с 5000 военнослужащими, направлявшимся в Ираклион, менее чем через 12 часов и вынудила его вернуться на материк.

Несмотря на периодические обстрелы, немецкие транспорты приземлялись со скоростью 20 в час, в то время как союзные части были истощены и у них заканчивались боеприпасы.После неудачной контратаки 5-й новозеландский полк Харгеста утром 23 мая отошел на восток. В результате «Малеме» стал полностью готовым к боевым действиям для немцев, а МЕ-109 начали действовать с аэродрома Малеме. Рингель, прибывший 22 мая, разделил войска на три боевые группы для продвижения от Малеме к Канеа. На следующий день немцы отбросили союзников на холмы, известные как Галатос.

Когда взошло солнце 25 мая, пять пополняемых немецких батальонов столкнулись с двумя новозеландскими батальонами с низким уровнем боеприпасов.В течение всего утра немцы обстреливали позиции союзников минометным и сильным артиллерийским огнем, готовясь к штурму. В полдень они продвинулись через преграду. В тот день в бою, Бриг. Десантники генерала Германа Рамке захватили роту D 18-го батальона, а остальные три роты батальона отступили для реорганизации. В 16:30 десяток штук снарядов обрушился на позицию майора Джона Рассела вокруг Галатоса.

Отвод союзников

К вечеру постоянный поток солдат союзников устремился в тыл.С уходом с Галатоса последние надежды союзников остановить немецкое наступление и удержать остров испарились. Новозеландская дивизия вместе с двумя ветеранскими австралийскими батальонами Васи не имела другого выбора, кроме как отступить на Канеа. На следующее утро Фрейберг сообщил Уэйвеллу, что союзники проигрывают битву из-за количества новых немецких войск, прибывающих ежедневно, и постоянных преследований со стороны немецких истребителей и бомбардировщиков. «Какое бы решение ни было принято главнокомандующим с военной точки зрения, наше положение безнадежно», - написал он.

По мере того, как ситуация становилась все более хаотичной, Фрейберг 27 мая сообщил Уэйвеллу по радио, что гарнизон должен быть эвакуирован, прежде чем он будет разрушен. Уэйвелл проинформировал Черчилля о ситуации, и премьер-министр неохотно дал разрешение британскому флоту снова убрать наземные силы союзников с дороги. Уэйвелл предложил Фрейбергу отступить на восток, в сторону Ираклиона, но Фрейберг планировал отход с боями через горы к небольшой рыбацкой деревушке Сфакион на южном побережье.Оттуда войска из западного сектора будут эвакуированы на корабле в Александрию, Египет.

Резервы союзников разгромлены

Когда Фрейберг и Уэстон готовились отправиться в Сфакион, резервные силы приготовились принять немецкую атаку. Атака началась в 8:30, когда немецкие минометы начали обстреливать позиции союзников. Вскоре солдаты на боевом рубеже услышали большой огонь в тылу. С продолжающимся притоком подкреплений Рингель реорганизовал свои силы в пять боевых групп размером с полк.Рамке и Сотая гора связали переднюю часть запасного, а третий парашют развернулся позади, поймав его классическим движением клешни. Рингель приказал 85-му и 141-му горным полкам двинуться на восток, к заливу Суда.

Союзники проиграли битву в основном из-за путаницы в коммуникациях и просчетов в штабе.

Немцы быстро уничтожили резервные силы. Линия фронта исчезла, и британские солдаты были вынуждены сражаться небольшими изолированными группами. Около одной пятой из 1250 человек удалось бежать, а остальные были убиты или взяты в плен.К тому времени, когда резервные силы были уничтожены, союзные силы на западе Крита уже полностью отступали на юг, к Сфакиону. Рингель поручил подполковнику Августу Виттману, командующему артиллерией 5-й горы, возглавить моторизованный авангард для разгрузки 2-го и 1-го парашютных полков в Ретимо и Ираклионе соответственно. В состав сил входили по батальону мотоциклетной, противотанковой, моторизованной артиллерии и инженеров.

Эвакуация

Войска союзников, идущие к Сфакиону, 28 мая провели серию небольших боев с элементами 5-й горной дивизии, когда различные элементы отступили на юг через деревни Мегала Хоракия, Стилос и Баба Хани.На следующий день немцы разделили свои силы. Основные силы, состоявшие из авангарда Виттмана и 85-го и 141-го полков, продвигались на восток, не встречая большого сопротивления, пока в тот же день не достигли Ретимо. Обманутый плохой разведкой, заставив думать, что лишь небольшая часть союзников отступает на юг, Рингель направил единственный полк, 100-ю гору, следовать за союзниками к Сфакиону.

Как только Черчилль утвердил просьбу об отзыве гарнизона Крита, британский флот вступил в бой.Поскольку глубоководный порт Ираклиона мог принимать большие военно-морские суда, Уэйвелл и адмирал сэр Эндрю Браун Каннингем, главнокомандующий Средиземноморской станцией, решили немедленно отвести людей Чаппела. Ночью 28 мая Королевский флот погрузил почти 3500 человек на два крейсера и их эсминцы сопровождения для обратного пути в Александрию. Силы, охранявшие аэродром Ретимо, не имели достойного выбора для эвакуации. Не имея глубоководной гавани, Кэмпбелл должен был решить, пробиться ли пробиться к Сфакиону или сдаться.Он решил остаться на аэродроме в надежде, что Королевский флот найдет способ эвакуировать его войска с пляжей.

Немецкие войска, прибывшие в город Ретимо 29 мая, превосходили своих противников численностью и превосходили их по вооружению. У Виттмана не только была артиллерия, противотанковое оружие и минометы, но и немцы выгрузили танки в Кастелли, приморской деревне к западу от Малеме, которая присоединилась к команде Виттмана. Немцы призвали союзников сдаться, крича: «Игра окончена, австралийцы!» Кэмпбелл сдался вместе с примерно 700 людьми, но Сандовер и 51 человек отступили в холмы, где они продержались несколько месяцев, пока их не подобрала подводная лодка.

Эвакуация из Сфакиона проводилась в течение четырех дней с 28 по 31 мая. Союзники установили ширму отрядов на широком фронте, чтобы 100-я гора не помешала эвакуации. Оперативная группа, назначенная для эвакуации, в последний раз отплыла к Сфакиону вечером 31 мая. Около 4000 солдат были доставлены обратно в Александрию той ночью, когда корабли подняли якорь в 3 часа ночи. Тем не менее, большое количество войск союзников осталось позади. 1 июня лейтенант.Полковник Тео Уокер из 2/7 сдал 5000 солдат союзников австрийскому офицеру 100-й горы.

Между эвакуацией из Ираклиона и Сфакиона Королевский флот перебросил в Египет около 16 000 солдат союзников. Хотя немцы вытеснили гарнизон с острова и захватили три его аэродрома в целости и сохранности, они понесли серьезные потери. Из штурмовой группы численностью 22 000 десантников и десантников немцы зарегистрировали почти 6 500 потерь, в том числе 3 352 убитыми или пропавшими без вести.Более половины потерь пришлись на первые сутки среди несчастных десантников 7-й авиационной дивизии. Войска союзников, исключая греков, потеряли около 3500 человек, в том числе 1700 человек убитыми. Гораздо хуже было то, что 12000 британских и анзаковских солдат были взяты в плен. Поскольку греки не были эвакуированы, примерно 10 000 выживших в битве также попали в плен.

Выводы из битвы

Союзники проиграли битву в основном из-за путаницы в коммуникациях и просчетов в штабе.Если бы он взял на себя инициативу, у Фрейберга были бы ресурсы, чтобы победить немцев в течение первых нескольких дней битвы. Однако он отказался направить свои резервы в сектор Канеа-Суда, чтобы не допустить попадания аэродрома Малеме в руки немцев. На протяжении всего сражения Фрейберг оставался зацикленным на идее о том, что немцы планировали одновременный штурм берега, и отказывался от основных подкреплений в основном сражении. Тем не менее, союзные войска сражались героически, и способность Фрейберга с боевым отступлением позволила Королевскому флоту вывести более 16 000 солдат - почти две дивизии пехоты.

Для Студента триумф на Крите был горько-сладким. Он не только увидел свою любимую 7-ю парашютную дивизию, растерзанную противником, но и дни крупномасштабных немецких парашютных десантирований прошли. 19 июля Гитлер вызвал Студента и других старших командиров парашютистов в свой штаб. Поздравив каждого из них и вручив им Рыцарский крест, фюрер нашел время, чтобы отдельно посовещаться со Студентом. Он ошеломил создателя немецких парашютно-десантных войск, сказав ему, что с тех пор десантники будут играть менее активную роль в войне.«Конечно, вы знаете, генерал, мы больше никогда не проведем воздушно-десантную операцию», - сказал Гитлер. «Крит доказал, что дни парашютных войск прошли». Три года спустя в Нормандии союзники докажут, что он неправ.

1941: Операция «Меркурий» - воздушное вторжение Гитлера на Крит

Фотография предоставлена ​​Википедией

Основные моменты истории
  • Историческое событие:
  • 20 мая 1941 года
  • Это было первое массовое воздушное вторжение в истории войны.Немцы использовали элитные отряды десантников, так называемые «Fallschirmjäger». Во время вторжения на Крит греческий царь Георг II также был там, но ему удалось бежать, и он не был схвачен.

Этот день в 1941 году ознаменовал вторжение Германии на остров Крит во время Второй мировой войны, когда использовались так называемые отряды «Fallschirmjäger». («Fallschirm» в переводе с немецкого означает парашют, а «Егер», если использовать немецкую военную терминологию, был специалистом, например, коммандос).

Почему немцы использовали для вторжения самолеты, а не корабли? А именно, союзники контролировали морскую акваторию. С другой стороны, немцы имели большое превосходство в воздухе, потому что они захватили соседнюю Грецию.

Массовое воздушное вторжение Германии на Крит. Начался в этот день, а десантников было около 15 тысяч. Это было совершенно беспрецедентное предприятие в истории войн.

Даже легкие безоткатные орудия (например, «7.5 cm Leichtgeschütz 40») спускались на парашютах, чтобы немецкие войска могли иметь артиллерийские силы после приземления.Эти орудия спускались с помощью трех связанных парашютов, поскольку вес орудий превышал вес человека.

У десантников не было винтовок и пулеметов, которые находились в специальных контейнерах и спускались отдельными парашютами. Это была большая ошибка.

А именно, приземлившись, «Fallschirmjägers» оказались на поле боя, вооруженные только ножом, пистолетом и ручными гранатами. Многие из них были убиты при попытке добраться до упомянутых контейнеров.

Четвертый флот самолетов Люфтваффе под командованием генерал-полковника Александра Лора обеспечивал воздушную поддержку всей операции, которая получила название «Операция Меркурий» (нем. Unternehmen Merkur).

Командирами отрядов «Fallschirmjäger» были генералы Курт Студент и Вольфрам фон Рихтгофен (двоюродный брат знаменитого «Красного барона»).

В ходе немецкой операции было много жертв, и Гитлер запретил подобные вторжения. Во время вторжения на Крит греческий король Георг II также был там, но ему удалось бежать, и он не был взят в плен (он был правнуком королевы Виктории).

Обзор - Битва за Крит

Битва за Крит была одним из самых драматических сражений Второй мировой войны. В течение 12 дней в мае 1941 года смешанные силы новозеландцев, британских, австралийских и греческих войск отчаянно пытались отбить крупную немецкую воздушно-десантную атаку. Несмотря на ужасающие потери, парашютистам и парашютистам, возглавлявшим вторжение, удалось закрепиться на острове и в конечном итоге одержать верх. Битва закончилась эвакуацией в Египет основной части сил союзников.

Греческий поход

Крит стал немецкой целью после их быстрой оккупации материковой Греции в апреле 1941 года. Немецкие войска ворвались на Балканы, быстро разгромив Югославию и обогнав греческую пограничную оборону. 2-я новозеландская дивизия - часть сил Содружества, спешно развернутых для помощи грекам, - вскоре оказалась в эпицентре боевых действий. Обладая превосходящим вооружением и численным превосходством, он был вынужден отвести войска на юг через Грецию. В течение последней недели апреля более 50 000 солдат союзников были эвакуированы с материка, включая большую часть 2-й новозеландской дивизии.Во время этой короткой кампании около 300 новозеландцев были убиты и 1800 взяты в плен.

Внимание теперь обращено на Крит. Немецкое командование обсуждало, захватить ли остров или сосредоточить усилия на запланированном вторжении в Советский Союз. Захват Крита имел свои преимущества. Это дало бы немцам хорошую базу в восточном Средиземноморье и не позволило бы англичанам использовать ее для проведения операций на Балканах. Морское вторжение могло быть сорвано британскими военно-морскими силами, но немцы могли также вызвать хорошо обученные воздушно-десантные силы.Убедившись, что это не серьезно нарушит его планы в Восточной Европе, Адольф Гитлер неохотно согласился на вторжение на Крит - операцию «Меркур» (Меркурий).

На Крит

Большая часть союзных войск, эвакуированных из Греции, была отправлена ​​на Крит. К концу апреля на острове находилось более 42 000 солдат Британии, Содружества и Греции. В эти силы входила основная часть новозеландской дивизии (7700 человек). Одна бригада направилась прямо в Египет, и ожидалось, что те, кто находился на Крите, быстро последуют за ней.Но столкнувшись с нехваткой судов и угрозой нападения Германии, британцы решили использовать людей, уже находившихся на острове, для своей защиты.

30 апреля командование «Creforce» - обозначение союзных войск на острове - было передано генерал-майору Бернарду Фрейбергу, который возглавлял 2-й новозеландский экспедиционный корпус (2NZEF). Перед ним стояла непростая задача. Во время ухода из Греции британцы были вынуждены отказаться от тяжелой техники и транспорта. Большинство солдат прибыли на Крит с немногим более личным оружием.Не хватало боеприпасов и запасов, а из-за нехватки инструментов солдаты копали оборонительные позиции в стальных касках. Тяжелого вооружения - танков и артиллерии - было немного. Поддержка с воздуха также была недостаточной, поскольку Королевские военно-воздушные силы (RAF) были заняты в других частях Средиземного моря.

География также усложнила задачу защиты Крита. Ключевыми точками на острове были аэродромы в Малеме, Ретимо и Ираклионе, а также порт в заливе Суда. Все они располагались на северном побережье и стояли перед оккупированной немцами Грецией - в ближайшей точке, расположенной чуть более чем в 100 км.Потеря любой из этих позиций сделала бы оборону острова практически невозможной, учитывая способность немцев быстро доставлять людей и припасы с баз на материке. Однако британцы не хотели их уничтожать - порт в заливе Суда имел важное значение для снабжения Creforce, и все еще оставалась надежда, что ВВС Великобритании смогут действовать с острова в будущем.

Несмотря на эти проблемы, у англичан было одно важное преимущество - они были полностью осведомлены о планах Германии по вторжению на Крит.Эта информация была получена из расшифрованных немецких кодов, названных союзниками ULTRA-разведкой. Единственные подробности, о которых британцы не знали, - это дата вторжения и сравнительная численность немецких морских и воздушно-десантных войск. Вооруженный этими знаниями, британский премьер-министр Уинстон Черчилль был убежден, что у защитников Крита есть хорошие шансы отразить вторжение и добиться победы над немцами, которая укрепит моральный дух.

Атака с воздуха

Британцы ожидали, что немцы начнут атаку на остров в середине мая 1941 года.Немцы планировали начать вторжение 15-го числа, но проблемы с поставками в Греции задержали наступление на неделю. Получив информацию от источников ULTRA об этих изменениях, Фрейберг был уверен, что сделал все возможное, чтобы встретить их с ограниченными ресурсами и временем.

Вторжение началось утром 20 мая. Вскоре после 8 часов утра люди Крефорса увидели в небе над головой планеры, за которыми быстро последовал грохот приближающейся воздушной армады. Сотни самолетов неуклюже проносились по небу, сбрасывая немецкие парашютисты в районе Малеме и городка Канеа.Позже в тот же день парашютисты высадились в районе аэродромов в Ретимо и Ираклионе.

Немецкие потери быстро росли. Многие парашютисты погибли, не успев добраться до земли; другие были скошены после приземления, когда они изо всех сил пытались освободиться от парашютов. Несмотря на тяжелые потери, достаточное количество войск благополучно высадилось, чтобы обеспечить слабые плацдармы к западу от Малеме (район, который по ошибке оставил без охраны Фрейберг) и в Тюремной долине к юго-западу от Канеи.

К концу дня немецкие войска вокруг Малеме, Ретимо и Ираклиона не смогли обеспечить ни одной из своих целей.Их командиры в Афинах опасались, что операция не удастся, и нависла перспектива унизительного поражения. Было решено на следующий день бросить все доступные ресурсы в атаку на Малеме. Обеспечение безопасности аэродрома было ключом к успеху вторжения; без него невозможно было послать подкрепление.

Победа Германии

Решение сосредоточиться на Малеме окупилось для немцев. Утром 21 мая стало ясно, что новозеландские пехотные батальоны, оборонявшие аэродром и ключевую возвышенность, возвышающуюся над ним, отошли.Эта решающая ошибка решила судьбу Крефорса. Хотя аэродром все еще находился под артиллерийским обстрелом, немцы, не теряя времени, отправили подкрепление, что склонило чашу весов боя в их пользу.

Стоимость боя

Более 1700 солдат Британии, Содружества и Греции были убиты и 15000 взяты в плен во время битвы за Крит. Среди погибших 671 новозеландец и 2180 военнопленных-киви. Было убито и ранено более 6000 немцев. Люфтваффе потеряли более 350 самолетов.

Новое подкрепление войск и доминирование Люфтваффе (немецкие ВВС) над Критом оставило обороняющимся перед невероятными препятствиями. После шести дней упорных боев Фрейберг получил приказ эвакуировать измученные силы. Части Крефорса отступили к Сфакиа на южном побережье, и отсюда около 10 500 солдат покинули остров за четыре ночи. Отдельная эвакуация в Ираклионе спасла еще 6000 солдат, хотя некоторые из них были убиты воздушными атаками на их корабли во время обратного пути в Египет.

Оставшиеся солдаты - около 6500 - официально сдались немцам 1 июня. Большинство из них проведут остаток войны в лагерях для военнопленных - сначала в Италии, а затем в Германии и Польше. Другие ушли в горы, а некоторые позже сбежали в Египет на подводной лодке или рыбацкой лодке. С помощью критских мирных жителей горстка мужчин в течение многих лет избегала захвата на острове и принимала участие в боях сопротивления.

Операция «Меркурий» Джона Сэдлера

Крит

Глава 1

Параллельная война

Когда Кампания заканчивается разочарованием или катастрофой, каждый эксперт сразу же спрашивает, почему она вообще началась .Но история часто свидетельствует о том, что неудача столь же славна и, в долгосрочной перспективе, столь же полезна, как и победа. ¹

Утомленные до костей, частично деморализованные, голодные и жаждущие, выжившие из гарнизона Крита наблюдали крутой, казалось бы, бесконечный подъем от удушающей жары прибрежной равнины к краю плато Аскифу в последние дни мая 1941. Им можно было простить, если бы они не разделяли тягу официального историка к пропаганде. Эти измученные и избитые люди вряд ли заметили бы что-нибудь хоть сколько-нибудь полезное в своем поражении.Генерал-майор F.F.C. Грэхем из коммандос нарисовал существенно менее назидательный вид:

Дорога была забита войсками без сформированных тел, шагающими в отчаянной спешке. Грязные, усталые и голодные, они были скоплением австралийцев, нескольких новозеландцев и британцев, а также греческих беженцев. У них было только одно общее, и это было желание уйти как можно дальше от Канеи - сброд, как их можно было бы назвать, и ничего больше ... в отчаянии мы протискивались на дорогу и пытались протиснуться мимо разношерстной толпы, которая шла по дороге. над ним.Весь день небо было густо от вражеских самолетов, которые во многих случаях летали всего на несколько сотен футов и то и дело спускались, чтобы бомбить и стрелять из пулеметов по солдатам, тащимся по дороге. Весь день поток отступления тек непрерывно, но устало. При приближении вражеской авиации основная масса бойцов пыталась уйти с дороги или спрятаться в канавах; некоторые, невосприимчивые к таким угрозам, как: «Ложись, ублюдок, или я тебя на хрен пристрелю», неуклонно продолжали. [Мы] лежим с солнцем на спине, напрягая глаза, чтобы уловить первые признаки движения врага на север или в горах на западе. ²

Теперь есть хорошо вымощенная дорога из Суда через Вриссес, ведущая к плато через серию крутых поворотов; земля тянется далеко, пустынная летом, редкая трава и кустарник, усыпан каменистыми выходами и рыхлой осыпью. Солнце - демон, несколько разбросанных козлов цепляются за склон холма, их колокольчики - единственная мелодия в благоухающем тимьяном воздухе. Здесь практически нет воды, а подъем крутой и освещен ярким светом; мечта воздушного стрелка.

Плато Аскифу - это голая чаша, окруженная бесплодными склонами, ведущая к большим высотам Лефка Ори, Белым горам, венчающим основу острова.Обрубок древнего замка крестоносцев возвышается на толстом холме на востоке и является безмолвным свидетелем долгой истории оккупации.

Пересекая плато, земля исчезает во внезапном обрыве ущелья Имброс, в первозданном ландшафте крутых склонов холмов. Современная дорога ведет к головокружительной и, казалось бы, бесконечной череде шпилей, ведущих вниз к узкой прибрежной равнине на глубине 2500 футов. Смотрит гораздо дальше, разбросанные жилища, как белые точки на охре, клетчатая доска, спуск трудоемкий.

Это край Европы, южный край; к югу, за туманными голубыми водами, лежит Египет, другой континент, на расстоянии 200 миль. Сфакия, теперь представляющая собой компактное нагромождение домов для отпуска и апартаментов, заполняет узкую гавань, украшенную пеленой массового туризма, цепляется за склон холма.

Именно здесь выжившие ждали тысячами, их кошмарный путь через перевал усеян обломками поражений, брошенными винтовками, рюкзаками, униформой и разрушенной техникой. Их единственная надежда была на флот, преследующие немцы постоянно и решительно сдерживались упорным арьергардом.Для многих это был их второй подобный провал, первый бегство экспедиционных сил из материковой Греции в апреле.

Тем не менее, всего за несколько дней до этого генерал Бернард Фрейберг, командующий. послал очень уверенную телеграмму в Ставку на Ближнем Востоке:

Завершили план обороны Крита и только что вернулись из последнего обхода обороны. Я очень воодушевлен своим визитом. Везде все звания подходят и моральный дух высок ... Я не хочу быть самоуверенным, но я чувствую, что мы, по крайней мере, дадим отличную оценку себя.Я надеюсь, что с помощью Королевского флота Крит пройдет. ³

Крит не был удержан, остров был потерян, вторая такая катастрофа, поразившая британские войска той катастрофической весной 1941 года. Падение Крита было последним актом в двухактной трагедии британского вмешательства на Балканах.

Грецию знают все, даже заочно, даже будучи ребенком, идиотом, или еще не родившимся. Это то, как вы ожидаете, что Земля будет выглядеть, если у вас есть шанс. Это подсознательный порог невинности.Он стоит, как стоял от рождения, обнаженный и полностью обнаженный. Он не загадочный или непонятный, не устрашающий, не вызывающий, не претенциозный. Он сделан из земли, огня и воды. Он меняется в зависимости от сезона с гармоничными волнообразными ритмами. Он дышит, он манит, он отвечает.

Крит - это нечто иное, Крит - это колыбель, инструмент, вибрирующая пробирка, в которой проводился вулканический эксперимент. Крит может успокоить разум, но все еще остается пузырем мысли.

Крит - самый большой из греческих островов после Кипра, пятый по величине во всем Средиземном море.Он расположен с запада на восток в Южном Эгейском море, длиной 160 миль (260 км), но с узким обхватом от 7,5 до 37 миль (от 12 до 60 км). Примерно в 63 милях (100 км) к юго-востоку от Пелопоннеса он образует центральное звено в цепи островов, охватывающих водную пропасть между материковой Грецией и Турцией.

В геологическом отношении его положение является опасным, шельф Эгейской плиты является зоной значительного геологического напряжения, и это вызвало серию разрушительных землетрясений, которые испортили историю острова, последним из которых было землетрясение, зарегистрированное 6.1 по шкале Рихтера в 1994 году. К счастью, не было ни человеческих жертв, ни серьезных структурных повреждений, но более ранний подземный толчок в 1926 году вызвал широкомасштабные разрушения.

Такое изменчивое геологическое наследие привело к появлению трех основных горных цепей, образующих прочный хребет острова, местами разделенных драматическими ущельями, такими как Имброс и Самария. На западе огромные высоты Лефка Ори резко поднимаются до величественной высоты (8 045 футов / 2452 м). Гора Ида в центре образует самый высокий пик на высоте 8058 футов./ 2456 м. Дальше на восток хребет Дикти окружает высокую равнину плато Лассити - место рождения Зевса, и действительно, такой элементарный ландшафт является подходящим домом для древних богов.

Над Ситией, на оконечности восточного побережья, холмы Триптис поднимаются до 4 843 футов / 1476 м. Известняковые образования пронизаны пещерами, высеченными из потрясающих сталактитовых образований. Летом сеть извилистых долин и речушек пересыхает; только зимой или влажной весной водотоки наполняются.Весна, как правило, наступает довольно рано, особенно к апрелю, а жаркое лето на юге Средиземного моря сохраняется обычно до конца сентября или октября с небольшими осадками между ними.

Длинное южное побережье - это романтическая дикая местность с высокими скалами, отвесно простирающимися к берегу, оставляя в лучшем случае лишь узкую прибрежную полосу. Северный фланг более густонаселен, и здесь лежат гавани Ханьи, Ретимно и Ираклиона - именно здесь последовательные волны мигрантов, поселенцев, беженцев и захватчиков оставили свой след.

Крит имеет очень долгую и драматичную историю; в бронзовом веке минойские правители создали уникальную дворцовую культуру, их города, не обнесенные стенами, неуязвимы за мощью их быстрых гребных галер. Землетрясения и сильное извержение древней Теры (Санторини), возможно, способствовали краху минойской цивилизации и ее поглощению более широкой микенской культурой. Говорят, что Идоменей, князь Крита, возглавил отряд элитных лучников для помощи грекам при осаде Трои.

Остров томился в относительную темную эпоху до рассвета классической эпохи; позже он перешел под гегемонию сначала Рима, а затем Византии. В 826/827 годах он был захвачен арабами, а в 961 году восстановлен Восточной империей. Шок хищного Четвертого крестового похода в 1204 году оставил остров во власти венецианцев, и они оставались там около 450 лет. Хотя их очень возмущают, их памятники изобилуют, и их влияние все еще присутствует в городах и портах северного побережья.

Островитяне и оккупанты объединились против растущей мощи турок-османов. Однако безрезультатно, поскольку к 1669 году их завоевание было завершено, и Крит оставался под мусульманским игом до 1898 года. После того, как материковая часть Греции получила независимость, после долгой и жестокой борьбы критяне часто восставали. Это были кровавые дела партизанских засад и беспощадной расправы, кузница, в которой ожесточалась жестокая независимость и бескомпромиссная честь горцев.

Критяне не были любителями сопротивления, и они не были гражданским населением, которого можно запугать военной мощью завоевателя - феномен, который поразил бы и взбесил немцев, привыкших без особых усилий господствовать над побежденными народами. Верные семье и родственникам, проникнутые племенными добродетелями стойкости, гостеприимства к незнакомцам и всеобщего презрения к централизованной власти, глубоко набожные и яростно независимые, искусные в пагубных ритуалах кровной мести, они стали замечательными союзниками и непримиримыми противниками.

Эти паликари совершили драматический рывок, облаченные в черную форму горного пастуха, кожаные сапоги до колен, мешковатые шерстяные бриджи, темный жилет с вышивкой, рубашки с длинными рукавами, головные платки с ранами и длинный кинжал ятагана с костяной рукоятью, вонзаемый в цветной створка.

Крит на самом деле является континентом, и посетители должны воспринимать его как таковой

На Крите, старейшей Европе, живут самые молодые люди, полные жизненных сил и оригинальности, столь же ненасытные в своей жажде жизни, сколь и непоколебимые в жизни. расточая себя.На Крит обрушивается так много осадков истории, и все же он не показывает усталости, никаких следов истощения: воздух мудрости - такой мудрости, что он может совершать любые глупости.

В 1898 году альянс европейских держав вынудил Турцию уступить определенную степень независимости, хотя и сохранил суверенитет, а принц Греции Георгий был назначен в качестве одного из верховных комиссаров. Островитяне не любили ни принца, ни компромисса, и восемь лет спустя политик-патриот Элефтериос Кириакис Венизелос возглавил народное восстание, целью которого было добиться полного союза с Грецией.Хотя он стал национальным премьер-министром в 1910 году, полная интеграция была отложена до 30 мая 1913 года.

Венизелос, яростно настроенный против Турции, руководил своей страной в успешном преследовании Балканских войн 1912-1913 годов. Во время Великой войны он склонялся к делу союзников, в основном в надежде получить больший кусок османской туши. И наоборот, король Константин I безуспешно стремился сохранить полный нейтралитет, его симпатии больше относились к Германии.

Британцы не были впечатлены и небрежно заняли сначала Лемнос как базу для Галлиполи, а затем Францию ​​- большое малярийное разрастание лагеря в Салониках, откуда якобы предлагалось помочь сербам против Австрии.

Временно изгнанный, Венизелос предпринял ответный удар с типичной энергией и вынудил короля отречься от престола, после чего Греция прочно вошла в лагерь союзников.

Предыдущие достижения были растрачены в разрушительных войнах 1920-1923 годов; младотурки энергично ответили на новую агрессию, и Греция потеряла не только свои форпосты в Малой Азии, но и острова Имброс и Тенедос. Большой поток беженцев, изгнанных турками, хлынул на Крит, в то время как местные мусульмане бежали, оставив свои последние опоры и оставив лишь отголоски своей архитектуры в закрытых ставнями балконах и в странно разрушающемся минарете.

Греция стала республикой в ​​1924 году, государством, которое нравилось большинству критян, недоверчиво относившихся к монархиям и весьма презрительно относившимся к своим кузенам на материке. Венизелос руководил либеральной администрацией до тех пор, пока неопределенность экономического спада не привела к повороту вправо. Монархия была восстановлена, и после последнего срока пребывания у власти стареющий лев был свергнут жестким генералом Метаксасом, скончавшимся в изгнании в Париже в 1936 году.

Новый премьер, будучи ярым националистом, не видел необходимости сохранять демократически выборное собрание, предпочитающее зловещее самодержавие полицейского государства, с покорным номинальным главой короля.Этому репрессивному режиму оказали решительное сопротивление независимые критяне, для которых военизированная жандармерия стала символом угнетения. Были предприняты попытки разоружить островитян, и сохраняющиеся подозрения принесут горькие плоды, когда критяне будут голодать до оружия из-за режима, который боялся вооружать свой собственный народ.

В 1940 году остров все еще был чем-то вроде захолустья, хороших дорог практически не существовало, только единственная лента прибрежного шоссе связала города вдоль северного побережья.Экономика оставалась в основном аграрной, крестьяне обрабатывали оливковые рощи, которые покрывали 41 процент возделываемых земель, и производили 120 000 тонн масла в год. Остальная часть полезной земли была отдана под выпас овец, коз, свиней и птицы.

Политически Крит был разделен на четыре административных сектора («номос» / «номи»): Ханья, Ретимно, Ираклион и Лассити (Айос Николаос). Ханья, второй по величине город после Ираклиона и родина Венизелоса, была традиционной венецианской столицей.Великолепная гавань была окружена массивными артиллерийскими стенами (которые в основном сохранились), восхитительные извилистые улочки старого города представляли собой эклектичное сочетание итальянского и турецкого дизайна.

Ираклион, крупнейшее поселение, и Ретимно имели схожее происхождение: буйство древних улиц в пределах венецианских стен. ⁶ До начала драматических событий 1941 года Крит считался незначительным в военном отношении. Его главной стратегической достопримечательностью, особенно с британской точки зрения на штаб-квартиру GHQ на Ближнем Востоке в Каире, была великолепная якорная стоянка в заливе Суда, к востоку от Ханьи.Обладание такой обширной и прекрасной гаванью могло повлиять на баланс военно-морского превосходства в Восточном Средиземноморье.

Можно утверждать, что падение Франции и эвакуация в Дюнкерке, очевидно катастрофическая, на самом деле предоставили Британии элемент стратегического преимущества. Освободившись от ужасного истощения обязательств перед континентальными союзниками, как это было связано с имперскими силами во время Великой войны с мясорубкой Западного фронта, Британия могла прибегнуть к своим традиционным силам.Это были всемогущий флот и решительная авиация, которые летом 1940 года успешно бросили вызов всем усилиям люфтваффе.

Неспособность Германии сокрушить Британию предоставила нацистскому верховному командованию ограниченный набор стратегических возможностей. Во всех смыслах и целях война на западе была выиграна, как намекнул Гитлер в письме Муссолини. ⁷ Все, что осталось, - это последний рывок против умирающей и побежденной Англии. Аналогичные заверения были даны россиянам, которые, похоже, были настроены более скептически.Ключевой вопрос для Берлина заключался в том, могут ли они позволить себе повернуть раздутый и победоносный Вермахт на восток, чтобы уладить отношения с Россией, пока Британская империя, по крайней мере технически, все еще была на ринге.

Война на два фронта была стратегическим кошмаром, преследовавшим немецких военных плановиков с конца XIX века. Первые шаги Великой войны в конце лета 1914 года были тщательно спланированы, чтобы добиться быстрой победы на западе, прежде чем легионам кайзера пришлось повернуться и столкнуться с более медленной, но монолитной угрозой со стороны России.Гитлер не сомневался, что для достижения восточной границы своего великого Рейха ему придется иметь дело со Сталиным и Красной армией; вопрос только в том, когда.

Гитлер, следовательно, должен был решить, может ли он позволить себе оставить бессильную, но непобежденную Британию в своем тылу, или он должен выжидать, консолидировать свои ресурсы, особенно в воздухе, чтобы он мог наконец сокрушить RAF и сделать перспективу вторжения достаточно реальны, чтобы заставить Черчилля заключить мир.

Не было единственного направления на восток; Однако Гитлеру пришлось, как мы надеемся, с помощью дипломатии «продать» концепцию великой Германии миру в целом и, в частности, Америке.Он, очевидно, сознавал, что надежда Британии на возобновление наступательной способности возлагается на Соединенные Штаты и Россию, которые были самыми неподходящими соратниками.

Еще до воздушного поражения Люфтваффе в летнем небе, в июле 1940 года, Гитлер изложил свои доводы своим генералам:

В случае, если вторжения не произойдет, наши усилия должны быть направлены на устранение все факторы, которые позволяют Англии надеяться на изменение ситуации - надежда Великобритании лежит в России и Соединенных Штатах.Если Россия выпадет из поля зрения, Америка тоже будет потеряна для Британии, потому что устранение России значительно увеличило бы мощь Японии на Дальнем Востоке. Решение: поэтому разрушение России должно стать частью борьбы - чем раньше Россия будет разгромлена, тем лучше ».

Адмирал Редер, возглавлявший Кригсмарине, выдвинул другой вариант, который заключался в том, чтобы напасть на Британию и наконец поставить ее на колени, но не посредством нападения на Англию, а путем нанесения удара по ее империи.Череда поражений в Норвегии и Франции убедила державы Оси в том, что Британская империя была гнилой громадой, обанкротившейся корпорацией, которая только и ждала прибытия получателей:

Британцы всегда считали Средиземноморье стержнем своей мировой империи [Редер писал]… Пока между Германией и Великобританией ведется воздушная и подводная война, Италия, окруженная британской мощью, быстро становится главной целью нападения. Британия всегда пытается задушить более слабого врага.Итальянцы еще не осознали опасность, когда отказываются от нашей помощи ... Средиземноморский вопрос должен быть прояснен в зимние месяцы ... Захват Гибралтара ... Отправка немецких войск на Дакар и Канарские острова ... Тесное сотрудничество с Виши ... Закрепив этими мерами свой западный фланг, Германия поддержала бы итальянцев в кампании по захвату Суэцкого канала и продвижению через Палестину и Сирию. Если мы дойдем до этой точки, Турция будет в нашей власти. Тогда русская проблема предстанет в ином свете.По сути, Россия боится Германии. Вряд ли тогда понадобится наступление на Россию на севере.

С распадом Франции стратегическое положение в Средиземном море значительно изменилось. Именно французская военно-морская мощь обеспечила бы западную оконечность, а положение колоний в Северной Африке и, особенно, в Сирии теперь было критическим. Останется ли Виши нейтральным или присоединится к завоевателю, оказывая дальнейшее давление на перенапряженных британцев?

Трехсторонний альянс, который связал дальневосточную державу Японии с странами Оси и был согласован в сентябре 1940 года, по уверенному утверждению Риббентропа, будет удерживать Америку твердо сосредоточенной на Тихом океане и сдерживать любое открытое вмешательство в Европу.Помня о концепции Редера, Гитлер делал предложения как Франко в Испании, так и Петэну.

После мучительной девятичасовой встречи с испанским генералиссимусом в Андае фюрер заявил, что он предпочел бы удалить несколько зубов, чем повторить опыт. Франко был равнодушен и ожидал, что любое обязательство будет вознаграждено распределением французских колоний в Северной Африке. Это не было рассчитано на то, чтобы понравиться Виши.

Если стало известно, что их участие в комбинированном нападении на британские интересы приведет к переходу территории к фашистской Испании, то в чем был их стимул? Гитлер, сам не проявляя особого энтузиазма, мог только предположить, что французы могут быть вознаграждены предоставлением захваченных британских провинций.Франко остроумно скептически относился к перспективам Оси окончательно победить Британию.

Был также вопрос о нефти, которая на войне, как заявил Клемансо, «так же необходима, как кровь». ¹⁰ Без адекватных и непрерывных поставок сырой нефти ни одно государство не могло бы удовлетворить огромные потребности современной войны. В 1939 году Великобритания импортировала около 9 миллионов тонн нефти, большая часть которой шла из Ирана, Ирака и США. К началу 1941 года запасы нефти упали до тревожно низкого уровня; отсутствие поставок вынудило бы Великобританию искать условия так же уверенно, как возобновление и успешное воздушное наступление.

По оценке Совета по нефти, в период с весны 1940 по 1941 год потребуется около 14 миллионов тонн нефти - можно было рассчитывать на то, что США будут поставлять менее половины этой нефти, и производители нефти не находились под влиянием англофилов. соображения - они хотели наличку на бочке; драгоценные доллары, которые Британия с трудом могла позволить себе потратить.

Шах Ирана воспользовался срочностью, чтобы добиться новых уступок; поставки из США подвергались тошнотворной трате из-за атак подводных лодок.Поскольку администрация Виши в Сирии находилась рядом с жизненно важными нефтяными месторождениями на Ближнем Востоке и уязвимым ключевым нефтеперерабатывающим заводом в Хайфе, их симпатии вызвали некоторую озабоченность. В меморандуме от 3 августа 1940 года Управление по делам колоний предоставило точную краткую информацию о позиции:

Наша первая цель при крахе Франции состояла в том, чтобы побудить французские колонии продолжать борьбу в качестве наших союзников. Мы установили тесный контакт с местными французскими администрациями и предложили существенные финансовые стимулы. Реакция не оставляет сомнений в том, что есть французские элементы, готовые сплотиться на нашей стороне.Но правительство Виши может оказать сильное давление на местных чиновников, которые пребывали в пораженческом и колеблющемся настроении; и нет никаких сомнений в том, что официальная политика местных администраций теперь заключается в подчинении Виши и отказе от сотрудничества с нами. ¹¹

Вряд ли это было обнадеживающим - если бы французская военно-морская мощь, базирующаяся в портах Северной Африки, была добавлена ​​к грозному итальянскому флоту, то баланс военно-морской мощи в Средиземном море был бы нарушен.Нефтяные танкеры, идущие из Ирана, будут уязвимы, а вся позиция Великобритании на Ближнем Востоке окажется под серьезной угрозой. Муссолини уже собирал войска в Киренаике для вторжения в Египет, и их численность значительно превышала численность защитников.

В ноябре 1940 года авиация флота совершила вылазку против итальянских крупных кораблей, укрывающихся в Таранто, и добилась значительного успеха. Дальнейшее сражение у мыса Спартивенто 27 числа того же месяца укрепило британское превосходство, но угроза со стороны послушных Виши осталась.

Германия тоже беспокоилась о собственных поставках нефти, столь же остро, как и Англия. Не имея природных ресурсов и преимуществ установленной международной сети, испытывая нехватку денежных резервов из-за тяжелого бремени военного долга, она смотрела на восток, на Балканы и богатые румынские нефтяные месторождения вокруг Плоешти. Путем умных и безжалостных экономических манипуляций Германии удалось установить определенный фискальный контроль над своими поставщиками на Балканах.

Эта зависимость не была потеряна для Великобритании, собственные эксперты которой предсказывали кризис предложения.На момент начала военных действий у немцев были запасы в размере около 3 миллионов тонн сырой нефти, но прогнозировалось, что спрос на каждый из следующих трех лет приблизится к 10 миллионам тонн. Чтобы избежать дефицита, немцы были вынуждены увеличить импорт из России и использовать трофейные запасы.

Возможность британского нападения на нефтяные месторождения Плоешти была тактическим кошмаром, который вырисовывался в умах немецких плановиков - такое наступление рассматривалось, но практические трудности были значительными.Чтобы облегчить воздушную бомбардировку, британцам потребуется использовать передовые базы, расположенные либо на греческой, либо на турецкой земле.

Весьма вероятно, что на данном этапе Гитлер не стремился к прямому военному вмешательству на Балканах. Этот район не имел непосредственного стратегического значения, кроме необходимости обеспечения поставок нефти в Германию, и фюрер не хотел втягиваться в болото балканской политики в то время, когда его внимание было приковано к востоку.

К традиционному водовороту антипатий добавились свежие язвы, открытые в результате переделки карт, предпринятой победоносными союзниками в 1918 году и разделившей остов старой Габсбургской империи.Югославия была составным государством, состоящим из представителей разных рас и религий, в котором доминировали православные сербы; Венгрия сильно пострадала от потери Трансильвании и уступила Румынии, у которой Советы также стремились вернуть Бессарабию.

Рост напряженности в отношениях между Венгрией и Румынией настолько встревожил Гитлера, что он лично вмешался, заставив враждующие стороны согласиться на немецкий арбитраж. Возникшее в результате принудительное урегулирование, Венская награда, дорого обошлось румынам, но вернуло некоторое подобие спокойствия.Однако нацисты отказались рисковать, и с сентября 1940 года их военное присутствие вокруг жизненно важных нефтяных месторождений с согласия послушного режима неуклонно увеличивалось.

Не успели несчастные румыны лишиться территорий в Трансильвании, как болгары начали приставать к завоеванию Южной Добруджи. В очередной раз Гитлер обязал Бухарест подчиниться, хотя на этот раз он дал гарантию, что из уменьшенного туловища Румынии больше не будут отрезаны конечности.

Такое произвольное изменение границ Балкан, естественно, вызвало недовольство русских, которые привыкли оставлять это за собой. Министр иностранных дел России Молотов поспешил упрекнуть посла Германии в предполагаемом нарушении их Пакта о ненападении. Последнее, чего Гитлер стремился на тот момент, - это предоставить Советам повод для войны - война будет, но только тогда, когда Германия будет готова и полностью развернута.

Помимо возможной британской агрессии, другим фактом, который встревожил Гитлера, были вероятные намерения его итальянского союзника.Иль Дуче неуклонно разочаровывался в понижении роли его страны в войне. Где были большие успехи?

Битва за Крит: факты, бойцы, мемориалы

Битва за Крит была одним из самых драматических сражений Второй мировой войны, повлекшим за собой сильную смену власти и значительные потери. Битва показала, прежде всего, сильную волю жителей Крита - в битве и после нее было сильное и доблестное гражданское участие.

Битва за Крит: Введение

В апреле 1941 года, немецкое верховное командование обсуждало, сосредоточить ли внимание на кампании в Советском Союзе или на попытке захватить Крит.Остров был желательным из-за его стратегического положения в Восточном Средиземноморье, и, контролируя его, немцы не допустили бы его использования в качестве базы для операций союзников на Балканах. Операция «Меркур » (операция «Меркурий»), как ее должны были называть, была осуществлена.

Британское военно-морское превосходство в Восточном Средиземноморье сделало невозможным нападение с моря. Но у немцев было значительное количество квалифицированных десантников.

Войска союзников на острове под названием « Creteforce » находились под командованием генерал-майора Бернарда Фрейберга , возглавлявшего 2-й новозеландский экспедиционный корпус.С самого начала союзные силы находились в невыгодном положении, поскольку их не хватало. При уходе с материковой Греции большая часть оборудования была брошена. Несмотря на военно-морскую мощь, поставки припасов на Крит и были в основном неудачными из-за атак Люфтваффе - всего 10 процентов от 27 000 тонн припасов - достигли острова. Танков и артиллерии было мало, боеприпасов было мало. У многих солдат союзников было только личное оружие. Запасов было так мало, что они использовали свои металлические шлемы, чтобы вырыть защитные убежища.

Стратегические позиции на Крите включали Souda Bay , а также аэродромы в Малеме, Ретимно и Ираклионе. Потеря любого из них будет означать, что немцы смогут легко доставлять войска и припасы со своих баз на материковой части Греции.

Наконец началось вторжение. Утром 21 мая сотни самолетов и планеров заполнили небо над сектором острова Ханья, - Малеме, . Произошло массовое вторжение немецких десантников, и еще одно такое вторжение последовало позже в тот же день в районе аэродромов Ретимно и Ираклиона.

Немецкие потери при первом вторжении были очень тяжелыми - многие погибли в воздухе, не достигнув земли, а другие, пытаясь освободиться от парашютов при приземлении. Немецкое командование г. в Афинах г., опасаясь унизительного поражения, на следующий день предприняло второй штурм со всеми доступными ресурсами. Их внимание было сосредоточено на Малеме, где некоторым десантникам удалось закрепиться. В конечном итоге это склонило чашу весов в их пользу.

В последующие дни должна была произойти массовая эвакуация войск с острова - более 10 000 человек направились через горы Крита, чтобы покинуть территорию Сфакия, на южном побережье, а еще около 6000 - из Ираклион .Большинство из оставшихся стали военнопленными. Но некоторые - с помощью критских мирных жителей - избежали захвата и стали частью критского сопротивления.

Почему битва за Крит была важной?

Во многих отношениях битва за Крит имела историческое военное значение. Во-первых, это был самый крупный десант десантников за всю историю. Фактически, это была первая воздушно-десантная атака в военной истории.

Хотя вторжение в конечном итоге принесло немцам успех, оно обошлось дорого.Тот факт, что среди парашютистов было так много жертв, некоторые из которых также были от рук критских мирных жителей, привел к изменению стратегии Германии. Отныне они приостановили использование крупных воздушно-десантных операций, а вместо этого в качестве наземных войск использовались десантники.

Еще одним важным фактором в битве за Крит был сам критский дух: немцы очень серьезно недооценили критскую решимость и лояльность критян. Абвер полагал, что из-за республиканских и антимонархических настроений критян они могут даже приветствовать немцев как освободителей.Они не. Фактически, нигде немецкие войска не встречали такого огромного массового сопротивления гражданского населения, как на Крите. Король Георг сбежал через Крит при помощи гражданских жителей Крита, а также греков и солдат Содружества.

Еще один важный и интересный факт о битве за Крит - это роль военной разведки. Это был первый случай, когда союзники широко использовали сообщения, расшифрованные с помощью машины Enigma - знаменитого устройства декодирования.

Когда началась и закончилась битва на Крите

Битва на Крите началась утром 20 мая 1941 года. В последующие дни немцы оттеснили союзные войска на юг - к 28 мая многие союзные войска начали отход из остров, направляющийся через Белые горы . С года Сфакиа тысячи были отправлены в Египет, в то время как многие другие покинули Ираклион. Им повезло меньше, многие позже погибли в результате атаки люфтваффе на пути в Египет .1 июня сдались оставшиеся 5000 защитников Сфакиа .

Участие Германии в битве за Крит

Битва за Крит остается важной в истории острова, поскольку она многое раскрывает о бескомпромиссном характере критян и их легендарной храбрости. Во-первых, первоначальное сопротивление гражданского населения было быстрым и решительным. Примеры гражданского сопротивления включают такие рассказы, как старик, забивший до смерти десантника тростью, и священник и его сын, берущие винтовки из музея и стреляющие по немецким десантникам.

Немцы были потрясены сопротивлением и со временем пришли в ярость. Последовали жестокие репрессии против гражданского населения, зачастую без различия между вооруженными и невооруженными гражданами, в нарушение Гаагской конвенции . Например, очень жестоко пострадали деревня Аликианос и ее окрестности, в результате чего погибло 195 мирных жителей. Деревня Карданос была полностью разрушена, а 180 мирных жителей убиты в результате события, известного как разрушение Карданос .

Как битва за Крит изменила ход Второй мировой войны

Битва за Крит изменила ход войны двумя важными способами. Первое - опять же - благодаря храбрости и решимости критского гражданского населения. К концу оккупации немцам пришлось отправить на Крит около 100 тысяч солдат. Это было необходимо отчасти из-за сопротивления Крита - « Antartes » - всего около 5 000 человек.

Еще одним важным фактором было то, что битва на Крите задержала немецкое вторжение в Советский Союз, а это означало, что немецкие солдаты столкнулись с суровой зимой, которая, как оказалось, способствовала их гибели.

Памятники и места, посвященные битве за Крит, Вторая мировая война

Во многих деревнях есть памятники мученикам Крита. Один из них можно найти в Какопетросе в Киссамосе. Есть также памятники в Хора Сфакион , Ханья , Мони Превели , Амирас , Канданос , Аногия и Калликратис , и многое другое. В Ретимно находится греко-австралийский мемориальный парк. Главный памятник битвы за Крит находится в г. Ираклион г.На Крите также есть кладбища союзников и немецкие кладбища - особенно кладбище союзников в Souda Bay и немецкое военное кладбище в Maleme .