Яна – Индигирка – Колыма. Здесь вся округа – бывшая тюрьма.

// Заголовок = чуть исправленная цитата из песни В.Туриянского, которая мне не то чтобы нравится… Но она вполне подходит под продолжение рассказов.

Цель нашей радиальной авто-вылазки по трассе «Яна» — случайно сохранившиеся до сих дней развалины одного из лагерей системы ГУЛАГ. Печальная страница истории нашей страны… Непростительно жёсткая, запредельно мрачная страница, и не одна. В Магаданской области и Якутии лагерей «архипелага ГУЛАГ» было множество, но найти их остатки очень сложно. С тех давних и недобрых лет до наших дней почти ничего не дожило.

В сторону от главной трассы (которая Якутск-Магадан, называется «Колыма», напоминаю), примерно в 140км по дороге «Яна» в сторону зимника до Верхоянска каким-то образом застыл во времени одинокий барак:

Это часть нашей истории, и её нужно знать и помнить. А если есть возможность посмотреть своими глазами, то нужно ехать и смотреть. Одно дело читать «Колымские рассказы» Шаламова в тёплом доме, а ходить здесь на 50-градусном морозе и самостоятельно ощущать местную стужу — это совсем другое.

Здесь отбывали свое наказание заключенные (частично по политическим статьям), которые как раз и строили эту дорогу на север, называется «Яна». И жили они примерно в таких условиях: зимой температура -50°C и ниже, летом тепло, но комариная жуть и туманы мошки, плюс прочие «особенности» лагерного быта тех времён.

Вид из окна:

Вокруг барака — два ряда колючей проволоки.

Непонятно зачем эта колючка — куда отсюда бежать? В соседний лагерь??

Сохранилась вышка охранника:

Время полдень. Лагерь расположен в таком месте, в распадке, где зимой солнца не бывает в принципе никогда. Да-да, заключённые солнце зимой видели только на вершинах окрестных сопок!

Судя по всему — печка. Шло строительство дороги и, видимо, нужно было обжигать какие-то материалы.

Этому бараку, вышке, заборам с колючкой, наверное, лет 70-80. Сооружения почему-то были оставлены как есть, законсервировались в местных суровых условиях. Других остатков ГУЛАГ-а мы по дороге не видели, да и неизвестно нам ничего про их координаты. Но и этой «экскурсии» было более чем достаточно.

Сложно представить, как в таких условиях жили и как-то выживали люди… Многие, причём, ни за что, по липовым и/или политическим статьям. Но как бы нам ни было некомфортно, повторюсь: это часть нашей истории, её нужно знать и помнить.

После такой поездки некоторое время чуть иначе смотришь на окружающий тебя бескрайний зимний мир…

Остальные фотки из автопутешествия Магадан-Москва здесь.

Тюрьма народов: 5 самых суровых лагерей ГУЛАГа в СССР | Ностальгия по СССР и 90-м

При Сталине в СССР действовали более 400 лагерей ГУЛАГа, через которые прошли 20 млн. человек

При Сталине в СССР действовали более 400 лагерей ГУЛАГа, через которые прошли 20 млн. человек

Cоветская система исправительных трудовых лагерей начала свое формирование с 1923 года и достигла наивысшей распространенности на территории СССР при Сталине в 1930х — начале 1950х годов, когда получила название ГУЛАГ — сокращение от Главное управление лагерей.

Это время ознаменовано не только масштабной коллективизацией и индустриализацией страны, но и массовыми репрессиями граждан. В лагерь мог попасть кто угодно — раскулачить и записать во враги народа могли в любой момент по ложному доносу, за троцкистские взгляды, антисоветскую пропаганду и т.п. Часто сюда попадали просто по этническому признаку, например, поволжские немцы и евреи, люди, имеющие необычные фамилии — их запросто могли посчитать шпионами. Также здесь оказывались служители церкви и неугодные советам писатели. По статистике, каждая пятая семья в СССР столкнулась с репрессиями.

За время существования ГУЛАГа (1930−1956 гг.) через систему, насчитывавшую более 400 исправительно-трудовых лагерей, рассредоточенных по всем уголкам СССР от Дальнего Востока до Казахстана, прошли по различным оценкам до 20 млн. человек. Они строили каналы, ГЭС, железные дороги и атомные заводы, добывали золото и уран, валили лес, осваивали непригодные для жизни территории Заполярья и Колымы.

Для советской власти лагеря были не только средством изоляции политических оппонентов, но и неиссякаемым источником дешевой рабочей силы, чтобы вести стройки в степи, на севере и Дальнем востоке. Заключенные трудились ежедневно по 12-15 часов в лютый мороз Крайнего Севера, жили в ужасных условиях и климате, голодали из-за скудных норм питания.

По факту эффективность и продуктивность невольного труда заключенных из-под палки была существенно ниже, чем среди наемных работников за зарплату, и с финансовой точки зрения ГУЛАГ был убыточным для госказны проектом.

После прихода к власти Хрущева приговоры узников ГУЛАГа были пересмотрены, 70% были реабилитированы к 1956 году, а запятнанный ГУЛАГ переименовали в Главное управление исправительно-трудовых колоний. Ряд ненужных строек как Трансполярная ж/д магистраль были прекращены. Окончательная ликвидация постыдных лагерей была завершена к началу 1960 году. Статистика и любые документу по деятельности ГУЛАГа оставались засекречены до начала Перестройки.

Описать все лагеря ГУЛАГа в одной статье нереально, но мы выделили для вас 5 самых знаковых лагерей в истории «тюрьмы народов». Вернуться из них домой суждено было далеко не всем.

1.Соловецкий лагерь особого назначения (СЛОН)Лагерь располагался в закрытом монастыре

Лагерь располагался в закрытом монастыре

Крупнейшим в СССР исправительно-трудовым лагерем был Соловецкий лагерь особого назначения (сокращенно СЛОН), основанный в 1923 году стенах закрытого мужского монастыря на Соловецких островах. СЛОН стал своего рода испытательным полигоном, где провели эксперимент с использованием массового труда зэков.

На холодных островах в Белом море десятки тысяч узников валили лес, строили дороги, осушали болота в невыносимых условиях быта в сырых и холодных бараках. Поначалу режим был относительно мягок, но к концу 1920-х власть закрутила гайки до предела. Провинившихся арестантов заставляли считать чаек, переливать воду из одной полыньи в другую или петь Интернационал целую ночь на морозе — 30°C. Численность узников лагеря доходила до 70 тыс. чел.

В 1933 году СЛОН расформировали, передав заключенных в другие лагеря. Лагерная система показала эффективность – пришло время распространить невольный труд на всю советскую державу.

Сейчас на острове находится только монастырь, который в последние годы тщательно отреставрировали.

2.Карагандинский ИТЛ (Карлаг)Здание Управления Карлага после реставрации

Здание Управления Карлага после реставрации

Это был один из самых крупных лагерей ГУЛАГа, просуществовавший с 1931 по 1959 годы на базе совхоза “Гигант”. В отличие от многих лагерей, связанных с великих стройками, Карлаг учредили как постоянный лагерь, который занимал огромный кусок земли порядка 300 км с севера на юг и 200 км с востока на запад.

В 1931 году из местных Казахских степей выселили всех вольных граждан, вместо которых на каторгу приехали в основном раскулаченные крестьяне русского черноземья. Работа для узников лагеря не заканчивалась никогда: летом занимались сельским хозяйством, а зимой строили автодороги, работали на заводах и фабриках. Продукцией, произведенной узниками, снабжался весь Северный Казахстан.

Сюда массово ссылали политзаключенных, депортированных за сотрудничество с фашистами народов (чеченцы, калмыки, немцы Поволжья и т.п.) В его структуре действовал и печально известный женский лагерь АЛЖИР.

3.Акмолинский лагерь жен изменников Родины (АЛЖИР)

Узницы АЛЖИРа за работойВ 1938 году в Казахском городе Акмола был основан лагерь для репрессированных жен изменников Родины — по тогдашним законам быть в родстве с предателем тоже было преступление. 

Узницы АЛЖИРа за работойВ 1938 году в Казахском городе Акмола был основан лагерь для репрессированных жен изменников Родины — по тогдашним законам быть в родстве с предателем тоже было преступление. 

АЛЖИР, как его прозвали обитательницы, был лагерем закрытого типа, обнесенный несколькими рядами колючей проволоки. Свидания с родственниками или письма до 1939 года здесь были строго запрещены. Женщины были задействованы в полях или на строительстве. Для улучшения условий быта в неотапливаемом бараке и работы женщинам нередко приходилось становиться «подругами» надзирателей.

Если в заключении рождались дети, то их держали отдельно в спецбараках, а в 3 года отправляли в детдом. После того, как заключенным разрешили получать посылки и письма от родни, повзрослевшие дети стали присылать письма в «тюрьму для мам» — так появилось еще одно неофициальное название лагеря.

Акмолинский лагерь просуществовал до 1953 года, а в 2007 году на его месте был открыт музейный комплекс.

4.Дмитровский ИТЛ (Дмитлаг)Строительство заключенными Канала им. Москвы

Строительство заключенными Канала им. Москвы

Крупнейший в ГУЛАГе лагерь, действовавший в 1932-1938 годах, базировался в Борисоглебском монастыре подмосковного Дмитрова и использовал труд зэков для масштабной стройки канала Москва им. Москвы, соединившего Москву-реку с Волгой для снабжения водой, а также для подъема уровня Москва-реки для обеспечения судоходства. Здесь трудились около 200 тыс. узников. Палатки с заключёнными расположились вдоль всей трассы канала.

Благодаря близости к столице лагерь был своего рода образцово-показательной витриной ГУЛАГа. Строительство канала широко использовала советская пропаганда в качестве наглядного примера перевоспитания трудом заключенных.

Труд здесь был тяжелым и здесь, по 12 часов на дне котлована по пояс в грязи, но по сравнению с другими лагерями условия считались тепличными — мягкий климат, зачеты рабочих дней, зарплата, досрочные освобождения. У лагеря даже был свой клуб, где проходили торжества и собрания передовиков лагеря, библиотека, издавалась газета, а зэки участвовали в физкультурных парадах на Красной площади.

5.Бутугычаг

Бывшая обогатительная фабрика

Бывшая обогатительная фабрика

Лагерь под управлением Дальстроя, государственного треста по освоению Дальнего Востока, был основан в 1937 году на территории нынешней Магаданской области для разработки оловянных и урановых рудников. Хотя Дальстрой не считался частью ГУЛАГа, но условия труда в его лагерях были полной противоположностью «элитного» столичного Дмитровлага — людей принуждали работать при экстремальных северных морозах, добывая радиоактивную руду голыми руками, без каких-либо защитных средств. Численность невольно работающих доходила до 15 тыс. человек.

Рабочим на рудниках конечно же ничего не рассказывали про уран, официально они добывали «спецруду», а в документах вместо урана писали свинец. Высокий уровень радиации не мог не сказаться на здоровье зэков, которые долго не жили. Тех, кто отказывался работать в штольнях, отправляли работать на поверхности на мороз в -50°C.

В 1947 году на руднике построили обогатительную фабрику, поскольку вывозить ее на самолетах оказалось слишком дорого. Когда заключенных отправляли в другие лагеря Дальстроя, с каждого брали подписку о неразглашении секретных мест разработки урана. Лагерь прекратил работу в 1955 году.

Понравилось? Поддержи нас:

👍 Ставь палец вверх, поделись статьей с друзьями в соцсетях!

☑️ Подпишись и не пропускай в ленте Дзена наши новые статьи!

Читайте также:

  • 4 самых криминальных города СССР

Квиры, которые прошли через ГУЛАГ

Пермь-36.

Музей истории политических репрессий. Фото: Nikolay Losev / Flickr. Все права защищены.

Дэн Хили – профессор современной русской истории в Оксфордском университете. Работы профессора Хили посвящены истории сексуальности и пола, их роли в модернизации России, роли медицины и права в регулирования сексуального и гендерного инакомыслия, истории гомосексуализма в царской и советской России, характеру мужественности при социализме, проблемам сексуальных расстройств и сексуального насилия в СССР и истории медицины в сталинском ГУЛАГе. Профессор Хили опубликовал единственную на сегодняшний день монографию, посвященную истории гомосексуальности в России: «Гомосексуальное влечение в революционной России: регулирование сексуально-гендерного диссидентства». Кирилл Гуськов поговорил с Дэном Хили после выхода его новой книги «Российская гомофобия: от Сталина до Сочи».

Что мы знаем об этих людях? Кем они были?

Из архивов ФСБ и открытых судебных протоколов нам известно, что в лагеря попадали мужчины в возрасте от 25 до 50 лет.

Большинство из них было жителями городов. Данные, которыми мы располагаем, свидетельствуют, что 30% этих мужчин имели какую-то связь со сферой культуры: они работали, например, в театре, библиотеках или занимались литературой. Остальные были простыми рабочими или «белыми воротничками». Это и есть своего рода социально-демографический срез людей, которых сажали по статье за гомосексуальность (статья 154.а).

Статья 154-а Уголовного кодекса РСФСР. Половое сношение мужчины с мужчиной (мужеложство) – лишение свободы на срок от трех до пяти лет.

Мужеложство, совершенное с применением насилия или с использованием зависимого положения потерпевшего, – лишение свободы на срок от пяти до восьми лет».

В вашей книге вы не только рассказываете о людях, арестованных по статье 154.а, но и о гомосексуальных отношениях заключенных, осужденных по другим статьям. Что мы знаем о второй категории?

Во-первых, нам нужно осторожно говорить о том, что значит быть гомосексуалом в ГУЛАГе. Мы точно не знаем, были ли анализируемые уголовники действительно геями или лесбиянками, или просто приспосабливались к определенной культуре. Сложно говорить об этом без каких-то личных документов, которые могли дать нам представление о том, что думали заключенные-уголовники. Во-вторых, я могу сказать, что во все времена в любой стране мира в тюрьмах содержались заключенные, которые имели однополые связи. Мы должны понимать, что в большинстве тюремных систем мужчины и женщины не содержатся в разнополых камерах.

В сексуально активном возрасте всегда есть люди, которые пытаются вступить в половую связь с представителями своего пола в рамках такой системы. Существовали они и в России. Мы знаем об этом благодаря «Запискам из мертвого дома» Достоевского, «Острову Сахалин» Чехова и многим другим дореволюционным мемуарам. Однополые отношения также были и между женщинами. В 1920-х такие отношения задокументировал советский криминалист Михаил Гернет.

Как относились к этим двум категориям надзирателя ГУЛАГа?

По-разному, но я хочу для начала рассказать о другом, чтобы ответить на ваш вопрос. Нам все еще до конца не понятно, почему Сталин предложил ввести уголовное наказание за гомосексуальность. Существует две основные теории. Первая говорит о социальной чистке городов. Вторая теория гласит, что решение Сталина имело политические причины, связанные с проблемой национальной безопасности. Власти боялись, что гомосексуальные круги могли устроить заговор с немцами или другими иностранным державами для дестабилизации СССР.

Однако мы можем сделать косвенный вывод о том, что решение носило политический характер. Известно, что в 1933 году глава НКВД Генрих Ягода написал Сталину письмо, в котором говорил, что «аресты гомосексуалистов происходят, но мы обнаружили, что у нас нет статьи. Мы думаем, что они планируют заговор». Геи собирались в группах, и это настораживало советскую власть. Кроме того, «раскрытие», публичное разглашение информации о сексуальной ориентации геев в условиях народной гомофобии могло стать потенциальным средством шантажа со стороны иностранных разведок.

Политическая интерпретация этого «преступления» была причиной жестокого обращения с осужденными по статье 154.а, так как в советской лагерной системе «политические» были «социально враждебными» заключенными. Более того, с гомосексуалами обращались даже хуже, чем с осужденным по 58 статье, потому что было понятно, что часто обвинения по политическим статьям были сфабрикованы. Это обстоятельство позволяет мне говорить, что осужденные по статье 154.а были в самом низу тюремной системы, а вот с гомосексуалами-уголовниками обращались более снисходительно и особенно в течение правления Сталина.

Вторая причина жестокого обращения связана с народной гомофобией. Агенты ОГПУ-НКВД, милиция и другие структуры, которые занимались этими делами, точно знали, за какое «преступление» они арестовывали гомосексуалов. Они боялись, ненавидели арестованных или по крайней мере относились к ним враждебно.

Есть еще одно важное обстоятельство. Нам известно, что Сталин лично правил закон в 1934. Он добавил минимальный срок в три года. Людей с наказанием менее трех лет отправляли в колонии для «социальной перековки». Колонии, как правило, находились в европейской части России рядом с городами. Там содержались «социально близкие» заключенные, которые после отсидки должны были стать «правильными» советскими гражданами. Геи же не попадали в эту категорию. Их отправляли в лагеря, которые находились в отдаленных частях страны, в лагеря с нечеловеческими условиями жизни. Сталин как бы давал сигнал: «Они – худшие из худших, их нельзя переделать».

А в чем именно выражалась жестокое обращение?

Осужденных гомосексуалов унижали физически и психологически, отделяли от других заключенных, заставляли использовать отдельные туалеты и кухонную утварь. Все это в некоторых случаях сопровождалось изнасилованиями . При этом насильник, выполнявший активную роль, не считался гомосексуалом. Он считался человеком, который утверждал свою власть над «деградирующим элементом». У нас, однако, очень мало документов об этом периоде. Во-вторых, у нас нет доступа к тем документам, которые могли бы дать нам больше информации. «Политические» были, как правило, образованными людьми. Они оставляли после себя мемуары. Уголовники же были необразованны. Их не очень интересовало написание биографий.

Что нам известно о других проявлениях гомосексуальных отношений? Есть ли, например, сведения о надзирателях ГУЛАГа?

На эти вопросы практически невозможно ответить, потому что даже среди самых образованных заключенных ГУЛАГа было очень мало людей, которые оставили после себя хоть какие-то письменные свидетельства из-за гомофобии советского общества и всеобщего страха.

Когда бывшие заключенные начали писать о гомосексуальных отношениях в лагерях, они всегда описывали других людей. Певец Вадим Козин сидел в Магадане с 1945 по 1950 год частично по статье 154.а, а также по 58 статье за антисоветские высказывания во время войны. Его случай интересен, потому что Козин оставил дневник, который вел всю свою взрослую жизнь.

Вадим Козин. | Wikipedia.

Опубликованная часть дневника относится к периоду с 1955 по 1956 год. Однако даже он не говорит о собственных гомосексуальных отношениях в лагере, если таковые и были. Он делает это, используя определенные коды. К примеру, он пишет «гомосексуалисты в театре», то есть «они», а не «я». Козин участвовал в работе местного театра. В этом театре был пианист Кабалов, которого он описывает как «красивого и высокого» мужчину. Когда они ездили по Сибири с театром, Кабалов каждый раз находил нового «друга». Козин затем описывает разговор, который состоялся у него с Кабаловым и каким-то гетеросексуальным мужчиной. В этом разговоре Кабалов, не стесняясь, говорит о своей сексуальности. Козин, конечно, был ошеломлен такой открытостью. Это видно из его дневниковой записи.

В своей книге вы пишете, что самыми «заметными квирами были преступники». Что вы имеете в виду?

Именно об уголовниках больше всего говорится в мемуарах. А вот об интеллигенции у нас меньшее воспоминаний, потому что интеллигенты считали, что сексуальная, романтическая жизнь является частной, поэтому ее не стоит «демонстрировать». Кроме того, они просто стыдились своей сексуальности. Уголовников «любило» начальство и особо не ограничивало в действиях. Из книг Солженицына и Шаламова мы знаем, что у них был довольно высокий уровень свободы. Они могли играть весь день в карты в бараках, а работать посылали своих рабов. Это не было повсеместным явлением, но такая практика была довольно распространенной.

Можно ли сказать, что геи и лесбиянки могли, например, взяться за руки, и никому не было до этого дела?

Я бы сказал, что никто не пытался бросить им вызов, потому что у «мужественного» гея в гомосексуальной паре был нож. Он мог защитить себя. В некоторых воспоминаниях говорится о целых бараках лесбиянок, которые работали в парах. Они контролировали, что называется, ситуацию. Иногда труд разделялся между этими парами: «жена» готовила и убирала, а «муж» шел на лесоповал. Также известно, что защита со стороны взрослого, опытного партнера представляла ценность для молодого партнера. Более молодой партнер в мужских парах становился иногда женственным и даже брал женское имя. В лесбийских парах могли быть похожие ситуации.

Общество стало более гомофобным после того, как заключенные вышли из ГУЛАГа?

Это сложный вопрос. С одной стороны, много «видимых» геев было выпущено из лагерей. С другой стороны, в 50-е и 60-е годы частная жизнь становится более важной для среднестатистического советского человека. Люди перебираются из коммуналки в хрущевку. И что мы видим? Я обнаружил, что в Ленинградской области люди понимали, что некоторые из их соседей имели гомосексуальные отношения, но они не обращали на это внимания, потому что это была частная жизнь других людей. В 1988-89 я привез группу американских туристов в Ленинград. Нашим гидом, я как сейчас помню, был Саша, высокий блондин с несколькими слоями косметики на лице. Он накладывал макияж прямо перед автобусом, когда рассказывал о достопримечательностях города. Туристы, конечно, были удивлены.

А что с ними происходило после освобождения из лагерей? Могли ли они быть «заметными» в Москве?

Не в Москве, но в других местах точно! Вопрос в другом – насколько успешно они могли сойти за противоположный пол, когда, к примеру, курили или имели характерные для мужчин или женщин прически, одежду и так далее? После 1953 года доктора и администрация ГУЛАГА начинают открыто говорить об этой проблеме на различных собраниях.

Людей осуждали за гомосексуальные отношения в ГУЛАГе?

Да, это происходило, но у нас мало данных о том, как с ними обращались, потому что необходимые документы хранятся в архивах лагерей, а они находятся в своего рода матрешке архивов ОГПУ-НКВД. Есть, к примеру, дело педиатра по фамилии Титов, который сидел на Соловках в 30-е годы. Насколько я помню, его посадили по статье 154.а, но затем ему дали еще 10 лет лагерей, потому что поймали на месте «преступления» в лагере. В мемуарах встречаются и другие примеры.

Такие случаи происходили на протяжении всей истории СССР по разным причинам, в том числе и политическим. Таковым является дело режиссера Параджанова, которого арестовали в первый раз по этой статье в 1948 году.

Известно, что в советской политической и культурной элите сталинской эпохи были геи и бисексуалы. Можно ли сказать, что к элите было другое отношение?

В этом плане СССР не отличался особо от других стран. Да, было это разное отношение, потому что представили элиты ценились за другие таланты. Есть еще одно обстоятельство. Сталин определенно имел проблемы с талантливыми людьми. Его отношения с Эйзенштейном, его отношения с Шостаковичем показывают, что как только кто-то достигал всемирной известности, то нельзя было так просто отправить человека в ГУЛАГ. При этом, конечно, некоторые их них – Вавилов, Бабель и т.д., подвергались репрессиям. Сталинскую логику не всегда легко понять. Эйзенштейн был бисексуалом. Мы знаем об этом благодаря множеству источников, но Сталин не наказывал его. Возможно у него был компромат на режиссера. Известно, что на Вадима Козина был компромат. НКВД наблюдал за ним. Они знали, что он развлекался с молодыми людьми в отеле «Метрополь», где он жил, что было, конечно, неосмотрительно с его стороны.

Есть ли какие-то сведения о рабочих, крестьянах и других группах, не принадлежащих к интеллигенции?

Это хороший вопрос, но у нас недостаточно материалов, чтобы говорить об этом. Никто из них не вел дневников. Не писали они и мемуары. Когда историки, которым интересно прошлое ЛГБТ-сообщества, пойдут в архивы, то они найдут там какие-то следы. Исследователи из Белоруссии, Украины, Грузии, Латвии уже начали писать об этом, но они только в начале пути.

Почему не было публичных судов и какой-то кампании в СМИ? Это же удобная мишень для разжигания ненависти и сплочения народа вокруг вождя и партии.

Я думаю, что они готовили этот сценарий. В 90-х был обнаружен документ, которые проливает свет на ваш вопрос. Это письмо от 1934 года под заголовком «Открытое письмо московских и харьковских гомосексуалистов господину Маринус ван дер Люббе». Ван дер Люббе – голландский коммунист, которого нацисты обвинили в поджоге рейхстага. Известно также, что у него были гомосексуальные отношения. Кажется, что это письмо является провокацией ОГПУ, направленной на оправдание арестов гомосексуалов с точки зрения защиты национальной безопасности. В другом письме Сталину ОГПУ предлагало более суровые сроки за публичное проявление гомосексуальности, а также за денежное вознаграждение за секс между мужчинами. Сталин выделил слово «публичное» и вычеркнул весь параграф. Это дает мне основание полагать, что публичное обсуждение этого вопроса было бы крайне невыгодным для советского престижа. Еще есть документ от 1939 года из архивных материалов Вышинского, в котором говорится об организации показательного судебного процесса. Тем не менее, это не было сделано из-за политической нецелесообразности.

Сталина волновал престиж?

Да, конечно, особенно в это время до 1939 года, когда СССР искал друзей и пытался присоединиться к мировому сообществу через Лигу наций и переговоры с европейскими державами, чтобы предотвратить войну с Германией. Как вы объясните появление советской декоративной конституции в 1936 году, если Сталина не волновал престиж страны? Эта конституция говорит, что СССР – самая демократичная страна в мире с нормальными, цивилизованными законами. Кроме того, публичные процессы были скорее исключением, чем правилом. Людей просто брали «по-тихому».

Я посмотрел цифры по заключенным. Их было не так много. Не всех сажали?

Существуют разные причины. В других странах этот закон тоже не применялся в каждом случае. Кроме того, у советских секретных служб было много забот, помимо арестов гомосексуалов!

Был ли запрос «снизу»?

Мы не знаем этого. В одном из документов, относящихся к сталинской эпохе (его обнаружила историк Ирина Ролдугина), говорится о том, что когда «заметные» гомосексуалы в Ленинграде в 1932-33 годах предлагали заняться сексом гетеросексуальным мужчинам, те отвечали насилием и агрессией. Есть конкретный случай, когда между геями и гетеросексуальными моряками произошла драка. Однако у нас нет полноценного исследования по народной гомофобии.

Почему не было наказания для лесбиянок?

Я рассматриваю этот вопрос в сравнительном ракурсе. Большинство стран не принимало законов против лесбиянок, потому что женщины не выходили за пределы частной жизни и контролировались своими мужьями. Сталин и его окружающие плохо относились к женской эмансипации. Среди членов Политбюро, к примеру, не было ни одной женщины. Я думаю, что для Сталина это была «мужская» проблема, связанная с вопросами национальной безопасности.

А что женщины? Женщины не служили в армии, они не были особо активным в органах государственной безопасности, поэтому и угроза от них была меньше. Я также думаю, что в их понимании женщина могла излечиться, как бы это помягче сказать, хорошим сексом с мужчиной.

Как вы собирали источники? С какими трудностями столкнулись?

Я не собирался заниматься гомосексуальностью в ГУЛАГе. У меня был проект по здоровью и медицине в ГУЛАГе. Однако моя первая работа была по гомосексуальности, поэтому я уже сразу мог «почувствовать» эту тему. Я называю эту способность «квир-глаз в архиве». Я нашел необходимые документы о гомосексуальности, когда работал по своей теме. Иногда люди сами отправляли мне материалы. Они знали обо мне, потому что я опубликовал несколько работ по этой теме. Какие трудности? Вы знаете, есть такая хорошая русская поговорка «Тише едешь – дальше будешь». Я думаю, что, когда мы говорим о гомосексуальности, и особенно, когда ты – иностранец, нельзя идти в архивы и спрашивать материалы по этой теме открыто. Кроме того, большинство архивистов в России не имеет четкого представления о том, что в их архивах содержится. Работники архивов верят описям, которые были сделаны много лет назад. И последнее. Для такой темы нужно также иметь определенную фантазию и сравнительный подход. Я себя спрашивал: «Где бы немцы или американцы искали?»

Анна Баркова. Источник: bessmertnybarak.ru

Когда я занимался исследованием по здоровью, то я брал интервью у людей, которые наблюдали за гомосексуальными отношениями. Они были очень старыми.

Как они реагировали? У них выражение лица менялось?

Нет! Мне кажется, когда тебе за 80 в России, то тебе уже на все наплевать. У меня было интервью в Канаде с доктором, которая работала в Магаданской области с 1949 по 1989 год. Она спонтанно описывала венерические заболевание в лагерях, где были лесбиянки. При описании она использовала специфические, довольно гомофобные по канадским меркам термины: «В лагере происходили всякие извращения» и так далее. Но потом она сказала «конечно, сейчас мы используем другой, позитивный язык для описания геев и лесбиянок». Она впервые услышала о гомосексуальности во время войны, когда проходила медицинский курс. Затем она рассказала, как понимает гомосексуальность. Для нее гомосексуальность – биологическая ошибка. Она считает, что некоторые мужчины становятся гомосексуалами из-за «настоящих» геев. Это довольно распространенное понимание гомосексуальности среди образованных советских докторов и экспертов.

Вас что-то удивило, шокировало или дало надежду, когда вы проводили исследование?

Для меня источником вдохновения были истории людей, которые смогли выжить. Таким человеком является поэтесса, открытая лесбиянка Анна Баркова. Ее посадили по политической статье. Баркова была в лагерях три раза с перерывами примерно с 1930 по 1966, то есть почти всю свою взрослую жизнь. История Козина тоже трагическая. Ему не разрешали заниматься профессиональной деятельность до конца жизни. С другой стороны, в своем дневнике он представляет мир без гомофобии, мир, где достоинство будет уважаться. Это внушает оптимизм.

ГУЛАГ под Парижем | Статьи

50 лет назад в Советском Союзе было ликвидировано учреждение с длинным и неуклюжим названием — Управление уполномоченного Совнаркома СССР по делам репатриации граждан СССР. Его представители работали на всех континентах, кроме Антарктиды. И свою задачу они выполнили: добром и силой, уговорами и шантажом Управление вернуло в СССР более пяти с половиной миллионов соотечественников, разбросанных войной по свету. Уникальная в истории «гуманитарная операция» была не только призвана пополнить изрядно поредевшую после войны трудовую армию страны — она преследовала параллельную цель: вновь закрыть СССР от мира. Приказ «Вскрыть нарыв!» Вечером 14 ноября 1947 года два танка «Рено» с ревом пронеслись по улицам маленького французского городка Борегар-сюр-Сен-э-Уаз. Они шли на помощь четырем сотням жандармов и 150 вооруженным агентам полиции, осадившим расположенный на окраине советский экстерриториальный сборный репатриационный лагерь. …Месяцем раньше в Ницце обратился в полицейский участок русский эмигрант Дмитрий Спечинский. Он обвинял свою жену Софью Субботину в похищении маленьких дочерей — Маши, Зины и Оли. По его словам, накануне, воспользовавшись тем, что мужа нет дома, Софья, не дожидаясь намеченного на декабрь бракоразводного процесса, одела девочек потеплее — и исчезла. Полиция нигде и никогда не любит встревать в семейные дрязги. Но эта история вдруг получила фантастический, невероятный раскрут. Ею занимались на самом верху, по всей стране проводились облавы, дочерей Спечинского искали полиция, армия, спецслужбы. Наконец сотрудники УОТ (Управления по охране территорий — контрразведка), прослушивая телефоны лиц, подозреваемых в причастности к преступлению, перехватили: девочки — в Борегаре. Начальник УОТ Роже Вибо немедленно доложил об этом начальству. Совет Министров заседал несколько часов. В конце заседания премьер-министр Франции Поль Ромадье распорядился: «Вскройте нарыв!» Кто бы мог подумать, что история лагеря Борегар, светло и романтично начинавшаяся ликующей осенью 1944-го (Франция только-только освободилась от немцев), будет завершаться столь горько. Миссия на проспекте Бижо Тогда, в 44-м выяснилось: на территории страны находится свыше 120 тысяч советских граждан. Больше — только в Германии и Австрии. «Остарбайтеры», вывезенные немцами на принудительные работы; недавние военнопленные, в том числе и воевавшие в «маки»; сложившие оружие власовцы, солдаты всевозможных созданных немцами «национальных легионов»; просто те, кого самыми фантастическими путями забросило на берега Сены и Луары — кого только не было! Необходимость возвращения по домам многомиллионного принудительного интернационала концлагерей — огромная проблема той поры. Легко просыпать мешок проса — а поди его собери по зернышку. И речь не только о советских гражданах — война сломала судьбы жителей всех европейских стран. Недобровольных иммигрантов временно взяло под крыло абстрактное мировое сообщество (позднее появился термин «ДиПи» — от английского «Displaced Persons of United Nations» — «перемещенные лица Объединенных Наций»). Но уже в 1944-м дипломатами были выработаны принципы репатриации. Позднее Сталин, Черчилль и Рузвельт скрепили соответствующие соглашения подписями на Ялтинской конференции. В СССР этим вопросом занималось созданное 6 октября 1944 года Управление уполномоченного СНК СССР по делам репатриации граждан СССР из Германии и оккупированных ею стран (первоначальное название). Этим уполномоченным стал генерал-полковник Филипп Голиков, будущий маршал. Голикову поминают предвоенный период: будучи начальником советской разведки, он, считается, не хотел раздражать Сталина и не докладывал в полном объеме тревожную информацию. Так не так — отдельный вопрос, для нас сейчас существенно, что Голиков был человеком с опытом руководства разведкой. Его представителем во Франции стал генерал-майор Василий Драгун — давний соратник Голикова. В ноябре 44-го в большом белом особняке на проспекте Бижо в Париже открылась Репатриационная миссия СССР во Франции. Она развернула в стране свыше 130 репатриационных лагерей (сборных пунктов) — целую сеть. Они открывались, закрывались (когда «обитатели» уезжали), одни просуществовали недели, другие — годы, но Борегар (Beauregard en Sein-et-Oise, встречается русское написание Борегард, Боригар, Богардо) с самого начала считался неформальной столицей этого хозяйства. Причин несколько: в войну там был немецкий лагерь для военнопленных, к моменту освобождения в бараках жило более 400 русских. Плюс расположение: рядом Париж. Кроме того, при Борегаре существовал аэродром. «Архипелаг ДиПи» Это выражение появилось позднее и по ассоциации с понятно чем. Более того, за тем же Борегаром закрепилось клеймо: «ГУЛАГ под Парижем». При этом историк Павел Полян, один из лучших в России знатоков проблемы советских «перемещенных лиц» подчеркивает: нельзя ставить на одну доску лагеря «ДиПи» и сталинские, нацистские концлагеря. Люди пережили ужасы плена, каторгу гитлеровских принудработ, сейчас каждого нужно было накормить, одеть, обеспечить медицинской помощью, успокоить… Да, бараки — а где жить в разрушенной Европе? Да, ограждение, иногда колючая проволока по периметру, пропускная система, везде жесткая дисциплина. Но, простите, все здесь в послестрессовом состоянии, скучены, ничем не заняты. В таких условиях легко возникают трения, конфликты. Естественный выход в духе времени: организовать жизнь и быт по армейскому принципу, ввести армейские правила внутреннего распорядка — КПП, увольнительные. Зато трехразовая сносная кормежка. Возможность отдохнуть, осмотреться. Радостное предощущение скорого возвращения домой — для тех, кто хотел вернуться. Собственно, вот в чем проблема — «русские ДиПи» делились на три категории: те, кто хотел возвращаться в СССР, те, кто колебался, и те, кто возвращаться не желал. Судьба из Борегара: Николай ПЛЕТУХИН Курсант военно-морского училища в Ленинграде. Когда началась война — фронт. Ранение, плен. Франция. Побег. Отряд «маки» «Жагар» («Ягуар»). В «Жагаре» уже много русских, они выделились в свой маленький отряд — «За Родину». Воевали чуть севернее Парижа. После освобождения Франции — Борегар. Плетухин там с друзьями по Сопротивлению. Ждут-не дождутся отправки домой. Самолетом-«дугласом» их из Борегара вывозят в Германию, оттуда — в СССР. Проверка, служба рядовым в Советской Армии. Потом поступает в вуз, становится инженером-кораблестроителем. После войны его несколько раз вызывали в МГБ, подолгу допрашивали, но что и как — родным не рассказывал, объяснял: давал подписку. Жил в Ленинграде. Умер в 1975-м. Про Николая Плетухина мне рассказал его сын Сергей, ныне возглавляющий Санкт-Петербургское отделение общества ветеранов французского Сопротивления «Комбаттант-волонтер». Шаг в капкан С такими людьми, как Плетухин, ясно — рвались домой. Как и десятки тысяч русских, белорусских, украинских девчат да парней, которых немцы эшелонами вывозили на работу. Им что Германия, что Франция, что солнечная Италия — одна горькая чужбина. Историк Виктор Земсков считает: это настроения примерно 70 процентов репатриантов. Но были и другие. …Людей, служивших у немцев, во Франции скопилось довольно много. Кто-то серьезно замарался в крови — например, казаки или кавказские горцы использовались немцами для подавления движения Сопротивления. Понятно, им и в Европе было неуютно, а уж от советской власти они вообще ничего хорошего не ждали. Кто мог — укрывался, вербовался в Иностранный легионѕ Другие же, виноватые меньше, уповали, что «Родина простит». Бывшие коллаборанты, в последние месяцы войны перешедшие на сторону союзников или французских «маки», полагали, что им «зачтется». Шла борьба за души. Убедить, уломать, доказать, надавить на чувства, напугать — это пропаганда советских репатриационных служб. Против нее работала пропаганда антисоветских эмигрантских организаций вроде Народно-трудового Союза (НТС). Тоже вранья не чурались. Из разговора с Павлом Поляном: «До сих пор на Западе бытуют легенды про расстрелы «возвращенцев» прямо в одесском порту, чуть ли не на трапах кораблей, под включенную громкую музыкуѕ Подтверждений этому я в архивах не нашел. Действительность была проще и циничней. В войну погибла масса народу, и сейчас Советский Союз невероятно нуждался в рабочих руках (в конце сороковых у нас даже смертную казнь отменили!). Вот и стояла задача — вывезти всех, кого можно. А тамѕ Репатрианты в Советском Союзе еще долго носили печать «человека с нечистым прошлым». Но с теми, кто хоть чуть-чуть замазался в сотрудничестве с немцами, вообще не церемонились: их ждал статус спецпереселенца, принудительный труд, лесоповал, шахты, Сибирь, Север, Казахстан». Впрочем, в разряд «сомнительных» попадали и люди, никак и никогда с немцами не сотрудничавшие. Судьба из Борегара: Касьян МАЦКЕВИЧ Белорусский крестьянин из-под Гродно. В 1939-м призван в польскую армию. Как польский солдат попадает в советский плен. В Коми строит железную дорогу. В их лагере из десяти человек умирало восемь. Потому, когда Андерс в СССР стал заново формировать польскую армию, взмолился: заберите! Марш «андерсовцев»: Иран, Ирак, Ливан, Палестина, Египет (внукам потом рассказывал про зоопарк в Александрии). Высадка в Италии. За бои под Монте-Кассино — английский орден. Войну закончил во Франции. Думал — возвращаться или нет? Да ну, решил, в чем он виноват перед Советами — селянин да солдат? А дома — земля, семья, дети. Обратился в советскую миссию. Борегар. Отправка в СССР. Добрался до дома — тут и прихватили. Выслан с семьей в Черемхово Иркутской области. Работал на стройке. Послевоенное зековское Черемхово — город, где все ходили с ножами, даже сосланные за свою миролюбивую веру баптисты. Держались своих — цыгане селились с цыганами, литовцы с литовцами, иначе не выживешь. Белорусы тоже кучковались. Так Касьян познакомился с Карпом Лозовиком, у которого судьба еще извилистей: войну начал в Сувалковском уланском полку, прославившемся легендарной смертной атакой конников-улан на немецкие танки (символ польского 1939 года). Кстати, офицером этого полка был капитан Якуб Вайда, отец знаменитого кинорежиссера. Карп в СССР возвращался через Англию, уже работал шофером в Глазго, да по дому затосковал. Их с Мацкевичем дети поженились. Мне историю дедов рассказал внук, минский философ-методолог Владимир Мацкевич. «Прекрасный вид» Буквально «Борегар» можно перевести как «прекрасный вид». Я вспомнил это, листая альбом-отчет «Фотографии из лагерной жизни Сборного пункта Советских граждан №13, освобожденных из фашистского плена. Париж город Версаль, Борегард, с августа 1944-го по май 1945 г.». Зарядка, политзанятия, столовая, строевая подготовка, клуб… Бассейн (пруд). «Механик Сергеев преподает мотор». «Хор самодеятельности под руководством Тамары Сошальской». Стрелковая подготовка с трофейным оружием (а говорите — ГУЛАГ!). Начальник сборного пункта — лейтенант Казаков. Замполит — младший политрук Коваленко. Начштаба — лейтенант Алик. Лейтенант Клушин — командир одной из рот. Лейтенант Беленченко – физрук. Про офицеров репатриационных подразделений в эмигрантской литературе цедят: «типичные чекисты». Павел Полян уточняет: не столько чекисты (чекисты начинались потом), скорее что-то вроде военно-дипломатической службы. Исходя из задач: иногда — хозяйственники, иногда — дипломаты. А иногда… Помните — и Голиков, и Драгун служили в разведке? О служебном уровне Драгуна (со временем он фактически возглавил всю репатриационную сеть в Западной Европе) можно догадываться по такой детали: в 1945-м Молотов поручил ему представлять СССР на тайных переговорах американцев с генералом СС Карлом Вольфом по капитуляции немецких войск в Северной Италии. Это ведь, кажется, те переговоры, о которых докладывал Центру Штирлиц? Значит, они продолжились, но уже с участием Драгуна? Поскольку «разведчики бывшими не бывают», можно предположить, что в Европе люди Драгуна решали не только гуманитарные задачи. Судьба из Борегара: Виктор МАЛЬЦЕВ Перед войной — знаменитый «сталинский сокол» (говорят даже, одно время — летчик-инструктор Чкалова). В 1937 году арестован, пытан, чудом не растрелян. В 1939-м выпущен, но на летную работу не допускается — назначен начальником санатория Аэрофлота в Ялте. В 1941-м предлагает свои услуги немцам. Бургомистр Ялты. Когда создается власовская армия, становится командующим ВВС РОА, генерал-майором. Воюет против наших. В 1945-м сдается американцам. Те не очень хотят его выдавать, советская сторона ведет жесткие переговоры. Наконец переправлен в Борегар. Две попытки самоубийства. В мае 1946-го доставлен в Москву, в августе — повешен вместе с Власовым, Шкуро, Красновым и другими. Одно время союзники предлагали организовать «воздушный мост» для доставки советских «Ди-Пи» на родину. Наши отказались, полагая, что американские и английские самолеты будут заниматься аэрофоторазведкой. Но экстерриториальный борегаровский аэродром использовался активно — советские транспортные «дугласы» летали до Лейпцига и Берлина, переправляли людей, доставляли начальство. А иногда в салоне сидели в наручниках такие, как Мальцев. Или те, кто был менее виновен, но также интересовал советские спецслужбы. Мечты о советском паспорте Судьба из Борегара: Михаил ШТРАНГЕ Если совсем точно — фон Штранге. Сын русских эмигрантов. Родители в Верхней Савойе держали маленький пансион, там останавливались летом небогатые соотечественники. Однажды приехала отдохнуть пара с двумя детьми: жену звали Марина Цветаева, мужа — Сергей Эфрон. Так познакомились. Эфрон завербовал студента Мишу в советскую разведку. В 1937-м произошло убийство советского разведчика-невозвращенца Игнатия Рейсса, после которого за Эфроном охотилась французская полиция. Сегодня «цветаевоведы» считают, что Штранге был координатором боевой группы Эфрона, но полиция на него не вышла. Во время Второй мировой он исчез из Парижа: был во французском Сопротивлении. Появился после войны в форме советского младшего лейтенанта. В 1945-1946-м — помощник начальника Борегара. Вернулся в СССР, стал крупным историком, специалистом по Великой французской революции. Умер в 1968 г. Штранге по-своему тоже типичная фигура. Франция — один из центров послереволюционной русской эмиграции. 22-го июня 1946 г. опубликован «Указ Верховного Совета СССР о восстановлении в гражданстве СCCP подданных бывшей Российской империи, а также лиц, утративших советское гражданство, проживающих на территории Франции». Советское посольство и советская репатриационная миссия «возвращенческие» настроения, естественно, активно поощряют. Тысячи людей с гордостью получают советские паспорта и складывают чемоданы в радостном ожидании отъезда домой — в далекий, но героический и светлый Советский Союз. В такой обстановке легко решать и попутные задачи. В эмигрантских мемуарах можно встретить рассказы о том, как после войны на улицах Парижа к людям, говорившим по-русски, подходили (иногда в сопровождении французских полицейских) советские офицеры, просили предъявить документы, проехать с ними. Задержанные (или похищенные? — дело-то в чужой стране!) оказывались в Борегаре, а потом… Французские власти вступаться не торопились: русские разбираются между собой. Да и что такое французские власти той поры? Коммунисты, герои Сопротивления, — на невиданном подъеме: в парламенте, в правительстве, в государственном аппарате. О чем говорить — представитель французских спецслужб в Борегаре был членом ФКП! Говорят, война — продолжение политики другими средствами. Войны проходят, а политика остается. Дело о похищении девочек Вернемся к конфликту в семье Спечинских, с которого начали рассказ. Тогда, на подъеме патриотических настроений Софья Субботина, дочь царского адмирала, решила вернуться в СССР. Спечинский же ехать не хотел. Семейные скандалы кончились бегством Софьи с маленькими дочерьми. Наверное, похожие истории случались и раньше. Потом французы говорили, что у них были материалы по почти шестидесяти фактам незаконного вывоза людей в Борегар — эмигрантов (в том числе и граждан Франции), не желавших возвращаться «ДиПи». Но, похоже, до поры до времени закрывали глаза. А в конце 1947 года маятник качнулся в другую сторону: началась «холодная война». «Вырубить» ФКП, выбросить ее из политической жизни для правительства стало задачей №1. В коммунистах не без основания видели агентуру Москвы, они уже были отстранены от реальной власти, но оставались влиятельной силой — за ФКП голосовал каждый четвертый избиратель. Заявление о похищении детей пришлось кстати. О, ужас! — в просвещенной Франции русские дурят голову легкомысленным соотечественникам, а те потом воруют малышей. И эти люди имеют здесь свою «пятую колонну» — нашу компартию! ѕ«Битвы под Борегаром» не случилось. Когда танк остановился напротив КПП, советские офицеры приказали открыть ворота. Девочки действительно находились в лагере. Их передали отцу (интересно, как потом сложились судьбы?). Нашли и оружие — несколько трофейных пулеметов и автоматов, гранаты… Но делать из Борегара еще и диверсионно-подрывной центр не стали — политика! Все ограничилось газетным и дипломатическим скандалом. Из Франции выслали главу репатриационной группы полковника Филатова и 24 активистов эмигрантского «Союза советских граждан». Москва, понятно, заявила о «грубой политической провокации» и выслала в ответ равнозначную фигуру — главу французской репатриационной миссии в СССР полковника Маркье (хотя и жалели: Маркье симпатизировал Советскому Союзу; он у нас занимался возвращением домой эльзасцев и лотарингцев из числа немецких военнопленных и розысками останков погибших летчиков «Нормандии-Неман»). Лагерь Борегар французы взяли под свой контроль. Впрочем, с 1947 по 1951 год из Франции в СССР вернулось всего 218 человек. Иссыхание потоков Борегар — тот случай, когда в деятельности Управления по репатриации сплелось в узел все: моральные задачи, аморальные, политика, спецслужбы, пропагандаѕ Потому и привлек интерес. И случился этот конфликт тик в тик тогда, когда должен был случиться. С одной стороны — разгар холодной войны. С другой — репатриационные потоки уже сходили на нет. Если в 1944 году Управление генерала Голикова вернуло в СССР 1 050 398 советских граждан, в 1945-м — 4 514 201 человека, то за шесть лет, с 1946 по 1951 год — только 253 239 человек. Кто хотел — возвратился. Колеблющиеся сделали выбор. Остальные не хотели. Любопытно, что, хотя в целом поток «ДиПи» усыхал, люди Голикова в поисках возможных одиночных репатриантов забирались в то время в самые удаленные от СССР уголки планеты. Аргентина и Австралия, Ирак и Канада, США и Китай — везде были представители Управления. А может, все проще — памятуя о задачах, которые эта служба попутно наверняка решала? В разгар жесткого противостояния двух систем благородная задача «возвращения блудных сыновей на родину» была хорошей «крышей» для наших спецслужб? Так или иначе, за неполные семь лет советские органы репатриации возвратили в СССР 5,7 миллиона человек (цифра Павла Поляна). Сборные пункты репатриантов были анклавами на чужой земле. Порядки, лозунги на стенах, портреты Сталина — попадая сюда, человек понимал: тут уже советская власть. Все, что за пределами, — чужое. Опыт закрытия СССР от мира. С одной стороны — уникальное по масштабу решение гуманитарной задачи: вернуть домой столько бездомных, голодных, угнанных насильно! С другой — чисто советский цинизм: выгребем всех, люди нужны. А надо — выкрадем. В Борегаре коса нашла на камень. Дали повод говорить про «ГУЛАГ под Парижем». Впрочем, после этого случая Управление Уполномоченного Совета Министров СССР по делам репатриации граждан СССР (новое название) действовало еще почти шесть лет. Кто сегодня помнит, что оно вообще существовало?

Кулинарный дневник узницы ГУЛАГа

Кулинарные рецепты и радость застолья с одной стороны, концлагерь, где люди умирают от голода, — с другой. Эти ситуации кажутся несовместимыми. И все же новый фильм французского режиссера Анн Жорже «Воображаемые пиры» посвящен именно той области человеческой жизни, где эти понятия пересеклись. Способность в условиях голода и лишений вспоминать о еде из прошлой жизни не связана с определенной идеологией, кулинарные дневники писались как узниками нацистских лагерей, так и ГУЛАГа. Об этом свидетельствуют сами узники, авторы сборников рецептов. О том, что воспоминания о счастливых моментах способны продлить жизнь, режиссер Анн Жорже рассказывает Гелии Певзнер.

Кулинарный дневник узницы ГУЛАГа

Гелия Певзнер

Страница с подкастом этого выпуска передачи для экспорта RSS и скачивания находится здесь.

RFI: Как получилось, что вы обратились к такой необычной теме?

Режиссер фильма «Воображаемые пиры» Анн Жорже DR

Анн Жорже: Это отчасти дело случая. В 1996 я жила в США, и там я прочла книгу, которая рассказывала об узнице Терезинского лагеря, которая в концлагере вела кулинарный дневник. Эта история меня глубоко затронула, и я решила сделать по ней фильм. Он складывался долго, на него ушло 10 лет, и я назвала его «Дневники Минны, Терезин, 1944» (Les Carnets de Minna, Terezin, 1944) . Эта история казалась мне потрясающей и уникальной. Потрясающей я считаю ее и сейчас, но вот уникальной… Когда вышла книга и был показан фильм, я начала получать письма. Их авторы писали: а в нашей семье тоже, моя мать, мой дядя, мой дед… — были депортированы и писали в лагере рецепты.

Это было просто невероятно. Я начала постепенно собирать эти истории, изучать их, и обнаружила большое количество рецептов, написанных в нацистских концлагерях. Тогда я стала думать: может быть, есть ли что-то, что связано именно с идеологией этих лагерей? Или существуют и другие лагеря, другой контекст, в котором умирающие от голода люди пишут о кухне?

И тогда вы подумали о ГУЛАГе и стали работать с советскими архивами?

Искать пришлось долго, потому что советские архивы сложнее, они менее четкие, чем немецкие, но в конце концов я нашла этот невероятный дневник, созданный в Потьминском лагере. Я встречалась с людьми из «Мемориала», составителями антологий, людьми, у которых сохранились фотографии лагерей. Но никто никогда не встречал рецептов. Я взяла интервью у Любы Юргенсон, преподавателя кафедры русского языка и литературы в Сорбонне (переводчица Варлама Шаламова — RFI), она сказала мне, что читая Шаламова и Солженицына, слышишь иногда какие-то отголоски этих воображаемых пиров, когда люди разговаривались друг с другом у огня или в других обстоятельствах. Ей самой было интересно, что мне удастся найти, но конкретного примера у нее не было.

Я продолжала поиски, и, как всегда, опять помог случай. Дочь моей монтажницы сказала мне, что читала рассказ, где история была похожа на «Дневники Минны». Это был рассказ Эрика Эмманюэля Шмитта «Лучшая книга мира», и там действительно рассказывается история женщин-заключенных ГУЛАГа, которые спорят о том, какой след останется после них. В конце спора о том, почему они здесь оказались и за что боролись, одна из них говорит, что будет записывать кулинарные рецепты. Потому что здесь уж точно все будут согласны друг с другом.

Вот такой был рассказ. Но я была уверена, что в его основе лежала настоящая история, и попыталась связаться с писателем. Я пыталась всеми возможными способами. Но он не ответил ни на одно из моих посланий, писем или звонков. За это время я потеряла его книгу, а купив новый экземпляр, обнаружила, что в него добавлено послесловие. Там говорилось, что автор присутствовал на приеме у французского посла в Москве, и там к нему подошла какая-то женщина и спросила, хочет ли он увидеть настоящую «Лучшую книгу мира».

Так что это стало очевидно: в основе рассказа лежала настоящая история, которую писатель рассказал по-своему. Но как найти эту женщину, которая с ним разговаривала? Я спросила одного приятеля, работавшего во французском МИДе, не может ли он достать мне список всех гостей, присутствовавших на том посольском приеме. Список он достал, я выбрала оттуда всех русских женщин, потому что знала, что со Шмиттом разговаривала женщина. А потом попросила одну знакомую, которая умела разговаривать по-русски и раньше жила в Москве, и она стала обзванивать для меня этот список: «Добрый вечер, были ли вы на встрече с Эриком Эмманюэлем Шмиттом в посольстве? Знаете ли вы, кто мог ему рассказывать про рецепты из ГУЛАГа?». И первый же звонок принес результат, потому что на том конце провода женщина ответила: «Это была я».

Автор кулинарного дневника Вера Николаевна Бекзадян с мужем и дочерью DR

И для полного моего счастья эта женщина оказалась преподавателем французского в МГУ. Она прекрасно говорила по-французски, и уже через несколько минут мы разговаривали друг с другом по телефону. Это была огромная радость, и она подтвердила мне, что у нее находится этот дневник.

Вскоре я отправилась в Москву и там, наконец, увидела этот дневник. Он действительно уникальный, потому что написан на ткани. Его автор, Вера Николаевна Бекзадян, сидела в Потьме, где женщины валили лес, но одновременно занимались и вышивкой. И поскольку у них не было бумаги, они собирали обрезки ткани, и Вера Николаевна написала свой кулинарный дневник на этих обрезках. Ей удалось выжить, она привезла дневник с собой, полностью составленный из кулинарных рецептов, и он сохранился в семье.

Где сейчас находится кулинарный дневник Веры Бекзадян?

Сам документ находится у Нади Бунтман, той самой преподавательницы французского. Это очень красивая история, потому что родственные связи между Надей и Верой Николаевной Бекзадян, автором дневника, довольно дальние. Вера была бабушкой ее бывшего мужа, Надя знала ее, жила с ней в одной квартире и очень ее любила. Когда они с мужем расстались, свекровь, которая тоже ее очень любила, предложила ей взять что-нибудь на память. И она выбрала кулинарные записи, написанные в ГУЛАГе

Работая над фильмом, вы брали интервью у авторов кулинарных дневников. Удалось ли вам понять, как у людей, умиравших от голода, появлялась такая мысль и как возникала возможность осуществить этот замысел?

Откуда у этих людей, находящихся в ужасных условиях, голодающих, умирающих от холода, усталости, унижений и болезней, откуда у них берется энергия, смелость и сама идея написания кулинарных рецептов? Ведь нужно пойти на риск, добыть где-нибудь бумагу или украсть обрезки ткани, и это кажется невероятным. Видимо, причин, объясняющих это, много, в этом и вся идея моего фильма «Воображаемые пиры». Мне именно хотелось понять, что их на это толкало.

Можно найти много объяснений, и они наверняка действуют все вместе, в одном случае более явственными являются одни причины, в другом — другие. Врачи-неврологи объясняют, что даже обычное воспоминание о еде способно дать пищу телу. Существуют физиологические механизмы, по которым, только представляя себе счастливые моменты и пищу, мы поддерживаем собственное тело и поддерживаем жизнь. Иными словами, нужно совсем немного, чтобы жизнь захотела продлиться, совсем немного теплого чувства.

Само собой разумеется, что в том, что я говорю, нужно поставить множество кавычек. Тепло и счастье — эти слова обозначают совсем другое, когда находишься в тех условиях, по сравнению с ситуацией, когда у тебя все есть и ты сыт. Но даже в этих условиях, чтобы выжить, необходимо создать себе хоть крохотную нишу, необходимо, чтобы оставался хоть самый короткий момент, когда ты способен осознать себя как человеческое существо и представить себе сытость, вспомнить, что у тебя было детство, были счастливые моменты, заново осознать свою сущность как человека.

Это одно из объяснений. Но есть и другие. Все узники лагерей, будь то ГУЛАГ или нацистские лагеря, свидетельствуют, что люди старались избегать воспоминаний о прошлой жизни. Это было золотым правилом. Потому что она казалось такой недостижимой, такой невозвратной, и это было так жестоко, что стоило кому-то потеряться в этих воспоминаниях, как жизнь становилась для него неподъёмным грузом. На следующий день люди просто больше не вставали, и для них все было кончено. Говорить о прошлом никто не хотел. Но когда вспоминали все вместе, вслух, то эти воспоминания приобретали другой смысл. И когда воспоминания сопровождались действием, то есть, например, когда кто-то вспоминал и записывал эти воспоминания, то это становилось возможным.

В конце концов, кулинарные рецепты сами по себе являются универсальной вещью — ведь для их написания не нужно быть большим ученым или принадлежать к определенной социальной прослойке. Каждый человек когда-то готовил или любил то или иное блюдо и хочет о нем рассказать, какие-то семейные воспоминания связаны с печеньем, пирогом, гуляшем или чем угодно другим. Записывать эти воспоминания — это способ сохранить их так, чтобы они вас не уничтожили. И даже наоборот — чтобы они поддержали жизнь, проектируя ее в будущее.

Для работы над фильмом вы отправились в Россию, в Мордовию, туда, где сидела автор дневника. Какие у вас впечатления? Помогло ли это вам для понимания вашего сюжета?

Я отправилась в Потьму, и, честно говоря, это было ужасно. Мне сказали, что во времена Сталина Мордовию называли республикой лагерей. Было страшно от того, насколько ничего не изменилось. Например, всю республику пересекает дорога, шаг влево — шаг вправо — повсюду лагеря, которые следуют один за другим. Складывается впечатление, что все население имеет к ним какое-нибудь отношение. Либо это лагерные надсмотрщики, либо бывшие заключенные, которых так там и остались после освобождения. Конечно, атмосфера там очень специфическая. Я искала место, где находился тот лагерь, где сидела Вера, но не нашла. Возможно, что он и был там, где я проходила, но уверенности у меня не было. В любом случае, я смогла почувствовать эту атмосферу… К тому же рядом был лес, где работали женщины. И я видела снаружи, что осталось от этих лагерей, потому что, понятно, внутрь меня не пустили.

Во время съемок нам помогала девушка, поскольку я не говорю по-русски, она помогала наладить контакты с людьми, объяснить им, что мы делаем. У нас не было разрешения на съемки внутри, а когда мы снимали снаружи, к нам постоянно кто-то немедленно подходил и начинал спрашивать.

Мне кажется, что для местных жителей все это выглядело очень странно, вся эта история. Людям казалось, что я говорю им одно, а на самом деле приехала для чего-то другого. Я думаю, им казалось, что я скрываю свои истинные цели, поэтому они даже и не пытались меня понять.

Это уже второй ваш фильм на эту тему. Думаете ли вы еще вернуться к кулинарным дневникам, помогающим выжить?

Трудно сказать заранее, но я не думаю. Хотя, может быть, выйдет более длинная версия фильма для проката в кинотеатрах. Это даст нам немного времени, чтобы эксперты смогли еще глубже изучить эти записи. Я работаю и над другими проектами, но эта история меня не отпускает. Я не перестаю говорить о ней, и каждый раз я вижу одинаковое удивление у моих слушателей, которое тут же сменяется восхищением. Это по-настоящему удивительная история, которая рассказывает о всеобщей человечности, и это потрясающе. Это жизнеутверждающая история, от нее становится тепло на душе, и с ней невозможно расстаться.

Мы беседовали с режиссером Анн Жорже. Фильм «Воображаемые пиры» будет показан в России на канале Культура.

«Им не знакомо слово ГУЛАГ»

30 октября Государственный музей истории ГУЛАГа открылся в новом здании.

Реконструкция под музейные нужды большого старинного дома в 1-м Самотечном переулке завершилась в декабре прошлого года. Долгие месяцы понадобились на переезд и освоение нового здания. Прежнее помещение Музея истории ГУЛАГа на Петровке было невелико по размерам. Теперь площади увеличились до трех тысяч квадратных метров. Это позволило впервые создать постоянную экспозицию, составленную из нескольких выставок. Каждая из них посвящена отдельному ключевому событию национальной трагедии 20-го века. Двери для посетителей на новом месте здесь решили открыть в День памяти жертв политических репрессий.

​​В фильме Тенгиза Абуладзе «Покаяние» есть памятный эпизод. На железнодорожную станцию прибыл состав с бревнами. Люди отыскивают на них послания, начертанные их репрессированными родственниками. Мне всегда казалось, что это метафора, напоминание о лагерных лесоповалах, вымысел. Но нет. Среди реликвий новой экспозиции Музея ГУЛАГа есть три бруска с такими весточками, написанными карандашом теми, кому была запрещена переписка.

Выставочные пространства нового здания Музея ГУЛАГа лишены межэтажных перекрытий. По сути, почти до самой крыши это пустая коробка. Верхние уровни – это железные галереи. Чтобы попасть туда, надо подняться по гулким железным лестницам. Стены интерьера – не оштукатуренная кирпичная кладка. Заместитель директора музея по выставочной работе Егор Ларичев считает такой дизайн как нельзя более уместным:

​​– Это, по сути дела, похоже на какую-то тюрьму. Потому что тюрьма была местом, лишенным всякого декора и абсолютно функциональным. Она была приспособлена для того, чтобы содержать там людей, чтобы они оттуда не убежали. Первое пространство, в которое мы попадаем с улицы, – это выставка «Пространство неволи». Центральный экспозиционный элемент здесь – двери, свезенные из разных тюрем России: от Чукотки до Москвы, до Бутырки, до Владимирского централа, до пересыльной тюрьмы в Кузнецке и так далее. Эти двери соединены в конструкцию, которая по форме напоминает самую маленькую тюремную камеру из Крестов. Кроме того, на полу – очертания других камер. Из Бутырки, Матросской тишины и Лефортово. Еще здесь есть интерактивная аудиоинсталляция. Смысл ее в том, что, когда ты подходишь к дверям, то слышишь звуки захлопывающихся тюремных засовов. Это не имитация, запись мы сделали в Бутырке.

​​В этом же зале – инсталляция из предметов, имеющих отношение к организации тюремного быта. Это шконка из бутырского карцера, умывальник, кандалы, фонарь, решетки. Вещи абсолютно подлинные, исторические. Их также привезли из разных концов России.

На стене – послевоенная схема типового лагеря на 5 тысяч человек. Мы сделали отдельную экспозицию о ГУЛАГе как лагерно-промышленном комплексе, работающем отлаженном механизме по превращению людей в индустриальный фарш.

Нельзя забывать, что и жизнь снаружи колючей проволоки была отнюдь не такой простой. Мы помним прекрасно истории про людей, которые возвращались из лагерей после войны, и им говорили, что они там отсиделись, а в деревне землю пахали на бабах.

–​ Почему вы, профессиональный дизайнер, оставили свои прежние занятия и пришли работать в этот музей?

– Тема, конечно, тяжелая. Но у меня прадед строил Беломорканал, и потом он во второй арест уже бесследно исчез, растворился в пространстве. Это даже не родной прадед. Он был старшим братом моего прадеда. Но его звали Егор, и меня зовут Егор. В общем, для меня это дело личное. Казалось бы, крестьянин Орловской области, и кто о нем помнит? Но это был корень семьи, он последний остался на земле, был раскулачен. Так что это имеет отношение к история рода и истории страны. Поэтому я здесь. Я беру на себя этот груз, я ощущаю это как какую-то миссию свою – попытаться рассказать о репрессиях, как дизайнер, как куратор, как искусствовед.​

​​О ГУЛАГе надо говорить адекватно, взвешенно и в соответствии с исторической правдой. Причем, мы пытаемся донести информацию до людей без искажений и без истерики. Эта драма должна быть осознана на национальном уровне. Для меня это очень важная миссия и важное собственное знание, которое я хочу передать остальным.

В течение последних трех месяцев я только что не ночевал в музее. Подготовка экспозиции – сложное дело. И все это время я жил с ощущением немыслимого счастья от того, что я занимаюсь любимым делом в окружении людей, которые мне симпатичны. От того, что все получается как надо. Это реально очень сильные впечатления, когда ты видишь личные вещи заключенных, – говорит Егор Ларичев.

Музей истории ГУЛАГа как институция существует в Москве уже 14 лет. Помимо выставочной деятельности здесь всегда занимались исследованиями. Слово сотруднику научного отдела историку Илье Удовенко:

– История ГУЛАГа, как и вся советская история, настолько пропитана мифологией, что мы, получается, пытаемся бороться с ветряными мельницами, и мы вынуждены опираться на огромные массивы документов, чего не делает, наверное, ни один музей в Москве, да и в России. Мы вынуждены каждую цифру, каждое свое слово подтверждать документами. По поводу нашей прошлой экспозиции на Петровке было очень много негативных откликов, связанных с тем, что отсутствовала именно вот эта документальная база. Это важное дело, ведь у нас, на самом деле, о ГУЛАГе вообще никто ничего не знает. Очень многие люди, которые приходят в музей, даже не знают такого слова – ГУЛАГ. Им непонятно, что значит эта аббревиатура. А некоторые вообще впервые слышат ее.

–​ Илья, вы говорите удивительные вещи! В новейшее время в школьную программу был включен Солженицын с его «Архипелагом», об этом написано большое количество популярных статей в популярных изданиях, а сейчас вы говорите, что находятся люди, которые не знают аббревиатуру ГУЛАГ. Как это возможно?

– Тем не менее, такая проблема действительно характерна для нашей страны. Если посмотреть на статистику посещений нашего музея, который был на Петровке, то добрую половину составляют иностранцы. А наши соотечественники не интересуются этой историей. Поэтому задача современного музея – привлечь именно массовую аудиторию, именно молодую, интеллектуальную, чтобы мы передавали свои знания им, а они уже дальше распространяли эти сведения.

Даже люди, живущие в местах, где располагались лагеря, я имею в виду Коми, Крайний Север, Мурманскую область, Карелию, не знают о том, что у них под боком находятся бывшие лагерные территории. Они знают, что там тюрьма находится или какая-то колония, но связать прошлое с настоящим не могут.

–​ То, что вы сейчас сказали, это белое пятно, это то, о чем не знают. Но прежде вы упоминали о мифах. Что вы имели в виду?

– Главный миф, который мы пытаемся здесь развенчать, это, конечно, миф о том, что ГУЛАГ был необходим стране, чтобы поднять экономику. Что силами заключенных была совершена индустриализация. То есть что войну выиграл Сталин, а ГУЛАГ помогал этому всячески, и это было все необходимо, все было во благо страны. В настоящее время мы собрали довольно крупный массив документов, которые свидетельствуют о том, что КПД этого труда был практически нулевой. Сохранилось огромное эпистолярное наследие и огромное количество мемуаров, свидетельствующих об этом.

​​​​Мы всю экспозицию пропускаем через человека, то есть пытаемся совместить документы официальные с творчеством отдельных личностей. Такой синтез приводит к выводу о полной бесполезности ГУЛАГа. То есть документальная информация из архивов подтверждается всегда какими-то фразами, строками и целыми главами из произведений людей, которые говорят, как говорил Шаламов, что лагерь способствует только отвращению к труду, и ничего другого. Он не воспитывает, не созидает. Голодный человек с кайлом не может работать во благо страны. Основной мотив заключенного – это полное безразличие к тому, что он делает. Соответственно, на всех этих колымских приисках, никелевых месторождениях, разработках вольфрама, алмазов и так далее по всему нашему Крайнему Северу, Дальнему Востоку КПД производства был практически нулевым. Никакой эффективности!

–​ Нет ли в ваших словах преувеличения? Как минимум сразу вспоминается Беломорканал, построенный исключительно зэками.

– Да, но Беломорканал потом неоднократно реконструировался, перестраивался путем подводных углублений, построения новых шлюзовых отсеков и так далее. Максимальной пропускной способности по Беломорканалу достигли лишь к 80-м годам. А с развалом Советского Союза он практически перестал использоваться. Можно посмотреть технические данные, чтобы понять, что там могут плавать только плоскодонные, малогабаритные баржи, которые могут транспортировать песок и лес, больше ничего.

Мы все-таки пытаемся оперировать фактами. Мы ни в коем случае не интерпретируем историю, мы лишь пытаемся проиллюстрировать документы какими-то словами живых людей. У нас целый раздел называется «Свидетели».

–​ Я знаю немало людей старших поколений, которые всю жизнь посвятили этой тематике. Вы очень молодой человек. Готовы ли вы к такому эмоционально затратному труду?

– Мне кажется, это соизмеримо с тем, как любой хирург со временем привыкает к тому, что у него случаются какие-то потери. Но он не становится каменным от этого. И мы, работая с документами, уже пролистываем, естественно, какие-то материалы, не останавливаясь, но, тем не менее, мы не становимся хладнокровными циниками.

На мой взгляд. ГУЛАГ не должен разъединять нашу страну на противоборствующие лагеря. На то, что кто-то за ГУЛАГ, а кто-то против ГУЛАГа. Это, наоборот, точка объединения нации. Так происходит во всех странах. Геноцид армян – это точка объединения армянской нации, геноцид евреев – это точка объединения еврейской нации. Это нормальная практика. И мне кажется, это и у нас должно случиться в ближайшие десятилетия, – говорит Илья Удовенко.

Радио Свобода

ГУЛаг еще жив

Osteuropa:  Как вы оцениваете суд над Алексеем Навальным?

Ольга Романова : Суд был фарсом. Но Навальный добился многого. Его мужество так же впечатляет, как и его способность публично продемонстрировать, что стоит за таким судебным процессом. Все смогли увидеть, как суды работают по таким делам в России.

Сначала совершенно незаконное слушание в полицейском участке, сразу после его задержания; затем 2 февраля 2020 года был вынесен приговор, по которому он проведет долгое время в тюрьме.Условно-досрочное освобождение было отменено в связи с обвинениями и приговором от 2014 года, которые Европейский суд по правам человека признал незаконными. Российские власти приняли решение ЕСПЧ и даже выплатили Алексею Навальному и его брату Олегу Навальному назначенную компенсацию. В этом отношении решение является абсурдным.

Золотая щетка для унитаза — символ протеста. Фото Сергея Корнеева, CC BY-SA 4.0, Wikimedia Commons

Amnesty International раскритиковала слушания в полицейском участке как «издевательство над правосудием» и назвала обращение с Навальным «беспрецедентным».Ты согласен?

К сожалению, нет. В деле Навального также не было особого толкования закона, и я бы не назвал судебный процесс беспрецедентным. То, что мы увидели, типично для российской правовой системы. Если кто-то думает, что с другим человеком обращались бы по-другому, он ошибается. В лучшем случае есть вариации. Если подсудимый близок к суду — скажем, милиционер, пытавший задержанных, или коррумпированный чиновник — то суд будет вести себя так же беззаконно.Только в этом случае он вынесет решение в интересах подсудимого и вынесет более мягкий приговор.

Что означает для состояния системы правосудия?

Уже давно суды представляют собой не что иное, как здания с вывеской снаружи, гласящей «суд». В России больше нет независимой и справедливой судебной системы.

Навальный приговорен к двум годам и восьми месяцам лишения свободы. Вероятно, ему придется отбывать наказание в колонии обычного режима.

Ошибочно считать, что Навальный будет сидеть всего два года и восемь месяцев. Его освободят намного позже, если вообще освободят. Это полностью зависит от воли только одного человека: Владимира Путина. Существуют всевозможные способы держать его в тюрьме столько, сколько сочтут необходимым. Официально, конечно, причины будут «строго законными». В следующем году или через год срок Навальному может быть увеличен до десяти лет.

Каковы условия содержания в колониях нормального режима?

Навального скорее всего отправят в лагерь примерно в 500 км от Москвы.Лагеря обычно расположены в небольших городах в труднодоступных регионах. Сами лагеря размером около четырех гектаров, с одноэтажными и двухэтажными кирпичными зданиями. Они были построены не менее пятидесяти лет назад и находятся в плачевном состоянии.

Вид на колонию строгого режима ФКУ ИК-5, г. Кохма Ивановской области, 26 сентября 2019 г. Фото Автолоер, CC BY-SA 4.0, Wikimedia Commons

Они защищены несколькими рядами бетонных стен и колючей проволокой.В центре каждого лагеря стоит церковь. В лагерях обычно содержится около 1000 заключенных; заключенные живут в бараках от 100 до 120 человек. Они спят на двухъярусных кроватях в комнатах, которые изначально были рассчитаны на 50-60 человек. На барак приходится один туалет и один умывальник. Днем нельзя сидеть на кровати, иначе будешь наказан. Кушать можно только в столовой. Ножей и вилок нет, только ложки.

Лагеря разделены на две части: жилой сектор, но где заключенным запрещено свободно передвигаться, и рабочий сектор, где, предположительно, будет работать и Навальный, например, шить полицейскую форму.Заключенные получают лишь минимальную плату за свою работу.

Кто заключенные?

Около трети воспитанников колоний общего режима осуждены за наркопреступления. Но они не наркобароны. В России таких людей сажают в тюрьму. Мы говорим о потребителях. Наркоманов сажают, не лечат. Например, в России запрещена метадоновая терапия.

Еще треть составляют мелкие преступники: воры, грабители, хулиганы и головорезы. И последняя треть – это тяжкие преступники, люди, отбывающие наказание за жестокое обращение с детьми, изнасилование, убийство или терроризм.Многие заключенные попадают в такие лагеря случайно, из-за того, как соблюдается закон в России. Только около трети из них на самом деле являются преступниками.

Навальный, наверное, станет самым известным узником России. Приносит ли слава защиту? Обеспечит ли международное внимание его безопасность?

Слава не помешает. И международное внимание, в частности, обеспечивает определенный уровень личной безопасности лично для Навального. Но не полная безопасность.

Как устроена пенитенциарная система в России? Кто это контролирует? Чем отличается тюрьма от колонии строгого режима?

Тюрьмы находятся в ведении Федеральной службы исполнения наказаний, которая подчиняется Министерству юстиции. Все высшие тюремные чиновники рекрутируются из ФСБ, ФСБ.

Современное русское слово «тюрьма» ( тюрьма ) по существу означает «место заключения». В просторечии «тюрьмой» называют все: и следственные изоляторы, и следственные изоляторы для лиц, обвиняемых в мелких правонарушениях, и все виды колоний (трудовые лагеря, исправительные колонии, колонии перевоспитания и т. д.). Однако с юридической точки зрения настоящих тюрем в России очень мало – всего восемь.Это особая форма пенитенциарного учреждения, в которой преимущественно содержатся лица, осужденные за тяжкие преступления. Навальный не сидит ни в одной из этих тюрем и вряд ли попадет в одну из них.

Впервые содержался в следственном изоляторе в Москве. Этот и Лефортовский следственный изолятор в Москве, которым пользуется ФСБ, находятся в ведении Минюста. Все остальные СИЗО находятся под контролем региональных властей.

В зависимости от приговора осужденные содержатся в колонии открытого режима, колонии обычного режима или колонии строгого режима. Это различные формы так называемых «исправительных колоний», где лишение свободы сочетается с принудительными работами. Наконец, существуют исправительные колонии для осужденных к пожизненному заключению и «тюрьмы закрытого типа».

Являются ли эти лагеря или колонии отражением российского общества или скорее пережитком советской эпохи?

Все российское общество — пережиток советской эпохи! Чтобы понять пенитенциарную систему в России, нужно расширить картину. Первые концлагеря были созданы в Южной Африке во время англо-бурской войны в конце девятнадцатого века.Это был дешевый и эффективный метод, который был воспроизведен во многих странах. В ХХ веке лагерной системой пользовались прежде всего две страны: нацистская Германия и СССР. В Советском Союзе эта система была названа ГУЛАг в 1930 году по имени ответственного органа, главного лагерного управления ( Главное управление лагерей ).

Но ГУЛаги уже в прошлом…

Позвольте мне говорить метафорически. Раньше ГУЛАГ был кровожадным огнедышащим драконом, поедавшим людей заживо.Прошли сотни лет, дракон состарился, огня не осталось, когти притупились, а аппетита нет. Он больше похож на пожилую гусеницу. Но это все тот же дракон. Он все еще жив.

Нынешняя пенитенциарная система России никогда – повторяю никогда – не подвергалась коренной реформе. Самое большее, что было сделано при начальнике НКВД Лаврентии Берии, — это выведение уголовно-исполнительной системы из-под контроля чекистов и полиции и подчинение ее Министерству юстиции.Это все. Даже сегодня пенитенциарная система фактически находится в ведении ФСБ. Все его руководство происходит из отечественных служб безопасности.

Но внешне ничем не отличается. Вся Россия находится под контролем агентов спецслужб, начиная с Путина. Многим гражданам это даже нравится: твердая рука, порядок, стремление к великодержавию…

Изменились ли тюрьмы и условия содержания в них в результате членства России в Совете Европы?

гражданина России могут обратиться за защитой своих прав, обратившись в Европейский суд по правам человека. Но условия содержания остались прежними.

Следует ли исключить Россию из Совета Европы?

Это, несомненно, приведет к ухудшению положения заключенных.

В 2008 году вы основали общественную организацию «Россия за решеткой» ( Русь Сидящая ) , которая выступает за права заключенных, социальную поддержку заключенных и их родственников и улучшение условий содержания в тюрьмах. Часть вашей организации была объявлена ​​«иностранным агентом» в 2018 году .Вы сами обвиняетесь в хищении пожертвований и вынуждены покинуть Россию. Вы продолжаете свою работу, несмотря на это преследование. Чего вы достигли?

Сначала наши усилия дали некоторые результаты. Наша кампания за реформу пенитенциарной системы привела к ряду законодательных изменений. Но с момента аннексии Крыма это осталось в прошлом. Несколько лет назад «Россия за решеткой» по заказу государственного Центра стратегических разработок предложила реформы пенитенциарной системы. Ничего из этого сегодня было бы невозможно.

Благодаря нашему сотрудничеству с Европейской комиссией нам удалось открыть шесть «юридических клиник» в региональных изоляторах, оказывающих гуманитарную и юридическую помощь и образовательные проекты. Мы не отказываемся от наших попыток изменить закон. В настоящее время наша самая важная работа заключается в проведении кампаний против рабского труда в лагерях для военнопленных и недавней практики лишения гражданства людей, освобожденных из тюрем. И мы продолжим работу над концепцией реформирования уголовно-исполнительной системы.Рано или поздно потребность будет признана.

Чем Вы объясните жесткие меры, принятые властями в отношении участников демонстрации против ареста и осуждения Алексея Навального, и особенно большое количество арестов?

Путин изменил свою стратегию в борьбе с политическими оппонентами и недовольными гражданами. Он показал, что, кем бы вы ни были, обращение с вами будет беспощадным. Но вскоре это станет для него проблемой. Талейран резюмировал: «На штыки можно опереться, но нельзя на них сесть.Путин сел на штыки. Теперь силовики, силовой аппарат, держат его в заложниках. Он отрезал себе путь к отступлению.

Есть ли связь между событиями в Беларуси и в России?

Протесты в Беларуси, несомненно, напугали власть имущих в Москве и лично Путина. Это отчасти объясняет жестокость реакции режима на протесты. Беларусь прошла для нас первый этап протеста. В России все это происходило без песен, без всяких объятий для ОМОНовцев.Здесь такого не будет.

Осуждение Навального укрепило или ослабило путинский режим?

Мы не знаем. Исход пока не ясен.

 

Интервью Манфреда Саппера.

ГУЛАГ | Публичная библиотека Чикаго

В 1929 году возник сталинский ГУЛАГ, сеть исправительно-трудовых лагерей, в которых в период своего расцвета содержалось от 2,5 до 3 миллионов заключенных.До этого года было мало исправительно-трудовых лагерей, и они считались прогрессивной альтернативой тюрьме; в них содержалось не более 30 000 обычных преступников. В 1929 году тайная полиция взяла под свой контроль трудовые лагеря и сразу же начала строить экономическую империю, основанную на принудительном труде. В одних лагерях для военнопленных вели лесозаготовки, в других добывали шахты, многие строили железные дороги, рыли каналы или строили фабрики и города. Лагерям, как и любому хозяйственному предприятию в Советском Союзе, были присвоены производственные цели.

Для достижения своих экономических целей лагерям нужны были заключенные, и население лагерей быстро росло. В 1929 году многие заключенные обычных тюрем были переведены в лагеря. Начиная с 1930 г. прибыло несколько сотен тысяч крестьян, арестованных за сопротивление коллективизации (все крестьяне были вынуждены отказаться от своих приусадебных участков и вступить в колхозы). Еще сотни тысяч отправились в лагеря за политические анекдоты или ругань Сталина в нетрезвом виде («антисоветская агитация»), за взятие картошки или моркови с колхозных полей или за взятие инструмента с работы («кража социалистической собственности»). , за неправильное обращение с заводским оборудованием или трехкратное опоздание на работу («саботаж»).В то время как многие попадали в лагеря за провинности, еще больше были вообще ни в чем не виноваты. Начиная с 1937 года каждому отделению тайной полиции была назначена квота на аресты, чтобы обеспечить большее предложение рабочей силы. Тайная полиция просто сфабриковала дела. Всего с 1929 года до смерти Сталина в 1953 году в исправительно-трудовых лагерях отбывало не менее 18 миллионов советских граждан.

Лагеря ГУЛАГа должны были быть экономически самоокупаемыми, а также прибыльными. Коменданты лагерей, в принципе, обеспечивали заключенных продуктами и одеждой ровно столько, чтобы они могли жить и работать.На практике его всегда не хватало, и многие заключенные умирали от переутомления и недоедания. В большинстве лет уровень смертности в лагерях колебался около 5 процентов. В особо тяжелые годы смертность была гораздо выше: 15% в 1933 г., в год повсеместного голода; 25 процентов в 1942 году, самом голодном году Второй мировой войны. В 1937 и 1938 годах десятки тысяч были просто расстреляны.

Поскольку миллионы советских граждан возвращались домой после пребывания в ГУЛАГе (в 1930-е годы были распространены пятилетние сроки), а другим заключенным разрешалось периодически переписываться со своими семьями, существование исправительно-трудовых лагерей стало широко известно.В начале 1930-х годов в советской прессе иногда публиковались сообщения о лагерях, но всегда с акцентом на то, что заключенные-уголовники успешно реабилитируются трудом. Семьи освобожденных узников хоть что-то знали о реальных условиях в лагерях. Масштабы ГУЛАГа — огромное количество заключенных — почти никто не понимал, потому что это держалось в секрете. Они также ничего не знали о квотах на аресты или о том, насколько произвольными и случайными были аресты. У большинства советских граждан в то время не было оснований подозревать, что почти все в лагерях — невинные жертвы.

Только после смерти Сталина, после того, как советское руководство при Хрущеве освободило большую часть лагерного населения, после того, как Хрущев осудил Сталина в 1956 году и разрешил публикацию Солженицына « Один день из жизни Ивана Денисовича » — только тогда и только ненадолго ГУЛАГ предметом открытого обсуждения. Когда в 1964 году Хрущева отстранили от должности, новые руководители снова наложили молчание. Дальнейшее обсуждение ГУЛАГа будет отложено до прихода к власти Горбачева в 1985 году.Собственная обширная история Солженицына о ГУЛАГе, Архипелаг ГУЛАГ , наконец была опубликована в России в 1989 году.

Сегодня и российские, и западные историки предлагают подробные истории ГУЛАГа. Хотя никогда не было сомнений в несправедливости и страданиях, причиненных ГУЛАГом миллионам невинных людей, историки также пришли к выводу, что, хотя Сталин предполагал, что ГУЛАГ будет играть ключевую роль в индустриализации Советского Союза, и хотя ГУЛАГ действительно произвел очень многое — к началу 1950-х, одна треть золота страны, большая часть ее древесины, большая часть ее угля и огромное количество других товаров — в целом лагерная система была экономической катастрофой.Лагерная продукция почти никогда не компенсировала затраты на содержание системы ГУЛАГа, большая часть срубленных деревьев сгнила и так и не попала на лесопилки, многие железные дороги и каналы, построенные заключенными, были бесполезны, большая часть строительства была безнадежно дрянной. Восемнадцать миллионов человек были отправлены на принудительные работы без всякой экономической выгоды. Это было одной из причин, по которой преемники Сталина в значительной степени закрыли ГУЛАГ.

Последнее обновление содержимого: 30 апреля 2006 г.

Жизнь и смерть в коммунистической Болгарии Цветан Тодоров и перевод Роберта Зарецкого

Одним из самых страшных наследий нашего века являются концлагеря.Бесчисленное количество мужчин и женщин прошли через лагеря в нацистской Германии, коммунистическом Китае и странах советского блока. В Голосах из ГУЛАГа Цветан Тодоров выделяет опыт одной страны, где концлагеря были особенно жестокими и символизирующими ужасы тоталитаризма, — коммунистической Болгарии. Голоса, которые мы слышим в этой книге, в основном из Ловеча, каменоломни в Болгарии, ставшей конечным пунктом назначения для нескольких тысяч мужчин и женщин за годы ее работы с 1959 по 1962 год.Заключенных, хотя и принадлежащих к разным социальным, профессиональным и экономическим слоям, разделила общая судьба: тайная полиция вырвала их из домов, жестоко избила, обвинила в фиктивных преступлениях и отправила в Ловеч. Оказавшись там, они были вынуждены терпеть непосильный труд, неадекватную одежду, кров и пищу, систематические избиения и пытки в учреждениях.

Мы также слышим от охранников, комендантов и бюрократов, чьи жизни были связаны с заключенными в абсурдной драме.Независимо от их ранга и обязанностей, все согласны с тем, что ответственные за эти «эксцессы» были выше или ниже их, но никогда не они сами. Таким образом, подотчетность распространяется на многие слои государственного аппарата, обеспечивая правовую защиту и «чистую» совесть. Тем не менее, как напоминает нам заключительная часть интервью с детьми и женами жертв, ответственность является моральным и историческим императивом.

Показания в Голоса из ГУЛАГа были написаны специально для этого тома или опубликованы в болгарской прессе или на болгарском телевидении.Тодоров собрал их для этой книги и написал вступительное эссе — ясный и тревожный анализ тоталитаризма и той роли, которую террор и концентрационные лагеря играют в таком мире. Он размышляет о собственном опыте жизни в Болгарии в годы, когда Ловеч действовал. Именно через этот опыт Тодоров стремился понять тоталитарные ужасы нашего века.

Хотя Ловеч и другие лагеря Советской России и Восточной Европы были закрыты, концлагеря все еще существуют в странах, где у власти остаются коммунистические режимы — Вьетнаме, Китае, Северной Корее и на Кубе.Голоса в этой книге напоминают нам, что мы никогда не можем быть полностью защищены от угрозы тоталитаризма, угрозы, с которой мы все должны столкнуться. Как пишет Тодоров, «не могу сказать, что эти истории меня не касаются».

Родившийся в Софии, Цветан Тодоров покинул Болгарию в начале 1960-х годов и переехал в Париж, где зарекомендовал себя как теоретик литературы, историк идей и всемирно известный эссеист. Он является директором по исследованиям в Национальном центре научных исследований (CNRS) и автором многочисленных книг.Некоторые из них были переведены на английский язык, в том числе: Перед лицом крайностей (1996), Французская трагедия (1996), О человеческом разнообразии (1993) и Завоевание Америки (1984).

Роберт Д. Зарецкий является адъюнкт-профессором Хьюстонского университета, где он занимает совместную должность в колледже с отличием и на кафедре современных и классических языков. Он является автором книги « Ним на войне: религия, политика и общественное мнение в Департаменте Гарда, 1938–94 » (штат Пенсильвания, 1995 г.), получившей в 1997 г. Мемориальную книжную премию Ганса Розенгаупта Фонда Вудро Вильсона.

Из тени, ГУЛАГ | BU Today

Две выставки BU посвящены мифам и тайнам советских трудовых лагерей

Нажмите на слайд-шоу выше, чтобы увидеть изображения с выставок и услышать, как Джошуа Рубенштейн из Amnesty International объясняет историю ГУЛАГа.

В стране, охватывающей девять часовых поясов и два континента, достаточно места, чтобы спрятать политических заключенных. Когда Советский Союз начал систематически арестовывать всех, кто считался угрозой режиму, сеть исправительно-трудовых лагерей превратилась в ГУЛАГ.Теперь две выставки в БУ прослеживают историю этой системы и ее влияние на Россию и мир.

ГУЛАГ: советские исправительно-трудовые лагеря и борьба за свободу и партнерская выставка Территории террора: мифологии и воспоминания о ГУЛАГе в современном российско-американском искусстве находятся в галереях BU до 14 января. сотрудничество между Службой национальных парков, Amnesty International USA, Музеем ГУЛАГа в Перми-36 и Международным мемориальным обществом включает воссоздание одиночной камеры, архивные кадры из советских пропагандистских фильмов, произведения искусства бывших заключенных и предметы заключенные, созданные, чтобы выжить, такие как чашки, ложки и грубые инструменты.Во втором представлено изображение семью художниками двойственного образа ГУЛАГа, который советская пропаганда изображала как веселую социалистическую стройку.

«Речь идет не только о конфронтации с прошлым, но и о бесконфликтных воспоминаниях, которые имеют свою подземную архитектуру», — говорит куратор выставки Светлана Бойм, профессор славянских языков и литературы и сравнительного литературоведения Гарвардского университета.

Те, кто прошел через ГУЛАГ, были там за различные реальные и мнимые преступления, в том числе преступники, военнопленные времен гражданской войны в России, крестьяне, у которых кур и коров было на несколько больше, чем у их соседей, советские солдаты, попавшие в плен во время мировой войны. II и считались вражескими шпионами, иностранными военнопленными и гражданами стран, вновь вошедших в состав СССР.В разгар жестокости ГУЛАГа, во время сталинского террора в 1930-х годах, более пяти миллионов человек были заключены в тюрьмы или сосланы внутри страны.

Ночью люди исчезали из своих домов по причинам, казалось бы, тривиальным, как недостаточно активное участие в советской жизни, или столь же серьезным, как сопротивление жестокой коллективизации в деревне, которая заставляла крестьян отдавать свой скот, землю и средства к существованию, чтобы работать на них. колхозы в обмен на продовольственные пайки и низкую заработную плату.

Из-за скрытности Советского Союза мало кто знал о существовании ГУЛАГа до 1962 года, когда Александру Солженицыну разрешили опубликовать Один день из жизни Ивана Денисовича , в котором подробно описывается изнурительный день в ГУЛАГе. Трудовые лагеря располагались в основном в дальних северных пределах Сибири, где стихия иногда лучше, чем заборы, препятствовали бегству, и в южных степях. Большинство лагерей было построено в дикой местности, и заключенные построили железные дороги, которые привели их в тюрьму, а также все необходимые заборы и лагерные постройки.

«Люди понимают, что в каждой стране есть свои трагедии, — говорит Джошуа Рубинштейн, сотрудник Amnesty International USA. «Но это история такого масштаба, что я думаю, что это история, которую нужно рассказать».

ГУЛАГ: советские исправительно-трудовые лагеря и борьба за свободу находится в 808 Gallery, 808 Commonwealth Ave. Территории террора: мифологии и воспоминания о ГУЛАГе в современном российско-американском искусстве находится в каменной галерее Бостонского университета, 855 Содружества Авеню.Оба бесплатны и открыты для публики. Галереи будут закрыты на межсессионный период с 26 по 29 декабря. Для получения дополнительной информации посетите сайт www. bu.edu/art.

Щелкните здесь, чтобы прослушать аудиообзор выставок от WBUR.


С Кэтрин Санторе можно связаться по адресу [email protected]

Изучите связанные темы:

90 000 писем, рассказывающих об ужасах, пережитых узниками советских ГУЛАГов | Андрей Тапалага ✒️

ГУЛАГ, слово, за которым стоят тысячи ужасов

Мальчики в ГУЛАГе смотрят на оператора со своих кроватей, Молотов, СССР.Дата не указана.

ГУЛАГ многие называют русскими тюрьмами, но на самом деле они были хуже, чем обычная тюрьма. ГУЛАГ — система исправительно-трудовых лагерей, созданная Владимиром Лениным сразу после Первой мировой войны. Многие историки фактически сравнивали такого рода лагеря для военнопленных с концентрационными лагерями, созданными нацистами во время Второй мировой войны. Некоторые утверждают, что в тюрьмах ГУЛАГа условия жизни были еще хуже, и многие заключенные были вынуждены умереть от истощения.

Только после прихода к власти Иосифа Сталина были установлены настоящие мрачные правила в ГУЛАГе. Большая часть этих правил состоит в том, чтобы лишить заключенных прав человека. Советские лидеры не любили называть ГУЛАГ тюрьмами, а скорее трудовыми лагерями, которые используются различными советскими производителями для предоставления дешевой рабочей силы с целью подъема российской экономики.

Однако эксперты проанализировали эффективность такого труда и пришли к выводу, что труд, предоставленный ГУЛАГом, не так сильно поднял советскую экономику, труд едва достигал 5% от общего объема советского ВВП.В течение 1930 и 1953 годов (при Сталине у власти) более 1,8 миллиона заключенных, находившихся в заключении, умерли по разным причинам, таким как болезни, голод или истощение.

В 2011 году Эмили Джонсон из Университета Оклахомы обнаружила серию документов, принадлежащих латышскому поэту и журналисту Арсению Формакову (1900–1983). Среди них была и личная переписка в ГУЛАГе — письма, которые он посылал жене.

Арсений Формаков

Формаков был осужден в 1940 году за антисоветские настроения после вторжения СССР в Латвию и сослан на принудительные работы в Сибирь на восемь лет, где их было уже 2. 9 миллионов заключенных. Многие румыны также были заключены в ГУЛАГи Сибири, особенно из Бессарабии и Буковины.

Письма, исписанные цензорами и стертые погодой, иллюстрируют трудности, через которые прошли заключенные. Они были переведены с русского на английский, что дает возможность другим читателям ознакомиться с ними.

В переписке также содержится информация о двойной катастрофе жизни, как при советском, так и при нацистском режимах, истории, которая до сих пор определяет идентичность сегодняшней Латвии.Но странно, как у них была возможность так много контактировать с внешним миром. Многие источники утверждают, что гулаги сталинской эпохи были разрушены остальной частью общества, как альтернативные маргинальные миры, где заключенные исчезали без вестей.

Шахтер, погибший в исправительно-трудовом лагере, похоронен под землей, остров Вайгач, СССР. 1931.

Однако некоторые заключенные пользовались, по крайней мере теоретически, определенными привилегиями. Хотя правила различались в зависимости от места содержания под стражей и, конечно же, заключенного и серьезности «преступления», они могли иметь привилегию неограниченной переписки. С другой стороны, в случае с Формаковым, который был политзаключенным, действует жесткое ограничение всего 2–3 письма в год!

Первые три года содержания под стражей в Красноярском крае у поэта не было сведений о своей семье, так как Латвия находилась под нацистской оккупацией. Только в 1944 г. он смог отправлять письма и делал это регулярно до 1947 г., когда его освободили (досрочно, за хорошее поведение). Он был снова осужден в 1949 году по политическим мотивам. В этот период он также продолжал отправлять письма домой, вплоть до своего освобождения в 1955 году.

В письмах, которые присылал Формаков, описывались его повседневные переживания. Он рассказал о привилегиях, которые получил, участвуя в культурных мероприятиях, включая доступ к кондитерским изделиям и дополнительным пайкам. Он также описывает свои попытки позаботиться о своих поврежденных зубах и купить новую одежду. Он говорит о страхе переезда в другое место, где условия работы и жизни более тяжелые. Слухи, которые он слышал из других подобных исправительно-трудовых лагерей, были, мягко говоря, ужасающими. Некоторых заключенных заставляли работать по 3 дня без еды на палящем сибирском холоде.

Заключенные ГУЛАГа, работающие в Красноярском крае при -30 градусах по Цельсию в 1941 году

Отчаяние проиллюстрировано другими письмами. Например, в 1945 году его перевели с работы в помещении, где он изготавливал иглы для швейных машин, на тяжелую работу на открытом воздухе. Вот небольшой абзац из одного из писем Фармакова, описывающего пожелание смерти в связи с тяжелыми травмами и истощением:

«Теперь, когда все в прошлом, могу сказать, что четыре месяца прошлого года (с августа до того, как я был ранен) были физически очень тяжелыми для меня.Иногда подтягиваешься к машине с крестом на плече, который тяжелый, сырой и имеет текстуру бревна. Ты вспотел, сердцебиение такое сильное, что кажется, вот-вот выскочит из груди, дышишь так тяжело, что начинаешь задыхаться, как лошадь, и думаешь: пусть нога поддастся. Ты упадешь и перекрестишься, оно упадет на тебя, и это будет конец: не будет больше страданий и все кончится навсегда!

В другом письме Формаков описывает выступления в составе культбригады.В письме жене от 9 марта 1946 г. Формаков описывал контрастирующие с действительностью позитивные установки, которые заключенные вынуждены были демонстрировать:

«У нас был концерт 8 марта, в честь Международного женского дня. Я был церемониймейстером. Ты делаешь несколько умных замечаний и потом возвращаешься, ты отпускаешь свою душу, и тебе просто хочется плакать… Вот почему я держусь за себя; моя душа всегда заключена в корсет».

Наряду со стандартными письмами Формаков делал и праздничные открытки.В других случаях он писал и иллюстрировал рассказы для двоих своих детей: Димы, которому было пять лет, когда Формакова впервые арестовали в июле 1940 г., и Жени, родившейся в декабре 1940 г.

Потому что он знал, что письма (даже отправленных нелегально) могли быть проверены, и, поскольку он не хотел, чтобы его семья волновалась, поэт не описал истинные масштабы ужасов, о которых рассказывали выжившие в ГУЛАГе. Он не упоминает об избиениях, тюремном заключении, а также не упоминает об актах преступного насилия в отношении других более слабых заключенных, обычно политических заключенных.

Тела политзаключенных, убитых тайной полицией, лежат в лагере для военнопленных в 1941 году.

Однако в письмах отражены подробности, редко встречающиеся в других источниках. Например, в 1941 году он смог посмотреть американскую комедию «Серенада Солнечной долины». В Москве билет на такое шоу стоил чрезвычайно дорого. Это относится и к слухам о существенной девальвации рубля.

Такие отрывки подтверждают идею о том, что гулаги были более связаны с остальным обществом, чем считалось ранее.Несмотря на это, их количество было настолько велико, что очень сложно описать истинные ужасы, которые творились, учитывая, что таких лагерей было более 100 по всему Советскому Союзу.

По российской «Дороге костей», реликвий страданий и отчаяния

Колымское шоссе на Дальнем Востоке России когда-то доставляло десятки тысяч заключенных в трудовые лагеря сталинского ГУЛАГа. Руины той жестокой эпохи видны и сегодня.

Эндрю Хиггинс

Фото и видео Эмиля Дака


Заключенные, прорубая себе путь через кишащие насекомыми летние болота и зимние ледяные поля, привели дорогу, а затем дорога привела еще больше заключенных, доставив поток рабский труд на золотых приисках и в лагерях Колымы, самого холодного и смертоносного аванпоста сталинского ГУЛАГа.

Их путь стал известен как «дорога костей», дорога из гравия, грязи и, большую часть года, льда, которая тянется на 1260 миль к западу от российского портового города Магадан на Тихом океане вглубь страны до Якутска, столица региона Якутии в Восточной Сибири. Змеясь по дикой местности Дальнего Востока России, он скользит через перспективы суровой, захватывающей дух красоты, усеянные замерзшими, безымянными могилами и быстро исчезающими следами трудовых лагерей.

Прошлой зимой мы с фотографом Эмилем Дюком и фотографом Эмилем Дакком ехали по Колымскому шоссе Р504, модернизированной версии построенной заключенными дороги. Но несколько грузовиков и легковых автомобилей дальнего следования все еще катили по бесплодному ландшафту, не обращая внимания на погребенные под снегом остатки былых страданий — деревянные столбы, натянутые на ржавую колючую проволоку, заброшенные шахтные стволы и битые кирпичи бывших изоляторов.

По дороге прошли более миллиона заключенных, как обычных каторжников, так и осужденных за политические преступления. Среди них были одни из лучших умов России — жертвы сталинского Большого террора, такие как Сергей Королев, ученый-ракетчик, переживший это испытание и в 1961 году помогший отправить первого человека в космос.Или Варлам Шаламов, поэт, который после 15 лет колымских лагерей заключил: «Есть собаки и медведи, которые ведут себя умнее и нравственнее, чем люди». Его опыты, записанные в его книге «Колымские рассказы», ​​убедили его в том, что «человек становится зверем в три недели, при тяжелом труде, холоде, голоде и побоях».

Но для многих россиян, в том числе для некоторых бывших узников, ужасы сталинского ГУЛАГа меркнут, затуманенные розовым туманом юношеских воспоминаний и статуса России как страшной сверхдержавы до распада Советского Союза.

Антонина Новосад, 93-летняя арестованная в подростковом возрасте на Западной Украине и приговоренная к 10 годам на Колыме по сфабрикованному политическому обвинению, работала на оловянном руднике возле «дороги костей». Она живо помнила, как один из заключенных был застрелен охранником за то, что пошел собирать ягоды сразу за колючей проволокой. Заключенные похоронили ее, сказала г-жа Новосад, но затем медведь утащил труп. «Вот как мы работали, как мы жили. Не дай бог. Лагерь есть лагерь.

Тем не менее, она не держит зла ​​на Сталина, а также помнит, как заключенные плакали, когда, собравшись снаружи в марте 1953 года, чтобы услышать специальное объявление, они узнали, что тиран мертв. «Сталин был Богом, — сказала она. «Как это сказать? Сталин ни в чем не виноват. Это была вечеринка и все эти люди. Сталин только что подписал».

Серьезным фактором, препятствующим сохранению не только обрывков памяти, является неуклонное исчезновение вещественных доказательств колымских лагерей, сказал Ростислав Кунцевич, историк, курирующий выставку о лагерях в краеведческом музее Магадана. «Природа делает свое дело, и скоро ничего не останется», — сказал он.

Когда тает снег или горные работы тревожат мерзлую землю, погребенное прошлое иногда все же всплывает на поверхность вдоль дороги.

Владелец золотого прииска у Колымского тракта Владимир Найман, отец которого, этнический немец, и дед по материнской линии, украинец, попали в этот район в заключении, во время оттепели споткнулся в болото из сырых гробов и костей во время работы геологом в Ягодненском районе в 1970-е гг.Пытаясь добраться до золота, закопанного у дороги, он ударил бульдозером по кладбищу заключенных и застрял в могиле на пять дней.

Позже он поставил на этом месте восемь деревянных крестов «в память о принесенных в жертву». Но как твердо убежденный в том, что Россия не может процветать без жертв, сегодня он благоговеет перед Сталиным. «То, что Сталин был великим человеком, очевидно», — сказал он, упомянув о роли лидера в победе над нацистской Германией и в превращении нации крестьян в индустриальную державу.

По сравнению с бесчисленным количеством коренных американцев, убитых в Соединенных Штатах, Mr.Найман сказал: «Ничего действительно страшного здесь не произошло».

При президенте Владимире Путине воспоминания о преследованиях в сталинские времена не были стерты, о чем свидетельствует крупный Государственный музей истории ГУЛАГа, открывшийся в Москве в 2018 году. , в частности триумфа России под руководством Сталина над Гитлером во Второй мировой войне. Радость этой победе, освященная как пробный камень национальной гордости, затмила ужасы ГУЛАГа и подняла популярность Сталина на самый высокий уровень за последние десятилетия.

На другом конце страны от Магадана, в соседней с Финляндией Карелии, историк-любитель Юрий Дмитриев оспорил это повествование, раскопав могилы узников, расстрелянных сталинской охранкой, а не, как утверждают «патриотичные» историки, финскими солдатами, союзниками нацистской Германии. В сентябре он был приговорен к 13 годам лишения свободы на основании надуманных и, по словам его сторонников, сфабрикованных доказательств сексуального насилия над его приемной дочерью.

Опрос общественного мнения, опубликованный в марте, показал, что 76 процентов россиян положительно относятся к Советскому Союзу, а Сталин опережает всех других советских лидеров в общественном уважении.

Обеспокоенный другим исследованием, которое показало, что почти половина молодых россиян никогда не слышали о сталинских репрессиях, московский блогер Юрий Дудь, за которым следует огромное количество молодежи, в 2018 году прошел всю «дорогу костей» к исследовать то, что он называл «Отечеством нашего страха».

После размещения в сети видеоролика, снятого г-ном Дудь о поездке, его попутчик, колымский историк г-н Кунцевич, столкнулся с шквалом оскорблений и угроз физической расправы со стороны закоренелых сталинистов и других, недовольных вычерпыванием прошлого вверх.

Г-н Кунцевич сказал, что сначала пытался спорить с нападавшими, ссылаясь на статистику массовых расстрелов и более 100 000 смертей в колымских лагерях от голода и болезней. Но он быстро сдался.

«Лучше не спорить с людьми о Сталине. Ничто не изменит их мнения», — сказал он, стоя в своем музее возле небольшого памятника Шаламову, писателю, чьи рассказы о жизни в лагерях фанаты Сталина обычно отвергают как вымысел.

Даже некоторых чиновников ужасает благоговение перед кровожадным диктатором.Андрей Колядин, который в качестве кремлевского чиновника был направлен на Дальний Восток в качестве заместителя губернатора области, примыкающей к Колыме, вспоминал, как пришел в ужас, когда местный житель установил на его участке памятник Сталину. Г-н Колядин приказал полиции снять его.

— Здесь все на костях построено, — сказал г-н Колядин.

Прибрежный город Магадан, начало «дороги костей», увековечивает прошлые страдания большой бетонной статуей под названием «Маска скорби», возведенной в 1990-х годах при президенте Борисе Н.Ельцин. Но местные правозащитники говорят, что власти и многие жители сейчас в основном хотят перевернуть страницу мрачного прошлого Колымы.

«Никто на самом деле не хочет признавать прошлые грехи, — сказал Сергей М. Райзман, местный представитель правозащитной группы «Мемориал».

Столь цепкая хватка вездесущего, но часто невысказанного ужаса на «дороге костей», что многие из тех, кто живет в порожденных ею поселениях, аванпостах, которые теперь быстро сокращаются и часто превращаются в руины, с нежностью оглядываются назад на то, что запомнилось как лучшее или, по крайней мере, более безопасное время.

Примерно в 125 милях от Магадана дорога достигла того места, которое впоследствии стало городом Атка в начале 1930-х годов, через несколько лет после того, как геологи, инженеры, а затем заключенные начали прибывать морем в Магадан, прибрежную штаб-квартиру Строительного треста Крайнего Севера. , подразделение советской тайной полиции и строитель Колымского шоссе.

«Вся наша жизнь связана с этой дорогой», — сказала 66-летняя Наталья Шевчук на своей кухне в Атке, когда ее тяжелобольной муж, бывший дорожный инженер, лежал, кашляя и охая, в соседней комнате.

Один из ее четырех сыновей погиб в дорожно-транспортном происшествии, и она постоянно беспокоится о своем младшем сыне, который недавно начал работать водителем-дальнобойщиком на шоссе.

Боковая дорога от главной магистрали ведет к Оймякону, самому холодному постоянно населенному пункту в мире. Оймякон, известный как полюс холода, имеет среднюю температуру января минус 58 градусов по Фаренгейту (минус 50 градусов по Цельсию). Самая низкая зарегистрированная температура составляет минус 96 градусов по Фаренгейту.

Погода настолько неблагоприятная, что неисправность двигателя или спущенная шина могут означать замерзание насмерть, чего власти пытались избежать, запретив водителям обгонять застрявший автомобиль, не спрашивая, нужна ли его пассажирам помощь.

Сотни миль, разделяющие несколько населенных пунктов дороги, транспортные контейнеры, оснащенные обогревателями и оборудованием связи, теперь размещены в некоторых из самых отдаленных районов, чтобы пострадавшие автомобилисты могли согреться и позвать на помощь.

Хотя в Атке никогда не было крупного трудового лагеря, он процветал в течение многих лет благодаря ГУЛАГу, служа транспортным узлом и заправочной остановкой для конвоев грузовиков, перевозивших порабощенных рабочих и припасы для золотых, оловянных и урановых рудников, а также для лагеря, заполненные рабочими, использовавшимися для ремонта дорог и мостов, смытых лавинами и бурями.

Когда лагеря для военнопленных закрылись после смерти Сталина в 1953 году, Атка продолжала существовать и расти, поскольку принудительный труд уступил место рабочим-добровольцам, которых привлекали на местные шахты обещаниями гораздо более высоких зарплат, чем в остальном Советском Союзе.

На пике своего развития в городе было более 5000 жителей, большая современная школа, автомастерская, склад горючего, различные магазины и большая пекарня. Сейчас в нем всего шесть жителей, все пенсионеры.

Последний житель школы школьного возраста уехал с мамой в прошлом году. Его бабушка осталась и управляет единственным магазином, крошечной комнаткой, заставленной продуктами на первом этаже в остальном пустующего бетонного многоквартирного дома.

Силы природы, стирающие физические следы ГУЛАГа, угрожают уничтожить и Атку.Его в значительной степени заброшенные многоквартирные дома гниют, когда снег льется через разбитые окна, потрескавшиеся крыши и выбитые двери.

До этого года единственным работодателем Атки, кроме кафе на стоянке грузовиков и заправочной станции на окраине города, была котельная. Завод закрыли в конце сентября после того, как правительство района, которое годами подталкивало жителей к переезду в более жизнеспособные поселения, урезало финансирование.

Это оставило квартиры без тепла, вынуждая людей устанавливать собственные устройства, чтобы не замерзнуть насмерть.Водопроводная вода также была отключена, в результате чего жители зависели от доставки канистр, наполненных из колодца.

В доме госпожи Шевчук 30 квартир, но заняты только три. Она полагается на дровяную печь, которую установила в своей ванной, чтобы согреться.

Валентина Закора, которая до недавнего времени была мэром Атки, рассказала, что годами пыталась убедить оставшихся жителей переехать. Как относительный новичок — она приехала в Атку 25 лет назад со своим мужем, механиком, — она не могла понять, почему люди не хотят принять предложение правительства о деньгах и бесплатном жилье в другом месте.

«Я плакала каждый день в течение трех лет, когда впервые увидела это место», — вспоминала она. Создав там семью, прошлой весной она уехала в благоустроенный город ближе к Магадану.

Она хотела бы, чтобы Атка выжила, но «для таких мест уже слишком поздно».

Российские лагеря ГУЛАГа проливают свет на путинский национализм | Россия

Последние два десятка лет Иван Паникаров живет в ГУЛАГе: его маленькая двухкомнатная квартира в Ягодном заставлена ​​лагерными артефактами.Стены его гостиной увешаны ржавыми инструментами, наручниками и фотографиями заключенных, а стопки коробок в коридоре содержат протоколы допросов, записанные аккуратным лиловым почерком.

Ягодное кажется краем земли, и во многом так оно и есть. В самом сердце Колымы, в одном из самых холодных населенных мест на планете, он находится в восьми часах езды от областного центра Магадана, а до него семь часов полета от Москвы.

Здесь почти ничего не было до 1930-х годов, когда геологические изыскания выявили в этом районе необычайные залежи золота и других металлов, и Иосиф Сталин приказал его завоевать, в основном используя труд заключенных, отправленных туда тысячами.Колыма была самым суровым островом архипелага ГУЛАГ Советского Союза, и этот регион стал синонимом ужасов системы лагерей ГУЛАГ. Даже по самым скромным подсчетам, на одной только Колыме погибло более 100 тысяч человек, а расстреляно 11 тысяч.

В современной России не модно слишком углубляться в историю ГУЛАГа, а коллекция 60-летнего Паникарова — один из всего двух музеев, полностью посвященных ГУЛАГу, во всей стране. Действительно, даже у самого Паникарова несколько удивительное отношение к системе ГУЛАГа.

«У нас не должно быть односторонних оценок. В лагерях влюблялись, беременели; все было не так уж и плохо», — говорит он, объясняя негативную информацию о лагерях западной кампанией против России. «О СССР было модно говорить плохо. Сейчас снова модно оскорблять Россию. У нас есть санкции против нас. Запад ищет негативные вещи».

Взгляды Паникарова на ГУЛАГ являются частью более широкой тенденции. После того, как победа Советского Союза во Второй мировой войне при президентстве Владимира Путина превратилась в точку национального сплочения, исправительно-трудовые лагеря, через которые прошли миллионы советских граждан, многими воспринимаются как досадный, но необходимый побочный продукт.Во многих музеях и во многих публичных дискуссиях ГУЛАГ не игнорируется полностью, но «контекстуализируется» таким образом, чтобы преуменьшить ужас и связать его с войной, предполагая, что они идут как один пакет.

Увлечение Паникарова ГУЛАГом началось, когда он переехал на Колыму в 1981 году, чтобы работать на золотом прииске, и начал слышать истории от бывших заключенных, хотя публичное обсуждение ГУЛАГа тогда было запрещено.

В 1989 году, когда перестройка Михаила Горбачева вызвала волну интереса к темным страницам советского прошлого, Паникарову удалось убедить местного начальника КГБ одолжить ему карту с указанием расположения сотен сталинских лагерей в регионе. , информация, которая до сих пор была под грифом «совершенно секретно».Взамен он согласился расследовать судьбу деда шефа КГБ, побывавшего в лагерях.

Получив карту, он стал ездить по старым стоянкам ГУЛАГа и собирать найденные вещи: одежду заключенных, рабочий инвентарь, иногда стопки документов. Со временем его ужас превратился в принятие.

«Это была жестокая система, но если подумать, как еще можно добыть это золото из земли?» — спрашивает он, осматривая руины Эльгена, трудового лагеря для женщин, где до сих пор видны бараки и колючая проволока, но нет ни памятника, ни таблички с подробным описанием его прошлого.«Если бы мы не добыли все золото за годы войны, может быть, мы бы и не победили нацистов».

Иван Паникаров у развалин женского трудового лагеря Эльген. Фотография: Шон Уокер

Помимо мелких преступников, сотни тысяч людей были отправлены в ГУЛАГ за политические преступления, часто незначительные или надуманные. После войны имели место массовые депортации с вновь завоеванных территорий в Прибалтике и западной Украине.

Член партии большевиков из Казани Евгения Гинзбург была приговорена к каторжным работам в области и провела несколько лет в Эльгене.Она писала о жалком труде в морозные зимы и о лете, пораженном беспощадными колымскими комарами, которых она описывала как «раздутых, отвратительных насекомых, напоминающих маленьких летучих мышей».

Ольга Гуреева из села на западе Украины была арестована в конце 1945 года после того, как Советы отвоевали этот регион у нацистов. В то время в возрасте 16 лет она была арестована вместе со своей семьей за предполагаемое сотрудничество с нацистами и после неоднократных избиений во время допросов приговорена к 20 годам каторжных работ.После того, как ее запихнули в вагоны для перевозки скота и перевезли между различными сибирскими лагерями, ее отправили на лодке из Владивостока в Магадан в 1948 году, 10-дневное путешествие с сотнями заключенных, зажатых в трюме.

Гуреева, которой сейчас 87 лет, живет в маленькой квартирке в Магадане, сутулая, почти слепая и не может без слез рассказать о том, что с ней произошло. Ее истории — это перечень ужасов: грязная одежда, тучи мошек, постоянный холод в казарме, поедание травы, чтобы утолить голод, и извращенные охранники, которые выстраивали обнаженных женщин в туалете и осматривали их.

«Мой лучший друг однажды умер, рубя дрова на морозе. Помню: она была рядом со мной, подняла топор, он постоял в воздухе минуту, а потом просто рухнул замертво», — рассказывает она.

Мало кто из россиян знает такие истории. В Магадане Лариса, 40-летняя учительница истории, не пожелавшая назвать свою фамилию, говорит, что считает ГУЛАГ необходимым побочным эффектом трудного периода советской истории. «Была ли военная угроза со стороны Германии? Там было. Были ли в стране шпионы? Были.Не было времени решать, кто виноват, а кто нет. Мы должны помнить о невинных жертвах, но я думаю, что все это было необходимо».

Зима в Магаданской области 1950-х гг. Ольга Гуреева вспоминает: «Однажды моя лучшая подруга умерла, рубя дрова на морозе». Фото: Фото Союз/Getty Images

Лариса говорит, что преподает своим ученикам один урок о ГУЛАГе, на котором она обычно делит доску на две части. С одной стороны она ставит «военные и промышленные достижения» сталинского периода, а с другой — «досадные побочные эффекты», и предоставляет студентам самим решать, были ли репрессии оправданы.

Тема не полностью игнорируется. В четверг небольшая толпа москвичей подошла к небольшому памятнику недалеко от Лубянки, бывшей штаб-квартире НКВД и до сих пор являющейся домом для современной службы безопасности России, чтобы принять участие в ежегодном ритуале чтения имен расстрелянных. в городе. В столице планируется установить новый памятник жертвам политических репрессий.

Галина Иванова, заместитель директора нового музея ГУЛАГа, который откроется в Москве в пятницу, говорит, что память о ГУЛАГе в разных городах во многом зависит от отдельных директоров музеев.«Можно либо вывесить большой портрет Сталина и отметить достижения в золотодобыче, либо выставить смертность и изможденные лица. К сожалению, чаще первое».

В Магадане большой памятник в стиле головы острова Пасхи «Маска скорби» был открыт в 1990-х годах за пределами центра города, но в других частях города ключи к травмирующему прошлому города хорошо скрыты.

Администрация губернатора области находится в здании бывшего штаба НКВД; региональный парламент — бывшая тюрьма и следственный изолятор.Ни одна из них не отмечена какой-либо табличкой, а в бухте Нагаева, где сотни тысяч заключенных сходили с кораблей перед отправкой в ​​различные лагеря, стоит памятник, который гласит просто: «Здесь началось строительство города Магадан в 1929 год».

Один из немногих памятников ГУЛАГа в регионе — обелиск из грубо отесанного камня на безымянной поляне у боковой дороги, рядом с местом казни, где тайная полиция НКВД казнила сотни, а может быть, и тысячи людей в 1937 и 1938 годах.Недавно кто-то украсил монумент флагами Победы, что, кажется, превращает их из трагических жертв в героических мучеников.

Люди злятся, когда вы поднимаете тему ГУЛАГа. Рост национализма сделал это более заметным
Сергей Райзман, Магадан Мемориал

В Магадане, регионе, сильно субсидируемом Москвой во время коммунистического правления, но разрушенном рыночной экономикой, отчасти причиной обеления ГУЛАГа является общая ностальгия по советский период. В новых реалиях население Магаданской области сократилось более чем вдвое, а многие населенные пункты превратились в города-призраки, поскольку стали экономически невыгодными. В Эльгене, современном поселке, примыкающем к руинам ГУЛАГа, в конце 1980-х годов проживало более 2000 человек. Сейчас в нем живет одна пара, управляющая метеорологической станцией.

«Осталось не так много людей, которые помнят период ГУЛАГа, но есть много людей, которые помнят 1970-е и помнят, что было намного лучше, чем сейчас», — говорит Сергей Райзман, руководитель магаданского Мемориала, который пропагандирует память о ГУЛАГе.

Желание забыть темное прошлое сильно. «Людям очень трудно с этим смириться, — говорит Райзман. «Они не хотят об этом думать. Это нормально, если твой дед воевал на фронте, или если твой дед был героем советского труда. Это ненормально, если они были в лагерях. Люди злятся, когда вы поднимаете тему ГУЛАГа, а за последние два года события на Украине и рост национализма только усилили эту агрессию».